Высокие статистические технологии

Форум сайта семьи Орловых

Текущее время: Чт ноя 26, 2020 1:17 pm

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 3 ] 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Энгельс: великий борец и мыслитель
СообщениеДобавлено: Сб ноя 21, 2020 5:00 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 9184
ВЕЛИКИЙ БОРЕЦ И МЫСЛИТЕЛЬ

Имя и жизнь Энгельса должны быть знакомы каждому рабочему. В.И. Ленин

1
ЕЩЕ при жизни Фридриха Энгельса называли «человеком-титаном», «человеком-магнитом». Природа щедро наделила его лучшими качествами и в духовном, и в физическом отношении. Энгельс рос в противоборстве со всем, что его окружало, подобно героям мифов, былин и сказаний. В непрерывном сопротивлении мертвящей лютеранской догме, лицемерному служению прусскому королю и коммерции, в буре дум и мечтаний окрепла его воля. Играя на клавесине или листая книги, он уносился в поднебесье или окунался в кратеры вулканов, мысли забрасывали его в безбрежное прошлое и будущее человечества.
Его отец, тоже Фридрих, был безупречным представителем быстро набиравшей силу буржуазии, и только мать – Элиза Энгельс понимала искания, неудовлетворенность, духовные переживания сына. И он отвечал ей доверием и преданностью.
Отец стремился воспитать Фридриха как своего двойника, преуспевающего фабриканта и торговца, пуритански преданного Церкви, королю, купеческой гильдии, умножающего капитал, жадного и скаредного. А сын превратился в его противоположность, в грозного разрушителя культа наживы и принуждения, глашатая вольности и народоправства, вождя тех самых тружеников, которых нещадно эксплуатировали заводчики.
Прометей, полубог, бросил на Олимпе вызов Зевсу, титан Зигфрид сразил зло богов. Маркс и Энгельс предсказали гибель капитализма.
Для Карла Маркса отец был другом-единомышленником. У Фридриха Энгельса политические сомнения и протест возникли уже в родной семье. Он с малолетства видел чудовищные противоречия вокруг безделья и богатства одних и изнурительного труда и нищеты других, и это поразило его.
Отец заставил Фридриха покинуть гимназию всего за год до выпускных экзаменов. Он все еще надеялся сделать из своего наследника опытного коммерсанта. Тридцать пять лет Энгельс был обречен заниматься ненавистным ему делом. Но близость к рабочим, изучение их быта по-своему обогатили его. Гениальное первое, теоретически неуязвимое творение Энгельса «Положение рабочего класса в Англии» явилось отчасти следствием тех вериг проклятой профессии конторщика текстильной фабрики, в которые его обрядила непреклонность отца-предпринимателя.
Изнутри изучил Энгельс и хищнические законы среды, к которой принадлежал по рождению. Экономические корни, неизбежные кризисы, эксплуатация и условия закабаления рабочих были ясны ему смолоду. Сострадание к обездоленным, представление о счастье на земле, потребность свободы для униженного человечества, гуманные чувства необоримой силой охватили сердце Фридриха Энгельса. Он и сам был прозрачен и чист, словно могучая стихия, любил море, огонь, вихрь, грозу.
В Берлине Энгельс, будучи призванным к воинской повинности, служил бомбардиром и затем учился вольнослушателем в Берлинском университете. Кем быть, какое избрать поприще? Его многогранность могла увести от единственной цели, в достижении которой человек раскрывает всю ширь ума и сердца. Энгельс легко мог бы стать поэтом, писателем, художником, видным военным, ученым в любой области, наконец, крупным промышленником. Он первым создал жанр, обогативший литературу, – художественно-политический очерк. Его письма остаются непревзойденными. Энгельс был ярчайшим писателем. Образы, идеи, зарисовки в его очерках стали классикой, и ни один литератор не может пройти мимо этого каскада мыслей и изысканнейшего их воплощения в слове. («Статьи и письма 1838–1845 гг.» Энгельса были изданы в 1940 году с его рисунками и стихами.)
Люди, подобные небесным светилам, не могут, родившись в одно время, не отыскать друг друга. Они неразделимы, как гром и молния, как тепло и огонь. В главном они едины. Энгельс и Маркс задолго до знакомства знали друг о друге, а встретившись, соединили свои судьбы навсегда, дополняя друг друга и раскрывая в себе самое значительное и важное для науки об обществе и борьбы за его переустройство. И Маркс, и Энгельс считали, что счастье – это возможность сделать наибольшее число людей счастливыми. Они принесли в жертву своей, основанной на строгой науке, цели, привычные представления их времени и среды о материальном преуспевании и смысле бытия. Борясь неустанно с реакционными правительствами, воинствующим капитализмом, колониалистами, ханжами, они облегчили истории ее поступательное движение к прогрессу.
«Святое семейство», «Манифест Коммунистической партии», написанные в 40-х годах XIX века, создавались совместно, их мысли и чувства текли согласно, так велика близость и мощь их интеллектов.
Великий революционер, ниспровергатель зла и создатель новых путей к счастью – всегда романтик во всем бездонном значении этого слова. Душа гения, будь он ученый, музыкант, поэт, художник, всегда исполнена добра и сочувствия к страдающим людям.
Молодость Энгельса совпала с революциями 1848 года. Он был тогда не только выдающимся теоретиком, одним из двух, бросивших миру призыв: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», но и бесстрашным командиром. Его смелость в боях, которые вели немецкие революционеры, безгранична. Вместе с последним отрядом, опаленным порохом, преследуемый прусской контрреволюцией, Энгельс ушел в Швейцарию, а в скором времени он опять рядом с Марксом в Англии.
Обаяние Энгельса отмечали все его современники. Оно живет в его эпистолярном наследстве – в письмах, оставшихся человечеству.
Образ Энгельса уничтожает равнодушие. Он ошеломляет масштабностью, силой, многообразием.
Невозможно охватить всё огромное богатство трудов Фридриха Энгельса. Непостижимо, как он всё успевал – великий труженик, философ, социолог, экономист, исследователь природы, – сопрягая интеллектуальный размах с практической деятельностью по созданию вместе с Марксом Коммунистической партии, выступления на конгрессах, собраниях, встречах с рабочими и соратниками разных стран Европы, выпуская ежедневную боевую газету. А в конце жизни совершил настоящий подвиг: разобрал и подготовил к печати многочисленные рукописи Маркса, а в итоге обобщил марксистское учение в очень знаменитой и востребованной брошюре «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии».
2
За несколько лет до конца жизни Энгельс составил список своих сочинений. В перечне книг, написанных вместе с Марксом и индивидуально, – шестнадцать пунктов. Последним значится памфлет «Брентано contra Маркс», опубликованный в 1891 году. Под номером 15 – брошюра «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии», выпущенная в 1891 году. «Эта брошюра, – написал однажды Г.В. Плеханов ее автору, – дает внимательному читателю больше, чем сотни томов, написанных официальными философами – философами по профессии».
Действительно, это, в сущности, итоговое теоретическое сочинение Энгельса, его философское завещание.
Впервые эта работа увидела свет в 1886 году. Поводом к ее написанию послужил выход книги К.Н. Штарке «Людвиг Фейербах». Редакция журнала социал-демократов Die Neue Zeit обратилась к Энгельсу с просьбой высказаться об этой книге. Энгельс, несмотря на предельную занятость иными делами, прежде всего подготовкой к печати оставшихся незавершенными томов «Капитала», принял предложение. «…За нами, – считал Энгельс, имея в виду себя и покойного Маркса, – остается неоплаченный долг чести: полное признание влияния, которое в наш период бури и натиска оказал на нас Фейербах в большей мере, чем какой-нибудь философ после Гегеля». Правда, в своем отношении, как напишет Энгельс позже в предисловии к работе, они с Марксом по отдельным поводам высказывались, но «что касается Фейербаха, который всё же в известном отношении является посредствующим звеном между философией Гегеля и нашей теорией, то к нему мы совсем не возвращались». Теперь настала пора отдать долг чести.
В брошюре изложена позиция Энгельса и Маркса по отношению к коренным проблемам общественной науки. Другие сочинения так и остались в рукописях: «грызущей критике мышей» была предоставлена «Немецкая идеология», написанная вместе с Марксом в середине 1840-х годов, в ней содержался первый основательный очерк материалистического понимания истории; так и осталась незаконченной «Диалектика природы»: сначала работа была прервана необходимостью срочного выступления против Дюринга, затем – в связи с обязанностями, выпавшими на долю Энгельса после смерти К. Маркса…
В отличие от ранее написанных Энгельсом философских сочинений, «Людвиг Фейербах» имел не столько критический, сколько положительный, позитивный, в собственном смысле слова творческий характер. Эта особенность не случайна; она связана с тем, что по своему содержанию данный труд был именно итоговым, общетеоретическим.
После смерти Карла Маркса Энгельс выступил с рядом работ, раскрывающих отношение марксизма к его предшественникам. Было необходимо дать анализ нового, привнесенного в общественную теорию Марксом.
Существовала и причина личного свойства, которую также нельзя сбрасывать со счетов, оценивая творчество Энгельса последнего десятилетия его жизни: после смерти Маркса обострилось чувство надвигающейся старости, и Энгельс все чаще обращается к мысли о необходимости подвести итоги сделанному ими обоими более чем за сорок лет, в частности, в науке. Стремление удовлетворить эту всё нараставшую потребность теоретического самосознания находило подкрепление в запросах идейно-политической борьбы конца XIX века: в буржуазной (а вскоре и в ревизионистской) литературе плодились и распространялись пустопорожние вымыслы насчет отношения марксизма к иным социальным, экономическим и философским учениям прошлого и настоящего.
Вот почему в начале 1886 года Энгельс приступает к написанию труда, основной задачей которого было показать в самой общей форме отношение мировоззрения его и Маркса к философским учениям, явившимися непосредственными предшественниками и идейными источниками диалектического и исторического материализма.
В первой главе «Людвига Фейербаха» Энгельс раскрывает основные противоречия учения Гегеля – между его революционным диалектическим методом и консервативной, пронизанной идеализмом, догматической системой. «Гегелевская система охватила несравненно более широкую область, чем какая бы то ни было прежняя система, и развила в этой области еще и поныне поражающее богатство мыслей». В каждой из исторических областей Гегель старался найти и указать проходящую через нее нить развития. «А так как он обладал не только творческим гением, но и энциклопедической ученостью, то его выступление везде составило эпоху. Само собой понятно, что нужды «системы» довольно часто заставляли его здесь прибегать к тем насильственным конструкциям, по поводу которых до сих поднимают такой ужасный крик его ничтожные противники. Но эти конструкции служат только рамками, лесами возводимого им здания. Кто не задерживается излишне на них, а глубже проникает в грандиозное здание, тот находит там бесчисленные сокровища, до настоящего времени сохранившие свою полную ценность».
Собственно Фейербаху Энгельс посвящает вторую и третью главы своей работы. Определяя сущность высшего вопроса философии как вопроса «об отношении мышления к бытию, духа к природе, Энгельс детально анализирует воззрения Фейербаха под этим углом зрения.
В центре анализа оказываются внутренние противоречия фейербаховского учения: беспощадный критик идеализма и религии вообще, гегелевского панлогизма и христианства в особенности, Фейербах, дойдя до «чистого материализма», до представления о том, что «материя не есть продукт духа, а дух есть лишь высший продукт материи», тут и останавливается: «Он не только не сумел перешагнуть за пределы философии, выдавшей себя за некую науку наук, парящую над всеми отдельными науками и связывающую их воедино, – эта философия осталась в его глазах неприкосновенной святыней, – но даже как философ он остановился на полдороге, был материалист внизу, то есть в понимании природы, идеалист вверху – в трактовке общества. Он не одолел Гегеля оружием критики, а просто отбросил его в сторону как нечто негодное к употреблению; в то же время он сам не был в состоянии противопоставить энциклопедическому богатству гегелевской сиcтемы ничего положительного, кроме напыщенной религии любви и тощей, бессильной морали».
Раскрывая в четвертой главе существо «нового направления» в философии (т.е. их с Марксом философских взглядов), Энгельс показал, что оно означало последовательное проведение материализма во всех областях знания, в том числе в понимании общества. При этом «Гегель не был просто отброшен в сторону. Наоборот, за исходную точку была взята революционная сторона его философии, диалектический метод». «Вместе с тем гегелевская диалектика была перевернута, а лучше сказать – вновь поставлена на ноги, так как прежде она стояла на голове».
Согласно Энгельсу, главная задача философии «нового направления», то есть философии марксизма, состоит прежде всего в разработке материалистической диалектики как методологии, вооружающей науки для вполне суверенного, самостоятельного изучения различных областей действительности. И дело даже не столько в признании тем или иным мыслителем диалектического характера мирового процесса, сколько в том, чтобы уметь применить диалектику в качестве метода, уметь «применить ее в каждом отдельном случае и в каждой данной области исследования». Энгельс формулирует эту мысль в таком предельно кратком виде: «Всё миропонимание Маркса – это не доктрина, а метод. Оно дает не готовые догмы, а отправные пункты для дальнейшего исследования и методы для этого исследования».
Богатейшее содержание, доступное, увлекательное и яркое изложение сложных теоретических вопросов обусловили поразительно кипучую жизнь этой книги в общественном сознании.
3
Философия как диалектический метод познания действительности исчезает из нашей жизни, ее уже изгоняют из высшей школы и заменяют историей науки. «При теперешнем способе производства как в отношении естественных, так и в отношении общественных последствий человеческих действий принимается в расчет главным образом только первый, наиболее очевидный результат. И при этом еще удивляются тому, что более отдаленные последствия тех действий, которые направлены на достижение этого результата, оказываются совершенно иными, по большей части совершенно противоположными ему, – писал Энгельс в «Диалектике природы», – эти непредвиденные последствия очень часто уничтожают значение первых».
Никто сегодня не оспаривает, что «Труд – источник всякого богатства. Он действительно является таковым наряду с природой, доставляющей ему материал, который он превращает в богатство. Но он еще и нечто бесконечно большее, чем это. Он – первое основное условие всей человеческой жизни, и притом в такой степени, что мы в известном смысле должны сказать: труд создал самого человека» (Ф. Энгельс).
Современная цивилизация переходит к шестому, технологическому, укладу. Его социально-антропологическая суть – освобождение человека от физического и умственного труда, замена его машинами с искусственным интеллектом. Это приведет к превращению человека в нечто роботообразное, а его общество – в Технос. Прогрессисты обещают, что всё производство будет автоматизировано, компьютеризировано и хозяйственная деятельность станет осуществляться без затрат живого человеческого труда. Новейшие достижения предполагают «распространение таких технологий, моделей ведения бизнеса и формы поведения, которые искореняют необходимость в труде и способствуют продвижению мировой экономики к изобилию».
Если посмотреть на подобные обещания прогресса более внимательно, то окажется, что автоматизированная хозяйственная жизнь станет осуществляться не просто без труда, она будет проходить без присутствия в ней людей. С учетом «достижений» социогуманитарных технологий – и социальная. И не только. Технологии хай-тек изменят и духовную, и интеллектуальную деятельность. Вообще – жизнь. И уже катится по миру вал вдохновенных криков о том, что «изобилие без труда» есть высшее благо.
Однако более убедительной теории, что труд создал человека, который сколько существует, всегда в разных формах трудился, нет. Трудом объясняется, как писал Энгельс, телесность и сознание человека разумного, весь его образ и культура. Способность к труду отделила и отличила нас от любых других живых существ. Труд же не в одиночку, а совместный, не голой рукой, а с орудиями есть производство, характер которого определяет состояние общества. И вдруг – жизнь без труда…
Фундаментальный, а может быть, и роковой поворот в истории, затрагивающий саму природу вида Genus Homo (родового человека)! Проводились ли какие-то исследования, кто слышал обсуждения и яростные споры на форумах, как существовать (или не существовать) ему в такой роли и качестве? Никаких опасений за судьбу человечества, никаких забот. Только радость в предвкушении новых достижений в развитии техники. Станислав Ежи Лец иронически предсказывал: «техника так совершенствуется, что скоро человек сможет обойтись без самого себя». А сейчас можно добавить, что техника может обойтись и без человека.
Люди много мечтали об избавлении от тяжести труда и облегчении своей жизни, сочиняли сказки, создавали философско-теоретические утопии, когда труд сведется к нажиманию кнопки. Теперь эти мечты воплощаются в реальность. Дело дошло до избавления людей не только от физического труда, но и от умственной деятельности – замены естественного человеческого интеллекта искусственным, компьютерным, именно замены, а не дополнения. Освещая недавнюю конференцию по нейрокибернетике, журналист, выражая общее настроение ее участников, написал о планах на ближайшую перспективу: ученые создадут интеллект, который будет сильнее человеческого. Другими словами, ученые работают над тем, чтобы создать мозг, превышающий человеческий, как они надеются, в тысячи и миллионы раз. А самим остаться на этом фоне безмозглыми? Додумались до того, чтобы больше не думать. «Пусть думает компьютер – он железный». Именно такой результат и будет, если не пытаться что-либо предпринять. Для начала надо хотя бы понимать, что люди – если на первых порах и останутся – то в роли потребителей, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Если представить их социальное положение после конца труда – они будут «жить и развиваться» в статусе паразитов. Потребительско-паразитический рай! Человечество вырождается незаметно, личность трансформируется в зомби. Еще Гераклит говорил: не лучше было бы человеку, если бы исполнялось всё, что он пожелает. Теперь можно видеть, как он был прав! А не современные люди, ученые и технологи, вооруженные тысячелетним опытом познания, но нисколько не поумневшие. Ученые, но не мудрые. Которые создают и жаждут практической реализации утопий нового типа – техногенных, и, видимо, самой грандиозной – обеспечения паразитического, без трудового существования человека… На потребительском существовании процесс не остановится. Уже сейчас неограниченное потребление перерастает в «свое другое» – потребление самих людей. Возникает общество потребления человека. Он сливается с техникой, превращается в киборга и растворяется в техносфере. Дело дошло до разговоров о «нейротехнологии». Будет вам и Бог – поселим в мозгу, обещают передовые прогрессмены. Сумасшедшие перспективы.
Фридрих Энгельс писал: «Не будем, однако, слишком обольщаться нашими победами над природой. За каждую такую победу она нам мстит. Каждая из этих побед имеет, правда, в первую очередь те последствия, на которые мы рассчитывали, но во вторую и третью очередь – совсем другие, непредвиденные последствия, которые очень часто уничтожают значение первых… Но если уже потребовались тысячелетия для того, чтобы мы научились в известной мере учитывать заранее более отдаленные естественные последствия наших, направленных на производство, действий, то еще гораздо труднее давалась эта наука в отношении более отдаленных общественных последствий этих действий».
Но «всё, что возникает, заслуживает гибели» – Энгельс приводит эти слова из «Фауста», – поэтому и человечество как ветвь от Дерева Жизни когда-нибудь исчезнет. Но зачем же торопить события? Как единичный человек желает жить дольше, так и человечество должно думать о своем будущем и не стремиться к смерти. Энгельс предупредил.
В последние годы жизни Энгельс особенно много внимания уделял делу международного сплочения пролетариата.
«После смерти Маркса, – писал Ленин, – Энгельс один продолжал быть советником и руководителем европейских социалистов. Все они черпали из богатой сокровищницы знаний и опыта старого Энгельса». Энгельс участвует в подготовке Международного конгресса социалистов (Париж, 1889 г.) и добивается гегемонии марксизма в созданном на конгрессе объединении социалистических партий – Втором интернационале.
Подобно Марксу, Энгельс внимательно следил за революционной борьбой русского народа; в 1882 году Маркс и Энгельс писали о том, что Россия является передовым отрядом революционного движения в Европе. Владея русским языком и следя за русской литературой, Энгельс поддерживал постоянную связь с русскими революционерами. С большой радостью встретил он известие об образовании в России первой марксистской группы – «Освобождение труда», члены которой всегда находили радушный прием и поддержку в его доме.
В 1894 году здоровье Энгельса резко ухудшилось, и он умер 5 августа 1895 года. Согласно его воле, тело Энгельса было предано кремации; урна с прахом была опущена в море у Истборна (Англия) – любимого места отдыха Энгельса.
Всё последующее историческое развитие подтвердило правоту марксизма, продемонстрировало его огромное воздействие на народные массы. Подлинным триумфом идей Маркса и Энгельса явилась Великая Октябрьская социалистическая революция, в результате которой возникло первое государство пролетариев – СССР.

А. КУТЫРЕВА

http://sovross.ru/articles/2052/50271


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Энгельс: великий борец и мыслитель
СообщениеДобавлено: Пн ноя 23, 2020 7:33 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 9184
Грани личности: поэт и спортсмен
№113 (31045) 24—25 ноября 2020 года
4 полоса
Автор: К. ДЫМОВ.

Фридриха Энгельса отличали необычайная широта эрудиции и кругозора, титаническая работоспособность, истинно немецкая организованность. Карл Маркс дал своему другу такую характеристику: «Он — настоящая энциклопедия, способен работать во всякий час дня и ночи… быстро пишет и сообразителен, как чёрт». При этом, будучи на два с половиной года моложе Маркса, Энгельс выступил в печати гораздо раньше. Весною 1839 года Фридриху чуть больше восемнадцати лет, но он уже публикует в гамбургском журнале «Telegraph für Deutschland» такую значимую работу, как «Письма из Вупперталя». Даже в прославленную «Rheinische Zeitung» Маркс и Энгельс пришли практически одновременно — весной 1842 года. Но самой первой публикацией Ф. Энгельса стало стихотворение «Бедуины», напечатанное в газете «Bremisches Conversationsblatt», №40 за 16 сентября 1838 года.

В ПРЕДИСЛОВИИ к 41-му тому Сочинений Карла Маркса и Фридриха Энгельса поэтическому творчеству последнего даётся такая вот характеристика: «И хотя эти поэтические опыты носят подражательный характер, они наполнены глубоким политическим и философским содержанием».

Пробовать перо Фридрих начал ещё в школьные годы: писал рассказы.

Из дошедших до нас стихов Энгельса самое раннее написано им в возрасте 13 лет. Это посвящение «Моему дедушке» — Бернхарду ван Хаару. Дедушка был филологом и некоторое время занимал должность директора гимназии. Внук особенно отмечает то, что дед дал ему основательные познания в греческой мифологии и привил к ней интерес.

Ещё в детские годы у будущего революционера обозначился круг его героев. Это борцы за правду и справедливость, против тирании и мракобесия: Ян Гус и Мартин Лютер, вожди Великой Французской революции. В 1839 году он пишет небольшое стихотворение, посвящённое 9-й годовщине Июльской революции во Франции, и выражает в нём уверенность в том, что «буря» доберётся и до Германии:

Но повеяла буря

из Франции к нам,

всколыхнулись народные массы,

И колеблется трон,

как средь бури ладья,

и дрожит в вашей длани

держава.

В ранние годы Ф. Энгельс был весьма религиозен: воспитание он получил в буржуазной семье, державшейся строгого протестантского пиетизма. Это мистическое направление ставит религиозное чувство выше религиозных догм, оно отвергает рационализм и негативно относится даже к чтению нерелигиозных книг.

От религии Ф. Энгельс освобождался в процессе продолжительной и тяжёлой внутренней борьбы, внимательно изучая разнообразную литературу, включая и саму Библию. В этой его эволюции значительную роль сыграла известная работа Давида Фридриха Штрауса (1808—1874) «Жизнь Иисуса» (1835), положившая, собственно, начало младогегельянству, а заодно и исторической школе в библеистике. В этой книге основатель христианства трактуется как обыкновенный человек, выдающийся, но лишённый божественной сущности, — уже впоследствии его фигура подверглась мифологизации.

Не отрицая историчности Иисуса Христа, Д. Штраус показывает недостоверность новозаветных сведений о нём и сотворённых им чудесах. Молодой Энгельс был настолько восхищён книгой «Жизнь Иисуса», что даже называл себя «восторженным штраусианцем»! В том же 1839 году он, следом за Д. Штраусом, обращается и к Гегелю, к его, как он выразился, «беспокойной диалектике» (Маркс открыл для себя гегелевскую философию двумя годами ранее, когда он обучался в Берлинском университете).

Следующий важный этап в движении Энгельса к последовательному атеизму связан с трудом «Сущность христианства» Людвига Фейербаха (1841). «Надо было пережить освободительное действие этой книги, чтобы составить себе представление об этом. Воодушевление было всеобщим: все мы стали сразу фейербахианцами», — вспоминал Энгельс.

Процесс отхода юного Фридриха от религии хорошо просматривается по его многочисленным и достаточно откровенным письмам к бывшим одноклассникам, братьям-близнецам Вильгельму и Фридриху Греберам (поразительно то, что у всех троих годы жизни одинаковы: 1820—1895). Особой, скажем так, пикантности данной переписке придаёт то обстоятельство, что оба Гребера стали во взрослой жизни… пасторами! В письме к Фридриху Греберу Энгельс приходит к выводу, идущему вразрез с религией, с приверженностью ко всему тому, что должно приниматься на веру: «То, что отвергает наука… то не должно больше существовать в жизни».

Летом 1842 года, проходя военную службу в Берлине, посещая университет и сражаясь там против реакционной философии позднего Шеллинга, Фридрих Энгельс при соучастии своего одногодка, младшего брата Бруно Бауэра Эдгара сочинил богоборческую пародийно-сатирическую поэму «Библии чудесное избавление от дерзкого покушения, или Торжество веры».

Поводом к её написанию стало увольнение видного младогегельянца Бруно Бауэра (1809—1882) из Боннского университета: в начале 1840-х в Пруссии поднялась очередная волна реакции, от которой пострадали многие передовые интеллектуалы. Из-за этого же пошли прахом планы новоиспечённого доктора философии Маркса занять кафедру там же, в Бонне.

В поэме в фантастической форме — с притворным поношением «безбожников» — показана борьба младогегельянцев против ортодоксального богословия и, вообще, идеологической реакции. Энгельс даёт шутливо-острые портреты своих соратников по кружку «Свободных».

На тот момент Энгельс ещё не знаком лично с Карлом Марксом (впервые они увидятся осенью, в ноябре, в редакции «Рейнской газеты» — причём первая встреча будет прохладной и останется без последствий), но, видимо, слава того уже летит по Германии. Энгельс точно подмечает его революционную страстность, неистовость:

Кто мчится вслед за ним

[за Бруно Бауэром. — К. Д.],

как ураган степной?

То Трира чёрный сын

с неистовой душой.

Он не идёт, — бежит, нет,

катится лавиной,

Отвагой дерзостной

сверкает взор орлиный,

А руки он простёр

взволнованно вперёд,

Как бы желая вниз

обрушить неба свод.

Сжимая кулаки,

силач неутомимый

Всё время мечется,

как бесом одержимый!

«Чёрный сын» — как известно, у Маркса была смуглая кожа, за что он получил прозвище Мавр. В поэме Энгельс называет его также в шутку «из Трира чудище»!

Себя автор поэмы тоже не забыл, подчёркивая свой «крайний радикализм»:

А тот, кто всех левей,

чьи брюки цвета перца

И в чьей груди

проперченное сердце,

Тот длинноногий кто?

То Освальд — монтаньяр!

Всегда он и везде

непримирим и яр.

Он виртуоз в одном:

в игре на гильотине,

И лишь к единственной

привержен каватине,

К той именно,

где есть один рефрен:

Formez vos bataillons!

aux armes, citoyens!

[«К оружию, граждане! Сплотитесь в батальоны!»

(«Марсельеза»)]

Весьма забавна сценка бунта в аду против «лукавого» (обратите внимание, кого из выдающихся людей автор помещает в ад — неплохая компания, не так ли?!):

Пока бесчинствовал на небе

враг господний,

Волненье вспыхнуло

внезапно в преисподней;

Мятежным пламенем

охвачена она;

Несутся возгласы:

«Явись к нам, сатана!»

Толпу мятежников

сам Гегель возглавляет,

Вольтер над головой

дубиной потрясает,

Дантон безумствует,

и Эдельман орёт,

Наполеон, как встарь,

командует: «Вперёд!»

(Иоганн Христиан Эдельман — немецкий богослов-вольнодумец XVIII века).

В тогдашней Германии художественная литература являлась важнейшей сферой идеологической борьбы, служа — в исполнении прогрессивных художников слова — средством подготовки приближавшейся революции. Поэтому становление революционера не могло не происходить без основательного ознакомления с этим ценнейшим достоянием германской нации. К. Маркс и Ф. Энгельс — в такой же мере продукты немецкой литературы, как и немецкой классической философии.

(Точно так же и русские революционеры конца XIX века вырастали на русской литературе — от Пушкина и Гоголя до Чернышевского и Салтыкова-Щедрина)

Революционный заряд немецкой литературы того времени выражает самое название бунтарского литературного движения «Буря и натиск» — по названию драмы Фридриха Максимилиана Клингера 1776 года. Из этого течения, идеологом коего выступал Иоганн Гердер (1744—1803), так или иначе вышли и Гёте, и Шиллер.

Иоганна Вольфганга Гёте (1749—1832) Ф. Энгельс назвал «величайшим из немцев». «Деяние — начало бытия» — в этой гётевской формуле звучит не только призыв к активной деятельности, но и как бы сжатая формулировка материализма в понимании общества. На бой против сил зла зовут знаменитые строки из «Фауста»: «Лишь тот достоин жизни и свободы, / Кто каждый день за них идёт на бой!»

Ненавистью к деспотизму, к власти князей проникнуто творчество Фридриха Шиллера (1759—1805). Революционную пьесу «Разбойники» он вообще сопроводил дерзким эпиграфом: «Против тиранов». «Разбойник» Карл фон Моор, на самом-то деле, борец за свободу своей родины. Но он одинок, его не поддерживает народ, и оттого бунт фон Моора обречён на провал… Зато уже восставший народ становится главным действующим лицом в поздней драме Ф. Шиллера «Вильгельм Телль».

Республиканец по своим убеждениям, Шиллер, как это нередко случается с мастерами искусства, оказался непоследовательным в отношении к революции. 1789 год он воспринял с воодушевлением, но, придя в ужас от якобинского террора, стал порицать революцию. Причём в этот самый момент Конвент присвоил великому немецкому драматургу почётное звание гражданина Французской республики!

В гимназическом выпускном свидетельстве Фридриха Энгельса отмечено, что он «проявил похвальный интерес к истории немецкой национальной литературы и к чтению немецких классиков». В самом деле, молодой человек много читает как классиков (Гёте, Шиллер и др.), так и современных ему писателей — один из них, Карл Гуцков, кстати, как раз был редактором журнала «Telegraph fu``r Deutschland».

Хорошо освоил Энгельс и — говоря его словами — «всю мировую литературу».

Уже в ранней своей публицистике Ф. Энгельс проявил себя как талантливый литературный критик и литературовед. Его владение материалом, его знакомство со всем более-менее значительным, что имелось в тогдашней литературе, поражает. Как поражает и самостоятельность суждений совсем молодого ещё человека.

В статье 1839 года «Немецкие народные книги» Энгельс даёт в целом высокую оценку произведениям народного литературного творчества о Зигфриде, Фаусте, Уленшпигеле, Агасфере (Вечном Жиде) и проч. — и показывает важную роль таких книг для воспитания народа. Статью он начинает так: «Разве не является большой похвалой для книги то, что она — народная книга, немецкая народная книга? Однако именно поэтому мы вправе желать большего от подобной книги, именно поэтому она должна удовлетворять всем разумным требованиям и быть во всех отношениях безукоризненной». Крайне важно то, как обрабатывается и излагается этот народный материал, — Энгельс выступает против поползновений реакционеров, реакционных литераторов вроде Людвига Тика и Гвидо Гёрреса фальсифицировать и использовать народное творчество в интересах господствующих классов страны.

«Необычайной поэтической прелестью, — заканчивает свою статью Энгельс, — обладают для меня эти старые народные книги, с их старинной речью, с их опечатками и плохими гравюрами. Они уносят меня от наших запутанных современных «порядков, неурядиц и утончённых взаимоотношений» в мир, который гораздо ближе к природе. Но об этом здесь не может быть и речи. Главный аргумент Тика заключался именно в этой поэтической прелести, но что значит авторитет Тика, Гёрреса и всех прочих романтиков, когда разум говорит против него и когда дело идёт о немецком народе?»

Речь, стало быть, идёт здесь о том, что приобщение народа к его поэтическому достоянию должно служить не тому, чтоб отвлекать простой народ от актуальных проблем и погружать его в мир иллюзий, но, наоборот, пробуждать в нём энергию и волю к борьбе. В статье, критикуя неудачные примеры обработки народных сказаний отдельными писателями, автор высказывает свою точку зрения: что лучше всего с этим делом справились бы братья Гримм.

По мере приближения революции в Германии в её литературе усиливается, становясь острее и «злее», поэзия соответствующего направления. Причём молодые Маркс и Энгельс имели к этому процессу прямое и непосредственное отношение.

Генрих Гейне (1797—1856) — крупнейший поэт немецкой революционной демократии, поэт-публицист и поэт-философ. Именно Гейне, к слову, первым указал на революционный момент, содержащийся в классической немецкой философии, прежде всего — в гегелевской диалектике. В Париже в 1843—1844 годах Маркс и Гейне подружились — несмотря на значительную разницу в возрасте. Они, кстати, не знали, что являлись дальними родственниками, — впоследствии биографы выяснили, что у этих двух великих людей имелись общие предки (где-то в четвёртом-пятом колене).

Своё главное и самое боевое произведение — поэму «Германия. Зимняя сказка» (1844) — Гейне написал как раз в период тесного общения с Карлом Марксом и под влиянием его революционных — и на тот момент уже во многом коммунистических идей. Это нашло выражение в строках Гейне: «И пусть ленивое брюхо кормить / Не будут прилежные руки». Откликнулся он и на восстание силезских ткачей 1844 года.

Поэт Георг Гервег (1817—1875), лично знакомый с Марксом, сотрудничал у него в «Rheinische Zeitung». Обращаясь к читателю, он ставит вопрос ребром: «Ты раб иль гражданин? Подумай и решись». Стихотворение, откуда это взято, называется «Партия» — стало быть, Г. Гервег своеобразно предвосхитил то, что впоследствии будет названо партийностью литературы, партийностью искусства и философии.

С Георгом Веертом (1822—1856) Ф. Энгельс познакомился ещё на родине, в Бармене, однако близко они подружились в Манчестере: коммерсант Веерт жил по соседству, в Бредфорде. В одном из стихов он даже воспел красоту и темперамент ирландки Мэри Бёрнс — возлюбленной Энгельса. Под влиянием последнего Веерт выступил первым немецким пролетарским поэтом, который писал о борьбе бедных против богачей, шахтёров против шахтовладельцев. В стихотворении «Литейщик пушек» он пророчит революцию — когда рабочие возьмут в руки оружие, которое они в настоящее время создают своим трудом для классовых врагов: «…настанет час / Грозы и битв суровых, / Когда ударим против вас из десятидюймовых!»

Георг Веерт состоял в «Союзе коммунистов» и являлся одним из редакторов «Neue Rheinische Zeitung». Там же сотрудничал и Фердинанд Фрейлиграт (1810—1876). На первой полосе знаменитого прощального номера газеты (от 19 мая 1849 года), напечатанного красной краской, было помещено его боевое стихотворение: «В усмешке презренье к врагам затая / И крепко сжимая шпагу, / «Восстанье!» — кричала пред смертью я [газета. — К.Д.], / Не сломили мою отвагу…».

В своей поэзии Фрейлиграт прославлял героизм сражающегося на баррикадах революции пролетариата разных наций, клеймил буржуазию за её трусость — однако поражение революции 1848 года привело его, как, увы, и многих других, к отходу от борьбы…

«Рейнская газета» писала незадолго до революции, отмечая указанную выше тенденцию к усилению революционности поэзии: «Одна ласточка не делает весны, но столько певцов, которые одновременно выступают и, не сговариваясь, поют на один мотив, — явный признак перемены погоды». Литература — и вообще искусство — служит важным барометром общественных настроений, указывая на приход «бури».

Поэзия молодого Энгельса связана и с его увлечением филологией, языками. Стихи ведь он писал отнюдь не только на немецком, но и на древнегреческом языке!

На торжественном собрании в Эльберфельдской гимназии 15 сентября 1837 года Энгельс прочитал стихотворение «Поединок Этеокла и Полиника», написанное им по мотивам греческого мифа, изложенного в трагедии Эсхила «Семеро против Фив». Произведение, стилизованное под гомеровский эпос, обнаруживает тонкое знание автором нюансов мифологии эллинов (вспомним про влияние дедушки!). А о прекрасном знании юношей греческого языка свидетельствуют такие утончённые словесно-поэтические фигуры, как «воин могучий и дерзкоотважный», «царя меднолатных аргивян», «поразит длиннолезвенной медью», «среброкованный меч».

Выпускное гимназическое свидетельство Фридриха Энгельса отмечало: «…в особенности же [он] научился хорошо переводить как сочинения сравнительно лёгких греческих прозаиков, так и произведения Гомера и Еврипида, и сумел хорошо понять и воспроизвести ход мыслей в одном из диалогов Платона». Бывали ж времена: молодые люди способны были осилить Платона, да ещё и в оригинале, — книжки серьёзные они читали, а не сидели безвылазно в «чатах» и «мессенджерах»!

Блестяще владея иностранными языками, пробовал себя Энгельс и в области литературно-поэтического перевода. Известно, что он переводил с английского языка произведения обожаемого им Перси Шелли — и даже пытался опубликовать эти переводы, но только ему, к сожалению, не удалось договориться с издателями.

Слова Шелли «День завтрашний придёт!» [«Tomorrow comes!»] Энгельс взял в качестве эпиграфа к своему стихотворению «Вечер», в котором аллегорически выражена уверенность в победе свободы в Германии.

Кое-что из переведённого Энгельсом, однако, всё-таки было опубликовано. В 1840 году был выпущен «Альбом Гутенберга» (вероятно, в рамках празднования 400-летия изобретения книгопечатания) — а в нём помещён выполненный Энгельсом перевод стихотворения испанского поэта, просветителя и политического деятеля Мануэля Хосе Кинтаны (1772—1857) «На изобретение книгопечатания». В этом произведении прославлен вклад первопечатника в дело распространения свободы.

Но поэзия — лишь одна из сторон артистической души Фридриха Энгельса.

В письмах и ученических тетрадях Энгельса встречается огромное количество рисунков карандашом: портреты и автопортреты, исторические пейзажи, зарисовки сценок из жизни, карикатуры. Вряд ли можно назвать их произведениями искусства — рисунки выполнены бегло, но достаточно твёрдой рукой, а главное то, что в них выражены индивидуальность автора и его умение видеть мир, подмечая какие-то важные стороны жизни и хара`ктерные черты тех или иных встреченных им людей. Рисование преподавалось в гимназии — как и пение. И вот в тетрадке по истории любознательный гимназист Энгельс изображает египетские пирамиды и сфинкса.

В молодости Энгельс, между прочим, и музыку писать пытался! «Однако это чрезвычайно трудно: такты, диезы и аккорды доставляют много хлопот», — как-то признаётся он в письме к младшей сестре Марии, с которой Фридрих был очень близок. В письмах к ней и Греберам встречаются ноты созданных им произведений. Так, в 1839 году Фридрих сочиняет лютеранский хорал — да, он всё ещё религиозен!

Любовь к музыке была привита в семье. В числе любимых композиторов Бах, Гендель, Глюк. Энгельсу чрезвычайно понравилась «Волшебная флейта» Моцарта, а особенный восторг у него вызвала Пятая симфония Бетховена: «Вот эта симфония была вчера вечером! Если ты не знаешь этой великолепной вещи, то ты в своей жизни ничего не слышала». Живя в Берлине, где он отбывал воинскую повинность, Ф. Энгельс часто посещал театры и концертные залы; там он услышал игру Ференца Листа. Кстати, в тот период своей жизни он отправлял в газету «Rheinische Zeitung» преимущественно как раз корреспонденции о культурной жизни столицы Пруссии.

Летом 1842 года, однако, Энгельс-Освальд — публицист, уже завоевавший признание у читателей, — принимает решение на время прекратить литературную деятельность, дабы учиться. В письме к младогегельянцу и издателю Арнольду Руге он так объясняет это решение: «Я принял решение на некоторое время совершенно отказаться от литературной деятельности и вместо этого побольше учиться. Причины этого решения очевидны. Я молод и самоучка в философии. У меня достаточно знаний для того, чтобы составить себе определённое убеждение и, в случае надобности, отстаивать его, но недостаточно, чтобы делать это действительно с успехом. …считаю теперь своим долгом путём научных занятий, которые я продолжаю с ещё бо`льшим наслаждением, всё более усваивать и то, что человеку не даётся от рождения». В этом — весь Энгельс: он основателен во всём и до конца, он просто не может позволить себе «ни на грамм» дилетантства!

На этом завершился первый, самый ранний, юношеский период литературной деятельности Ф. Энгельса, когда боевая публицистика сочеталась у него с поэзией. Скоро на страницах газет и книг выступит зрелый Энгельс. Поэзия кончилась, но…

Это нормально и правильно, когда юноша пишет стихи — пусть даже коряво и нескладно, но, если в стихах проявляются искренние чувства и устремления, опыты в поэзии не пройдут даром: они с большой вероятностью могут воплотиться в личности благородной и неравнодушной, способной к высоким и бескорыстным поступкам.

«Деятельность, жизнь, юношеское мужество — вот в чём истинный смысл!» — написал Энгельс в письме накануне 20-летия. Это отношение к жизни он сохранит на всю оставшуюся жизнь, несмотря на её непростые перипетии и разо-чарования.

Про времена революции 1848—1849 годов, а точнее — про начало 1849 года Ф. Энгельс вспоминал: «Это было революционное время, а в такое время работать в ежедневной печати — наслаждение. Воочию видишь действие каждого слова: видишь, как статьи буквально бьют, словно гранаты, и как взрывается выпущенный снаряд». Так никогда не сказал бы проплаченный писака, который не сражается, а рутинно выполняет свою работу. Так может сказать только человек, для которого борьба за идеалы является действительным смыслом жизни, по-настоящему сильный духом.

И, как говорили в Древнем Риме, в здоровом теле здоровый дух. Энгельс полностью соответствовал этой аксиоме. Здоровый дух в здоровом теле великого человека был сформирован в детстве и юности. Физкультурой он активно занимался в гимназии. В частности, Фридрих научился ездить верхом. Живя в Бремене, он часто катался верхом с друзьями — на наёмных лошадях. Любовь к верховой езде Энгельс сохранил до глубокой старости.

Другим любимым видом спорта для него было плавание. В письме к сестре Марии он сообщает из Бремена, весьма гордясь собою: «Сегодня так жарко, что я, хотя только избавился от насморка, опять хочу пойти окунуться в Везере. На днях я купался и попросил одного парня плыть за мной в лодке; я без остановки четыре раза переплыл Везер. По-моему, вряд ли кто-нибудь в Бремене сможет подражать мне в этом». Ширина Везера в районе Бремена (по сведениям Советской военной энциклопедии) составляет 220 метров. Получается неплохой результат, хотя это и не то, что переплывать Волгу (от 600 до 2100 метров в среднем её течении) или, скажем, Дунай (300—1000 метров на участке от Вены до Железных Ворот, 1—2 километра ниже их).

Зимой же Энгельс с удовольствием катался на замёрзшем Везере на коньках.

Фридрих отлично фехтовал и, вернувшись из Бремена домой, в Бармен, обучал этому искусству младших братьев. В юношеской горячности Энгельс даже дрался на дуэлях. Заметим, что дуэль имел и юный Карл Маркс — на первом курсе в Боннском университете: вроде как повздорил столь резко с каким-то заносчивым дворянином.

Ещё одним видом физической активности для Энгельса выступали дальние и длительные пешие прогулки — он их практиковал как в Бармене, так и в Бремене. Важны они были не только с точки зрения здоровья и физической формы: юноша в ходе таких моционов наблюдал жизнь трудящегося народа во всех её проявлениях. Ведь часто маршрут пролегал по бедным сёлам и пригородам-трущобам Бремена, так что находившийся тогда в состоянии становления революционер-демократ мог видеть всю изнанку эксплуататорского общества, противоречия, разрывающие его.

Зрелый Энгельс, когда он жил в Манчестере и вёл дела в конторе, конечно же, испытывал неприязнь к миру буржуа, но тем не менее не чурался его полностью, тем более что «положение» обязывало его для проформы поддерживать «светскую жизнь». Известно, что Энгельс увлекался конной охотой, в частности принимал участие в такой традиционной английской аристократической забаве, как охота на лис. И при этом показал себя как самый смелый, бесшабашный наездник.

Заряд физических нагрузок, накопленный в молодости и поддерживавшийся, насколько это было возможно — надо иметь в виду огромную загруженность работой, — в более позднем возрасте, несомненно, послужил важнейшим фактором, обусловливавшим высочайшую работоспособность Энгельса. Его неиссякаемую энергию, чрезвычайно высокую динамичность жизни отмечали все, кто хорошо знал его лично. Отмечали также и то, что, будучи уже в возрасте, Энгельс отличался моложавостью, был по-прежнему строен и подтянут, а кроме того, он очень долго «противостоял седине».

Вильгельм Либкнехт утверждал, что когда однажды в конце жизни Ф. Энгельс выступал на собрании берлинских рабочих — выступал, как всегда, с энергией, живо и бодро, — те, мол, удивлялись: неужели этому юноше стукнуло 73 года? Здесь, наверное, воспоминания видного соратника Маркса и Энгельса всё-таки не совсем соответствовали действительности: в последний период своей жизни, после ухода Маркса, Энгельс тоже подолгу и всерьёз болел. Да, годы неумолимо брали своё...

Например, всё первое полугодие 1887 года Энгельс в связи с болезнью глаз был вынужден ограничить себя в чтении и письме. Был период, когда ему пришлось нанять секретаря, которому он, лёжа в кровати, диктовал статьи, письма и проч.

Однако старый боец не терял бодрости и присутствия духа, противопоставляя подступающим недугам силу воли, самодисциплину, осознание чувства долга перед международным революционным пролетариатом. «Моё положение таково: 74 года, которые я начинаю чувствовать, и столько работы, что её хватило бы на двух сорокалетних. Да, если бы я мог разделить самого себя на Ф. Энгельса 40 лет и Ф. Энгельса 34 лет, что вместе составило бы как раз 74 года, то всё быстро пришло бы в порядок», — написал он Лауре Лафарг (дочери Маркса) 17 декабря 1894 года, накануне последнего в своей жизни Нового года. Оставалась уйма нереализованных планов, но и то, что этот человек успел в жизни сделать, было под силу лишь титану!

https://gazeta-pravda.ru/issue/113-3104 ... sportsmen/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Энгельс: великий борец и мыслитель
СообщениеДобавлено: Ср ноя 25, 2020 9:03 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 9184
ТРИ ПОДВИГА ЭНГЕЛЬСА

200 лет назад, 28 ноября 1820 года, родился выдающийся политический деятель, философ, историк и публицист Фридрих Энгельс. Его родиной была Германия, значительную часть жизни он провел в Англии, а в истории навсегда останется мыслителем и преобразователем всемирного масштаба – как и его великий соратник и ближайший друг Карл Маркс.
Энгельс воспитывался в семье крупного текстильного фабриканта, приложившего максимум усилий для того, чтобы сын пошел по его стопам и связал свою жизнь с прибыльной коммерческой деятельностью. Но старания отца, в конечном счете, привели к противоположному результату. Осваивая тонкости управления производством на принадлежавшей родителю хлопкопрядильной фабрике, расположенной в английском Манчестере, Энгельс воочию убедился, что собой представляет капиталистическая эксплуатация трудящихся. Изнутри познал механизмы, на которых основывается система вопиющей социальной несправедливости, приносящая сверхприбыли абсолютному меньшинству богачей и обрекающая абсолютное большинство бедных на поденный труд за гроши.

Три с половиной десятилетия спустя в своей главной работе «Анти-Дюринг» Энгельс скажет о мировой истории, что «вся она, за исключением первобытного состояния, была историей борьбы классов», и что «эти борющиеся общественные классы являются в каждый данный момент результатом отношений в производстве». Но именно тогда, в начале 40-х годов XIX века, соприкоснувшись с производством лично, будущий соавтор первой в мире программы социалистического переустройства общества ясно осознал: в условиях капитализма народ всегда будет обречен на угнетение, унижение, попрание его социальных и политических прав. В те годы произошло рождение Энгельса как гражданина, ученого, коммуниста, которому суждено было встать рядом с Марксом. До конца дней быть его главным соратником и продолжить великое дело развития теории социализма после его смерти.


***


Первый среди важнейших нравственных и гражданских подвигов Энгельса – то, что он, от рождения имевший все возможности преуспевать в мире капиталистической эксплуатации и строить за ее счет свое личное благополучие, переступил через интересы и стереотипы своего класса. Перерос их интеллектуально и духовно. Предпочел им высшие гуманистические ценности – справедливость, равенство, солидарность, практическая реализуемость которых в государстве социализма получила в трудах Маркса и Энгельса программное обоснование.
В биографическом очерке «Карл Маркс», написанном в 1914 году, Владимир Ильич Ленин настойчиво подчеркивает: «Нельзя понять марксизм и нельзя цельно изложить его, не считаясь со всеми сочинениями Энгельса». Именно Энгельс, с юности уделявший особое внимание экономической теории, подтолкнул Маркса к окончательному осознанию ее важности. К пониманию экономических принципов устройства общества как первоосновы его политической эволюции. И как фундамента в борьбе за построение государства нового типа, отвергающего жестокую эксплуатацию и социальную сегрегацию. Отсюда и рождается марксизм как величайшее политэкономическое учение, о котором Энгельс скажет в конце 1870-х годов: «Этими двумя великими открытиями – материалистическим пониманием истории и разоблачением тайны капиталистического производства посредством понятия о прибавочной стоимости – мы обязаны Марксу. Благодаря им социализм стал теперь наукой…»
Ленин, которому предстояло стать великим продолжателем дела Маркса и Энгельса, основателем первого в мире социалистического государства, прекрасно понимал, что создание теории построения нового мира – это результат уникального труда двух выдающихся личностей. И в августе 1895-го, в своей статье на смерть Энгельса, Владимир Ильич напишет: «После своего друга Карла Маркса, умершего в 1883 году, Энгельс был самым замечательным ученым и учителем современного пролетариата во всем цивилизованном мире».
В этой ленинской статье особо подчеркнуто, что Маркса и Энгельса связывала не просто совместная деятельность и общность мировоззрения, но и настоящая дружба. Та дружба, которая стала вторым выдающимся подвигом Энгельса – подвигом безграничной преданности и самопожертвования.
Энгельс не только использовал значительные средства, доставшиеся ему в наследство от отца, на финансирование научной и политической деятельности, объединявшей его с великим соратником. Можно без преувеличения сказать, что Маркс, гонимый властями и тогдашней «элитой» европейских государств, смог до конца жизни активно работать и не дать своей семье умереть с голоду только благодаря поддержке, которую ему постоянно оказывал Энгельс.


***


Главной исторической заслугой этого выдающегося тандема мыслителей стало и то, что они убедительно доказали обреченность капитализма и ясно сформулировали основы коммунистической идеологии. Энгельс подчеркивал: «Чтобы превратиться в науку, социализм должен был прежде всего встать на реальную почву». Именно это он и осуществил в научном сотворчестве со своим гениальным соратником.
Маркс и Энгельс в полной мере осознавали: критика существующей социально-экономической и политической системы – даже самой несправедливой – лишается смысла, если ей не сопутствует четкая и глубоко обоснованная программная альтернатива этой системе. Именно этого принципа последовательно придерживается КПРФ – единственная на сегодняшний день политическая сила, не просто критикующая губительный курс, проводимый нынешней властью, но предлагающая обществу внятную антикризисную программу. Программу социалистического возрождения России.
Ключевые пункты нашей программы прямо наследуют главным положениям «Манифеста Коммунистической партии», написанного в феврале 1848 года Марксом и Энгельсом. История доказывает, что заявленные в нем требования коммунистов и сегодня так же злободневны и актуальны.
Маркс и Энгельс в своем манифесте заявляли о необходимости изъятия крупных земельных участков у богачей и их передачи под контроль государства и тех, кто трудится на земле. А в XXI веке наша партия оказалась единственной силой, выступившей против состряпанного либералами-разрушителями закона о свободной продаже земли. По сути, это закон о распродаже России алчным нуворишам, которые не заинтересованы в развитии страны и не озабочены ее будущим. Их единственный интерес – ничем не ограниченная эксплуатация наших ресурсов и баснословное обогащение ценой обнищания миллионов. Сегодня именно мы энергично боремся за пересмотр антинародного земельного законодательства и предлагаем свой пакет законов, направленных на защиту российского крестьянства, возрождение села и успешное развитие сельского хозяйства – залога продовольственной безопасности страны.
В «Манифесте Коммунистической партии» Маркс и Энгельс требовали установления высокого прогрессивного налога на доходы богачей. И доказывали, что без этого невозможно наполнить казну средствами, необходимыми для ускорения промышленного развития и повышения благосостояния трудящихся. Сегодня КПРФ выступает с таким же призывом подчинить налоговую систему интересам страны, формированию полноценного бюджета развития. С требованием изменить законодательство в пользу большинства, освободив малоимущих от налоговой нагрузки и принципиально увеличив ее для миллионеров и миллиардеров.
Коммунистический манифест провозглашал необходимость сосредоточения финансовых ресурсов в руках государства под централизованным контролем Государственного банка, который должен быть таковым не только на словах, но и на деле. КПРФ борется за то же самое в сегодняшней России, экономика и финансовая система которой в результате предательского отказа от социализма оказалась в грабительских руках олигархии. С ведома опекающих ее либеральных управленцев, засевших во власти и продолжающих следовать преступным ельцинско-гайдаровским «заветам», из страны в зарубежные банки и офшоры ежегодно утекают триллионы рублей. Выводятся за границу средства, превышающие сумму финансирования важнейших статей бюджета и всех национальных проектов вместе взятых. Только в программе нашей партии ясно сказано, как вырвать финансовые ресурсы, создаваемые трудом граждан, из-под власти олигархов и вернуть их под контроль государства и общества.
Одновременно с переходом крупной земельной собственности и финансовых ресурсов под государственный и общественный контроль Маркс и Энгельс провозглашают и необходимость национализации крупных предприятий, средств производства национального богатства. Это же требование – в основе нашей программы преодоления кризиса, в который вверг Россию олигархический капитализм, демонстрирующий абсолютную управленческую несостоятельность и преступное пренебрежение стратегическими интересами страны.
В рожденном 172 года назад коммунистическом манифесте заявлено, что за счет государственных средств должно быть обеспечено достойное содержание детей и бесплатное образование. Это программное требование Маркса и Энгельса через 70 лет было на деле воплощено Советским государством, которое создали и привели к невиданным экономическим и социальным успехам их выдающиеся последователи – Ленин и Сталин. И сегодня в основе нашей программы – возвращение гражданам главных социальных завоеваний советской эпохи. Гарантия высококлассного и бесплатного образования и медицинского обслуживания. Надежная защита материнства и детства как важнейшее условие преодоления демографической катастрофы, с которой столкнулась наша страна, оказавшись под властью криминального капитализма – системы массового обнищания и вымирания.


***


Нашу правоту подтверждает исторический опыт государства социализма, построенного в России, где великие идеи Маркса и Энгельса впервые нашли свое практическое воплощение. Мы должны гордиться этим. И осознавать, что это налагает на нас особую ответственность. Обязывает быть принципиальными и бесстрашными в борьбе за возрождение Советской власти. Творчески осваивать богатство научной мысли, оставленное нам в наследство Марксом, Энгельсом и Лениным.
Они завещали нам не только выдающиеся научные и политические достижения, но и высочайшие примеры нравственной силы и самоотверженности.
В письме Энгельса немецкому революционеру Вильгельму Либкнехту, где сообщалось о смерти Маркса, есть слова, пронизанные глубокой скорбью преданного друга, политика и ученого, как никто осознававшего тогда, какую огромную потерю понесло человечество. «Величайший ум второй половины нашего века перестал мыслить», – написал Энгельс. Но, пережив эту горькую потерю, он продолжил с удвоенной энергией работать над воплощением в жизнь их с Марксом общего дела. И до конца дней остался верен своему ближайшему другу и соратнику.
Именно Энгельс доработал и подготовил к публикации второй и третий тома «Капитала» – главного труда Маркса, лишь первая часть которого увидела свет при его жизни. Неслучайно Ленин, говоря об этом, подчеркивал: «Эти два тома «Капитала» – труд двоих: Маркса и Энгельса». Семью Маркса, оставшуюся после его смерти без всяких средств к существованию, тоже содержал Энгельс. Блестящий ученый, у которого было множество планов и замыслов, он полностью подчинил всю оставшуюся ему жизнь продолжению дела его гениального друга. В этом творческом и человеческом порыве и состоит третий выдающийся подвиг Энгельса. Такой нравственный и профессиональный подвиг может быть основан только на глубоком понимании и подлинном признании труда и значения других, доступном лишь неординарным личностям.
Наследие Маркса и Энгельса вырастает из их духовного подвига. Подвига солидарности и товарищества. Они лежат в основе достижения любой высокой цели, требующей колоссальных усилий. Это непреложный закон и в работе, и на поле брани, и в политических сражениях за социальные преобразования, за построение общества созидания, братства и справедливости. За будущее Родины!
Именно об этом мы говорили в октябре на Пленуме ЦК КПРФ, где приняли решение о создании Левопатриотического народного фронта борьбы за права трудящихся и национальные интересы России. Об этом сказано и в нашем программном обращении «Ждем вас в рядах борьбы за Справедливую, Сильную и Социалистическую Россию – за СССР!», опубликованном 7 ноября, в день 103-летия Великой Октябрьской социалистической революции. Солидарность, товарищество, умение преодолеть разногласия и отставить в сторону эгоистические амбиции ради главной общей цели – вот что требуется от нас в это трудное и ответственное время. Время, бросившее нам исторический вызов. Тот вызов, достойно ответить на который можно только при условии единения патриотических сил, скрепленных готовностью сражаться с русофобской и антисоветской пятой колонной ненавистников и разрушителей нашего Отечества.
q q q
Жизнеспособность любой теории проверяется качеством прогнозов на ее основе. Фридрих Энгельс почти за полвека заявил о неизбежности мировой войны, в которой Россия и Франция выступят против Германии. Он писал: «Война 1870 г. так же неизбежно чревата войной между Германией и Россией, как война 1866 г. была чревата войной 1870 года». Энгельс гениально предвидел и то, что поводом для развязывания мировой войны может стать конфликт на Балканах. В ходе нее, добавлял мыслитель, правящие классы попытаются укрепить реакционные режимы и уничтожить социалистические партии. «Эта война, в которой от 15 до 20 миллионов вооруженных людей стали бы истреблять друг друга и опустошили бы Европу так, как она еще никогда не была опустошена, – эта война должна либо привести к немедленной победе социализма, либо настолько потрясти старый порядок вещей и оставить после себя такую груду развалин, что существование старого капиталистического общества стало бы еще более невозможным», – написал Энгельс в 1891 году в статье «Социализм в Германии».
Не менее важно подчеркнуть, что с течением жизни внимание Энгельса было все более приковано к России. Чтобы знакомиться с жизнью страны по оригинальным источникам, он даже выучил русский язык. Знание ситуации выработало в нем уверенность: революция в России станет решающим этапом в общем социалистическом переустройстве мира. Он писал Г.В. Плеханову, что Россия «давно уже стоит на пороге больших переворотов, и все необходимые для этого элементы уже созрели». И добавлял: «Уж если дьявол революции схватил кого-либо за шиворот, так это – Николая II».
С тех пор, как были созданы главные труды Маркса и Энгельса, прошло полтора с лишним столетия. За это время капитализм стал еще более жестоким, аморальным и разрушительным. А глубокий и необратимый кризис буржуазной системы еще никогда не был так очевиден, как в наши дни. Об этом свидетельствуют опросы международных исследовательских организаций, согласно которым 60% жителей планеты убеждены, что капитализм приносит им вред, а более половины молодых людей в Европе и Америке причисляют себя к сторонникам социализма. Об этом говорят и ведущие американские и европейские экономисты – Джозеф Стиглиц, Пол Кругман, Нуриэль Рубини, Тома Пикетти. Не только убежденные марксисты, но и ученые, далекие от левой идеологии и еще недавно пытавшиеся возражать Марксу, Энгельсу и Ленину, сегодня вынуждены признавать их историческую правоту. И неизбежность того, что Маркс и Энгельс провозгласили в своем эпохальном манифесте как главную цель коммунистов – ниспровержения господства буржуазии и завоевания пролетариатом политической власти.
Миру все яснее открывается разоблаченная Энгельсом «лживость учения буржуазной экономии о тождестве интересов капитала и труда, о всеобщей гармонии и всеобщем благополучии народа, которое будто бы явится следствием свободной конкуренции». За разгулом эпидемии капиталистической наживы и эксплуатации, уродство которой стало еще более очевидным на фоне эпидемии коронавируса, неизбежно последует социалистическое оздоровление. Мы должны приложить все силы для его приближения. Настойчиво двигаться к этой цели под бессмертными знаменами Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина – под знаменами справедливости, солидарности и прогресса.

Г.А. ЗЮГАНОВ

Председатель ЦК КПРФ

http://sovross.ru/articles/2054/50292


Вернуться наверх
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Сортировать по:  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 3 ] 

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 8


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
cron
Powered by phpBB © 2000, 2002, 2005, 2007 phpBB Group
Русская поддержка phpBB