Высокие статистические технологии

Форум сайта семьи Орловых

Текущее время: Ср мар 27, 2019 3:22 am

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 365 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6 ... 10  След.
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Вт дек 25, 2012 9:56 am 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Русский театр кричит о спасении

Газета "Правда" 25-26.12.2012

Виктор КОЖЕМЯКО.

Повестка дня «круглого стола», состоявшегося на днях в Государственной думе по инициативе фракции КПРФ, официально определилась следующим образом: «О практике реализации законодательства Российской Федерации в сфере театрального дела и театральной деятельности».

Оказывается, для законотворчества есть некие юридические оттенки в этих понятиях — «театральная деятельность» и «театральное дело». Но для всех приглашённых к разговору было ясно, что речь пойдёт о судьбе одного из важнейших направлений отечественной культуры, над которым ныне навис целый ряд серьёзных опасностей. Не голословно, а вполне обоснованно многие говорят об угрозе уже самому существованию русского репертуарного театра, который многие десятилетия был истинной гордостью нашей страны.

Вот почему зал, где более трёх часов продолжался этот взволнованный разговор, был переполнен, а накал страстей шёл, можно сказать, по возрастающей.

Чем хуже, тем лучше?

Узел проблем, которые остро беспокоят в последние годы не только деятелей театра, но и всех, кто болеет за его состояние сегодня и завтра, обозначил в своём вступительном слове ведущий — депутат Госдумы, член Президиума и секретарь ЦК КПРФ Дмитрий Новиков. Например, длительное время обсуждается необходимость принятия нового закона «О культуре», однако до сих пор остаётся неясным, каким он должен быть по ряду ключевых положений. Или, может, необходим специальный закон «О театральном деле и театральной деятельности»?

— Впрочем, — как справедливо заметил Дмитрий Георгиевич, — каждый из нас понимает, что принципиально не то, как будет называться закон, а то, насколько реально он сможет способствовать улучшению деятельности наших театров. Реформа не должна приводить к ухудшению положения в любой сфере.

Абсолютно верно сказано. Однако приводит же! Мы убедились в этом за минувшие двадцать лет многократно. Самый последний вопиющий пример, который сейчас особенно на слуху, — это продолжающаяся реформа образования, которая фактически его разрушает. И это, кстати, имеет прямое отношение к сфере культуры, к театрам, подготовке кадров для них.

Об этом говорил на «круглом столе» Олег Смолин — один из самых убеждённых и энергичных борцов за спасение нашей школы и наших вузов. Слово ему предоставили вне очереди, потому что он непременно должен был идти на пленарное заседание Думы, где во втором чтении проходило обсуждение закона «Об образовании».

Печально знаменитым назвал Олег Николаевич проведённый недавно мониторинг вузов, по результатам которого многие из них, в том числе творческие, театральные, были признаны «неэффективными», то есть подлежащими ликвидации. Но ведь предложенные критерии оценки не просто необоснованные, а зачастую нелепые!

— Мы сделаем всё возможное, чтобы министерство не приняло уничтожающих мер по этому мониторингу, — заявил депутат от имени фракции КПРФ.

А говоря об отношении нынешней власти к культуре и о положении многих работников этой сферы, он употребил такое выражение: «Безумство храбрых любить культуру». В самом деле, разве можно считать нормальным, что актёры Воронежского ТЮЗа, например, как сообщил его художественный руководитель Александр Латушко, имеют зарплату 7—8 тысяч рублей? В муниципальном Камерном театре города Череповца, который на «круглом столе» представляла его художественный руководитель Тамара Макарова, зарплата ещё меньше, хотя, казалось бы, меньше уж некуда.

Такая ситуация, когда приходится не жить, а выживать, конечно же, творчеству не способствует. Актёры вынуждены искать дополнительные заработки, иногда работать буквально на износ. Это сказывается на качестве. А ведь каждый спектакль в родном театре, по выражению Тамары Геннадьевны, заставляет человека тратиться максимально, без скидок на самочувствие и надежды на подмену: в труппе всего 15 человек.

— Мы уже не имеем права болеть, — с грустью заметила она.

И вот при таком теперешнем положении во многих театральных коллективах люди опять и опять слышат от власти знакомое устрашающее слово — оптимизация. Что оно значит, всем хорошо известно: сокращение расходов. Это олигархи и воры-чиновники могут не сокращаться ни в чём, позволяя себе что угодно. В театрах требуют сокращения, да и в целом их всё более бездумно и безумно намерены сокращать. На «круглом столе» говорилось, например, о слиянии, а фактически — об уничтожении сразу шести театров для детей в Москве, включая уникальный детский театр «Волшебная лампа».

Говорят, ничего не поделаешь: рынок. И театры на их языке не творят, а «предоставляют услуги». Наподобие какого-нибудь банно-прачечного комбината. Я помню, с каким гневом говорила об этом на сцене Малого театра народная артистка СССР Элина Быстрицкая предыдущему министру культуры. Но и при новом никаких перемен к лучшему не заметно. Да и как их ждать, если всё диктуют законы капитализма, деньги, погоня за прибылью. А театральную специфику при подготовке «реформ» вовсе не учитывают. Ведь разрабатывают эти «реформы» не художники, а чиновники, которые и спектакли-то не смотрят. Коммерциализация — вот что во главе угла.

Культура, искусство, театры, как и другие сферы нашей жизни, становятся полем классовой борьбы. Это подчёркивали в своих выступлениях заслуженная артистка России Елена Драпеко, художественный руководитель театра «Модернъ» народная артистка России Светлана Врагова и ряд других участников «круглого стола». Борьбе и солидарности, умению твёрдо отстаивать свои социальные права надо учиться, говорили они.

Наступление «развлекаловки», бездуховности, извращенчества

Народный артист России Александр Голобородько горячо поддержал мысль о необходимости крепить солидарность. И не только отстаивая свои трудовые и прочие права — требуется единство в борьбе за истинную культуру. Он с горечью отметил, что на митингах коллектива Московского драматического театра имени Гоголя было очень мало узнаваемых лиц из других театров. Между тем происшедшее с гоголевцами во многом поучительно для всех, и это — повод для серьёзнейшей тревоги всем, кому по-настоящему дорога отечественная культура.

О драме уничтожения Театра имени Гоголя в Москве «Правда» рассказывала неоднократно. Голобородько совершенно верно подчеркнул, что захват театра с русским классическим репертуаром и передача его в руки скандально прославившегося «авангардиста» Кирилла Серебренникова с целью «переформатировать» на извращенчество, бездуховность, «развлекаловку» означают усиление агрессивного наступления на русский театр. Судя по всему, за этим шагом вскоре надо ждать следующих. Департамент культуры Москвы, возглавляемый С. Капковым и его заместителем Е. Шерменёвой, в таком позорном деле себя уже достаточно проявил.

— Нельзя позволять им бесчинствовать и дальше! — заявил А. Голобородько. — Если мы действительно объединимся против этих разрушителей, у них ничего не выйдет.

О том, как важно беречь, отстаивать и развивать лучшие традиции великого советского искусства и его выдающихся мастеров, говорила актриса Московского драматического театра имени Ермоловой Елена Анатольевна Папанова. Она убеждена, что сомнительная аттестация в том виде, как её хотят внедрить в актёрские коллективы, принесёт гораздо больше вреда, чем пользы. Необходимы чуткость и внимание к людям. Искусство и голый коммерческий подход — несовместимы.

— Театр на тысячу лет старше христианства, — размышлял народный артист России Владимир Коренев. — Это светская форма культуры, но призванная нести высокую духовность и нравственность. А что ныне всё чаще и чаще заполняет театральные подмостки? И почему накат всё больше идёт на некоторых ведущих наших мастеров? Да потому, что они не приемлют разрушение нравственности в искусстве. Я очень рад, что здесь собрались сегодня люди, которые глубоко озабочены состоянием нашего искусства и культуры. Только вместе мы можем противостоять тому, что пытаются нам навязать.

Процесс уничтожения подлинной культуры идёт широко. Он захватывает не только театры, но и успешно работавшие одновременно с ними народные клубы, дома и дворцы культуры. Вопиющим фактом стало, например, «переформатирование» знаменитого Дворца культуры ЗИЛ, который отметил своё славное 75-летие. Как рассказала работавшая там Маргарита Озолина, от славы этого замечательного Дворца, вырастившего в своих художественных студиях многих известных деятелей искусства, теперь ничего не остаётся. Некая Е. Зеленцова, которой доверено руководство, видит задачу в том, чтобы ликвидировать всё, что так или иначе связано с ненавистным ей советским временем. Ведь даже само понятие «дом культуры», по её заявлению, ассоциируется со словом «советский». И вот, представьте себе, вместо художественной самодеятельности «в советском духе» людям здесь будут предлагать… искусство мыловарения.

Гнать растлителей поганой метлой!

Интересный диалог случился незадолго до завершения этого «круглого стола». Художественный руководитель московского театра «Школа современной пьесы» Иосиф Райхельгауз счёл нужным заметить следующее. Да, дескать, мне тоже в происходящем сегодня многое не нравится, но не выплеснуть бы вместе с грязной водой ребёнка.

— Я считаю, например, что Серебренников — талантливый человек, — сказал он.

В ответ возмутилась Татьяна Доронина:

— Без духовности не может быть настоящего таланта! А Серебренников прямо заявляет: «Я плюю на духовность». И это тогда, когда Путин призвал усиливать в стране духовные скрепы…

Многими на «круглом столе» было отмечено, что призывы «сверху», подчас вроде хорошие и правильные, существуют как бы сами по себе, а реально процесс идёт совсем по-другому. В культуре это особенно очевидно.

— Получается, что государство тратит деньги, чтобы уничтожить духовность и нравственность нашей русской культуры, — заявила от имени родительской общественности Татьяна Боровикова. — Тратит мои деньги, чтобы поддерживать растлителей, которые уродуют моих детей. А я этого не хочу! Мы все этого не хотим и категорически протестуем! Нам нужен нормальный русский театр, а не извращенцы-педофилы на сцене.

О том же говорила Екатерина Зайкова — секретарь совета общественной организации «В защиту культурного пространства». Создаваемая в основном московскими родителями, эта организация провела своё расследование того, что внедряется и всячески утверждается столичным Департаментом культуры в подведомственной ему сфере. Картины увиденного ужаснули. Дети ходят по сцене в окровавленных халатах, шестилетние созерцают разврат взрослых и т.д. и т.п.

— У государства, — продолжила свою мысль Татьяна Михайловна Боровикова, — не находится ныне четырёх тысяч рублей в месяц, чтобы помочь мне, многодетной матери, обеспечивать учёбу моей младшей в детской музыкальной школе. А на все эти безобразия находятся деньги! Дают 90 миллионов рублей тому же Серебренникову на какую-то немыслимую аппаратуру — и уничтожают репертуарный театр, куда мы ходили семьями, уничтожают ДК ЗИЛ. Да те чиновники, которые творят всё это, — Капков, Шерменёва и прочие — они преступники. По ним уголовные дела плачут. Гнать поганой метлой из нашей культуры извращенцев и растлителей!

Участники «круглого стола» поддержали это прочувствованное, страстное выступление аплодисментами.

http://gazeta-pravda.ru/content/view/13305/34/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Вт дек 25, 2012 11:05 am 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Чтобы знали про жизнь в Советском Союзе

Газета "Правда" 25-26.12.2012

Виктор КОЖЕМЯКО.

Переписка на важную тему

В редакцию «Правды» читатели нередко присылают книги, выходящие в разных регионах страны. К сожалению, из-за тесноты нашей газетной площади нет возможности рассказать о каждом из этих изданий, хотя, прямо скажем, среди них немало интересных, заслуживающих широкого внимания.

Книга, о которой пойдёт речь, пришла на имя обозревателя «Правды» В.С. Кожемяко. Однако вопрос, поставленный в сопроводительном письме, как вы сами убедитесь, имеет далеко не частный характер. Вот почему мы решили опубликовать это письмо ветерана журналистики Валентины Петровны Самойловой, а затем — ответ нашего обозревателя по поводу сборника её очерков о советских людях, который она назвала «Их имена — в истории района».

Письмо в редакцию

Огорчивший вопрос: «А кому это надо?»

Уважаемый Виктор Стефанович, здравствуйте!

Пишет вам и шлёт этот сборник из далёкого посёлка Кавалерово Приморского края Валентина Петровна Самойлова. «Правда» — моя самая любимая газета. Она для меня — источник познания жизни и подтверждение моих оценок современной действительности. Они, конечно, негативные. Вы — из самых почитаемых мной правдистов.

О себе распространяться не буду: в сборнике об этом сказано. А посылаю его вам вот по какой причине. Когда с моей помощницей, специалистом краеведческого отдела Центральной районной библиотеки, собрались издать сборник моих зарисовок об именитых людях района, опубликованных в своё время в районной газете, и она пошла за подшивкой, нынешний архивист (прежняя, к сожалению, уехала в г. Уссурийск) задала ей вопрос: «А кому это надо?»

Вопрос такой меня сильно огорчил, и я уже решила отказаться от затеи. Но библиотечный специалист поступила иначе: она взяла подшивку и начала печатать публикации, помеченные мною. Именно с её помощью вышла в свет книга, и 11 октября 2012 года состоялась презентация. В книге отражено советское время. Если вы прочитаете эти мои немудрящие зарисовки о людях, преобразовывавших наш горно-таёжный район, который благодаря им стал поистине процветающим, то, может быть, найдёте время, чтобы ответить на мой вопрос: стоило ли мне это делать?

Я раздала экземпляры сборника в наши оставшиеся в живых 9 школ (раньше их было 16), подарила центру детского творчества (мэрия собирается его ликвидировать), музею, архиву, Совету ветеранов войны и труда, Центральной библиотеке и другим библиотекам района (их осталась капля), своим друзьям.

Немного о нашем районе. В советское время действовали два градообразующих предприятия — Хрустальненский горно-обогатительный комбинат и леспромхоз, а также молокозавод, авторемзавод, три совхоза. В каждом отделении имелись животноводческая ферма и овощеводческое хозяйство, птицеферма. Теперь этого нет. Сейчас засилье китайской продукции. А были совхоз плодово-ягодный и пчелосовхоз. Остались только частные хозяйства: иначе, без своего хозяйства, сельчанам не выжить.

В районе правят «единороссы». Хотя на выборах в декабре прошлого года кавалеровцы в большинстве своём голосовали за коммунистов. Действует отделение КПРФ. Я — убеждённый член КПРФ и позиций своих не меняю.

Не смею больше отнимать у вас время. До свидания, Виктор Стефанович. Желаю вам крепчайшего здоровья, живите как минимум до моего возраста — до 90 лет. Мне выпала судьба стать ровесницей великого Советского Союза: многое из его истории отразилось в моей жизни, как и в жизни героев моей книги…

Валентина САМОЙЛОВА.

Письмо из редакции

Такие книги нужны не только сегодняшним, но и будущим поколениям

Дорогая Валентина Петровна!

Меня очень взволновали и письмо ваше, и книга. Остро задел вопрос, который, собственно, побудил вас обратиться в «Правду»: «А кому это надо?» То есть кому нужны такие книги — о советской жизни и о советских людях, которым в своё время посвящали вы очерки в газете? Дескать, время это навсегда ушло и принадлежащие ему люди теперь уже никому не интересны…

Но так ли на самом деле?

Да, наверное, интересны не всем. Однако я обратил внимание, что две женщины, с кем свело вас начало работы над сборником, отнеслись к вашей идее диаметрально противоположно. Одна высказала то, что вас так сильно огорчило и даже чуть не заставило отказаться от замысла. А другая? «…Взяла подшивку и начала печатать публикации, помеченные мною». Значит, не согласилась с той, из архива.

Ах какая же молодец, эта специалист краеведческого отдела Центральной районной библиотеки! Вы в письме, к сожалению, не назвали её, а из предисловия к сборнику заключаю, что это, наверное, Л.Е. Медведева. Хочется назвать её по имени и отчеству. Хочется узнать, в каком она возрасте, как и её оппонентка по отношению к вашему замыслу. Почему возраст меня интересует? Да потому, что речь здесь по сути идёт об отношении к нашему советскому прошлому. О разном, насколько я понимаю, отношении.

Оно так же разнится во всём нынешнем обществе, деля его на две части. Одним советское время дорого и очень интересно, другие относятся к нему с презрением или даже ненавистью. Я думаю, первых гораздо больше и становится ещё больше, что засвидетельствовали хотя бы результаты голосования в многомесячной телепрограмме «Суд времени». Вспомните, какая бы тема там ни обсуждалась, в основе была именно оценка советского периода нашей истории. Постоянный перевес его сторонников, причём весьма серьёзный, оказался налицо!

Но всё-таки до сих пор ощутимо сказывается та оглушительная обработка массового сознания в антисоветском духе, которая беспрерывно велась всё последнее двадцатипятилетие и, увы, очень активно продолжается сегодня. Надо полагать, особенно она действует на молодёжь, не видевшую советской жизни своими глазами. Где же среди моря лжи и клеветы найдёт она правду о ней, о советских людях?

Такие документальные книги, как ваша, для этого бесценны.

* * *

Я уже сказал, что меня она взволновала своей искренностью, честностью, любовью к людям, о которых вы пишете.

Есть одно совпадение. В Кавалеровский район Приморского края, расположенный среди гор Сихотэ-Алиня, вы приехали в 1963 году, оставшись здесь затем навсегда. И в том же 1963-м приехал в Приморский край я, молодой начинающий правдист, направленный работать корреспондентом «Правды» по Дальнему Востоку. Так что какое-то время (жаль, что для меня непродолжительное) мы оба писали о замечательных людях этой прекрасной земли.

В Кавалерове не удалось мне остановиться, побывал здесь лишь проездом в более северный Дальнегорск. Но у многих людей того времени (советских!) было нечто общее, где бы ни жили они. И главное, пожалуй, — это забота не только о себе, но и о Родине.

Воплощение лучших качеств советского человека и коммуниста видел я в первом секретаре Приморского крайкома КПСС Василии Ефимовиче Чернышёве. За мужество и отвагу в партизанской борьбе на белорусской земле был он удостоен звания Героя Советского Союза и после войны возглавил Калининградский обком партии. Но получилось так, что двое маленьких его детей погибли, взорвавшись на мине, оставленной фашистами.

Когда это произошло, Василий Ефимович лежал в больнице после инфаркта. И вот его жена, спасая мужа, более месяца рассказывала ему, как чувствуют себя их ребятишки, во что играют, что едят и т.д., хотя их уже не было в живых. Потрясённый этой трагедией и стремясь подальше уехать от напоминаний о ней, он попросился во Владивосток…

Многие из ваших героев, Валентина Петровна, тоже прошли Великую Отечественную. Стали людьми мирных профессий — геологами, горняками, строителями, учителями, врачами, партийными работниками, но вы недаром заводили разговор с ними о военной поре. То было время величайшего испытания для всей Советской страны и для каждого советского человека. «Мы знали, за что воевали» — так выразил суть нашей Победы герой одного из очерков. Другие раскрывают эту мысль подробнее: воевали за справедливую жизнь, которую продолжили строить после войны.

Но как же горько, что эта жизнь, фронтовой подвиг и созидательный труд этих людей, их свершения и мысли, чаяния и мечты ныне столь чудовищно оболганы!.. И надо восстанавливать правду о них, советскую правду, заново.

* * *

Я дал почитать вашу книгу нескольким коллегам-ветеранам. Вот некоторые из откликов.

«Да, конечно, нужны такие книги! В них нынешним и будущим молодым поколениям передаётся история Советской страны. Новые поколения должны знать подлинную историю из уст её современников, а не из вымыслов тех, кто не жил тогда и не был участником этих событий».

«Валентина Петровна, книга ваших очерков отражает историю рождения, развития и жизни одного района — Кавалеровского, но для читателей других регионов страны это частичка биографии нашей Родины. Хорошо, что под всеми очерками стоят даты: они — как вехи славной летописи».

«Очень тепло, душевно пишете вы о людях различных специальностей, об их высоком профессионализме, ответственном отношении к делу, об их любви и преданности Советской Родине, о любви к природе и ответственности за её состояние. Невольно сравниваешь с тем, что мы видим и слышим сейчас, из чего состоят нынешние теле- и радиопередачи…»

Действительно, сравнения то и дело напрашиваются, и в этом, на мой взгляд, особая ценность вашей книги для молодёжи.

Например, в связи с биографиями некоторых героев вы рассказываете о том, как встречали на местах молодых специалистов. Как самых дорогих и желанных людей! И не приходилось мыкаться в поисках работы, вытеснять кого-то, отбивать себе «место под солнцем»…

Или вот заходите вы накануне Нового года в новый дом, где поселились рабочие-строители (очерк так и называется «С блокнотом в рабочей семье»). Хозяина нет, он на смене. А жена рассказывает журналисту удивительные для нынешнего времени подробности, как семья рабочего строительного управления № 1 Виктора Теофиловича Грушевского получила эту трёхкомнатную квартиру:

— Мы жили в двухкомнатной секции. И хотя испытывали неудобства от того, что подрос сын (Юра учится в 9-м классе) и растёт дочь Маринка, на расширение жилплощади заявление не подавали… Но Виктор Теофилович хороший работник. Он плотник, монтажник, ударник коммунистического труда. По решению бригады ему вне очереди выделили трёхкомнатную квартиру, в виде премии за хорошие дела.

И это — бесплатно. Ну как? Возможно такое сегодня?

А текущая квартплата — 22 рубля в месяц. При том, что общий заработок мужа и жены — 500 рублей. А за дочку, которая целый день в детском саду, платят всего 12 рублей 50 копеек.

Казалось бы, подробности материальные, но за ними — нравственная, духовная атмосфера жизни. Квартиру дают в первую очередь лучшему работнику: по труду и честь. Решает это бригада, коллективно решает: вот вам истинная демократия.

Кстати, в книге можно прочесть о разных рабочих бригадах, разных трудовых коллективах, и всё время ощущаешь, как много значит для людей чувство локтя: это в полном смысле человек человеку — друг, товарищ и брат. И тех, кто, образцово работая сам, умело поддерживает такую коллективную атмосферу, государство достойно награждает.

Скажем, Антон Васильевич Белинский, руководитель бригады строителей, где трудится упомянутый В.Т. Грушевский, награждён орденом Ленина. А бригадир Хрустальненского горно-обогатительного комбината, проходчик недр Михаил Николаевич Бойко стал Героем Социалистического Труда. И вот как о нём, рано ушедшем из жизни, вспоминают товарищи:

— Бывало так: отработает свою смену, а домой не идёт до тех пор, пока не убедится, что и в другой смене полный порядок.

Сейчас опять заговорили, что стоило бы учредить звание «Герой Труда». Однако нельзя не задуматься, чьё богатство умножает труд этих потенциальных героев. Хозяина? Капиталиста? Олигарха?

А что значит «работа каждого на себя», о чём рассуждает нынешний президент страны в своём очередном Послании Федеральному собранию? Даже он вроде бы хватился: «Нельзя прожить особняком…» И в связи с этим выразил пожелание, чтобы люди соотносили «свою собственную жизнь, свою работу с заботами об окружающих, с устремлениями всего народа и всего государства».

Но для этого необходимы соответствующее государство, соответствующий строй жизни! Ваши герои, Валентина Петровна, потому так красивы делами, душой и помыслами, что для них личное и общее неразделимы. Всё, на что способны они, стараются по максимуму отдать людям. Потому что в этом их собственное счастье и благо всей страны.

Замечательный геолог Евгений Иванович Кальницкий, горячо любящий свою профессию, одарён множеством талантов, которыми делится со всеми. Организует (совершенно бескорыстно!) спортивную и туристическую работу, художественную самодеятельность и краеведение, пишет в газеты и прекрасно фотографирует. А доярка Римма Орлова из совхоза «Горнореченский» увлечена пением: работа на ферме нелёгкая, но она в любое время готова ехать с концертом в любой конец района, чтобы подарить песни рабочим людям. Секретарь райкома КПСС Раиса Павловна Марусова создаёт в Кавалерове историко-краеведческий музей, картинную галерею, центр социальной защиты и реабилитации подростков…

* * *

Честное слово, дорогая Валентина Петровна, мне хотелось бы познакомить читателей «Правды» со всеми, о ком рассказали вы в своей книге. Но это невозможно: более пятисот страниц вместили многие десятки человеческих судеб, в том числе и вашу. Из них складывается удивительный и прекрасный коллективный образ советского человека.

В «новой России» его оскорбительно обозвали «совком». Однако ход жизни с неопровержимой убедительностью доказывает: будущее именно за ним, советским человеком, за советской социалистической цивилизацией. Об этом снова и снова думается сегодня, когда мы готовимся отметить 90-летие СССР — Союза Советских Социалистических Республик.

Союз дружбы, труда, справедливости, чести… Мы в нём жили. Партия, в которой мы с вами состоим, несёт на своём знамени его идеалы и борется за их победу. А что больше всего волнует ныне ваших земляков, коммунистов вашего района?

Может быть, вы соберётесь вместе и обсудите эту тему, а потом, в преддверии XV съезда КПРФ, поделитесь своими мыслями в «Правде»?

Самого доброго вам!

http://gazeta-pravda.ru/content/view/13335/34/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Пт янв 11, 2013 12:50 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Гений русского театра обогатил мировую культуру

Газета "Правда". 11-14 января 2013 г.


Обозреватель «Правды» Виктор КОЖЕМЯКО беседует с народным артистом России Василием ЛИВАНОВЫМ

17 января исполняется 150 лет со дня рождения Константина Сергеевича Станиславского — великого актёра и режиссёра, эпохального театрального новатора, деятельность и открытия которого преобразовали сценическое искусство ХХ века. А каково отношение к наследию отечественного гения сегодня? О значении заветов К.С. Станиславского и нынешнем состоянии актёрского, режиссёрского дела в нашей стране я решил поговорить с народным артистом России Василием Ливановым.

Выбор мой обозначило вот что. Во-первых, это сын одного из талантливейших учеников Станиславского: народный артист СССР Борис Ливанов многие годы был ведущим актёром, а затем и режиссёром Московского Художественного академического театра имени М. Горького. А во-вторых, сам Василий Борисович, хотя он не стал актёром МХАТ, во всей своей работе на сцене, телевидении, в кино всегда руководствовался школой Станиславского, о чём говорил не раз.

Влияние его школы на искусство актёров и режиссёров грандиозно повсюду

— Как вы определили бы, Василий Борисович, место Станиславского в русской и мировой культуре?

— Если мы возьмём десять имён первого ряда среди деятелей нашей культуры, которые стали мировыми знаменитостями, то, безусловно, одним из первых в их числе будет имя Константина Сергеевича Станиславского. Потому что его представление о задачах искусства, о профессии актёра оказало грандиозное влияние во всём мире. И лучшие представители этой профессии в разных странах работают по школе Станиславского — русской национальной школе.

Вот когда в Америку переехал в своё время великий наш актёр Михаил Чехов, он основал там свою актёрскую школу. Но ведь она была фактически вектором школы Станиславского! А Ли Страсберг, американский режиссёр и актёр, организовал школу прямо под таким названием. Причём через неё прошли многие ведущие актёры Америки. Например, лучший, по моему мнению, американский артист Роберт де Ниро вышел из школы Ли Страсберга, то есть из школы Станиславского. И Герри Купер там был, и Марлон Брандо, Аль Пачино, Мерилин Монро и другие. Именно по Станиславскому они определяли, что главное в их профессии.

— Я думаю, вы немало могли слышать о Станиславском и его уроках непосредственно от своего отца.

— Да, мой отец был любимым учеником Константина Сергеевича. Учитель оставил даже своего рода письмо-завещание, адресованное «милому и любимому артисту, хорошему человеку».

— С огромным интересом прочитал я его в давнем сборнике, посвящённом Борису Николаевичу Ливанову. Постараюсь, хотя бы в сокращении, напечатать этот текст вместе с нашей беседой… Так вот, я обратил внимание, чем уже тогда, в 1936 году, всерьёз озабочен Станиславский. Тем (цитирую), «что театр во всём мире кончается навсегда». Не просто чувствовал, а воочию видел великий художник наступление повальной коммерциализации искусства, которая сегодня во многом добивает его. И на кого всё-таки надежда у Константина Сергеевича? На тех, кто знает, что такое истинное искусство, кто понял его тайны и призван отстаивать русское искусство артиста, чтобы спасти искусство мировое. Вот ведь ради чего в конечном счёте трудился Станиславский, создавая и оставляя в наследство будущим поколениям свою знаменитую систему. Не так ли?

— Что касается системы, отец говорил мне: слово такое применительно к наследию Станиславского стали зачастую употреблять те, кто просто хотел с этой системы кушать. Можно ли из бездарности «по системе» сделать артиста? Нет. Это невозможно!

Расскажу вам про забавный случай, о котором знаю тоже от своего отца. Как-то (дело было в 30-х годах) объявили по Москве, что один из корифеев МХАТ Леонид Миронович Леонидов выступит в театральном институте с лекцией на тему «Что нужно, чтобы стать актёром». Народу набилось уйма. На сцене — стол с красной скатертью, сидят ведущие преподаватели ГИТИСа. И вот приезжает Леонидов. Под бурные аплодисменты выходит на сцену и перед затаившим дыхание залом говорит: «Чтобы стать актёром, нужно иметь талант». И уехал…

Действительно, прежде всего и непременно в искусстве требуется талант, без которого ничего быть не может. Но в чём колоссальная заслуга Станиславского? Он смог гениально обобщить актёрский опыт — и не одного поколения! Начиная со Щепкина, даже раньше. Обобщил и сделал определённые выводы, на которых, собственно, и основывается его школа. Напомню, как он пишет: если мои труды помогут кому-то из талантливых людей, я буду счастлив.

Грандиозный вклад его в театральное дело состоит в том, что он дал актёрской профессии терминологию, которой до него не было, дал язык. Если раньше режиссёры объясняли актёрам «на пальцах» либо личным показом, чего от них хотят, то теперь появились «задача», «сверхзадача», «зерно образа» и так далее. Определил всё очень точно! И это — невероятная помощь актёру и режиссёру, это — чрезвычайно важно.

Талант в гранях совести и нравственной ответственности

— Однако же не сводится наследие Станиславского, при всей чрезвычайной важности того, о чём вы сейчас говорили, только к технологии или даже психологии творчества. «Жизнь человеческого духа» — вот по Станиславскому предмет и цель искусства, а одна из главных его книг называется «Этика». Значит, речь о духовной, нравственной, гражданской позиции художника?

— Разумеется! Станиславский назвал свой театр — «Общедоступный». Он не мог назвать его — «Народный», тогда это не проходило, но смысл-то именно такой. То есть актёр выходит к своему народу, и он должен быть частью народа, кого бы ни играл, какой бы образ ни создавал. Этим задан высочайший уровень нравственной ответственности, составляющей самую суть завещанного Станиславским.

Нравственная ответственность — вот о чём в искусстве недопустимо забывать! Это неотъемлемая часть нашей русской национальной актёрской школы. Когда-то Михаил Семёнович Щепкин сказал: «Театр — это храм. Священнодействуй или убирайся вон!» Станиславский, как я уже говорил, обобщил многое, что составляло в нашем искусстве лучшие традиции лучших мастеров. И на этом был построен Художественный общедоступный театр.

Ответственность, исключительная требовательность, стремление к бесконечному совершенствованию пронизывали всё в театре, созданном Станиславским и Немировичем-Данченко. Отец рассказывал, что как актёр Константин Сергеевич был даже выше, нежели как режиссёр. Однако с некоторых пор перестал играть в спектаклях. Когда отец спросил его, а почему же, он ответил: «Мои требования к этой профессии задушили бы меня».

Вы понимаете, каковы требования? Не только к другим, а в первую очередь к себе! Это я особенно видел в своём друге и партнёре Виталии Соломине. Он был успешный актёр, но считал, что главного успех не определяет. И он к себе был крайне строг, буквально одержим неискоренимым стремлением к совершенству.

— Прямо по Пушкину: «Ты сам свой высший суд; / Всех строже оценить умеешь ты свой труд…»

— Верно. Да потому что это — искусство, будь то Пушкин, певец Шаляпин или живописец Суриков. Вот мой отец считал, что понятие «талант» лежит в гранях совести…

— То есть он связывал это?

— Да. И отсюда — ответственность художника.

— Замечательно! Изумительная мысль.

— Рождённая, подчеркну, учительством Станиславского.

— А сейчас всё больше — полное забвение и совести, и ответственности.

— К сожалению, это факт. Увы, результат соответствующий…

— Мне посчастливилось видеть на сцене МХАТ многих величайших артистов — учеников Константина Сергеевича. Впрочем, поскольку детство прошло в рязанском селе, а телевизоров тогда не было, сперва я узнал и полюбил их по голосам — в регулярных радиопередачах «Театр у микрофона». Смотреть спектакли начал, став уже московским студентом. Ну а вы, конечно, всё это совершенство видели с младенческих лет?

— Многократно. Например, «Мёртвые души» смотрел 37 раз.

— Восхитительный там был Борис Ливанов в роли Ноздрёва. Или он же — Солёный в «Трёх сёстрах», это был мой самый любимый спектакль во МХАТ, да и вообще самый любимый…

— Старший друг отца Василий Иванович Качалов, в честь которого было дано мне имя, говорил, что высшей ступенью актёрского таланта, которой лишь иногда удаётся достигнуть, становится рождение человека. Это когда зрители видят перед собой не просто известного актёра в роли, а живого человека. Скажем, не Бориса Бабочкина, а Василия Ивановича Чапаева, и абсолютно верят, что перед ними — Чапаев.

Вот таковы у отца и Ноздрёв, и Солёный. Или, например, я видел Михаила Михайловича Тарханова, кода он играл Собакевича. Открывается занавес, на сцене сидят Собакевич и Чичиков (тогда это был Топорков). Долгая тишина, пауза. Потом — ещё не произнесено ни слова, а по залу пробегает смех. Затем смех быстро нарастает, и вот уже это хохот, охвативший все ряды. И потом овация. А почему? Магия театра. Люди увидели и поняли, что перед ними — настоящий живой Собакевич.

Мне тоже повезло с Шерлоком Холмсом в телесериале. Знают, конечно, люди, что это актёр Ливанов, но, встречая на улице или в магазине, иногда говорят: «Мистер Шерлок Холмс». Это высшая награда, а удалось такое, безусловно, благодаря школе Станиславского…

— У вас ведь есть и ещё одна высокая награда за эту работу — орден Британской империи, которым вас наградила английская королева.

— В мировом киноискусстве его получили только трое: режиссёр Стивен Спилберг, актриса Элизабет Тейлор и ваш покорный слуга. Горжусь, но опять-таки отношу это к победам нашей национальной актёрской школы. Мне показывали страницу из дневника королевы, где написано: «Наградить русского актёра Василия Ливанова».

Возвращаясь к спектаклям МХАТ времени Станиславского, в том числе поставленным им самим, я обязательно должен сказать о «Женитьбе Фигаро». В моём сознательном детстве он уже не шёл, но к 50-летию театра, в 1948 году, когда мне было 13 лет, в честь юбилея решили один раз его показать. Впечатление было необыкновенное! Мне кажется, такого театрального пиршества, такого в полном смысле совершенства я на сцене больше никогда не видел. Вспоминаю тот потрясающий вечер и каждый раз думаю: вот что значит Станиславский…

Традиция — это не повторение, а творческое развитие принципа

— Давайте потолкуем о соотношении новаторства и традиции в искусстве. Станиславский, безусловно, был величайшим новатором, но вот говорят, что сегодня он «сковывает», как и следование любой традиции.

— А кто так говорит?

— Ну какой-нибудь Кирилл Серебренников.

— И не он один… Мой отец, имея в виду, конечно, Станиславского, говорил так: «Традиция — это не есть повторение одного и того же, а развитие принципа». Воплощением русской национальной традиции был Малый театр. Станиславский впитал эту традицию и стал развивать её принципы.

Среди его учеников были Мейерхольд и Вахтангов. Их нередко противопоставляют учителю, но ведь они не создали своей школы. То, чем занимались, были поиски, эксперименты, опыты. При этом могу сказать, что во многом их работа была развитием принципов, заложенных Станиславским, который сформулировал актёрскую школу.

Вот я вахтанговец, однако, как и многие другие, без этой школы обойтись не мог.

— Василий Борисович, но почему вы пошли в Щукинское училище при Театре имени Вахтангова, а не в Школу-студию МХАТ? Не хотели, чтобы у кого-нибудь возникло подозрение в «блате»?

— И это, конечно. Однако меня, по первому образованию художника, влекло вахтанговское искусство. Парадное, праздничное. Я уже окончил художественную школу, уже поступил в Академию художеств. И вдруг — забираю оттуда документы и подаю в Щукинское.

А отец, между прочим, всячески меня от актёрства отводил. Боялся фамильной инерции. Когда узнал про этот мой шаг, при мне позвонил Рубену Николаевичу Симонову и попросил, чтобы мне был устроен строжайший экзамен с пристрастием. Сказал: «Если поймёте, что Васька не тянет, гоните его в шею!» И, знаете, в кабинете Симонова собрались семеро ведущих мастеров, начиная с Абрикосова, и полтора часа гоняли меня по русской поэзии, благо, что я неплохо её знал. А потом Рубен Николаевич позвонил отцу: «Успокойся, Василий на правильном пути». Для меня это был один из самых страшных экзаменов в жизни — определение судьбы.

— Что ж, я опять вспоминаю «Этику» Станиславского. Мог бы отец за вас хлопотать, а он — наоборот…

— Расскажу ещё про один случай, связанный с отцом. Когда я уже был актёром с именем, знаменитый драматург Алексей Арбузов дал во МХАТ свою новую пьесу «Ночная исповедь», которую должен был ставить отец. При этом Алексей Николаевич сказал, что главную роль он написал для Василия Ливанова.

Директор МХАТ позвонил мне: «Мы приглашаем вас». Я отказался. И тогда звонит отец: «Это правда?» Отвечаю: «Да, поскольку никто ведь не узнает про желание автора, а все будут думать, что я просто пристроился к тебе; и как мы оба будем выглядеть?»

— Как же реагировал Борис Николаевич?

— Была большая пауза, а потом я услышал: «Негодяй… Я тебя обожаю».

— Тоже, по-моему, соответствует нравственным принципам Станиславского.

— Так нас учили. Так воспитывали.

К чему ведут власть денег и курс на «развлекуху»

— Да, в наследии Станиславского слились воедино наивысшие нравственные требования и глубочайшее проникновение в профессиональные тайны театра. Физически Константин Сергеевич ушёл из жизни давно, однако его присутствие в бытии нашего искусства ощущалось явственно и сильно. До каких-то пор. Теперь подчас кажется, что его забыли. Даже имя не звучит. Почему?

— А вот вы упомянули модного ныне режиссёра Серебренникова. Ему и таким, как он, Станиславский не нужен. Более того, он им мешает! Потому что это — критерий, недостижимый для них и раздражающий.

Вы же видите, как падает уровень — в театре, кино, на телевидении. Если взять, например, телесериалы, которые имеют самого массового зрителя, то играются они на уровне второго курса театральных институтов. Есть этапы вхождения в профессию. Первый курс — дикция, упражнения на внимание и т.п., то есть техника, овладение основами ремесла. Второй курс — этюды по установке «Я в предлагаемых обстоятельствах». Это ещё не создание образа. Человек учится общаться и произносить текст. Вот что нынешние телесериалы и демонстрируют.

Это вам не «Адъютант его превосходительства» или «Место встречи изменить нельзя». Актёры не создают образы, что есть их главная художественная задача, а просто обслуживают текст, причём, как правило, текст плохой, бездарный. Поэтому зрителя ничто не волнует и ничто ему не запоминается. Существует ведь эманация между актёрами и зрителями — взаимная передача чувств. А если герой актёру не интересен и не дорог, то и зритель остаётся равнодушным.

— Но в чём причина этого?

— Могу сказать: цель — деньги. Актёр говорит, что надо семью кормить, а выкладываться не обязательно.

— Семью и раньше надо было кормить.

— Но при этом была внутренняя ответственность актёра как гражданина.

— А почему она исчезла?

— Потому что рынок. Искусство переводят в рынок. Всем командует продюсер, озабоченный одним: лишь бы вернуть деньги. А кто как играет — ему безразлично.

Актёр должен работать в соавторстве с драматургом. Но поскольку драматургии у нас сегодня нет, то берётся классика и калечится. Модные режиссёры дописывают Гоголя, Островского, Чехова... Ужас! Калечат классику кто во что горазд.

Курс взят на «развлекуху». Такова их установка. Чтобы люди приходили в театр не думать, не чувствовать и сочувствовать, а только развлекаться. Поэтому большой артист ныне Максим Галкин, а он — одарённый конферансье, не более того.

Да почти все, куда ни кинь, гениальные, великие, в крайнем случае — легендарные. На телевидении (надо же!) — «Фабрика звёзд». Какая-то девица что-то там пропищала — и уже она «звезда»! Сперва за-ради извращенцев испохабили голубой цвет неба, а теперь похабят Млечный путь. В чём звёзды-то виноваты, что их сдёргивают в это болото?

— Не порадовался бы Константин Сергеевич…

— Какое там! Разрушают критерии.

— Культуру разрушают. Вы согласны с этим?

— Да, есть «пятая колонна», которая разрушает русскую культуру. Это мечта любого завоевателя. Мечта у Гитлера такая была.

Память о великом должна жить, работать, духовно поднимать народ

— Мы приближаемся к юбилею величайшего деятеля отечественной культуры, но, если устроить опрос, кто такой Станиславский, большинство, наверное, не сможет ответить.

— Ничего удивительного. В последние десятилетия это имя действительно не звучит. В Москве даже улицу Станиславского, где он жил и работал, переименовали опять в Леонтьевский переулок. А кто этот Леонтьев? Бригадир, то есть воинский чин при императрице Елизавете Петровне. Не Суворов и не Кутузов. Знаменит лишь тем, что когда-то построил на этом месте свой дом.

Ну кому, спрашивается, помешал Станиславский? Кому помешал Чехов, что улица его имени стала Малой Дмитровкой?

— Протестов было много, но — без результата.

— Продолжу тему. Нет в Москве памятника Станиславскому. Недавно мы говорили об этом с замечательным актёром и моим другом Евгением Стебловым. Он в Союзе театральных деятелей заместитель Калягина. И мы решили, что надо обязательно со всей остротой поставить этот вопрос. Может быть, даже объявить Всероссийский актёрский сбор средств на создание такого памятника, чтобы все наши актёры были причастны к этому.

Но памятник непременно должен быть! Память о великом нашем национальном достоянии должна жить, работать, духовно поднимать народ.

К.С. Станиславский — Б.Н. Ливанову:

«Чтоб тайны нашего дела не оказались навсегда схороненными»

…Милому и любимому артисту, хорошему человеку.

Кому много дано, с того много и спросится. Отвечайте мне, что Вы сделали с Вашим прекрасным талантом? Поняли Вы главные основы искусства? Изучили Вы их? Знаете ли Вы, что единственная радость в нашем деле — познавание творческих тайн органической природы? Подсказал ли Вам талант, что театр во всём мире кончается навсегда; что уцелели единицы, ещё знающие, что такое искусство? Таких единиц, знающих кое-что об искусстве, больше, чем где-нибудь, — в нашем театре. Это обязывает его ко многому. Но и эти единицы стареют и уходят от нас, а с ними уходит и русское искусство артиста. Не пропустите их, чтоб тайны нашего дела не оказались навсегда схороненными. МХАТ — призван спасти мировое искусство. За неисполнение этого указа судьбы ответите Вы, оставшиеся в живых молодые последователи. Если это Вам удастся — Вас ждёт Слава. Нет — Вас заклеймит позор…

Любящий и надеющийся на Вас

К. СТАНИСЛАВСКИЙ.

8 июля 1936 г.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Пт янв 25, 2013 6:07 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Прорыв блокады незабываем

Виктор КОЖЕМЯКО. Обозреватель «Правды».

Символично, что в истории Великой Отечественной войны два этих имени рядом — Ленинград и Сталинград. Сейчас, когда мы готовимся отметить 70-летие величайшей победы в Сталинградской битве, календарь напоминает и ещё одну важную дату, связанную уже с героическим городом на Неве: 18 января 1943 года была прорвана Ленинградская блокада.

Это произошло в результате соединения войск Ленинградского и Волховского фронтов. Пока ещё не полное снятие блокады, душившей город (салютовать такому событию предстоит через год — 27 января 1944-го), но облегчение весьма значительное. После многомесячного перерыва у осаждённых ленинградцев появилась связь с Большой землёй не только через Ладожское озеро, но и по суше.

Всего за 17 дней была построена железнодорожная ветка Поляны — Шлиссельбург. И уже 23 февраля 1943 года нормы выдачи продовольствия блокадникам повышаются до уровня крупных промышленных центров, находящихся в тылу.

Путь к этому был нелёгким. По инициативе Верховного Главнокомандующего в предыдущие месяцы были предприняты четыре наступательные операции с целью снятия блокады. Между тем в ходу нелепая и злобная выдумка, будто И.В. Сталин, «не любивший Ленинград», «боявшийся его», сознательно хотел продлить страдания ленинградцев.

Что тут скажешь? В одном из публикуемых ниже писем, которое пришло к нам в редакцию от женщины, пережившей блокаду, подобные выдумки названы кощунственными. Нельзя не согласиться. Вообще, при чтении некоторых газетных материалов, появившихся в связи с памятным событием семидесятилетней давности, складывается впечатление, что авторы их решают очень специфическую задачу. Как ни поразительно, во всех бедах, которые пришлось перенести жителям блокадного Ленинграда, обвиняются не столько гитлеровские захватчики, сколько Сталин, коммунисты, Советская власть.

А чего стоит хотя бы вновь возбуждённая байка про «обжирающегося» Андрея Александровича Жданова, первого секретаря Ленинградского обкома и горкома ВКП(б), про персики и пирожные в хрустальной вазе у него на столе, якобы специально доставлявшиеся ему самолётами! «Но сохранилось достаточное количество свидетельств того, что никакими особыми излишествами в быту (и, в частности, в питании) Жданов не отличался, — пишет объективный исследователь. — Так, в конце 80-х был опрошен целый ряд сотрудников Смольного (официантка, медсёстры, помощники членов Военсовета, адъютанты), и все они отмечали неприхотливость ленинградского вождя».

Однако «специфическим историкам» это не интересно. Мы-то теперь, после «перестройки» и «реформ», хорошо знаем, что при желании могут оклеветать кого угодно. Если речь о Ленинграде, достаточно вспомнить, как нагло был оклеветан его партийный руководитель более позднего периода — Григорий Васильевич Романов. Будто пользовался он посудой из Эрмитажа на свадьбе дочери. Доказано: это ложь, полнейшая выдумка. Но ведь молчат, что доказано! Полощут по-прежнему Романова, как только хотят.

Однако все, кто по-настоящему знает деловые и моральные качества этого коммуниста-руководителя, могут вполне представить его среди организаторов обороны Ленинграда и жизни города-героя в осаде. Вообразить же таким руководителем, например, антикоммуниста-«демократа» Собчака ну никак невозможно. Вы согласны? Есть о чём задуматься...

Газета "Правда", 25-28 января 2013 г.

http://gazeta-pravda.ru/content/view/13519/79/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Чт фев 14, 2013 7:49 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Защитить нравственные и духовные наши устои

Виктор КОЖЕМЯКО.

Эта тема уже много лет переполняет письма, приходящие в «Правду», и постоянно звучит на её страницах. Острейшая озабоченность, тревога и боль людей понятны. Одним из самых ужасающих последствий так называемой перестройки и «радикальных реформ» стал подрыв духовно-нравственных основ российского общества, прежде всего — русского народа.

Произошло это, конечно, не само собой, а в результате определённой политики, проводившейся властью. И все последние двадцать лет КПРФ в связи с этим била тревогу, пыталась всемерно противостоять уничтожению духовности и нравственности в нашей стране. Однако голос коммунистов не только игнорировался «сверху», но и всячески заглушался.

Итог удручает. Сегодня уже абсолютно очевидно, что Россия переживает настоящий духовно-нравственный кризис. Крайне тревожное нравственное состояние нашего общества отражают самые разные социологические и психологические исследования. Падение нравов всё более воспринимается как одна из главных проблем современной России. Уже и президент страны заговорил об утрате наших духовных скреп.

Беда, однако, в том, что дальше общих разговоров дело пока зачастую не движется. Между тем для спасения народа и страны (да, вопрос ныне стоит именно так!) необходимы конкретные, причём неотложные, меры. С целью коллективного обсуждения и выработки таких мер по инициативе фракции КПРФ в Государственной думе и был проведён этот состоявшийся на днях «круглый стол». Тема его звучит более чем актуально: «О защите духовно-нравственных традиций русского и других народов России и их законодательном обеспечении».

Организаторами «круглого стола» вместе с коммунистами, стремящимися объединить в решении назревших проблем все здоровые силы общества, стали Всероссийское созидательное движение «Русский Лад», межрегиональное общественное движение «Семья. Любовь. Отечество» и Всероссийское общественное движение «Народный Собор». Среди участников — депутаты Госдумы и региональных органов власти, учёные и деятели культуры, представители правительства, Церкви, СМИ, ряда общественных организаций и движений.

Фракция КПРФ в Госдуме представила на обсуждение собравшихся проект Федерального закона «О Высшем совете по защите нравственности в области телевизионного вещания и радиовещания в Российской Федерации», подготовленный с учётом мнения учёных и многих общественных организаций.

Выражая тревоги и чаяния общества

Работу «круглого стола» открыл вступительным словом Председатель ЦК КПРФ, руководитель фракции КПРФ в Государственной думе Г.А. Зюганов, председательствовавший на этом исключительно важном и представительном заседании, которое он назвал знаковым.

— Сегодня, — сказал Геннадий Андреевич, — рассматриваем один из ключевых вопросов, который касается духовно-нравственных основ нашей жизни, прежде всего — государствообразующего русского народа, который под свои знамёна собрал 190 народов, народностей, языков и наречий.

Всё познаётся в сравнении. Лидер КПРФ говорил о высочайшем государственном значении духовных и нравственных факторов на широком фоне более чем тысячелетней истории России. Когда они были сильны, страна крепла и одерживала победы. Когда ослаблялись и падали, наступало время серьёзнейших кризисов и поражений.

Выступавший напомнил: после распада Российской империи только могучая воля партии большевиков собрала воедино нашу державу в составе Союза Советских Социалистических Республик. И это удалось именно потому, что партия опиралась на самые глубинные основы народной жизни, прежде всего — на русский коллективизм, уважение к труду и высокую духовность, стремление жить честно, нравственно, в сильном и справедливом государстве.

— Недавно мы отметили 90-летие создания этого уникального, удивительного государства, где духовность, нравственность и государственность стали неразделимы, приобрели всенародное значение и получили самое высокое признание в мире, — говорил Г.А. Зюганов. — Только за победу в мае 1945-го, за прорыв в космос и ракетно-ядерный паритет, который уберёг планету от ядерной войны, человечество вечно будет благодарно Советской стране. Всё, что сегодня работает на нас с вами, от огромных тюменских просторов, где освоены нефтяные и газовые прииски, до всех основных электростанций, которые нам светят и нас питают, — всё было создано или заложено в золотую, самую эффективную и производительную эпоху Советской власти.

Геннадий Андреевич подчеркнул, что все эти великие достижения опирались на фундамент высокой духовности, хорошо развитой науки, великолепную советскую школу и лучшие русские традиции, закладывавшиеся столетиями. «Как только духовные идеалы были преданы и растоптаны, — заметил он, — так всё и посыпалось».

Последние годы снова показали полную беспомощность политики, игнорирующей духовность и нравственность. Руководитель КПРФ сослался на недавно вышедший трёхмиллионным тиражом спецвыпуск «Правды», где опубликованы некоторые данные об итогах правления нынешней власти за минувший период. Россия лидирует, например, по росту числа долларовых миллиардеров, но всё более скатывается по духовно-нравственному человеческому потенциалу. В 2004 году по этому важнейшему показателю мы были на 15-м месте, в 2008-м — на 54-м, в 2010-м — на 66-м, а сейчас — уже на 72-м! Это, как сказал Г.А. Зюганов, не выдумка одного из деятелей Думы, это реальная статистика ООН. Значит, без возрождения коренных наших ценностей мы не в состоянии двигаться вперёд и будем всё дальше скатываться на задворки истории.

Президент В.В. Путин вроде бы обнадёживающе сказал в своём Послании о духовных скрепах. Да, в советское время они были, но сейчас разрушены. Пока ещё страну в единстве держит могучий, великий русский язык, но и на него идёт наступление. Усилились нападки на наши культурно-исторические традиции, на православную веру.

Целенаправленно разрушаются классическая русская, советская школа, образование и наука. Закон об образовании, протащенный в Думе, ущемляет права граждан, и КПРФ обращается по этому поводу с протестом в Конституционный суд.

— Нас крайне волнуют тревоги и чаяния, которые охватывают общество, — сказал Г.А. Зюганов. — Неблагополучие мы видим по всему — и по картинке на телевидении, и по разгулу преступных действий на улице, и по протестным акциям в регионах. В связи с этим мы должны подготовить свои рекомендации, над реализацией которых надо затем очень настойчиво и упорно работать.

В безнравственности законы не действуют

С первым из трёх содокладов выступил депутат Госдумы от КПРФ В.Н. Федоткин, непосредственно участвовавший в подготовке этого «круглого стола». Он сообщил, что за прошлый год Дума рассмотрела только в первом чтении 820 законопроектов. А ведь некоторые рассматривались и во втором, третьем чтении. То есть тонны законов!

— Но, с другой стороны, если посмотреть, — заметил депутат, — жизнь-то лучше не становится. В чём дело?

Он напомнил слова академика Д.С. Лихачёва: «В безнравственности никакие законы работать не будут».

В последнее время во власти вроде бы немного спохватились, стали больше говорить о значении духовности, нравственности, но, к сожалению, дальше слов дело не идёт. Между тем нравственное напряжение в России продолжает возрастать. Появляется новый раб, отличие которого от времён древнего мира в том, что у того раба были цепи на ногах, а у нынешнего — цепи в голове. Он их сам не замечает, а живёт скованный. Ожесточение, озлобленность, психические расстройства, неврозы, рост преступлений, разводы — всё это у нас сегодня стало повседневными явлениями, и по таким показателям мы теперь, как говорится, впереди планеты всей.

Потери от утраты нравственности трудно подсчитать, но, по мнению содокладчика, они значительно больше прямых экономических потерь. Политика нравственного и культурного разрушения уже не только охватила телевидение, радиовещание, газеты, книги, рекламу, Интернет, но и проникла в школы, в театры, даже в медицинские учреждения и детские сады. Нередко под видом борьбы с пороками насаждаются эти самые пороки.

— Что же ждёт Россию в ближайшее время, если мы не выкарабкаемся из нравственной помойки? — обратился к залу выступавший. — Не пора ли ставить вопрос о том, что развитие, воспитание духовности и нравственности должны быть главной государственной задачей? Ведь ещё Конфуций в своё время писал: «Народ, лишённый традиций, превращается в стадо животных». Не к этому ли нас подводят?

Всем известно, большинство наших бед в сфере духовно-нравственной пришло с Запада. Однако менее известно, что там во многих странах стали заметно серьёзнее относиться к нравственной защите своего народа. И В.Н. Федоткин привёл ряд конкретных примеров. Так, во Франции уже свыше 20 лет существует Высший совет по аудиовизуальным средствам (независимый орган). В Соединённых Штатах проблемами нравственности занимаются два специальных федеральных органа, причём за неприемлемые передачи на телевидении может быть наложен весьма крупный штраф. Недавно Китай запретил продажу аудио- и видеопродукции, относящейся к фильмам ужасов. В Японии резко ужесточилась борьба с производством и распространением аудио- и видеопродукции непристойного содержания.

— Только вот в России, — подчеркнул Владимир Николаевич, — власти всё время что-то мешает.

Произошёл фактически рейдерский захват сферы культуры и средств массовой информации. В результате сегодня главный принцип здесь такой: выгодно или невыгодно. О морали речи уже не идёт. А во власти никак не могут договориться, кто же всё-таки должен отвечать за духовное состояние народа, кто призван защищать нравственность от разрушения.

Часто говорят: рынок сам должен всё решать. Но ведь рынку нет дела до нравственности, у него главный и единственный критерий — это прибыль.

— Я думаю, нравственность страны начинается с нравственности власти, — заявил В.Н. Федоткин. — Но возникает и такой вопрос: а мы-то сами что должны делать, чтобы сохраниться как народ? Ведь народ, который не способен себя защитить и за себя постоять, обречён.

Да, вопрос этот многогранный. В своём содокладе Владимир Николаевич остановился лишь на двух его сторонах — нравственность и экономика, нравственность и школа. По его мнению, недопустимо мало внимания уделяется сегодня нравственности среди учителей, хотя именно они призваны формировать души и совесть наших детей, наших внуков.

Тревожно, что в последнее время меняется — увы, не к лучшему! — внутренний мир учителя, деформируются его духовные ценности. Учителя старшего поколения уходят, а замена часто неадекватная. Конечно, среди педагогов по-прежнему немало настоящих патриотов. Но, заметил выступавший, давайте честно скажем, что в числе молодых учителей всё больше таких, которые готовы пойти на хитрости, сомнительные соглашения и сделки, приспособиться ради личной выгоды. Проблема эта становится всё более массовой и серьёзной.

Убедительно прозвучал приведённый оратором пример — один из множества, как он сказал, имеющихся у него в арсенале. Ныне во время выборов 80 процентов членов участковых и территориальных избирательных комиссий — это педагоги, завучи и директора школ, работники дошкольных учреждений. В Рязанской области, которую представляет Федоткин, в такие комиссии входят около 10 тысяч работников системы образования. И нередко, очень даже нередко, они идут на нарушение законов, подтасовывают результаты голосования, вбрасывают бюллетени, переписывают протоколы, подделывают подписи и так далее. А по-том, совершив всё это, идут учить детей. Чему?

Отметив, что сегодня много тревожных слов говорится о состоянии нравственности, но очень мало реальных предложений, что и как надо делать, депутат-коммунист от имени своей фракции такие предложения внёс. Прежде всего нужна Федеральная целевая программа возрождения духовности и нравственности русского и других народов России, причём нужна как можно быстрее. Всё необходимое для её разработки имеется, и фракция КПРФ в Госдуме предлагает это президенту и правительству. А обсуждение за «круглым столом» должно обогатить намеченное новыми мыслями.

Одно из важнейших предложений — подготовленный депутатами фракции КПРФ проект Федерального закона «О Высшем совете по защите нравственности в области телевизионного вещания и радиовещания в Российской Федерации». Сегодня вся страна сидит перед телевизором каждый день, словно загипнотизированная. Многие ругают телепередачи, но всё равно сидят и смотрят. Между тем телепередача, как и слово, может быть лекарством, а может действовать и как сильнейший яд. К сожалению, нынешнее телевидение не делает людей добрее, благороднее, мудрее — как раз наоборот!

— Вот почему, — сказал содокладчик, — в этой сфере требуются методы регулирования. Самые различные — от мягких, косвенных до жёстких, если того требует ситуация.

Нас, авторов законопроекта, — продолжил он, — обвиняют, что мы хотим ввести цензуру. Но давайте честно скажем: ведь цензура всегда была, есть и, наверное, будет. Весь вопрос в том, какая цензура и ради чего. Вот зачем на телевидении с утра до вечера демонстрируют сцены жестокости, насилия, убийства, порнографии — всё, что разрушает нравственность? А то доброе, что воспитывает настоящего человека, от ребёнка до зрелого возраста, зачастую на экран не пропускают! Разве это не цензура? Ещё какая!

В.Н. Федоткин пояснил: цель предлагаемого законопроекта — ввести нравственный общественный контроль над тем, что транслируется миллионам людей. Именно общественный, с привлечением лучших специалистов разных отраслей, которые сами имеют не только необходимые знания, но и богатый духовный мир.

Проект закона участники «круглого стола» получили заранее. Совместная работа над ним должна продолжиться, к чему и призвал содокладчик.

Информационная среда — фактор повышенной опасности

Двое других содокладчиков, поддержав внесённый законопроект и согласившись с необходимостью, исключительной важностью нравственного контроля за работой телевидения, тему значительно расширили. Председатель межрегионального общественного движения «Семья. Любовь. Отечество» Л.А. Рябиченко подчеркнула, что вся информационная среда в постсоветские годы стала не просто агрессивной по отношению к личности, а превратилась в фактор повышенной опасности, прежде всего — для детей и молодёжи. На проблемах нравственной защиты детей Любовь Аркадьевна остановилась особо.

Мы все родом из детства. Каждый человек начинается в детстве. А что сегодня изощрённо навязывают малышу со всех сторон уже в самом раннем возрасте? Вот, скажем, куклы. Казалось бы, может ли быть что-то более чистое и невинное? Но нет! Теперь они тоже стали орудием растления — можно сказать, с пелёнок.

Куклы «барби», «братс», их разнообразные аналоги задают детям в качестве эталона бессемейную и бездетную, максимально сексуализированную жизнь. Всё большую популярность приобретают разного вида и величины шарнирные куклы, которые позволяют удовлетворять самые буйные фантазии, часто весьма болезненные, и развивают склонность ко всяческим извращениям. Эта индустрия нарастает, даже в районе Кремля можно видеть её рекламу. А ещё есть так называемые коллекционные куклы, роберные и т.п. (Любовь Аркадьевна демонстрировала их на экране) — всё это тоже далеко не безвредно.

Сексуализации детского сознания способствуют и реклама, и конкурсы красоты для маленьких детей, и школы «танцев живота»» для девочек с четырёх лет. Ширятся детские фотосессии с использованием ранее запретных символов и тем, школы стриптиза, чемпионаты по стриптизу, или, как сейчас их называют очень деликатно, «танцы на пилоне».

Немыслимой прежде реальностью стали публичное предъявление обществу, опять-таки с раннего детства, разнообразных извращений и агрессивная их пропаганда. Человек-паук, упыри, ведьмы и другие подобные персонажи всё прочнее поселяются в детской. Агрессия насаждается и через такие маркетинговые технологии, как чуждый нам праздник хеллоуин. Компьютерные игры натаскивают детей на виртуальные убийства, задавая образцы для подражания и стирая грань между реальностью и вымыслом. Вовсю используются сатанинские образы.

Такими способами человек с юных лет трансформируется, постепенно теряя человеческое обличье. Как ни возмутительно, этому же всё активнее служат современное кино и даже театр. Превращаясь в перформанс, он становится небезопасным для зрителя местом, где тот рискует получить серьёзное повреждение души. Однако именно это направление всемерно поддерживается столичным Департаментом культуры, о чём свидетельствует уничтожение Театра имени Н.В. Гоголя ради того, чтобы отдать его здание для безобразных «экспериментов» скандально знаменитого режиссёра Серебренникова.

Проект закона «О культуре», который сейчас обсуждается правительством и должен быть внесён в Госдуму, предполагает полную потерю права на контроль подобных явлений, а вот их государственная поддержка, финансирование не будут иметь никаких ограничений.

— В связи с этим, — сказала Л.А. Рябиченко, — предлагаю остановить рассмотрение данного законопроекта в нынешней редакции как опасного для нравственного, духовного и государственного суверенитета нашей страны.

Следующее её предложение — разработать и принять проект закона «О внесении изменений в Федеральный закон «Об образовании в РФ». Недопустимо, чтобы из программ по литературе изымались русские классики, а взамен появлялись писатели типа Пелевина и Улицкой, которая знаменита тем, что создала целую энциклопедию толерантности к гомосексуализму. И это дети должны будут изучать в обязательном порядке?!

Любовь Аркадьевна предложила также обратиться с требованием к Министерству образования и науки ввести обязательный единый государственный экзамен по русской литературе. Поскольку ЕГЭ отменить в принципе пока не удаётся, такой экзамен нужен. Русская литература — это культурное ядро нации. Потеряв её, мы потеряем себя.

И ещё предложение: подготовить и принять проект закона «О внесении изменений в Федеральный закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». Для чего необходимы изменения? Прежде всего, чтобы уточнить и дополнить перечень запрещённого для трансляции детям.

Предлагаются ограничения, которые абсолютно необходимы

Доктор юридических наук, директор Института государственно-конфессиональных отношений и права И.В. Понкин поддержал основные предложения предыдущих содокладчиков. И свой содоклад он построил как ряд совершенно конкретных предложений о необходимых изменениях в законодательстве и в правоприменительной практике. Итак, тезисно: что, по его мнению, нужно сделать?

Первое. Принять законы о языке либо внести какие-то изменения в законодательство, действенно защищающие русский язык как государствообразующий и государственный язык в Российской Федерации. По убеждению учёного, не надо бояться истерик воинствующей либеральной тусовки. И, конечно, следует учесть опыт других стран, которые успешно реализуют имеющиеся возможности, чтобы защитить свою национально-культурную идентичность. Выступавший сослался на закон французский и закон, принятый в Польше, о польском языке.

Далее. Есть необходимость законодательно закрепить нормативы изучения русского языка и литературы в школах, потому что ныне здесь творится нечто абсолютно неприемлемое. Вводятся предметы, никому не нужные, типа ОБЖ или какой-нибудь валеологии — за счёт часов русского языка и русской литературы!

Необходим также запрет пособий, изданных и внедряемых в школах на деньги иностранных организаций. Ведь ныне дело доходит до истинного безумия. Скажем, в Екатеринбурге с подачи некоего центра «Холмс» дети вынуждены были изучать и обсуждать на уроках сексуальную жизнь террориста Ачемеза Гачияева, объявленного в федеральный розыск за подрывы московских домов в 1999 году.

А закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», несовершенства которого отмечала и предыдущая выступавшая? В нём, считает Игорь Владиславович, требуется закрепление гораздо большего количества ограничительных и даже карательных мер. Разговоры про то, что это какая-то цензура, не имеют ни фактических, ни юридических оснований. Здесь речь идёт о самоцензуре! Пожалуйста, пиши, печатай, готовь телепередачи, но ты должен знать: если нарушил закон, то неотвратимо последует или крупный административный штраф, или уголовная ответственность, как это делается, к примеру, во Франции по инициативе Высшего аудиовизуального совета.

Обратился доктор юридических наук и к затронутой уже теме детских игрушек. Необходимо, заявил он, принять закон, который урегулирует игровую среду. Потому что тот поток игрушек, который поступает сегодня на полки магазинов, закупается детскими учреждениями и всячески рекламируется, конечно же, для детей опасен.

Говоря об этом, учёный с горечью заметил: пять лет назад здесь же, в зале Госдумы, была представлена концепция государственной политики в области духовно-нравственного воспитания детей и защиты их нравственности. Это был обширный пакет законопроектов, которые действительно назрели. И что же? Кроме одного из предложенных законов, весь пакет в конце концов был «похоронен».

Но ведь проблемы-то остались! Острые, насущные. Относящиеся, например, к защите семьи, где тоже надо наводить порядок. В первую очередь — прекратить произвол органов опеки и попечительства, который ныне творится. Естественно, есть в этих органах и добросовестные, ответственные люди, но вместе с тем очевидно: некоторые чиновники видят свою задачу в том, чтобы любой ценой отобрать детей у семьи, разрушить её, а не оказать необходимую помощь.

Вывод? Чётко определить административными регламентами действия чиновников в этой тонкой сфере и установить уголовную ответственность за необоснованное вторжение в семью, которое приводит к её разрушению.

Ну а что касается детских конкурсов красоты и прочих растлевающих акций, они однозначно должны быть запрещены. Примеров таких в зарубежном законодательстве много. Это относится и к пропаганде гомосексуализма среди детей. Сегодня одним из главных критиков запретительных мер, принятых на сей счёт в некоторых регионах Российской Федерации, стали США. Однако там в целом ряде штатов гомосексуализм карается уголовной ответственностью и введён прямой запрет на пропаганду его детям.

Обратил внимание И.В. Понкин также на нынешнюю роль Российской академии образования (РАО), по его мнению, во многих отношениях сугубо отрицательную. Это, как он считает, огромная бюрократическая структура, продуцирующая бесконечное «реформирование», чтобы оправдать поедаемый хлеб. Да и какова концепция её действий? Как она комплектуется? Весьма странно! Некий доктор юридических наук Дмитриев, не имеющий ни одной работы в области детской психологии, вдруг становится членом-корреспондентом РАО именно по отделению детской возрастной психологии. Как такое понимать? При этом Дмитриев больше всего известен своей пропагандой гомосексуализма и тем, что заступался за педофилов.

Понкин остро поставил и вопрос о необходимости срочных изменений в антиэкстремистском законодательстве. Он подчеркнул: то, что творится сегодня в Российской Федерации с полнейшей, разнузданной свободой возбуждения вражды, пропаганды ненависти, нетерпимости и унижения чувств верующих — в отношении православных христиан, — немыслимо, наверное, почти ни в одной стране мира.

Препоны на пути здравого смысла

Прения по выступлению Г.А. Зюганова и трём представленным содокладам, определившим некоторые важнейшие направления обсуждения, открыл депутат Госдумы, член фракции КПРФ В.С. Шурчанов. Работающий в Комитете по информационной политике, информационным технологиям и связи, он сосредоточился именно на их проблемах.

Действующий ныне российский закон «О средствах массовой информации» был принят ещё 27 декабря 1991 года. Что это за год, какое время, заметил выступавший, все вы хорошо помните. С тех пор 26 раз в закон вносились отдельные поправки. И вот сегодня встаёт вопрос: как быть дальше? Многие говорят, что надо уже принять новую, совершенно иную редакцию закона, а другие настаивают на том, что нужны опять точечные поправки. Депутат-коммунист призвал собравшихся вместе думать и предлагать наилучшие варианты.

Нужен ли нравственный контроль над СМИ и каким он должен быть? На это бывают тоже разные ответы. Между тем Валентин Сергеевич обратил внимание, что даже в нынешнем варианте закона «О средствах массовой информации» записано: «Не допускается использование СМИ для распространения материалов, пропагандирующих порнографию, культ насилия и жестокости». Записано-то верно, да все знают, что происходит на самом деле!

Значит, сказал выступавший, обществу и партиям следует строже контролировать соблюдение уже имеющихся положений закона. А с другой стороны, безусловно, продолжил он, мы должны развивать дальше законодательство, чтобы, когда надо, влиять на средства массовой информации.

Однако во что или, точнее, в кого упирается иногда необходимое развитие законодательства в соответствии с требованиями жизни? Шурчанов сообщил поразительные для многих факты. Оказывается, проект Федерального закона «О Высшем совете по защите нравственности в области телевизионного вещания и радиовещания в Российской Федерации», который представлен на обсуждение этого «круглого стола», фракция КПРФ вносила в Госдуму… ещё в 2000 году. Почти десять лет пролежал законопроект! А потом, 14 января 2009 года, при первом чтении в Думе проект крайне нужного закона был отклонён. Излишне говорить, чьим большинством голосов. «Потому что сочли неприемлемым для правящего режима», — прокомментировал В.С. Шурчанов.

А далее? Спустя два с половиной года, 13 сентября 2011-го, усовершенствованный с учётом прошедшего времени законопроект снова вносится для принятия Госдумой. Однако и на этот раз не проходит, вернее, теперь даже не пропускается для обсуждения в первом чтении. Совет Госдумы 6 октября того же 2011 года принимает решение: вернуть законопроект субъекту права законодательной инициативы.

Почему же? Правительство Российской Федерации, которое тогда возглавлял В.В. Путин, не выдало в положенные сроки своего заключения — ни за, ни против. А в регламенте Госдумы предусматривается обязательное его заключение, положительное либо отрицательное. Для обсуждения в Думе не имеет значения, какое оно, однако должно быть. Но правительство его не предоставило. И законопроект, согласно регламенту Думы, был снят с дальнейшего рассмотрения.

Выступавший отметил, что в конце концов 25 октября, то есть с очень большим опозданием, заключение путинского правительства пришло. Отрицательное.

Разве не ясно, о чём всё это говорит? Более чем ясно! Но, несмотря на чинимые препоны, депутаты-коммунисты намерены продолжить борьбу за этот архинеобходимый закон. И множество сограждан (очевидное большинство!), а также общественных организаций, что подтвердили участники «круглого стола», поддерживают в этом КПРФ.

Агрессивность, не считающаяся ни с чем

Как и другие, с активной поддержкой инициатив коммунистов, последовательно отстаивающих нравственность и духовность, выступил Н.Н. Мишустин — руководитель рабочей группы по защите семьи и детей от ювенальных технологий, отец пятерых детей.

— Москвичей и гостей столицы, — сказал он, — возмущает крайняя агрессивность аморальной рекламы и побудительной пропаганды на улицах, в метро и другом общественном транспорте, в витринах магазинов, бесплатных периодических газетах и прочих изданиях. Идёт навязчивая пропаганда секса, наркомании, других пороков даже под видом социальной рекламы в учреждениях образования и здравоохранения. Дети, посещающие поликлиники для медосмотра, сталкиваются с массой негативной соцрекламы, пачками несут в школу буклеты, посвящённые сексу, контрацепции, спермограммам, рекламе абортов…

А можно ли не беспокоиться по поводу того, чем всё чаще «одаривают» детей книгоиздатели? Например, сексуальные энциклопедии адресуются детям уже с четырёх лет. Или, скажем, чего стоит «Девчонкология» — секс-пособие с рекомендациями разных видов секса для девочек. Книжные магазины, дома педагогической книги умудряются продавать безнравственные издания даже в разделах развивающих детских игр младшего возраста!

Слишком часто стали проходить публичные акции всяческих извращенцев. Вместе с тем новым руководителем московского образования ликвидированы почти все школы с русским компонентом. Разгоняются этнокультурные традиционные кружки в школах и домах детского творчества под видом «оптимизации». Упраздняются классические музыкальные школы, ликвидируются даже хоровые кружки в центрах социального обслуживания, домах культуры и библиотеках. Их место занимают крайне аморальные экспозиции, организуемые новыми «креативными» менеджерами — людьми без образования и совести, но зато нередко с двойным гражданством.

Бюджет Москвы, отметил Н.Н. Мишустин, активно используется для пропаганды аморальности. Например, в бесплатно раздаваемых газетёнках типа «Метросекс» и «Родительский дом», а также в театрах, заботливо поддерживаемых столичным Департаментом культуры.

Выступавший подверг критике деструктивный, по его мнению, законопроект «О культуре» и проект закона о государственных гарантиях равных прав и свобод мужчин и женщин. Он предусматривает, сказал Николай Николаевич, абсолютный приоритет, диктатуру культуры секс-меньшинств во всех сферах общества. И вот что характерно: закон ещё не принят, а московские власти уже вовсю приступили к его пропаганде и финансированию предлагаемых им мер.

Мишустин попросил опубликовать полный текст своего двадцатистраничного выступления на сайте КПРФ, а завершил речь тезисным перечислением восемнадцати конкретных предложений, направленных на противодействие агрессии безнравственности.

Заместитель председателя отдела Московского патриархата по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерей Георгий Рощин оценил тему «круглого стола» как весьма насущную не только для сегодняшнего и будущего поколений, но и вообще для выживания нашей страны в целом. Он поддержал законопроект «О Высшем совете по защите нравственности в области телевизионного вещания и радиовещания в Российской Федерации», сказав, что не только Русская православная церковь, но и представители других традиционных религий нашей страны уже давно говорят о необходимости такого совета. Но вместе с тем прозвучало следующее:

— Безусловно, мы не запретим никакими законами продвижение тех похабных вещей, которые существуют и на телевидении, и на радио, и в Интернете, потому что коммерческая составляющая всегда будет пересиливать. Чувство выгоды, наживы будет превалировать в тех или иных случаях.

Жёсткий взгляд на реальные условия капиталистического общества, где главное диктуют деньги!

— Однако государству и обществу, — продолжил представитель Церкви, — возможно ввести некое регулирование вот этих потоков. Мы видим такой опыт на примерах западных стран, где, с одной стороны, существует свобода самовыражения, а с другой — она ограничивается определёнными нормами, которые влекут за собой серьёзные наказания, в том числе в плане финансовом, для тех, кто пытается их преодолеть.

Георгий Рощин говорил о противодействии людей, которым позиция Церкви мешает наживаться на нравственном растлении народа, и прежде всего — подрастающего поколения, детей. В связи с этим протоиерей заметил, что ему, как священнику, приходится слышать всякое. Одни по поводу каких-то возмутивших фактов говорят: почему Церковь молчит? А другие, когда раздаётся её голос, негодуют: куда Церковь лезет?

— Нам есть что сказать, — подытожил выступавший. — Мы готовы делиться тем нравственным богатством, которое содержится в сокровищнице Русской православной церкви, готовы нести слово о нравственных ценностях всем благонамеренным людям.

Судебная система в защиту нравственности плохо работает

На «круглом столе» О.Ю. Кассин представлял общероссийское общественное движение «Народный Собор», сопредседателем которого он является и которое объединяет более 250 общественных организаций — православных, семейных, ветеранских, военно-патриотических, культурно-исторических и т.д. А в речи своей он остановился на двух проблемах — о борьбе с нецензурной бранью, особенно в средствах массовой информации, и против пропаганды гомосексуализма и педофилии.

От имени «Народного Собора» Олег Юрьевич заявил, что борьбу эту надо всемерно усиливать. Поделился и некоторым опытом, когда что-то удаётся сделать.

Известно, фильмы с употреблением нецензурной брани до недавнего времени открыто и широко демонстрировались на центральном телевидении даже в прайм-тайм, то есть в самое удобное время. И вот когда на одном из центральных телеканалов в дневное время прошёл известный фильм, где главные герои матерились, сопредседатель «Народного Собора» направил главному редактору этого канала общественное предупреждение с требованием прекратить подобное безобразие. Иначе было обещано прибегнуть к судебному воздействию.

— Вы знаете, в данной ситуации подействовало! — сообщил выступавший. — Больше на этом телеканале такая откровенная брань не демонстрировалась.

Но продолжала демонстрироваться на других. Тогда «Народный Собор» направил письмо в Министерство культуры, потребовав прекратить выдачу прокатных удостоверений на фильмы, содержащие ненормативную лексику, в том числе на DVD-диски. Ведь это же нарушение закона!

Однако пришёл ответ, что Министерство культуры для решения данного вопроса ничего не может сделать. После этого пришлось обращаться в Генеральную прокуратуру. И она всё-таки нашла, выявила целый ряд серьёзнейших нарушений и заставила Министерство культуры устранить их.

В итоге вот такого общественного, правового воздействия у 147 российских фильмов, содержащих ненормативную лексику, были отозваны прокатные удостоверения. Ещё 4 тысячи фильмов проходят соответствующую проверку.

— Значит, мы, общество, что-то можем, когда начинаем активно действовать! — заявил сопредседатель «Народного Собора».

С ним можно согласиться: действовать надо активнее и настойчивее. Однако следующее же выступление дало понять: в нынешних условиях даже весьма активные действия, продиктованные общественными интересами, зачастую остаются без должного результата. Собственно, это и стало основной темой Л.О. Павловой — члена центрального совета общественного движения «Всероссийское родительское собрание».

Она по профессии адвокат и неоднократно принимала участие в различных судебных процессах, связанных с исками к средствам массовой информации за нарушение нравственных норм. Сегодня либералы твердят: если что-то вам не нравится, идите в суд. Так вот, на основании своего большого и горького опыта Лариса Павлова утверждает: судебная система России не работает в защиту нравственности населения, прежде всего — детей.

Пытались привлечь к уголовной ответственности за растление малолетних издателя журнала «Cool girl». Отказ везде, хотя аргументов больше, чем нужно. Стало быть, нравственное растление детей считается нормой.

Был очень сложный судебный процесс против мультиков «Simpsons». Подключился наркоконтроль, который сообщил: да, они поддерживают этот иск, поскольку там есть пропаганда наркотиков и порнографии. Иск, кстати, предъявил отец, защищая своего шестилетнего сына, а вместе с ним и всех детей.

Но… суд отказал в удовлетворении иска, отказал в защите шестилетнего ребёнка. И обращение с кассационной жалобой в Московский городской суд тоже ни к чему не привело.

По-прежнему (уже не первый год!) на судебном рассмотрении находится скандальное дело телепрограммы «Дом-2». Пресненский суд Москвы в 2009 году вынес решение о запрете этой программы. Московский городской суд такое решение поддержал. А вот Верховный суд — отменил.

Затем направленное обратно в Пресненский суд дело это совершает вторичный круг по тем же инстанциям. И в декабре 2012 года Верховный суд снова отменяет состоявшееся и подтверждённое решение о запрете. Дело направлено теперь уже в Мытищинский суд. Спрашивается: до каких же пор будет длиться эта возмутительная волокита?

Павлова говорила и о вопиющем несовершенстве ряда законов — в частности, уже принятого «Об образовании в РФ» и обсуждаемого законопроекта «О культуре». Если бы этот законопроект был принят на момент печально знаменитой акции «Пусси Райот», то действия распоясавшихся женщин в храме Христа Спасителя признали бы «культурным продуктом», который подлежит государственной защите. Вот ведь до чего доходит дело!

Что касается образовательного закона, профессиональный юрист призналась, что этот безразмерный и невероятно детализированный текст она просто не смогла прочесть до конца. Идёт дробление, детализация на уровне методических указаний, а в то же время отсутствуют принципиальнейшие вопросы о русском языке, целях и задачах образования, о том, что должно защищаться нравственное, духовное, психическое состояние ребёнка.

С точки зрения достойных журналистов радио и телевидения

Интересно было послушать в ходе «круглого стола» мысли тех, кто сам работает на телевидении и радио. Конечно, пришли и выступили лучшие, искренне болеющие за многое, что творится ныне в этой сфере, и желающие, чтобы здесь произошли существенные перемены.

А о том, в какой среде приходится работать, выразительно сказал факт, приведённый журналистом одного из государственных телеканалов. Ему, внутренне стоящему на патриотических позициях и не раз получавшему от руководства замечания, однажды в доверительном разговоре было заявлено: «Ты пойми, скоро твоя Россия будет размером с Московскую область. И кто будет правильно себя вести, тот будет хорошо жить. А кто неправильно, сам понимаешь…»

Говоря о направленности и содержании большинства средств массовой информации, заместитель главного редактора «Народного радио», руководитель редакции духовно-нравственных программ В.Р. Анищенков назвал эти СМИ усовершенствованной нейтронной бомбой: ресурсы остаются целыми, люди тоже вроде бы остаются, но в результате каждодневного мощного и хитрого воздействия на них они выполняют все требования, которые нужны хозяевам жизни.

— Вот потому мы в таком состоянии сейчас и живём, — прокомментировал Владимир Робертович, — в состоянии негласной оккупации.

Он поддержал высказывания Г.А. Зюганова о значении тысячелетнего опыта наших предков, выработавших своё миропонимание и мировосприятие, свои нравственные и духовные ценности. Именно эти традиционные ценности русского и других народов России прежде всего стремятся разрушить её враги. Разрушив их до конца, страну можно брать голыми руками, что сейчас, собственно, и пытаются сделать наши так называемые партнёры.

Выступавший привёл, как он выразился, два ярких личностных примера из этой информационной агрессии, которая ведётся против России. Это, во-первых, личина Познера как откровенного русофоба и хама по отношению к нашей стране. И вторая личина — Радзинский, который говорит вроде бы о русской истории, о людях этой истории, но всё в извращённом, искажённом виде. Таким образом, происходит подмена понятий, а это и есть одна из главных целей развёрнутой против нас информационной войны.

Сам Анищенков уже десять лет ведёт на «Народном радио» программу «Традиция». Убеждён, что важнейшая задача сегодня — вернуть в нашу общественную, личную жизнь, в государственную политику традиционные народные ценности. А для того чтобы не быть всё время в положении обороняющихся, чтобы активнее переходить в наступление, он считает необходимым и очень важным создание сильного информационного объединения, которое тоже можно было бы назвать «Традиция» и которое всемерно противостояло бы нашим противникам. В него, по мнению журналиста, должны войти общероссийские телеканал и радиостанция, сайты в Интернете, киностудия, издательство, служба распространения и т.д.

— Нам нужен такой мощный информационный кулак в защиту нашей нравственности и духовности, — заявил журналист, — такой надёжный информационный щит, подобный ракетно-ядерному щиту, который имеется у нашей страны. Иначе мы всегда будем в проигрышном положении.

Мысль о необходимости национального, подлинно патриотического телевизионного канала поддержал и тележурналист В.Г. Савичев, работающий на канале «Россия». В связи с этим он вспоминал замечательный опыт советского телевидения, которое, в отличие от нынешнего, объединяло и воспитывало людей, прививало и развивало в них лучшие человеческие качества.

Да, кое-какие подвижки, по наблюдениям Владимира Георгиевича, на некоторых телеканалах сейчас происходят. С этим также согласен выступивший вслед за ним А.Н. Севастьянов — журналист с более чем сорокалетним стажем, ныне эксперт программы «Русский вопрос» на телеканале ТВЦ. Он уверен, в частности, что само появление этой программы является одним из свидетельств таких подвижек, перемен к лучшему. Однако пока — и это следует фактически из всех выступлений на «круглом столе» — отдельные программы и передачи, даже самые удачные, погоды на телевидении не делают. Общий фон по-прежнему остаётся категорически неприемлемым для всех, кому по-настоящему дорога наша Родина.

Что зависит от власти и чего ждать от неё

И вот здесь возникает вопрос: а дорога ли Родина нынешней власти, которая так управляет страной?

Собственно, вопрос этот красной нитью проходил во многих выступлениях. Почти всем очевидно, что нравственность или безнравственность страны, её духовность или бездуховность начинаются «сверху», с людей во власти. Призванные задавать тон и своей политикой, и своими личностями, они, к сожалению, задают его сегодня совсем не в должном направлении.

Ну да, можно согласиться с прозвучавшей мыслью, что люди там тоже разные. Есть, наверное, и вполне достойные, но, как отмечалось с трибуны, если и есть, то в абсолютном меньшинстве. А вот с чем вынуждены повседневно сталкиваться обычные, рядовые граждане в органах власти выразительно проиллюстрировал многочисленными фактами в эмоциональном выступлении П.Ф. Иванков — президент клуба «Этика» при Российской народной академии наук.

Картина, прямо скажем, получилась тяжёлая, свидетельствующая о крайнем падении нравов среди служащих государственных учреждений и других должностных лиц. Казалось бы, они должны быть эталоном соблюдения не только законов, но и общественной морали. Однако вместо этого так называемые государственные лица наносят огромный материальный и моральный ущерб тем, кто к ним обращается, — своим безответственным, бездуховным и безнравственным отношением к служебным обязанностям.

— В своё время, — сказал тов. Иванков, — Дмитрий Медведев рекомендовал в таких случаях обращаться в суд. Спасибо. Но судьи кто? У некоторых судей и признаков нравственности не просматривается!

Предложение выступавшего — энергичнее добиваться ужесточения контроля и ответственности должностных лиц всех уровней, в том числе судей и сотрудников правоохранительных органов.

— Мои коллеги по клубу идейно-нравственных проблем «Этика», — заявил он, — считают, что коренным образом исправить положение с деградацией нравов поможет принятие закона о нравственности. Члены нашего клуба обладают необходимыми знаниями, квалификацией и опытом, чтобы способствовать формированию Этического кодекса народов России с учётом отечественных особенностей и традиций. Мы готовы принять участие в этой работе.

А вот следующее выступление вызвало противоречивую и весьма разную реакцию участников «круглого стола». Дело в том, что доктор философских наук С.С. Эльманович, член РУСО и Российского философского общества, все свои надежды на вывод страны из нынешнего катастрофического положения возложил на В.В. Путина.

Отдельные аплодисменты, раздавшиеся в зале, засвидетельствовали, что кое-кто такие надежды разделяет. Однако гораздо более активные и дружные аплодисменты прозвучали после отрезвляющей реплики В.Н. Федоткина:

— Напоминаю, что этот законопроект о Высшем совете по защите нравственности в 2011 году направлялся Владимиру Владимировичу Путину и был в очередной раз на корню отклонён. Так что не расслабляйтесь, товарищи. В своём Послании 12 декабря прошлого года он многое говорил нашими словами, однако приходится буквально пробивать нужные законы. Сладко звучит, но тяжело в борьбе. Нам всем надо приложить максимум усилий, чтобы сообща заставить власть, в том числе В.В. Путина, всё-таки выполнять свои слова!

http://gazeta-pravda.ru/content/view/13706/34/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Пн фев 25, 2013 9:43 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Победа приходит в упорной борьбе

Николай КОЖАНОВ, Виктор КОЖЕМЯКО.


XV съезд КПРФ. Он выдался действительно необычным в восприятии делегатов и гостей, заполнивших просторный концертный зал в Измайлове. Мало того, он стал событием, вызвавшим особый общественный резонанс в стране и за рубежом.

Что же в нём необычного?

Во имя правды и справедливости

Казалось бы, очередной съезд, на котором центральные органы партии отчитываются о проделанной работе, избирается новый состав ЦК и ЦКРК. И всё-таки на этот раз сама атмосфера Дня Советской Армии и Флота, аура двадцати лет, пройденных и прожитых с момента возрождения партии, незримо довлели над залом, определяя настроение делегатов и гостей, пафос выступлений с трибуны съезда.

Очередной съезд. Более 300 делегатов со всех концов страны. Свыше 700 гостей, представлявших не только актив партии, но и 95 делегаций коммунистических, рабочих и других левых партий и организаций из 72 стран мира. Значит, не только жива наша партия, но и вновь, как в былые времена, становится центром притяжения, знаменем сил, нацеленных на левый поворот, на освобождение трудящихся от гнёта капитала, от насаждаемого на планете «мирового порядка», всесилия неправды, наживы, искоренения всего человеческого в человеке.

Зал заполнялся молодыми лицами. Звучали звонкие слова приветствий съезду выстроившихся на сцене красногалстучных пионеров. О комсомольских и трудовых делах рапортовали делегатам бойцы молодёжных стройотрядов, поисковики, молодая партийная смена. Участники и гости съезда с уважением смотрели на седоголовых ветеранов, которые двадцать лет назад возрождали партию, собирали её, что называется, по кусочкам. Продолжали борьбу, осыпаемые насмешками, поношениями и угрозами со страниц прессы и телеэкранов. Не сдавались в атмосфере ненависти, морального, а нередко и физического террора со стороны властей предержащих и их продажной обслуги. Собирали людей на первые собрания, чуть ли не как на старых маёвках, где-нибудь в соседней рощице. Выходили из тюремных камер, как Анатолий Иванович Лукьянов, и шли в Конституционный суд, чтобы доказать, что идеи неподвластны запретам, что партия коммунистов имеет право на жизнь и борьбу.

А в первом ряду президиума рядом с испытанным лидером КПРФ Г.А. Зюгановым и другими выдающимися деятелями партии сидел самый молодой делегат съезда — двадцатилетний Алик Хакимов, ровесник КПРФ, секретарь Башкирского рескома партии по молодёжной политике, лидер республиканского комсомола. Вот она, нерушимая связь поколений!

Выступления с трибуны то и дело перемежались приветствиями братских и дружественных партий и движений со всех концов света. От президента России, глав российского правительства и парламента, лидеров оппозиционных коммунистам политических партий. И прозвучавшие в них ноты уважения, признания силы и влияния КПРФ в массах стали свидетельством неодолимо растущего авторитета партии коммунистов, того, что она становится всё более серьёзной силой в борьбе за власть, за левый поворот в политическом курсе страны.

Горячо аплодировал зал выступлениям на съезде руководителей братских партий: Украины — П.Н. Симоненко, Молдавии — В.Н. Воронина, Белоруссии — И.В. Карпенко, приветственному посланию президента Республики Беларусь А.Г. Лукашенко. Как бы ни пытались разделить нас тёмные силы реакции, пещерного национализма, мы остаёмся и будем оставаться вместе, бороться плечом к плечу за права и интересы трудового народа.

А сколько восторженных эмоций, сколько несокрушимой веры в торжество на земле правды, добра и социальной справедливости слышалось в речах представителей левых сил из стран Европы и Азии, Ближнего Востока и Латинской Америки! И своего рода апофеозом этой демонстрации братства в борьбе стал исполненный на концерте в первый день съезда Ансамблем внутренних войск МВД РФ и подхваченный делегатами и гостями на многих языках мира партийный гимн «Интернационал».

Над сценой, где располагался президиум съезда, возвышался плакат с изображением В.И. Ленина и «Манифеста Коммунистической партии», идеи которого не только не потускнели, но с новой силой заявили о себе в ХХI веке. И как наказ съезду — вещие слова напутствия Владимира Ильича, призывавшего «терпеливо строить крепкую и умную Коммунистическую партию, способную действительно руководить массами при всех и всяких поворотах событий».

Они и определили ход обсуждения делегатами Политического отчёта ЦК и других документов съезда.

Силой убеждения

Прения по докладам на съезде открылись выступлением первого секретаря Омского обкома КПРФ А.А. Кравца. Партийная организация области под его руководством проявила себя как одна из правофланговых по результатам работы в массах. Но Александр Алексеевич на этот раз главное внимание уделил вопросам теории. И в частности, призвал глубже и всесторонне исследовать с позиций марксистско-ленинской науки причины успеха контрреволюции в нашей стране, извлечь на основе такого анализа необходимые уроки. Тогда яснее будет, как строить и защищать обновлённый социализм XXI века после победы левых сил.

Вопросов теории коснулся в своём выступлении и секретарь Московского горкома партии, руководитель фракции КПРФ в Мосгордуме А.Е. Клычков, подчеркнувший необходимость тесной взаимосвязи парламентских и уличных форм борьбы против правящего режима. Сослался он и на международный опыт. Многие западноевропейские партии, сделавшие крен главным образом на парламентскую деятельность, оторвались от масс и скатились к «еврокоммунизму», а затем и в целом потеряли сколько-нибудь значимое влияние в политической жизни своих стран. И напротив, активно участвуя в борьбе масс, возглавляя её, обрели мощь и влияние революционные партии Латинской Америки.

Взаимосвязь парламентской и массовых форм борьбы, отметил выступавший, помогает расти, расширять своё влияние в массах и коммунистам столицы. Особенно важно внимание к низовым организациям партии, к работе депутатов в муниципальных органах власти. Партийную работу нельзя отделить от парламентской, только совместными усилиями достигается победа. И одной из таких побед коммунистов Москвы и их депутатской фракции в Мосгордуме стал вступивший в действие закон о Знамени Победы.

О трудном пути побед и поражений, который прошла за двадцать минувших лет партийная организация Курской области, говорил её лидер, первый секретарь обкома КПРФ Н.Н. Иванов. В итоге накоплен бесценный опыт. Коммунисты уверенно смотрят в будущее. Под девизом «Кто не против, тот с нами» они объединили в Народном ополчении 23 общественные организации области. В полный рост встаёт задача на будущих выборах вернуть Курскую область в «красный пояс».

Но, чтобы победить, надо убедить. Ближайшие годы должны стать периодом классового взросления пролетариата. Между тем партийная прослойка в рабочей массе явно недостаточна. Здесь свою роль должны сыграть созданные обкомом школы партийных организаторов.

Фактор успеха

С живым интересом было встречено делегатами съезда выступление первого секретаря Московского обкома партии Н.И. Васильева. И это понятно: партийная организация столичной области — одна из сильнейших в КПРФ. За отчётный период в неё влились более трёх тысяч новых бойцов. Практически все городские и районные отделения преодолели 10-процентный рубеж пополнения своих рядов. А в ходе Народного референдума коммунисты и сторонники партии собрали миллион подписей жителей Подмосковья.

Вот уж где по-настоящему отработана связь между парламентской и уличными формами борьбы! Первичные и местные парторганизации области провели за два последних года более 3,5 тысячи массовых протестных акций. Агитационно-массовую работу с населением, наряду с первичками и местными отделениями области, вели 25 печатных изданий, в том числе таких авторитетных на местах, как «Советская Коломна», «Позиция». А газета обкома «Подмосковная правда» выходила еженедельно трёхсоттысячными тиражами. Активно действовал и интернет-ресурс коммунистов. Для работы на избирательных участках в общей сложности было мобилизовано около 15 тысяч коммунистов и сторонников партии.

Всё это не могло не сказаться на итогах выборных кампаний. Сегодня 5 депутатов, выдвинутых коммунистами области, работают в Государственной думе, 11 человек составляют фракцию КПРФ в областном Законодательном собрании, около 500 депутатов — в муниципальных Советах, 16 человек — в местных исполнительных органах власти.

Лидер коммунистов Подмосковья поддержал идею созыва съезда депутатов всех уровней, который помог бы обобщить накопленный опыт, ввести его в практику повседневной работы в массах. Одним из решающих факторов успеха назвал он и обстановку сплочённости в работе, которая должна быть присуща каждой партийной организации.

Горячими аплодисментами встретил зал появление на трибуне делегата съезда, члена Северо-Осетинского рескома КПРФ генерал-лейтенанта В.И. Соболева. Да и как иначе: в День Советской Армии и Флота особенно приятно видеть в своих рядах генерала, командовавшего прославленной 58-й армией Северо-Кавказского военного округа. Виктор Иванович напомнил о славных традициях «несокрушимой и легендарной» Советской Армии, родившейся в феврале 1918 года, одержавшей победы над войсками 14 государств, пытавшихся закабалить Россию, разгромившей орды фашистских захватчиков, мобилизовавших для вторжения в нашу страну ресурсы всей Европы и закончивших войну полной капитуляцией.

Услышал зал от В.И. Соболева и горькую правду о том, как губили и разрушали армию пробравшиеся во власть сердюковы. Но народ не оставил армию своей любовью, по-прежнему верит в неё. Очередным свидетельством тому стал, как сообщил Виктор Иванович, 10-тысячный митинг на площади Революции столицы, единодушно принявший две резолюции: о поддержке XV съезда КПРФ и в честь юбилея Вооружённых Сил страны.

Во многих выступлениях с трибуны съезда так или иначе затрагивался вопрос смены поколений в партии, в том числе и в её руководящих органах. Процесс естественный и в то же время непростой, принимающий порой драматичный характер. Этой острой темы коснулся в своём выступлении представитель нового поколения — самый молодой среди руководителей региональных отделений партии первый секретарь Пензенского обкома КПРФ Г.П. Камнев. Здесь, по мысли оратора, особенно важны такт во взаимоотношениях, уважение к опыту старших и поддержка устремлений, поисков молодёжи. Нельзя забывать, что многие выдающиеся деятели партии начинали свой путь в революцию в молодые годы. Как нельзя не учитывать и роль устоявшихся традиций, уроки побед и поражений.

«На поприще ума нельзя нам отступать»

Эти пушкинские слова невольно вспомнились, когда с приветствием и своими размышлениями обратился к съезду член фракции КПРФ в Госдуме, президент общества «Знание» и председатель Общероссийского общественного движения «Образование — для всех» О.Н. Смолин.

Известно, что на том самом «поприще ума», о котором писал поэт, нынешний властью в России творится нечто ужасное. Самую читающую страну с лучшим в мире образованием явно пытаются превратить в резервацию недоумков, обладающих крайне ограниченными интеллектуальными возможностями. На это направлены и новые «образовательные стандарты», и весьма странное определение «неэффективных вузов», подлежащих сокращению, и так называемая оптимизация сельских школ, и многое другое, против чего активно борется КПРФ. Причём борется не только критикой того, что абсолютно неприемлемо, но и своими конструктивными альтернативными предложениями.

Именно такую альтернативу действиям «партии власти» представляет разработанный фракцией КПРФ в Госдуме законопроект «О народном образовании», который получил широкую общественную поддержку.

— Этот проект стал и общенациональным, и партийно-политическим, — отметил Олег Николаевич, подчеркнув, что политика государства в области образования является основой национальной безопасности.

Однако в Думе предложенный коммунистами проект не прошёл. А принятый закон, по оценке Олега Смолина, — «это шаг вперёд и три шага назад». Например, отменено ограничение на плату за детские сады, и в результате плата эта может повыситься… в 5 раз!

Ответом будет обращение КПРФ в Конституционный суд. «Хотя мы понимаем, какой у нас «самый справедливый суд», — оговорился выступавший, — но использовать надо все возможности».

Дебилизация молодёжи идёт полным ходом. Например, уже 32 процента граждан России убеждены, что Солнце — это спутник Земли, а 10 процентов всерьёз ожидали конца света. Всё больше выпускников школ оказываются неграмотными. По официальным данным, в стране насчитывается 1 миллион 300 тысяч беспризорных детей. А сколько по неофициальным? При опросе российской молодёжи 50 процентов сознались, что ради успеха готовы нарушить все десять библейских заповедей. А сколько не сознались?

Молодёжную тему продолжила в своём выступлении член бюро Московского горкома КПРФ и член правления «Всероссийского женского союза — «Надежда России» Е.И. Шмелёва. Она говорила об усилении внимания к работе с молодёжью в Московском городском отделении КПРФ. Молодые коммунисты избираются секретарями первичных организаций и райкомов, составили треть вновь избранных членов бюро горкома. Однако влияние партии и комсомола на подрастающее поколение всё ещё недостаточно.

К сожалению, сказала Елена Игоревна, современная молодёжь в большинстве своём не читает серьёзные газеты и литературу, а информацию получает через телевидение и Интернет. В том огромном объёме лжи, которую СМИ обрушивают на общество, молодым трудно разобраться. Нелегко бывает понять, где правда, а где враньё, что хорошо, а что плохо. И самое главное — им внушили превратное представление о социализме, который на деле только и может быть для них настоящим спасением.

Особенно важно расширение участия молодёжи в уличной борьбе. А основным инструментом организации протестных действий должен стать, по мнению выступавшей, тот же Интернет.

— Нашей партии жизненно необходимо изыскать ресурсы, — сказала она, — и создать квалифицированный, постоянно действующий информационно-аналитический центр для работы с молодёжью в Интернете и социальных сетях. Это относится и к работе с женщинами.

Первый секретарь Рязанского обкома партии В.Н. Федоткин недавно участвовал в большой дискуссии на одном из центральных телевизионных каналов. Она была посвящена Советскому Союзу и называлась так: «СССР с нами?» А перед этим опрос, проведённый Левада-центром, показал, что 36 процентов опрошенных — за советскую политическую систему и только 17 — за нынешнюю. Больше половины, 51 процент, высказались за возрождение советской экономики с её государственным управлением и планированием. Вот такие результаты. Несмотря на то, что каждый день, с утра до вечера, на всех каналах телевидения грязью поливается советский период.

Россия сегодня — это оккупированная страна. Но Запад, Соединённые Штаты знают, конечно, о растущих у нас ныне настроениях протеста и делают всё для того, чтобы удержать свой оккупационный режим. За последние годы было издано 600 учебников для молодёжи на иностранные деньги. Легко представить, что в них написано, особенно в учебниках истории…

Да, борьба за умы и сердца продолжается.

Равнение на Сталинград!

Незримыми участниками этого съезда были коммунисты из разных героических эпох нашей великой истории. Они своим примером давали и дают мощную нравственную, духовную силу тем, кто продолжает их дело в трудных условиях нынешней России.

Можно ли, например, не равняться нам на подвиг Сталинграда, 70-летие которого отмечено совсем недавно?

— Мы называем себя сталинградцами, и к этому имени мы приучаем не только своих товарищей, но и врагов, оппонентов, — заявил с трибуны съезда первый секретарь Волгоградского (нет, Сталинградского!) обкома КПРФ Н.А. Паршин. Он сразу же поставил вопрос о том, чтобы областной комитет партии официально назывался Сталинградским: это имеет высокий и справедливый смысл.

Сталинград — не просто имя, не только символ. Сталинград — это идеология, это мысль, это вера в победу. Нынешняя власть не прочь «попиариться» на славных событиях прошлого. Но как только доходит до идеологии, до основ, на которых стояло наше Советское государство и жил советский народ, обо всём выдающемся и великом начинают забывать, более того — пытаются гадить.

А ведь Сталинград — это подвиг не только ратный, но и трудовой. Это и легендарный Тракторный завод 1929 года, и химическая промышленность, и многое другое, работавшее в войну на оборону. Надо знать, что завод «Химпром» за всё время Сталинградской битвы останавливался лишь на один день — из-за попадания фашистской бомбы. Теперь же это предприятие, дававшее работу семи тысячам жителей города, власть положила на лопатки.

И это лишь малая толика того, что не смогли сделать фашисты, но делает нынешний, действительно оккупационный, режим. Уничтожается село, уничтожается единое транспортное пространство, закрываются больницы, школы, роддома…

В ответ нарастает волна протеста. Секретарь обкома сообщил, что за прошлый год количество протестных акций в области увеличилось втрое.

— Мы должны показать альтернативу нынешней власти, — сказал Николай Алексеевич. — А для этого давайте проведём на сталинградской земле съезд народных депутатов со всей России. Чтобы все видели и понимали: мы — депутаты именно от народа, законные наследники Сталинградской победы. И наша задача — в интересах народа водрузить Красное знамя над Кремлём.

Первый секретарь Ростовского обкома КПРФ Н.В. Коломейцев, в целом одобрив работу Центрального Комитета за отчётный период, высказал несколько конкретных предложений, направленных, как он отметил, на повышение авторитета и боеспособности партии.

— Поддерживая все поправки, которые намечено внести в партийный Устав, — заявил Николай Васильевич, — наша делегация всё-таки настаивает, чтобы также был внесён пункт, обязывающий коммунистов подписываться на газету «Правда» — главную газету партии.

Были высказаны и предложения по улучшению кадровой работы, повышению ответственности депутатов от КПРФ, совершенствованию учёбы коммунистов.

— Учёба! И ещё раз учёба! Мы должны вернуть в сознание молодого поколения образ Павки Корчагина. А для этого переиздаём и «Молодую гвардию», и «Железный поток», и массу других книг. Я убеждён, что и на сайте у нас должна быть создана патриотическая библиотека, которая помогала бы вернуть молодым желание читать. Потому что власть это желание теперь отбила.

С яркой и глубокой речью выступил народный артист России, художественный руководитель театра «Содружество актёров Таганки», заместитель председателя Московской городской думы от КПРФ Н.Н. Губенко. Он начал с рассказа о работе своих товарищей — коммунистов Гагаринского (ныне Октябрьского) районного партийного отделения г. Москвы, где был избран депутатом Московской городской думы. В этом районе наша партия занимала первые места на выборах среди всех районов столицы. Так, в декабре 2011 года по результатам выборов в Госдуму КПРФ получила здесь 27 процентов голосов избирателей, а «Единая Россия» — 23; остальные партии — меньше 20 и 10 процентов. Здесь голосовали Путин и Чубайс, на их избирательных участках также победила КПРФ.

— Кто это сделал? — поставил вопрос Николай Губенко. И сам же ответил: — Коммунисты, люди, преданные партии!

И назвал имена некоторых.

Таков один из показателей, на что способны настоящие коммунисты. А далее Николай Николаевич коротко, но впечатляюще проанализировал, что произошло со страной и людьми за время после контрреволюционного переворота 1991 года. Сегодня, заметил он, приходится с горечью говорить: преданность Родине, гордость за проделанную поколениями работу, защита униженного и оскорблённого большинства народа, который прозябает в нищете, — всё это требует мужества. Этим мужеством обладает КПРФ.

Защита святых наших ценностей стала опасной для жизни. Надо ясно осознать, говорил выступавший, что власть отвернулась от народа. И нет ничего пагубнее, чем пренебрежение к народным интересам. Вот против чего боролась и борется КПРФ.

Но для того, чтобы борьба эта привела к окончательной победе, необходимо активнее наращивать силы партии, умножать её ряды. «Удвоить, утроить численность КПРФ!» — обратился с призывом к съезду Николай Губенко.

Зал дружными аплодисментами выразил своё согласие и поддержку.

Партийной работе — наступательный характер

Дагестанская партийная организация — крупнейшая на Северном Кавказе. Сегодня в этой республике образовался тугой узел острейших экономических и социальных проблем. Образовался потому, что в стране проводится не государственная, а антигосударственная политика, способствующая фактически развалу России. Так выразился в своём выступлении первый секретарь Дагестанского рескома КПРФ М.Г. Махмудов.

Разве можно считать нормальным, что молодёжь республики живёт ныне с ощущением, будто она никому не нужна? Дагестанских парней даже перестали призывать в Российскую армию, хотя они желают служить. Подобные действия власти, по мнению выступавшего, не стабилизируют ситуацию, а, наоборот, нагревают пороховую бочку. К этой молодёжи, остающейся без работы и без жизненной перспективы, активно обращаются экстремистские религиозные силы.

Особую роль в таких условиях, убеждён тов. Махмудов, призвана играть наша партия. У коммунистов имеется богатейший опыт утверждения дружбы между народами Советской страны, и Дагестан всегда был своего рода лабораторией дружбы людей разных национальностей. Сегодня этот опыт востребован как никогда.

Вспомнив, что уже к декабрю 1991 года в Дагестане была воссоздана парторганизация коммунистов, секретарь рескома подчеркнул необходимость более наступательного характера всей партийной работы на современном этапе.

От имени своих товарищей Махмуд Махмудов выразил благодарность Центральному Комитету за предварительную публикацию в «Правде» Политического отчёта ЦК. Это позволило широко и обстоятельно обсудить такой важнейший документ, было высказано немало интересных мыслей и предложений.

О самом памятном и волнующем, связанном с родной партией, которая отмечает свой 20-летний юбилей, говорил рабочий из Барнаула, член бюро Алтайского крайкома КПРФ Ю.Д. Осинкин. Четырнадцатилетним мальчишкой встретился он в начале 90-х с замечательными людьми, настоящими коммунистами, которые в тяжелейших условиях возрождали партию, твёрдо веря в её будущее. Вместе со старшими товарищами он распространял газеты, расклеивал листовки, собирал подписи, участвовал в акциях протеста, шествиях и митингах. Уже в 1998 году стал заместителем секретаря первичной парторганизации, а потом возглавил агитационную бригаду на выборах депутатов в Государственную думу. Прошёл школу руководства первичным партийным отделением и в прошлом году был избран членом бюро краевого комитета партии.

В районе, где работает Юрий Дмитриевич, на последних выборах в Госдуму за КПРФ проголосовали 26 процентов избирателей. Это на 7 тысяч человек больше, чем во время предыдущих выборов. Конечно же, далось такое не просто, сказались дружные коллективные усилия сплочённой организации.

Юрий Осинкин считает, что непременное условие дальнейших успехов во всех делах и начинаниях — укрепление партийного товарищества. Теперь его сыну уже 15 лет, и они вместе идут на демонстрации под красными знамёнами.

Было выступление и ещё одного рабочего — Н.Ч. Пуцко с Кондопожского целлюлозно-бумажного комбината, члена бюро Карельского рескома партии. Прежде всего он рассказал о состоянии своего предприятия. Огромный комбинат, родившийся как ударная комсомольская стройка, ныне лежит на боку. Работает только одна бумагоделательная машина, не хватает леса, задолженность — 15 миллиардов рублей. И непонятно рабочим, как такое получается, когда спрос на бумагу высокого качества огромный. Наиболее доверчивые пишут письма Путину, но результата, конечно, никакого.

Значительную часть своей речи Николай Пуцко посвятил политической учёбе коммунистов, в первую очередь — молодёжи. Его главное пожелание Центральному Комитету состоит в том, чтобы разработать циклы квалифицированных лекций по определённым курсам в соответствии с программой и выложить их на сайте. Хотелось бы при этом больше учитывать характер и психологию нынешних молодых людей, особенности их восприятия.

О важности политической, идейной закалки партийного пополнения говорил и знаменитый председатель колхоза «Терновский» Ставропольского края И.А. Богачёв. Недавно он вручал партбилеты десяти молодым коммунистам в Красногвардейском районе. Приход свежих сил радует. Однако остро чувствуется необходимость основательнее вооружить нашу смену марксистско-ленинской теорией, о чём ветеран партии размышлял с искренним волнением и озабоченностью. Воспитывать убеждённых бойцов — в этом залог будущих побед!

Возглавляемый Иваном Андреевичем колхоз добивается впечатляющих успехов. Но его очень беспокоит положение сельского хозяйства страны в целом. Теперь, после вступления России в ВТО, оно ещё больше обостряется. Ведь происходит, по существу, уничтожение аграрного сектора нашей экономики. По мнению опытнейшего хозяйственника, КПРФ следует значительно усилить свою работу на сельском направлении.

Сплав опыта и молодости

Вновь и вновь поднимавшиеся на трибуну делегаты и гости съезда обращались к тем незабываемым дням, когда люди, оставшиеся верными идеям ленинской партии, собирались полулегально, полуподпольно восстанавливать свои первички, шли в Конституционный суд, защищая честь партии, боролись и побеждали.

— Начинали практически с нуля, может быть, даже с минуса, — вспоминал в своём выступлении первый секретарь Новосибирского обкома КПРФ А.Е. Локоть, — заново учились бороться и побеждать. И создали мощную стратегическую партийную структуру, организацию, которой отдали свои голоса 12 миллионов граждан России. Кстати, на последних выборах коммунисты опередили «партию власти» во всех 10 районах Новосибирска.

Успехи несомненны. Нерешённой остаётся главная задача — изменить природу власти. Но для этого необходимо от стратегической обороны переходить к стратегическому наступлению. Лидер новосибирских коммунистов предложил созвать всероссийский съезд народных депутатов, который мог бы стать важным стимулом в борьбе за власть. И, конечно, задачей задач остаётся постоянное укрепление единства, сплочённости партии и её руководящих органов. Без этого победа невозможна.

Как всегда, ярко, эмоционально выступил на съезде член Санкт-Петербургского горкома КПРФ, народный артист России, кинорежиссёр В.В. Бортко. Наши противники, отметил он, до сих пор пытаются представить КПРФ как партию пенсионеров и маргиналов. Разоблачая эту ложь, мы призваны создать новый, отвечающий времени образ и облик партии. Резко увеличить присутствие в ней молодёжи. В том числе и студенческой, которая нередко, выражая протест, выходит на улицы в либеральных колоннах. Больше внимания следует уделить молодёжи городских окраин, которая порой вербуется националистами. А ведь эта молодёжь — потенциально сторонники КПРФ. В поле нашего внимания и заботы должны быть и те наиболее обездоленные слои трудящихся, которых называют гастарбайтерами. Здесь для нас поистине непочатый край работы. В том числе и в деле интернационального воспитания.

— Честь и слава тем, кто возрождал нашу партию! — сказал оратор, отметив роль первопроходцев КПРФ и её вождя Геннадия Андреевича Зюганова. — И хотелось бы, чтобы рядом с ним, в руководстве партии, появлялись, заявляя о себе, новые яркие, харизматичные, молодые лица тех, кому предстоит возглавлять партию в будущем.

Выступлением, завершившим прения, стала речь одного из тех самых первопроходцев партии, члена Президиума ЦК КПРФ Н.М. Харитонова. Он продолжил тему интернационализма, дружбы и братства народов, постоянно звучавшую в выступлениях делегатов и гостей съезда. Являясь делегатом от коммунистов Краснодарского края, он от имени жителей Кубани обратился со словами горячей благодарности к братскому народу Белоруссии, его посланцам, пришедшим на помощь попавшим в беду жителям Крымска.

Партия крепнет в борьбе. Напомнил Н.М. Харитонов и выборную кампанию 2009 года, когда в Йошкар-Оле лидер партии Геннадий Зюганов первым шёл под Красным знаменем, прорывая заслоны омоновцев, чтобы встретиться со своими избирателями.

Говоря о роли партийной пропаганды и агитации в нынешней обстановке, когда уже чуть ли не сотни вновь появляющихся и ждущих регистрации партий и партиек объявляют себя «левыми», оратор особо подчеркнул важность заботы о единстве партийных рядов, их идейном сплочении, подписке коммунистов и наших сторонников на «Правду» и другие центральные издания КПРФ.

* * *

В краткой заключительной речи, подводя итог обсуждения, Г.А. Зюганов особо отметил саму атмосферу съезда, где не было «проходных» выступлений и скучных лиц, где наряду с седоголовыми ветеранами мощно давали о себе знать молодая смена, свежие идеи. И не случайно в многочисленных откликах прессы, как и в приветствиях съезду со стороны руководителей страны и лидеров политических партий, неизменно присутствовал уважительный тон, показывающий, что с нами считаются и не могут не считаться, учитывая растущий авторитет КПРФ в нашей стране и в мире.

С новыми силами — к новым победам!

Газета "Правда", 26-27 февраля 2013 г.

http://gazeta-pravda.ru/content/view/13792/34/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Пн мар 04, 2013 6:39 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Признание провала?

Виктор КОЖЕМЯКО.

Накануне 60-летия сталинской кончины телеэкран заявил: «Сталин с нами»

ТАК НАЗВАН шестисерийный документальный фильм, показанный в первые дни марта на канале НТВ. И уже это признание — «Сталин с нами», — которое мы услышали по нынешнему российскому телевидению, согласитесь, необычно. Как необычен и сам фильм: после десятилетий тотального поношения советского вождя — это «попытка показать его таким, каким он был на самом деле», говорится в анонсе.

Удалось ли? Конечно, точки зрения будут разные, и мы приглашаем наших читателей высказать свои мнения, чтобы сопоставить их на страницах газеты. Наверное, разговор должен выйти за рамки одной телеакции. Тема видится шире — в отношении теперешней власти к этой грандиозной исторической фигуре и, может быть, в попытках как-то её приватизировать, приспособить «под себя». Ведь именно это происходит, например, с патриотизмом, который ещё недавно объявлялся «последним прибежищем негодяев», а потом вдруг на наших глазах стал вполне официальным «брендом» и «трендом».

Но о чём всё-таки прежде всего свидетельствует заметное изменение в подходе провластных пропагандистов к личности Сталина да и к советской эпохе в целом? Он уже не параноик и даже не просто кровавый палач, а она — отнюдь не «чёрная дыра» в истории Родины. Безусловно, нынешней власти они по-прежнему чужды, но считаться с реальностью как-то приходится.

Это — своего рода признание поражения тех яростных антисталинских пропагандистских усилий, которые предпринимались на протяжении многих лет. Свидетельством их поражения (да что там — провала!) стали результаты зрительских голосований в телепрограммах «Имя Россия», «Суд времени», «Исторический процесс». Абсолютное большинство оказалось за Сталина и за Ленина, за Советскую власть и социализм!

Таков факт. От него не уйдёшь. И старики вроде вымирают, на что особая надежда была у ельциных и чубайсов, но тяга людей к тому времени, интерес к его величайшим свершениям и личностям не убывают. Вот с чем вынуждена считаться власть, особенно учитывая сплошные провалы последнего двадцатилетия.

И это послышалось в показанном на НТВ фильме. Значение его хотя бы в том, что он сделан не одной краской — чёрной, что заставляет задуматься о сложности времени и не объясняет все трагедии прошлого одной лишь злой волей беспримерно жестокого человека.

Да, теперь многие говорят: нужна сильная рука, чтобы вор, как при Сталине, сидел в тюрьме. Но многие, увы, забывают (и об этом им предпочитают не напоминать!), что был у нас совсем иной социально-экономический строй, была совершенно иная мера справедливости, утверждались абсолютно другие общественные идеалы. Знаменателен в телефильме эпизод посмертной описи имущества Сталина: скромная одежда и 900 рублей на сберкнижке. А каково это в сравнении с реалиями сегодняшнего дня?

Словом, полезно задуматься.

Будем считать, что сама жизнь заставляет «кремлёвский агитпроп» более объективно взглянуть на Сталина и его эпоху, более правдиво их изображать. Но сколь далеко власть капитала может пойти и в этом, и во всей своей реальной политике? Очень опасно питать какие-либо иллюзии на сей счёт!

http://gazeta-pravda.ru/content/view/13858/34/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Чт мар 07, 2013 12:21 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Прискакал Чапай, да в чужую страну

Виктор КОЖЕМЯКО.


Многое в этом мире разными людьми воспринимается по-разному. Вот и телесериал «Страсти по Чапаю». Одним он понравился, а другим — категорически нет. Мой коллега, написавший о нём в номере «Правды» от 26—27 февраля, хотя и с существенными оговорками, в целом явление «нового Чапаева» принял. Впрочем, основания для хорошего или плохого отношения к фильму у разных авторов тоже различные. Поэтому, не претендуя на истину в последней инстанции, попробую высказать кое-что из своих впечатлений.



Могло быть гораздо хуже

Честно говоря, меня очень удивило, что некоторые мои знакомые, известные вроде бы взыскательным вкусом, вдруг начали этот фильм нахваливать. А потом вспомнил, с чем сам приступал к просмотру и что по ходу его всё время билось в душе: опасение и ожидание чего-то самого отвратительного.

Ведь шутка сказать за кого принялись — за Чапаева! После великого фильма о нём, сыгравшего колоссальную роль в истории не только нашего киноискусства, но и страны. Колонны людей с плакатами «Мы идём смотреть «Чапаева» в 1934 году — это будущие защитники Родины в 1941-м и победители в 1945-м. Чапаев вдохновлял их, помогал им. Недаром один из первых агитфильмов, созданных в самом начале той войны, назывался «Чапаев с нами».

Но что же могут учинить с легендарным советским героем в пору господствующего антисоветизма? Имея перед собой уже весьма обширный опыт извращения выдающихся советских личностей на телеэкране (лётчик Чкалов, маршал Жуков, министр Фурцева и т.д.), приходилось готовиться к худшему. И если в первых сериях что-то мне нравилось, если сразу не возникало полного отторжения, успокаивался: что ж, могло быть гораздо хуже.

Может быть, именно это — радость, что самого скверного не произошло, — и вызвало кое у кого из моих знакомых добрые оценки фильма? Хотя где он, предел нынешней скверны…

Ну а что касается художественного уровня работы, всех нас за последнее двадцатипятилетие приучают в искусстве довольствоваться малым. Как теперешний Бондарчук не чета Бондарчуку былому, так и российское кино в целом очень далеко от кино советского в лучших его образцах. Это стало привычным. Потому оценки качества (может, даже непроизвольно) идут по совсем иным, резко сниженным критериям.

Так объясняю я себе чью-то зрительскую и профессиональную удовлетворённость новым фильмом о Чапаеве, однако сам не приемлю его.

Домысел и пошлость ради «развлекухи»

Прежде всего, этот новый фильм уничтожает старый — настоящую классику. Ведь молодые посмотрят его и скажут: ясно теперь, каков Чапаев на самом-то деле. А в той, советской картине, выходит, всё неправда.

В преддверии горбачёвской «перестройки» начали уничтожать Чапаева анекдотами, и никто меня не убедит, что это было «просто так», а не умышленная диверсия. Теперь дело пошло дальше.

Допускаю, опытнейший и талантливый сценарист Эдуард Володарский взялся писать свой роман «Страсти по Чапаю», руководствуясь иными мотивами. Скажем, привлёк интерес к личности, действительно выдающейся, к жизни, вместившей много невероятных событий и поворотов судьбы.

Но рынок есть рынок. Для него Чапаев не национальный герой, а «раскрученный бренд», способный сам по себе обеспечить телевизионный рейтинг, то есть смотрибельность. Ради этого, во имя этого идут на всё. Скажем, сочинённая любовь Чапаева и дочери белогвардейского полковника Мальцева, как и фантастически раздутая до выстрела в спину линия комдив — комиссар Фурманов и его жена, призвана эту самую смотрибельность поднимать.

Кому там сегодня интересно, как Чапаев воевал, хоть это и есть главное дело его жизни, прославившее героя. Для большинства нынешних зрителей, воспитанных постсоветским экраном, куда увлекательнее и желаннее любовные, а точнее — сексуальные, перипетии, в которых запутывается начдив. Поневоле озадачиваешься: да когда же ему, бедняге, думать об организации своих войск, о подготовке к сражениям и прочих военных проблемах? Не до того!

Один из авторов в Интернете (а откликов на фильм там множество, и в основном — непочтительные) справедливо заметил: «Сериальный Чапаев водит в бой войска ровно три раза на протяжении девяти серий по 50 минут каждая. Остальное время он хлещет самогон, предаётся разврату и отбивается от козней упырей-комиссаров, которых навязывает ему партия».

Всё верно, именно это мы и видим. Создатели картины демонстративно пренебрегли тем, что реальный Чапаев совсем не пил и не курил, да и в отношениях с женщинами был другим. Скажут о праве на домысел: дескать, фильм-то художественный. Однако можно ли домыслами ради «развлекухи» в корне искажать образ исторической личности и рушить логику развития жизненных событий на экране?

Только один пример. К другу Чапаева ещё по Первой мировой, которого начдив назначил командовать бригадой, приезжает брат, в честь чего они устраивают грандиозную многодневную пьянку. И это в канун наступления! Разъярённый Чапаев лично расстреливает нарушителя дисциплины перед строем. Но если действительно было так, бойцы при этом просто не могли не думать о своём командире, каким он показан в фильме: а сам-то ты, Василий Иванович?..

Мало того, безобразная сцена, когда Петька тащит на плечах перепившего Чапая, завершается возмутительным парафразом знаменитого диалога из классического фильма режиссёров Васильевых. Но если там ординарец, восхищённый воинскими дарованиями любимого начдива, спрашивает, а мог бы он командовать армией, фронтом или даже «в мировом масштабе», то теперь, в совершенно анекдотическом стиле, говорится о том, сколько самогона смог бы выпить чудо-командир. И оказывается, что много, но вот ведро под силу… только Ленину. Разговор, замечу, происходит на фоне портрета вождя.

Ну что тут скажешь? Беспредельная пошлость или желание как-то потрафить министру культуры, одержимому идеей скорее Ленина «похоронить»?

От вездесущей ныне пошлости, увы, не ушли авторы «Страстей…» Её же знаковым проявлением стало то, что сразу после завершения демонстрации сериала на Первом канале исполнитель главной роли Сергей Стрельников и юная актриса, сыгравшая первую (вымышленную) любовь Чапаева — Настю, появились в пошлейшей передаче «Вечерний Ургант». Как там и положено, были двусмысленные шуточки, наигранное ёрничество, «приколы» на грани. К сожалению, «Чапай» и его подруга из нового фильма сочли возможным соответствовать развязному телепошляку, на наших глазах ещё более снижая свою экранную работу. Увы, увы, всё в духе нынешнего времени…

Есть ли сверхзадача?

Да, дискредитация революции

Но неужели все усилия создателей сериала были направлены лишь на «развлекуху», давшую повод автору одной из газетных рецензий иронически выразиться, что «получилась странная сага, которую условно можно назвать «Как Чапай по бабам ходил»?

Назвать-то так можно было бы, однако происходит это в контексте истории страны, причём самого острого, самого напряжённого её периода — революции и Гражданской войны. От судьбоносного времени Чапаева никак не отделить. Режиссёр фильма Сергей Щербин о своей задаче сказал даже такой фразой: «Трагедия человека на фоне исторического перелома».

Но в чём трагедия? В том, что Чапаев погибает? Не только. Пожалуй, квинтэссенция выражена словами, которые авторы вложили в его уста незадолго до гибели. О том, что революция — это грязь и кровь, братоубийство: «Всю душу мне выжгла эта революция». И звучит такое высказывание как некий итог (получается, главный итог!) всего, что прошёл и пережил в своей жизни человек, ставший легендарным народным героем.

Разумеется, нигде и никогда подобные высказывания Василия Ивановича документально не зафиксированы. Это авторы за него говорят. И по их воле в этой своего рода кульминационной сцене перед нами уже не столько красный полководец Чапаев, сколько Григорий Мелехов из «Тихого Дона», то есть совсем другой персонаж. Правомерна ли такая подмена?

Речь не о приглаживании или затушёвывании трагизма и кровопролитности исторической классовой битвы, нет. Она действительно была жестокой, не на жизнь, а на смерть. Жестокой, но не бессмысленной! А вот если, употребляя слово Константина Сергеевича Станиславского, сказать о сверхзадаче того, что выстраивали авторы в «Страстях по Чапаю», это как раз старание убедить зрителя в бессмысленности всех огромных усилий и жертв развернувшейся борьбы.

В фильме Чапаеву пророчит священник — отец Михаил: «Кровью рай на земле не построите». Тут же священника и убивают. А уж дальше следует череда расстрелов и до крайности кровавых рукопашных схваток, которые должны впечатляюще проиллюстрировать такое пророчество. Причём если вначале у Чапаева звучит абсолютная уверенность в правоте дела, за которое он борется (несправедливо, что у одних — всё, а у других — ничего!), то постепенно уверенность эта будет сникать. Да ещё и отец, потерявший в революцию двух сыновей, вынужденный заботиться на старости лет о куче внуков, ропщет вовсю…

В конце концов продолжающееся на экране противоборство для большинства зрителей, особенно молодых, по-моему, теряет всякий смысл. Им уже не разобрать в этой заварухе, в этой каше, из-за чего русские — с одной и с другой стороны — воюют друг против друга. Что, собственно, и требовалось согласно той самой сверхзадаче!

Сперва после контрреволюции 1991-го народу пытались однозначно внушить, что правда в Гражданской войне была на стороне белых. Тогда и стали потоком штамповаться идиллические белогвардейские фильмы типа «Адмиралъ» — о Колчаке. Господствующей эта идея в принципе остаётся и сегодня. Однако, вместе с тем, появилось более хитрое желание «примирить белых и красных», причём не только в истории, но и в современной жизни. Отсюда мотив, что у тех и у других — своя правда.

Как это сказалось в «Страстях по Чапаю»? Ну хотя бы некоторым стремлением во имя объективности «уравновесить» красный террор и белый, что верно подметил коллега в своей статье: сцену расстрела белогвардейцев чапаевцами тут же сменяет аналогичная сцена, где белые расстреливают красных бойцов. Замечу, мрачные люди вокруг Чапаева — все эти чекисты и комиссары, насаждаемые «сверху», всё равно перевешивают. Так что остаётся говорить больше о стремлении или о намерении создать видимость объективности, и это замечают даже авторы в Интернете.

«Видно, кстати, — пишет один из них, — что на сей раз почувствовавшее перемену ветра руководство (то ли студии, то ли канала) явно попросило сценариста и режиссёра не перегибать с Белой Химерой. То есть не слишком разводить адмиралей и румяных гимназисток, не нагнетать хруст дореволюционной французской булки и не делить стороны на господ офицеров в белом и небритую матросню. Чтобы, так сказать, достичь уже исторического примирения».

Удастся ли так легко достичь? Ведь сериалы сериалами, а жизнь текущая тоже в чём-то убеждает. Скажем, к вопросу о правде белых и красных. Есть сегодня «своя правда» у Абрамовича, Вексельберга или Прохорова и у тех, кто вынужден на них работать? Если кто-то считает и нас уверяет, что есть, то надо чётко признать: правда правде рознь. Бывает такая, что называть её следует прямо — большой ложью! Неужто стал бы Чапаев биться за капиталы олигархов?

Действительно, странно явление красного героя-большевика в теперешней России. Прискакал Чапай на лихом коне, да оказался вдруг в чужой стране: она теперь живёт под флагом врагов, против которых он воевал.

Ему и нам говорят: воевал зря. Рай на земле, мол, невозможно построить, и давайте смиримся с нынешним положением навеки, навсегда. Пусть у одних будет всё, а у других — ничего.

Неужто Чапай смирится?!

* * *

А по Первому каналу сразу же вслед за «Страстями по Чапаю» начали крутить ещё одну сериальную «историческую» лажу — «Есенин». Решили срочно её повторить, дабы каша в представлениях людей о том переломном времени заваривалась как можно круче.

Сумбур во взгляде на прошлое способствует такому же сумбуру в восприятии сегодняшнего дня. Ясность и чёткость народного понимания для властей предержащих опасны!

http://gazeta-pravda.ru/content/view/13905/34/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Чт мар 21, 2013 10:43 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Образ Сталина, его дело вдохновляют на борьбу

Виктор КОЖЕМЯКО. Политический обозреватель «Правды», член ЦК КПРФ.

Итак, 5 марта нынешнего года исполнилось 60 лет со дня кончины Иосифа Виссарионовича Сталина. Для КПРФ и «Правды» столь значимая дата стала поводом не просто воздать заслуженные почести памяти великого советского вождя, но и ещё внимательнее вглядеться в грандиозный масштаб его личности и его деяний, в эпоху, которую он олицетворяет, и в то, каково отношение к ней в наши дни. Навал антисталинских фальсификаций, поруганий, клеветы, накопившийся за десятилетия, требует глубокого и убедительного опровержения. Ведь отношение к Сталину — это и отношение к социализму, к советскому периоду нашей истории, к идеалам, которые несёт и за которые борется Коммунистическая партия Российской Федерации.

«60 лет без Сталина» — так была определена тема большого «круглого стола», состоявшегося в день памятной годовщины в редакции «Правды». Вот имена его участников: Д.Г. НОВИКОВ — заместитель Председателя ЦК КПРФ; Б.О. КОМОЦКИЙ — член Президиума ЦК КПРФ, главный редактор газеты «Правда»; К.К. ТАЙСАЕВ — первый заместитель Председателя Совета СКП—КПСС, секретарь ЦК КПРФ; М.С. КОСТРИКОВ — секретарь ЦК КПРФ; Л.Н. ШВЕЦ — член ЦК КПРФ, советник Председателя ЦК КПРФ; Ю.Ю. ЕРМАЛАВИЧЮС — член ЦК КПРФ, заместитель Председателя Совета СКП—КПСС, доктор исторических наук, профессор; В.В. ТРУШКОВ — политический обозреватель газеты «Правда», доктор философских наук, профессор; И.Н. МАКАРОВ — член ЦК КПРФ, секретарь Совета СКП—КПСС; М.В. КОСТИНА — главный редактор «Информационного бюллетеня» ЦК КПРФ, кандидат социологических наук; Я.И. ЛИСТОВ — кандидат в члены ЦК КПРФ, секретарь ЦК ЛКСМ РФ; Ч.А. ДУДАТИ — заместитель заведующего Отделом ЦК КПРФ по национальной политике; И.И. ГАПИСОВ — член ЦК КПРФ, секретарь ЦК ЛКСМ РФ, председатель исполкома Совета Международного союза комсомольских организаций (МСКО) — ВЛКСМ; Ю.П. ИЗЮМОВ — главный редактор интернет-газеты «Досье», председатель общественного Комитета памяти И.В. Сталина; Ю.В. ЕМЕЛЬЯНОВ и В.В. СУХОДЕЕВ — историки, авторы многих книг об И.В. Сталине.

Предлагаем вниманию читателей краткое изложение трёхчасового обсуждения, к которому может присоединиться каждый, если пришлёт к нам в редакцию свои соображения по затронутым проблемам. Наиболее интересные письма постараемся опубликовать. Год памяти И.В. Сталина продолжается…

Мудрость и сила во имя народа

Открывая работу «круглого стола» и приветствуя его участников в стенах «Правды», Б.О. Комоцкий отметил удивительные метаморфозы, которые произошли с именем Сталина и всем, что с ним связано, за последние двадцать лет.

Многие помнят бешеную антисталинскую кампанию конца 80-х — начала 90-х годов, когда просто даже произнести это имя в позитивном контексте означало чуть ли не преступление. Клеймо сталинистов и красно-коричневых, введённое в широкое употребление оборотнем Яковлевым, не оставляло ни малейшей возможности хотя бы для более-менее объективного публичного обсуждения этой, безусловно, великой исторической личности.

А теперь обсуждение идёт даже на центральных телеканалах, хотя, разумеется, под бдительным кремлёвским оком. И пассажи при этом происходят поразительные. Характерный пример — номер правительственного официоза «Российская газета», вышедший 5 марта. Здесь про Сталина только густой негатив, причём на первую полосу вынесены такие выражения, которые граничат с площадной бранью. Странно читать это в издании, призванном быть вполне взвешенным хотя бы потому, что оно оплачивается из бюджета, то есть и на средства налогоплательщиков, которые голосуют за нашу партию и для которых имя Сталина священно.

Однако в целом определённая метаморфоза по отношению к Сталину «сверху» видна. И отражает она процессы, происходящие в нашем обществе сегодня, когда почти всем стало понятно, что модель капитализма, особенно в её российской редакции — ультралиберальной, компрадорской, криминальной, потерпела крах. Дело вовсе не в том, что у власти появилась вдруг симпатия к Сталину. Нет, скорее она действует, исходя из такого принципа: «Не можешь победить — возглавь».

А ведь сегодня, даже по официальным данным ВЦИОМ, 30 процентов наших соотечественников относятся к Сталину положительно. Опросы же, которые проводятся телевидением в связи с обсуждениями сталинской темы, дают гораздо большие показатели в его пользу.

Что ж, давайте поговорим о Сталине, вроде бы согласно кивают нам из Кремля. Но — не о Сталине-коммунисте, не о Сталине, возглавлявшем строительство социализма, а о Сталине-державнике, государственнике, русском патриоте и т.д. и т.п. То есть пускай будет он кто угодно, только не марксист-ленинец, что, собственно, и составляет сталинскую суть.

Таково направление политической мимикрии власти, которая хочет подстроить Сталина «под себя», делает главный акцент на том, что это была сильная рука. И сегодня, дескать, нужна тоже сильная рука.

Но мы задаём вопрос: так сильная рука в интересах народа или против народа? Принципиальнейший вопрос, от которого людей хотят увести!

Обратив внимание на это, главный редактор «Правды» призвал участников «круглого стола» рассмотреть разные аспекты деятельности И.В. Сталина именно как коммуниста, теоретика и практика социалистического строительства, вождя Советской страны и лидера международного коммунистического движения, посвятившего всю свою мудрость и отдавшего все свои силы на благо трудового народа. В этом смысле годовщина его кончины должна способствовать развитию жизнеутверждающих начал нашей борьбы.

Наперекор «десталинизации», профанации, фальсификации

Заместитель Председателя ЦК КПРФ Д.Г. Новиков напомнил, что утром этого дня — 5 марта руководство партии возложило цветы к месту захоронения И.В. Сталина, почтив тем самым память выдающегося государственного и партийного деятеля. Все двадцать лет с момента восстановления Коммунистической партии Российской Федерации (юбилей отмечен как раз недавно) многое делалось для осмысления пути, пройденного Советским Союзом. И особенно это относится к сталинскому периоду, который вызывал, да и сейчас вызывает, ожесточённые споры — пожалуй, самые ожесточённые, если иметь в виду разные периоды советской истории.

Было несколько волн «десталинизации». Первая — хрущёвская, затем — горбачёвская, продолжавшаяся и в дальнейшие годы. Последняя попытка развернуть широкую кампанию «десталинизации» была предпринята федотовским Советом по правам человека при президенте страны, выдвинувшим специальную программу «десталинизации России». Но этот проект, как мы знаем, захлебнулся. И произошло это во многом благодаря той деятельности, той борьбе за общественное мнение, которую ведёт наша партия.

Да, социологические данные свидетельствуют, что умонастроения в обществе значительно изменились, и можно твёрдо говорить, что именно мы вместе с нашими союзниками внесли в это решающий вклад. А власть действительно вынуждена с таким изменением умонастроений считаться. Потому всё более заметно её стремление использовать фигуру Сталина в своих интересах. Подобное не раз уже делалось — вспомним хотя бы учреждение движения «Молодая гвардия» с явным намерением вызвать аллюзии к советской эпохе.

Это означает, что актуальность сталинского наследия приобретает новые ракурсы и борьба за точность оценок вклада Сталина в историю нашей страны становится ещё более важной. Тема сталинского наследия для нас, коммунистов, имеет особое значение потому, что мы обязаны делать необходимые выводы из пройденного партией и страной пути.

Сам Сталин незадолго до своего ухода из жизни говорил, что без теории нам смерть. И действительно, уже вскоре во главе Советского государства встанет Хрущёв, с деятельностью которого связаны многие шаги, серьёзно подорвавшие авторитет Коммунистической партии. Достаточно вспомнить абсурдную задачу построения коммунизма к 1980 году, обернувшуюся настоящей идеологической диверсией. Такого рода срывы могут происходить лишь тогда, когда есть недостаток знания, недостаток понимания той теории, которой должны руководствоваться коммунисты.

Эта тема важна для КПРФ ещё и потому, что наши соратники по международному коммунистическому движению ждут от нас ключевых исторических оценок тех людей, которые в разные периоды возглавляли партию и Советское государство. Вновь это подтвердили все недавние международные встречи и совещания, в том числе большой «круглый стол», который состоялся сразу после ХV съезда КПРФ, где были представлены 95 левых, коммунистических и рабочих партий и международных организаций. Вот и такая тема, как причины разрушения СССР, которая, казалось бы, уже много лет изучается и неоднократно обсуждалась, по-прежнему остаётся болезненной и важной для партий, работающих в самых разных условиях. Компартия Китая, например, провела в прошлом году целую серию научно-практических конференций, посвящённых этим проблемам.

Сталинская тематика в полном объёме представляет также исключительную важность в связи с тем, что наша партия и её сторонники продолжают борьбу против фальсификации истории, в первую очередь — советского периода. Наши предшественники, начинавшие свою деятельность более ста лет назад, не имели необходимости защищать прошлое реального социализма, потому что его как такового ещё не было. Это была перспектива, за которую предстояло бороться. Теперь же, подчеркнул тов. Новиков, у социализма есть история, которую мы призваны пропагандировать и фальсификацию которой нам надо всемерно пресекать.

Продолжая сказанное предыдущими выступавшими, К.К. Тайсаев сообщил: на заседании Исполкома Совета СКП—КПСС, которое состоялось в декабре прошлого года в Кишинёве, руководители братских коммунистических партий единодушно пришли к выводу, что идейное и политическое наследие И.В. Сталина осмыслено далеко не в полной мере. И вот по решению, принятому на той встрече, сегодня, 5 марта, подобные встречи, конференции и «круглые столы» проходят практически во всех республиках уничтоженного Советского Союза.

60 лет без Сталина — это крупная историческая дата, которая ещё раз напоминает нам о том, что произошло с нашей страной, с государствами социалистического содружества в конце ХХ века.

60 лет без Сталина — это веский повод для современных коммунистических и рабочих партий мира, чтобы извлечь предметные уроки из прошлого, сверить свои программы.

Наконец, 60 лет без Сталина — это этап борьбы КПРФ и её союзников против капиталистического геноцида народов России под лозунгом «десталинизации», против гнусного переписывания истории ХХ столетия, против оболванивания молодого поколения.

Совет СКП—КПСС, Центральный Комитет КПРФ уделяют должное внимание теоретическому наследию И.В. Сталина, увековечению его памяти. Ежегодно выходят в свет партийные издания, среди которых тов. Тайсаев особо выделил книги Г.А. Зюганова «Сталин и современность» и «Эпоха Сталина в цифрах и фактах». Свой посильный вклад в общее дело вносит и Отдел ЦК КПРФ по национальной политике. В серии библиотечки отдела вышли сборники «Ленин, Сталин о национальном вопросе», «Национальный вопрос в решениях ВКП(б)», книга секретаря Совета СКП—КПСС И.Н. Макарова «Со Сталиным и без него».

Учитывая чрезвычайную актуальность и значимость сталинской тематики для всей нашей партии, Отдел ЦК по национальной политике и выступил одним из инициаторов проведения данного «круглого стола» в день памяти И.В. Сталина — великого революционера и мыслителя, верного последователя учения Маркса, Энгельса, Ленина, одного из основателей нашей партии и первого в мире Советского социалистического государства.

Особое внимание — политическому завещанию

Своё выступление Л.Н. Швец начала с воспоминания о том горьком, трагическом дне 60 лет назад, который стал поистине днём великого народного горя. Вспоминала Любовь Никитична подавленное состояние своей семьи, родителей, печальные лица учителей в школе и их слова сквозь слёзы. Все понимали, что равного Сталину во власти нет, что народ, страна несут колоссальную, в буквальном смысле невосполнимую потерю. И эта потеря народом оплакивалась.

А посвятила свою речь тов. Швец в основном политическому завещанию Сталина, каковым называет его работу «Экономические проблемы социализма в СССР». Написанная в конце жизненного пути Иосифа Виссарионовича, она возникла на основе совместного, коллективного анализа и поиска тех незыблемых законов и норм, на которых должен строиться социализм.

Была насущная потребность создать учебник политэкономии социализма. Он нужен был не только нашей стране, но и миру в целом: трудящиеся всех стран с надеждой смотрели на Советский Союз, где строилось общество социальной справедливости. И вот если взглянуть хотя бы сквозь призму создания этого учебника на современных руководителей страны — в разных аспектах… Да можно ли их в чём-то сравнивать со Сталиным? Какая ответственность, какое понимание своей миссии, какая продуманная аргументация в ответах на вопросы, с которыми к нему обращаются и которые вызывают спор! При этом данная работа даёт все основания отметать обвинения Сталина в том, что он якобы отступал от марксизма и тем более от ленинского учения в процессе практического воплощения их идей.

Основным для меня, как для экономиста, говорила выступавшая, является то, что здесь рассмотрена суть многих экономических законов, которые увязаны между собой. Вот, скажем, закон стоимости и закон пропорционального развития народного хозяйства. Швец убеждена, что принцип их действия после смерти Сталина был нарушен, и в результате мы лишились многих своих преимуществ.

Постановка вопроса о характере и категориях товарного производства. Многие и сейчас, по выражению Любови Никитичны, с обожанием относятся к так называемой косыгинской реформе. На самом же деле, если смотреть с глубоких позиций, высказанных Сталиным, то можно, без сомнения, заметить серьёзные недостатки в ней. Ибо она принесла определённую пользу предприятиям, их интересам, но в целом общество наше оказалось отброшенным назад по линии научно-технического развития и его роли в построении прочного фундамента социалистического общества.

В этой же работе изложен основной экономический закон социализма. Но вот на что обратила внимание Л.Н. Швец. В процессе её учёбы (а она училась в хорошем вузе) акцент делался на удовлетворении постоянно растущих материальных и культурных потребностей народа, однако меньше, гораздо меньше, говорилось о том, каким путём. А у Сталина сказано чётко: путём непрерывного роста и совершенствования социалистического производства на базе высшей техники! То есть без этих условий социализм не мог быть конкурентоспособным, не мог побеждать и не мог достичь тех результатов, которые были нужны, чтобы устремиться к коммунизму.

Прочувствованно, эмоционально и убеждённо прозвучало обращение Любови Никитичны к молодым участникам «круглого стола», а через них и ко всей молодёжи — внимательно изучать наследие И.В. Сталина и его предшественников, классиков марксизма-ленинизма, дабы понять: социализм стоит того, чтобы за него бороться, только социализм спасёт человечество на этой земле.

Его наследием страна живёт и сегодня

Поддержав мысль об исключительной важности теоретического сталинского наследия (к этому участники «круглого стола» далее ещё и ещё раз будут обращаться), Ю.В. Емельянов счёл нужным сказать также о великом материальном наследии, которое оставил Сталин и которым наша страна во многом живёт до сих пор. Это вынуждены признать даже авторы показанного на канале НТВ телефильма «Сталин с нами». Далеко не всё в нём объективно и справедливо, но большая часть правды всё-таки прозвучала.

Действительно, когда сегодня москвичи включают по утрам газ в своих квартирах, они не задумываются, что газопровод был проведён в столицу по инициативе Сталина. Когда люди идут на работу и спускаются в метро, тоже не вспоминают, что появилось оно по его инициативе.

Да, наследие Сталина огромно, если мы учтём всё, что стало следствием решений по развитию экономики страны, принятых при его активном участии. А ведь каждое из этих решений было пропущено через ум и душу Сталина! Здесь надо бы перечислить тысячи предприятий, строительство которых стало предметом обсуждений в Политбюро и правительстве со сталинским участием.

Эти обсуждения, как правило, были чрезвычайно внимательными, тщательными, кропотливыми, и Сталин вникал в детали проектов. По сути наследием Сталина можно считать целые отрасли производства, создание которых стало результатом проводившейся по его инициативе программы индустриализации.

Уже через четыре года после начала осуществления первого пятилетнего плана Сталин мог сказать: «У нас не было чёрной металлургии, основы индустриализации страны. У нас она есть теперь. У нас не было тракторной промышленности. У нас она есть теперь. У нас не было станкостроения. У нас оно есть теперь. У нас не было серьёзной и современной химической промышленности. У нас она есть теперь. У нас не было действительной и серьёзной промышленности по производству современных сельскохозяйственных машин. У нас она есть теперь. У нас не было авиационной промышленности. У нас она есть теперь. В смысле производства электрической энергии мы стояли на самом последнем месте. Теперь мы выдвинулись на одно из первых мест. В смысле производства нефтяных продуктов и угля мы стояли на последнем месте. Теперь мы выдвинулись на одно из первых мест». А в последующие сталинские годы было создано с нуля ещё много новых отраслей производства!

Его наследием стало и вооружённое техникой сельское хозяйство страны. Достаточно вспомнить, что до начала первой сталинской пятилетки, в 1928 году, наше сельское хозяйство имело 27 тысяч тракторов, 2 (два!) комбайна и 700 грузовиков. А уже в 1940 году в советском сельском хозяйстве было 531 тысяча тракторов, 182 тысячи комбайнов и 228 тысяч грузовых автомобилей. Страна сумела прокормить себя во время тяжелейшей войны. Несмотря на нынешний упадок нашего села, до сих пор имеется немало хозяйств, фактически сохранивших формы колхозов и совхозов. А ведь эти организационные формы создавались мыслью Сталина.

Сталинским наследием можно считать каналы, такие, как имени Москвы, Волго-Дон, мощные гидроэлектростанции, начиная с Днепрогэса и кончая волжскими гигантами, научные центры и наукограды, созданные по его заданиям. Даже нынешний внешний вид многих городов — это результат решений, принятых Сталиным. Вспомним хотя бы «сталинские» жилые дома, высотные жилые и административные здания в Москве. Есть сталинское наследие и за пределами нашей страны. Так, недавно в Берлине был поставлен вопрос о том, чтобы поставить под защиту ЮНЕСКО дома по Карл-Маркс-аллее (бывшая Сталин-аллея). В центре Варшавы был возведён стоящий и ныне там Дворец науки и культуры.

Сталинское наследие — это могучий оборонный комплекс, который создавался с первых пятилеток. Сталин лично участвовал в совещаниях, на которых обсуждались вопросы оборонного производства, подготовки Вооружённых Сил страны к грядущей войне. Наследие Сталина — это его вклад в Победу. Сталинская роль в разработке, принятии и осуществлении решений в годы войны по организации боевых действий Красной Армии и работе тыла была ключевой.

Огромен вклад Сталина в спасение нашей страны от гибельной ядерной угрозы. Уже 11 февраля 1943 года он подписал постановление правительства об организации работ по использованию атомной энергии в военных целях. В апреле 1943-го в Академии наук СССР была создана специальная лаборатория № 2 по атомной проблеме, руководителем которой, по предложению Сталина, назначили И.В. Курчатова.

И, конечно же, сталинское наследие — это создание в нашей стране системы здравоохранения с десятками тысяч лечебных учреждений, системы дошкольных детских учреждений.

Врачи. В 1913 году — 28 тысяч, в 1950-м — 155,3 тысячи. Медперсонал. В 1913-м — 46 тысяч, в 1950-м — 472 тысячи. Больничные учреждения. В 1913-м — 5,3 тысячи, в 1950-м — 13,8 тысячи. Больничные койки. В 1913-м — 208 тысяч, в 1950-м — 791 тысяча. Детские сады и ясли. В 1927 году — 2,1 тысячи, в 1950-м — 25,6 тысячи. А надо ещё вспомнить и пионерские лагеря, и развитие физкультуры и спорта.

С 1897 по 1939 год смертность в стране сократилась почти в 2 раза! И как росло население? В 1922 году оно составляло 136,1 миллиона человек, а в 1940-м уже 194 миллиона. То есть прибавка — почти 58 миллионов человек. Правда, около 15 миллионов за счёт новых западных областей и республик СССР, но чистый прирост всё равно впечатляет — 43 миллиона человек!

Сталинское наследие — это культурная революция в нашей стране, которая сопровождалась строительством десятков тысяч школ, институтов, университетов, театров, кинотеатров, клубов и дворцов культуры. Сталин всячески поощрял развитие искусств и литературы, которые прославили нашу страну.

В 1922—1923 годах у нас было 89 тысяч общеобразовательных школ, в 1940—1941 годах — 199 тысяч. В 1914—1915 годах обучалось 10,5 миллиона человек, в 1940—1941-м — 47,5 миллиона. В вузах учились в 1914—1915-м — 127 тысяч, в 1940—1941-м — 812 тысяч.

Библиотеки. В 1913 году — 12,6 тысячи с 8,9 миллиона экземпляров книг. В 1950 году — 123,1 тысячи с 244,2 миллиона экземпляров.

Клубы и клубные учреждения. В 1913-м — 200, в 1950-м — 125,4 тысячи.

Росло количество театров, киноустановок, музеев, памятников. И всё это при постоянном внимании Сталина. Так, в центре Москвы стоит памятник Н.В. Гоголю с надписью «От Советского правительства», которое в то время возглавлял Сталин. Известно, что Сталин лично выбрал проект памятника советскому Воину-победителю, установленного в берлинском Трептов-парке.

Впрочем, справедливо заметил Юрий Емельянов, все достижения, связанные с именем Сталина, значение которых ощущается и сегодня, невозможно перечислить даже в самом пространном выступлении.

На высоте задач эпохи

Как и некоторые другие участники «круглого стола», помнящие день 5 марта 1953 года, Ю.Ю. Ермалавичюс начал с тех впечатлений. В шестом классе литовской сельской школы учитель сообщает ребятам, что умер Сталин, — и плачет.

Так было. А годы спустя, когда на волне горбачёвской «перестройки» взмыли агрессивные националисты в Литве, коммуниста Ермалавичюса, одного из руководителей Компартии республики, каждый день проклинают как сталиниста.

И вот какое ещё воспоминание. Он, профессор, преподаёт в Российском государственном социальном университете, и на одном из семинаров при обсуждении злободневных житейских проблем студентка-третьекурсница вдруг заявляет: «Я — сталинистка!» Преподаватель спрашивает: «А какие мотивы?» Ответ: «В стране был порядок».

Конечно, это отзвук того, о чём говорится дома, что помнят, может быть, родители или дедушки, бабушки юной студентки. Понятие порядка, мы знаем, тоже бывает различное. Однако сам факт, что среди молодых, родившихся и выросших уже после уничтожения Советской власти и СССР, немало таких, которые считают себя советскими, называются сталинистами, свидетельствует о многом.

Влияние величайшей исторической личности проходит сквозь десятилетия. «В чём же главная сила Сталина?» — поставил вопрос Юозас Юозович. И попытался на него ответить. Прежде всего это умственная сила. Кто умнее — тот сильнее. За умом народная масса идёт. За ленинским гениальным умом она пошла на великую революцию.

Сталин был учеником Ленина, который требовал от коммунистов быть на высоте задач, назревших для решения. И он, Сталин, несомненно, был на высоте назревших задач человечества первой половины ХХ века — эпохи революционного перехода от капитализма к социализму.

Кто может быть на такой высоте? Только тот, кто последовательно владеет объективной логикой развития всемирной истории. Научные открытия Маркса и Энгельса, существенно обогащённые Лениным, практическую реализацию получили в основном при Сталине, под руководством возглавляемой им Коммунистической партии. И это стало высшим достижением прогресса человечества.

Было выдержано такое испытание истории, как Вторая мировая война, когда фашистская реакция замахнулась на уничтожение Советской страны. Причём к её лидеру «прислонялись» тогда и американский президент Рузвельт, и английским премьер Черчилль. Сталин был мировой политический лидер демократического прогрессивного человечества!

А с чего начал Хрущёв, вознамерившийся уничтожить Сталина? Известно сталинское высказывание: «Без теории нам смерть, смерть, смерть». Действительно, без научной теории социализма невозможно построить социализм. Если политические решения научно обоснованы, будут успехи; а вот антинаучность в политике оборачивается разрушительными последствиями и в конце концов крахом, что, собственно, и произошло. Отказ от научного подхода к жизни общества и руководству им, начавшийся с антисталиниста Хрущёва, привёл к тому, что мы имеем теперь.

Но сталинский, советский опыт построения социализма (впервые в мире!) бесценен. В разных странах, прежде всего в Китае, он живёт и действует сегодня. А если говорить о будущем, то все народы обязательно пройдут этап перехода от капитализма к социализму. Сейчас в очень сложных условиях схватка между социализмом и капитализмом в мире продолжается, но наша, социалистическая, победа неизбежна.

Необходим честный исследовательский взгляд

Один из признанных исследователей жизни и деятельности И.В. Сталина, автор многих книг о нём В.В. Суходеев в течение ряда лет был членом редколлегии «Правды», где возглавлял ведущий идеологический отдел. А когда Сталин умер, он работал в «Комсомольской правде» и 7 марта 1953 года с группой других журналистов получил возможность побывать на так называемой ближней даче вождя.

Только что не стало Иосифа Виссарионовича, и можно было видеть документы, которые готовились им к предстоящему пленуму ЦК по дальнейшему улучшению благосостояния советского народа. Предложения, написанные синим карандашом, затем были перечёркнуты, красным карандашом написаны новые цифры. То есть шла напряжённая работа, что опровергает бытующее утверждение, будто Сталин к концу жизни отошёл от дел…

Шестидесятилетие без Сталина, по убеждению тов. Суходеева, ещё больше заостряет необходимость полного, всестороннего и правдивого научно-исторического осмысления его теоретической и практической деятельности. Между тем по-прежнему публикуется много неправды, масса искажённого и наносного. Причём это относится даже к трудам, которые вроде бы претендуют на высокий научный авторитет.

В качестве примера Владимир Васильевич привёл четыре первых вышедших тома двенадцатитомного издания «История Великой Отечественной войны 1941—1945 годов». Представьте себе, там есть целая глава, посвящённая Отечественной войне как мифу. И, оказывается, начало этому мифотворчеству положил… Сталин.

Буквально изничтожается его выступление по радио 3 июля 1941 года. То самое выступление, которое вооружило советский народ целостной программой действий не только на первый период начавшейся войны, но и на перспективу.

Нет, оказывается, характер войны первым определил не Сталин, а поэт Лебедев-Кумач в песне «Священная война», ставшей военным гимном советского народа и воинов. Верно, она таковым стала. Но зачем противопоставлять поэта и вождя? Ведь именно он, Сталин, дал глубокое, научно обоснованное определение войны, которую предстояло вести советскому народу под руководством Коммунистической партии. Цель подтасовки одна: принизить роль партии, принизить роль Сталина.

А Государственный Комитет Обороны (ГКО) — это, оказывается, «неконституционный орган». Но почему? Никакого противоречия с Конституцией 1936 года не было. Там содержалась известная 49-я статья, которой Президиум Верховного Совета наделялся полнотой власти на случай неожиданной агрессии против Советского Союза. Создавался ГКО с участием М.И. Калинина — Председателя Президиума Верховного Совета СССР. Совместное постановление Президиума ВС, Совнаркома и ЦК ВКП(б) было подписано Калининым и Сталиным. Теперь же всё это подвергается сомнению, непонятной и необоснованной критике.

Создаётся впечатление, что крупные научные силы вновь собраны сегодня не для объективного и глубокого исследования реальных исторических процессов, а для того, чтобы представить их как можно более предвзято, в максимально неблаговидном для советского руководства свете. Такой подход по-прежнему проявляется к характеристике Сталина как Верховного Главнокомандующего. Мы знаем: договорились до того, что Победа достигнута якобы не благодаря Сталину, а вопреки. Абсурд, нелепица! Однако ведь широко продолжает гулять. Хотя давно уже надо обстоятельно исследовать роль Сталина во время войны гораздо шире — и как государственного деятеля, и как политика, дипломата, а прежде всего — как полководца.

Маршал Советского Союза А.М. Василевский, по свидетельству Суходеева, называл Сталина руководящим советским полководцем. Но работ на эту тему, кроме книги самого Владимира Васильевича, написанной в соавторстве и изданной в 1998 году, не существует, а ту книгу в большем объёме не удаётся переиздать.

Ещё одна сторона сталинской деятельности, недостаточно исследованная, — это Сталин как теоретик. А что значит термин «сталинизм», который подхалимы типа Хрущёва пытались ввести ещё в конце 30-х годов и который за последние десятилетия внедряется в сугубо негативном смысле? Весьма важная, насущная тема для полемического рассмотрения взглядом честных учёных!

Он был революционер, а не консерватор

В определённом смысле Сталин за прошедшее после его ухода время сумел сам за себя постоять, заметил в начале своего выступления М.С. Костриков. И в той же мере, в какой наша партия защищала Сталина и его эпоху, сталинское наследие помогало нам в текущей политической борьбе.

Когда делался документальный фильм к 130-летию со дня рождения вождя, было решено вместо авторского текста больше предоставить слово ему самому. Это оказалось наилучшим ходом, потому что с тех пор многие прозвучавшие сталинские мысли прочно вошли в партийный обиход, стали гораздо шире использоваться нашими пропагандистами и агитаторами.

Но сегодня некоторые проблемы, связанные со Сталиным, пожалуй, даже обостряются. Можно вспомнить, что во время «перестройки» всё начиналось с попытки оторвать Сталина от Ленина. Сейчас мы в несколько другой ситуации, однако сталкиваемся с подобным явлением, что заметно и в показанном на НТВ фильме Владимира Чернышова. Речь идёт о тенденции сделать Сталина не коммунистом.

Такого рода попытки предпринимались и раньше. А сейчас, судя по всему, это хотят ввести уже в ранг государственной идеологии. Вот и в фильме «Сталин с нами» он выглядит скорее неким консерватором. Но Сталин был революционером. Он был революционером и как непосредственный организатор, активный участник социалистической революции, и в принципах всей своей дальнейшей деятельности.

Для нас осложняется сейчас задача, потому что власть делает расчёт на обывателя, у которого нет желания активно действовать, и он ждёт «сильной руки Сталина», которая всё сделает за него. Но Сталин-то опирался не на обывателей, а на партию и на активность масс. Он не стеснялся обращаться к народу. И нам предстоит развенчивать новоявленные патерналистские оценки Сталина, а это может оказаться сложнее, нежели борьба с теми совсем уж оголтелыми мифами, которые ныне, можно сказать, побеждены.

Во многом проблемы сталинского и нынешнего времени перекликаются в том, что мы живём и действуем в стране с колоссальной мелкобуржуазной массой. Сегодня надо вспомнить 1947 год, когда Сталин дал мощный толчок теоретическим дискуссиям в самых разных сферах науки. Казалось бы, только что закончена война, ещё не заросли травой воронки, надо восстанавливать разрушенные города и сёла, ядерная гонка набирала силу, то есть вроде бы не до дискуссий. Но Сталин решает, что ключевой вопрос — это вопрос теории. Он на тот момент стал особенно насущным потому, что поколение, которое реализовало сталинский проект 30-х годов, было выбито войной. Ведь привилегия коммуниста, как мы знаем, состояла в том, чтобы первым идти в атаку. И огромные потери, понесённые партийным авангардом, надо было срочно восполнять.

Сейчас задача перед нами схожая. Потому что мы утрачиваем поколения, имевшие хорошую марксистско-ленинскую подготовку, а молодое пополнение, которое к нам приходит, не только такой подготовки не имеет, но и заражено той самой мелкобуржуазной стихией. Чуждые политические взгляды, которые эти люди не по злобе, а по существующей в стране ситуации, по обстоятельствам приносят с собой, нам предстоит преодолевать. Так же, как в своё время приходилось преодолевать Сталину.

Вот почему на первый план выходит сегодня для нас задача теоретической подготовки партийных кадров. Очередной, XV съезд эту задачу во весь рост поставил, и, конечно, при её реализации сталинское наследие будет нам великой помощью.

Теоретик строительства социализма

Итак, снова о величайшем значении теории в нашей партийной деятельности, что было завещано сталинской мыслью и сталинским делом. Вот как продолжил анализ этой насущнейшей для нас темы В.В. Трушков.

Теоретические работы И.В. Сталина, подчеркнул он, это всегда поиск обоснования и осмысления тех проблем практики, которые стоят в повестке дня общества.

Наиболее интересна и менее всего изучена теоретическая деятельность Сталина в послевоенный период. Этим его работам не повезло, и не только из-за короткого временного интервала, в течение которого они осмысливались научной общественностью. Им не повезло и потому, что каждая из них рассматривалась изолированно.

Между тем интегральный подход к теоретической деятельности Сталина последних семи лет его жизни заметно меняет картину его послевоенного научного творчества. Фактически мы имеем дело с частями большого исследования, нацеленного на решение одной задачи — строительства социализма в СССР и его места в глобальном развитии.

Великая Отечественная война побудила Сталина по-новому взглянуть на некоторые социально-экономические и политические вопросы, получившие теоретическое решение в его довоенных работах.

Во-первых, советская общественно-экономическая система выдержала самое жестокое испытание. Примечательно сталинское замечание в «узком кругу», о котором вспоминал Юрий Андреевич Жданов: народ оказался более советским, чем о нём думали руководители.

Из этого важного общественно-политического вывода вытекали три следствия.

Первое: надо серьёзнее и глубже анализировать противоречия советского общества.

Второе: нет политической необходимости преувеличивать достижения СССР.

Третье: требуется интегральное, системное осмысление общественно-политических процессов в нашей стране и мире.

К решению этих задач Сталин приступил уже в начале 1946 года. На предвыборном собрании избирателей он вычленяет в качестве относительно самостоятельных явлений, во-первых, победу советской общественной системы, во-вторых, победу советского государственного строя.

В 1950 году Сталин выпускает в свет «Марксизм и вопросы языкознания». Здесь главной темой является осмысление базиса и надстройки. Исследуя их, он развивал высказанную за четыре года до этого на предвыборном собрании мысль об отличии общества и государства. Последнее, как и партия, является элементом надстройки. Примечательно, что на примере состояния в науке Сталин фактически выступает против культа личности, сравнивая его с аракчеевщиной.

Обстоятельный анализ базиса стал предметом «Экономических проблем социализма в СССР». Так называемые формы социалистического хозяйства — государственную и колхозно-кооперативную — он рассматривал фактически как экономические уклады, а как известно, многоукладность — это признак переходного периода от капитализма к социализму. Сталинская характеристика «социализма в основном» была фактическим признанием, что общество ещё не вышло, как говорил Ленин, из «преддверия социализма».

И вполне логично, что в такой ситуации автор особое внимание уделял закону стоимости. Важную роль в концепции Сталина играл сформулированный им основной закон социализма. Во-первых, он, подчёркивая важность закона планомерного, пропорционального развития, отказывал ему в верховенстве и, значит, не отождествлял социализм с планом. Во-вторых, сталинская формулировка основного закона социализма убеждала: советскому обществу ещё много и долго надо работать, чтобы дотянуться до этой планки — до максимального удовлетворения материальных и духовных потребностей советских людей.

В этот же ряд следует поставить и речь Сталина на XIX съезде КПСС. В ней определялись условия, в которых советскому народу предстояло завершать социалистическое строительство. К началу 50-х годов второй этап общего кризиса капитализма, связанный с выпадением из капиталистической системы ряда стран Европы и Азии, завершился, складывались две мировые системы, которым предстояло сосуществовать соревнуясь. При этом важным фактором глобального развития оставалось мировое революционное движение, неотъемлемой частью которого был СССР. В новой международной обстановке задачей коммунистических и рабочих партий капиталистических стран становилось максимальное использование буржуазной демократии в их борьбе против всевластия капитала. Именно об этом и говорил Сталин в своей последней публичной речи.

Нет, он не умер 60 лет назад!

Шесть десятилетий назад не стало И.В. Сталина, но, как ни удивительно, не только сама жизнь, но даже современная либеральная пресса спорит с этим, заявил в начале своего выступления И.Н. Макаров.

И привёл для иллюстрации такой пример. Респектабельный буржуазный журнал «Власть» регулярно публикует список десяти наиболее упоминаемых в данном номере имён. Так вот, первая пятёрка: Путин, Медведев, Барак Обама, Сталин, Прохоров.

То есть Сталин не умер не только для нас. Он и для наших противников — живой, действующий политик! По этой причине и борьба с ним — как с живым, действующим. А главные методы известны: клевета и грязная ложь.

Недавно в уникальном издании воронежский профессор Филоненко обобщил опыт геббельсовской пропаганды в годы войны. И что же бросается в глаза при чтении этой книги? Многое из того, что применяли в своих усилиях Геббельс и его сотрудники, теперь взято на вооружение российскими либералами и даже «левыми антисталинистами».

Вот, скажем, листовка-пропуск 1942 года, призывавшая красноармейцев сдаваться в плен, подняв руки и крикнув: «Сталин капут!» Каково главное содержание этой агитационной листовки, где портрет улыбающегося Сталина изображён на фоне ленинского профиля? Главное выражено такой фразой: «Сталин изменил делу Ленина!» И вот именно это геббельсовские пропагандисты пытаются в сжатой форме доказать, обращаясь к советским людям: «Сталин предал вас, изменил вам и всем трудящимся!»

Но ведь мотив абсолютно тот же самый, что в фашистской листовке, мы слышим и сегодня. Пример (один из многих!) — недавно вышедшая книга «левого» профессора Бориса Славина «Ленин против Сталина». Что же здесь вменяется Сталину в вину? «Он был патологически жесток, и своей грубостью и хитростью приносил ей (партии) больше вреда, чем пользы. Так, его сугубо силовые способы расказачивания казаков на юге страны, прямое санкционирование убийства царской семьи на Урале и многое другое лишь порочили большевиков в глазах народа, дискредитируя Советскую власть».

«Ну что после этого можно сказать? — заметил Игорь Макаров. — Спросить, как в известном фильме Гайдая: «А башню тоже он разрушил?» Может быть, Сталин участвовал и в убийстве Павла Первого?»

От себя замечу следующее. В утверждениях, подобных славинскому, не просто ложь о Сталине. Здесь, я бы сказал, гораздо большее — стремление переложить вину с больной головы на здоровую. И с головы не чьей-нибудь, а Троцкого — злейшего врага Сталина, который и несёт ответственность за все те «сугубо силовые методы», которые теперь вменяют Сталину в вину. А кто вменяет? Конечно же, современные сторонники и поклонники Троцкого — те самые неотроцкисты, существование которых в нынешней нашей реальности кое-кто пытается отрицать.

Характерно и то, как сходятся в наступлении против Сталина геббельсовские пропагандисты и нынешние нео-троцкисты. Вот так же Гитлер и Троцкий сошлись против Сталина в предвоенный период, а затем и во время войны. Есть о чём подумать сегодня!

Очень важна и ещё одна грань темы, отмеченная в выступлении тов. Макарова. Это необходимость нам самим и нашим сторонникам более ответственно подходить к использованию сомнительных «документов» и других «исторических свидетельств», которые на поверку оказываются просто подделками. А ведь некоторые из них направлены, скажем, на то, чтобы противопоставить лояльного к религии и церкви Сталина воинствующему атеисту Ленину. Есть и другие цели, но фальшивку никакая, пусть даже благая, цель оправдать не может.

Как ко всему этому относиться? Конечно, настойчиво и убедительно восстанавливать правду, которая и есть главное оружие для нас.

Доходчиво и убедительно объяснять молодым

Воистину замечательно, что за этим «круглым столом» собрались вместе члены КПРФ с большим опытом и представители молодого поколения нашей партии. Их взгляд на Сталина и его эпоху взаимообогащающий. Вот выступление И.И. Гаписова, который говорил от имени своих сверстников — молодых коммунистов и комсомольцев, составляющих надежду, будущее КПРФ.

Крупнейшая историческая личность — Иосиф Виссарионович Сталин, жизнь и государственная деятельность которого оставили глубочайший след в судьбе не только нашего народа, но и всего человечества, ещё не одно столетие будет предметом тщательного изучения историков. А сегодня мы воочию видим, что, несмотря ни на какие ухищрения власти, ни на каких сванидзе, федотовых, карагановых, волкогоновых, антисталинская пропаганда начинает давать всё большие сбои. Атмосфера неприязни, многие годы нагнетаемая СМИ вокруг имени Сталина, вызывает уже обратную реакцию — явный внутренний протест у большинства людей.

Заслуги Сталина никакой клеветой на него и на эпоху, в которой он жил и работал, перечеркнуть невозможно. Сталин не забылся в памяти народной, как того желали и желают власти предержащие. Не забылся и вследствие того, что вся нынешняя политическая, экономическая, социальная реальность России, СНГ, да и мира в целом, заставляет вспомнить как о нём лично, так и о том деле, которому он служил.

Среди молодёжи усиливается интерес к изучению времени Сталина. Более того, в связи со скандалом, устроенным вокруг сталинских плакатов, молодёжь в разных городах организуется и за свои деньги пытается разместить плакаты с изображением Иосифа Виссарионовича на автобусах.

О жизни и деятельности Сталина за последнее время издано немало правдивых книг, написанных на основе архивных материалов и свидетельств знавших его людей. Но, к сожалению, по разным причинам эти книги сегодня недоступны широким массам молодёжи. А с экранов телевизоров, с сетевых ресурсов по-прежнему льётся откровенная ложь в отношении одной из величайших личностей мировой истории. Именно поэтому важнейшая задача нашей партии, комсомола состоит в том, чтобы объяснить молодым на современном языке, кто такой Сталин и какова его роль не только в прошлом, но и в современности, в будущем. Объяснить доходчиво, убедительно и честно!

Надо раскрыть величайшую его заслугу перед Россией. Ведь при самом активном, во многом решающем сталинском участии страна спасена была от уничтожения в ХХ веке как минимум четыре раза. Первый раз — когда под руководством Ленина свершалась пролетарская революция, буквально вытянувшая страну из погружения в небытие. Второй раз — когда были отстранены от власти Троцкий и его сообщники. Третий — когда был разгромлен гитлеровский фашизм и четвёртый — когда удалось предотвратить, а затем полностью исключить возможность атомной агрессии со стороны США. Во всём этом неоценимый вклад великого советского вождя!

Сегодня, о чём здесь уже говорилось, всё активнее предпринимаются усилия, чтобы утвердить взгляд на Сталина лишь как на патриота-державника, строителя Русской империи. Мы категорически не можем согласиться с такой оценкой. Сталин был советским человеком, и он своей деятельностью создавал советского человека. Сталин сейчас становится ярчайшим символом советской эпохи. С нашей точки зрения — точки зрения коммунистов и комсомольцев, — Сталин прежде всего революционер, разрушитель старого режима и творец нового, справедливого строя. Сталин в труднейших условиях вражеского капиталистического окружения, используя марксистско-ленинскую теорию, организовал строительство нового общества. Под сталинским руководством советский народ создал индустриальную базу социализма, сумел отразить фашистскую агрессию.

Сталин — великий теоретик и практик интернационализма. Вот что он говорит в журнале «Красная молодёжь»: «Интернационализм является основной идеей, пронизывающей работу комсомола. В этом его сила. В этом его мощь. Нужно, чтобы дух интернационализма витал всегда над комсомолом». Но Иосиф Виссарионович, конечно же, и величайший патриот! Всю свою жизнь без остатка он посвятил своему народу. Народу советскому, стержнем которого он всегда считал русский народ. Все мы помним его знаменитый тост, произнесённый на приёме в Кремле 24 мая 1945 года, — тост за здоровье советского народа и прежде всего — русского народа.

Примечательно, что сегодняшнее наше мероприятие проходит не где-нибудь, а здесь, в редакции главной партийной газеты «Правда», которую Иосиф Виссарионович характеризовал так: «Носитель заветов Ленина и знаменосец революционной борьбы пролетариата за коммунизм».

— А завершить своё выступление, — сказал тов. Гаписов, — хочу сталинским призывом к комсомолу 20-х годов, который столь же значим и для моих сверстников — комсомольцев второго десятилетия XXI века: «Комсомол не был бы комсомолом, если бы он боялся трудностей. Великую задачу взял на себя актив комсомола. Поэтому он должен найти в себе силы для того, чтобы преодолеть все и всякие трудности на пути к цели». Мы будем стараться следовать призыву великого вождя.

Нести правду и противодействовать клеветникам

Ю.П. Изюмов обратил внимание на две важные составляющие деятельности И.В. Сталина в партии и государстве. Во-первых, под его руководством партия вырастила целое поколение советской молодёжи. Во-вторых, Сталин необыкновенно искусно подбирал и готовил кадры — тема, которая до сих пор, по мнению выступавшего, мало разработана, но имеет сегодня особую актуальность.

Известно, люди, ставшие при Сталине во главе промышленности, обороны, всех других отраслей народного хозяйства и различных сфер государственной, общественной, партийной жизни, приходили на ответственные посты в возрасте около 30 лет, что было по тем временам огромным новаторством. Изюмов сообщил «из неофициальных источников», что, кроме действовавшей тогда общей системы кадровой работы, у Сталина было два «собственных кадровика», которые способных людей выискивали, проверяли в течение длительного времени и потом представляли к выдвижению.

— Есть пример с адмиралом Кузнецовым, которого рекомендовали наркомом Военно-Морского Флота, — заметил Юрий Петрович. — Что сделал Сталин? Он пошёл с ним в поход и на борту крейсера «Червона Украина» сам посмотрел, что собой представлял в ту пору капитан Кузнецов. А через несколько лет сделал его наркомом.

Факт остаётся фактом: кадры при Сталине подбирались и выдвигались наилучшим образом. Ведь именно потому родились известные определения: сталинские наркомы, сталинские директора, сталинские соколы, сталинская гвардия, сталинская ответственность… И это были, как мы знаем, не просто слова!

А основную часть своего выступления Юрий Изюмов посвятил работе Комитета памяти И.В. Сталина, который он возглавляет. Комитет этот был создан год назад, и полное его название — международный Комитет по восстановлению советской истории эпохи Сталина. Учредители и участники — известные политики, учёные, писатели, деятели искусства и культуры. Цель — нести людям правду об этом времени, противодействовать клеветникам и фальсификаторам, поливающим грязью великие дела и победы советского народа и его вождя.

Задачи поставлены такие: проводить разъяснительную работу, прежде всего среди молодёжи, направлять представления по фактам искажения истории во властные органы, издательства и СМИ, организовывать протестные акции, возбуждать судебные иски против очернителей нашего славного прошлого. Имеется в виду также проводить выставки, кинопросмотры, выпускать брошюры и буклеты. Одна из главных задач — создание в Москве музея И.В. Сталина.

Пока, согласно информации Ю.П. Изюмова, идёт в основном просветительская и агитационно-пропагандистская работа. Например, уже восемь раз в московских учебных заведениях, ветеранских организациях и клубах экспонировалась передвижная выставка «Генералиссимус Сталин». Регулярно, в последний четверг каждого месяца, в зале Союза писателей России (Комсомольский проспект, 13) проводятся исторические чтения по сталинской тематике.

Постепенно эти мероприятия обрастают активом. И вот когда возникла идея достойно отметить 60-летие кончины И.В. Сталина, единомышленники помогли комитету получить зал Центрального дома Российской армии, который на памятном сталинском вечере был переполнен — люди даже стояли в проходах.

Конечно, такие дела радуют. Конечно, они заслуживают всяческой поддержки. Именно поэтому по просьбе председателя этой общественной организации привожу здесь её контактный телефон: 8-903-296-52-22.

Но не могу не поделиться и некоторыми сомнениями. Бросилось в глаза, что среди учредителей комитета есть люди, которые постоянно и активно выступают против КПРФ. Нормально ли это — за Сталина и против Коммунистической партии, представляющей главную оппозиционную силу нынешнему правящему режиму? Недоумение вызывает у многих столь странная позиция, да и действенность работы из-за этого неизбежно снижается.

Нет, гораздо эффективнее дела идут там, где общественные организации сталинской направленности выступают в единстве с КПРФ. Великолепный тому пример — город Иркутск, областное историко-культурное общество «Наш Сталин», возглавляемое профессором Василием Афанасьевичем Туевым, о чём я писал в номере «Правды» от 21—24 декабря 2012 года. Очень многого это общество сумело добиться как раз благодаря плодотворному взаимодействию с областным отделением КПРФ, первым секретарём обкома Сергеем Георгиевичем Левченко. Вот везде бы так!

О чём говорит социология

Столько лжи и клеветы было в адрес Сталина за истекшие годы, сказала М.В. Костина, но население страны в значительной степени относится к нему положительно.

К 60-летию со дня его кончины многими аналитическими центрами в России и других странах проведены социологические опросы о роли Сталина в истории. Вот некоторые результаты.

Левада-центр провёл своё исследование с 15 по 18 февраля 2013 года по всероссийской репрезентативной выборке городского и сельского населения среди 1600 человек в возрасте от 18 лет и старше в 130 населённых пунктах 45 регионов страны. И на вопрос: «Как вы думаете, какую роль сыграл Сталин в жизни нашей страны?» — 49 процентов респондентов (почти половина!) ответили: «безусловно положительную» или «скорее положительную». Отрицательно высказались только 32 процента.

В ходе опросов отмечается, что за последнее время нынешние руководители России всё чаще говорят о Сталине как о выдающемся государственном деятеле. Но они при этом умалчивают о социально-классовой стороне, о том, что Сталин был представителем трудящихся, трудового народа — рабочих, крестьян, трудовой интеллигенции. А причину обращения властей к авторитету Сталина многие (каждый пятый) видят в стремлении использовать его для укрепления собственного авторитета, пытаясь представить себя наследниками славы победителей в Великой Отечественной войне.

Киевский международный институт социологии провёл опрос среди украинцев. На востоке страны 36 процентов населения позитивно оценивают роль Сталина, на юге — 27 процентов. Оценка разная в зависимости от региона и от возраста.

Опросы на Украине проводятся с 1991 года, и они показывают, что отношение к Сталину улучшается. Например, людям задавался вопрос, согласны ли они с тем, что Сталин был великим вождём. И если в 1991 году согласных было 27 процентов, то в 2013-м — 35.

«Что думают о Сталине в России и Закавказье» — это социологическое исследование к 60-летию со дня смерти И.В. Сталина было проведено в России, Азербайджане, Армении и Грузии при поддержке Carnegie Endowment for International Peace (Вашингтон).

Основные результаты исследования показывают, что лидерские качества и деятельность советского вождя большим числом людей оцениваются положительно. На предложение «Назовите 5—10 имён самых выдающихся людей всех времён и народов» — 42 процента опрошенных называют Иосифа Виссарионовича Сталина. В динамике значимых имён Сталин занимает первое место.

«Сталин — мудрый руководитель, который привёл СССР к могуществу и процветанию» — в этом уверены 68 процентов участников опроса в Грузии, 57 — в Армении, 47 — в России, 41 — в Азербайджане.

«Какие бы ошибки и пороки ни приписывали Сталину, самое важное, что под его руководством наш народ вышел победителем в Великой Отечественной войне», — считает значительное большинство опрошенных во всех четырёх странах.

Число жителей России и Грузии, желающих видеть во главе государства политика, подобного Иосифу Виссарионовичу Сталину, составило по 30 процентов, в Армении — 39 процентов.

Мы должны объективно показывать образ Сталина, развенчивать клевету и убедительно пропагандировать его наследие, подчеркнула Марина Костина. Это — авторитет партии, в том числе её международный авторитет.

И снова о молодёжи

Выступление Я.И. Листова было посвящено роли Сталина в становлении комсомола и его развитии. А начал секретарь ЦК ЛКСМ РФ также с обращения к недавнему социологическому исследованию. Оно проводилось среди молодёжи Российской Федерации от 18 до 21 года в регионах, за исключением Москвы и Санкт-Петербурга. То есть специально бралась та часть страны, где меньше прервана историческая память. Так вот, здесь 72 процента молодых людей положительно оценивают роль Сталина в нашей истории и считают, что его деятельность позитивно сказывается на современности. Есть в этом и определённая заслуга комсомола: его воспитанники сталинского и в целом советского времени передают сегодня свою память и свои традиции молодому поколению.

Комсомол многие десятилетия жил в соответствии с глубокими руководящими установками Иосифа Виссарионовича — вождя ленинской партии. Сегодня кое-кто изо всех сил пытается оторвать Сталина от марксизма, от Ленина, а вот что говорил на этот счёт сам Сталин. Когда корреспондент «Комсомольской правды» задал ему в 1925 году вопрос, нужно ли, чтобы молодёжь изучала сейчас марксизм и ленинизм, он ответил следующим образом:

«Во-первых, маленькое замечание насчёт марксизма и ленинизма. При такой формулировке вопроса можно подумать, что марксизм — одно, а ленинизм — другое, что можно быть ленинцем, не будучи марксистом. Но такое представление нельзя считать правильным. Ленинизм не есть ленинское учение минус марксизм. Ленинизм есть марксизм эпохи империализма и пролетарских революций. Иначе говоря, ленинизм включает в себя всё, что дано Марксом, плюс то новое, что внёс Ленин в сокровищницу марксизма и что необходимо вытекает из всего того, что дано Марксом».

Из этого ясно, сколь важна для Сталина идеологическая составляющая работы с молодёжью, как он хочет добиться максимально точного понимания комсомолом значимости марксистско-ленинской, коммунистической идеологии. Ведь вопрос «Комсомолки» возник тогда не случайно. Шёл 1925 год, страна ещё не вполне оправилась от последствий Первой мировой и Гражданской войн, поэтому многие среди комсомольцев горячо утверждали, что практическая работа сейчас важнее идеологической. А Сталин их решительно поправляет. Он говорит:

«…Не подлежит никакому сомнению, что без сочетания практической работы комсомольского актива с теоретической его подготовкой («изучение ленинизма») невозможна никакая сколько-нибудь осмысленная коммунистическая работа в комсомоле».

Воспитанию молодёжи в духе коммунизма Сталин придавал первостепенное значение. Совершенно верно отмечалось за «круглым столом», что перед войной было воспитано сталинское поколение молодёжи — в полном смысле героическое поколение! Да и в последующие годы, когда восстанавливалось народное хозяйство, когда Советский Союз первым вышел в космос, когда широко начали осваиваться природные богатства Сибири, продолжал создаваться тот базовый человеческий капитал, на котором наша страна держалась до 1991 года.

А заложен он был именно при Сталине. И сегодня сталинские уроки идейного воспитания, настойчивого овладения марксистско-ленинской теорией снова выходят для комсомола на первый план.

Очень интересно было слушать (думаю, не только мне) размышления ещё одного представителя нашей партийной молодёжи — Ч.А. Дудати. Он говорил о вкладе Сталина в развитие советской культуры, искусства, литературы, а главное — проявил при этом основательное знание темы. Вот ведь что особенно необходимо каждому коммунисту в идейной борьбе — знание! Только знанием и умением применить его можно победить своих противников в споре. Только знание и умение донести его до людей способны влиять на их сознание, расширять ряды наших сторонников.

Чермен Дудати молод, но в дискуссиях о Сталине против него, по-моему, не устоят и многие опытные антисталинисты. А ровесников своих он, конечно же, увлекает разнообразием интересных подробностей, которые глубоко и ярко характеризуют выдающуюся личность вождя.

— Я читал товарищам стихотворение «Утро», написанное юным Сосо Джугашвили, — рассказывает он за «круглым столом», — и спрашивал: кто автор? Одна моя знакомая ответила так: «Я не знаю, но, очевидно, кто-то трепетный».

Да, трепетный лирик и романтик. Поэт. Но, став на путь революционной борьбы, он избирает одним из своих любимых героев Сослана Стального, воспетого в кавказском народном эпосе. Стального! Отсюда и его новая фамилия. А тяга к литературе, искусству, тонкое чувствование и понимание таланта и мастерства остаются с ним на всю жизнь, помогают руководителю страны в годы социалистического созидания выстраивать великую советскую культуру.

Нарочитое упрощение и вульгаризация, не говоря уж о прямом вранье, сделали эту тему полигоном самых разнузданных спекуляций. В результате чудовищно извращены как образ Сталина, так и его отношения с писателями и другими деятелями искусства.

Эти отношения были подчас весьма непростыми, но отнюдь не сводились к сплошным преследованиям и запретам, как враги Сталина пытаются изобразить. И Чермен вспоминал телефонные разговоры вождя с Михаилом Булгаковым и Борисом Пастернаком, вспоминал, что у Ахматовой и Мандельштама были стихи не только антисталинские, но и во славу Сталина. Почему же сегодня при составлении школьных программ по литературе одно включают, а про другое полностью умалчивают? Неверно это, антиисторично.

Первый съезд советских писателей и роль Сталина в его организации. Интерес к советскому вождю таких великих мастеров западной культуры, как Ромен Роллан и Анри Барбюс. Его личное участие в редактировании нового Гимна Советского Союза, в корректировке и обогащении репертуара Большого театра, в выдвижении художественных произведений на Сталинскую премию… Действительно, неохватны сталинские труды в сфере культуры, венчавшиеся плодотворными результатами.

— Ему было интересно всё, — заметил Чермен. — Вот в Магадане, куда я ездил недавно по выборным делам, меня поразил такой факт. Там в своё время приступали к строительству Дворца культуры. Был подготовлен проект. И я видел в графе, где обозначен строительный материал, зачёркнутое «сосна» и вписанное рукою Сталина — «дуб». Этот человек и в самом деле до всего доходил!

Мне же в выступлении молодого коммуниста, наряду со многим другим, очень любопытным представилось такое его наблюдение. Даже в некоторых из антисталинских стихов невольно звучит подсознательное восхищение великой личностью. О чём-то это говорит…

* * *

Борьба за Сталина продолжается.

Это — борьба за наше советское прошлое, а значит, и за социалистическое будущее.

«Пройденный под руководством Сталина путь был нелёгким, — пишет Г.А. Зюганов в своей книге «Сталин и современность». — Были серьёзные ошибки и заблуждения, от которых никогда не застрахованы первопроходцы. И чем труднее было идти, чем неприступнее были препятствия, тем чаще и громче звучал в партии бессмертный сталинский девиз: «Нет таких крепостей, которых большевики не могли бы взять». Эти слова вдохновляют всех коммунистов и сегодня».

У коммунистов нашей страны есть основания для социального оптимизма. Веру в победу нам даёт великое марксистско-ленинское учение. Сталинский пример, сталинский опыт вдохновляют на борьбу.

http://gazeta-pravda.ru/content/view/13931/79/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Чт мар 21, 2013 10:56 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Защитник Сталинграда остаётся бойцом

Виктор КОЖЕМЯКО.


Трудно поверить, но 23 марта исполняется 90 лет Игорю Григорьевичу Гребцову — одному из самых верных друзей «Правды» и её многолетнему автору. Поэт, писатель, публицист, автор более десятка книг, он также дорог нам как достойный представитель поколения победителей, о котором нельзя не думать в связи со знаменательной датой нашего старшего товарища.

Ответственность

Он живёт далековато от улицы «Правды». До метро надо добраться, потом, выйдя из подземки, ехать на троллейбусе, затем снова шагать пешком. А если учесть, что с ногами в последнее время проблемы усложнились, можно представить, как нелегко даётся ему этот путь. Но едва возникает в нём надобность, стоит лишь по телефону намекнуть — и он появляется в редакции. По-солдатски подтянутый, стройный, хотя теперь вынужден опираться на палочку, к выполнению дела, нужного родной газете, всегда готов.

Это, пожалуй, не просто характерная, а сущностная особенность лучших людей его поколения: высочайшее чувство ответственности. Перед близкими и дальними, перед своей работой и страной. Для кого-то, наверное, абстрактно звучит: ответственность перед страной. Но для него, Игоря Гребцова, начиналась она совершенно конкретно, причём уже в детстве. Вот недавно в связи с 60-летием кончины И.В. Сталина, обращаясь к сталинской эпохе, которая его воспитала, он вспоминал на странице «Правды»:

«В 1930-м я и мои сверстники пошли в первый класс. Все мы были пионерами, а потом комсомольцами. И вот в тридцать четвёртом на улицах нашего районного села Ужур Красноярского края я увидел два плаката. На первом была изображена свастика, а ниже надпись: «Фашизм — это война». На втором — злобная фигура Троцкого и стихи, если память не изменяет, Демьяна Бедного:

Иуды Троцкого бородка

Обмокла бешеной слюной.

Гад этот мерзостный — находка

Фашистам, бредящим войной.

За школьной партой мы познавали, что немецкие фашисты и японские милитаристы готовятся напасть на нашу социалистическую Родину. Значит?.. Значит, нам, мальчишкам и девчонкам, нужно быть готовыми защитить Отечество!»

И они готовились к этому. Всеми силами и возможностями, всей душой, о чём он тоже рассказал в той недавней правдинской статье под заголовком «Как же далеко он заглядывал!» Он — это Сталин. У Игоря Григорьевича, как у всех наиболее честных представителей военного поколения, вызывала и вызывает яростное неприятие ложь о том, будто «Сталин не готовился к войне». Потому что правду по себе они знают. И лучшим доказательством этой правды стало само явление сталинского поколения советской молодёжи.

Когда грянула война, Игорь только что окончил первый курс Красноярского педагогического училища. Друзья-комсомольцы сразу же заявляют о своём желании отправиться на фронт. Но сперва райком комсомола организует для них начальную военную подготовку, а уж затем Гребцов становится курсантом училища связи. Как оказалось, ненадолго.

Солнечным июньским днём 1942-го на плацу построен батальон курсантов, и комиссар училища говорит о трудном положении, создавшемся на фронте, о необходимости пополнения частей личным составом.

— Кто из вас хотел бы, не завершив обучение, рядовым, а возможно, сержантом поехать на фронт? — спрашивает комиссар.

Шагнули вперёд почти все. Одним из первых — Игорь Гребцов.

Он стал бойцом 252-й стрелковой дивизии, которая отличилась в Московской битве и теперь направлялась под Сталинград. В одном из своих стихотворений, написанных в те дни, Игорь обращается к любимой девушке (после войны она станет его женой):

Буду драться беспощадно, грозно,

Чтоб вернуться, чтобы встретить

вновь…

Ненависти к ворогу подобны

Сила нашей дружбы и любовь.

Слово сержанта Гребцова с делом не разошлось. Разве не об этом говорит выдержка из наградного листа, которую я сейчас приведу? «Особо отличился Гребцов, — отмечал командир роты капитан Макаров. — В боях за высоту 130.7, обеспечивая связь на наблюдательном пункте командира дивизии, под сильным артиллерийским и миномётным огнём и бомбардировкой противника с воздуха, рискуя ежеминутно жизнью, устранял повреждения на линии в течение двух суток без отдыха, в результате чего связь на НП работала бесперебойно».

Обратите внимание! «Рискуя ежеминутно жизнью…» Это же не просто фраза. Это — факт.

За тот подвиг он среди первых в дивизии был награждён медалью «За боевые заслуги». Потом будут и медаль «За оборону Сталинграда», и ордена Красной Звезды, Отечественной войны, другие награды. Но с первой совпало ещё одно важнейшее событие — из самых определяющих в его жизни: здесь, в пламени сталинградских боёв, девятнадцатилетний Игорь Гребцов был принят в ряды Коммунистической партии.

Самоотверженность

Считаю особо необходимым остановиться на этом.

Вот мы отметили недавно 70-летие великой Сталинградской битвы. А он, наш товарищ, одновременно отметил свой 70-летний стаж коммуниста.

Что значило для него это звание? Во время войны — быть образцом в исполнении боевого долга. Не зря звучал фронтовой призыв: «Коммунисты, вперёд!» Воспринимался им как главный закон жизни и поведения. Его дивизия после Сталинграда участвовала в битве на Курской дуге, освобождала Белгород и Харьков. Отделение связи, которое возглавлял Игорь Гребцов, на всех участках действовало безупречно, а примером самоотверженности, бесстрашия и умения был он, командир.

Вышли к Днепру. Серьёзнейшим испытанием стала последняя сентябрьская ночь 1943 года, когда под беспрерывным вражеским огнём надо было наводить связь через воспетую Гоголем реку. Позднее он так вспомнит об этом в стихотворении, посвящённом боевому побратиму:

…Не забудем и переправу.

Помнишь, друг мой, как на Днепре

Тёмной ночью — не ради славы —

Плыли в лодке мы в сентябре.

В небе вспыхивали ракеты,

Озаряя речную гладь.

Взрыв! — Соседняя лодка, где ты?

На воде ничего не видать.

На воде лишь круги от воронки —

Был солдат… И солдата нет…

…Вот и берег, где враг укрылся.

Укрепления, как броня!

На десантников навалился

Шквал неистового огня…

Как только лодка достигла правого берега Днепра, он, несмотря на ожесточённый обстрел, быстро развернул узел связи, установил коммутатор и затем в течение нескольких суток обеспечивал руководству дивизии бесперебойную связь.

Поразительно, что переходя из боя в бой, от одного опасного задания к другому, он урывками находил возможность писать. Литературный дар, проявившийся ещё в начальной школе, не оставлял его. Стихи и корреспонденции Игоря Гребцова печатались в дивизионной газете «Боевая красноармейская», привлекая всё большее внимание товарищей. И в конце концов его назначают литсотрудником редакции, где он сменил отозванного в политотдел армии будущего знаменитого поэта Давида Кугультинова.

Можно было бы много рассказать о его отважной, самоотверженной журналистской работе на фронте, про которую знаю по воспоминаниям его однополчан. Он и в этой новой для себя ипостаси опасностей не избегал — рвался на передний край, под огонь, в солдатские окопы. А бывало, бой приходилось принимать и буквально на рабочем месте.

Процитирую ещё один наградной лист — представление к ордену Отечественной войны. Вот что писал в конце лета 1944-го редактор «дивизионки»: «Когда 25 августа бронебойщик Фёдор Шабашев в бою у переправы через Прут подбил три немецких танка и три орудия, материал о подвиге солдата был срочно доставлен Гребцовым в редакцию и в тот же день опубликован в газете. 26 августа редакция находилась в отдельных домиках возле села. Неожиданно в поле показалась большая группа немцев, идущих цепью на эти домики, чтобы прорваться к Пруту. В отражении немцев настоящую доблесть показал Гребцов. Он руководил действиями одной из трёх групп, в составе которой были работники редакции и оказавшиеся здесь бойцы одного из подразделений. Стремительно достиг кукурузных полей, где находились гитлеровцы, атаковал их с фронта… В результате этой схватки 17 немцев было убито и несколько ранено. Остальные 82 гитлеровца обезоружены и взяты в плен».

В марте 1945 года, находясь в одном из сражающихся батальонов, он был вторично ранен (первый раз — в Сталинграде). Госпиталь в Будапеште, потом в Братиславе. Здесь застала его Победа. И вскоре переходит Игорь Григорьевич Гребцов из военной журналистики на мирное поприще: становится редактором многотиражной газеты Красноярского машиностроительного завода.

Убеждённость

Вот я написал: мирное поприще. Что ж, какое-то время после Победы, да и то условно, можно считать его мирным. Мы же знаем, против нашей страны очень скоро началась так называемая холодная война. Её накал, масштаб, изощрённость росли год от года, преодолевая границы и вербуя вражеских агентов не только внутри Советского государства, но и в сердце его — в партии коммунистов. И 1991-й стал не менее (нет, более!) роковым, чем 1941-й: Ельцин осуществил то, чего не смог добиться Гитлер.

Да, это — война. Оставшиеся в живых ветераны Великой Отечественной стали теперь её участниками. А на войне как на войне. Есть свои герои, но и свои предатели; есть самоотверженные, отважные, но и малодушные, просто трусы. Горько, что под давлением «обстоятельств», а точнее — пришедшего к власти режима, не выстояли даже некоторые из тех, кто мужественно и храбро держался на фронте. Особенно горько, что для кого-то, даже среди ветеранов войны, звание коммуниста оказалось на поверку больше словом, нежели глубинной личностной сутью.

Это не отменяет высочайшей оценки военного поколения, многие из которого вполне сознательно и убеждённо отдали жизнь за Родину. Однако в каждом поколении есть лучшие и такие, кто во многих отношениях им уступает. Об Игоре Григорьевиче Гребцове пишу, безусловно, как об одном из лучших, что с новой силой подтвердил он в сражениях новой войны.

Всё сказанное о нём выше я узнал, конечно, по документам и воспоминаниям его боевых друзей. А вот о героизме бойца-ветерана в последние двадцать лет могу свидетельствовать сам.

Ведь он был уже в преклонном возрасте, когда Советская Родина снова подверглась прямому и коварному вражескому нападению. Позади, вслед за многотиражкой в Красноярске, была у него работа в книжном издательстве и заочная учёба в Литературном институте, журналистская деятельность собкором «Советской России» и ответственным секретарём газеты «Ветеран», несколько лет инструктором информационной группы Общего отдела ЦК КПСС — работа с письмами. Казалось бы, воинскому призыву уже не подлежал. Но я спрошу: а разве во время той войны боролись с врагом только по призыву? Теперь же — тем более: патриотическое сопротивление полностью формируется из добровольцев. По убеждению.

Как доброволец в труднейшее время он стал постоянным автором «Правды». По убеждению сразу занял своё место в рядах возрождённой КПРФ и сейчас, представьте себе, который уже год возглавляет первичное отделение нашей партии в районе Дорогомилово. Не формально возглавляет — активно работает! Активно и вкладывая всю душу. Иначе не может: горячая убеждённость коммуниста движет им, за что бы он ни брался, что бы ни делал.

Сколько его статей, очерков, заметок, стихов прошло через мои руки за эти годы! Разумеется, что-то было профессионально более удачным, а что-то менее, но чего никогда не чувствовал я в написанном Игорем Гребцовым, так это равнодушия. Он и берётся-то за перо (точнее, садится по давней привычке за машинку), каждый раз следуя толстовскому: «Не могу молчать!»

А поводов, бьющих в душу, было много, слишком много. Защищать Мавзолей В.И. Ленина и некрополь у Кремлёвской стены, над которыми всё время сгущаются чёрные тучи. Защищать дела и честь И.В. Сталина — Верховного Главнокомандующего. Отстаивать Знамя Победы, когда за него вдруг, как он написал, «ухватились грязными «медвежьими» лапами, чтобы сорвать серп и молот — символы рабоче-крестьянской Советской власти, под которыми мы победили».

Он очень любит известные строки выдающегося поэта-фронтовика Егора Исаева и неоднократно на них ссылался в своих статьях:

Моё седое поколенье,

Оно особого каленья,

Особой выкладки и шага —

От Сталинграда до рейхстага.

Мы старики, но мы и дети,

Мы и на том, и этом свете.

А духом все мы — Сталинградцы,

Нам Богом велено держаться!

«Держаться? — писал он, вступаясь за Знамя Победы и обращаясь к товарищам-ветеранам. — Да, конечно, держаться. Однако вместе с тем — атаковать, переходить в наступление!.. Фальсификаторы истории пытаются не только принизить значение того, что сделано поколением победителей, но и оклеветать нас. Неужели мы, пока ещё оставшиеся на этом свете, не защитим честь и достоинство тех, кто вот уже более шести десятков лет — на том, кто уже не может подняться и защитить себя?! Неужели мы, наконец, не укротим ублюдков, которые говорят: «На хрена, дед, ты кровь проливал?» — или, что уж совсем ужасно, пытаются изувечить величайшую святыню — Знамя Победы?

Да, поэт прав: нам Богом велено держаться. И мы держимся. Но надо при этом — ублюдкам ли, оглоедам ли, зарвавшимся ли толстосумам — давать сдачи. Ответим бойкотом «единороссам» и всей нынешней власти, для которой даже наше Знамя Победы не свято! К этому взывает память о тех, кого нет с нами. К этому взывает духовный опыт седого, боевого, советского поколения.

В бой под Знаменем шли всегда,

И по-братски на фронте дружили.

Серп и Молот, а рядом Звезда —

Наши символы. Так мы жили!..

Встаньте, сёла и города,

Под священное наше Знамя!

Серп и Молот, а рядом Звезда —

Наши символы. Вечно с нами».

Мы победили тогда, защищая святыню Победы от надругательства. Все вместе — КПРФ, «Правда», не сдавшиеся ветераны, поэты-воины Егор Исаев и Игорь Гребцов…

Но Родину ещё предстоит отвоёвывать. Советскую, социалистическую. И он продолжает борьбу.

Благодарность и память

Что в таком возрасте даёт ему силы? Твёрдая уверенность в правоте своего дела? Несомненно. А кроме того, живущее в глубине души чувство неизбывной благодарности тем, кто не вернулся с войны, память о них и долг перед этой памятью.

В давние 70-е годы минувшего столетия родилась идея у собравшихся в Москве однополчан Харьковско-Братиславской Краснознамённой орденов Суворова и Богдана Хмельницкого 252-й стрелковой дивизии: поведать в книге детям и внукам о славном её пути, о её героях, живых и погибших. Такая книга, плод коллективных раздумий и воспоминаний, была создана. Её назвали «Наша стрелковая», и заслуга Игоря Гребцова в том, что она появилась на свет (заслуга не только авторская, но и организаторская!), была очень большой.

Но то происходило в советское время. А вот идея, реализовать которую взялись несколько ветеранов войны и журналистики к 50-летию Победы, то есть к 1995 году, многим показалась сперва совсем не реальной. Был задуман капитальный трёхтомник «Живая память». Для него планировалось написать и собрать сотни ветеранских воспоминаний со всех концов страны. Ведь люди уходят, уходят, а вместе с ними уходит память…

Игорь Григорьевич стал одним из тех, кого можно назвать душой этого уникального издания. Какими неимоверными трудами оно создавалось! Но к намеченному сроку — полувековому победному юбилею — все три увесистых тома были представлены в Центральном Доме журналиста.

Мало того, здесь же, на торжестве, принимается решение: начатую серию продолжить. И сегодня мы имеем уже десять (!) фундаментальных томов «Живой памяти», которые останутся на века, навсегда. Поистине колоссальная по объёму работа! Бесценная. Причём не забывайте: всё это делалось людьми в возрасте от 70 до 90 лет. Вместе с Игорем Гребцовым в творческой группе и сейчас двое «коренных» наших правдистов — Владимир Суходеев и Юрий Яснев. Так вот, Юрий Николаевич отметил своё 90-летие в минувшем декабре, а Владимир Васильевич отпразднует в предстоящем мае…

Многое ложится на И. Гребцова как на заместителя председателя Объединённого совета ветеранов Союза журналистов России. К тому же он ещё и в руководстве ветеранской организации писателей Москвы — участников Великой Отечественной войны. При этом за последние годы его очерки многократно публиковались в коллективных сборниках «Солдаты ХХ века», «Строки, отлитые сердцем», вышли книги его стихов и прозы: «На фронтовой поверке», «Эх, дороги фронтовые», «Война меня не отпускает».

Действительно, не отпускает война солдата. Не даёт покоя память сердца — благодарная память, которую хочется ему выразить в слове. Меня давно восхищает, как подробно помнятся Игорю Григорьевичу добрые люди и добрые дела. Например, много раз слышал от него рассказы о первой школьной учительнице Анне Васильевне Ворошиловой, которая заметила поэтическое дарование своего ученика и опубликовала его стихи в районной газете. Фотография Анны Васильевны была с Игорем в Сталинграде.

Там же, в заснеженном окопе, принёс ему однажды старшина посылку. Адрес написан такой: «Сталинград, храброму солдату». А обратного адреса вообще нет.

Развернул посылку — письмецо.

Кровь стрельнула на моё лицо.

Вчитываюсь я: «Сыночек мой,

Посылаю варежки, носки,

Тёплое бельё, сынок, носи,

Возвернись живым к себе домой».

Подпись: «Тётка Марья». В уголке.

Дрогнуло послание в руке…

Вот так, без обратного адреса и даже фамилии — просто тётка Марья. И куда, кому написать слова благодарности, переполнявшие бойца?.. Но спустя годы напишется поэма, которую он так и назовёт — «Тётка Марья», — благодарность и той, и всем другим женщинам, что слали на фронт не только тёплые вещи, но и тепло своих щедрых сердец:

…Пули и осколки завывают,

Снятся Сталинградские бои…

Мне и ныне руки согревают,

Тётка Марья, варежки твои.

Я заметил, что в посвящениях к стихам у него до сих пор нередко встречаются конкретные имена и фамилии из той незабвенной военной поры. Скажем, стихотворение «Санинструктор» посвящено Андрею Кондратьевичу Годовых. Сколько здесь близких автору и герою примет времени и места: «жаркий бой у балки Грачёвой», «не забудутся Пять курганов, высота Сто двенадцать и пять…»

В посвящениях у него — сын полка Леонид Кузубов, юный фронтовой разведчик, тоже ставший после войны поэтом; миномётчик Константин Алексеевич Французов; комиссар Фёдор Андреевич Царёв; фронтовой связист Виктор Хохлов, после войны — журналист и писатель, с которым, как и с комиссаром Царёвым, связана для автора огромная работа над десятитомником «Живая память».

Многие ушли за последние годы, а их уход он воспринимает как дополнительное задание себе: ещё настойчивее продолжать дело фронтовых побратимов — отстаивать правду о великой войне и Великой Победе. Именно об этом страстное его стихотворение «Клеветникам Победы»:

…Когда ж уйдёт последний ветеран —

Я поднимусь над сонмищем лжецов,

Чтобы призвать к ответу подлецов —

Клеветников-иуд из разных стран...

Я буду бить наотмашь, буду рвать

Их вымыслы, их подлые слова,

Я стану в них проклятия метать,

Испепелив наветы их дотла.

И, убедившись, что вставал не зря, —

Вернусь к своим товарищам-друзьям.

Среди невосполнимых его потерь — смерть сына, утрата любимой жены Маши, с которой прожили в любви и согласии почти шесть десятилетий. Но, к счастью, живёт рядом заботливая дочь Галя, есть пятеро внуков и растут четверо правнуков.

Он, как я понял, никогда не замыкался на себе. Чужды ему эгоцентризм и суетная самореклама. А самая большая радость для него — не получать, а отдавать, радовать других.

Вот ныне часто говорят, будто не удалось в Советской стране воспитать новых людей — людей будущего. Ложь! Удалось. Таковыми воспитаны многие, кого я знал и знаю.

Игорь Григорьевич Гребцов — один из них. Поздравим же его с юбилеем и пожелаем здравия, новых свершений.

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14020/79/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Пт мар 29, 2013 6:20 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Придёт ли конец «громкой фигуре»?

Автор: Виктор КОЖЕМЯКО. Обозреватель «Правды». Александр ЖБАНКОВ. г. Рязань.
Виктор КОЖЕМЯКО. Обозреватель «Правды». Александр ЖБАНКОВ. г. Рязань.


В феврале в рязанском телерадиоэфире прозвучало сообщение, которое для многих стало ошеломляющим. За вымогательство денежных средств в особо крупных размерах (под угрозой распространения компрометирующих сведений) арестован и заключён под стражу учредитель газеты «Вечерняя Рязань» В.В. Рюмин.

Надо знать многолетнюю скандальную славу этого человека, широко известного не только в Рязани, но и по всей области, чтобы представить, насколько резонансным оказалось сообщение о происшедшем. Громкая фигура! Громкая и, по сложившемуся мнению, непотопляемая: что ему только не сходило с рук… То есть ошеломил рязанцев не повод ареста, в котором для них как раз нет ничего удивительного, а сам факт, что за «непотопляемого» взялись.

И на этом фоне возникает тема размышлений, значение которой, по-моему, выходит далеко за пределы Рязанской области, обретая масштаб всероссийский.

Преподаватель марксизма-ленинизма сносит памятник Ленину

Кто же он такой, Валерий Васильевич Рюмин?

Армейский политработник, преподававший основы марксизма-ленинизма в десантном училище, всплыл на пике «демократической» волны конца 80-х — начала 90-х годов прошлого столетия, когда оказался вдруг в кресле председателя Рязанского городского Совета. Вопрос, как и благодаря чему он сюда попал, едва ли нуждается в подробном объяснении. Многие тысячи таких же всплыли тогда по всей России — в основном за счёт своеобразной предприимчивости и умения говорить. Пусть абсолютно безответственно говорить, зато красиво.

Деловые качества (вернее, как правило, их отсутствие) будут проявлены позднее, а в то время самым главным было политически заявить о себе. И вот офицер-политработник, не один год обильно цитировавший классиков марксизма-ленинизма, с придыханием произносивший имена Ленина и Маркса, теперь начинает везде и всюду их поносить. А став мэром Рязани, первостепенной своей задачей ставит снос памятника В.И. Ленину с центральной площади областного центра.

Когда распространился слух о таком намерении «перевёртыша», многие люди вышли защищать памятник. Оставались здесь даже на всю ночь, до утра. И всё-таки Рюмин выждал подходящий момент — после ельцинского расстрела Дома Советов в Москве. Глухой ночью 7 октября 1993 года памятник Ильичу был демонтирован и увезён в неизвестном направлении.

Невозможно вспомнить что-либо хорошее

Но чем же ещё, кроме расправы над ленинским монументом, ознаменовалось время мэрства Рюмина? Что-либо хорошее из той поры, даже при очень большом желании, рязанцы вспомнить вряд ли смогут. Об этом свидетельствует и фундаментальный труд учёных Рязанского государственного педагогического университета под названием «История одной губернии», изданный в 2000 году.

Страница за страницей документально восстанавливают печальную картину. Экономическое положение основной массы населения Рязани продолжало ухудшаться. Росли цены на товары, сокращался объём производства. Так, доля машиностроения снизилась с 38 процентов до 14, лёгкой промышленности — с 11 процентов до 6.

Между тем как грибы после дождя в процессе приватизации возникали частные фирмы и фирмочки, тесно связанные со структурами городского управления. Активно пошло сосредоточение собственности в руках узкого круга «бизнес-элиты», не желавшей отрываться от чиновников-управленцев. Замечу, что в эти же годы в одном из тихих переулков Рязани появляется впечатляющий личный особняк Рюмина.

Впрочем, к теме его благосостояния мы ещё обратимся, а здесь важно сказать вот о чём. Именно в рюминскую пору (совсем не случайно!) в Рязани возникли ставшие потом знаменитыми преступные сообщества: слоновская группировка, айрапетовская и другие. За два года, по статистике УВД, в городе было совершено 26 заказных убийств!

Тогда-то и появилось открытое письмо 27 директоров предприятий областного центра к федеральным властям, в котором говорилось, что в сфере приватизации, предпринимательства и хозяйственной деятельности в Рязани господствует уголовный террор.

Но, судя по всему, недаром ходили слухи о надёжной «крыше», которую мэр имеет в Москве, об уходящих из Рязани в столицу финансовых потоках. Рюмин на должности городского головы держался почти четыре года. Когда же настал срок с этим местом всё-таки расстаться, Валерий Васильевич и тут не пропал.

Материально не бедствовал

Интересно на его примере посмотреть, как складывались дела вот у таких «непотопляемых».

Заместителем мэра В.В. Рюмина был Г.К. Меркулов. И вот этот Меркулов становится губернатором, а Рюмин у него… советником. Рокировочка, так сказать.

Одновременно Рюмин возглавляет финансово-строительную компанию, а также становится акционером ряда крупных предприятий и банков. Невесть каким путём, но он входит и в совет директоров завода электронных приборов — старейшего рязанского предприятия, которое, как вскоре выяснится, будет обречено на разграбление.

Об этой истории знаю не понаслышке: на заводе электронных приборов проработал без малого двадцать лет. Уничтожение, разграбление его до последнего кирпича — настоящая трагедия для коллектива! И произошла она не просто на глазах властей и руководителей правоохранительных органов, а при их прямом или косвенном участии. Знаю, что провернул здесь свою выгодную комбинацию и Рюмин.

Всё это, само собой разумеется, приносило ему немалую прибыль. Кроме коттеджа в центре Рязани, Рюмин построил себе добротный дом на берегу Оки — с прудом под окнами, с оранжереей и многочисленными хозяйственными постройками. Купил не один автомобиль, обзавёлся домашней прислугой, личным шофёром, гувернанткой для своих детей и т.д.

Понятно, я могу писать лишь о том, что на виду. Так называемая коммерческая тайна у нас строго оберегается. И можно лишь предполагать, какими средствами в полном объёме располагает Валерий Васильевич.

Во всяком случае их оказалось достаточно, чтобы финансировать собственную газету. И он стал издателем, владельцем газеты «Вечерняя Рязань», которая в свою очередь стала орудием его борьбы за власть.

Где власть, там и деньги

Да, имея некоторые денежные средства, Рюмин с определённого времени оказался не у власти. Это никак не могло устроить его. Опыт мэра и советника губернатора научил: где власть, там и деньги. Он решает любой ценой вернуться во власть, а для этого использовать свою газету и сыграть роль оппозиционера — горячего защитника народных интересов.

Непривычная роль? Конечно. Однако разве не то же самое движет Немцовым и Касьяновым, явившимися вдруг в образе трибунов-революционеров с Болотной площади? Порулили в своё время, но опять хочется править. А ради этого можно и про народ вспомнить, про его беды поговорить…

Но у народа, видимо, появилось особое чутьё на этих персон. Сколько ни кричат, не очень-то им люди доверяют. Вот так же получилось и с Рюминым. Во всех выборах, проходивших за последние годы, — федеральных, региональных, местных, он неизменно выступал соискателем того или иного звания. Однако каждый раз — безрезультатно. И старания «Вечерней Рязани» оказывались напрасными.

А уж какой только имидж не придавал себе бывший политработник, чтобы понравиться избирателям! Мало того, что он «борется за народное счастье», — решил Рюмин предстать ещё и глубоко верующим человеком. Начал демонстративно молиться в рязанских храмах, ездить на богомолье в Иоанно-Богословский монастырь, что в 50 километрах от областного центра, и т.п.

Смешно было смотреть (я работал в это время в «Вечерней Рязани»), как, глядя на Рюмина, быстро стал менять свой имидж и редактор принадлежащей ему газеты. Во-первых, он переменил свою фамилию: был Локшиным — стал Кирилловым. Во-вторых, на следующий день пришёл на работу с массивным православным крестом на обнажённой груди. А в-третьих, почти в каждом выпуске «Вечерней Рязани» стали появляться обширные статьи на православные темы, автором которых выступала мать бывшего Н.С. Локшина, ставшего Н.С. Кирилловым…

Гримасы лицемерия и цинизма

Только вот весь дух газеты резко контрастировал с этим, как стало очевидно, показным лицемерием. В адрес неугодных Рюмину со страниц «Вечерней Рязани» произносились отнюдь не православные проповеди, а лилась площадная, базарная брань, образчики которой ни в одной приличной газете привести не представляется возможным.

Вот как бывает, когда человек твёрдо уверен в своей «непотопляемости»! Наверное, надо действительно иметь «свою руку» в Москве, причём весьма влиятельную, чтобы вести себя так, как Рюмин. Иногда бывало просто трудно поверить в то, что он себе позволял. Однако факты есть факты.

Вот, скажем, как общался со старшим следователем В.А. Бочкарёвым, когда дело дошло до разговора с ним в Следственном комитете. Расстегнул штаны и… продемонстрировал свои гениталии, дав понять крайнюю степень пренебрежения к собеседнику.

— Ты у меня (нецензурное ругательство) ещё побегаешь в одних трусах по Рязани! — пообещал на прощание.

Ну а напечатанное об этом следователе в «Вечерней Рязани» на поверку оказалось полнейшей выдумкой.

Многое, очень многое сходило ему с рук. Неужто в самом деле так сильна «московская рука»? И неужели опять придёт она Рюмину на помощь?

НЕОБХОДИМЫЙ КОММЕНТАРИЙ

Могу подтвердить, что фигура, о которой говорится в этой статье, действительно стала одной из самых одиозных на просторах моей родной Рязанской области за последние двадцать с лишним лет. Даже старинную Рюмину рощу в Рязани жители начали ассоциировать с новоявленным мэром, полагая (с чьей подачи?), будто название это именно от его предков пошло.

Подобных легенд Валерий Васильевич создал вокруг себя немало. Мне довелось встретиться и беседовать с ним в середине 90-х. С каким упоением говорил вчерашний политработник, ставший настоящим перевёртышем, об открывшихся перспективах для «предприимчивых людей»! Правда, никаких полезных конкретных дел для города и горожан ни тогда, ни позднее предъявить он не смог. Зато сильно звучало во всём его существе знаменитое чубайсовское: «Больше наглости!»

Снос памятника В.И. Ленину, который после ухода Рюмина с поста мэра был по настоянию большинства рязанцев всё же восстановлен, так и остался «самым славным» его деянием. Рюмины (а они есть, конечно, в каждом регионе) за два десятка лет убедительно доказали, что разрушать они могут, а вот созидать, увы, нет. Преумножать своё личное достояние любыми способами — это пожалуйста, на это они мастера. Сделать же что-то необходимое, полезное, ценное для общества, для страны — не ждите…

Мне понятен вопрос рязанского журналиста, поставленный им в заголовке статьи: «Придёт ли конец «громкой фигуре»?» Ведь попытки остановить явно непотребные или крайне сомнительные действия Рюмина уже были, но кончались ничем. Потому и остаётся в ходу версия о «московской руке», поддерживающей «непотопляемого».

Позвонил я в Рязань, в Следственный комитет. Спросил, каковы на сей раз перспективы дела Рюмина — дойдёт ли оно хотя бы до суда. Ответ был такой: «Считаем, теперь ему не удастся уйти от ответственности». Что ж, поживём — увидим…

У меня ещё вопрос к читателям: а как обстоят дела с вашими местными рюмиными там, где вы живёте? По-прежнему процветают? По-прежнему кто-то «вверху» их поддерживает?

Наверное, сегодня надо говорить во множественном числе: придёт ли конец этим «громким фигурам» и когда?

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14098/34/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Пн апр 08, 2013 9:41 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Драма семьи, пережившая век

Виктор КОЖЕМЯКО.

На сцене Малого — «Дети Ванюшина»

Вот наглядный пример того, как написанная больше столетия назад пьеса может быть сугубо актуальной сегодня. Режиссёр Малого театра, заслуженный деятель искусств России Виталий Иванов выбрал для своей очередной постановки «Детей Ванюшина».

ПЕРВАЯ и самая известная работа драматурга Сергея Найдёнова, признанного потом Чеховым и Горьким, была создана в 1901 году на автобиографическом материале и под заметным влиянием А.Н. Островского. Но, судя по всему, талант молодого автора оказался столь самобытен, а жизнь купеческой семьи на рубеже веков он знал изнутри так прочувствованно, что следование традиции великого предшественника стало отнюдь не эпигонским. В результате родилась драма, которая не только имела большой успех в своё время, но и широко вошла затем в репертуар советских театров, была экранизирована, а теперь, как убеждает нас Виталий Николаевич Иванов, обретает ещё большее значение.

В самом деле, если советский зритель смотрел на такие произведения всё же как на нечто историческое, то сегодня ушедшие, казалось, навсегда реалии во многом повторились вновь. И когда в спектакле Красавин, доверенный богатой московской фирмы (артист Дмитрий Марин), в приступе пьяной откровенности кричит: «Я человек коммерческий, в полном смысле мошенник… И горжусь этим! Нынче жить иначе нельзя», — мы понимаем, что «нынче» прямо относится и к нашему времени.

Главную тему этого пронзительного современного прочтения старой пьесы я определил бы как столкновение коммерческого и человеческого. Несовместимы они, власть денег и жизнь души по естественным законам справедливости. Вот о чём более всего заставляет думать драма купца, члена городской управы Александра Егоровича Ванюшина и его семьи.

Тот же Красавин, зять Ванюшина, за которого из соображений меркантильности отдал он дочь в Москву и у которого, по его собственному признанию, «каждый палец коммерческий, каждый ноготь о выгоде думает», заявление делает чёткое: «На любой бирже справьтесь: на бесчестие высокий тариф стоит, а у нас в Москве в особенности». Новость ли это для Ванюшина? Нет, конечно. Уж кто-кто, а он, жизнь в коммерции проживший, надо полагать, цену диктуемого здесь бесчестия хорошо знает. Только вот драма его, обернувшаяся трагедией, состоит именно в том, что резко накренились вдруг у него внутри эти привычные устои, казавшиеся, наверное, незыблемыми.

А накренило их крушение семьи, которое неожиданно открылось ему. Как же так? Для них, для детей, старался, «грош к грошу кровью приклеивал» — и все они в итоге несчастные, «и всем врагом стал». Выходит, недостижимы счастье и мир, если, желая их, руководствоваться в жизни жестокими законами денег и выгоды? Человеческое, что оставалось в нём под тяжким спудом коммерческого (а он по природе-то добрый, душевный!), не просто поднялось — на разрыв души пошло, приведя в конце концов к единственному выходу: уйти из этой жизни.

Мощно и трепетно создаёт его образ народный артист России Борис Невзоров. Такой крупный, сильный, уверенный на вид, казалось бы, должный быть неодолимым, Ванюшин на наших глазах проживает путь до почти детской беспомощности и растерянности. Для меня одна из самых потрясающих сцен спектакля — разговор его с младшим сыном Алексеем (артист Михаил Мартьянов), когда многоопытный глава семейства, всех наставлявший и поучавший, в отчаянии вопрошает юнца: «Что мне делать-то? Подсоби… Будь хоть ты человеком». А под конец — до слёз! — отцовский поцелуй. Первый в жизни…

Работу Б. Невзорова хочется назвать совершенством. И достойна рядом с ним народная артистка России Людмила Полякова в роли Арины Ивановны, жены Ванюшина. Всем существом преданная мужу, детям, семье, при той наивной и отзывчивой искренности, которая дана ей от рождения, она по-своему остро, истово болезненно переносит всё больше усугубляющуюся неустроенность в доме.

Эти неустроенность и разобщённость, душевный разлад великолепно переданы режиссёрски. Охватывает ощущение жуткой пустоты, когда перед смятенным Алёшей поворачивается на сценическом круге сумрачный и совершенно безмолвный дом, где по сути уже нет никакой жизни. И, конечно, восхищает блистательно задуманная и исполненная сцена общего обеда. Процесс еды как священнодействие в сакральной тишине, еды, только и соединяющей этих абсолютно чужих людей, когда «за пазухой ножи у всех», — неужто в этом смысл жизни?

Как-то очень тонко использована Виталием Ивановым и музыка из произведений Г. Свиридова и Э. Артемьева. Звучащая вторым или даже третьим планом, она, тем не менее, заметно влияет на атмосферу спектакля, создаёт его проникновенный эмоциональный фон.

Но главное, в полном соответствии с традициями Малого театра, — актёры, работа с ними. Кроме названных, отмечу Олега Добрована, жёстко рисующего старшего ванюшинского сына Константина, и народную артистку России Ольгу Пашкову в роли Клавдии, несколько шаржирующих, однако достоверных и ярких народную артистку России Алевтину Евдокимову (генеральша Кукаркина), Анастасию Дубровскую (Инна), заслуженного артиста России Глеба Подгородинского (чиновник Щёткин).

Сожалею, что многие зрители, беря в руки довольно толстый ежемесячный выпуск московской «Театральной афиши», нередко запутываются в её пестроте и мнимом богатстве. Ошибаются в выборе. А вот рядом со мной на «Детях Ванюшина» сидела женщина, которая, как оказалось, смотрит этот спектакль… уже восьмой раз! Хотя успел он пройти после премьеры всего раз десять — двенадцать. Замечу: всегда при переполненном зале. Значит, чутьё и вкус далеко не всех обманывают…

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14203/34/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Пт апр 12, 2013 7:41 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
В честь того, кто честью не поступился

Виктор КОЖЕМЯКО.

Начало книги о достойнейшей судьбе

Виктор Сергеевич Розов… Именно он — герой этой моей книги. Известный писатель, знаменитый драматург, автор сценария фильма «Летят журавли», признанного одним из лучших в мировом кино. Однако главным в этой книге о нём будет обращение не к пьесам и сценариям, а к личности их автора и драматургии его жизни, особенно на последнем, завершающем этапе.

КАК НАЗВАТЬ ТО ВРЕМЯ — с 1990 года, когда состоялась первая моя беседа с ним для газеты «Правда», до 2004-го, оказавшегося прощальным? Называют по-разному. Например, временем перестройки и реформ. Или годами рождения новой России. Многие из тех, рядом с кем он жил и работал, самодовольно именующие себя ныне творческой элитой, воспринимали всё происходившее тогда с ликованием.

А в его восприятии это была трагедия великой страны. Уничтожение Советской власти, которой за многое он искренне и глубоко был благодарен. Обозначившийся вначале как нечто невообразимое, а потом вдруг ставший ужасающим фактом развал Советского Союза. Ликвидация русской, советской духовности и культуры…

И как же быть ему, старому человеку, когда вокруг нарастает вакханалия разрушения?

Другие деятели искусства (весьма существенное число) приветствуют: всё правильно, так и надо! Исходят угоднической слюной в подобострастии к новой власти.

А он твёрдо встал против.

Запахло большой кровью. На горизонте — расправа над «бунтовщиками». И та самая «элита», собранная в Бетховенском зале Большого театра, вдохновляет главного властителя на «решительные действия».

— Раздавите гадину! — сбиваясь на визг, кричит популярная актриса.

— Канделябрами их, канделябрами! — подстрекает впавший в истерику пианист, вполне сознавая при этом, что «канделябры» по воле президента могут стрелять.

— Холуяж! — припечатает участников того сборища и всех других ельцинских подпевал честный русский, советский писатель Виктор Розов.

А когда свершится то, к чему призывали «мастера культуры», когда танковые орудия ударят по Дому Советов и польётся кровь, он, перекрывая одобряющие и поощряющие на продолжение кровопролития вопли, со страниц «Правды» заявит: «Сеются зубы дракона».

* * *

Давайте же воздадим ему должное. И попробуем представить, разобраться, понять, что двигало этим человеком в его действиях и высказываниях, которые многим из недавно близких ему людей, прямо скажем, казались недопустимыми и весьма странными. Недаром, как рассказывал мне режиссёр Сергей Розов, сын Виктора Сергеевича, одна известная театральная критикесса, не выдержав, однажды обратилась к нему с крайним недоумением и осуждением:

— Ну почему вы себя всем противопоставляете?

— А знаете, — ответил он, — вчера незнакомая женщина в магазине подошла ко мне и сказала: «Спасибо вам, вы один говорите правду».

И сколько было таких, как та критикесса! «Террор среды» — понятие реальное. Этот террор проявлялся не только в приватных осуждениях, подобных приведённому выше, не только в изоляции большинством СМИ, где он сразу стал неприемлемым. В тех же СМИ появились по его адресу злобные материалы, переносить которые было тяжело.

Но — он не сдался. Почему?

Вы всё лучше поймёте, прочитав эту книгу. Беседы, которые я вёл с ним почти пятнадцать лет (самых трудных, самых горьких!), были в полном смысле исповедальными. Предельно искренне и откровенно говорил он обо всём и обо всех, в том числе о себе. И, осмелюсь сказать, многое раскрывалось мне в тех беседах.

Выделю, с моей точки зрения, самое главное — это его любовь к Родине и обострённая совесть.

Признаюсь, само намерение моё подготовить и выпустить документальную книгу о нём вызвано было в первую очередь именно этими сильно выраженными — необыкновенно сильно! — свойствами его натуры. Ведь мы дожили ныне до общественного состояния, когда очень многим, если не большинству, такие человеческие свойства кажутся уже чем-то нереальным, выдуманным да и ненужным. Что за любовь к Родине? Какая там ещё совесть, какая честь? «Не говорите красиво…»

Его примером хочется всех, а особенно молодых, убедить: есть это чудо — душевно красивый русский человек. Советский человек. Было и должно быть. Вопреки насаждаемому скотству, культивируемой власти денег, поощряемому и захватывающему индивидуализму.

Вот в 1941-м почти двадцативосьмилетний актёр Московского театра Революции, имеющий «белый билет», то есть освобождённый от воинской обязанности, добровольно и настойчиво просит зачислить его в ополчение. Уходит на фронт. Переносит тяжелейшее ранение и возвращается в жизнь буквально с того света. А мог он туда не пойти? Нет, он — не мог.

«Я должен быть там, где всего труднее», — скажет потом Борис, герой его пьесы «Вечно живые» и его фильма «Летят журавли». Но ведь это устами написанного им персонажа говорит сам он, Виктор Розов!

А теперь сбросим полвека. Год 1991-й. Над Родиной опять угроза. Кто-то этого не понимает, кто-то, воспользовавшись ситуацией, хочет получше устроиться, сделать карьеру, чего-нибудь в созданном хаосе прихватить и разбогатеть. Разумеется, честному человеку это противно, однако старый писатель, да ещё инвалид, мог бы, наверное, постараться сохранить личное спокойствие.

Нет, он себе опять говорит: «Я должен быть там, где всего труднее». И, как когда-то в начале великой войны, снова добровольцем вступает в бой за Родину.

* * *

Конечно же, это был его бой за Родину — всё, чему на протяжении без малого пятнадцати лет я стал очевидцем и свидетелем. А оружие в том бою могло быть у него единственное: слово.

И вот страна услышала слово великого патриота и гражданина Виктора Розова. На сей раз не с театральных подмостков, не с кино- или телеэкрана, а с газетных страниц. Основной трибуной для него становится «Правда».

Вряд ли есть надобность подробно объяснять, почему именно она. Его позиция совпала с позицией газеты «Правда». Ну а большинство других, с позволения сказать — «демократических» изданий, просто перестали его печатать, как почти полностью закрытым оказался для него и телевизионный экран.

В советские годы Виктор Сергеевич не раз печатался на страницах главной газеты страны, о чём сам свидетельствует в своей замечательной автобиографической книге «Путешествие в разные стороны». Но советские годы — это иное. Тогда многие из творческой интеллигенции рвались, за честь почитали выступить в «Правде». А вот по мере нарастания антисоветской, антикоммунистической волны, в ходе так называемой перестройки, положение резко менялось. И я, возглавляя тогда редакционный отдел прессы и публицистики, это очень хорошо чувствовал.

Бывало, договоришься с известным писателем о статье, а наступит срок — он вдруг тебе сообщает, что не будет писать. О причинах вскоре и спрашивать уже не приходилось. Причина, в общем-то, ясна: «не подходит» им теперь «Правда». Одни внутренне быстренько перевернулись и думают сегодня уже совсем не так, как вчера. Другие, может, и не вполне перевернулись, да боятся об этом заявлять, даже появляться со своей фамилией в «Правде» трусят.

Но велика ли, в сущности, разница? Можно ли сказать, кто хуже — сознательный предатель, конъюнктурный перевёртыш или обыкновенный трус?

Вот в какой ситуации обратился я к Виктору Сергеевичу Розову с предложением написать статью или побеседовать со мной для моей газеты. Он согласился сразу, без колебаний. Готов побеседовать, и сам готов приехать в редакцию. Хоть завтра.

Право же, мне показалось, что он словно ждал этого предложения. И на следующий день, сильно припадая на покалеченную во время войны ногу, вошёл в мой редакционный кабинет. Приветливо поздоровавшись и сбросив полушубок, сказал:

— Что ж, давайте говорить.

Эту нашу беседу, состоявшуюся в декабре 1990-го и напечатанную в феврале 1991 года, вы прочтёте на страницах книги. Далее я о ней ещё кое-что выскажу, а сейчас подчеркну то, что меня тогда особенно поразило. Человеку без малого восемьдесят и передвигаться с раненой ногой, опираясь на палку, как вижу, ему крайне тяжело, а он почему-то пустился в этот путь. Ведь мог бы меня к себе позвать, и я приехал бы, мне-то легче.

— Ничего, — отвечает. — Зачем же вас утруждать, если я в этой беседе заинтересован…

Ну разве не удивительно? Потом, конечно, я не буду позволять ему ради меня такие путешествия, да и со временем даваться они станут ему всё труднее, но — поездки ему и потом придётся совершать. Причём даже ещё чаще! Дело в том, что первые же его выступления в «Правде» вызвали сильнейший читательский отклик. Для многих, очень многих слово Розова оказалось спасительно необходимым. Люди захотели общаться с ним не только через газету, но и лично. И посыпались приглашения: встретиться в том или ином коллективе, выступить, ответить на вопросы.

Я знаю, он старался не отказывать никому, сколь бы ни было это трудно. Не раз видел у него дома, как после таких встреч, мучаясь, под охи жены Надежды Варфоломеевны, пытался — в тазу с водой или иными какими-то способами — «успокоить» натруженную больную ногу. Затем прибавились серьёзные проблемы с сердцем. Затем — и вовсе неожиданное…

Однако до последнего он старался не утрачивать этих живых связей с людьми. И, конечно, постоянных связей с «Правдой», которой был от души признателен и благодарен.

«Пользуясь случаем, — писал он, — хочу сказать спасибо газете «Правда» за то, что она есть, за то, что она такая. Я эту газету люблю. В ней действительно много Правды».

А когда в 2002-м подошло наше 90-летие, он для юбилейного номера продиктовал мне по телефону:

«Моя подружка «Правда» всего на полтора года старше меня. Мы вместе, рядом прошли большой и нелёгкий путь. Всякое бывало. Однако и в самые трудные для газеты времена она держала свою марку.

Откровенно скажу: когда страну нашу начали ломать через колено, когда смешались все ценности, я очень боялся, что газета «Правда» не выдержит и займёт какую-нибудь недостойную позицию. Нет, к счастью, этого не случилось. По-прежнему «Правда» осталась верна Правде. Не ударилась в конъюнктуру, не развалилась от всех страшных нажимов. Стояла и продолжает крепко стоять!

Всё, что происходит в это драматическое время со страной, с обществом, находит отражение на её страницах. Мне особенно дорога позиция «Правды» по вопросам литературы и культуры в целом. Дорого и то, что предоставляла мне возможность выступать по самым острым проблемам нашей жизни. Увы, далеко-далеко не каждая газета могла на это пойти — смелости не хватает…

Рад, что в «Правде» сохранился журналистский костяк не изменивших своим убеждениям, не предавших Родину людей. Вот так и продолжайте марку держать!»

* * *

Это его слова из года 2002-го. Уже в каком-то смысле итоговые. А ведь до этого сколько пережил вместе с «Правдой», став членом нашего Общественного совета в самый критический момент!

Газету не раз закрывали. Распространителей её преследовали. В 1993-м, после расстрела Верховного Совета, ельцинский клеврет, прибывший к нам в редакцию, прямо заявил:

— Борис Николаевич не хочет, чтобы в стране выходила газета «Правда»!

Можно считать неким чудом, что в конце концов «Правда» продолжила свой выход. Но если это всё-таки свершилось, то в немалой степени благодаря духовным ратникам, не предавшим Правду. И Виктор Сергеевич был здесь в первом ряду таких наших авторов, как Леонид Леонов и Юрий Бондарев, Валентин Распутин и Александр Зиновьев, Владимир Бушин и Сергей Кара-Мурза, Татьяна Доронина и Николай Губенко…

Невозможно назвать всех, но вклад каждого остался запечатлённым на газетных страницах. Вклад его, Виктора Розова, — очень весомый. Вклад в отстаивание Правды.

Когда-то поэт написал:

Лицом к лицу лица

не увидать.

Большое видится

на расстоянье.

Вот мы и видим сегодня.

А другой поэт выразился так: «Всё минется — одна правда останется».

Она и осталась о том трагическом, смутном времени, которое теперь, хотя несколько иначе, продолжается, но вместе с тем принадлежит истории.

Осталась, например, в потрясающем признании поэта-лирика Окуджавы после кровавой расправы над российским Верховным Советом, свершившейся двадцать лет назад: «Для меня это был финал детектива. Я наслаждался этим. Я терпеть не мог этих людей, и даже в таком положении никакой жалости у меня к ним совершенно не было. И, может быть, когда первый выстрел прозвучал, я увидел, что это — заключительный акт. Поэтому на меня слишком удручающего впечатления это не произвело».

Вот вам правда о Булате Окуджаве и всех других, кто наслаждался, радовался, ликовал вместе с ним под залпы танковых орудий, убивавших людей.

Но осталась и другая правда о том, что произошло тогда, — Виктора Розова: «Особенно страшно, когда интеллигенция мутирует, когда она, которая веками стояла на стороне униженных и оскорблённых, была поборницей добра и милосердия, вдруг, оскалившись, начинает вопить о мщении, о безжалостности, об уничтожении «врага». Кровь, пролитая при расстреле Дома Советов, навеки запятнала их пиджаки, фраки и мундиры. Слёзы матерей, отцов, жён, детей по убитым и покалеченным выступают белой солью на их упитанных лицах… Произошла же национальная катастрофа, свершилось великое народное бедствие!»

Ну как? В чьих устах Правда? На чьей она стороне?

Благородный голос Виктора Сергеевича Розова доносится к нам сквозь годы, давая убедительные уроки совести, честности и чести.

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14238/79/


Необходимый Виктор Розов

Автор: газета "Правда"


Я не хочу жить в скотском обществе. Не хочу, чтобы мои дети, внуки, правнуки жили в скотском обществе. Криком кричу и буду кричать: не хочу!

Верно, многие устали. Порой можно слышать: да отстаньте вы с вашей историей, с вашей победой, с вашей борьбой. Эту, довольно большую числом, часть нашего общества важно подбодрить и оживить. Чтобы пополнить ею ту часть, которая хочет жить по-человечески, а не по-скотски. Вот я свою задачу так и вижу: будить и не давать уснуть…

У меня вот какая мысль. Мы проиграли «холодную войну», да? Но мы, говорят, проиграли и Бородинское сражение. А что было потом, а? Даже Москву сдали. А что было потом? Нет, русский дух проявит свою силу, свою мощь и — победит.

Вехи его жизни

РОДИЛСЯ Виктор Сергеевич Розов 8(21) августа 1913 года в Ярославле, в семье счетовода Сергея Фёдоровича Розова (впоследствии участника Первой мировой войны) и его жены Екатерины Ильиничны. Во время эсеровского мятежа 1918 года их дом сгорел, и семья бежала в Ветлугу. Там В.С. Розов окончил первые три класса школы. С 1923-го живёт и учится в Костроме. В 1929 году начал работать на текстильной фабрике. В том же 1929-м стал актёром-любителем в костромском Театре рабочей молодёжи. В 1932-м поступил в Костромской индустриальный техникум. С 1934 года учится в училище при Театре Революции в Москве (класс М.И. Бабановой), после чего становится членом труппы театра.

В начале войны, в июле 1941 года, В.С. Розов ушёл в 8-ю дивизию народного ополчения Краснопресненского района. Осенью того же года тяжело ранен. Выписан из госпиталя в середине 1942-го. Затем руководил фронтовой агитбригадой и учился на заочном отделении Литературного института.

После окончания войны в 1945 году, прервав занятия в институте, работает в Театре для детей и юношества в Алма-Ате.

Возвратившись в Москву, работает в театре при Центральном Доме культуры железнодорожников актёром и режиссёром.

Окончил Литературный институт имени А.М. Горького в 1953 году, затем многие годы преподавал в этом институте, был профессором.

С 1949 года в различных театрах ставятся его пьесы, а с 1956-го — кинофильмы по его сценариям, неизменно пользующиеся большим успехом. Он — лауреат Государственной премии СССР. Вёл активную общественную деятельность, избирался секретарём Московской писательской организации и Союза писателей СССР, возглавлял Комитет в защиту отечественной культуры.

Был женат на Надежде Варфоломеевне Козловой (1919 г. рожд.), их сын Сергей (1953 г. рожд.) — театральный режиссёр, дочь Татьяна (1960 г. рожд.) — актриса МХТ имени Чехова. Внуки: Анастасия (1982 г. рожд.), Иван (1996 г. рожд.).

В.С. Розов скончался в Москве 28 сентября 2004 года, похоронен на Ваганьковском кладбище.

Его пьесы и фильмы

НАИБОЛЕЕ полное собрание сочинений В.С. Розова было издано в 2001 году при поддержке Московского интеллектуально-делового клуба, руководимого Н.И. Рыжковым: Виктор Сергеевич состоял его почётным членом. В трёхтомник вошли 20 пьес, которые отобрал сам автор. Вот их названия: «Вечно живые», «Её друзья», «Страница жизни», «В добрый час!», «В поисках радости», «Неравный бой», «Перед ужином», «В дороге», «В день свадьбы», «Затейник», «Традиционный сбор», «С вечера до полудня», «Ситуация», «Четыре капли», «Гнездо глухаря», «Кабанчик», «Хозяин», «Д`ома», «Скрытая пружина», «Гофман».

Кроме того, в этом собрании сочинений опубликованы также четыре инсценировки, сделанные Виктором Розовым: «Обыкновенная история» (И. Гончаров), «Мальчики» (Ф. Достоевский «Братья Карамазовы»), «Всадники со станции Роса» (В. Крапивин), «Любкин» (Н. Нароков «Мнимые величины»).

Из кино- и телефильмов, снятых по сценариям и пьесам В.С. Розова, самые известные следующие: «В добрый час!» (1956), «Летят журавли» (1957), «Неотправленное письмо» (1959), «Шумный день» (1960), «В день свадьбы» (1968), «Обыкновенная история» (1970), «За всё в ответе» (1972), «Страница жизни» (1972), «На край света» (1975), «Перед ужином» (1980), «С вечера до полудня» (1981), «Гнездо глухаря» (1987), «Наездники» (1987). Были сняты также фильмы для телевидения Швеции, ФРГ, Венгрии и др.

Из беседы писателя Виктора Розова с журналистом Виктором Кожемяко.

(«Правда», 16 августа 1995 года).

ОН ПРИЗНАН как один из крупнейших драматургов ХХ века. Событием советской театральной жизни стала постановка уже самой первой пьесы Виктора Розова «Её друзья» на сцене Центрального детского театра в 1949 году. Спектаклем «Вечно живые» по его пьесе открылся в 1957-м театр «Современник». А фильм «Летят журавли», снятый по его сценарию, был удостоен в 1958 году высшего приза Каннского кинофестиваля «Золотая пальмовая ветвь» и теперь значится среди лучших фильмов мирового кинематографа.

Но Виктор Сергеевич был не только выдающимся русским советским писателем. Он был и настоящим гражданином своего Отечества, великим патриотом. Особенно ярко это проявилось в последние годы его жизни — самое трагическое время для нашей страны. Когда в конце 80-х годов прошлого века он, доброволец Великой Отечественной, понял, какая опасность вновь нависла над Советским Союзом, честный писатель и отважный солдат мужественно встал на его защиту. А потом начинается борьба за Россию — за справедливую власть в стране, за её независимость, за самобытную и великую русскую культуру. Несмотря на преклонный возраст, Виктор Розов остаётся в первых рядах бойцов.

Его страстный публицистический голос, обращённый к соотечественникам, больше всего звучал в эти годы со страниц «Правды», которая стала для него самой главной газетой. Розов и «Правда» — большая тема. Ей и посвятил свою новую книгу обозреватель нашей газеты Виктор Кожемяко, много общавшийся тогда с Виктором Сергеевичем и опубликовавший целый ряд бесед с ним.

Книга под авторским названием «А Розов сказал: «Холуяж!» на днях сдана в издательство «Алгоритм». В нынешнем году, 21 августа, исполнится 100 лет со дня рождения В.С. Розова, и мы надеемся, что к этой знаменательной дате она выйдет. А пока начинаем публиковать фрагменты из книги, чтобы читатели по достоинству оценили подвиг писателя-патриота, свершённый им в конце жизни. Сегодня Виктор Розов необходим нам так же, как тогда.

«Это зло — дьявольское…»

Честно говоря, многое меня тревожит. Но особенно, пожалуй, беспокоит угроза, нависшая над единством нашего Союза. Это ужасное зло, прямо-таки дьявольское — вспышка национализма, свидетелями которой мы стали… Безумство какое-то! Кто и что может от него выиграть?

1990 г.

* * *

Спросите тех яростных защитников насильственных методов внедрения капитализма в нашей стране: что их побуждает к этому? То ли им грезится, что в перспективе мы станем Америкой… Но мы же станем в лучшем случае банановой республикой! К этому всё идет. Много сил есть, очень много целенаправленных сил, которые хотят сделать из нашей страны государство второго, а ещё лучше — третьего сорта. Сил извне и сил изнутри.

1993 г.

* * *

Я вижу: сейчас у общества, у государства нет идеи. Оно сейчас животное, наше общество. Весь смысл лишь в том, чтобы питаться. И ещё — обогащаться, обогащаться любым способом. А высокой идеи, идеала у наших нынешних правителей нет. Это самое ужасное.

1993 г.

* * *

Мне совершенно непонятно, когда люди, получившие звания народных артистов Советского Союза, Государственные и Ленинские премии, снискавшие признание при Советской власти, клянут теперь эту самую власть, которая их родила, воспитала, дала дорогу в жизнь. Клянут решительно за всё. Это уж такая бессовестность, такое паскудство!

Они говорят, что, дескать, всего добились сами. Не сами! Талант — дар Божий, а условия, в которых он развивался, тоже ведь кое-что значат. Иметь возможность, скажем, окончить театральную, музыкальную или балетную школу, чтобы твой талант, огранённый, имел широкое всенародное, а то и всемирное признание. И это всё дала тебе она, Советская власть! Так что погоди клясть её, наоборот — перекрестись и скажи спасибо.

1993 г.

* * *

Превратить новые поколения русских в нечто скотиноподобное — это и есть задача наших противников. Причём в центре их атаки именно молодёжь. Ясно, что над нашим поколением не одержишь победу: мы сами раздавили фашизм. А вот над теми, чьё сознание ещё подобно воску, верх взять они стремятся, хотят вылепить потребные им бездуховные существа. Ну а без души не будет и народа.

1995 г.

* * *

Вместе с русской культурой очень хотели бы уничтожить народ русский, неповторимое его лицо. У меня выработалась своя позиция в отношении к тому, что происходит. Мы потерпели поражение в «холодной войне». Поражение это было и остаётся для меня очень и очень тяжёлым. Если я на той войне, на фронте настоящем, в Великой Отечественной войне, или Второй мировой, как вам угодно, был тяжело ранен и долго лежал в палате смертников, то сейчас я ранен тоже. Я ранен в душу. Это страшнее. Если осколки, которые сидят во мне, меня беспокоят и мне трудно ходить, то всё-таки, когда нога в более спокойном состоянии, мне хорошо. Но душа моя и в физическом спокойном положении, когда лежу, например, она неспокойна. Всё время.

Она неспокойна от сознания того, что учинили с моей страной. Этот сговор в Беловежской пуще втроём — это для меня до сих пор непостижимо. Разрушили великое многонациональное государство, чего не смог добиться всей мощью своей военной Гитлер!

1995 г.

* * *

Да, надо прямо сказать: мы столкнулись с желанием, и, по-моему, целенаправленным желанием, разрушить русскую культуру. Ведь до чего доходит: читаешь иногда — и оказывается, что её уже просто нет! Забывают всех. Забывают Пушкина, Толстого, Достоевского, Чехова, Глинку, Мусоргского — всех великих художников, которые выразили ярко и, разумеется, самобытно нашу духовность. И вот сейчас идёт глобальное покушение на нашу духовность, и мне подсовывают всё время какую-то чужую культуру… А ведь я живу своей духовностью. Она веками создавалась, духовность русская…

1995 г.

* * *

Сейчас противники наши, вдохновлённые, опять всюду подняли головы. Угроза дальнейшего развала России вполне реальна. Покушение идёт на Россию со всех сторон…

Сопротивляться. Бороться. Активнее противостоять этому агрессивному наступлению, которое развернулось против нас извне и изнутри. И самим переходить в наступление!.. Знаете, какая у меня мысль? В войну-то Великую Отечественную мы потеряли ещё больше. Но потом был Сталинград. Так, может быть, у нас и теперь будет Сталинград?

1996 г.

* * *

Да, вот такими мы были, так жили… Это ведь пьеса о моих друзьях. Мне везло на людей — честных, порядочных, чистых. Они меня и воспитывали. Спасибо актёрам, которые совсем в другое время поняли и сумели показать, какие это люди.

1997 г.

* * *

Произошло неслыханное и невиданное ограбление народа частью общества. Ну как назвать эту часть? Их называют иногда почему-то новыми русскими, называют нуворишами. А надо говорить прямо: воры! Называть вещи своими именами. Впрочем, и воры — это для них, пожалуй, слабовато. Вор — он на чём-то себя останавливает. А эти… хищники! Хищнику надо всё больше, больше, больше. Он ненасытен! И чем это кончится, какая будет развязка — предугадать не могу. Но может произойти какой-то ужасный взрыв в обществе. Такой взрыв, что только щепки полетят от всего этого!

1998 г.

* * *

Однако у меня всё-таки есть ощущение, что мы победим. Но для этого все мы — и люди искусства, и военные люди, и наше поколение, и молодёжь — должны оставаться русскими людьми со своей особой русской духовностью и не разлагаться. Даже по каким-то космическим законам духовность должна победить.

И значит, в третьем тысячелетии, в ХХI веке Россия будет занимать своё место. Не может быть этого века, этого тысячелетия без России. Причём великой, духовной России.

2000 г.

* * *

Всегда считал и считаю, что социализм — наиболее человечный путь развития. В конечном счёте он не делит людей на классы, не распродаёт всеобщее богатство, данное им свыше. Землю, например…

Какой клич кликнуть? Какое магическое слово произнести, чтобы подействовать на совесть, на нравственную сторону жизни людей?

2001 г.

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14237/79/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Сб апр 20, 2013 12:35 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Когда над Родиной сгустились тучи

Виктор КОЖЕМЯКО.


ИТАК, я первый раз встречаюсь с Виктором Сергеевичем Розовым. Год 1990-й, декабрь. Ни он, ни я не знаем, конечно, что будущий год, в начале которого «Правда» опубликует эту нашу беседу, станет последним годом существования великой страны под названием Советский Союз. Мы ещё не знаем этого, но тревога, большая тревога, уже витает, что называется, в воздухе, остро входя в душу его и мою…

Нет, ни я, ни он не предполагали тогда, что это может произойти так скоро. Да и вообще нереальной казалась (по крайней мере мне) возможность того, что страна окажется разрезанной на части. Однако джинн разрушения уже был выпущен, слово было произнесено!

Хорошо помню, как на второй или третий год «перестройки» шёл по коридору редакции весёлый Михаил Полторанин, работавший в «Правде», и с радостью сообщал о своём впечатлении предыдущего дня. Был на встрече с Гавриилом Поповым, который, используя какие-то выкладки Сахарова, подробно изложил, на сколько частей может быть разрезан Советский Союз.

Меня это потрясло. И самим озвученным фактом, и той деловитостью, с какой — надо же! — анализируют будущее разрезание, и, конечно, непонятной обрадованностью рассказчика. Непонятной… Вот так всё более раскрывались то один, то другой человек из подвизавшихся рядом…

Короче, для тревоги оснований было в избытке. Она шла по нарастающей и, казалось, каждый день таких оснований добавляет. Когда вспоминаешь то время, оно представляется началом массированного и ошеломляющего наступления сил зла.

Началом, потому что это наступление продолжается и сегодня. Но со временем горький опыт многому нас всё же научил. А тогда ошеломление от происходящего — от неожиданного предательства, от коварства и цинизма, подрыва нашей нравственности, духовности, культуры — было столь сильным, что головы у людей шли буквально вразнос. И надо было, считал я, головы как-то вправлять. Привлекая в газету для этого самых разумных, честных и стойких.

Конечно, сегодня во многом критически оцениваю то, что удалось сделать. Да и тогда постоянно была большая неудовлетворённость. Давление Горбачёва и Яковлева, приславших в «Правду» вместо неподатливого Виктора Григорьевича Афанасьева «своего» главного редактора, внутренний идейный раздрай в коллективе, смута общественная, сбившая ориентиры, — всё это сковывало, не давало говорить в полный голос. Прямо скажу, слишком долго оставались и какие-то иллюзии в отношении того же Горбачёва, а противостояние его с Ельциным, во многом имитированное, эти иллюзии подкрепляло.

Что там я! У Виктора Сергеевича в той первой беседе вы тоже почувствуете некую обманную надежду. Например: «И лично я всей душой поддерживаю меры нашего президента, направленные на охрану общественной нравственности». Имитационные были «меры», увы…

Вообще, кому-то сегодня Розов в диалоге 1990 года наверняка представится слишком мягким, недостаточно резким и острым. Что ж, добрый по природе своей, всегда веривший и продолжавший верить в добро, он органически не мог вести себя так же агрессивно и хамски, как те, против кого выступал. Потому и призывает: «Терпимее надо бы нам быть друг к другу… Цивилизованно вести спор и решать вопросы. Если же ты берёшь на вооружение в борьбе с коварным противником его способ, его оружие с кривым ходом, то сам же уподобляешься ему».

Он не хочет уподобляться и не будет. Оружие «с кривым ходом» не применит против своих противников и впредь. Главным оружием Розова останется правда честного человека. Однако дальше вы убедитесь: голос его будет крепнуть, а оценки заостряться. Никакой терпимости не допустит к тем, кто несёт зло Родине!

Впрочем, её нет и здесь.

«Это ужасное зло, прямо-таки дьявольское», — говорит об угрозе, нависшей над единством Советского Союза.

«Пусть Союзный договор сохранит наш Союз как монолит — не просто собрание разнородных элементов, а органическое соединение элементов, внутренне близких, как нередко бывает в природе».

«Многих, думается, увлекает только внешняя сторона церковных служб, их пышность, красочность и гораздо меньше — проникновение в нравственную глубину того же христианства. Вообще, у меня часто возникают противоречивые чувства. Например, когда я вижу, как закладывают храм иконы Казанской Божией Матери и со свечками стоят там Ельцин и Попов. Знаете, я даже рассмеялся: это же старые безбожники. Не надо мне такого театра. Это меня не только не привлекает к религии, а отталкивает».

«Для меня вот это появление грязных, мерзких слов в художественной ткани современных произведений просто болью в сердце отдаётся… Пользуясь случаем, хочу обратиться ко всем деятелям культуры: не несите похабщину, давайте бороться с этим злом!»

Актуально, согласитесь. Очень актуально и сегодня…

А тогда его размышления о насущном и наболевшем вызвали целый поток читательских откликов. Сотни писем шли в редакцию. Все их я отдавал Виктору Сергеевичу. И читал он эти письма с необыкновенным вниманием.

К счастью, несколько посланий из того потока чудом остались у меня. Вы можете прочесть их вслед за нашей беседой, и волнение разных людей послышится в этих строках с разных концов ещё единой и великой тогда Советской страны, за которую так болело сердце истинного патриота Виктора Розова.

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14319/79/

Добро и зло

Автор: Правда.

Диалог ведут писатель Виктор РОЗОВ и редактор «Правды» по отделу прессы и публицистики Виктор КОЖЕМЯКО

Сохранить наш Союз как монолит!

Виктор КОЖЕМЯКО. Предлагаемая тема беседы, Виктор Сергеевич, может показаться несколько абстрактной. Но попробую как-то обосновать, почему остановился именно на ней. Жизнь человека и общества человеческого, согласитесь, так или иначе складывается в исходном счёте из борьбы сил Добра и сил Зла. Верх одерживают то одни, то другие. Ну, может, не в примитивном механическом раскладе, а всё же… Так всегда было, так есть и, наверное, будет. Отражение этого мы находим и в философии, и в религии, и в нравственности. Да и в истории, конечно. Как вы думаете, сегодня какое зло нам угрожает больше всего?

Виктор РОЗОВ. Честно говоря, многое меня тревожит. Но особенно, пожалуй, беспокоит угроза, нависшая над единством нашего Союза. Это ужасное зло, прямо-таки дьявольское — вспышка национализма, свидетелями которой мы стали. Вспышки в Прибалтике, и в Закавказье, и на Украине, и в Молдове. Уже говорят, что и Россия должна отделиться от всех. Безумство какое-то! Кто и что от него может выиграть? Кто так злонамеренно развил узконационалистические подлые чувства, вспыхнувшие с эдакой силой?

Нет, национальное самосознание — это, конечно, прекрасно. Однако все мы должны понимать, что нация нацией, а есть ещё и нечто большее — союз наций. Банально даже напоминать: Европа вся сейчас объединяется, а мы вдруг хотим разъединиться.

В.К. Но вы же не станете отрицать, что Союз наш нуждается в обновлении?

В.Р. Разумеется, не стану. Я всей душой за то, чтобы в каждой республике активнее развивались национальная культура, экономика, черты национального характера. Всё это очень хорошо. Но почему это должно рушить Союз? И какая будет от такого разрушения польза народам?

При всём при том, что мы клянём сейчас своё прошлое вдоль и поперёк, наискосок и по диагонали, надо же признать, что за годы Советской власти все республики очень сильно двинулись вперёд. И дружба была отнюдь не только показная. У меня, например, пьесы шли во всех республиках. Я очень часто ездил на премьеры. И всюду приезжал как к родным. Везде меня одинаково хорошо принимали, в любой республике. А что хорошего даст языковое и культурное разъединение, разобщение людей — возврат к распаду Вавилонской башни?

Или представьте вариант военной опасности. Не хотелось бы об этом говорить, но кто знает, что может быть в будущем. Помните, в своё время Гитлер выскочил — как чёрт из бутылки, быстро и неожиданно. И вот обратите внимание, когда он начал завоёвывать Европу, он быстро и Австрию проглотил, и Чехословакию, и такую большую страну, как Франция. Не говоря уже о Бельгии, Голландии, Люксембурге. Почему он их так легко проглотил? Они все были разделены, и он их по кусочку кушал, как бисквит. А когда напал на нашу страну, то он столкнулся не с отдельными государствами — Белоруссией, Украиной, Грузией, Арменией и так далее, а с монолитом.

Так вот, скажу откровенно, хотя, может, это кому-то и не понравится или покажется совсем наивным: я за монолит в лице обновлённой федерации. Пусть Союзный договор сохранит наш Союз именно как монолит — не просто собрание разнородных элементов, а органическое соединение элементов внутренне близких, как нередко бывает в природе. И потом должно же быть у наших людей чувство общей Родины, единого дома. Я, скажем, никогда не забуду, как воевали у нас в батарее ребята самых разных национальностей…

Нахраписто полезла безнравственность

В.К. Проблема, к которой вы обратились, исключительно актуальна. Ну а добро и зло в культуре, в литературе, где вы работаете? Как они здесь себя проявляют?

В.Р. Наша культура — и русская, и многонациональная — всегда отличалась высокой нравственностью. А сейчас на неё полезла безнравственность. Нахраписто, бесцеремонно полезла.

Вот я захватил с собой письмо, которое пришло мне как секретарю правления Союза писателей. Из Саратова. Автор просит, чтобы я публично дал соответствующую оценку пьесе Владимира Сорокина «Пельмени», опубликованной в шестом номере журнала «Искусство кино» за 1990 год. Дескать, легализуется самая настоящая порнография, в данном случае словесная. И что же? Я прочитал эту пьесу и полностью согласен с автором письма. Кстати, радует, что это молодой человек. Подписался: Голяков Алексей, 21 год.

Значит, и некоторых молодых уже возмущает тот разгул, который идёт ныне и в театре, и в кино, и в литературе. Для меня же — я старый человек — для меня вот это появление грязных, мерзких слов в художественной ткани современных произведений просто болью в сердце отдаётся.

Вспоминаю в связи с этим, как во время путешествия по Волге в одном из храмов я увидел необычную икону: Богоматерь, а в грудь её вонзаются стрелы. Заинтересовался, потому что никогда раньше такой иконы не видел. А мне объяснили: это Богоматерь Семистрельная. Когда говорят скверные слова, они ей в сердце вонзаются. Вот так.

Я думаю: есть любовь, есть секс, есть эротика, а есть похабщина. Эти похабные слова оскверняют душу, они развращают людей. И лично я всей душой поддерживаю меры нашего президента, направленные на охрану общественной нравственности. Пользуясь случаем, хочу обратиться ко всем деятелям культуры: не несите похабщину, давайте бороться с этим злом!

В.К. Но ведь многие вполне серьёзно считают это важным завоеванием свободы.

В.Р. По-моему, в понятие свободы непременно входит и самоограничение. Иначе получается не свобода, а распущенность. А это вещи разные. Распущенным-то быть гораздо легче, нежели свободным.

Часто ссылаются на США: свободная страна, свободный народ. Но я недавно был там в деловой командировке и убедился: вот где дисциплина строгая, вот где законопослушание, вот где порядок. Потому что власть ограничивает поведение своих граждан. Попробуйте, например, поспорить с полицейским...

И люди сдерживают себя перед законом. Что ж, пожалуй, здесь вполне подходит Марксово определение: свобода — осознанная необходимость.

В.К. Добро я непосредственно связываю с добротой: тут, по-моему, недаром общий корень. А как вы относитесь к известному выражению поэта о том, что добро должно быть с кулаками?

В.Р. Иногда должно, а иногда — нет. Я приведу пример из своей личной жизни, настолько ужасный, что мне даже стыдно об этом говорить. Когда я применил кулак. На меня было нападение: ткнули в глаз, правда, попали около глаза, но потекла кровь. Я растерялся: что делать? В это время я держал за руку трёхлетнюю внучку. И пришлось пустить в ход кулаки. Я отбился.

Это вынужденная, можно сказать, крайняя ситуация. Но мне совсем не по душе, когда врукопашную идут, скажем, на пленуме в Союзе писателей. Вот тут добрее надо быть даже к своему противнику. Цивилизованно вести спор и решать вопросы. Если же ты берёшь на вооружение в борьбе с коварным противником его способ, его оружие с кривым ходом, то сам же уподобляешься ему.

Терпимее надо бы нам быть друг к другу. Вы знаете, я не раз замечал даже в магазине. Сейчас ведь всё ругают, все ругаются. И вот рявкает какая-то из продавщиц, именно не скажет, а рявкнет — ты же ей вежливо ответишь: извините, я вот вас побеспокоил. И вдруг всё смещается. Моментально смещается. Сколько раз я замечал: когда начинаешь говорить мягко и хорошо, сразу сникает агрессивность с противоположной стороны.

Теряют многие человеческое лицо

В.К. Наше общество сейчас, кажется, переполнено борьбой. Во всех сферах. Идёт и борьба за власть, и борьба разных взглядов на историю, на сегодняшний день, и борьба каких-то экономических концепций, политических взглядов, национальных позиций, нравственных установок… Во всём этом, согласитесь, нелегко бывает не только сориентироваться, но и сохранить человеческое лицо.

В.Р. Теряют многие люди человеческое лицо. До того, что в борьбе, казалось бы, за добро убивают. Убивают и женщин, убивают детей. Вот вам зло, как бы выросшее из добра. И меня ещё убеждают: да, но это, Виктор Сергеевич, люди, доведённые до отчаяния! А я ответил: человек, доведённый до отчаяния, убивает себя. Если же он убивает другого, он доведён не до отчаяния, а до остервенения.

В.К. Добрый человек, злой человек… В абсолюте их, наверное, не бывает. Но всё же мы так говорим. Вами прожита долгая жизнь. Каких людей, по вашим наблюдениям, можно было назвать добрыми, а каких — злыми? И каких всё-таки больше?

В.Р. Конечно, больше добрых. У меня основная часть книги воспоминаний посвящена добрым людям, которых я встречал на своём жизненном пути. Одна глава так и называется: «Я счастливый человек». А счастливый потому, что всегда, в самые тяжёлые моменты жизни встречал добрых людей.

Вот лежал я в госпитале, очень тяжело раненный, умирающий, с гангреной до пояса. Врач, который положил меня на операционный стол, сказал: вам отнимут ногу выше колена. Когда же я очнулся в палате, то увидел, что нога в громадном гипсе, но цела. И я спросил: что с ногой? А врач говорит: мы решили побороться за вашу ногу. Это во время войны, когда раненых — многие тысячи, миллионы! И я, рядовой солдатик, истекающий кровью, скелет, одни косточки. «Решили побороться за вашу ногу…» Ну каково? И ведь ногу-то спасли.

В.К. Да, это потрясающе.

В.Р. Это было во Владимире, а потом перевезли меня в Казань. Другой врач, женщина, спрашивает: чего бы вы хотели? Пить хотите? Я говорю: да. Врач обрадовалась: раз есть желание, значит, сохранилась страсть к жизни. А есть хотите? Да. Она воскликнула даже: это хороший признак! А чего вы хотите? Не теряя чувства юмора, я сказал, что хочу пирожки с мясом и компот. Это означало пожелать совершенно невозможное. Но знаете, утром она принесла мне компот и пирожки с мясом. Уж где она их достала, чего это ей стоило! Врач, совершенно мне раньше неведомый. Ну что это, объясните?

Нет, я столько добрых людей встречал, столько помощи оказывали мне в тяжёлых обстоятельствах... А у меня много было тяжёлых обстоятельств. Я, например, жил в квартире коммунальной, где двенадцать комнат в коридоре, народу набито битком, один умывальник, туалет один тоже. Всё это вроде бы ужасно, но эти 23 года, что я прожил в той квартире, это годы очень счастливые. Потому что рядом были хорошие люди. И хотя кто только там не был — и уборщица в каком-то учреждении, и судомойка в столовой, и учительница, кинорежиссёр, авиаконструктор... Какая смесь племён, наречий, состояний! Но, вы знаете, за 23 года в этом общественном коридоре, где керосинки, горшки, вёдра, чайники, не произошло, кажется, ни одной ссоры. Соседи оказывали всегда взаимное внимание и посильную помощь.

В.К. Откуда же сегодняшняя наша озлобленность и раздражение по отношению друг к другу?

В.Р. Я тоже думаю. Понимаю, что некоторые обстоятельства это вызывают — нехватка товаров, продуктов. Но ведь всё этим не объяснишь. И потом — в одинаковых обстоятельствах разные люди ведут себя по-разному. Смотришь, в той же очереди: один стоит и молчит, старается кого-то не толкнуть, а другой так и лезет, локтями пихает да ещё ругает всех подряд.

Замечу, что раздражённость эту вызывают, по-моему, не только материальные трудности. А разве не действует тут, например, телевидение, которое без конца показывает заседания Верховного Совета и съезды, где депутаты тоже, прямо скажем, ведут себя не ахти как? Агрессивно крайне, оскорбительно. Кроме того, я ведь не знаю, как лучше провести экономическую реформу или сформулировать какой-то закон, это не моя профессия. И многие другие не знают, и все раздражаются, оттого что помочь не могут, а гусей раздразнили.

Нет, нельзя возбуждать так бессмысленно. Чрезмерная замкнутость людей на политике, оказывается, тоже может быть вредна. Как-то я выступал в клубе и говорю: вот вы сейчас все раздражены, все недовольны, так примите мой совет — не читайте газет и журналов, не смотрите телевидение и не слушайте радио, и вам будет лучше. Понятно, это шутка, но, я бы сказал, с долей горькой истины.

Такого театра не надо

В.К. В последнее время люди стали всё больше клониться к религии. По вашему мнению, может это спасти нас и нашу нравственность?

В.Р. Многих, думается, увлекает только внешняя сторона церковных служб, их пышность, красочность, и гораздо меньше — проникновение в нравственную глубину того же христианства. Вообще у меня часто возникают противоречивые чувства. Например, когда я вижу, как закладывают храм иконы Казанской Божией Матери и со свечками стоят там Ельцин и Попов. Знаете, я даже рассмеялся: это же старые безбожники. Не надо мне такого театра. Это меня не только не привлекает к религии, а отталкивает. Хотя, конечно, если бы ведущих себя истинно по-христиански стало больше, было бы хорошо.

В.К. Во все времена велика была воспитующая сила нравственного идеала. Не отсюда ли, скажем, и святые христианской церкви? Сейчас об идеале многие говорят разве что с иронией. А верите ли вы в воспитующее его воздействие, в нравственную силу литературы, искусства?

В.Р. Вопрос об идеале, если его ставить в общем, для меня всегда чересчур абстрактный. Для меня важен вопрос конкретного человеческого поведения. А идеалы… Сколько их было, за которые боролись огнём и мечом. Уж на что прекрасны были идеалы нашей революции, а к чему иногда они приводили. Или идеалы Великой французской революции? То же самое. А религиозные идеалы, из-за которых вспыхивали и вспыхивают настоящие войны? Посмотрите, что творится сейчас на Западной Украине. Церкви двух направлений одного и того же христианства учиняют форменную драку, чуть ли не хоругвями и иконами бьют друг друга по башке. Это же безобразие, кошмар.

В.К. Но всё-таки разве не нужен для людей, особенно для молодых, в пору нравственного становления какой-то пример, на который бы они равнялись? Вы много писали о молодёжи — от первых своих пьес до одной из последних, «Кабанчика». Что думаете о нравственных проблемах молодёжи сегодня, довольно-таки, согласитесь, растерянной, многого лишённой и в прошлом, и в настоящем? Нужен ли молодым герой? И какой? Нужен ли, скажем, Павел Корчагин или брат Алёша? Вспоминаю вашу инсценировку Достоевского. Это ведь тоже по-своему тема нравственного идеала, жизненного подвига, самоотверженности, наконец.

В.Р. Скажу так: и зло заразительно, и добро. И когда в произведении заложено добро, оно действует, не может не действовать на людей. Вот вы помянули инсценировку «Брат Алёша». Я помню, был в Театре на Малой Бронной на спектакле в постановке Эфроса. Шёл какой-то 105-й или 110-й спектакль, в общем, обычный, рядовой. А какая стояла тишина! Прямо-таки гробовая. С напряжённейшим вниманием люди слушали великие мысли Достоевского. Сосед даже наклонился ко мне и спросил: «Разве сегодня премьера?» То же было в Саратове, где «Брат Алёша» шёл в хорошей постановке Киселёва Юрия Петровича: огромное внимание.

Могу похвастаться и насчёт «Кабанчика». Вы знаете, какая аудитория в Центральном детском театре: подростки, юноши, девушки. Пожалуй, больше подростков на спектакле. Время от времени я сюда прихожу. Так вот, есть у меня в этой пьесе длинный монолог — он занимает в тексте, по-моему, шесть страниц, что, казалось бы, для зрителей совершенно невыносимо. Но как слушают! И это современная молодёжь, которую столько ругают, поливают из всех шлангов, до чего она плохая.

В.К. Значит, не такая уж пропащая молодёжь...

В.Р. Нет, я к молодёжи в целом хорошо отношусь. Хотя вижу в ней и немало плохого, сознаю, как много у неё трудных проблем. Но доброе, хорошее ей в душу всё-таки западает. Стало быть, и надо давать побольше прекрасного, доброго, душу очищающего, а не матерных слов, о которых написал молодой человек из Саратова. Добро, повторюсь, заразительно. А зло, о котором сейчас много пишут и печатают, ставят спектакли и фильмы, оно нередко разрушающе действует на душу человеческую, портит её.

Чтобы практицизм не превращался в хищничество

В.К. Может, и нам, журналистам, в прессе стоило бы больше рассказывать о проявлениях добра? Ведь есть же они в жизни — примеры истинной доброты, самопожертвования, красоты душевной.

В.Р. Безусловно. Только не надо искусственно конструировать подвиги и героев напоказ… На меня, например, всегда производит большее впечатление, когда пишут: проходивший мимо человек увидел, что горит дом, а в доме ребёнок, и он залез по водосточной трубе и вытащил ребёнка. И ушёл, даже не сказавши, кто он. Такой случай действительно был, и сейчас подобные случаи бывают. Это настоящие люди. Это золото. Это то добро, без которого мир не может существовать. Как в Евангелии сказано, это соль жизни.

Да. Я приблизительно излагаю: добро есть соль жизни. Без этой соли она портится, и наступает всеобщая смерть. Один мой родственник сказал: «Дядя Витя, это значит соль в качестве консерванта, который не даёт жизни протухнуть?» Грубовато, но верно по сути. Как раз в некоторых сегодняшних литературных произведениях, а особенно в статьях, выступлениях с трибуны нет такой соли, нет добра, но есть злоба, есть крайнее раздражение.

В.К. Вспоминается лермонтовская строка: «К добру и злу постыдно равнодушны…» Не считаете ли, что равнодушие — серьёзная болезнь, которая порождает и нравственную инфантильность, и даже душевную подлость, я бы сказал?

В.Р. Если говорить о политике, то у нас равнодушных сегодня, пожалуй, нет. Все вовлечены в политические страсти, все до беспредела политизированы. Не мешало бы, как я уже замечал, и поубавить этих страстей. Зато нравственное состояние человека… Тут многое неблагополучно именно из-за равнодушия. Иначе откуда же, скажем, брошенные старики, сироты-дети при живых родителях?

В.К. Значит, с ещё большей неизбежностью встаёт вопрос о нравственном воспитании. И о самосовершенствовании в толстовском смысле…

В.Р. У меня есть формула: каждый сам себе заведующий. Да, человек сам себя делает прежде всего. Будь внимательным к своим родителям, к детям, к родственникам и друзьям, не делай подлостей. Всё есть для того, чтобы ты был порядочным человеком…

А что человека воспитывает? Хорошие книги, фильмы, спектакли, хорошие выставки и музеи. Но, подчеркну, именно хорошие, когда они пронизаны нравственностью и светом истинного искусства. Которое есть драгоценнейший дар, квинтэссенция жизни. Тут у меня тоже имеется своя теория. Ведь великие наши учителя, художественные гении постигали мир тем шестым чувством, которое называется интуицией, они ощущали его как бы в четвёртом измерении. Им озарение было дано, чтобы проникнуть в суть жизни. Об этом и Блок писал, и Ахматова писала, Пушкин, Гёте, Флобер — каждый по-своему, но все они испытывали это…

И вот к такому проникновению в жизнь приобщаешься через великие книги. Они делают тебя добрее, терпимее и сострадательнее к людям, они делают тебя лучше. Почему я придаю огромное воспитательное значение искусству и особенно книгам? Потому что с книгой ты один на один, как с умным и душевным собеседником. Я рад, что очень рано подружился с книгой и читал, что называется, запоем. И книги, конечно, мою душу формировали, ой, формировали как! Я плакал над книгами, я хохотал, я прыгал от радости и счастья. Но для этого, знаете ли, нужно иметь контакт. Иначе кнопку жмёшь, жмёшь, а если провода где-то нет, то ничего не зазвенит, ничего не зажжётся. Нужен и умный совет при выборе книги. Тут бы, думаю, телевидение и радио могли людям больше помогать, вообще средства информации. А школа? Сейчас же школа нередко прививает только отвращение к литературе.

В.К. Говорят, нашему обществу очень требуются ныне предприниматели, деловые люди. А не возникнет ли в связи с этим ещё более острый дефицит людей нравственных? Вспоминается ваша инсценировка гончаровской «Обыкновенной истории», сделанная в своё время для «Современника». Разве не злободневны сегодня её проблемы?

В.Р. Деловитость — хорошее качество. И я бы приветствовал истинно деловых людей у нас. Но, конечно, чтобы практицизм не превращался в хищничество. Тут действительно включён серьёзный вопрос.

Что же касается «Обыкновенной истории», то это вечная книга. Я уже потом вычитал: Лев Толстой рекомендовал её своим детям в воспитательных целях. И не случайно сейчас она в студии Олега Табакова с успехом идёт. Проблемы там вечные. Скажем, как разрушается личность, вырождается юношеский идеализм. Я грешным делом не люблю вот таких идеалистов. Пока их товарищи, практические люди, делают карьеру (назовём так), они ещё витают в облаках идеализма. Когда же очухиваются, то начинают догонять и перегонять тех, кто нормально ушёл вперёд, не гнушаясь уже никакими методами. Нет, это я не люблю.

В.К. Вы верите, что добро в конце концов возьмёт верх над злом?

В.Р. Я верю в то, что жизнь наша нормализуется. Но, думаю, для этого нужно время. И большая работа всех нас. Время, работа, терпение.

1990 г.

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14318/79/


Необходимый Виктор Розов

Автор: Правда.

Его слово из 1990 года:

— Честно говоря, многое меня тревожит. Но особенно, пожалуй, беспокоит угроза, нависшая над единством нашего Союза. Это ужасное зло, прямо-таки дьявольское — вспышка национализма, свидетелями которой мы стали. Вспышки в Прибалтике, и в Закавказье, и на Украине, и в Молдове. Уже говорят, что и Россия должна отделиться от всех. Безумство какое-то! Кто и что от него может выиграть? Кто так злонамеренно развил узконационалистические подлые чувства, вспыхнувшие с эдакой силой?

Нет, национальное самосознание — это, конечно, прекрасно. Однако все мы должны понимать, что нация нацией, а есть ещё и нечто большее — союз наций. Банально даже напоминать: Европа вся сейчас объединяется, а мы вдруг хотим разъединиться...

Пусть Союзный договор сохранит наш Союз именно как монолит — не просто собрание разнородных элементов, а органическое соединение элементов внутренне близких, как нередко бывает в природе. И потом должно же быть у наших людей чувство общей Родины, единого дома. Я, скажем, никогда не забуду, как воевали у нас в батарее ребята самых разных национальностей…

ОН ПРИЗНАН как один из крупнейших драматургов ХХ века. Событием советской театральной жизни стала постановка уже самой первой пьесы Виктора Розова «Её друзья» на сцене Центрального детского театра в 1949 году. Спектаклем «Вечно живые» по его пьесе открылся в 1957-м театр «Современник». А фильм «Летят журавли», снятый по его сценарию, был удостоен в 1958 году высшего приза Каннского кинофестиваля «Золотая пальмовая ветвь» и теперь значится среди лучших фильмов мирового кинематографа.

Но Виктор Сергеевич был не только выдающимся русским советским писателем. Он был и настоящим гражданином своего Отечества, великим патриотом. Особенно ярко это проявилось в последние годы его жизни — самое трагическое время для нашей страны. Когда в конце 80-х годов прошлого века он, доброволец Великой Отечественной, понял, какая опасность вновь нависла над Советским Союзом, честный писатель и отважный солдат мужественно встал на его защиту. А потом начинается борьба за Россию — за справедливую власть в стране, за её независимость, за самобытную и великую русскую культуру. Несмотря на преклонный возраст, Виктор Розов остаётся в первых рядах бойцов.

Его страстный публицистический голос, обращённый к соотечественникам, больше всего звучал в эти годы со страниц «Правды», которая стала для него самой главной газетой. Розов и «Правда» — большая тема. Ей и посвятил свою новую книгу обозреватель нашей газеты Виктор Кожемяко, много общавшийся тогда с Виктором Сергеевичем и опубликовавший целый ряд бесед с ним.

Книга под авторским названием «А Розов сказал: «Холуяж!» на днях сдана в издательство «Алгоритм». В нынешнем году, 21 августа, исполнится 100 лет со дня рождения В.С. Розова, и мы надеемся, что к этой знаменательной дате она выйдет. А пока публикуем фрагменты из книги (начало в номере от 12—15 апреля), чтобы читатели по достоинству оценили подвиг писателя-патриота, свершённый им в конце жизни. Сегодня Виктор Розов необходим нам так же, как тогда.

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14317/79/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Сб апр 20, 2013 12:54 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Мурло бандита, мошенника и сластолюбца

Виктор КОЖЕМЯКО.

Каковы нынче «герои» в жизни и на экране

Недавно президент подписал указ, учреждающий звание Героя Труда. Что это значит? Власть делает некий жест о необходимости как-то менять отношение в обществе к двум этим высоким понятиям — героизм и труд? Они были низвергнуты вместе с властью Советов, социализмом и коммунистами, а теперь вроде бы заявлено намерение вновь поднять их и соединить.

Но реально ли осуществление такого намерения при нынешнем строе нашей жизни? Да и всерьёз ли оно или просто имитационно, для отвода глаз, как многое у сегодняшней власти?

Основные оценки на сей счёт авторы «Правды» уже высказали. И всё-таки тему героизма, подлинного и мнимого, хочется продолжить. Чрезвычайно остро ощущается она почти три последних десятилетия.

Разрушение начиналось под знаком «дегероизации»

Не берусь сказать сейчас точно, кто первым в советской литературной и вообще искусствоведческой критике употребил слово «дегероизация». Однако с абсолютной уверенностью могу утверждать: начало разрушения великой Советской страны включало и то, что подразумевалось под этим словом.

Ведь наша страна была великой не только по территории, а прежде всего по идеям, заложенным в её основу. Что может быть выше стремления к социальной справедливости и братству народов? Высота этого стремления поднимала людей, рождая невиданный массовый героизм.

Естественно, он отразился в литературе, кино, театре, жи-вописи, музыке — созданием произведений и образов могучей нравственной силы. Вот против них-то — исподволь, постепенно — и стало определяться направление главного критического удара.

А от героев в искусстве перешли к героям в жизни. За многие годы моей журналистской работы не сталкивался я ни с чем более чудовищным, нежели расправа во время «перестройки» над Зоей Космодемьянской. Вторая казнь, которой была подвергнута комсомолка полвека спустя после мученической смерти на фашистской виселице, — это была казнь подлостью и клеветой.

То же самое учинили с пионером Павликом Морозовым, сделав кристально честного мальчика символом предательства. И кто сделал! Самые настоящие предатели, для кого воровство оказалось куда выше честности. Трагедия гибели подростка и его младшего братишки от ножа убийцы не остановила глумливых поносителей.

Глумление обрушилось и на трудовой героизм. Помню, как в разгар «перестройки» беседовал я с одним известным сценаристом. Обронил он по ходу разговора (с усмешкой!) слово «Гертруда», а я не понял. Потом выяснилось: это смеются так изощрённо над званием Героя Социалистического Труда и, соответственно, над теми, кто его удостоен.

Самоотверженность и бескорыстие или хищничество и наглость?

Не стану доказывать, что все до одного удостоенные были этого достойны. Случались ошибки. Допускались натяжки. Однако я вспоминал прекрасные лица людей, с которыми сводила меня журналистская судьба, — рязанской доярки Прасковьи Ковровой, московского слесаря Виктора Ермилова, легендарного донецкого шахтёра Алексея Стаханова, думал об их действительно героических делах, и мне горько было, что теперь героев так принижают.

Да не только их лично! Суть предпринятой «дегероизации» состояла в том, чтобы внедрять в массовое сознание мысль о низменной природе человека, который не для подвига рождается, а сугубо лишь для удовлетворения желаний самых что ни на есть шкурных. Вот кому любой ценой наиболее это удаётся, тот и герой. Не нужны самоотверженность и бескорыстие — да здравствуют хищничество и наглость! «Больше наглости!» — провозгласил Чубайс.

Но представьте себе такую жизненную страницу. В 1993-м, когда торжествовали захватившие всё возможное березовские с железными челюстями и раскидывали свои коварные сети хитроумные мавроди, я вдруг узнаю, что московский пенсионер Василий Исаевич Молчанов пожертвовал миллион рублей на строительство Музея маршала Жукова в его родном селе в Калужской области.

Что за пенсионер? Откуда у него такие деньги? Разыскал старика в Измайлове. И выяснилось: обменял он после смерти жены свою двухкомнатную квартиру на однокомнатную, а тут как раз прочитал в газете, что строительство музея прославленного маршала испытывает трудности. Решил часть полученных в доплату денег отдать на благое дело.

Меня при более близком знакомстве поразила жизнь этого человека. Начиная с 1927 года, с первого советского нефтепровода Батум — Тифлис, он участвовал в строительстве всех основных нефте- и газопроводов нашей страны. Был бригадиром, имел не одну трудовую награду, а в 1947-м его рабочей бригаде присудили Сталинскую премию. Умели же, значит, рассмотреть замечательных людей, настоящих героев!

И вот теперь, по прошествии времени, подтвердил человек достоинство Сталинского лауреата поистине благородным поступком. Когда я рассказал о нём в «Правде», он и оставшиеся от доплаты за квартиру пять миллионов отдал — для возведения храма-памятника на Прохоровском поле, месте величайшего танкового сражения Великой Отечественной войны. Замечу, что ни один из олигархов, присвоивших построенные им нефтепроводы и газопроводы, подобной щедрости не проявил.

Есть повод восхититься благородством рабочего человека, воспитанного коммунистической идеологией и советским образом жизни? Однако всё это прошло совершенно незамеченным! Ни другими газетами, ни телевидением. Понятное дело: там уже обосновались совсем иные герои. Вернее — антигерои. Со своими антиценностями.

Чем же и почему он интересен

Минуло с тех пор двадцать лет, а картина в этом смысле остаётся фактически неизменной. Пожалуй, в чём-то даже усугубилась. Антиценности и антигерои по-прежнему определяют атмосферу нашего общества. И в жизни, и на телеэкране, который эту жизнь отражает и по-своему формирует. Уродливость не только последовательно утверждается как норма, но и всё более выдвигается в центр общественного интереса, а значит, становится примером, образцом, предлагаемым для всех. Молодость к этому особенно восприимчива. Так чем же её привлекают и увлекают? Вы сами знаете, если хоть иногда смотрите телевизор. Потому напомню лишь некоторые сюжеты последнего времени.

…День, когда я начал писать эти заметки, совпал с выходом из камбоджийской тюрьмы до суда бизнесмена Сергея Полонского. И стал этот день настоящим праздником на российском телевидении. Все главные федеральные каналы именно с Полонского начинали свои новостные программы! Будто ничего более важного на всей планете не произошло. Подробно рассказывалось и показывалось про «первые часы на свободе», про здоровье, настроение, ближайшие планы…

Кого? Чем заслужил такое внимание, с каким раньше встречали разве что первопроходцев космоса, этот персонаж? Ну да, это он заявил когда-то на всю страну и весь мир: «У кого нет миллиарда, пусть идёт в ж…» Он, миллиарды имеющий, публично подрался потом с другим таким же богачом перед телекамерой. Купивший (или взявший в аренду) остров в Камбодже, построив на нём экзотический дворец, учинил теперь громкую драку в этой стране, за что и угодил в тюрьму.

Собственно, таковы основные поводы для интереса к нему. Есть, правда, ещё один повод, но о нём-то как раз говорится либо вскользь, либо вообще умалчивается. В Москве укативший подальше кудрявый богач и лихач оставил грандиозный недострой и тысячи несчастных, которых он ограбил, именуемых равнодушным штампом «обманутые дольщики». Однажды кадр с ними промелькнул на экране: кипящее отчаяние и страстное возмущение…

Но ведь не ради них (отнюдь!) рванул в далёкую страну корреспондент НТВ стразу после заключения Полонского под стражу. Не ради этих обездоленных отслеживал он затем чуть ли не каждый его шаг и каждую фразу. А для чего же тогда?

Считается, что будет интересно зрителям.

Хотя почему «считается»? Наверное, рейтинги засвидетельствовали действительно массовое любопытство к такому сюжету. Полонский-то уже «раскручен». Он уже, говоря языком телевизионщиков, «ньюсмейкер», то есть лицо, на экране узнаваемое и популярное.

Правда, мне хочется сказать: не лицо, а мурло. Но для зрительского интереса, как показывает «новорусский» опыт, это значения не имеет. Мурло даже гораздо интереснее. Так людей (они же зрители) за минувшие годы воспитали. Таков у многих вкус, таков спрос. И такие теперь для них «герои».

Чествование бандита как событие всероссийское

В самом деле, вы вспомните. Перед Полонским с телеэкрана больше недели не сходил Березовский. В каких только ракурсах его не показывали, какие таланты и пикантные подробности биографии не перебирали! И всё это — с придыханием нескрываемого или трудно скрываемого восхищения. Как же, человек сумел за короткий срок фантастически обогатиться да ещё стал влиятельнейшей политической фигурой! Это уж герой из героев, а сторона моральная где-то на второстепенном плане. Впрочем, как и криминальная.

Перед Березовским же, напомню, в центр внимания всей страны был поставлен криминальный авторитет Усаян по кличке Дед Хасан, погибший в результате воровской разборки. Будь у нас советское время, заслужил бы такой эпизод разве что короткую заметку в уголовной хронике. Но теперь! Жизнь крупного вора в законе прошла перед телезрителями в ореоле славы, иначе не скажешь. И смерть его, пышные похороны — тоже. Поистине знак времени: похороны бандита как чествование чуть ли не всероссийское.

А до Деда Хасана так же громко и картинно, при огромном стечении участников, провожали в последний путь Иванькова-Япончика — бандита ещё более прославленного.

И надо заметить, с уходом этих «авторитетов» в мир иной ряд криминальных героев для российских СМИ не прервался, чему телевидение может радоваться. Тут же вездесущий «МК» сообщил неосведомлённым, что есть такая знаменитость, как Вячеслав Леонтьев, он же Вадик Белый, которого знает не только Интерпол, но и американский президент Барак Обама, считающий его самым влиятельным российским вором в законе. Ну а если уж американцы столь высоко ставят этого нашего мафиози, то отечественные СМИ немедленно снимают перед ним шляпу и начинают говорить о нём не иначе как с восторгом.

Приведу для примера начало репортажа в «МК» под заголовком «Белый из «чёрного списка» Обамы». Автор — журналистка, то есть женщина, и вот каким образом выражает она отношение к своему герою: «Не удивлюсь, если историю Белого когда-нибудь экранизируют. Очень уж он интересный персонаж — мало того, что яркий блондин, так ещё и любит носить белоснежную одежду и ездить на белых броневиках, артистичный, обаятельный, Есенина и Лермонтова цитирует…» Каково?

Так чему же служат таланты?

В приведённых строках из «Московского комсомольца» (!) дана, по-моему, превосходная рекомендация от современного газетного репортёра современным деятелям художественного кино, включая телевизионное. Вполне обаятельный и привлекательный образ. Так что я тоже не удивлюсь, если история этого «очень уж интересного персонажа» будет экранизирована. Чего удивляться-то, если про его тёзку с такой же кличкой и такой же «профессией» уже есть экранизация — пожалуй, самый знаменитый сериал на российском телеэкране постсоветских лет под названием «Бригада».

Не все, наверное, обратили внимание, как само название это отразило радикальную перемену понятий со временем. Были в жизни и на экране воинские бригады, были трудовые: про рабочий коллектив Василия Молчанова, удостоенный Сталинской премии, я выше рассказал. И сколько известно таких замечательных трудовых бригад советской эпохи! А вот теперь — бригада бандитская. И главарь её Саша Белый исполнен обаятельным актёром Сергеем Безруковым.

Думаю в связи с этим о судьбе некоторых талантливых актёров — как сложилась она за последнее двадцатилетие, чему служил и продолжает служить их талант. Недавно прощались с Андреем Паниным и Валерием Золотухиным. В том, что они одарены были от природы, нет сомнения. Но ведь останется Панин в памяти нынешних и будущих зрителей каким-то обобщённым образом негодяя, однолико прошедшего через множество фильмов и сериалов. Начиная с той же «Бригады», где явился он продажным «ментом», до совсем уж скандально одиозных «Сволочей»!

А Золотухин? Недаром же в дни прощания более всего вспоминались его образы советского времени, особенно самые первые фильмы — «Пакет», «Бумбараш», «Хозяин тайги». Из работ последних двадцати лет почти ничего конкретно не называлось и в демонстрируемых кадрах не цитировалось. Почему же? Да потому, что недостойно это действительно талантливого артиста. До чего скатился в своей неразборчивости, можно было увидеть в сериале, который пошёл по каналу ТВЦ уже после его смерти.

И подобных, с позволения сказать, работ оказалось в последние годы на счету популярного актёра, увы, немало. Польза от них или вред? Ясно, что вреда гораздо больше.

Оправдываясь в аналогичных ситуациях, люди зависимой актёрской профессии обычно говорят: «Жить-то надо, и семью кормить приходится». Золотухину же приходилось кормить не одну семью. Однако даже храм, построенный в родном селе на заработанные таким образом деньги, едва ли искупит серьёзный нравственный ущерб от «творческой продукции» постсоветских лет, к которой актёр оказался причастен. И, к сожалению, далеко не он один…

Телеэкран переполнен бандитами и «ментами». Но самое главное — как их изображают, как воспринимаются они зрителями. Один трезвый отзыв стоит здесь воспроизвести:

«Недавно посмотрел очередной сериал — «Игра» называется. Там бандит, убийца, порешивший десятки людей, вызывает симпатию, и наверняка похожие эмоции возникают у подрастающего поколения. Он интеллектуально превосходит своего противника — следователя, наделённого, казалось бы, одними лишь положительными чертами, но при этом какого-то туповатого и совершенно по-человечески не интересного. А тут у бандита и ум, и ловкость, и умение находить выход из любых ситуаций. И какая-то прямо-таки священная бандитская дружба. Разве этот бандит — не герой? Он рьяно уничтожает сотрудников полиции, и, похоже, с учётом продажности и коррумпированности данной структуры, его борьба у многих вызывает даже восхищение. Так и получается, что антигерой становится примером. А потом мы не понимаем, почему Россия занимает первое место в мире по умышленным убийствам…»

В самом деле, чего ж тут не понимать?

Надо менять программу!

Если вернуться к вопросу о звании Героя Труда и к тому, кто сегодня мог бы его получить, своеобразную подсказку имеем от опубликованных на днях деклараций о доходах высших персон российской власти. Кто там, по их собственным данным, за год больше всех «заработал»? В правительстве — первый вице-премьер Шувалов. Вместе с женой у них получилось почти 450 миллионов рублей. Больше чем по миллиону в день. Вот это работа! Обоих сделать героями: судя по «заработкам», труд супругов явно героический. Ведь вдобавок немереные суммы, да какие, в землю и недвижимость вложены. Один только дворец в Сколкове площадью 4500 квадратных метров чего стоит! Особенно если учесть, что земля тут самая дорогая — наверное, сотка обходится не менее 100 тысяч долларов…

А в Совете Федерации трудовым рекордсменом стал некто Дмитрий Ананьев: 700 миллионов рублей за год. Тоже заслуживает быть представленным к почётному званию.

Хороша подсказка и по версии журнала «Форбс». Кто из олигархов на сегодня самый работящий — Усманов или Вексельберг? Берите последний список, самый свежий: всё-таки трудовое соревнование долларовых миллиардеров идёт каждодневно.

Вот нет никаких данных о доходах «авторитета» Вадика Белого. Засекречены полностью. Однако он работает, может быть, не менее успешно, чем кто-либо из успешных чиновников или бизнесменов. И твёрдо можно сказать: неизмеримо успешнее любого рабочего! Вас смущает характер его труда? А чем он по сути-то хуже, чем, допустим, у бывшего заместителя министра сельского хозяйства Алексея Бажанова, которого прищучили недавно с его уворованным миллиардом?

Это огромная государственная машина действует так, как она действует, и героев производит таких, каких мы лицезреем. В жизни — и на телеэкране, как в зеркале. Безобразное у этих «героев» лицо? Какое уж есть. Мурло мошенника, бандита, любителя сладкой жизни в окружении соответствующего артистического бомонда, или, попросту говоря, попсы, которая, однако, тоже именует себя элитой.

Производящая всех их машина имеет заданную программу. Вылавливание и отбраковка отдельных экземпляров с присвоением позорного звания коррупционера либо красивая этикетка для кого-то — с почётным званием Героя Труда существа не изменят.

Надо менять программу.

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14302/79/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Чт апр 25, 2013 8:16 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
И всё-таки вы победили

Виктор КОЖЕМЯКО.

Театру «Содружество актёров Таганки» — 20 лет

Такие простые, обычные слова пригласительного билета, а прозвучали они во мне как торжественная музыка: «Приглашаем Вас на юбилейный вечер, посвящённый 20-летию создания театра «Содружество актёров Таганки».

Неужели! Да многим ли верилось тогда, два десятка лет назад, в реальную возможность этого праздника? Однако — сбылось. В назначенное время 22 апреля 2013 года он состоялся. Праздник победителей…

Почему он особенный

Конечно, было всё, как на большом и радостном празднике. Были улыбки, смех, объятия и поздравления. А поскольку происходило это в коллективе творческом, да ещё столь ярко талантливом, постарались хозяева, чтобы гостям ни минуты не было скучно. Постарались абсолютно обойтись в своей искромётной, блистательной программе без налёта какого-либо дежурно-юбилейного занудства. Даже ветеранов своих («основополагающие кирпичики»!) чествовали не только в стихах, но при этом и с юмором. Даже единственное, как сам он выразился, более-менее официальное выступление художественного руководителя театра напрочь лишено было казённой официозности.

Ах, молодёц Николай Николаевич Губенко! Сумел весело о самом серьёзном сказать. Как, например, в пору полного безденежья звонил верный друг драматург Михаил Рощин и своеобразно поддерживал: «Коленька, нищим пожар не страшен». Или, когда журналисты, ни разу в театре не бывавшие, публиковали очередные злые рецензии на его спектакли, тот же Рощин душевно сочувствовал: «Конечно, Коленька, трудно жить в серной кислоте»…

Но — надо было жить, и они жили. Что же помогло не просто выстоять, а в конце концов победить? Николай Николаевич, назвав кратко наиболее существенное, смог и тут в заключение по-хорошему улыбнуться.

— Я считаю, наш театр зиждется на четырёх фундаментальных понятиях, — заметил он. — Это справедливость, сочувствие, содержательность и работа. По странному совпадению у коммуниста Губенко аббревиатура из первых букв составляет — СССР.

А ведь и в самом деле! Зал отозвался дружным оживлением и горячими аплодисментами.

Я подумал: праздник-то особенный уже потому, что победу отмечает коллектив, руководимый выдающимся художником-коммунистом. Не это ли определило главное в судьбе театра, назвавшего себя «Содружеством актёров Таганки»? И слово «содружество» здесь тоже ключевое.

Разошлись не характеры, а позиции

Да, главное определилось уже с самого начала. С момента, когда у Николая Губенко созрело решение, что часть труппы знаменитого Театра на Таганке, руководимого Юрием Любимовым, должна обрести свою, особенную судьбу.

Пусть сколько угодно убеждают меня, будто раздел МХАТ, а затем и любимовского театра был делом лишь сугубо организационным. Я видел и вижу в нём куда больший смысл. Содержательный. Даже, если угодно, идеологический. Разошлись не просто люди с разными характерами и собственными амбициями. Разошлись во многом разные взгляды на жизнь и страну, на искусство и человеческие отношения.

Губенко «предал» Любимова? С точностью до наоборот! Когда мэтр оказался за границей, Николай Губенко сделал всё возможное для его возвращения в родную страну и родной театр. А вот он, как оказалось, был озабочен будущим не коллектива, а только своим личным. Задуманная приватизация театра грозила оставить без работы значительную часть труппы.

Вот почему многие обратились к Губенко как самому авторитетному и надёжному. И 36 талантливых актёров пошли за ним, стали рядом с ним. Обрекая себя на нелёгкие испытания, но желая остаться актёрами и, что не менее важно, людьми.

Трудно представить, чтобы Губенко при всём его взрывном темпераменте кричал товарищам так, как кричал «своим» артистам Любимов: «Клопы!» Трудно вообразить, что Губенко недоплачивает труппе, кладя что-то за её счёт в личный карман, как произошло с Любимовым. Накопившееся возмущение актёров должно было когда-то хлынуть через край. И этот возникший два года назад острый конфликт, в результате которого Юрию Петровичу пришлось покинуть основанный им в своё время театр, неопровержимо подтвердил, что раздел двадцатилетней давности был не случайным, а совершенно закономерным.

Значит, столкнулись тогда позиции: капиталистические, собственнические — и советские, коллективистские.

А кто же советским после переворота 1991 года мог гарантировать победу?

Худо, когда вас не замечают в упор

Казалось, всё, буквально всё было против них. Как, кстати, и против нас в «Правде». Одновременно уничтожали старейшую коммунистическую газету и молодой, едва родившийся театр, в руководителе которого властью был распознан антикапиталистический дух.

И то сказать, Любимов — в роли заслуженного диссидента-антисоветчика, а Губенко выступает против него. Так кого же новая власть всей силой своей будет поддерживать? Ответ был предельно ясен, и чем это обернулось, я мог видеть тогда вплотную, общаясь с теми, кто сплотился в «Содружество».

Видел нервного, измотанного, но внутренне всегда подтянутого Губенко, у которого даже на беглое интервью не находилось минуты. Видел совсем больного Леонида Филатова, курящего сигарету за сигаретой, но страстно выступающего на всех пресс-конференциях (и на страницах «Правды» — тоже!). Вот ведь пытались создать общественное мнение, будто с Губенко остались только какие-то творческие неудачники, а между тем тут были по-настоящему большие артисты — Зинаида Славина и Михаил Лебедев, Татьяна Жукова и Лидия Савченко, Валерий Погорельцев и Наталья Сайко, тот же Леонид Филатов…

Кстати, как раз тогда Леонид Алексеевич начал вести свою замечательную телепрограмму «Чтобы помнили». Она была не только об ушедших советских киноактёрах, но и о советском времени, давшем великое искусство. Продолжателем лучших его традиций должен был стать рождавшийся театр.

Но как встретили первую работу новой труппы, представленную в начале 1994-го? Выбирая пьесу для открытия театра, Губенко остановился на чеховской «Чайке». Может быть, символика сказалась? С неё, с «Чайки», начался в своё время громкий успех Московского Художественного.

Успех был и на этот раз. Истинный успех! Я присутствовал на премьере, писал о спектакле, который по предложению Николая Николаевича поставил Сергей Соловьёв. Не сомневаюсь: будь это на любой другой сцене, такая интересная работа, да ещё связанная с именем известного кинорежиссёра, вызвала бы огромную прессу и широкий телеэкран. А тут — почти полное, глухое молчание!

И это постыдное молчание либеральствующей прессы, перемежаемое иногда злобными взбрёхами, окружает жизнь талантливого коллектива все годы его существования. Каково работать, если твою работу, что называется, в упор не замечают? Ведь даже такой потрясающий спектакль, как «Арена жизни», поставленный недавно самим Губенко по сатире Салтыкова-Щедрина (в полном смысле слова — событие!), прошёл фактически «незамеченным».

Чехов, Салтыков-Щедрин, Некрасов, Горький, Островский, Есенин — театр прежде всего обратился к классике. Горьковские «Враги» за последние годы, по-моему, не шли нигде, только здесь. Открывали и новых, никому не известных авторов — например, Марию Ладо с её тонкой и пронзительной «Очень простой историей». А когда ощущалась острая необходимость (это жизнь, время её диктовали), драматургами становились Николай Губенко и верная его соратница Жанна Болотова. Так рождался «Афган» — по письмам и воспоминаниям участников «незнаменитой войны»; или «ВВС», то есть «Высоцкий Владимир Семёнович» — по его стихам и песням; или упоминавшаяся уже «Арена жизни» — сложная и злободневнейшая по звучанию композиция из текстов великого русского сатирика…

Есть, к счастью, и те, кого надо благодарить

Пережито много. Достаточно сказать, что коллективу пришлось пройти 29 судов, из них три — высших арбитражных. Этот принадлежащий истории факт Николай Николаевич тоже вспомнил на юбилейном вечере. Но не для того, чтобы «поплакаться», а чтобы поблагодарить тех, кто поддерживал справедливое дело «Содружества» в труднейшее для него время.

Руководитель театра старался быть как можно конкретнее в своей благодарности. Называл поимённо и работяг-юристов, проявивших бескорыстие, и тех деятелей культуры, которые не побоялись поставить свои подписи в защиту «Содружества», и оказавших финансовую помощь предпринимателей, и даже людей во власти, сумевших пойти против течения и в чём-то поддержать опальный коллектив.

Особая благодарность — зрителям. Я уж давно заметил, какие они у «Содружества» интеллектуальные, думающие, не приемлющие пошлость в любом виде. Были моими соседями по залу академики и профессора МГУ, которые приходят сюда вместе со своими студентами. А на сей раз — Юрий Павлович Шинкаревич, доцент МГТУ имени Баумана, представляющий кафедру металлургических машин и оборудования. Член КПРФ, он тоже не только сам постоянно приходит в любимый театр, но и студентов приобщает к подлинному искусству.

— Шестнадцать лет мы жили без государственного финансирования, но при душевной поддержке многих, — сказал Николай Николаевич, подводя некий итdownload Скачать PDF-файл ог. — И вот с декабря 2008-го нас начали финансировать. Власть стала с нами сотрудничать. Спасибо власти, что она одумалась. Наверное, не в последнюю очередь благодаря посещению таких театров, как наш.

Хотелось бы надеяться…

Но я приведу здесь ещё один — очень важный, по-моему — фрагмент из короткого выступления Николая Губенко, связанный с корневой, в моём представлении, темой. Вот что сказал народный артист России, художественный руководитель «Содружества актёров Таганки», завершая своё юбилейное слово:

— Я не знаю лучшего коллектива, чем наш коллектив. Я не помню ни одного сколько-нибудь значимого конфликта, основанного на неприязни, ненависти, зле. Спасибо вам, нашим артистам и всем труженикам театра.

Да, вот за это всем вам, от художественного руководителя до каждого рабочего сцены, — великое спасибо! За то, что остаётесь верны идее Содружества. Потому вы и победили в неравной борьбе.

Доброго пути в лучшее будущее!

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14396/79/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Чт апр 25, 2013 8:29 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Необходимый Виктор Розов

ОН ПРИЗНАН как один из крупнейших драматургов ХХ века. Событием советской театральной жизни стала постановка уже самой первой пьесы Виктора Розова «Её друзья» на сцене Центрального детского театра в 1949 году. Спектаклем «Вечно живые» по его пьесе открылся в 1957-м театр «Современник». А фильм «Летят журавли», снятый по его сценарию, был удостоен в 1958 году высшего приза Каннского кинофестиваля «Золотая пальмовая ветвь» и теперь значится среди лучших фильмов мирового кинематографа.

Но Виктор Сергеевич был не только выдающимся русским советским писателем. Он был и настоящим гражданином своего Отечества, великим патриотом. Особенно ярко это проявилось в последние годы его жизни — самое трагическое время для нашей страны. Когда в конце 80-х годов прошлого века он, доброволец Великой Отечественной, понял, какая опасность вновь нависла над Советским Союзом, честный писатель и отважный солдат мужественно встал на его защиту. А потом начинается борьба за Россию — за справедливую власть в стране, за её независимость, за самобытную и великую русскую культуру. Несмотря на преклонный возраст, Виктор Розов остаётся в первых рядах бойцов.

Его страстный публицистический голос, обращённый к соотечественникам, больше всего звучал в эти годы со страниц «Правды», которая стала для него самой главной газетой. Розов и «Правда» — большая тема. Ей и посвятил свою новую книгу обозреватель нашей газеты Виктор Кожемяко, много общавшийся тогда с Виктором Сергеевичем и опубликовавший целый ряд бесед с ним.

Книга под авторским названием «А Розов сказал: «Холуяж!» на днях сдана в издательство «Алгоритм». В нынешнем году, 21 августа, исполнится 100 лет со дня рождения В.С. Розова, и мы надеемся, что к этой знаменательной дате она выйдет. А пока публикуем фрагменты из книги (начало в номере от 12—15 апреля), чтобы читатели по достоинству оценили подвиг писателя-патриота, свершённый им в конце жизни. Сегодня Виктор Розов необходим нам так же, как тогда.

«Обязательно сохранить наш большой общий дом — Советский Союз»

Так откликнулись читатели на беседу «Добро и зло»

В книгу, посвящённую Виктору Розову, вошла моя беседа с ним, которая состоялась на исходе 1990 года. Называлась она «Добро и зло», и отразились в ней самые острые проблемы нараставшей смуты. Эту беседу мы воспроизвели в номере «Правды» от 19—22 апреля. Сегодня публикуем некоторые из потока полученных тогда читательских откликов, вошедших в книгу. В своё время они не были напечатаны, но для книги (и не только!) представляют безусловный интерес как документальные свидетельства переломного времени, помогающие теперь более живо и достоверно соприкоснуться с ним.

Ведь в этих письмах — чувства и мысли людей с разных концов ещё единой и великой Советской страны, которые пока не знают, что меньше чем через год такой страны уже не будет. Однако с огромной тревогой, как и Виктор Сергеевич, воспринимают они нависшие над Родиной угрозы. Вслед за любимым писателем пытаются точнее их осознать, во многом поддерживают его размышления, а в чём-то и не соглашаются, спорят. Что ж, Виктор Сергеевич очень внимательно относился к мнению каждого. Говорил: «Мои читатели учат меня».

А ещё важно отметить, что спор по некоторым из тех острых вопросов продолжается и сегодня. Впрочем, вы сами убедитесь в этом, читая публикуемые письма.

Виктор КОЖЕМЯКО.

Написать бы пьесу «Перевёртыши»

Уважаемый Виктор Сергеевич Розов!

Прочитали ваш диалог с публицистом Виктором Кожемяко в газете «Правда». Вы очень глубоко и честно дали характеристику прошлого и настоящего нашей Родины. Кто отвергает прошлое, у того нет будущего.

Кто же эти новые вожди? Это ведь бывшие коммунисты, а теперь перевёртыши, самые злые антикоммунисты, карьеристы, в большинстве своём по существу антисоветчики. Прикрываясь «демократией», нагло ведут ярое наступление на социализм, выступают реставраторами капитализма, хотят разрушить наш Советский Союз.

Эта публика и их средства массовой информации способны только крушить все завоевания народа за 70 лет Советской власти. Но, как показала их практическая деятельность, кроме демагогических прожектов вроде «500 дней» и «частник на землю накормит народ», ждать от них нечего. А это же глупость несусветная!

Мы думаем, что 10 миллионов читателей «Правды» с благодарностью воспримут ваш диалог и ещё лучше поймут, куда ведут эти «демократы» наш народ — к краху нашего Союза. Нам с ними не по пути. Надо жить прежде всего своим умом, а не по подсказке так называемой свободной и независимой прессы, которая вовсю смотрит на любимый капиталистический Запад.

Хотелось бы посоветовать вам, Виктор Сергеевич, написать пьесу на злободневную современную тему — например, «Перевёртыши». Очень просим вас как фронтовика.

С уважением к вам от группы фронтовиков и постоянных ваших читателей ветеран партии, войны, труда

Пётр Семёнович БЛИНОВ.

г. Николаев,

Украинская ССР.

Дорого придётся расплачиваться

Здравствуйте, Виктор Сергеевич!

С большим удовольствием прочитал вашу и Виктора Кожемяко беседу «Добро и зло». Действительно, мы сейчас живём в очень сложное время, в каком-то Бермудском треугольнике: торговля — теневая экономика, кооператоры — Моссовет, «демократы» — национализм. Верховный Совет РСФСР вместо того, чтобы помогать Союзу, суёт палки в колёса. Вместо того, чтобы заниматься остро наболевшими вопросами, занимаются пустословием, говорильней, политической трескотнёй и демагогией.

В первую очередь нужно решить экономические вопросы, национальный вопрос, чтобы как можно скорей перестала литься кровь. Экономика, которая нас кормит, одевает, даёт тепло, отошла на второй план. Бросившись соревноваться в красноречии, составляющие власть люди теряют драгоценное время и души, забыли всю нашу богатую историю.

О народе, о его труде, о его истории нужно думать больше всего. И на этом надо воспитывать молодёжь, нашу смену. Хорошо, что наша партия стала давать отпор господам «демократам» на страницах своих газет. Недопустимо, чтобы страной стали править всевозможные Травкины и подобные им стяжатели-кооператоры.

Уважаемый Виктор Сергеевич, разве можно забыть подвиг Н. Островского, П. Корчагина? Это же пример всей нашей советской молодёжи! Для нас книга Н. Островского «Как закалялась сталь» была настольной книгой.

Жили мы в то время, когда первые Герои Советского Союза спасали челюскинцев, летали через Северный полюс, когда строили Днепрогэс, Магнитку, метро. Вся страна была в трудовом порыве. Разве это можно забыть и перечеркнуть? Да и пример собственных родителей тоже помогал формировать в нас тружеников и патриотов своей Советской Родины.

Я, мальчишка из далёкой сибирской глухомани, закончив 10 классов, приехал в Казань и поступил в авиационный институт. Одновременно учился в аэроклубе. Сразу после войны было тяжело с питанием. Ходили разгружать баржи, вагоны, чтобы подработать. Выжили, выучились!

Мой лётный стаж — 40 лет: 10 спортсменом, 30 — лётчиком-испытателем. Был в заграничной командировке как инженер по лётным испытаниям. Сейчас на пенсии, но продолжаю работать, пишу инструкции для лётчиков.

Горжусь старшим сыном, который работает зам. главного архитектора города. Сумел поставить на правильный путь и воспитать хорошего труженика! А вот второго сына, который ещё учится в школе, очень трудно воспитывать. Именно потому, что живёт он в это непонятное время: в комсомол не хочет, в армию не хочет, а о своей будущей специальности даже и не думает.

Обстановка накладывает свой отпечаток. Что делать? Кто придёт нам на смену?

Формировать настоящего советского человека, труженика и патриота, — важная задача школы, комсомола, партии и нас, родителей. А смена нам нужна надёжная. Партии, видимо, нужно больше заниматься воспитанием подрастающего поколения. Ведь ни одна страна не имеет такую богатую историю и таких героев, как наша, такие примеры мужества, и героизма. А сегодня стараются, чтобы мы это всё забыли. Дорого придётся расплачиваться, если не примем меры!

Я горжусь своей страной. Горжусь, что внёс толику своего труда в общее дело. Советские вертолёты, которые летают во всех точках земного шара, несут и мой труд.

С искренним пожеланием всего самого доброго

Николай ЖЕН.

Заслуженный лётчик-испытатель СССР.

г. Казань.

За соль жизни, за наше единство

Дорогие два Виктора — В. Кожемяко и В. Розов!

Я ваш постоянный читатель из Молдовы, рабочий. Извините, никогда не писал никуда, но на этот раз не выдержал. Спасибо вам за диалог.

Я — за соль жизни, за единство нашего Союза, за монолит Союза. За вашу формулу: сохранить Союз! За культуру, нравственность, за Добро.

Мы, то есть я и мои близкие, тоже верим, что жизнь нормализуется. Нужно работать и иметь терпение. Но обязательно при этом нужно сохранить наш большой общий дом — Советский Союз.

Спасибо вам

семья ШМАЛЬКО.

г. Кишинёв.

Чтобы управлять, мозги требуются здоровые

Уважаемый редактор В. Кожемяко!

С первых слов своего письма прошу прощения, что писать буду по-житейски просто. А во-вторых, хочу сердечно поблагодарить вас за такой умный, душевный разговор с писателем В. Розовым.

Я считаю, такие диалоги в наше неспокойное время очень нужны. Побольше бы искренности и душевности на страницах нынешней печати! И хочу поделиться ещё некоторыми своими соображениями.

Думается мне, что зло в обществе часто идёт даже не от трудностей жизни, а от алкоголизма и наркомании, которые приводят к тяжким изменениям психики. Представьте, если это происходит на уровне парламентов, правительств, других высших руководителей страны?! Ведь требуются здоровые мозги, чтобы управлять обществом и государством. А у каждого ли, кто берётся за это, мозги в порядке? По моим наблюдениям, далеко не так.

Хотелось бы услышать на этот счет мнение специалистов. И вообще, надо бы узаконить обследование руководителей всех уровней психиатрами. Особенно это необходимо, по моим наблюдениям с экрана, Российскому парламенту, президенту и Моссовету.

Е.Ф. МАЛАХОВА.

Пенсионерка.

г. Старый Оскол,

Белгородская область.

Хорошего было гораздо больше

Уважаемые товарищи!

Спасибо авторам и редакции за прекрасный диалог В. Розова и В. Кожемяко «Добро и зло». Хорошо бы продолжить тему всестороннего освещения нашей истории.

Нет, далеко не всё было плохо, как утверждают некоторые. Была вера в возможность построения справедливого общества и огромные успехи в этой работе. Были энтузиазм строек, дружба народов разных наций, значительные достижения социализма во всех советских республиках. Был великий патриотизм в годы войны и в результате Великая Победа. А главное — во все времена были настоящие люди, великие сердца, добрые, честные, справедливые.

Очернительство в печати всего и всех плохо влияет на общество, особенно на молодёжь.

Газета «Правда» мне нравится своей объективностью и принципиальностью. Желательно чаще публиковать очерки о хороших людях. Ведь они есть!

С добрыми пожеланиями

Е. ОЗЕРИНИНА.

г. Череповец,

Вологодская область.

Многие травмированы происходящим

Откликаюсь на диалог «Добро и зло» В. Розова и В. Кожемяко.

Я постоянный читатель газеты «Правда». В ней нахожу интересные мне вопросы, раздумья и объяснения. Ведь человек всю жизнь учится. Мы учимся друг у друга.

Жизнь сложна и многолика. Человек рождён для дерзаний, счастья и продления рода. Вся наша жизнь — это борьба добра со злом. Доброта облагораживает человека, даёт ему честь и хвалу. Утверждение доброты — главное в морали. Есть такая пословица: «У желающего добра врагов не отобьёшь». Ведь преграда встаёт перед добром.

Но всё-таки человек призван творить добро. Зло легко произвести. Много зла на свете. Но хуже всего зло, сознательно порождаемое. Ведь зависть и ненасытность порождают зло. Ещё Н.Г. Чернышевский отмечал, что вся безнравственность проистекает из внешнего мира.

В жизни много аргументов, чтобы ошибиться. Требуется от человека много знаний, умений, нравственных сил, чтобы творить добро и быть справедливым.

Меня очень печалит натянутое положение в стране. Ведь все мы — дети нашей земли. Все мы связаны видимыми и невидимыми узами. Нам нужен труд, труд счастливый, свободный. А равнодушие, ложное честолюбие, разжигание розни между людьми разных национальностей хорошего никогда не могут принести. Сегодня у нас явно не хватает сердечности, душевной теплоты. Это в первую очередь касается тех, кто заправляет в политике и в СМИ, от кого зависит будущее нашей общей Советской страны. Человек жив духовными и моральными критериями — утрачивать их недопустимо! После уже поздно будет кулаками махать.

У критики мало клиентов, она не мёд. А вот цены на товары опять повысились. Но ведь не все в кооперативах и не все занимаются индивидуальной предпринимательской деятельностью. Я травмирован и вижу, что травмированы происходящим многие…

М. ЗАМТАРАДЗЕ.

Учитель.

г. Боржоми, Грузинская ССР.

Угроза Союзу — страшнейшее зло!

Уважаемый Виктор Стефанович!

С большим вниманием прочитал в «Правде» вашу беседу с драматургом В.С. Розовым «Добро и зло». Виктор Сергеевич мудрый человек! Он умеет рассказать о своей трудной жизни, о творчестве, поделиться интересными мыслями. Угроза единству нашего Советского Союза — это сегодня действительно страшнейшее зло!

Мне кажется, сейчас просто необходимо давать в «Правде» больше материалов об этом, необходимы также материалы на тему «Дружба, товарищество, коллективизм».

В последнее время газета, по-моему, недостаточно пишет о жизни трудовых коллективов. Насколько я могу судить, у нас в целом атмосфера здоровая (я связан с автозаводом). Но нельзя не заметить: нравственность падает. Один кадровик сказал: «Главное — уметь деньги получать, а остальное неважно». А у всех ли крепка вера в наши идеалы, в человеческое достоинство?

Если вы помните, я посылал вам статью «Не упрощать». Пока она не появилась в газете. Прочитайте её ещё раз: я думаю, она актуальна.

Александр Сергеевич

ЖМЫРЁВ.

г. Ульяновск.

Людей ввергают в полное безверие

Уважаемый Виктор Сергеевич!

Внимательно прочитал Ваш диалог с Виктором Кожемяко на тему «Добро и зло». Диалог умный, интересный. В нём освещены многие стороны нашей жизни. Он меня взволновал и заставил задуматься о многом. Но мне очень жаль, что Вы не дали достаточно полного и убедительного ответа на один вопрос тов. Кожемяко: «Откуда же сегодняшняя наша озлобленность и раздражение по отношению друг к другу?»

Я не писатель, не журналист, не публицист. Простой немолодой уже человек, переживший и перевидевший многое. Но вот именно поэтому считаю своим правом дать свой ответ на этот вопрос.

Я считаю, что озлобленность и раздражённость среди людей исходят от безверия, в котором ныне живут многие, от осквернения и растоптания реакционными силами человеческой веры в святое. Ведь многие наши люди перестали во что-либо верить.

В одной из своих воскресных проповедей мудрый украинский поэт Борис Олейник очень верно сказал: «Людина без вiри — уже не людина». Это значит: «Человек без веры перестаёт быть человеком». Я целиком соглашаюсь с Борисом Олейником. На самом деле, человек, живущий без какой-либо веры, теряет человеческую сущность. Да ещё добавлю, что человек, легко отказавшийся от собственной веры, следовательно, никогда и не имел никакой настоящей веры.

Но в какой вере человек должен пребывать, чтобы не потерять свою человеческую сущность?

Целые тысячелетия человечество верило во Всевышнего. Тысячелетия шло под его хоругвями, становилось перед ним на колени, просило у Всевышнего заступничества, жизненного благополучия, если не для себя, то хотя бы для своего потомства, мирного и справедливого образа жизни на земле. И до чего же дошло человечество в своём многовековом пути? До фашизма, до атомной бомбы — средства массового уничтожения людей.

В мире не было общественной силы, которая могла бы преградить путь фашизму и атомной бомбе, кроме силы, которая состояла из людей, душами которых владели идеи Социализма и Коммунизма.

Наверное, идеи Социализма, гуманного, справедливого, демократического образа жизни людей, родились вместе с религией. Так они параллельно и двигались многие века, где-то, в чем-то согласуясь между собой. Но идеи Социализма были лишь прекрасной мечтой человечества до того времени, пока среди людей не появились гении, которые сумели обобщить все многовековые умственные приобретения человечества, отсеять всё непотребное и создать подлинную науку о Коммунизме и его первой стадии — Социализме.

Теория марксизма как наука не могла не овладеть лучшими умами человечества. Ленин, созданная им партия коммунистов внесли теорию научного коммунизма в сознание пролетариата и беднейшего крестьянства, подняли, организовали их и совершили социалистическую революцию.

После революции и Гражданской войны трудящиеся, проникнутые идеей социализма, верой в будущее, преодолевая все трудности, с невероятным энтузиазмом взялись за строительство нового, справедливого общества. Не буду распространяться о том, чего добилась наша страна за годы первых пятилеток. Скажу только, что когда-то отсталая страна стала за короткое время в ряд с наиболее развитыми индустриальными государствами.

Противники социализма ныне утверждают, что в нашей стране велось строительство казарменного социализма. Это явная ложь! В стране культивировалась строгая трудовая дисциплина, но в её основе были глубокое самосознание и глубокая вера трудящихся в светлое будущее.

Строительство социализма в первые десятилетия сопровождалось острой классовой борьбой, навязанной нам реакционными силами и приведшей к репрессиям, в которых пострадало немало невинных людей. Это негативное явление в истории нашего общества стало исходным для третирования и торпедирования деструктивными силами всех завоеваний нашего народа. Но надо быть уверенными в том, что, если человечество не погубит себя во всеобщей злобе и раздражённости, образумится в конце концов, то оно откроет истину и даст правильную оценку событиям того времени.

Когда началась Великая Отечественная война, советские люди грудью стали на защиту своего Отечества. Я, например, имел возможность получить «бронь», но я от нее отказался. Верю, что и Вы, уважаемый Виктор Сергеевич, так же по велению собственного сердца пошли защищать Родину.

Я от начала до конца защищал Сталинград, воевал на Курской дуге, форсировал Днепр и закончил войну на реке Эльба. Как и Вы, был ранен. Никто из нас не был уверен, что останемся живы. Но воевали не за страх, а за совесть, ибо была вера, что воюем за правое дело. Лаконичный призыв Сталина «…Все силы народа на разгром врага! Вперёд, за нашу победу!», его проникновенные слова «Наше дело правое, победа будет за нами!» лейтмотивом звучали в сердцах и душах воинов. И мы победили! Чувство борьбы за правое дело, вера в светлое будущее явились той силой, которая вдохновляла советских людей на подвиги.

В артиллерийском полку, где я руководил партийной организацией, личный состав сложился из представителей 22 национальностей. И за три с половиной года пребывания полка на фронте не было ни единого случая пренебрежительного отношения со стороны кого-либо к какому-либо воину иной национальности. У нас господствовали доброта, доброжелательность, дружба, боевая взаимовыручка. Полк являл собой единую боевую семью.

И такие отношения преобладали повсюду. Как, например, получилось, что, будучи обречённым на ампутацию ноги, Вы остались жить с двумя ногами? Благодаря любви людей к воину. Врачи совершили сверхвозможное, чтобы сохранить Вам жизнь и здоровье. Это был их подвиг, не меньший, чем подвиг в бою. Такие же чувства владели женщиной в госпитале, которая, чтобы поддержать раненого бойца, казалось бы, в несбыточных условиях раздобыла то, чего хотелось Вам.

А что владело нашими душами, когда мы бросались в горящие дома, спасая детей и престарелых родителей тех, кто уничтожал наших детей и родителей на оккупированной территории? Чувства человечности, доброты и правды. И в абсолютном большинстве советские люди во время войны, да и после, жили правдой, любовью к ближнему, взаимовыручкой и добротой. Ни разговорная речь, ни цвет кожи, ни территория не делили нас. Так воспитала советских людей Коммунистическая партия.

Так бы и жить! Да не так случилось.

«Откуда же сегодняшняя наша озлобленность и раздражение по отношению друг к другу?»

Конечно, не только от недостатка товаров, искусственно созданного, и длинных очередей. В период Отечественной войны куда труднее было с продуктами и товарами, и очереди были подлиннее. Но такой злобы между людьми не было. Господствовали чувства доброты и взаимовыручки, а не парламентская болтовня, на которую люди иногда смотрят как на увеселительное представление, и не журнальная и газетная стряпня, которую многие не читают, а только просматривают и бумагу используют на хозяйственные и санитарные нужды. Указанные явления есть лишь побочные раздражители злобы людей. Главное — в другом!

Недавно меня пригласили в среднюю школу на теоретическую конференцию, организованную для учащихся десятых классов по теме «Великая Отечественная война». И что же? С первым рефератом выступила ученица десятого класса. Так вот, по имени Сталина топталась та девчушка, как только можно топтаться по какой-то выброшенной ненужной вещи.

Я вспомнил Зою Космодемьянскую, такую же десятиклассницу. Вспомнил её слова, когда она, стоя под виселицей с петлёй на шее, обратилась к людям, согнанным фашистами на её казнь: «Не плачьте, люди, правда победит! Сталин придёт и отомстит за меня и за ваши страдания». Дело не в самом Сталине, как личности. Дело в правде и вере в светлое будущее, о котором мечтала юная Зоя. Эту веру ей внушили школа, комсомол, партия, руководимая в те времена Сталиным. С этой верой Зоя боролась против фашистов, за правду и веру она отдала свою молодую жизнь. И её вера в победу сбылась!

После конференции я спросил девчушку-докладчицу: «С какой верой ты живёшь, веришь ли ты во что?» Девушка мгновенно сникла, недоумённо посмотрела мне в глаза и пожала узкими плечиками, опустив потом глаза вниз, да так и не ответила мне.

Конечно же, эта девушка живёт в безверии. Поэтому она легко поддалась наговору на Сталина того учителя-историка, который готовил конференцию. Готовил на материале, взятом из публикаций «историков» Волкогонова, Юрия Афанасьева и других фальсификаторов истории. А надо было бы школьному историку, создавая образ Сталина в Отечественной войне, использовать мемуары Г.К. Жукова, К.К. Рокоссовского, других советских полководцев, которые во время войны стояли наиближе к Сталину и объективно, уже после его смерти, создали его образ. Да что говорить, конечно, Советская Армия спасла мир от фашизма, однако — под руководством Сталина!

Как я уточнил, данный учитель-историк получил свое мировоззрение после того, как Никита Хрущёв произнес такие, по смыслу, слова: «Теперь нам нет надобности учить людей, что такое коммунизм. Надо учить, как строить коммунизм…» Многие идеологические работники всех уровней восприняли эти указания буквально и предали забвению пропаганду и изучение теории марксизма-ленинизма. Марксистско-ленинская наука преподносилась людям теперь в виде докладов и речей Хрущёва и Брежнева, написанных кем-то, а не ими самими…

Может быть, людям старших поколений в то время и не обязательно было преподавать «азы» теории марксизма. Они знали, куда идут и что строят. Ведь сумели же они спасти мир от порабощения фашизмом, в течение пяти лет возродить разрушенное войной народное хозяйство и вывести нашу страну на первое место в Европе и на второе — в мире по производству промышленной продукции. Ну а новое поколение что?..

Получив в советских школах образование, достигнув даже учёных степеней в различных науках, они ушли от мистицизма, но не пришли к диалектическому материализму. Как результат, в их душах образовалась пустота. А ведь известно, место пусто не бывает. Это место заполнили сумбур, хаос, ералаш, что видно из частых «круглых столов», выступлений многих депутатов, из публикаций в печати. Как раз во время становления этих поколений из-за рубежа в нашу страну (особенно сильно — с началом «перестройки»!) хлынуло всё порочное, чем богато буржуазное общество: стяжательство, алчность, бандитизм, проституция, наркомания и другие пороки, не свойственные нашему обществу, коммунистической морали и образу жизни людей социалистического общества.

В этом-то нечеловеческом состоянии — в полном безверии! — и погрязла большая часть новых поколений, в том числе и часть коммунистов.

Я, например, ознакомился с интервью секретаря ЦК ВЛКСМ А. Алейникова, которое он дал сотруднику журнала «Молодая гвардия» тов. Зенкову. Голова идёт кругом от этого интервью. А ведь Алейников учился на философском факультете Ленинградского университета! По его образу мышления становится ясным, какую продукцию в последние десятилетия дали гуманитарные факультеты нашей страны. Другого и не могло быть. Ведь мы, коммунисты, допустили такой курс руководства, который создал основу для деморализации общества, для разлада экономики, обнищания части народа, национальной и политической неурядицы.

Во всей этой совокупности многие не могли не впасть в неверие.

А могут ли наши люди обрести веру и возвратиться в нормальное состояние? В конце диалога Вы выразили уверенность, что жизнь наша нормализуется: «…для этого нужно время и большая работа всех нас. Время, работа и терпение».

А сколько потребуется того времени? Какая работа и кто такие все мы? Сколько времени и кому придётся терпеть? Об этом Вы не сказали. Что, работа по возвращению «блудного сына» к вере во Всевышнего, за которую так активно взялись нынешние «демократы»? Но Вы ж сами возмущаетесь религиозными войнами, которые ныне ведутся в западных областях Украины. А события 28 октября 1990 года в Киеве возле Святой Софии, где священники дубасили друг друга под бока, за длинные волосы тягали, древка хоругвей обрушивали на головы «святых отцов»! Спрашивается: с какой же верой они живут? Какие чувства владеют ими? Не что иное, как чувства немыслящих существ.

В безверии, и ещё раз — в безверии потонули многие наши люди, а потому теряют человеческую сущность. Вот об этом и надо говорить во всеуслышание.

А могут ли обрести веру и возвратиться в нормальное человеческое состояние? Могут! Надо только открыть им глаза на истину. А это может сделать только политическая партия, руководствующаяся учением марксизма-ленинизма.

С уважением

Владимир Викторович

ЧУЧКО.

г. Новоархангельск,

Кировоградская область,

Украинская ССР.

Хищники заслуживают не просто осуждения, а суда!

Уважаемые Викторы — Розов и Кожемяко!

Ваш диалог прочитал, и хочется вас поблагодарить за такой откровенный, глубоко аналитический разговор.

После Вашего, Виктор Сергеевич, рассказа о 23-летней жизни в многонаселённой коммунальной квартире я вспомнил и своё, очень похожее. Но ведь жили дружно!

«Откуда же сегодняшняя наша озлобленность и раздражение по отношению друг к другу?» — задаёт вопрос В.К.

Я считаю, это проявления инстинктивного характера, которые идут от животного мира. Они были подавлены, а вот в нынешнее время поднялись. Потому что за последние годы вовсю поощряются не только невоспитанность, бескультурье, но и самое настоящее хищничество. Право доступа к общественным богатствам совершенно незаслуженно и несправедливо получили люди, которые одержимы только хватательным инстинктом.

И эти хапуги, тянущиеся к тому, что было создано в течение 70 лет Советской власти всем народом, хотят всё захватить. А им государство вдруг предоставило для этого полную возможность! Разве в таких условиях может быть доброжелательное отношение людей друг к другу, как у нас было раньше?..

Чего стоит один только Ельцин, который, не будучи ни экономистом, ни обществоведом, ни умным политиком, руководствуется лишь своими личными амбициями, неся обществу большое, накопленное внутри зло. Он говорит от имени народа России, используя высшую власть в республике, а на деле создаёт реальную угрозу разрушения Советского Союза, развала всего и вся.

А ведь он совершил столько поступков, которые заслуживают не просто осуждения, а суда! Его поддерживают те, кто, к сожалению, не понимает этого…

Я. АЛЛАЯРОВ.

Юрист.

г. Стерлитамак,

Башкирская АССР.

* * *

Через полтора месяца, в марте 1991-го, вопрос о сохранении Советского Союза будет вынесен на всенародный референдум. И хотя большинство выскажется за то, чтобы СССР жил, предатели во власти сделают всё для уничтожения нашего большого общего дома. Это станет величайшей трагедией для миллионов советских людей, в том числе для Виктора Сергеевича Розова…

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14388/79/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Пн май 06, 2013 9:02 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Необходимый Виктор Розов

ОН ПРИЗНАН как один из крупнейших драматургов ХХ века. Событием советской театральной жизни стала постановка уже самой первой пьесы Виктора Розова «Её друзья» на сцене Центрального детского театра в 1949 году. Спектаклем «Вечно живые» по его пьесе открылся в 1957-м театр «Современник». А фильм «Летят журавли», снятый по его сценарию, был удостоен в 1958 году высшего приза Каннского кинофестиваля «Золотая пальмовая ветвь» и теперь значится среди лучших фильмов мирового кинематографа.

Но Виктор Сергеевич был не только выдающимся русским советским писателем. Он был и настоящим гражданином своего Отечества, великим патриотом. Особенно ярко это проявилось в последние годы его жизни — самое трагическое время для нашей страны. Когда в конце 80-х годов прошлого века он, доброволец Великой Отечественной, понял, какая опасность вновь нависла над Советским Союзом, честный писатель и отважный солдат мужественно встал на его защиту. А потом начинается борьба за Россию — за справедливую власть в стране, за её независимость, за самобытную и великую русскую культуру. Несмотря на преклонный возраст, Виктор Розов остаётся в первых рядах бойцов.

Его страстный публицистический голос, обращённый к соотечественникам, больше всего звучал в эти годы со страниц «Правды», которая стала для него самой главной газетой. Розов и «Правда» — большая тема. Ей и посвятил свою новую книгу обозреватель нашей газеты Виктор Кожемяко, много общавшийся тогда с Виктором Сергеевичем и опубликовавший целый ряд бесед с ним.

Книга под авторским названием «А Розов сказал: «Холуяж!» недавно сдана в издательство «Алгоритм». В нынешнем году, 21 августа, исполнится 100 лет со дня рождения В.С. Розова, и мы надеемся, что к этой знаменательной дате она выйдет. А пока публикуем фрагменты из книги (начало в номере от 12—15 апреля), чтобы читатели по достоинству оценили подвиг писателя-патриота, свершённый им в конце жизни. Сегодня Виктор Розов необходим нам так же, как тогда.

И вот — огонь по Советам

Вслед за августом 1991-го будет октябрь 1993-го. О том, как отнёсся Виктор Сергеевич Розов к расстрелу Верховного Совета, главное я уже сказал. Добавлю некоторые подробности.

ОН ПРЕДЧУВСТВОВАЛ ту трагедию. Время от времени мы говорили с ним по телефону, и я ощущал, в каком внутреннем напряжении находится он все эти месяцы после свержения Советской власти и уничтожения Союза. Внимательно следил за событиями. С горечью говорил о приватизации, ваучерах, о «шоковой терапии».

— Сколько нищих стало! Надо писать обо всём этом, а у меня сил нет. Болен… Хорошо, что вы пишете. Читаю «Правду»…

21 августа 1993 года ему исполнилось 80 лет, и я позвонил, чтобы поздравить.

— Как вы себя чувствуете, Виктор Сергеевич?

— Плохо… Боюсь, что прольётся большая кровь. Если что-то напечатаете от меня, пусть будет прямо сказано в адрес властителей: нельзя допускать крови!

Я это в «Правде» напечатал.

Но «братья интеллигенты» вокруг пели совсем другую песню.

Недавно его сын Сергей рассказал мне, как всё произошло на знаменитой встрече Ельцина с «творческой интеллигенцией» в Бетховенском зале. Розова позвали туда, однако слова не дали. А он чуть не задохнулся от всего, что здесь услышал, чуть сознание не потерял. И, выйдя из этого помещения, сказал, что такого холуяжа не было никогда — ни при Сталине, ни при Хрущёве, ни при Брежневе…

Вдохновили «творцы» палача. Кровь всё-таки пролилась. Большего страдания, как признается мне потом Виктор Сергеевич, не пережил он за всю свою жизнь.

Страдание было не только от прозвучавших залпов. Он видел: на глазах всё больше меняются люди. Страшно меняются. У многих вдруг стали отрастать звериные когти и хищные клыки. Что же далее будет с людьми и родной страной, которой насильственно навязана эта ядовитая среда обитания — безжалостный, беспощадный, ненасытный в алчности капитализм?

В декабре, на исходе трагического 1993-го, Виктор Сергеевич позвонил мне и попросил приехать к нему: «Написалось у меня что-то для «Правды».

Статья под названием «Мутанты» оказалась короткая, но, когда я её тут же прочёл, она пронзила меня. Такое же впечатление, появившись в газете, произвела на читателей. Об этом говорил мне Валентин Григорьевич Распутин, с которым в те дни я готовил большую беседу. Говорил и приехавший из Парижа писатель Владимир Максимов, к которому я тоже пришёл побеседовать для «Правды». Попав в эмиграцию из-за серьёзного конфликта с Советской властью, он теперь со страниц коммунистической газеты (в других не печатали) буквально проклинал ельцинский режим и всех, кто его поддерживал.

А Виктору Сергеевичу он просил передать огромный привет. И вот на что обратил я внимание. Сам Владимир Емельянович писал хлёстко, резко. Казалось бы, куда резче, нежели Розов. Однако именно его статью «Мутанты» он размножил на ксероксе, чтобы везти эти пачки для распространения среди русских в Париже. Значит, слово Виктора Розова, не такое уж вроде бы броское внешне, обладает какой-то особо действенной внутренней силой?

Да, да, это так. Ведь и в следующей нашей беседе, опубликованной в январе 1994-го, Виктор Сергеевич ни к каким особо эффектным фразам вроде бы не прибегал. Он говорил, как всегда, просто, но настолько искренне, прочувствованно, что на читателей это действовало неотразимо. И — опять масса откликов!

Откликнулись, впрочем, не только единомышленники. Прореагировали и те самые мутанты, о которых он написал. Взвился, например, в «Московской правде» журналист Лев Колодный, чью злобную статью, как наиболее характерную, я счёл нужным полностью в книге воспроизвести. Прочтёте и увидите, сколько же оскорбительно неправедной ненависти излил на голову благороднейшего Виктора Сергеевича её автор.

А кто он сам? В советское время — известный журналист газеты МГК КПСС. Известный в основном публикациями о памятных местах и знаменитых людях Москвы. Примерно за год-полтора до августа-91 произошёл у меня с ним такой эпизод. Начавшееся наступление на всё советское привело кое-кого в «демократической» журналистской среде к идее изменить дату праздничного Дня печати. Зачем отмечать 5 мая — день рождения «Правды»? Пусть будет 13 января — день выхода петровских «Ведомостей».

Тогда-то, будучи редактором «Правды» по отделу прессы и публицистики, решил я расспросить, все ли коллеги в других изданиях эту идею поддерживают. Позвонил и Колодному. О, как горячо воспротивился Лев Ефимович намерению переменить день профессионального праздника! И сколько лестных, громких слов услышал я от него в адрес «Правды»! Понятно, исход «перестроечного» противостояния окончательно ещё не был ясен, поэтому осторожный Колодный с полной откровенностью заявлять о себе не спешил (немало их было, таких «осторожных»: до поры до времени).

Зато как теперь обрушился на старого писателя — в том числе и за то, что связался с «Правдой». Уже одно это, по мнению Колодного, непростительно: хуже некуда. Вот вам и кульбит мутанта.

Вскоре у меня будет ещё одна возможность убедиться, каков он по сути своей, Лев Ефимович. Получилось так, что в начале 80-х, совершенно случайно, обнаружил он рукопись шолоховского «Тихого Дона». Одни считали, что она утеряна навсегда, другие утверждали, будто бы её никогда и не было: как же, ведь Шолохов — «плагиатчик», сам этой великой эпопеи он не писал…

И вот, ещё при жизни писателя, Колодный находит рукопись. Какое благородное дело совершил бы он, как облегчил бы последние дни жизни оклеветанного классика, если бы тогда же публично заявил о находке! Но… Колодный начинает длительную игру. С единственной целью: побольше выгадать лично для себя, побольше выторговать, получить за находку.

Отвратительная история, о которой рассказал я потом на страницах «Правды» в статье «Приватизаторы Шолохова» (её и комментарий к ней В.С. Розова вы прочтёте в этой книге).

Так вот, примечательная деталь. Шесть лет спустя после того, как Колодный публично расплевался с «Правдой», Розовым и со мной, он выпускает книгу «Как я нашёл «Тихий Дон» и дарит мне её. Знаете, какую сделал надпись? Лестную и намекающую: «Виктору Кожемяко, которого я давно уважаю. А он меня — нет… Л. Колодный. 11 апреля 2000 г.»

Но, поскольку хвалебной статьи о книге от меня не последовало, а на презентации её в Доме журналиста я задал Льву Ефимовичу весьма неприятный для него вопрос, он, вместо ответа, закричал, что я работаю… «в гнусной газете»! Забыв, что и коммунист Шолохов полвека был корреспондентом этой газеты, что многие свои художественные страницы он тоже впервые печатал именно здесь…

Вот такой человек ударил по Розову в «Московской правде».

Многочисленные отклики у меня, к сожалению, не сохранились. Могу привести потом лишь несколько. Ну и письмо театрального критика Бориса Поюровского, которое «Московская правда» всё-таки опубликовала тогда.

А я понимал: главное сейчас — не в оценке Виктора Розова как драматурга (к этой теме мы обратимся позже). Главное — в его отношении к нынешней власти и к советскому прошлому. Будь он в этом смысле на позициях Колодного, тот его и как писателя превознёс бы. Да вот позиции-то у них оказались противоположными, а раз так…

Огонь по Дому Советов стал во многом символическим. Потому что огонь по Советам — по советской истории, советским героям, советской культуре — уже несколько лет к тому времени вёлся из тысяч орудий в прессе и по телевидению. И этому посвящена была моя статья «Унять бы демонов в душе» — мой ответ Льву Колодному, моя защита Виктора Розова.

Хотя, как вы знаете, огонь по Советам из тысяч орудий продолжается и до сих пор…

Виктор КОЖЕМЯКО.

Мутанты

Боль писателя

Прочёл в газете о том, что в Москве-реке и в Яузе появились рыбы-мутанты — одни с глазами на животе, другие покрыты чуть ли не черепашьими панцирями, у третьих — крокодильи зубы, у четвертых — рога. Говорят, этих уродов показывали по телевидению — я не видел. Появились они в результате загрязнения, отравления воды. Употреблять в пищу этих рыб нельзя, можно сильно отравиться, а то и сразу умереть.

НА МОЙ ВЗГЛЯД, то же происходит у нас и со многими людьми. Причина одна и та же — изменение среды обитания. Но кто же сливает ядовитые нечистоты в поток нашего общественного развития? Безусловно, носители новой идеологии. Ну назовём это сменой ориентиров человеческих ценностей. Я не жалуюсь. Я не ругаюсь. Я стараюсь понять, почему, вследствие каких причин люди становятся мутантами. Вчера он был весьма тонким, отважным и доброжелательным журналистом, а сегодня я вижу через телевизор, как у него от злобы вылезают глаза из орбит и вот-вот они окажутся у него действительно на шее или лысине. Читаю статью какой-нибудь политизированной женщины — и испытываю чувство ужаса от летящей в меня слюны, пропитанной ядом ненависти. Слушаю оратора — и сознание моё раздваивается: этот оратор одарён Богом, всем своим творчеством он пробуждал в людях самые лучшие чувства, но вот теперь на трибуне будто в него вселился сам сатана — призывает к жестокости, к насилию, к избиению, вижу его хищные кованые клыки.

Мутанты взрослые, мутанты и дети, которым в сознание внедряется: «А я выиграл миллион». И дети идут воровать или заниматься проституцией. Да, да, вся эта мутация — от смены понятий о человеческом достоинстве, даже о самой человеческой сущности.

Сейчас усиленно пробуждается животное начало в человеке. Это декларируется с самого верха, утверждается всеми видами и средствами воздействия на человека — воздействия умственного и психического. В очень старой русской комедии есть такие строки:

Бери, тут нет больше науки,

Бери всё то, что можно

взять!

На что ж привешены нам

руки,

Как не на то, чтоб брать,

брать, брать!

Собственно, это стало лозунгом нашего времени. Подмена высших ценностей жизни низменными — главная беда. Она-то и порождает мутантов.

Я уж не говорю о наиболее ярких их представителях: бывших вождях разного разбора — коммунистических, ставших вдруг «демократами». Это самая ядовитая порода мутантов, это люди, просто потерявшие человеческое обличье, они могут проводить вивисекцию не только над одним человеком — над миллионами сразу. Мутант объявит «шоковую терапию» — и люди гибнут или, так же как рыбы, вынуждены приспосабливаться, и у них отрастают клыки и звериные когти.

Мне могут сказать: а раньше разве не было таких же тварей? Были! Но в неизмеримо меньших масштабах. В прежние времена щука и была щукой, крокодил — крокодилом, удав — удавом. А сейчас? Думаешь, это пескарь, а взял в руки — оказывается, гадюка. Начал разговор с самим осетром — ай-ай, беги! Это, оказывается, акула!

Мутанты прививают мне бездуховность, внедряют в меня вещизм, ненасытность, безжалостность, беспощадность к ближнему, если тебе это выгодно. Разбогатеть! Вот главный лозунг времени. И, как у зверей, — выживает сильнейший.

Нет, не это мне внушали с детства! «Витька, вон идёт нищий, сбегай, подай хлеб», — говорила мама, которая также говаривала: «Я люблю готовить, но голову сломала — из чего»...

Не это я вычитал из великих и добрых книг гениев человечества!

Не этому меня учили учителя!

Не на этом была основана наша крепкая дружба в юности!

Не такие люди меня окружали и все зрелые годы!

Бедность — плохо, бедность — беда, но бездуховность — страшнее. Она — родная сестра страшной идеи «всё дозволено».

Мысли, которые я сейчас высказываю, давным-давно и глубоко разработаны лучшими умами человечества. Я не говорю ничего нового, я их только повторяю, но их именно и надо повторять неустанно. Забвение истины — путь в дебри, в джунгли. Особенно страшно, когда интеллигенция мутирует, когда она, которая веками стояла на стороне униженных и оскорблённых, была поборницей добра и милосердия, вдруг, оскалившись, начинает вопить о мщении, о безжалостности, об уничтожении «врага». Кровь, пролитая при расстреле Дома Советов, навеки запятнала их пиджаки, фраки и мундиры. Слёзы матерей, отцов, жён, детей по убитым и покалеченным выступают белой солью на их упитанных лицах.

Они не испугались, даже не вздрогнули, когда настоящий фашизм показал своё лицо 3—4 октября на Краснопресненской набережной…

На мой взгляд, роль интеллигенции (особенно в нашей стране) должна сводиться к критике ошибочных поступков правительства всех уровней. Власти предержащие должны знать, что они находятся денно и нощно под мощными прожекторами общественности, особенно творческой интеллигенции как «чувствилища своего времени».

Закончу тем, с чего начал: изменилась среда обитания, породившая нынче не только уголовников разных уровней и мастей, но и людей-мутантов. Как выжить в этой новой среде и не потерять человеческий облик — дело каждого в отдельности. Просвещённых указаний на этот счёт нет. Но быть человеком всё же лучше, чем скотом.

Изменить же среду обитания могут только сами люди. Каким способом? Будем надеяться на новых избранников народа — тех, кто составил нашу Думу. Только не путём кровопролития! Только без гражданской войны!

Виктор РОЗОВ.

Сеются зубы дракона

Виктор Розов в беседе с Виктором Кожемяко

Пьесы замечательного драматурга Виктора Розова известны не только у нас в стране, но и в мире. Однако за последнее время гораздо большее внимание писателя привлекает жутковатый политический театр абсурда, который разыгрывается вокруг, а особенно — начальные результаты этого драматического, даже трагического действа для большинства россиян. Человек незаурядного жизненного опыта — прошлым летом ему исполнилось 80 лет — и обострённой совести, высокого гражданского чувства (достаточно сказать, что во время Великой Отечественной добровольцем ушёл на фронт и был тяжело ранен), этот человек никогда не кривит душой, потому его мысли о происходящем в стране заслуживают, думается, особого внимания.

Высокой идеи у сегодняшних правителей нет

— Виктор Сергеевич, мне хотелось бы начать с самого задевающего и острого, по-моему, что связано за последнее время в общественном сознании с вашим именем. После встречи творческой интеллигенции с российским президентом в Бетховенском зале весной прошлого года вы окрестили её крылатым словом «холуяж». Сразу после президентского указа от 21 сентября, перечеркнувшего Конституцию, сказали в «Правде» о своём предчувствии крови. А когда эта кровь пролилась, когда был расстрелян «Белый дом» и в «Независимой газете» появилось жестокое обращение к президенту собрания «демократической общественности Москвы» с призывом уничтожить в России всяческую оппозицию и как можно беспощаднее расправиться с участниками октябрьского сопротивления, вы опубликовали в той же «Независимой газете» своё письмо Ельцину, воззвав к разуму и милосердию. Причём авторов коллективного обращения нелицеприятно назвали людьми злобными, мстительными и трусливыми, а их призывы — антихристианскими, бесчеловечными, сатанинскими. Задолго до этого предупреждали: самое страшное — диктатура. Между тем интеллигенция, кажется, оправдывает и поддерживает новую Конституцию, способствующую по сути установлению режима единоличной власти. Что же, выходит, вы сами, всемирно известный писатель и деятель культуры, ставите себя в оппозицию к нынешней творческой «элите»?

— Я нахожусь в оппозиции лишь к определённой части интеллигенции, которая, на мой взгляд, не понимает того, что происходит, и поддерживает силы разрушения, методы насилия. Против этих я выступаю решительно. Но, право, среди интеллигенции немало людей, которые понимают ситуацию правильно, которые протестуют против жуткого эксперимента над великим народом, протестуют против насилия. Достаточно назвать хотя бы имена Станислава Говорухина, Юрия Власова, Никиты Михалкова, постоянного автора «Правды» профессора Сергея Кара-Мурзы. Или вот недавно я прочитал интересную статью Бориса Можаева, который поддерживает мою мысль, что земля не может находиться ни в чьей частной собственности. Впрочем, это мысль не моя, а Толстого. Я мог бы назвать много представителей интеллигенции, чьи позиции разделяю. Да простите, что вроде получается, как бы гречневая каша сама себя хвалит, но ко мне подходят люди где-нибудь в магазине, на рынке, в театре и говорят, что они поддерживают мои выступления.

Нет, не могу сказать, будто вся наша интеллигенция сошла с ума. Я думаю худо только о тех, кто призывает к насилию. Это не такой уж большой слой интеллигенции. Но он очень крикливый, и ему отводится очень много места на телевидении, в газетах, и они верещат, они трещат, и эти треск и верещание производят, очевидно, своё впечатление. Но напрасно власти считают, что голос этой части интеллигенции есть голос народа. Думаю, в том должны были убедить наших правителей и итоги выборов…

— Кстати, я хотел спросить, какое впечатление произвели на вас итоги выборов в Федеральное собрание?

— Выборы-то особенно ярко и показали, что не эта верещащая часть интеллигенции реально воздействует на людей. Да люди и сами просто видят жизнь как она есть, и они не хотят согласиться, что должны жить такой жизнью. Они спрашивают: за что? Почему на нас обрушилось такое несчастье? Вот ведь что в первую очередь показали эти выборы. Не было бы Жириновского — все эти голоса получил бы кто-то другой, только не пропрезидентский и проправительственный «Выбор России». У меня такое впечатление, что ещё больше голосов получила бы тогда партия коммунистов...

Да, та насильственная капитализация на американский манер, которая у нас проводится, она неорганична для нашей страны, она не может быть для нас реальностью, как не стал реальностью коммунизм. Но если коммунизм — это мечта о всеобщем благе, то развитой капитализм американского типа — это совсем не идеал. Коммунизм мог быть мечтой, идеалом для миллионов людей, а капитализм, несущий беду многим, идеалом и мечтой для них ну никак быть не может.

— Интересная мысль. Полностью согласен с вами, Виктор Сергеевич…

— Я вижу: сейчас у общества, у государства нет идеи. Оно сейчас животное, наше общество. Весь смысл лишь в том, чтобы питаться. И ещё — обогащаться, обогащаться любым способом. А высокой идеи, идеала у наших сегодняшних правителей нет. Это самое ужасное. Отсюда и распад государства. Я уже не раз говорил, что этот распад переживаю страшно, как самое большое несчастье. Не только как русский человек переживаю. Вот я ехал недавно по Украине и думал: Боже мой, я еду по чужой стране… Сжалось сердце: а ведь это моя Украина! Я не захватчиком был в ней — это моя Родина, которую я защищал во время Великой Отечественной войны. Это моя Родина, как и весь Советский Союз — и Кавказ, и Средняя Азия, где я бывал не раз и где мне было прекрасно, где у меня много хороших, добрых друзей.

Внушают, что вся наша великая культура — ничто

— А что, по-вашему, случилось с той частью ультрарадикальной нашей интеллигенции, которая, кажется, напрочь забыла о жизни народа, об интересах народа, в верности которым всегда вроде бы громогласно присягала? Да и носителем духовности в России интеллигенция претендовала быть. Что же сейчас с ней происходит?

— А вы её спросите. Спросите тех яростных защитников насильственных методов внедрения капитализма в нашей стране. Что их побуждает к этому? То ли им грезится, что в перспективе мы станем Америкой… Но мы же станем в лучшем случае банановой республикой! К этому всё идёт. Много сил есть, очень много целенаправленных сил, которые хотят сделать из нашей страны государство второго, а ещё лучше — третьего сорта. Сил извне и сил изнутри. Сейчас сеются зубы дракона, и будут всходы.

— Очень больно всё это переживать… А тут ещё один за другим уходят из жизни крупнейшие корифеи российской культуры — Козловский, Наталия Сац, Елена Гоголева. Будто огромные культурные пласты отпадают. Да и вообще с культурой у нас сегодня неблагополучно и крайне тревожно. Иван Семёнович Козловский сетовал в интервью незадолго до смерти: словно ветром уносимая, распадается духовная сущность России. Что вы думаете по этому поводу?

— Недавно я вам же вручил статью для «Правды» (она напечатана 5 января), в которой написал: произошла перемена ориентации ценностей. Это самое главное. И вот внедряется в сознание, что вся наша великая культура — ничто. Не только русская, а шире — та, которая была до революции и потом при Советской власти, в Советском Союзе, то есть все союзные республики я сюда включаю, называя её нашей отечественной культурой. Думаю, всё это делается сознательно, вытравливается именно самая сущность нашей культуры — духовность, которая создала великих творцов: Мусоргского и Достоевского, Толстого и Чайковского, Пушкина и Рахманинова. А на такой бездуховности, которую сейчас внедряют, не может взрасти ничего хорошего.

— Вы со своим творчеством в моём представлении — неотъемлемая часть советской культуры. Понятие советской культуры как вы расцениваете?

— Знаете, я расцениваю это так. Когда объявили метод социалистического реализма в приказном порядке, никто не понимал, что это такое, и никто не писал по методу социалистического реализма. Это была такая, я бы сказал, неудачная и преждевременная формулировка. Потому что литературное течение обозначают тогда, когда оно сильно развилось или когда оно кончается. Были в истории классицизм, романтизм, натурализм, когда течения эти широко себя показали. А тут литература и культура в целом как бы заранее объявили себя социалистическим реализмом… Однако теперь, когда целый исторический период нашего общества позади, мы, думается, вправе говорить о культуре эпохи Советской власти — со всеми её недостатками, но и с достоинствами.

Литература, может быть, менее богата была, чем другие виды искусства, хотя и в ней есть очень яркие имена. Причём всем республикам есть чем гордиться. Вспомните: киргиз Чингиз Айтматов, калмык Давид Кугультинов, аварец Расул Гамзатов, абхаз Фазиль Искандер… Широчайшей популяризации в стране и в мире советских литераторов, пишущих на национальных языках, много способствовали русские переводчики: они давали огромную аудиторию чтения, признание массового читателя.

Я не говорю уже о советском театре, о балете, в частности, над которым позволяли себе иногда иронически посмеиваться: дескать, тут мы впереди планеты всей. Но что же, так ведь и было: Марина Семёнова, Уланова, Лепешинская, Плисецкая, Максимова с Васильевым… Звёзды-то какие! Первой величины. А опера скольких дала? Тот же Иван Семёнович Козловский, Лемешев, Михайлов, Держинская, Обухова — потрясающая певица была. Ой, да разве всех переберёшь, сколько их было — изумительных артистов мирового масштаба.

— В общем, было, было кое-что. Нельзя сказать, что советская культура — это пустое место.

— Были очень хорошие спектакли, огромное количество. При всех своих мучительных родах, но такой великолепный, блистательный, тончайший спектакль, как «Дни Турбинных» в МХАТе, вышел ведь при Советской власти. Сколько режиссёров появилось замечательных! Товстоногов, Ефремов, Эфрос… Все яркие и все разные. Можно ли об этом забывать?

Талант может оказаться безнравственным

— Виктор Сергеевич, в своё время вы написали прекрасную пьесу «Вечно живые», и по ней кинорежиссёр Михаил Калатозов поставил столь же прекрасный фильм «Летят журавли», который триумфально обошёл весь мир. Скажите, а мог бы быть создан, на ваш взгляд, такой фильм в теперешние дни?

— Мне трудно сказать. Говорят, сейчас тоже создаются хорошие фильмы. Увы, их мало показывают. Совсем не показывают. И это очень печально, потому что для широкого зрителя отечественное кино как бы перестаёт существовать.

— Выдающийся кинорежиссёр Георгий Данелия в недавнем интервью «Российской газете» сказал, что, несмотря на наличие цензуры в нашем советском прошлом, реализовать свой талант тогда было проще, нежели теперь. Повальная коммерциализация губит искусство. Вот слова Данелии: продюсер даёт деньги, и его вкус, его прихоть — закон. По старой пословице: кто платит, тот и музыку заказывает. Государство же как бы бросило художников. Что вы об этом думаете?

— Многих настоящих художников в нашем обществе постигла сейчас, по-моему, некоторая растерянность, и они пишут, творят очень мало. Отчего у них эта растерянность? Может быть, ещё и оттого, что те ценности, в которые они были влюблены и которые в той или иной форме воспевали, нынче кажутся некстати?

Но идеалы были, и культура великая была, что там говорить. Это авторы некоторых появившихся за последнее время мемуаров да чересчур ретивые публицисты всё наше прошлое взахлёб порочат, как бы мстя ему. Напоминает мне это басню Крылова, в которой осёл лягает копытом умирающего льва. Тоже ведь очень горько! Мне совершенно непонятно, когда люди, получившие звания народных артистов Советского Союза, Государственные и Ленинские премии, снискавшие признание при Советской власти, клянут теперь эту самую власть, которая их родила, воспитала, дала дорогу в жизнь. Клянут решительно за всё. Это уж такая бессовестность, такое паскудство!

Они говорят, что, дескать, сами всего добились. Не сами! Талант — дар Божий, а условия, в которых он развивался, тоже ведь кое-что значат. Иметь возможность, скажем, окончить театральную, музыкальную или балетную школу, чтобы твой талант, отгранённый, имел широкое всенародное, а то и всемирное признание. И это всё дала тебе она, Советская власть! Так что погоди клясть её, наоборот — перекрестись и скажи спасибо. Да, ужасного было много, но тебе-то выпал счастливый билет…

— Увы, талант на поверку может оказаться безнравственным.

— Верно. Это, я бы сказал, всё равно что ругать отца, который тебя воспитал, кормил, поил, но отец пил. И вот ты, ставши всенародно и всемирно признанным, начинаешь кричать на весь свет: отец мой — пьяница! У меня в своё время был разговор со знаменитым Сартром — в начале 60-х годов в Париже. Я как раз прочёл тогда его книгу автобиографическую, где он, между прочим, написал: «Я родился, когда мой отец, к счастью, уже умер». И я сказал ему: «Как вы могли написать такое — «к счастью»? По-моему, это ужасно безнравственно». Позволил себе откровенно сказать это великому писателю и философу, потому что безнравственная его фраза меня потрясла. Не могу принять подобное и в устах отечественных культуртрегеров, поливающих отца-мать грязью.

— А вот ещё одна больная тема, связанная с сегодняшним состоянием нашей культуры. «Правда» недавно опубликовала заметку «Оставьте России хотя бы голос Марины». Речь о талантливейшей молодой певице, выпускнице Московской консерватории Марине Ивановой — бриллианте чистой воды. Не оскудела земля русская самородками! Но… радость знакомства с новым ярким дарованием была омрачена известием о том, что в ближайшие два с половиной года россияне не смогут услышать Марину. Оказывается, вскоре после окончания консерватории она стала победительницей конкурса оперных певцов в Германии — и ей тут же предложили работать в одном из немецких театров. И сколько фактов подобных сегодня!

— Да, к величайшему сожалению, продолжается и даже усиливается утечка не только умов, но и талантов. Это серьёзная угроза для будущего Родины как процветающего государства — отъезд больших учёных и больших талантов. Это ведёт к оскудению, которое может обернуться для страны духовной немочью. Таково горькое, обидное порождение времени, очень грозный и зловещий симптом для перспективы государства, которое не может дома достойно обустроить своих талантливых детей, бросая их по существу на произвол судьбы.

Возникли они на человеческой крови!

— Вы умудрённый годами, жизненным опытом человек, многое пережили и повидали на своём веку. Как, по-вашему, сможет ли всё-таки Россия спасти, вернуть свою духовность и культуру? Или мы обречены навсегда распрощаться с этим бесценным достоянием?

— Знаете, у меня, кроме надежды, мало на чём основанной, ничего нет. И, как ни больно сознавать, в последнее время всё больше появляется неверие в свою собственную надежду. Никогда, замечу, такого не было в моей жизни.

— С чем же это связано, Виктор Сергеевич?

— Это связано с изменением нашей среды обитания.

— А когда началось?

— Пожалуй, впервые особенно остро я ощутил, что надежда моя гаснет, где-то уже с полгода назад, а после расстрела Дома Советов я совсем испугался, что погибнет наша страна, раз её вожди прибегают к таким методам, когда люди в центре Москвы расстреливают других людей. Понимаете, я боюсь, я не хочу никакой гражданской войны, никакого насилия и вместе с тем не вижу мирных путей нашего возвращения к исконным духовным ценностям. Образовался какой-то тупик...

Я объехал несколько стран. И что же там сохранилось? Сохранился Парфенон в Афинах, сохранились египетские пирамиды и сфинксы, сохранились в Иерусалиме святыни религиозные. То есть всё, что связано с великими идеями. Скажем, Парфенон — это храм в честь древнегреческой богини Афины. Она миф, так ведь? Но что этот миф создал! Всё искусство древней Греции, древнего Рима, всё искусство Возрождения в конце концов, да и многие другие духовные ценности, можно сказать, мифом вдохновлялись. Я вспоминаю Пушкина: «Тьмы низких истин нам дороже нас возвышающий обман».

Люди, воздвигавшие пирамиды, верили, что те, кому эти памятники посвящаются, будут вечно живы. А вот разбойничающие сейчас в нашем государстве думают, что жизнь, которой они живут, есть единственная жизнь. Однако их ведь ждёт, как говорят все религии (все!), ещё и загробная жизнь! И она будет определяться по жизни, прожитой здесь, на земле.

Но есть и Божий суд,

наперсники разврата!

Есть грозный судия: он ждёт,

Он не доступен звону злата,

И мысли и дела он знает

наперёд.

Тогда напрасно вы

прибегнете к злословью:

Оно вам не поможет вновь,

И вы не смоете всей вашей

чёрной кровью…

А они думают, что живут вот в этой жизни — и им абсолютно всё можно делать. Типичное, о чём я уже писал и говорил, «всё дозволено». Они, по-моему, и церковь поддержали только для удобства правления своего. На самом же деле, убеждён, не верят в Бога. Если бы верили, не творили бы такое.

— Значит, оптимизма у вас поуменьшилось, Виктор Сергеевич?

— Да, к сожалению. Поскольку я вижу, что творится вокруг. А под конец хотел бы поделиться через вашу газету одним своим очень глубоким огорчением самого последнего времени. Дело в том, что начало работы Государственной думы и всего Федерального собрания я представлял себе так: депутаты встанут и почтят минутой молчания память безвинно погибших при защите своего предшественника — Верховного Совета. Должно было встать на колени всё правительство и поклясться устами любого из своих членов, что никогда ничего подобного не повторится. Произошла же национальная катастрофа, свершилось великой народное бедствие! Нет, не встали, не поклялись… А ведь они должны знать и всё время обязательно помнить, что возникли они на человеческой крови!

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14452/79/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Сб май 18, 2013 1:14 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Необходимый Виктор Розов

Виктор КОЖЕМЯКО.

Публицист Л. Колодный буквально обрушился на драматурга В. Розова. Но чего же он добивается своей злобной публикацией? Цель прежде всего — очернить, оклеветать, предать анафеме ненавистную коммунистическую идею и Советскую власть. Для этой чёрной работы выбрал себе «мишень» — писателя, пользующегося уважением народа, и, как пишет сам, достаточно скромного человека, не мелькающего на экранах телевизоров. На полемике с таким авторитетным автором можно больше завоевать благосклонности от тех, кому подыгрывает.

Колодный решил отчитать известного драматурга за то, что он посмел в «мерзкой «Правде» выступить с беседой «Сеются зубы дракона», где изложил своё видение сегодняшнего дня в нашей стране. Утверждает, никакой он не знаменитый человек — драматург В. Розов. Дескать, его пьесы не хотят ставить современные режиссёры, а в будущем тем более не поставят. Ну это, как говорится, время покажет, а не Колодный!

(Из письма в «Правду» преподавателя МВТУ им. Баумана Г. Крапивцева, февраль 1994 г.)

ОН ПРИЗНАН как один из крупнейших драматургов ХХ века. Событием советской театральной жизни стала постановка уже самой первой пьесы Виктора Розова «Её друзья» на сцене Центрального детского театра в 1949 году. Спектаклем «Вечно живые» по его пьесе открылся в 1957-м театр «Современник». А фильм «Летят журавли», снятый по его сценарию, был удостоен в 1958 году высшего приза Каннского кинофестиваля «Золотая пальмовая ветвь» и теперь значится среди лучших фильмов мирового кинематографа.

Но Виктор Сергеевич был не только выдающимся русским советским писателем. Он был и настоящим гражданином своего Отечества, великим патриотом. Особенно ярко это проявилось в последние годы его жизни — самое трагическое время для нашей страны. Когда в конце 80-х годов прошлого века он, доброволец Великой Отечественной, понял, какая опасность вновь нависла над Советским Союзом, честный писатель и отважный солдат мужественно встал на его защиту. А потом начинается борьба за Россию — за справедливую власть в стране, за её независимость, за самобытную и великую русскую культуру. Несмотря на преклонный возраст, Виктор Розов остаётся в первых рядах бойцов.

Его страстный публицистический голос, обращённый к соотечественникам, больше всего звучал в эти годы со страниц «Правды», которая стала для него самой главной газетой. Розов и «Правда» — большая тема. Ей и посвятил свою новую книгу обозреватель нашей газеты Виктор Кожемяко, много общавшийся тогда с Виктором Сергеевичем и опубликовавший целый ряд бесед с ним.

Книга под авторским названием «А Розов сказал: «Холуяж!» недавно сдана в издательство «Алгоритм». В нынешнем году, 21 августа, исполнится 100 лет со дня рождения В.С. Розова, и мы надеемся, что к этой знаменательной дате она выйдет. А пока публикуем фрагменты из книги (начало в номере от 12—15 апреля), чтобы читатели по достоинству оценили подвиг писателя-патриота, свершённый им в конце жизни. Сегодня Виктор Розов необходим нам так же, как тогда.

Кого хвалит гречневая каша

Ответ Виктору Розову, публицисту

Я уже писал, что каждое выступление Виктора Розова в «Правде» вызывало множество откликов. Как правило, горячо одобряющих, поддерживающих его позицию. Иногда в чём-то спорящих. Но были, хотя численно гораздо меньше, и отклики иные — злобные. Пожалуй, наиболее характерен среди них выкрик журналиста Льва Колодного в «Московской правде» (февраль 1994 г.), который именно поэтому я полностью включил в свою книгу о Розове. Вскоре в той же «Московской правде» Колодному ответил известный театральный критик Борис Поюровский, и его статью, с небольшим сокращением и своим комментарием, тоже считаю нужным привести на этой странице.

Виктор КОЖЕМЯКО.

С Виктором Розовым, известным драматургом, я бы никогда полемизировать не стал по проблемам драматургии, не будучи причастным к миру театра, имея к нему отношение только как зритель. Но патриарх советской русской драматургии в последнее время активно занялся публицистикой, пишет статьи и даёт интервью, находящие выход, в частности, на страницах газеты «Правда».

Последняя такая публикация состоялась во второй половине января. Под названием «Сеются зубы дракона» Виктор Сергеевич дал интервью сотруднику газеты «Правда», тёзке, Виктору Кожемяко, со своей стороны сопроводившему эту беседу изрядной долей ностальгии по недавним временам, когда коммунизм был государственной идеологией, а родная «Правда» её главным рупором, а также большой дозой лести по адресу драматурга. Его он величает «замечательным», известным «не только у нac в стране, но и в мире». Чуть ниже этих слов, показавшихся интервьюеру недостаточными, Виктор Сергеевич представляется «всемирно известным писателем и деятелем культуры».

Если Виктор Розов — всемирно известный драматург, то кто же тогда Вильям Шекспир? Может быть, они — одного поля ягоды? Неужели пьесам Виктора Сергеевича суждена такая же участь, и поколениям зрителей предстоит на спектаклях, поставленных режиссёрами будущего, страдать, любить, плакать и смеяться, духовно очищаясь и обогащаясь? Не уверен.

Поспорить же хочу не с драматургом, а публицистом Розовым, потому что стал замечать его как автора на страницах даже такой очаровательной газеты, как «Завтра», а это всего-навсего поменявшая название закрытая погромная газета «День», в одном из последних номеров доказывающая в статье, заполнившей целую страницу, что события в начале октября, бой у «Белого дома», спровоцировали... евреи, члены некой военизированной организации «Бейтар», а стреляли с крыш снайперы, подготовленные израильским «Моссадом», бывшие наши граждане с двойным гражданством России и Израиля, то есть всё те же евреи. На страницах этой же газеты Виктор Розов напечатал свои мемуары о друзьях, многие из которых были евреями... Не перевернулись ли они после такой публикации в гробах?!

И вот вслед за публикацией в «Завтра» возникает новая, в «Правде», где «всемирно известный» драматург предстаёт в ряду с теми, кто выступает против политики нынешнего президента, «протестует против насилия». Кто же эти протестанты, смельчаки, бросающие перчатку Борису Николаевичу?

«Достаточно назвать хотя бы имена Станислава Говорухина, Юрия Власова, Никиты Михалкова, постоянного автора «Правды» профессора Сергея Кара-Мурзы», — говорит Розов.

Да, такой вот список, такая, как говаривали в прошлом, обойма имён, закладываемая ныне не в один пулемёт, строчащий в сторону Кремля.

С двумя названными в этом списке авторами статей мне приходилось полемизировать. Теперь вот захотелось ответить и драматургу, занявшемуся политикой, начавшему борьбу с властью. Места для Розова редакции не жалеют, такого интеллектуала из московской элиты в рядах правой оппозиции пока что не было. Он высказывается и о социалистическом реализме, и о советской культуре, в частности, близкой ему драматургии:

«Были очень хорошие спектакли, огромное количество. При всех мучительных родах, но такой великолепный, блистательный, тончайший спектакль, как «Дни Турбиных» в МХАТе, вышел ведь при Советской власти. Сколько режиссёров появилось замечательных! Товстоногов, Ефремов, Эфрос... Все яркие и все разные. Можно ли об этом забывать?»

Действительно, режиссёры были замечательные и все разные. А вот то, что их стригли под одну гребёнку, что закрывали их театры, арестовывали, убивали режиссёров и лучших артистов, что драматургов отправляли в лагеря для трудового перевоспитания и о многом другом, когда заходит речь о недавнем прошлом драматургии и театра, разве можно умалчивать? Неужели театральная Москва успела забыть унижения Эфроса, не имевшего своего театра, пребывавшего в роли второго режиссёра Театра на Малой Бронной, куда ходили на его спектакли? Разве не Ефремову приходилось крутиться и изворачиваться, по пятнадцать раз устраивать просмотры для всевозможных комиссий, ставить спектакли, где той же самой «Советской власти» ему удавалось показывать дулю в кармане? Ну, а уж про «Дни Турбиных» вспоминать даже неприлично, пытаясь доказать наличие неких добродетелей у покойной власти.

Разве не автора этих самых «Дней» родная Виктору Розову власть лишила права быть драматургом при жизни? Разве нe он, начиная с 1925 года, не имел возможности у себя на родине публиковаться? Разве не его пьесы, отрепетированные на сцене Художественного театра, снимались с треском с репертуара, не о пьесах ли Булгакова всё та же мерзкая (особенно при Сталине) «Правда» публиковала разносные статьи?

Ну, а если по прихоти Иосифа Виссарионовича, по какой-то неразгаданной мистической причине «Дни Турбиных» появлялись строго дозированными на подмостках МХАТа, а сам гениальный вождь восемнадцать раз приезжал, как гласит легенда, лицезреть блистательную игру Аллы Тарасовой (которая в «Днях Турбинных» не играла! — В.К.), то что же об этом вспоминать, что же об этом-то тосковать, лить слёзы?.. Понять Виктора Розова можно. Его драматургия недолговечна, своё время она не пережила, умерла вместе с ним, вряд ли сегодня какой-нибудь режиссёр решится ставить спектакли даже по самым лучшим его пьесам, да и пойдёт ли публика смотреть на переживания его героев? А произошло это по той причине, что даже очень талантливые авторы в прошлом, и Розов в их числе, вынуждены были в бочку меда непременно добавлять ложку коммунистического дегтя. Нахлебались все этого пойла предостаточно, никто больше не хочет.

Не оставляет без внимания наш драматург-публицист и святая святых — метод социалистического реализма, вполне справедливо ставит знак равенства между ним и таким понятием, как «советская культура», отвечая на вопрос корреспондента: «Понятие советской культуры как вы расцениваете?». А расценивает вот так:

«Когда объявили метод социалистического реализма в приказном порядке, никто не понимал, что это такое, и никто не писал по методу социалистического реализма. Это была такая, я бы сказал, неудачная и преждевременная формулировка. Потому что литературное течение обозначают тогда, когда оно сильно развилось, или когда оно кончается. Были в истории классицизм, романтизм, натурализм, когда течения эти широко себя показали. А тут литература и культура в целом как бы заранее объявили себя социалистическим реализмом... Однако теперь, когда целый исторический период жизни нашего общества позади, мы, думается, вправе говорить о культуре эпохи Советской власти — со всеми её недостатками и достоинствами».

Да, конечно, никто у Виктора Сергеевича не отнимает права говорить и писать о культуре недавнего прошлого, которую он в меру своих сил и таланта, в меру своей способности приспосабливаться к обстоятельствам (цензуре, идеологии, генеральной линии партии на том или ином этапе и т.д.) продвигал вперёд своими пьесами. Но и у меня есть сегодня возможность полемизировать с ним, даже когда он выступает на страницах «Правды», чьё слово считалось законом. (Как известно из её истории, одному товарищу, чью фамилию исказил правдинский корреспондент в своём очерке, даже пришлось пойти в паспортный стол и исправить возникшее разночтение, потому что опровержений ошибок орган ЦК ВКП(б) не признавал).

А поспорить необходимо: разве можно спокойно читать о том, что у метода социалистического реализма были какие-то достоинства? Разве не этим методом, как дубиной, тараном, крушилось и ломалось творчество замечательных писателей, да и сама жизнь их переставала чего-то стоить, если они объявлялись противниками соцреализма, чуждыми его духу? Прежде чем писателей объявляли врагами народа и отправляли на Лубянку, далее — везде, в лагеря по всему пространству, где царила «Советская власть», их отлучали oт церкви, от метода «социалистического реализма». Надо ли сегодня приводить примеры для доказательства этой аксиомы? Разве дело в том, что этот самый злосчастный метод, придуманный на Старой площади в недрах отдела пропаганды и агитации ЦК ВКП(б), позднее обоснованный Максимом Горьким и тьмой литературоведов, выслуживавшихся перед всё той же партией и её идеологами, появился ПРЕЖДЕВРЕМЕННО? Что поспешили его обозначить в 1932 году? Не придумали бы тогда, придумали бы чуть позже или чуть раньше, потому что не могли не придумать, потому что так называемая «политика партии в области литературы» существовала со времён появления всем памятной статьи Ильича о партийной организации и партийной литературе, а случилось это событие аж 13 ноября 1905 года в годы первой русской революции. А в результате последующих революций русская литература, как и Россия, и её народ, понесла непоправимый урон, произошло бегство большей части писателей за рубеж: Бунин, Андреев, Зайцев, Бальмонт, Куприн, Шмелёв, Ремизов, сбежал, не выдержав унижений, Максим Горький... А если возвращались, то умирать, чтобы покончить с собой, как Марина Цветаева, или писать романы, такие лживые, как «Хлеб» Алексея Толстого, статьи «Если враг не сдаётся, его уничтожают», какие стал сочинять толкователь и пропагандист нового метода Горький.

Можно ли вообще видеть какие-то достоинства в пороке, во лжи? Но метод соцреализма — в сути своей именно порочен, потому что он предполагает наличие в реализме (бочке меда) коммунистическую ложь (ложку дегтя). Иначе метода — нет! Не было этой лжи у Андрея Платонова, ему и писать не давали, Сталин обозвал его заочно «сволочью», ну а очно травили его сталинские клевреты. Всё это факты уже, можно сказать, старые, общеизвестные, но почему-то Виктором Розовым, перешедшим двумя ногами на позиции партийности, оказались вдруг забытыми. Потому и приходится напоминать о них. (Потому и появился в «Иркутской истории» рядом с нормальными героями образ шагающего в коммунизм экскаватора — согласно методу).

Но все рассуждения корреспондента и драматурга относительно советской культуры, coцреализма не самое существенное в интервью в «Правде». Taм плач стоит, и рыдают Кожемяко и Розов пo материям ещё более возвышенным: по коммунистическим идеалам, по социалистическому образу жизни, когда Виктору Сергеевичу дышалось легко и свободно. Розов убеждён, что новый экономический строй, с такими мучениями утверждающийся в России, зло ещё большее, чем социализм.

Цитирую. «...Да, та насильственная капитализация на американский манер, которая у нас проводится, она неорганична для нашей страны, она не может быть для нас реальностью, как не стал реальностью коммунизм. Но если коммунизм — это мечта о всеобщем благе, то развитой капитализм американского типа — это совсем не идеал. Коммунизм мог быть мечтой, идеалом для миллионов людей, а капитализм, несущий беду многим, идеалом и мечтой ну никак для них быть не может».

На эту эскападу корреспондент «Правды» немедленно реагирует:

«Интересная мысль. Полностью согласен с вами, Виктор Сергеевич...»

С чем и хотелось бы поздравить маститого мэтра, нашёл достойных союзничков! Нашёл-таки идеал, о чём и спешит порадовать современников, которые при виде драматурга где-нибудь в магазине, на рынке, в театре подходят к нему и говорят, что они поддерживают его выступления в печати последнего времени. Действительно, как не подойти запросто на рынке или в магазине к живому Шекспиру, к «всемирно известному» современнику и не пожать ему руку, не солидаризироваться. Почувствовав, что перебрал, Виктор Сергеевич извиняется: «Да простите, что вроде получается, как бы гречневая каша сама себя хвалит». Не беспокойтесь, Виктор Сергеевич. Сами себя вы не особенно хвалите, вы человек достаточно скромный, на экране телевизора не мелькали особенно.

В роли гречневой каши хвалите вы такую заразу, как коммунистические «идеалы», кажущиеся сегодня вам невинной мечтой. Поэтому и хочется мне вашу правдинскую похлёбку, вашу гречневую кашу, извините меня за грубость, спустить в унитаз, смыть холодной водой. Виктор Сергеевич, вы же прожили на земле 80 лет, неужели в вашем возрасте полагаете, что какие-то самые лучшие мечты, став целью государственной политики, могут принести народу благо, особенно такая мечта, как коммунизм? Разве вы продолжаете верить в такую мечту, когда где-то какие-то граждане работают по способности? Когда сидит папаша и то землю попашет, то стихи начинает писать лесенкой, как мечталось Маяковскому? Социальная мечта изначально нереальна. Чем больше попыток её реализовать, тем она отдалённее, тем ближе пахнет кровь у носа тех, кто засучив рукава берётся за претворение мечты такого свойства в жизнь.

Где вы у нас в Москве видите, что происходит насильственная капитализация на американский манер? Даже если вы не бывали в Соединённых Штатах, то и тогда должны были бы знать, что там, за океаном, каждый трудящийся зарабатывает на порядок больше, чем в стране победившего было развитого социализма.

Ваши нынешние правдинские друзья ездили в эту самую Америку, в другие развитые капиталистические страны, покупали себе там всё, вплоть до мелочей, галстуков, запонок, спичек, сигарет, а потом, обрядившись во всё заморское, начинали писать статьи, клеймящие американский империализм, появлялись на экране телевизора, демонстрируя свои импортные костюмы и американских бродяг, бездомных и безработных.

Наше несчастье не в том, что мы пытаемся сейчас реально догнать Америку, строя рыночное, капиталистическое, если вы хотите, общество. А в том, что не знаем, как это сделать правильно, не знаем, как справедливо разделить общегосударственную собственность, как создать так называемый «средний класс», который бы взял на свои плечи державу, начал бы работать и производить не только ракеты и БТРы, но и хорошие видики, хорошие лимузины, хорошие костюмы и обувь.

Посмотрите на Москву, Виктор Сергеевич, какие замечательные сооружения появляются на её улицах, когда их начинают строить американскими методами, быстро и хорошо, используя самые современные строительные материалы. Я имею в виду здание офиса напротив Центрального телеграфа, гостиницу на Тверской…

«Я вижу, сейчас у общества, у государства нет идеи. Оно сейчас животное, наше общество. Весь смысл лишь в том, чтобы питаться. И ещё — обогащаться, обогащаться любым способом. А высокой идеи, идеала у наших сегодняшних правителей нет. Отсюда и распад государства».

Нет, не отсюда, а потому что у наших правителей пусто в казне, потому что у них не идей нет, а валюты мало, потому что демократическая Россия в наследство от коммунистического Союза ССР получила пустую казну, долги, разорение и бедность миллионов трудящихся.

Но произошло сие не из-за отсутствия идеалов у нынешних правителей, как считаете вы, ругая на чём свет президента и его команду. А потому, на мой взгляд, что у Бориса Николаевича твёрдости не хватает, верности своему же слову. Все помнят, говорил публично недавно, что Егор Гайдар останется! Останется в правительстве. А где сегодня Егор Тимурович? Минувшей весной получил президент поддержку народа на референдуме, а парламент решился распустить только осенью. Вот и пришлось бить из пушек, против чего вы решительно возражали.

Но к чему пришли? Цитирую последний раз: «Я не хочу никакой гражданской войны, никакого насилия и вместе с тем не вижу мирных путей нашего возвращения к исконным духовным ценностям. Образовался какой-то тупик».

Каким таким ценностям, коммунистическим? Не видите путей мирного возвращения, значит, видите только путь насильственного возврата к утраченным идеалам, разлюбезному социализму и его литературному методу... Остановитесь, переведите дух, даже если сами оказались в духовном тупике. Так бывало не только с вами, с каждым нормальным человеком случается подобное. Но ведь вам впереди померещилась справедливая война, точнее говоря, гражданская война. Но разве стоит любой самый лучший идеал самой лучшей гражданской войны?! Даже самой маленькой, почти бескровной? Забыли ли вы о той слезе, что не давала спокойно жить Достоевскому? Кажется, забыли. Слёзы и идеалы несовместимы.

Лев КОЛОДНЫЙ.

Не уверен — не пиши!

Лев Колодный решил публично со страниц «МП» (17 февраля с.г.) преподать урок общественной добродетели Виктору Розову, сразу же оговорив, что он не стал бы полемизировать с известным драматургом, если бы тот не вторгся в публицистику. Да ещё на страницах таких изданий, которые ужасно несимпатичны Колодному. И тут же популярно объяснил, почему именно он не одобряет позиции некоторых авторов газет «Правда» и «Завтра». Однако…

...При чём же здесь Розов? Разве он редактирует эти издания? К чему все эти пассажи, исполненные в лучших традициях столь ненавистной Колодному партийной прессы, когда с помощью различных манипуляций с цитатами подменялся истинный смысл и навешивались несправедливые, убийственные ярлыки?

Наконец, разве не личное дело каждого решать, где ему изложить свою точку зрения? Важно лишь при этом соблюсти элементарные правила: быть честным, правдивым, доказательным, корректным, компетентным. Но, увы...

Должен Вас огорчить, господин Колодный: Виктор Сергеевич Розов действительно известен во многих странах мира. Фильм «Летят журавли», снятый по его сценарию, ещё в 1957 году получил главный приз на Каннском международном кинофестивале и с тех пор обошёл едва ли не все экраны планеты. А пьесы Розова с успехом ставились не только у нас и в странах Восточной Европы, но и в США, Канаде, Японии, Великобритании, ФРГ, Испании, Австрии, Австралии, Италии, Франции, Швеции, Греции, Турции, Египте, Китае, Бразилии, на Кубе, в Израиле, Аргентине, хотя отечественная цензура и бывшее Министерство культуры СССР действительно приложили немалые усилия к тому, чтобы этому воспрепятствовать.

Вы справедливо пишете о том, в каких муках рождались лучшие спектакли Товстоногова, Ефремова и Эфроса, «забывая», что они ставили пьесы... Розова. «Современник» начал свою биографию с его «Вечно живых». Анатолий Эфрос проснулся наутро знаменитым после премьеры пьесы Розова «В добрый час!». Кстати, и в Ленкоме Эфрос дебютировал пьесой Розова «В день свадьбы» — знаменитый был спектакль! И у Товстоногова шли многие произведения Виктора Сергеевича.

Что верно, все они выпускались с трудом, но при чём же здесь Розов? Его «вина» состояла лишь в том, что он писал правду, подмечая в жизни то, мимо чего проходили другие. «Важно, не кем я буду, а каким», — скажет Андрей Аверин из «Доброго часа». Не это ли обострённое чувство современности стало причиной запрещения многих пьес Розова, которые с большим трудом попадали на сцену?! Не потому ли одна из поздних его пьес — «Гнездо глухаря», талантливо поставленная Валентином Плучеком в столичном Театре Сатиры, была встречена хорошо организованным заговором молчания в прессе, ибо автор посмел посягнуть на святая святых и рассказать о подлинных нравах, царящих в высших эшелонах власти?

Однако что до всего этого господину Колодному, если он полагает, что в «Иркутской истории» рядом с нормальными героями появился образ (?!) шагающего в коммунизм экскаватора? Но не было там такого образа, это какое-то наваждение! К тому же «Иркутскую историю» — одну из лучших пьес 50—60-х годов — сочинил не Розов, а Арбузов, но это уж так, к слову, «мелочи жизни»...

Впрочем, таких сенсационных «мелочей» в публикации Колодного — хоть пруд пруди! Оказывается, у Эфроса не было своего театра в Москве. Выходит, что в Ленкоме и на Таганке главным режиссёром служил не сам Анатолий Васильевич, а его двойник или того хуже — какой-то самозванец. Вот здорово! А Сталин, оказывается, ездил 18 раз на «Дни Турбиных» во МХАТ, чтобы лицезреть блистательную игру Аллы Тарасовой. Откуда Колодному знать, что первой исполнительницей роли Елены Тальберг была В.С. Соколова? Что позднее её играли К.Н. Еланская и О.Н. Андровская? Да и зачем ему всё это, если главная задача Колодного доказать, что Виктор Сергеевич Розов лично причастен к трагической судьбе автора «Дней Турбиных» и многих других талантливых писателей, актёров, режиссёров, загубленных в сталинских лагерях, раз он смеет утверждать, что в те годы могли появляться выдающиеся произведения литературы и искусства.

Но что поделаешь, если как раз на тот период выпала доля родиться и творить Прокофьеву, Шостаковичу, Эйзенштейну, Мейерхольду, Таирову, Ахметели, Курбасу, Михоэлсу, Цветаевой, Ахматовой, Мандельштаму, Булгакову, Олеше, Платонову, Пастернаку, Маяковскому, Фальку? Их личная судьба во многом была действительно трагична, но разве это хоть в какой-то степени может умалить вклад каждого из этих колоссов в сокровищницу отечественной и мировой культуры?!

К тому же по иронии судьбы именно на этот отрезок времени приходится расцвет творчества других выдающихся художников, чудом избежавших репрессий. Так что же — теперь объявлять коллаборационистами Маршака, Чуковского, Образцова, Чабукиани, Марецкую, Плятта, Раневскую, Уланову, Рихтера, Мравинского, Ильинского?! Зачем? Чтобы доказать «состоятельность» концепции Колодного?

Мой оппонент сомневается, станут ли современные режиссёры ставить пьесы Розова? «Если Виктор Розов — всемирно известный драматург, то кто же тогда Вильям Шекспир? Может быть, они — одного поля ягоды? Неужели пьесам Виктора Сергеевича суждена такая же участь, и поколениям зрителей предстоит на спектаклях, поставленных режиссёрами будущего, страдать, любить, плакать и смеяться, духовно очищаясь и обогащаясь? Не уверен».

В другом месте Колодный позволяет себе писать: «Понять Виктора Розова можно. Его драматургия недолговечна, своё время она не пережила, умерла вместе с ним». И добавляет: «Все эти факты уже, можно сказать, старые, общеизвестные, но почему-то Виктором Розовым, перешедшим двумя ногами на позиции партийности, оказались вдруг забытыми».

Вынужден снова огорчить Л. Колодного. И пьесы, и фильмы Розова пока, во всяком случае, остаются в действующем репертуаре. И при чём здесь Шекспир? Разве кто-нибудь утверждал, что Розов — второй Шекспир? По мне — так вполне достаточно того, что он — первый Розов. А уж кому сколько суждено оставаться на сцене или экране, рассудит сама история, зачем ей наши подсказки?

Что же касается партийности Розова, то он-то как раз никогда ни в какой партии не состоял, хотя и мог бы вступить, к примеру, перед боем под Вязьмой осенью 1941 года, где был тяжко ранен…

Мне не хочется продолжать полемику с господином Колодным, пусть его филиппики останутся на совести моего оппонента. Хочу лишь в заключение сказать, что я и сам не всегда соглашаюсь с Виктором Сергеевичем. Но, следуя заповеди Вольтера, готов умереть за то, чтобы любой человек получил возможность высказать своё мнение. Иначе какая же это демократия? Только тоталитаризм не разделял это суждение великого французского просветителя. Но ведь господин Колодный как будто тоже против тоталитаризма?

Или только как будто...

Борис ПОЮРОВСКИЙ.

Уточняющий комментарий

ЕСТЕСТВЕННО, очень обрадовала меня, как и Виктора Сергеевича, эта публикация в «Московской правде». Обрадовала прежде всего тем, что нашёлся-таки честный, совестливый человек, причём в охваченном крайней смутой театральном мире, который, не стерпев хамской неправды Л. Колодного, решил публично высказать свою правду в защиту драматурга и публициста В. Розова. Большое спасибо за это говорил и сегодня говорю Борису Поюровскому!

Хочу лишь, слегка перефразировав заключение его статьи, отметить, что не во всём с ним соглашаюсь. Верно определив выдающееся место Виктора Розова в современной ему советской драматургии и советском театре, к месту приведя впечатляющие факты мировой его известности (каков хотя бы список стран, где шли розовские пьесы!), автор статьи стремится доказать, будто всё это было как бы вопреки советскому строю жизни, который, получается, только и делал, что препятствовал проявлению и утверждению таланта художника.

Например, говорится о «запрещении многих (?!) пьес Розова, которые с большим трудом (?!) попадали на сцену», хотя такое обобщающее и категоричное утверждение, мягко говоря, сильно преувеличено. Как и другое, относящееся к успешной постановке пьес Виктора Сергеевича во множестве театров мира: якобы «отечественная цензура и бывшее Министерство культуры СССР… приложили немалые усилия к тому, чтобы этому воспрепятствовать».

Эти и другие подобные заявления, не соответствующие действительности, потребовались, конечно, для того, чтобы противопоставить Виктора Розова советской жизни, в которой он существовал. Но есть ли для этого реальные основания? Не хочу сказать, что не возникало у Виктора Сергеевича проблем с тем же Министерством культуры, что не вступал он никогда в противоречие или даже конфликт с кем-то из редакторов, критиков или с цензурой, но запрещён-то был, да и то совсем ненадолго, лишь «Кабанчик». Всё остальное шло и шло — шире некуда…

И сегодня, что особо важно отметить, розовские пьесы продолжают идти во многих театрах нашей страны и так называемого ближнего зарубежья. Насколько же ошибся Лев Ефимович Колодный, констатируя якобы немедленную их смерть и предрекая им полное забвение! Сейчас, почти двадцать лет спустя после его злобного пророчества, только в Москве пять очень разных театров представляют зрителям спектакли по пяти пьесам Виктора Сергеевича. Причём идут эти спектакли с подлинным успехом.

Впрочем, к этой теме далее мы ещё обратимся. А здесь, говоря о самочувствии гражданина и театрального автора Виктора Розова в советском времени, подчеркну самое главное, что без обиняков написал о себе (и затем не раз повторял) он сам: «Я счастливый человек».

Так что не надо пытаться задним числом делать из него несчастного.

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14522/34/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Вт май 21, 2013 11:40 am 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Святыни требуют святого отношения

Виктор КОЖЕМЯКО.

Тема не новая. Уже приходилось писать об этом. Но перемен к лучшему не заметно — может быть, даже хуже становится. Значит, нельзя молчать.

РЕЧЬ О ТОМ, как исполняются сегодня песни Великой Отечественной войны и написанные позднее, но посвящённые ей песенные шедевры.

Вообще-то, прямо скажем, исполняются они нынче совсем редко. Раньше ветераны по-особому ждали Дня Победы ещё и потому, что хотя бы в этот день, раз в году, могли услышать по телевидению, радио, с эстрады дорогие сердцу слова, положенные на полюбившиеся мелодии. Теперь же и 9 мая они почти не звучат. А если звучат, то как?

Вот по телеканалу ТВЦ транслируется большой концерт с Поклонной горы. Он, кажется, стал уже традиционным, идёт несколько часов и завершается вплотную к праздничному салюту. Масса людей. Всеобщее возбуждение, приподнятое настроение. И на это должны лечь песни, родившиеся в далёкие суровые годы и хранящие не только память о них, но и волнующее, трепетное, пронзительное чувство.

Когда кто-то из исполнителей (не многие, только некоторые!) это чувство до собравшихся доносил, даже огромное людское море затихало. Так было, например, когда Алексей Гоман пел «Тёмную ночь» или когда на сцене была мужская группа «Kvatro»: прекрасные голоса и отменный вкус, а главное — глубокое понимание того, что они поют.

Но было ли такое понимание у большинства взявшихся на этом концерте за святыни нашего песенного искусства? Увы!

Выходят четыре девицы. На высоких каблуках, юбки выше колен. Пританцовывают по привычке. В самый раз и восхитить бы им публику чем-нибудь привычным из своего репертуара. Ну, скажем, так:

А я люблю военных,

Красивых, здоровенных…

Однако раздаётся вдруг совсем иное. В той же манере, в какой исполняет эта безголосая и пошлая попса нынешние «шлягеры», начинают они одну из самых потрясающих песен о войне:

Эх, дороги…

Пыль да туман,

Холода, тревоги

Да степной бурьян.

Знать не можешь

Доли своей:

Может, крылья сложишь

Посреди степей.

Как сочетать несочетаемое? Как совместить эти святые строки поэта Льва Ошанина и поистине святую музыку моего земляка-рязанца Анатолия Новикова с той несуразицей, жуткой пошлостью, что происходит на сцене и передаётся в эфир?

А ведь участники этого главного концерта 9 мая постарались изуродовать множество замечательных песен: и «Огонёк», и «На солнечной поляночке», и «Соловьи»… Если верно говорится, что песня — душа народная, то душу здесь просто вынули. За ненадобностью? Или этим исполнителям неведомо, что такое душа в искусстве?

Больно за песни, созданные на века. Они беззащитны. И в каком неприглядном виде преподносят это наше величайшее национальное достояние молодым поколениям!

Кто-то рано или поздно должен будет за такое преступление отвечать.

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14544/34/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Чт май 23, 2013 7:25 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Необходимый Виктор Розов

Виктор КОЖЕМЯКО.


В связи с предстоящими выборами президента идёт настоящая истерия по отношению к лидеру Коммунистической партии и кандидату от Народно-патриотического блока Геннадию Андреевичу Зюганову. Идёт на него большая атака, а по телевизору — просто травля, прямо скажу. Однако должна же быть хоть элементарная справедливость!

Положения, которые Зюганов высказывает, мне нравятся. Но ведь их всячески стараются дискредитировать! Используя самые недостойные приёмы… И мне крайне не понравилось выступление Ельцина, когда он сейчас (уже в преддверии выборов!) очень резко и очень злобно заявил: «Я не допущу коммунистов, не будут коммунисты!» Погоди, а как же тогда выборы? Они для чего? Просто для вида, что ли? Странно это: «Я не допущу...»

(Виктор Розов в беседе с Виктором Кожемяко, май 1996 г.).

ОН ПРИЗНАН как один из крупнейших драматургов ХХ века. Событием советской театральной жизни стала постановка уже самой первой пьесы Виктора Розова «Её друзья» на сцене Центрального детского театра в 1949 году. Спектаклем «Вечно живые» по его пьесе открылся в 1957-м театр «Современник». А фильм «Летят журавли», снятый по его сценарию, был удостоен в 1958 году высшего приза Каннского кинофестиваля «Золотая пальмовая ветвь» и теперь значится среди лучших фильмов мирового кинематографа.

Но Виктор Сергеевич был не только выдающимся русским советским писателем. Он был и настоящим гражданином своего Отечества, великим патриотом. Особенно ярко это проявилось в последние годы его жизни — самое трагическое время для нашей страны. Когда в конце 80-х годов прошлого века он, доброволец Великой Отечественной, понял, какая опасность вновь нависла над Советским Союзом, честный писатель и отважный солдат мужественно встал на его защиту. А потом начинается борьба за Россию — за справедливую власть в стране, за её независимость, за самобытную и великую русскую культуру. Несмотря на преклонный возраст, Виктор Розов остаётся в первых рядах бойцов.

Его страстный публицистический голос, обращённый к соотечественникам, больше всего звучал в эти годы со страниц «Правды», которая стала для него самой главной газетой. Розов и «Правда» — большая тема. Ей и посвятил свою новую книгу обозреватель нашей газеты Виктор Кожемяко, много общавшийся тогда с Виктором Сергеевичем и опубликовавший целый ряд бесед с ним.

Книга под авторским названием «А Розов сказал: «Холуяж!» недавно сдана в издательство «Алгоритм». В нынешнем году, 21 августа, исполнится 100 лет со дня рождения В.С. Розова, и мы надеемся, что к этой знаменательной дате она выйдет. А пока публикуем фрагменты из книги (начало в номере от 12—15 апреля), чтобы читатели по достоинству оценили подвиг писателя-патриота, свершённый им в конце жизни. Сегодня Виктор Розов необходим нам так же, как тогда.

В предыдущей публикации фрагментов из книги о Викторе Розове, которая готовится к печати («Правда» от 17—20 мая), можно было прочитать злобный выпад против него журналиста Льва Колодного, появившийся в феврале 1994 года в «Московской правде». Поводом стала наша с Виктором Сергеевичем беседа в «Правде» под заголовком «Сеются зубы дракона».

Что же вызвало крайнее раздражение и поток обвинений в адрес советского писателя В. Розова у вчерашнего советского журналиста Л. Колодного, ставшего вдохновенным певцом капитализма? По существу, конечно, Лев Ефимович вышел из себя потому, что, в отличие от него и множества других перевёртышей, Виктор Розов не изменил своего отношения к коммунистической идее, социализму и советскому периоду нашей истории. Именно это и возбудило Колодного. Именно поэтому и написал он свою полную возмущения статью.

«Цель прежде всего — очернить, оклеветать, предать анафеме ненавистную коммунистическую идею и Советскую власть», — совершенно верно написал тогда автор одного из писем в «Правду». Откликов на столкновение Л. Колодного с В. Розовым пришло много, но в то время опубликовать их не удалось. Некоторые вы прочтёте в сегодняшней подборке.

Тема отношения к ценностям советской эпохи и ныне чрезвычайно актуальна. Пожалуй, актуальность её даже ещё более возросла. Вот почему я счёл необходимым включить в книгу о В. Розове свою статью «Унять бы демонов в душе», которая появилась в «Правде» вскоре после нашего диалога «Сеются зубы дракона». На этой странице публикую отрывки из неё.

Виктор КОЖЕМЯКО.

«Цель — очернить, оклеветать, предать анафеме»

Ответ читателей антирозовцу и антиправдисту Хищников бесит идея справедливости

Господин Л. Колодный, как и мадам В. Новодворская, много выступает с публикациями на страницах газеты «Московская правда». Открылась возможность сполна излить свою ненависть к коммунистической идее, Советской власти, объединиться со стремлениями и действиями нарождающейся спекулятивной буржуазии, задача которой — во что бы то ни стало капитализировать матушку Россию. Благо, «демократическая» печать услужливо предоставляет свои издания для подобных авторов.

Но не так-то просто стало оболванивать простой люд. Да и настоящая демократическая печать, такие газеты, как «Правда» и «Советская Россия», дают отповедь зарвавшимся писакам от «демократии».

Содержательные статьи таких известных авторов-правдистов, как профессор С. Кара-Мурза, писатель В. Распутин, Ю. Власов, а также бывшие диссиденты Зиновьев, Максимов, являются примером правдивого, реального освещения того, что с нами произошло и происходит. Среди этих авторов — Виктор Розов.

В «МП» от 17 февраля с.г.

Л. Колодный решил отчитать известного драматурга за то, что он посмел в «мерзкой «Правде» выступить с беседой «Сеются зубы дракона», где изложил своё видение сегодняшнего дня в нашей стране. «Правда» такими публикациями помогает людям снять зашоренность с глаз. «Правда» доносит до людей Правду! Пусть не изгаляются господа «идеологи-демократы», но ленинская идея об общерусской правдивой газете как никогда сегодня востребована. Потому-то «Правду» притесняют и закрывают, но она должна жить.

Публицист Л. Колодный буквально обрушился на драматурга В. Розова. Но чего же он добивается своей злобной публикацией? Цель прежде всего — очернить, оклеветать, предать анафеме ненавистную коммунистическую идею и Советскую власть. Для этой чёрной работы выбрал себе «мишень» — писателя, пользующегося уважением народа, и, как пишет сам, достаточно скромного человека, не мелькающего на экранах телевизоров. На полемике с таким авторитетным автором можно больше завоевать благосклонности от тех, кому подыгрывает.

Утверждает, никакой он не знаменитый человек — драматург В. Розов. Дескать, его пьесы не хотят ставить современные режиссёры, а в будущем тем более не поставят. Ну это, как говорится, время покажет, а не Колодный! Он же далее начинает ворошить негативные и трагические события становления советской культуры. Что Советская власть унижала, запрещала, физически устраняла режиссёров и лучших артистов. И пошло, пошло…

Нам, родившимся в 20-х годах и позже, горько за трагедию Мейерхольда и других деятелей культуры и литературы. Но не Советская власть повинна в этом! Изначально природе Советской власти чуждо насилие. Однако во всяком обществе, особенно на стадии его становления, всегда есть радикалы всех мастей, завистники, клеветники. Эта страшная сила может делать своё чёрное дело, вплоть до физического устранения своих соперников. Они и сейчас есть, эти чёрные силы. Призывал же М. Захаров расправиться с инакомыслящими — противниками «демократии»! Найдутся исполнители. А разве танковый расстрел неугодного Верховного Совета не пример этому?

Колодный приводит «факты» гонения Советской власти на деятелей культуры и литературы более позднего времени. Упоминаются О. Ефремов, ныне покойный Г. Товстоногов. Между тем нам известно, что они удостоены всех возможных почестей и наград! Какие тут притеснения и ущемления? Непонятно.

Трудно не специалисту говорить о литературе советского периода. И всё же любой грамотный человек в понятие соцреализма вкладывает отображение литературой советской социалистической действительности. Как же можно утверждать, что соцреализм был дубиной и тараном, крушившими и ломавшими творчество писателей? Аполитичной литературы нет нигде. Она обязательно несёт какую-то идею.

Естественно, советские писатели (во всяком случае, большинство их) привносили в своё творчество коммунистическую идею. Вот за это и ругают «демократические» критики В. Маяковского, М. Горького, А. Толстого. И вы, господин Л. Колодный, за то же поносите В. Розова — за коммунистическую идею в его драматургии. Но разве эта идея — самая прекрасная идея справедливости — хуже собственнической, хищнической установки, на которой строится безжалостный капитализм?

Чуть не целую газетную полосу Л. Колодный отводит доказательству недоказуемого. Ведь всем понятно: идёт сегодня насильственная капитализация страны, обогащение нечестных, воровских людей, грабителей, а с другой стороны — обнищание трудового люда. Почему социальная мечта, по Л. Колодному, есть изначальная нереальность? Ведь лучшие умы человечества — французские социалисты-утописты (того времени), английские политэкономы, немецкие философы и, наконец, русские революционные демократы своими трудами подвели человечество к осуществлению социальной справедливости.

С Великого Октября на основе строго научного марксистского учения началось претворение этой мечты в реальность. Более 70 лет неимоверного народного труда, невзгод, лишений, трагедий и жертв превращали мечту в действительность. Человек труда на себе познал социальную справедливость! Но вот в наш общий советский дом пришла страшная трагедия. Внешние силы и внутренняя мелкобуржуазная стихия затормозили, если не прервали, наше движение к социальной справедливости. Для абсолютного большинства народа — это огромная беда.

Но вы, господин Л. Колодный, пытаетесь убедить нас в обратном. Это — ложь!

Г. КРАПИВЦЕВ.

Преподаватель МВТУ

имени Н.Э. Баумана,

кандидат технических наук.

Это типично для перевёртышей

Г-н Колодный! Вы, вероятно, в восторге от учинённого драматургу Виктору Розову «разноса» за его интервью правдисту? А напрасно! Ваш ответ — типичный для современных перевёртышей-приспособленцев набор бездоказательных обвинений и амбициозных претензий, не более того.

Не буду спорить, г-н «обличитель», о выплеснутых вами оценках советской литературы и творчества писателя Виктора Розова. Ведь смешно полемизировать с человеком, насчитавшим в «той» литературе всего два имени, с публицистом, не знающим значения слова «реформа», но при этом посвятившим себя обличению надуманных «противников реформ». Можно только посочувствовать: ведь по признанию академиков в вашей же газете, опрос выявил, что такие, то есть нынешние «реформы» поддержали лишь 8 процентов населения.

Ну а об очевидном промахе ваших неметких стрел в Виктора Сергеевича говорят многочисленные аудитории, собираемые для встреч с ним и кинопросмотров «Журавлей» и других шедевров, время которых, как вы опрометчиво поспешили объявить, «прошло».

Меня в вашей статье заинтересовали сногсшибательные откровения современного «борца-радикала» насчёт нынешних российских «реформ». Оказывается, неудача строительства «рыночного общества» (автор прямо называет его капиталистическим) происходят от того, что «мы… не знаем, как это сделать правильно» (видимо, «мы» — это верхи государства и наёмные работники радикальных СМИ). Такое признание (или обвинение?) в глобальном непрофессионализме выбравших и оправдавших, без народного благословения, путь «шоковых» потрясений не часто попадает на страницы правой (или околоправой) печати. Не понятны только ваши крокодиловы слёзы по поводу ухода из номенклатурной элиты «реформаторов»-гайдаровцев. Или вы их исключаете из числа сановных неумех? Если так, то это просто восхитительно!

Что касается брани в адрес «Правды», то не грешно освежить в памяти поведение родной газеты во времена, когда она выходила по ведомству партийного горкома и обкома.

Или вы всерьёз полагаете, что «независимые» СМИ перестали заниматься «перебором»? Ведь вы и подобные вам коллеги не устаёте ежедневно рассказывать побасенки о 75-летнем развале второй в мире державы (когда же при этом она успела стать такой?), о чуть ли не сотнях миллионов репрессированных (кто же тогда победил в величайшей войне и вывел страну на второе место в мире?) и т.д. и т.п.

Следовать вашему примеру по части использования не понравившегося чтения для туалета я не стану, а сохраню этот ваш опус как образец «эпистолярного жанра» невымерших динозавров.

Без почтения

Н. КУЛАГИНА.

Доцент.

г. Москва.

Драконьи зубы капитализма

Стыдно за вас, Лев Колодный, когда читаешь ваш «выговор» прекрасному человеку и писателю Виктору Сергеевичу Розову. Какая развязность, бесцеремонность, какое хамство! Наконец-то подобные вам получили возможность раскрыть своё подлинное лицо, и оно, лицо это, оказалось просто отвратительным…

Почему вы считаете, что все, как и вы, обязаны ненавидеть советское время и великую советскую культуру? Почему убеждены, что каждый, равняясь на вас, обязан любить Ельцина и Егора Гайдара? Почему надо, как Колодный, плевать в социализм, при котором наша страна стала по-настоящему великой, и, опять же как Колодный, восхищаться капитализмом, в который нас загоняют?

Нет, меня и моих товарищей гораздо больше убеждает то, что высказано Виктором Розовым в его беседе с Виктором Кожемяко «Сеются зубы дракона». Мы все на себе ощущаем сегодня, как сеются эти злые и беспощадные драконьи зубы, от которых нашей стране и абсолютному большинству нашего народа — только несчастье.

С неуважением

Владимир НИКИФОРОВ.

Инженер.

г. Коломна.

Советская правда берёт верх!

Чем покоряет в газете автор читателя, заставляет его прикипеть к предложенной публикации? Меня лично — выбранной из жизни проблемой, способностью управлять словом и, конечно, личностью самого автора. А пуще землетрясения боюсь перевёртышей, которых вокруг, к сожалению, стало очень много. Скажу так: ныне честная позиция автора — дороже всего. А уж если всё названное объединяется в творческом человеке, то результат бывает особенно сильным.

Два таких творческих человека вели беседу, которая опубликована в «Правде» под заголовком «Сеются зубы дракона». Это изумительный драматург Виктор Розов и журналист Виктор Кожемяко, чьи работы я всегда читаю с большим интересом. Радует, что эти двое — единомышленники друг с другом и со мной. В их диалоге — моя атмосфера, моя система координат, в которой я страдаю и мыслю, надеюсь и верю, оставаясь человеком в страшное смутное время.

Но вот явление Льва Колодного с его «Ответом Виктору Розову, публицисту» резануло ножом по сердцу. Нас ведь уже буквально затопили морем лжи и ненависти в писаниях, фильмах, спектаклях о советском периоде нашей истории. Всё самое чистое и светлое, самое дорогое душе советского человека залито грязью. И, однако, продолжают заливать! А стоит прозвучать такому честному голосу, как у Виктора Сергеевича Розова, сразу же, словно с цепи, срываются рьяные перевёртыши-капитализаторы, чтобы поставить неугодного и неудобного автора «на место».

Только не очень-то у них получается. Вот и Колодный, язвящий, оскорбляющий, унижающий своего оппонента, демонстрирует лишь безграничные амбиции да высокомерие, на которое он вряд ли имеет право. Сколько бы ни изощрялся, я верю не ему, а Розову. Для меня несомненен его нравственный авторитет, сложившийся из очень искренних пьес и фильмов. А также из биографии человека, не способного на предательство. Это Колодный вчера легко мог писать одно, а сегодня — столь же легко! — совсем другое, противоположное.

В Розове чувствуется глубокая убеждённость, которую не сломить лихим кавалерийским наскоком политического конъюнктурщика. Понимаешь: человеком основательно продумано и выстрадано всё, что он говорит. Если даже с чем-то, в частностях, я не вполне согласен, у меня есть уверенность, что мои доводы он воспримет с должным вниманием, будет аргументированно и всесторонне их обсуждать.

Колодный же решил доказать «правду капитализма» не аргументами, а оскорблениями. С моей точки зрения (уверен, не только с моей), ничего у этого Льва не получилось. Правда Виктора Розова берёт верх! А значит, наша советская Правда…

Владислав ШЕРСТЮКОВ.

Полковник Советской Армии.

г. Москва.

Унять бы демонов в душе

Разговор об отношении к ценностям советской истории

Вместо петуха на исходе «новогодней политической ночи» по телевизору надрывно прокричал крутой демократ Карякин. Он воззвал к стране: «Россия, одумайся! Ты — одурела». Россия не удовлетворила карякиных тем, что во время выборов отвергла выбор, который они заранее сделали за неё. Почему же отвергла? Пришлось задуматься и власть имущим, и обслуживающей их прессе.

По сигналу тревоги

Уже через день после выборов один из авторитетов радикально-демократической публицистики — Отто Лацис написал в «Известиях» следующее: «Не могу не обратить горькие слова к самому себе, ко всем коллегам-журналистам. На нас лежит большая доля вины... Мы упивались «крутой» журналистикой, пренебрегая элементарным разъяснением читателю сложных явлений жизни. Мы соревновались в уничтожении общественных идеалов по делу и без дела: кто страшнее вывернет наизнанку всё, чему поклонялся. Пора и нам одуматься».

Знаменательное признание! С определённым покаянием и призывом на будущее...

Сегодня очевидно, что холодный душ декабрьских выборов стал в какой-то мере отрезвляющим рубежом для нынешних властных и идеологических структур. Достаточно вспомнить, сколь быстро провозгласили они себя патриотами, перехватив лозунги самой непримиримой оппозиции, как упорно начали вдруг твердить во все рупоры о необходимости социальной переориентации реформ. Ну а чем отозвались резонные мысли о более бережном отношении к идеалам?

Оказывается, были и герои

Говоря о геростратовых заслугах журналистов в том, что произошло за последние годы, известинец выразился очень точно: «Мы соревновались в уничтожении...»

Согласен с коллегой. Действительно, усилия определённой прессы были направлены на уничтожение прежде всего. На уничтожение в памяти народной того светлого и доброго, героического и святого, что дала, наряду с горестным и трагическим, советская эпоха.

«Главным достижением» её категорически объявлялись «горы трупов». Объявляются кое-кем и до сих пор (я дословно процитировал сейчас статью Бориса Сопельняка из «Российской газеты» за 11 марта). А коли так, коли горы трупов — главное, ни о чём другом в той эпохе говорить не рекомендовалось. Слава богу, тотальный абсурд этот всё-таки нарушен.

И вот в «Известиях», где работает О. Лацис, к 60-летию знаменитой челюскинской эпопеи появляется материал, который ещё совсем недавно никак нельзя было представить в этой газете. Вопрос перед двумя компетентными полярниками поставлен неоднозначно: чем являются те события — подвигом, трагедией или преступлением Сталина, пославшего людей на неминуемую смерть, «как считают некоторые современные авторы»? Ясно, какие ответы с помощью именно этих авторов были бы найдены редакцией ещё недавно. Теперь же разговор идёт с другими людьми. И их развёрнутая, убедительная аргументация завершается твёрдым выводом: «Это подвиг… Ярлык «преступление» к челюскинским событиям не клеится».

Другая дата: 90 лет со дня рождения Валерия Чкалова. Как изгалялись по поводу «славного сталинского сокола», чьи заслуги будто бы сильно преувеличены! А вот нынче и разные газеты, и телевидение отметили юбилей величайшего лётчика вполне достойно. Вспомнили даже (весьма кстати!), что в США стоит памятник в честь легендарного чкаловского перелёта — в Москве же улица Чкалова «отменена».

По-хорошему удивила меня газета «Труд», опубликовавшая пронзительный материал об Александре Матросове. В день его 70-летия. Удивило не только то, что бывший коллега по «Правде» не пропустил этот день. Удивило, что известный журналист и популярная газета, внесшие, увы, немалый вклад в огульное развенчание нашего советского прошлого, на сей раз сочли необходимым вступиться за него. Приведу большую цитату из этой заметки, поскольку считаю ее принципиальной:

«Здравствуй, страна героев!» — много лет мы с удовольствием подпевали задорной Любови Орловой и действительно гордились своими героями. Были среди них и дутые, придуманные, но больше — настоящих. Часто ли вспоминаем их сейчас, произносим их имена, чтим?

Ответим искренне: нет. Больше того, иные недобросовестные люди избрали своим делом осквернение праха, скрупулёзно ищут в героических биографиях грязь, вносят «уточнения» — всё, мол, не так, все военные и трудовые подвиги, мол, совершались в приказном партийном порядке. Не миновала горькая чаша и Александра Матросова.

Неуважаемые борзописцы! Один «крохотный» контраргумент: многие из вас ходят по этой земле и радуются жизни благодаря объектам ваших исследований, тем более ответить критикам погибшие не могут.

Живые обязаны героев защищать, хотя бы в знак благодарности. На земле беспамятства хорошо растут только сорняки».

Прекрасно сказано! Что ж, будем всегда помнить эту истину? Будем защищать своих героев и по заслугам воздавать им должное? Тем более что герои не только среди ушедших, но и среди тех, кто пока рядом с нами. Наши ветераны…

О чувстве такта и верности правде я думал также, когда смотрел по останкинскому каналу новый телефильм-размышление, подготовленный к 60-летию первого космонавта планеты.

Понимаю, как нелегко было авторам найти и выдержать верный тон в разговоре о Юрии Гагарине, вокруг которого тоже успели нагородить массу кривотолков и небылиц. Вплоть до отделения его подвига от достижений советской науки и техники, которых вроде бы и не существовало. Академик Борис Раушенбах говорит об этом в телефильме прямо: «Журналисты взяли дурацкую манеру сплошняком чернить советское прошлое. Я специально подчеркиваю: дурацкую манеру…»

Как бы солидаризуясь с мыслью советского академика и словно в пику «демократическому ревизионизму», которому сам в своё время отдал модную дань, один из наиболее квалифицированных советских журналистов космической темы — Ярослав Голованов написал в своей замечательной статье «Прогулки с Гагариным» («Комсомольская правда» за 10 марта): «Гагарин был истинно советским человеком, не «совком», а именно советским в лучшем смысле этого слова... Гагарин был человек идейный. Опять-таки нынче это слово бранное: «идейный» почти приравнено «идиоту». Советскую власть Гагарин любил искренне: она его, деревенского парнишку, образовала, в трудные годы кормила и одевала в ПТУ, он стал тем, кем мечтал стать в отрочестве — военным лётчиком. Простое происхождение не только не препятствовало его пути в космос, наоборот, помогло стать космонавтом».

Спасибо за правду, Ярослав!

Бей дубинкой по голове!

Однако не все, нет, далеко не все коллеги-журналисты одумались. Когда речь заходит об оценке нашего недавнего советского прошлого, многим по-прежнему изменяет чувство объективности и элементарной правды.

Очень хотят доказать: жить стало лучше, жить стало веселее. Но, поскольку сама жизнь аргументов для этого не даёт, приходится идти на откровенную ложь, то и дело поминая всуе «чёрные семьдесят лет». Как будто чем сильнее их вычернить, тем светлее нынешний день покажется. Увы!

Да, говорить об эпохе Советской власти многие наши коллеги по-прежнему дозволяют себе и другим лишь в контексте репрессий. Иного не дано. За иное — дубинкой по голове.

Ярким примером такой дубины может служить реакция автора «Московской правды» Льва Колодного (номер от 17 февраля) на мою беседу с драматургом Виктором Розовым («Правда», 19 января).

Многое из того, что я хотел сказать Колодному в связи с этой его публикацией, уже высказал

1 марта через ту же «Московскую правду» в статье «Не уверен — не пиши!» театральный критик Борис Поюровский. И всё-таки кое-что надо бы добавить.

Что особенно возмутило Колодного в высказываниях Розова? Прежде всего — признание самого факта существования великой советской культуры. Литературы советской, советского театра, кино, которые в лучших своих творениях принадлежат не только времени, когда создавались, но и будущему.

Несколько лет назад «Литературная газета» опубликовала шумную статью «Поминки по советской литературе». Дескать, была, но померла. Колодный идёт ещё дальше: вообще ничего не было. Называет только Булгакова и Платонова — в связи со «сталинскими гонениями», которым они подверглись. «Забыл» даже такого советского писателя, как нобелевский лауреат Шолохов, за честь которого, помнится, сам активно вступался в печати. Не потому ли «забыл», что Шолохов был коммунистом, а это сегодня в концепцию Колодного никак не вписывается?

Поюровский в своей статье значительно (и вполне, справедливо!) расширил круг выдающихся имён, представляющих культуру советского периода. Можно и ещё расширить его. Что поделаешь, как ни раздражает, как ни бесит кого-то даже слово «советская» применительно к культуре, а она, говоря словами поэта, «существует — и ни в зуб ногой».

Вот и Виктор Сергеевич Розов — достойная часть этой культуры. В предисловии к беседе я назвал его замечательным драматургом, известным не только у нас в стране, но и в мире. Как же взвихрился Колодный, немедленно обвинив меня в лести: «Если Виктор Розов — всемирно известный драматург, то кто же тогда Вильям Шекспир? Может быть, они — одного поля ягоды?»

Смешной довод. А если всерьёз, то куда же денешь действительно всемирно известный фильм по сценарию Розова «Летят журавли»? Как быть с его пьесами, которые обошли сцены десятков стран мира?

Да и с категорическим утверждением, что розовская драматургия недолговечна, Колодный явно опрометчив. Мол, «вряд ли сегодня какой-нибудь режиссёр решится ставить спектакли даже по самым лучшим его пьесам». А я на днях прочитал в «Комсомолке», что Олег Табаков (которого столь почитаемые Колодным американцы называют «волшебником из Москвы») хочет поставить «В поисках радости»: «Чтобы юный герой на глазах у всех рубил обливную дублёнку, а кто-то своими ручонками потными тянулся бы спасать рукав от неё».

В пьесе это — протест против культа вещей, культа потребительства и стяжательства. Тут, кстати, и ответ Колодному насчёт коммунистических идеалов, за «рыдание» по которым он клеймит Розова. Вздумал Виктор Сергеевич в нашей беседе заявить: «Коммунизм мог быть мечтой, идеалом для миллионов людей, а капитализм, несущий беду многим, идеалом и мечтой для них ну никак быть не может». Но разве это неверно, если понимать идеал как стремление к справедливости и большей духовности? И не потому ли Олег Табаков берётся сегодня за пьесу Розова, что вдохновлена она была именно этим стремлением? А вот нынешнее молодое поколение, как отмечает режиссёр, «неожиданно и в одночасье подвели к мысли, что всё можно купить. Это ложь. Когда я был молодым, конформизмом считалось холуйство по отношению к идеологии, к властям предержащим. Сегодня — синдром холуйства по отношению к доллару».

Этот синдром пронизывает и статью Льва Колодного, который словно неразумного мальчишку отчитывает восьмидесятилетнего писателя за то, что ему, видите ли, не нравится насильственная капитализация России на американский манер. Колодному-то очень нравится! Он и мощное доказательство в свою пользу приводит: посмотрите, дескать, как хороши здание офиса напротив Центрального телеграфа и гостиница на Тверской, построенные «американскими методами». Восторг и упоение! Он, всю свою журналистскую жизнь писавший об исторических памятниках Москвы, теперь уже ничего лучше этого офиса и этой гостиницы в российской столице не находит...

А тон, которым журналист позволяет себе разговаривать с одним из самых светлых и уважаемых деятелей нашей культуры! В выборе выражений не стесняется. «Нахлебались все этого пойла предостаточно, никто больше не хочет» — так сказано о пьесах Розова. «Хочется мне всю вашу похлёбку, вашу гречневую кашу, извините меня за грубость, спустить в унитаз, смыть холодной водой» — это об интервью Розова «Правде».

Стремясь вконец добить неугодного писателя, беспощадный журналист пригвоздил его и таким обвинением: «не в тех» газетах выступает. Не в тех, которые по душе Колодному. А когда Поюровский логично возразил, что это личное дело каждого — решать, где ему изложить свою точку зрения, в ответ последовало: нет, не личное! Стало быть, Колодный будет решать и за Розова, и за всех нас, кому в каких изданиях выступать...

Откуда же она, ностальгия?

Всех, кто посмеет сказать хоть что-то доброе о советском периоде, воинствующие радикал-демократы тут же уличают в ностальгии по прошлому. И Розова в этом Колодный уличает (забывая, что автора «Белой гвардии» и «Дней Турбиных», которого он как бы противопоставил Розову, колодные тех времён тоже травили за ностальгию по прошлому — дореволюционному).

Откуда же ностальгия сегодня? Чётко высказался на этот счёт Юрий Власов: «Политика Ельцина делает российские народы коммунистическими. В советском прошлом люди ищут избавления от чумы сегодняшней действительности».

Вот вам, господин Колодный, и ответ по поводу ностальгии. А ваши рассуждения, что «демократическая Россия в наследство от коммунистического Союза ССР получила пустую казну, долги, разорение и бедность миллионов трудящихся», уже мало кого убеждают. Разорение-то произошло, как все видят, благодаря именно усилиям «демократов». Это они принялись всё крушить. Вместо того чтобы, по резонному замечанию академика Никиты Моисеева в «Новой ежедневной газете», «исправить то, что плохо, а не разрушать то, что хорошо!»

Было оно, хорошее. Было. И много! Не чёрными сплошь останутся в памяти людской советские годы, в которых ещё предстоит разбираться и разбираться историкам. Что же касается нас, современных журналистов, то в подходе к этим годам читатели ждут, наверное, побольше честности и объективности. А поменьше — предвзятости и злобности, идеологической заданности и клоунского ёрничества, когда, скажем, о той же челюскинской эпопее молодой газетчик восклицает: «О, это была игра всех времён и народов! По сути, это была отчаянная игра со смертью, тотальная русская рулетка». Или когда бойкий фельетонист издевательски ставит рядом, на одну доску, Чикатило и... Павлика Морозова. Маньяка-убийцу, погубившего десятки людей, и мальчика, павшего под ножом убийц!..

Симптоматичной кажется мне в этой связи такая мысль из проекта «Соглашения о достижении гражданского согласия в России»: «Стороны, воздавая должное величию российской истории, её героическим и трагическим страницам, вкладу поколений наших граждан, отдавших силы служению Отечеству, будут избегать оскорбительных оценок прошлого, навешивания ярлыков».

Вот хорошо бы! Но будет ли это?..

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14587/34/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Пн май 27, 2013 10:30 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
В Президиуме ЦК КПРФ

Виктор КОЖЕМЯКО.


23 мая состоялось заседание Президиума Центрального Комитета КПРФ. Открывая его работу, Председатель ЦК КПРФ Г.А. Зюганов подвёл итоги важнейших политических акций, которые были организованы коммунистами в мае. Празднования Дня международной солидарности трудящихся, 68-й годовщины Победы в Великой Отечественной войне и Дня пионерии носили массовый характер и ещё раз подтвердили статус КПРФ как ведущей оппозиционной силы страны. Г.А. Зюганов также сформулировал ряд задач, стоящих перед партией в ближайшей перспективе.

Президиум рассмотрел вопрос о ходе подготовки II (июньского) совместного пленума ЦК и ЦКРК КПРФ. С докладом выступил член Президиума, секретарь ЦК КПРФ Ю.В. Афонин. В обсуждении приняли участие И.И. Мельников, В.И. Кашин, Н.Н. Иванов. Пленум состоится 22 июня.

Участники заседания заслушали информацию Ю.В. Афонина о росте численности партийных рядов в Карельском республиканском, Алтайском и Красноярском краевых отделениях КПРФ. В состоявшемся обмене мнениями приняли участие Е.А. Ульянов, С.И. Юрченко, А.Н. Амосов, Н.М. Харитонов, Н.В. Коломейцев, П.В. Романов, Д.Г. Новиков, В.С. Никитин, С.П. Обухов, А.А. Пономарёв, Л.И. Калашников, В.И. Кашин, И.И. Мельников. Подвёл итоги обсуждения Г.А. Зюганов. Принято соответствующее постановление Президиума.

Решением Президиума утверждена структура Центрального Комитета и постоянных комиссий ЦК КПРФ. В обсуждении вопроса участвовали П.В. Романов, В.С. Романов, С.М. Сокол, В.Г. Поздняков, А.В. Корниенко.

Участники заседания заслушали информацию члена Президиума, секретаря ЦК КПРФ Л.И. Калашникова об основных направлениях международной деятельности КПРФ. В состоявшейся дискуссии приняли участие Н.В. Коломейцев, С.Н. Решульский, Д.Г. Новиков, С.П. Обухов, К.К. Тайсаев, А.Е. Клычков, И.И. Мельников. Итоги дискуссии подвёл Г.А. Зюганов. По данному вопросу принято постановление Президиума.

С сообщением об итогах проведения массовых мероприятий, посвящённых 91-й годовщине Всероссийской пионерской организации имени В.И. Ленина, выступил заместитель Председателя ЦК КПРФ В.И. Кашин.

Президиум заслушал информацию заместителя Председателя ЦК КПРФ Д.Г. Новикова о подготовке к проведению массовых мероприятий, посвящённых Дню русского языка. Центральным событием станут народные гулянья в Москве, которые состоятся 6 июня, в день рождения А.С. Пушкина.

Заслушав информацию секретаря ЦК КПРФ М.С. Кострикова, Президиум принял решение об открытии Центра политической учёбы при ЦК КПРФ. В обсуждении вопроса участвовали Г.А. Зюганов, Н.В. Арефьев, Ю.В. Афонин, С.Н. Решульский, Д.Г. Новиков. Первый набор слушателей пройдёт летом 2013 года.

Во славу советской песни

ГРАНДИОЗНЫЙ КОНЦЕРТ на Красной площади 24 мая, в День славянской письменности и культуры, — это, конечно, событие необычное. Дело не только в масштабах того, что мы видели и слышали по телеканалу «Культура»: сводный хор в две тысячи человек, составленный, как было сказано, из 27 хоров, мощный оркестр, поющая площадь. Самое главное — ЧТО пелось этим вечером на главной площади страны.

А пелись в основном советские песни! Прекрасные, изумительные, великолепные. Это были и песни предвоенные («Катюша», «Широка страна моя родная»), и военных лет («Вечер на рейде»), и родившиеся после войны (пахмутовские «Надежда», «Беловежская пуща», «Песня о тревожной молодости», а ещё — «С чего начинается Родина», «Я люблю тебя, жизнь», «Подмосковные вечера», «Солнечный круг» и многие другие).

Радостно даже перечислять эти названия. Ведь за ними — история страны и народа, история советской эпохи с её великими свершениями. И всё это в талантливейших произведениях искусства, достигающих необыкновенной духовной высоты.

Их пытались зачеркнуть и опорочить — не получилось. Их предавали забвению, но они звучали в народе. Их оскверняли недостойным исполнением, пошлой и безголосой попсой, но они терпеливо ждали своего часа.

И вот — этот час, этот праздник. Даже Патриарх, предстоятель Русской православной церкви, говорит самые высокие слова об уникальности и выдающемся значении советских песен. А уж разлившись над Красной площадью, над Москвой и страной, они говорят сами за себя. Как и русская народная «Ой ты, степь широкая» или украинская «Распрягайте, хлопцы, коней», как бессмертное «Прощание славянки» и хор «Славься» Михаила Глинки, которым завершился концерт.

Конечно, мы понимаем, чем он вызван. Как-то надо объединять народ вокруг власти, и она делает шаги навстречу душе народной. Уверен, далеко не всем во власти это нравится, но — жизнь заставляет.

Она, жизнь, рано или поздно всё расставляет по своим местам, всему даёт истинную оценку. И уродливое предстаёт уродливым, а прекрасное — прекрасным. Здесь же, на Красной площади, бывали концерты в честь Дня Победы, где песни Великой Отечественной да и сама площадь марались каким-нибудь вульгарным Буйновым и ему подобными. Мне много пришлось писать об этом, о недопустимости извращения великих песен отвратительными исполнителями. Совсем недавно — в связи с концертом 9 мая на Поклонной горе.

Этот концерт, 24 мая, замечателен ещё и потому, что не допущен был в него ни один из печально знаменитой попсы. Наконец-то! И всем стало очевидно, насколько без них чище, опрятнее, а главное — талантливее. Приходилось твердить и твердить: талантов у нас огромное множество, дайте им только возможность петь. Вот теперь ярчайшее тому подтверждение.

Почти всё исполнение на Красной площади, от начала до конца, было эталонным. Нашлись же певцы! И, конечно, дирижёры — Валерий Халилов, Владимир Минин, Виктор Захарченко…

Пожалуй, только с ведущими не повезло. Понятно, что выбрали молодых, оно и хорошо: пусть приобщаются к песням отцов и дедов. Но уж слишком эти двое были беспомощными и бесчувственными. То есть все чувства, которые они пытались изображать, воспринимались как деланые, фальшивые, а слов у ведущих попросту не хватало. Слишком непривычная тема? В конце концов, говоря о военной песне, о том, что «войска её любили» и она «шла за войсками», Борис Корчевников выдал: «В каждом окопе стоял патефон».

Ну что тут скажешь? Хоть стой, хоть падай. Странное у человека представление о войне. А ведь он при своей молодости однако не мальчик. И ведёт на главном государственном телеканале большую передачу «Прямой эфир». Поневоле снова и снова задумаешься, каков же уровень людей, вещающих ныне с экрана. Вы бы, господа теленачальники, организовали какой-нибудь ликбез для своих инфантильных, безграмотных «звёзд», а за откровенную глупость отстраняли от телекамеры.

И последнее. На концерте было сказано, что такие песенные фестивали станут на Красной площади традиционными в День славянской письменности и культуры. Что ж, отлично, это можно лишь приветствовать. При важном дополнительном условии: лучшие песни наши — советских композиторов, русских классиков, народные — должны звучать всё-таки не один раз в году, а постоянно. В наилучшем исполнении. С телеэкрана, по радио, с эстрады. Душа народа требует этого!

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14597/34/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Чт июн 06, 2013 11:41 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Необходимый Виктор Розов

На крючке позолоченном

Виктор РОЗОВ в беседе с Виктором КОЖЕМЯКО

ОН ПРИЗНАН как один из крупнейших драматургов ХХ века. Событием советской театральной жизни стала постановка уже самой первой пьесы Виктора Розова «Её друзья» на сцене Центрального детского театра в 1949 году. Спектаклем «Вечно живые» по его пьесе открылся в 1957-м театр «Современник». А фильм «Летят журавли», снятый по его сценарию, был удостоен в 1958 году высшего приза Каннского кинофестиваля «Золотая пальмовая ветвь» и теперь значится среди лучших фильмов мирового кинематографа.

Но Виктор Сергеевич был не только выдающимся русским советским писателем. Он был и настоящим гражданином своего Отечества, великим патриотом. Особенно ярко это проявилось в последние годы его жизни — самое трагическое время для нашей страны. Когда в конце 80-х годов прошлого века он, доброволец Великой Отечественной, понял, какая опасность вновь нависла над Советским Союзом, честный писатель и отважный солдат мужественно встал на его защиту. А потом начинается борьба за Россию — за справедливую власть в стране, за её независимость, за самобытную и великую русскую культуру. Несмотря на преклонный возраст, Виктор Розов остаётся в первых рядах бойцов.

Его страстный публицистический голос, обращённый к соотечественникам, больше всего звучал в эти годы со страниц «Правды», которая стала для него самой главной газетой. Розов и «Правда» — большая тема. Ей и посвятил свою новую книгу обозреватель нашей газеты Виктор Кожемяко, много общавшийся тогда с Виктором Сергеевичем и опубликовавший целый ряд бесед с ним.

Книга под авторским названием «А Розов сказал: «Холуяж!» недавно сдана в издательство «Алгоритм». В нынешнем году, 21 августа, исполнится 100 лет со дня рождения В.С. Розова, и мы надеемся, что к этой знаменательной дате она выйдет. А пока публикуем фрагменты из книги (начало в номере от 12—15 апреля), чтобы читатели по достоинству оценили подвиг писателя-патриота, свершённый им в конце жизни. Сегодня Виктор Розов необходим нам так же, как тогда.

Эта наша беседа с Виктором Сергеевичем, наиболее пространная и многоплановая, состоялась в августе 1998 года, накануне его 85-летия. Близился к завершению и ХХ век, значительную часть которого он своей жизнью «захватил». Мы находились у порога нового, третьего тысячелетия. Всё это требовало осмысления и подведения каких-то итогов, настраивало на философский лад.

Я к нему всегда шёл с вопросами «самыми-самыми». О том, что в жизни острее всего тревожит и более всего заставляет думать. А теперь вот сошлись, совпали такой почтенный его юбилей и завершение века, свидетелем которого он стал.

Поражают люди, плюющие в своё прошлое

Виктор КОЖЕМЯКО. Действительно, Виктор Сергеевич, вас вполне можно назвать свидетелем века. Давайте с этого и начнём сегодня наш разговор. Какие воспоминания и мысли приходят «под занавес» XX столетия?

Виктор РОЗОВ. Да, этот век почти целиком я прожил. Изобиловал он разными разностями. Были и хорошие времена, и невыносимо тяжёлые...

Дело ещё в том, что человек о каком-либо времени судит по собственной судьбе. Моя судьба была очень суровой до 36 лет. Крайне суровой. Но... счастливой. Вот что поразительно! Скажем, сейчас я более обеспечен, чем тогда, гораздо более обеспечен, но я, как это ни странным может показаться, — более несчастен. Да что там, я просто несчастен по сравнению с теми временами, когда было мне и холодно, и голодно, и припев в доме был: «Мама, нет ли чего укусить? Дай какой-нибудь кусочек хлебца!»

Ну когда маленький был, можно сказать, многое воспринималось бессознательно. Голод тех лет, беспризорщина после Гражданской войны... И многое потом стало понятно, во всяком случае, объяснимо. Произошёл ведь великий слом — революция. Но почему же тогда, в те времена и позднее, я чувствовал себя счастливым, а теперь — нет?

Вот сейчас мы сидим с вами в тёплой комнате, чистой и уютной, и не видно вроде бы вокруг той разрухи, но боли в сердце неизмеримо больше, чем тогда! И это не только потому, что тогда я был очень молод, и молодость сама по себе кипела и радовала. Нет, суть в другом. Не может же меня оставить, допустим, сознание того, что если в Гражданскую войну было два миллиона беспризорных детей, то сейчас — тоже два миллиона. Или даже ещё больше! Казалось бы, без войны...

Вот это для меня совершенно необъяснимо. Вернее, я могу объяснить это лишь как следствие неслыханного и невиданного ограбления народа частью общества. Ну как назвать эту часть? Их называют иногда почему-то «новыми русскими», называют нуворишами. А надо говорить прямо: воры! Называть вещи своими именами. Впрочем, и воры — это для них, пожалуй, слабовато. Вор — он на чём-то себя останавливает. А эти... хищники! Хищнику надо всё больше, больше, больше. Он ненасытен! И чем это кончится, какая будет развязка, предугадать не могу. Но тревожусь, скажу вам, очень. Потому что может произойти какой-то ужасный взрыв в обществе. Такой взрыв, что только щепки полетят от всего этого!..

Но, с другой стороны, как же теперь может измениться жизнь, чтобы снова пойти по нашему православному, русскому руслу, — я даже не знаю как. Слишком далеко зашло, слишком всё серьёзно! И, наверное, должны те политические фигуры, которые действительно болеют за судьбу государства и каждого человека в нём, как-то объединиться. Все лучшие силы должны объединиться и сплотиться! Во имя спасения Отечества.

Сейчас разделение общества на супербогатых и сверхбедных настолько велико, пропасть между ними так глубока и широка, что да — не знаешь, как разрешится этот вопрос. Тут нужна какая-то величайшая мудрость, чтобы обошлось без миллионных человеческих жертв.

Вот это — первое, пожалуй, что больше всего сегодня меня волнует. Второе, о чём хочу сказать: государство наше приобрело уголовный облик. Поразительно это происшедшее буквально на глазах перерождение значительной части нашего общества — неслыханная, массовая уголовщина! И тоже не видишь тут ни конца, ни края. Порой возникает чувство, что уголовные элементы захватили уже буквально всю страну, начиная, конечно, с самого верха. И не знаешь, что же против этого делать...

В.К. Однако вы, Виктор Сергеевич, всё же поднялись на борьбу против этого. Несмотря на свой возраст, нездоровье. Вы поднялись и делаете, по-моему, всё, что только в ваших силах.

В.Р. Может быть, это потому, что я никогда не был в шорах. Что я понимаю под шорами? Они могут быть надеты добровольно, могут — хозяином: «по сторонам ты не смотри, а смотри лишь прямо».

Так вот, на мне этих шор никогда не было, и всегда я видел жизнь такой, какая она есть, без всяких прикрас. Видел плохое, что было раньше, и видел хорошее, что тоже тогда было. Меня поражают люди (я уже не раз об этом говорил), которые зачёркивают своё собственное прошлое, клянут его. Несмотря на то, что именно тогда эти люди сделались известными, знаменитыми, прославленными. Это всё равно, что плевать на родного отца и родную мать!

В.К. Увы, среди так называемой творческой интеллигенции подобных немало.

В.Р. Мне это непонятно. Учились бесплатно, начиная с детского садика и до вуза. Выдвинуты на сцену, если о нашем театральном деле говорить. Стали народными артистами СССР или РСФСР, лауреатами Государственных и Ленинских премий, Героями Социалистического Труда. Всё это в то время! Стали знамениты на весь мир и теперь плюют в своё прошлое...

Считаю это аморальным, безнравственным и очень некрасивым. На этой почве у меня с достаточно значительной частью нашей интеллигенции негласное, но явственное расхождение. Они сердятся на меня, что я придерживаюсь каких-то старомодных взглядов, приписывают мне, что я оправдываю все беды, которые были в прошлом, винят в том, что не принимаю происходящего сейчас.

Да, не принимаю! И не понимаю, как это можно принимать. Как может у них не болеть душа, если они знают, сколько миллионов людей оказались у нас сегодня за чертой бедности, что больше двух миллионов детей в невоенное время беспризорники...

Невольно всё это обращаешь в адрес власти, которая неправильно правит государством. Наверное, мои понятия и представления во многом, что называется, доморощенные, возможно, в чём-то даже наивные. Но я считаю, что нам надо было идти сейчас по пути ленинского нэпа. И тогда всё-таки страна вышла бы на социалистический путь развития. Без иллюзий общества коммунистического, ибо в моём представлении это больше литература, а социалистический путь — реально наиболее справедливый. И если бы мы пошли в нынешнее время по пути нэпа, мы бы, как мне кажется, вернули все наши социалистические завоевания.

Сегодня я всё чаще думаю об этом, возвращаюсь мысленно к периоду нэпа, вспоминаю, сопоставляю. Даже статью об этом хочу написать. Конечно, мои личные впечатления того времени — полудетские. Мне хочется кое-что почитать, поглубже разобраться, как разрабатывал Ленин свой экономический план. Ведь за короткий срок тогда удалось при экономической многоукладности, но сохраняя Советскую власть, достигнуть очень многого. Не знаю, может быть, в Китае за последние годы сделано нечто подобное...

В.К. Словом, насколько я понимаю, Виктор Сергеевич, вы не за капитализм, а за социализм.

В.Р. Одни люди живут более богато, другие — менее, но бедных нет! Вот это, по-моему, справедливо. Всех абсолютно уравнять, наверное, нельзя, да и не нужно. Я всегда с пониманием относился, например, к тому, что академик получал более высокую, чем другие, зарплату. Имел дачу, особенно хорошую квартиру. На то он и академик — у него голова какая! Мозговые клетки стоят всего дороже. Или гениальный актёр, талантливый писатель...

В.К. А теперь академики объявляют голодовку, стреляются или выходят с протестом, чтобы отстоять институты, которые душат и уничтожают.

В.Р. Я всегда понимал разделение по степени таланта и по той пользе, которую люди приносят обществу.

В.К. Но не по талантливости прохиндейства, верно я понимаю?

В.Р. Да, да, конечно... А сейчас в «новой культуре» просто глаз по-хорошему не на ком остановить. Посмотрите, ведь уже целая эпоха, больше десяти лет прошло, как всё это у нас началось Но это десятилетие в нашей сфере — в сфере искусства — ничего не дало! Или почти ничего.

После Октябрьской революции хлынули (буквально хлынули!) таланты во всех видах литературы и искусства. Вспомните первое десятилетие Советской власти: Маяковский, Есенин, Шолохов, Вахтангов, Мейерхольд, Эйзенштейн, Довженко, Пудовкин, Шостакович... Всех не перечислишь. И в живописи, и в архитектуре — да везде! Очень ярко рождались тогда и новые формы, и новое содержание. А сейчас — ничего. Просто поразительно! Вот открыли на телевидении канал «Культура» — и он кормится только прошлым. Ибо нынешнее состояние культуры, я уж не знаю, как точнее сказать ... Убого.

В.К. И если на том же канале «Культура» показывают что-либо из нынешнего, особенно очевидно, как в сравнении проигрывает...

В.Р. Я давно уже понял, что вступили мы, вернее — поставили нас, не на тот путь, который нам нужен. Я поначалу был сторонником горбачёвской реформы. Когда объявили плюрализм мнений. Но... эта свобода была подавлена односторонней распущенностью! И чем обернулось? Словоблудием.

Чувство Родины хотят истребить

В.К. Когда вы говорите о резком упадке нашей культуры, я думаю, что немалую роль в этом сыграло и обезьянничанье многих деятелей, носителей культуры, перед Западом.

В.Р. У меня тут своё мнение. Когда Хрущёв впервые посетил Америку, он пришёл от неё в восторг. Потом отправился туда Ельцин. Он облетел два раза вокруг статуи Свободы и почувствовал себя свободным...

А я вот частенько вспоминаю, как вскоре после окончания Карибского кризиса послали туда, в Америку, нашу маленькую писательскую делегацию. Для налаживания отношений. И нас принимал не кто-нибудь, а госдепартамент. Совалось нам в нос самое великолепное, что только можно было найти в США! Начиная от самых шикарных гостиниц, где нас поселяли, до встреч с богачами, вплоть до сенатора, который вскоре стал вице-президентом. И везде — самый роскошный приём.

Когда полетели обратно, Катаев лукаво смотрит на меня и спрашивает: «Виктор Сергеевич, ну как?» Я говорю: «Потрясающе!» А он в ответ: «Нас пытали роскошью».

Да, действительно, нас пытали роскошью, но ничего из этого не вышло! Мы вернулись такими же советскими людьми. А Хрущёв испытания роскошью не выдержал. Сразу: «Догоним и перегоним Америку!» Какие-то пустые и нелепые слова.

Ельцин дважды облетел статую Свободы и переродился. Ну лазили мы на эту статую. На плечах у неё — смотровая площадка, виден океан, видны Манхэттен и все эти небоскрёбы. Всё это действительно очень красиво и очень хорошо. Но ничего не изменилось у нас внутри по отношению к нашей родной стране!

А у этих... Произошла какая-то аберрация: «Давайте и мы сделаем вот так!» Слушайте, ничего более глупого не придумаешь. Как будто игрушку какую-то сделать: давайте и мы выточим.

В.К. Нелепо. Страна скроена на свой манер. Люди иные, культура совершенно иная...

В.Р. Россия — особая цивилизация. Да к тому же многонациональная страна. Причём я не беру то, что сегодня Россией называют. Я беру Советский Союз. Великий, единый и неделимый многонациональный Советский Союз! Это было устройство очень хорошее.

В.К. И жилось в нём, прямо скажем, хорошо...

В.Р. В целом — очень хорошо. Я бывал во всех республиках. Хотя бы на свои премьеры ездил. Везде приветливо, везде дружно, везде весело. Были, конечно, свои проблемы, без этого в жизни не бывает — у каждого и дома свои проблемы.

Но сейчас наряду со всеми этими казино (в Москве по крайней мере), сверкающими вывесками, всякими ресторанами, гостиницами роскошными — какая-то серость. Как ни странно — серость и унылость!

В.К. Вы её ощущаете?

В.Р. Я её ощущаю. Очень. И тут понятно: у государства нет идеи. Оно не знает, что оно делает, к чему стремится.

В.К. Неизвестно, куда мы идём. То есть куда ведут. Хотя догадаться можно — отнюдь не к хорошему, не к лучшему...

В.Р. Получается для многих, даже для большинства, бессмысленность жизни. Очень остро ощущаю эту бессмысленность!

Я бы ещё и поэтому предложил обратиться сейчас к периоду нэпа, изучить как следует все документы того времени. Была частная собственность, была государственная. Но у общества была также идея, большая советская, социалистическая идея, которая его объединяла и вела. Вообще, на протяжении всей нашей советской истории благороднейшие идеи человечества — идеи добра, справедливости, равенства и братства — играли очень большую роль. В том числе во время самой Великой войны — Отечественной. Идея Родины, которую нельзя не защищать, даже ценой собственной жизни. Потому что она, Родина, — выше и дороже.

В.К. Я хотел о вашей малой родине спросить. О Костроме. Вот вам исполняется 85 лет, и многое ведь за эти годы с Костромой связано. Что она для вас? Тянет ли туда? Что при встрече в душе возникает?

В.Р. Ну это возникает, наверное, у каждого человека. Там, где ты рос, где духовно родился, а Кострома именно моя духовная родина, потому что физически я родился в Ярославле, но жил там совсем немного.

В Костроме я впитал всё лучшее, что мне внушалось, начиная с матери и отца. Друзья мои дворовые, школа, книги, которые читал, Волга, Молочная гора... Этот охватывающий душу простор!

В.К. Вы давно были там последний раз?

В.Р. Да нет, совсем недавно с Надей, женой, были. Не упускаем ни малейшей возможности побывать. Знаете, это душу питает. Это — родное, особенно родное и близкое. Без этого, наверное, русскому человеку нельзя. Трудно.

В.К. Чувство Родины в большом и даже великом смысле начинается, видимо, всё же с так называемой малой родины?

В.Р. У меня — да. А за всех говорить не берусь. Очевидно, для других наций их родина — это тоже Родина. И тоже есть любовь к Родине, какое бы государство ни было. Я-то считаю: у англичан, французов, японцев, китайцев, вьетнамцев, испанцев, да кого ни возьми — у всех свои корни. Единственная страна, которая не имеет своих корней, — это Соединённые Штаты Америки. Вот она, по-моему, не может быть в полном смысле Родиной. Там родиться, конечно, можно и всю жизнь можно находиться там, но...

Я много раз бывал в Америке. И встречали меня там хорошо. Но я всегда чувствовал, что для людей это — просто место жительства. Именно так: место жительства, а не Родина. Потому что Родина — это для индейцев, но их уже нет фактически, я видел их только, так сказать, штучно — они в своих резервациях.

Да, у американцев, в моём понимании, нет Родины. И американская психология, очевидная государственная психология, она игнорирует чувство Родины. Думаю, что и наши разногласия больше всего на этой почве. Мы цепляемся за свою Родину, и мы не хотим быть Америкой, то есть страной без Родины. Это, на мой взгляд, вопрос очень важный! Ведь испанцы не отдают свою Испанию, и англичане не отдают свою Англию, французы — свою Францию и даже какая-нибудь маленькая Голландия, или Дания, или Бельгия... Во всех этих странах я бывал, и везде чувствуется дух Родины.

В.К. А у нас? Что же происходит у нас? Раствориться хотим?..

В.Р. Идёт атака, чтобы истребить в нас чувство Родины. Уже территорию разбили, военный приоритет Америки безусловен — им только сейчас не хватает убить этот наш русский дух. Вот и идёт разложение русского духа всеми способами. С одной стороны — жвачкой, рекламами всякими, пропагандой всего заграничного, а с другой — искусством западным, то есть в основном американским, кино. Всегда с погонями, всегда с убийствами и часто с безнравственностью. Это — самое главное!

В.К. Да, убийство русского духа...

В.Р. Покушение на русский дух. Его растлевают всяко. В том числе материально. Смотри, дескать, вон тот человек получает сколько! И ты можешь, если будешь делать то-то и то-то. Пусть и грязное, подлое, мерзкое. Я, даже говорить об этом не хочу... Выброшен же лозунг: каждый отвечает за себя сам и живёт в одиночку, а государство вроде вообще ни за что не отвечает.

Наше общество в этом отношении было гораздо справедливее. Хотя мы жили всегда скромно, но во всяком случае обеспеченно. Мы знали, что 14-го зарплата, и она была 14-го, а не 15-го.

В.К. Не искушали нас «золотым тельцом». А теперь он воздвигнут в полный рост.

В.Р. Брошен «позолоченный крючок», на который клюют люди. И всё делается, чтобы они поглубже его заглотили.

В.К. Погубят нас этим вконец, как вы думаете?

В.Р. Испытание нам выпало суровое. Очень суровое! Испытание на сытость.

В.К. Пожалуй, в чём-то оно ещё пострашнее, нежели испытание голодом.

В.Р. Бесспорно, бесспорно.

В.К. Дух или заплывает салом, или разлагается, растлевается.

Вот оно, лицо поколения

В.Р. Я до 36 лет жил бедной жизнью, иногда очень бедной, голодал и одеться не во что было. Но, как уже говорил, я был счастливым. Это парадокс, однако это — реальность.

В.К. Вы мне рассказывали о счастье, испытанном тогда после мхатовских спектаклей...

В.Р. Великое было счастье и радость — любимые театры. Книги, конечно. Музыка, выставки, да и всё окружение... Своё представление о ценностях было. Идёт нарядно одетый человек — ты смотришь: ах, как красиво! Но, кроме этого ощущения, что идёт красиво одетый человек, ничего и нет. Не то что: вот мне бы так!..

В.К. То есть зависти не возникало?

В.Р. Никогда.

В.К. Вот это — свойство души.

В.Р. Конечно, душа так должна быть устроена. Но это ещё и следствие воспитания. Потому все мои друзья-костромичи, они были такие. Сейчас осталось нас только двое — Катя Шелина и я.

В.К. А она кто?

В.Р. Она окончила пищевой институт и стала крупным специалистом по этой части. Другая девочка, её подружка, — тоже...

В.К. Это ваши одноклассники?

В.Р. Да.

В.К. И вы с одноклассниками всё время поддерживали отношения?

В.Р. Постоянно. Собирались у нас дома, накрывали стол, говорили, пели...

В.К. И кто были эти люди?

В.Р. Порядочные все люди. Во-первых, трудящиеся. И потом, надо сказать, многие вышли в крупные государственные фигуры. Вон Игорь Волнухин заведовал какими-то очень ответственными приборами на военных кораблях. Изобретал. Его хоронили с воинским салютом. Федя Никитин в подмосковном Калининграде работал главным инженером, занимался металлом, который делали для спутников и космических кораблей. Тоже не шутка! Кирилл Воскресенский окончил военную академию и стал преподавателем высшего артиллерийского училища. Наталья Воскресенская, его сестра, — текстильщица, работала на фабрике в Костроме, потом её перевели в Иваново, а потом в Смоленск, где она заведовала огромным комбинатом текстильным. И затем — в Министерство текстильной промышленности, на какую-то очень высокую должность.

Причём, я подчеркну, никто никогда не добивался этих высоких должностей, а просто своим трудом, своими способностями выделялись — и их выдвигали. Ну многие погибли во время войны.

В.К. Да, это — поколение. Лицо поколения. Вы в каком году окончили школу?

В.Р. В 31-м.

В.К. Какая это была школа?

В.Р. 4-я девятилетка имени Энгельса.

В.К. И что бы вы отметили как наиболее характерное для этого поколения, для своего поколения?

В.Р. Дружбу. Отсутствие пьянки — мы водку попробовали, я уж и не помню когда, взрослыми... Верность слову. Трудолюбие. Честность. Полное отсутствие карьеризма! Полное... И — никакой погони за деньгами.

В.К. То есть деньги нужны просто для жизни, но никакой специальной погони за ними, поглощающей душу?

В.Р. Именно.

В.К. Отсюда, наверное, и такое настроение ваших пьес — светлое.

В.Р. Я оказался в Костроме в самой обычной школьной и дворовой среде, но — идеальной.

В.К. А чувство Родины тогда уже было?

В.Р. Вы знаете, слов-то этих высоких не было.

В.К. Это я понимаю. Но дело не в словах. А ощущение... Ведь вот началась война — и вы же пошли воевать. Добровольно. И сколько пошло...

В.Р. Я в книжке об этом написал. Когда решался вопрос, идти мне на войну или не идти, я мог не идти, я был белобилетник, меня и из военкомата отправили: «Чего ты пришёл? У тебя белый билет!» А я пошёл. Понимаете, как-то нехорошо иначе... В пьесе «Вечно живые» я вставил фразу — Борис отвечает: «Я должен быть там, где всего труднее». А всего труднее было на фронте.

В.К. Как вы думаете, сейчас совсем это утрачено?

В.Р. Нет, и сейчас есть увлечённые люди. Не хищники. Я уж не говорю о старшем поколении, которое держится в целом очень достойно. Однако и молодое поколение в чём-то меня радует, хотя оно разное. Многие, к сожалению, сворачивают с пути истинного. И тут общая обстановка, которая у нас создана, конечно, сказывается.

В государстве сейчас ведь по всем статьям плохо. Бюджет... Дома разваливаются. То и дело стреляют. А что такое с самолётами, которые постоянно падают?

В.К. Вы знаете кого-нибудь близко из молодого поколения?

В.Р. В основном это дети и товарищи детей.

В.К. Но какие-то отрадные впечатления, наверное, бывают, раз вы так небезнадёжно говорите о молодых?

В.Р. Конечно! Я иногда и в школах выступаю. Вижу молодых зрителей на спектаклях по моей пьесе в театре Татьяны Дорониной. У меня такое впечатление: несмотря ни на что, хорошей молодёжи сейчас много.

В.К. Действительно, ведь на вашем спектакле всегда молодёжь. Что-то же их тянет сюда!

В.Р. Меня подчас это даже удивляет. Однажды был 35-градусный мороз, когда мой спектакль шёл. И представьте себе: было в зрительном зале 900 человек!

В.К. Видимо, на этих людей — наша надежда...

В.Р. И потом иногда встречаешься, говоришь, смотришь в глаза молодых людей, как они реагируют, — хорошо глядят! Думаю, испоганить русского человека всё-таки трудно.

В.К. До конца...

В.Р. Да, да.

Снова должен быть наш Сталинград!

В.К. Ваша общественная деятельность последних лет, которая уже не только как литератора выдвинула вас пред очи народные, но и как радетеля за Родину, за Россию, она требует большой самоотдачи. Всё время надо что-то отстаивать, за что-то бороться, куда-то спешить. Это даёт вам удовлетворение?

В.Р. Это даёт мне жизнь. Значит, я кому-то нужен. И надо, очень надо что-то говорить и повторять. Повторенье — мать ученья. А не так: сказал — и ладно, и не важно, что будет...

Где-то мои слова отклик находят. Я в этом не раз убедился. Люди благодарят. Меня не очень популяризируют, но где удаётся сказать своё слово, я стараюсь сказать.

В.К. И конкретно удаётся кому-то помочь? Помню, вы рассказывали о хождениях по разным просьбам...

В.Р. Вот и сейчас на столе два таких дела лежат. Жду, когда встречусь с мэром нашим или его заместителем Шанцевым.

В.К. А что за дела?

В.Р. Один из племянников моих, по линии жены, занимается полезным для государства делом. Такая фирма у них, по сбору металлолома, которая очищает Москву от ржавых автомобилей, стоящих по дворам, и прочих таких предметов. Но у них мал круг, где они могут действовать, — просят расширить территорию. Доброе дело, я считаю, они работают хорошо.

А другой вопрос вроде бы частный, но для человека, который обратился ко мне, — весьма серьёзный. Жизненный. Простой работяга... Тоже надо помочь.

В.К. Я недавно читал в газете вашу статью о новом спектакле в Театре имени Ермоловой. Значит, находите время, чтобы смотреть?

В.Р. Стараюсь. Сейчас на очереди спектакль в «Современнике». Борис Галин — для меня интересный драматург...

В.К. А кого-нибудь из молодых драматургов выделяете?

В.Р. Сейчас, к сожалению, не очень. Читаю пьес много, но... не хватает в них чего-то главного. А не хватает потому (вернусь к уже сказанному), что у государства нет идеи.

В.К. Вы счастливы в семье? Жена, с которой прожили в любви и согласии более полувека, сын и дочь — по-моему, замечательные, внучка и внук — достойные своего дедушки. В этом ведь тоже счастье?

В.Р. Ещё бы! Семья — это дом. Я часто думаю, что нашему обществу нужно вернуть семью. Сейчас всё больше замечаешь: семьи-то нет!

В.К. Колоссальная проблема. И это, по-моему, тоже влияние Запада, что семья разрушается. Прививают молодёжи отношение к семье пренебрежительное. Принесли оттуда: не жених, а бойфренд, то есть временный какой-то сожитель. Всё переводится на контрактную основу: в семье не любовь, а контракт, брачный контракт...

В.Р. Да, но я старомоден.

В.К. Как бы вот эту хорошую старомодность по возможности восстановить и укоренить! Русская семья, наверное, тоже поддерживала всегда русский дух, о котором вы говорили. Что для вас это понятие — русский дух?

В.Р. Очень большое. Очень глубинное. Многие столетия ведь складывался он, этот дух, который мне так мил. Люди бездуховные часто говорят: вот вы превозносите свой национальный дух, русский дух, вы националисты, шовинисты... Но я не считаю, что, если, скажем, татарин исповедует свою религию и следует своим татарским обычаям, он обязательно националист или шовинист. А почему же обвиняют нас?

Мне иногда кажется, что во многом от тех же американцев такое идёт. Потому что вот там этого нет. Ведь не скажешь: «американская духовность».

В.К. В самом деле, не звучит.

В.Р. «Американский дух» — так можно сказать, но — полуиронически. Потому что американский дух — это как раз бездуховность. А у нас... В каком веке духовность наша возникла, в каком тысячелетии и как — на это я ответить не берусь, тут учёные пусть отвечают. Но это не только уклад жизни.

Русский дух для меня — это Чехов, это Достоевский; понятно, всех, даже очень ярких выразителей русского духа в великой русской литературе не перечислишь. Вот говорят о загадочности русской души, и она действительно в чём-то загадочная, и для меня загадочная, удивительная, эта русская душа...

В.К. А в чём, Виктор Сергеевич?

В.Р. А в том, что не до конца она мне понятна. Вот хотя бы один случай недавний. Сидит возле Ермоловского театра инвалид — без ноги или без обеих ног, перед ним кепка, в которую денежки бросают. Я иду и тоже наклоняюсь, чтобы бумажку какую-то положить. А мне трудно наклониться, у меня нога, как вы знаете, на фронте подбита. И вдруг он посмотрел на меня так удивлённо и воскликнул: «Да ты же сам инвалид!»

В.К. Характерный случай, ничего не скажешь...

В.Р. Целая поэма! Или пьеса, новелла. Я, знаете, по привычке сразу начал домысливать и досочинять...

Чтобы глубже понять русскую душу, надо читать и изучать Достоевского. Я с огромным увлечением это делал всю жизнь, а особенно, когда работал над своей инсценировкой по «Братьям Карамазовым».

В.К. «Брат Алёша»?

В.Р. Да. Достоевский в этом романе берёт все аспекты русской души. Он берёт святость Алёши (и ведь не случайно намерен был именно его сделать дальше главным своим героем!); берёт разум Ивана — разум, мучающий человека, доводящий его буквально до сумасшествия; страсть Дмитрия, безудержную русскую страсть. Тут, в этих трёх братьях, — многое о русской душе!

В.К. Есть и ещё один брат, сводный: Смердяков. Не находите, Виктор Сергеевич, что сегодня он вышел чуть ли не на самый первый план?

В.Р. Ну если и не на первый, то достаточно наглядно себя проявил...

Так вот, читая Достоевского, Чехова, других наших великих писателей, можно понять, что такое русский дух. Примитивизирую: это всё нравственные и духовные ценности человека. Русский дух не продаётся! А если продаётся, он перестаёт быть русским духом. Он становится тогда духом инородным.

Вот сегодня говорят: «новые русские». Да простят они мне, но эти «новые» — потеряли русский дух. Они взяли американскую бездуховность за образец. А русский дух не продаётся — ни за какие деньги...

В.К. Когда вы говорите о предпринимаемой попытке убийства русского духа, вы имеете в виду и попытку его купить?

В.Р. Так, так, совершенно верно. Слишком сильна власть денег. Деньги — изобретение дьявола!

В.К. И как вы всё же думаете, Виктор Сергеевич, выдюжим? Удастся ли врагам убить последнее, чем ещё держимся, — русский дух? Недавно Татьяна Васильевна Доронина очень точно, по-моему, сказала: «Утратить дух — значит утратить силу...»

В.Р. Я уже говорил: мы действительно сдали очень многое. Как в первый период Великой Отечественной. Мы сдали тогда Брест, сдали Минск, сдали Киев, Одессу, Смоленск — до Сталинграда. Но что было потом? Был Сталинград.

Вот и сейчас. Страна разбита на куски. Фабрики и заводы стоят. Поля не убираются. Мы сдаём, можно сказать, город за городом. Приезжают с Запада какие-то дряхлые «роллинг стоунзы» — и вокруг них устраивается странный ажиотаж...

Да, мы отступаем пока на всех направлениях. Но я верю: наступит наш Сталинград!

В.К. Всё-таки верите?

В.Р. Верю. Очень трудно, конечно, будет поправлять всё, что с нами сделали. Но всё вернётся на круги своя. И русская культура, и наука, и экономика наша с мощнейшим её потенциалом. И Союз наш вернётся — Союз, разрушенный этим ужасным событием, Беловежской пущей. Потому что мы были и есть интернационалисты.

Вот это слово сейчас почти не употребляется. Между тем я считаю себя интернационалистом. Я — русский патриот и интернационалист. И это ведь одна из особенностей русского духа: умение понимать другие народы и жить с другими народами.

В.К. Белоруссия внушает вам какие-то надежды? Её стремление быть с нами...

В.Р. Безусловно. Я невероятно обрадовался, когда стало известно, что Белоруссия снова хочет создать с нами Союз, воссоединиться с Россией. И был страшно огорчён, когда начались яростные попытки всячески помешать этому, не допустить, сорвать, когда принялись лить грязь на Лукашенко — очевидно, очень хорошего человека.

Это всё они, наши враги! Враги русского духа! Ну и, кончено, окрик из-за океана: что это, вздумали опять соединяться?! Они-то столько денег потратили, чтобы нас разъединить, небось, уже посчитали, сколько истратили на это.

Однако история показывает: многим народам вместе лучше, чем порознь. Многие ведь по доброй воле соединились в своё время с Россией, хотя нынче стараются это позабыть. Та же Грузия. Она же добровольно вошла в состав России ещё в самом начале прошлого века. Это и у Лермонтова поэтически запечатлено. Помните первые строки «Мцыри»? В грузинском монастыре:

...Старик седой

...Сметает пыль с могильных

плит,

Которых надпись говорит

О славе прошлой — и о том,

Как, удручён своим венцом,

Такой-то царь в такой-то год

Вручал России свой народ.

И Божья благодать сошла

На Грузию! — она цвела

С тех пор в тени своих садов,

Не опасаяся врагов,

За гранью дружеских штыков.

В.К. Да, удивительно злободневно звучит это сегодня!

В.Р. Не говорите. Поразительные бывают воспоминания, поучительные переклички времён. Не правда ли, стоит оглядываться в прошлое, думая о будущем?

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14746/34/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Пт июн 14, 2013 7:24 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Свет добра одолеет мрак

Виктор КОЖЕМЯКО.

Новый спектакль Татьяны Дорониной на сцене МХАТ имени М. Горького

Когда выдающийся театральный мастер предлагает зрителям очередную работу, прежде всего думаешь: а почему для разговора с людьми сегодня выбрана именно эта пьеса? Вот народная артистка СССР Татьяна Доронина остановила своё режиссёрское внимание на философской сказке, или, точнее говоря, притче, советского драматурга Евгения Шварца «Тень», написанной более семидесяти лет назад. А исток её ещё дальше во времени — в сказке Андерсена под тем же названием.

ШВАРЦ не раз припадал к андерсеновским сказкам как к тематическим истокам своих работ. Ведь были и «Голый король», и «Снежная королева», но всё в творческом переосмыслении драматурга. Скажем, в «Тени» у Андерсена герой погибает, а у Шварца — побеждает.

Доронина тоже восприняла тему творчески. Очень бережно и чутко отнёсшись к авторскому тексту, название решила изменить. В скобках, впрочем, оно оставлено, однако называться спектакль стал так: «Не хочу, чтобы ты выходила замуж за принца…»

Но это не режиссёрская «отсебятина». Это тоже авторское, причём для пьесы ключевое. Суть в том, что король, знавший наперечёт всех принцев мира, именно так написал в завещании своей единственной дочери-принцессе, боясь, чтобы она окончательно не была отравлена губительным дворцовым воздухом и не прожила свою жизнь столь же плохо, как он сам. Отсюда завет: поселиться тайно безымянной где-нибудь в городе и искать. Найти себе пусть незнатного, но доброго, честного, образованного и умного мужа.

Легко сказать! Да только как разобраться в людях, если каждый может оказаться совсем не тем, за кого себя выдаёт? Ведь вон людоеды служат оценщиками в городском ломбарде, а уж вокруг себя насмотрелась она с лихвой. Вечно ей лгут, всегда перед ней притворяются, дабы получше выглядеть и угодить. Значит, верить никому и ничему нельзя, всё на свете одинаково, все люди — негодяи.

Такой при первой реальной встрече прекрасная принцесса в исполнении Натальи Медведевой вдруг и раскрывается перед Учёным (заслуженный артист России Максим Дахненко), который раньше никогда её не видел, но давно влюблён в неё и грезит ею как самой милой и доброй на свете. С этого же на сцене начинается действие: таинственные сумерки в гостиничной комнате — и туманное явление мечты, то ли во сне, то ли в каком-то полузабытьи.

Удивительно творит Доронина вместе с народным художником России Владимиром Серебровским волшебство погружения в сказочный мир, когда в зыбкой, мерцающей голубизне лунной подсветки исчезает грань между реальностью и воображением, бытом и миражом. Верится, что в этой комнате до Учёного жил его друг Ганс-Христиан Андерсен, тем более что внешне главный герой так напоминает лучших персонажей великого сказочника, да и зовут его похоже — Христиан-Теодор.

Великолепно точное попадание в образ и атмосферу, навеянные Андерсеном, вслед за режиссёром и художником сразу же проявляют исполнители двух центральных ролей. Как и Учёный — Дахненко, Аннунциата — Елена Коробейникова словно сошла с завораживающих сказочных страниц. И что ещё покоряет, это интонация: она здесь исключительно важна и очень верно, тонко найдена этими талантливыми артистами доронинской труппы, героям которых по ходу действия предназначено осуществить главную миссию — носителей Света в борьбе с Тенью.

Да, на них зиждется основной философский посыл и пьесы, и спектакля. Учёный хочет (вот масштаб!) всех людей сделать счастливыми, а скромная и робкая девушка, чувствуя в нём необыкновенного человека, влюбляется, чтобы стать беззаветно смелой и самоотверженной защитницей его. Не видевшим спектакль, может быть, трудно поверить, но, по-моему, даже просто появление каждого из этой истинно благородной пары или их вместе будто прибавляет света на сцене. Так что финал, где, пройдя все коварные интриги и смертельные испытания, они в конце концов соединяются, Доронина вполне закономерно решает как настоящий апофеоз Света.

Замечу, что в этом помогают ей не только собственное искусство постановщика и работа художника, но и замечательный композитор театра Валерий Соколов, выступающий здесь также — не впервые! — как поэт. Его «Гимн Свету», завершающий спектакль, проникновенно выражает самое основное — стремление героев, которые зовут за собой нас, в иной, более светлый и чистый, более совершенный мир:

И только к нему ведёт

наш путь,

И наш святой обет —

Мрак одолеть так трудно,

Но не забудь:

Где-то ещё есть Свет!

В спектакле звучит и своеобразный гимн тех, кто вольно или невольно служит мраку, тоже выразительно написанный Соколовым и по идее Дорониной в одной из сцен ярко поставленный балетмейстером Петром Казьмируком. Такой бодрячески игривый тут рефрен:

Ликуйте, ликуйте хором!..

Шагайте, шагайте строем,

Вы, господа!..

Будь то развлекающиеся курортницы в экстравагантных нарядах или потом дуэт остро хар`актерных Пьетро и Цезаря Борджиа (заслуженные артисты России Александр Самойлов и Александр Титоренко), воспринимается это легко, весело, но… с настораживающим, а позднее и угрожающим оттенком. Причём возникают ненарочито ассоциации с днём сегодняшним, которыми, вообще-то говоря, пронизан весь спектакль.

Многое из того, что делает спектакль сугубо современным и злободневным, заложено в пьесе. Не потому ли Доронина и взялась за неё, что, наряду с философской глубиной, рассмотрела возможность в увлекательной, остроумной и вместе с тем мудрой форме сказать о том, что сейчас её сильно волнует?

Можно лишь поражаться, насколько провидел Шварц некоторые реалии наших дней. Скажем, «сытость в острой форме» — особую болезнь обеспеченного человека, от которой он становится бесплоден, слеп и жесток. Или «жёлтую прессу», слуг которой очень узнаваемо представляет в спектакле тот же Цезарь — Титоренко: раб моды, скользкий и циничный одновременно, готовый ради «успеха» пересадить кожу с заднего места на лицо.

А нынешнюю попсу как мог предугадать драматург? Это же её олицетворяет у Дорониной модная певица Юлия Джули в эффектно броском изображении Екатерины Кондратьевой. Одни названия её песенок чего стоят: «Мама, что такое любовь», «Девы, спешите счастье найти», «Но к тоске его любовной остаюсь я хладнокровной», «Ах, зачем я не лужайка». Кстати, последнюю из перечисленных В. Соколов для спектакля остроумно написал, а Е. Кондратьева соответственно исполнила.

Режиссёр и актёры МХАТ, служащие совсем иному искусству, не жалеют язвительных красок для характеристики «круга настоящих людей», превозносимого этой примадонной. «Элиты», говоря по-нынешнему. Знаменитой и «лишённой предрассудков». С ней смыкаются «деловые круги»: гротескно исполненный артистом Тимофеем Иваш`иной министр финансов несёт в себе большую силу обобщения. Он — из тех «благоразумных людей», которые переводят золото за границу в неисчислимом количестве.

Так в пьесе написано. Прямо про наших нынешних богачей. Зная опыт западных дельцов своего времени, далеко заглянул провидец Шварц: «Один банкир третьего дня перевёл за границу даже свои золотые зубы. И теперь он всё время ездит за границу и обратно. На родине ему теперь нечем пережёвывать пищу». Несколько утрировано, разумеется, но суть-то как выражена…

Из актёрских работ особо выделяю две. Меня потряс народный артист России Михаил Кабанов в роли Тени. Образ получился не просто однотонно зловещий, а психологически достоверный. Сильнейшее впечатление производит сцена обольщения принцессы, где актёр действует поистине гипнотически.

Пожалуй, самая сложная роль у народного артиста России Валентина Клементьева. Неоднозначно написал Шварц своего Доктора, которому определено стать фактически спасителем главного героя. Это благодаря найденной им живой воде, воскрешающей мёртвых. Однако какую жизненную философию исповедует этот добрый, честный по натуре, но сломленный человек? К чему он призывает? «Посмотрите на всё сквозь пальцы. Махните на всё рукой. Пожмите плечами»… Тонкая нюансировка и переплетение оттенков характера позволяют ведущему актёру театра создать запоминающийся образ, над которым зрители непременно будут размышлять.

И, конечно, этот спектакль — глубокий и праздничный, сказочно таинственный и блистательно яркий — стал ещё одним свидетельством безграничных возможностей режиссёра Татьяны Дорониной. Казалось бы, здесь соединение столь разных стилей, но ведь не эклектическое, а потому какое цельное действо получилось! Захватывающее и незабываемое.

Так вышло, что из-за сложившихся обстоятельств я не попал на премьеру и потом долго не мог посмотреть новую доронинскую работу. Но теперь смотрел спектакль уже трижды. И собираюсь опять…

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14786/34/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Пт июн 14, 2013 7:36 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Необходимый Виктор Розов

Правда.


ОН ПРИЗНАН как один из крупнейших драматургов ХХ века. Событием советской театральной жизни стала постановка уже самой первой пьесы Виктора Розова «Её друзья» на сцене Центрального детского театра в 1949 году. Спектаклем «Вечно живые» по его пьесе открылся в 1957-м театр «Современник». А фильм «Летят журавли», снятый по его сценарию, был удостоен в 1958 году высшего приза Каннского кинофестиваля «Золотая пальмовая ветвь» и теперь значится среди лучших фильмов мирового кинематографа.

Но Виктор Сергеевич был не только выдающимся русским советским писателем. Он был и настоящим гражданином своего Отечества, великим патриотом. Особенно ярко это проявилось в последние годы его жизни — самое трагическое время для нашей страны. Когда в конце 80-х годов прошлого века он, доброволец Великой Отечественной, понял, какая опасность вновь нависла над Советским Союзом, честный писатель и отважный солдат мужественно встал на его защиту. А потом начинается борьба за Россию — за справедливую власть в стране, за её независимость, за самобытную и великую русскую культуру. Несмотря на преклонный возраст, Виктор Розов остаётся в первых рядах бойцов.

Его страстный публицистический голос, обращённый к соотечественникам, больше всего звучал в эти годы со страниц «Правды», которая стала для него самой главной газетой. Розов и «Правда» — большая тема. Ей и посвятил свою новую книгу обозреватель нашей газеты Виктор Кожемяко, много общавшийся тогда с Виктором Сергеевичем и опубликовавший целый ряд бесед с ним.

Книга под авторским названием «А Розов сказал: «Холуяж!» недавно сдана в издательство «Алгоритм». В нынешнем году, 21 августа, исполнится 100 лет со дня рождения В.С. Розова, и мы надеемся, что к этой знаменательной дате она выйдет. А пока публикуем фрагменты из книги (начало в номере от 12—15 апреля), чтобы читатели по достоинству оценили подвиг писателя-патриота, свершённый им в конце жизни. Сегодня Виктор Розов необходим нам так же, как тогда.

Душою русский и советский

Беседа обозревателя «Правды» Виктора КОЖЕМЯКО с режиссёром Сергеем РОЗОВЫМ, сыном драматурга

В завершение своей книги, посвящённой Виктору Сергеевичу Розову, я решил поместить запись беседы с его сыном Сергеем, состоявшейся в год столетнего юбилея писателя. Чем это продиктовано?

Прежде всего, конечно, тем, что Сергей Викторович, родившийся в 1953 году, много лет прожил рядом с отцом, хорошо знает обстоятельства его жизни почти за полвека, да и биографию в целом. А мне хотелось всё-таки выйти за пределы пятнадцатилетия, ставшего для Виктора Сергеевича последним, когда я сам непосредственно общался с ним, и рассказать о нём читателям несколько шире.

Есть и ещё причины, побудившие меня обратиться к Сергею Розову. Он — режиссёр, то есть человек театральной профессии, поэтому к творчеству отца у него не только сыновнее, но и профессиональное отношение. А кроме того, как я давно понял, они были близки во взглядах не только театральных, но и общественно-политических. Виктор Сергеевич прислушивался к сыну, а иногда на него даже ссылался: «Вот Серёжа говорит…» Словом, есть смысл нам сегодня послушать, что вспоминает и что думает о своём замечательном отце Сергей Викторович Розов.

«против течения»

— Основная цель этой беседы — подробнее познакомить читателей с жизнью выдающегося русского советского писателя Виктора Розова. Однако начать всё же хочу не в биографическом порядке, а с того, что считаю второй кульминацией его жизни. Первой была война, куда он ушёл добровольцем. А второй — смута на рубеже 80—90-х годов прошлого века, когда, в отличие от многих, казалось бы, близких ему деятелей культуры, поддержавших развал Советской страны, он твёрдо встал против. Решительно пошёл поперёк течения, убеждённо поднял свой голос в защиту Советского Союза и вообще духовных советских ценностей. Вы всё это наблюдали, находясь рядом с ним. Как объясняете такую его позицию? Ведь надо прямо сказать, многих его «демократически настроенных» коллег она тогда удивила…

— Вы правы, очень удивила. Конечно же, потому, что в большинстве тот круг людей искусства, с которым он был близок, занял совсем другую позицию. И если страстная защита Советского Союза такими крупными деятелями нашей культуры, как, скажем, Юрий Васильевич Бондарев, была вполне предсказуема, то от отца, именно вследствие определённого литературно-театрального его окружения в течение многих лет, это окружение ждало совсем иного.

И он-то знал про либеральный террор, про «террор общественного мнения» — хотя бы по «Дневнику писателя» Достоевского, который не раз перечитывал и где об этом много сказано. А теперь вот самому пришлось столкнуться.

— Что же так резко развело его с людьми, от которых ещё вчера, казалось, он был неотделим?

— Многое. Но в первую очередь — отношение к Советскому Союзу и Советской власти.

Нельзя сказать, что он не видел недостатков в текущей жизни. Видел, конечно, и писал об этом. Искренне переживал: было немало такого, что ему хотелось улучшить. Но когда вдруг начали расшатывать Советский Союз и возникла угроза демонтажа Советской власти, он воспринял это как катастрофу.

Я запомнил вот что. Поначалу, в связи с нараставшей стихией разрушения, кое-кто обращался к нему чуть ли не с поздравлениями. Дескать, вы так много сил потратили на улучшение системы, критикуя советскую действительность, но мы же понимаем, что не улучшить её вы хотели, а сломать. Он обижался и категорически возражал: нет, не было у меня никакого второго дна, никакого подвоха!

— То есть в отличие, как выяснилось, от многих он был вполне искренним в жизни и творчестве?

— По-моему, такова суть. Лицемерие в любой форме было ему отвратительно. Он рассказывал, например, как однажды, будучи в Америке, встретился с одним из своих учеников по Высшим литературным курсам, который стал эмигрантом. И очень отцу не понравилось, как тот вёл себя. В конце концов сказал ему: «А знаете, в Советском Союзе вы были совершенно другим». Ответ поразил: «Там я всё время притворялся». Тогда у отца вырвалось: «Так, может, вам и здесь надо притворяться?»

— Сам он, я думаю, никогда не смог бы уехать из «этой страны», как выражаются некоторые.

— Ни в коем случае! Он с удовольствием ездил в разные страны, с огромным интересом всё там воспринимал, особенно музеи, выставки, памятники. Но уже довольно скоро начинал тяготиться и рвался домой.

Как ни удивительным может показаться, но во время этих поездок он сумел разглядеть и существо буржуазной демократии, которой некоторые у нас восторгались. Например, рассказывал мне после посещения Франции в конце 60-х годов про такой эпизод. Там как раз должен был проходить референдум по вопросу о том, останется де Голль у власти или нет. Муж переводчицы, которая сопровождала отца, входил в президиум организации типа нашего Союза промышленников и предпринимателей. Так вот, накануне референдума приходит этот человек и говорит жене, а она переводит отцу: «Состоялось заседание — де Голля завтра не будет». Отец с удивлением: «Да как же, народ ещё своего слова не сказал!» А этот представитель корпорации олигархов только рукой махнул: «Ну при чём тут народ…»

— Сильное впечатление это произвело на Виктора Сергеевича?

— Очень сильное. Не единожды к этому возвращался. Политически в тех поездках он оказался, как я понял, гораздо более зрелым, чем даже некоторые люди из партийного аппарата, на кого обрушивалось это западное изобилие и внутренне ломало.

Он видел, что материально там много лучше, чем у нас, но оставался при убеждении: у нашей страны должен быть свой путь. Его не ослепили эти западные витрины и не вскружили ему голову. Помните, как Ельцин облетел статую Свободы в США, насчитал в супермаркете 80 сортов колбасы — и разочаровался в коммунизме.

Отец с презрением к этому отнёсся. Хотя он видел большие их плюсы, но не меньшие минусы тоже видел. Вообще он очень не любил капитализм. Он ведь родился в 1913 году, так что социальной подкоркой отзвуки совсем недавнего русского капитализма ощутил. И абсолютно никакой идеализации российского капиталистического прошлого у него не было. Не мыслил своей жизни без социализма.

А когда начались все эти геральдические дела, раскапывание своих дворянских предков, гербов и т.п., он смеялся над этим: «Что ты кичишься? Ну, допустим, прадедушка у тебя был граф, а сам-то ты что собой представляешь?..» Наверное, сегодня это немодно звучит, но он плохо относился к аристократии. В том числе к российской.

— И к появившейся так называемой элите?

— Да, и к этой «элите» тоже. Скажу прямо: он был в полном смысле слова советский человек (как и я, замечу, ощущал себя советским человеком). Вот сейчас издеваются над тем, что у нас формировалась новая общность людей — советский народ. А ведь это действительно так! И отцу это было неимоверно дорого. Ему даже совершенно не важна была национальность человека, он, всегда чувствуя себя русским, был как дома в любой советской республике и дружеские, братские отношения людей разных национальностей, которые сложились в нашей стране, очень высоко ценил. Когда же их стали рвать, он переживал это трагически. Встал против.

Судьба Родины для него была выше личных благ и спокойствия

— Когда он чётко понял, что над Советским Союзом нависла реальная угроза?

— Помню хорошо: когда было объявлено о референдуме, быть Союзу или нет. Это переполошило и встревожило его невероятно. Я такого даже не ожидал. Мне-то казалось: ну и что особенного? Проведут опрос, люди в большинстве выскажутся за Союз. А он необычно горячился: «Как ты не понимаешь, есть в жизни такое, что никак нельзя даже ставить под сомнение!..»

После уж я услышал термин: детабуирование. То есть снятие запрета с того, на чём было наложено табу. И понял, насколько глубже меня отец смотрел.

Он даже пытался Горбачёва отговорить. Дело в том, что какое-то время, около года, Горбачёв его к себе приближал. Это после поездки в Японию, когда отец был включён в состав делегации. Так вот, он убеждал Горбачёва, что какими бы ни были результаты референдума, уже сам факт его проведения будет страшным ударом по Советскому Союзу.

— А теперь-то мы знаем, что Михаилу Сергеевичу скорее всего и нужен был такой удар, и чем страшнее, тем лучше.

— Позже, в 1993-м, точно так же отец пытался предотвратить кровавую развязку с Верховным Советом. Был абсолютно вне себя, звонил кому-то, писал. Всё понапрасну…

— Не понапрасну было, что он свою позицию и свой гражданский темперамент в те годы проявил публично. Во-первых, спас таким образом честь русской интеллигенции, которая основательно себя замарала. А во-вторых, многим помог лучше понять, что происходит.

— Он, конечно, и сам понял далеко не сразу. Так называемую перестройку приветствовал и Горбачёва вначале поддерживал. Считал, что какие-то перемены определённо нужны. Но когда всё стало принимать негативный, разрушительный оборот, он, что называется, упёрся. Причём у него был такой характер: если уж он упирался, то очень твёрдо — переубедить его было невозможно. Скажем, никто не мог ему внушить, что при Советской власти был только ужас и Советский Союз — это ужасно…

Знаете, на него не действовал медицинский гипноз: это впервые выяснилось, когда в 50-х годах он перенёс инфаркт. И вот так же не действовал на него гипноз социальный.

— Меня в то критическое время привлекли к нему именно это его самостояние, независимость и твёрдость выношенных, выстраданных убеждений, что резко отличалось от поверхностного и угоднического конформизма многих крикливых «творческих интеллигентов».

— Вы верно связали его поведение в эти годы с тем, как проявил он себя в 41-м: доброволец, ополчение, тяжёлое ранение. Как совершенно искренне, убеждённо и мужественно шёл он на защиту Родины тогда, так и теперь, через много десятилетий, стал яростно защищать свою любимую Родину — Советский Союз.

— Однако многим из тех, кто ещё вчера был с ним близок, это очень не понравилось! Так же ведь? Вот вы рассказывали мне про театральную критикессу, которая заявила: дескать, вы не понимаете, Виктор Сергеевич, что противопоставляете себя большинству…

— Такое было не раз. Он этой критикессе при мне ответил: «А я вот сегодня стоял в магазине в очереди за молоком, и незнакомая женщина мне сказала: «Вы Виктор Сергеевич Розов? Спасибо вам большое, вы ведь один правду говорите о том, что происходит».

Какое-то время тогда ему ещё давали слово на телевидении, поэтому люди узнавали его в лицо. Но он довольно скоро встал на позицию резкого, полного неприятия этих капиталистических реформ и того, что вело к развалу Советского Союза, и трибуны, кроме «Правды», почти всюду стали его лишать.

— Однако в 1993-м на встречу Ельцина с интеллигенцией в Бетховенском зале всё-таки пригласили?

— Да, пригласили. Может, какая-то надежда у них была, что удастся его повернуть. А ему там физически плохо стало. Он просто задыхаться начал от того, что кричали вокруг. Помните? Знаменитый пианист: «Канделябрами их, Борис Николаевич, канделябрами!» Но канделябров, видимо, не оказалось — были танки. Ну и пошли в ход.

Эти люди уже поняли, что очень много может перепасть им от новой власти. Не какие-то цэковские спецпайки — куски куда жирнее. Собственность! Так что знали, ради чего стараться. У отца же это вызвало глубокое негодование. И при всей своей сдержанности, тактичности он отреагировал сразу: «Холуяж!» Заявил после этой встречи, что не видел и не слышал такого ни при Сталине, ни при Хрущёве, ни при Брежневе. То есть сказал правду и сказал прямо, без обиняков.

— Я часто думаю: а мог бы он в те годы повести себя иначе? Всё же возраст, инвалидность, болезни, а он вместо спокойной жизни навлекает на себя горы неприятностей…

— Уверен, иного не могло быть. Я уже сказал вам про главное в его убеждениях и в характере. А особенно надо учесть, что для него любовь к Родине вовсе не была какой-то декларацией «на публику». Это было глубоко внутреннее, но очень сильное чувство, которое владело и двигало им, заставляло страдать, диктовало решительные слова и поступки.

Я вот говорил, как он болел за Советский Союз и за всё советское. Но тогда же, и не менее активно, он начал выступать в защиту русских — русского характера, русской души, русской культуры. А почему? Это опять-таки стало реакцией на атаку так называемого общественного мнения, когда пошла волна издевательств: будто всё русское — это, как теперь говорят, отстой, чуть ли не уродливое отклонение мировой цивилизации.

— Да, уж такое, как я понял, он принять не мог.

— Возмущался страшно каждым подобным выпадом! Суть в том, что душою он был русский и советский вместе. Всегда. Это в нём не противостояло, как в некоторых, он не видел и не допускал здесь никакого противопоставления.

— Мне понятно: в органическом единстве — интернационализм и патриотизм. Ведь интернационализм — это вовсе не космополитизм, который правильно назван безродным. Это, в конце концов, проявление той самой всемирной отзывчивости русской души, которую Достоевский выделял в Пушкине. А вот сценарист Аркадий Инин позволил себе в газете назвать Розова… русским нацистом. И ведь не он один так бил по солдату Великой Отечественной! Наверное, вы тоже были свидетелем этих ударов?

— Увы. Не только в газетах и по телевидению. Домой звонили. Конечно, не называясь. Но при том как оскорбляли его!

— Переживал сильно?

— Естественно, было неприятно. Однако у него за большую жизнь уже выработался определённый иммунитет на несправедливые выпады. Ну а самое главное, он был убеждён в своей правоте, и столкнуть его с твёрдой убеждённости, как я уже говорил, было невозможно.

Об истоках, корнях, жизненной основе

— Давайте, Сергей Викторович, перейдём сейчас к тому, что весьма важно для читателей. Я имею в виду то, как сложилась жизнь писателя Розова и сформировалась вот такая уникальная его личность, о которой мы с вами говорим. Можно начать с истоков и корней биографии?

— Всем порекомендовал бы книгу отца, которую он назвал «Путешествие в разные стороны». Там, правда, нет последовательного изложения биографии. Это какие-то, на первый взгляд, обрывочные воспоминания, эссе, зарисовки, новеллы из жизни, но всё вместе складывается в очень искреннюю исповедь.

— Там есть важнейшая, на мой взгляд, глава под названием «Я счастливый человек». Можно сказать, квинтэссенция Розова. Казалось бы, жизнь-то в большой её части очень нелёгкая, а человек называет себя счастливым. Другие (ох, сколько их!) брюзжат по гораздо меньшим поводам так, что становится тошно. А тут какой-то генетический оптимист…

— Что ж, начнём, как вы сказали, с истоков и корней. Когда он родился, семья жила в Ярославле. Мать воспитывала детей, была домохозяйкой. Отец, то есть мой дед, работал бухгалтером. Во время Первой мировой войны он попал под газы, оказался в плену, и психика у него была несколько нарушена.

А в 1918-м, во время эсеровского мятежа, их дом был разрушен, и они переехали в Ветлугу. Там поблизости брат дедушки, двоюродный мой дед, которого в семье называли дядей Шурой и который по профессии был врачом, основал больницу в селе Одоевское. Она цела до сих пор. Позапрошлым летом мы с двоюродным братом туда съездили. Открываем дверь в это деревянное старое здание — и видим портрет дяди Шуры…

Потом дядю перевели в Кострому, и семья отца потянулась за ним. Как вы знаете, Кострома для отца стала второй родиной. Очень любил этот город на Волге. Здесь он пошёл в школу, затем в техникум лёгкой промышленности, который окончили многие известные костромичи. Но у него интересы были другие: увлёкся театром.

— Как это произошло?

— По-моему, любовь к театру родилась у него через любовь к литературе. Чувство слова и чувство сцены развивались параллельно. В семье все пели. У дяди Шуры был роскошный голос. А у отца ни голоса, ни слуха не было. Но, видимо, атмосфера семейная тоже способствовала любви к искусству.

Так появился в его жизни ТРАМ — театр рабочей молодёжи. Тогда, в 20-х годах, много было таких театров для рабочих. Костромской, судя по всему, входил в число лучших. Например, там работал будущий великий режиссёр Алексей Дмитриевич Попов. Сейчас в этом здании Театр кукол, и есть памятная доска с именем А.Д. Попова.

— Насколько я помню из книги Виктора Сергеевича, он познакомился с этим выдающимся режиссёром уже в Москве?

— Да, некоторое время даже жил у него дома как у земляка. Это когда поехал поступать в театральную школу. ТРАМ определил его судьбу. Дело в том, что отец был здесь не только исполнителем, но и проявил свои лидерские, режиссёрские наклонности, начал что-то для сцены сочинять.

А поступил он в столице в школу Театра Революции. Курс вела великая Мария Бабанова, он сразу стал старостой, и после окончания школы его оставили в этом театре, правда, во вспомогательном составе.

Вообще, нельзя сказать, что его актёрская карьера складывалась очень успешно. К тому же, как назло, он влюбился в маму, и любовь эта поначалу долго была безответной. Маме было тогда всего 16 лет, и она приписала себе годы, чтобы поступить в театральную студию Хмелёва. Волю, конечно, он проявлял незаурядную, когда ухаживал за ней. Она была хороша собой, и кавалеры у неё были гораздо выгоднее и красивее, нежели он. Однако их предложения она тоже не принимала.

— Провожала его на фронт, как Вероника провожает Бориса в пьесе «Вечно живые» и фильме «Летят журавли»?

— Наверное, было похоже. В отличие от Бориса он выживет, но вернётся инвалидом на всю оставшуюся жизнь. И всё-таки они поженятся. Через десять лет после знакомства!

— Мама ваша, Надежда Варфоломеевна, тоже была во многих отношениях удивительный человек. Стихи писала, дневник в стихах…

— Она была талантливая актриса — любимица Хмелёва в Театре имени Ермоловой. На конкурсе молодых актёров Москвы — по-моему, это был 1949 год — заняла первое место. А потом оставила театр. Ради семьи, детей, ради отца, которому полностью себя посвятила.

— Они ведь поженились сразу после войны?

— Да. Ещё где-то в 1944-м договорились жить вместе и расписаться, как только кончится война. И вот интересно получилось. Война кончилась 9 мая, а 15-го у мамы день рождения. Он говорит: «Ну давай в твой день рождения». Явились в загс, а он на замке: оказалось — выходной. На следующий день пришлось повторить…

— Эту историю и Виктор Сергеевич, и Надежда Варфоломеевна мне рассказывали. Я думаю, об их любви можно было бы написать хорошую пьесу или снять фильм.

— В самом деле, непридуманная и очень трогательная драма из жизни. Ведь среди всех своих многочисленных и престижных ухажёров и поклонников мама в конце концов предпочитает его. С кем связывает жизнь? С раненым, обречённым на инвалидность человеком. Абсолютно неимущим. И полная неясность, что будет. Понятно, к своей профессии актёра он уже не вернётся, а получится ли из него режиссёр или сценарист — колоссальный вопрос.

Живут буквально впроголодь, снимают эту келью крошечную в бывшем Зачатьевском монастыре — они называли его «Зачмон». Но, тем не менее, мама сделала именно такой выбор. И оба они счастливы.

Это, кстати, на заметку нынешним девушкам, ищущим выгоды. Кроме того, что у родителей моих любовь оказалась на всю жизнь, совершенно непредвиденно и уже скоро отец становится весьма обеспеченным человеком. Свадьба в 45-м, а в 49-м его первая пьеса начинает идти по всей стране. И через десять лет у них четырёхкомнатная квартира, дача, машина «ЗиМ»…

— Крутой поворот, ничего не скажешь. Награда судьбы?

— Победа таланта. И труда. Отец больше всего ценил в людях талант и труд.

— Вы родились, затем ваша сестра. Тоже семейное счастье Розовых. С кем ещё из родных отец поддерживал отношения?

— Своих дедушку и бабушку по линии отца я уже не застал. Но он очень трепетно относился ко всем родственникам. Помогал, если надо. А особенно тесно был связан со своим старшим братом Борисом и с двоюродным братом, Александром Александровичем.

Оба были военные. Александра Александровича я знал уже полковником. Он работал на крупном военном заводе в Москве, стал потом парторгом этого предприятия. Ну а Бориса Сергеевича военная судьба бросала по стране. Помню, мы ездили к нему в Петрозаводск, в другие города. А когда пенсию оформил, вернулся в Кострому. Отец очень его любил и страшно переживал, когда он умер. Так получилось, что отец тогда был в Америке, и после возвращения маме пришлось с этим горем встречать его в аэропорту…

Счастье в том, что он осуществил своё призвание

— Главным делом жизни Виктора Розова стала литература для театра — драматургия. Расскажите, пожалуйста, как он к этому пришёл.

— Я уже сказал вскользь, что сочинять он начал ещё в Театре рабочей молодёжи, а затем это продолжилось в школе Театра Революции. Сочинения были, конечно, не очень серьёзные: скетчи, интермедии, всяческие капустники.

За большую работу неожиданно взялся, когда, вернувшись с того света, вышел из казанского госпиталя и приехал в Кострому. Здесь он более или менее оклемался, осмотрелся и… начал писать пьесу. Это и будут «Вечно живые», а тогда пьеса называлась «Семья Серебрянских».

Когда закончил, понёс цензору. Это был, как я понимаю, старый большевик. Говорит: «Ну я завален работой, у меня сверхсрочные материалы для армии. Скоро не прочту. Ты не дёргайся: когда надо будет, я найду тебя сам».

А на следующий день просит зайти. «Ну и пьесу ты, Розов, написал, — говорит. — Я вечером начал читать, плакал всю ночь, не заснул… Запрещаю».

— Вот это да! Удар под дых начинающему автору?

— Отец так не воспринял. Он особых иллюзий не питал, просто писал как пишется, понимая в глубине души: пьеса, где невеста изменяет жениху, сражающемуся на фронте, в любой стране во время войны вряд ли может быть поставлена. И он её отложил.

— Но такое понимание, можно сказать, государственное, далеко не каждому пишущему свойственно.

— У отца оно было. Проявлялось по-разному, а замечал я это много раз. Например, начиная с «перестройки» и до сих пор усиленно спекулируют на теме «бессмысленных жертв» во время войны. Отец возмущался такой спекуляцией.

Какой-нибудь Пивоваров делает телефильм о Ржевской операции, где изображает её всю как бессмысленную. Бред какой-то несёт! А ведь известно же, что это были отвлекающие действия, чтобы не дать возможности немцам перебросить дополнительные войска к Сталинграду.

— То есть Виктор Сергеевич понимал сложность большой войны?

— Да, война есть война, кровавое и сложное дело, упрощать которое задним числом недопустимо. Он, например, с черноватым юмором рассказывал, как их выстроили после прорыва немцев под Вязьмой. Командир сказал примерно так: теперь наша задача — завалить врага трупами. Если, дескать, он потом сутки потратит, чтобы путь от нас расчистить, значит, мы свою боевую задачу выполнили. И никакого пивоваровского кошмара, никакой паники не было, потому что, говорил отец, все понимали, насколько тяжела ситуация…

— Вернёмся к первой его пьесе. Как потом с ней сложилось?

— Она сохранилась каким-то чудом. Ведь все свои документы и все первые юношеские литературные опыты — скетчи, рассказы, стихи — он в войну потерял. А эта пьеса уцелела. И когда через 13 лет(!) рождавшийся новый театр — «Современник» насел на него: «Дайте пьесу!» — он про неё вспомнил. «Есть, — говорит, — у меня одна военная пьеса, но её даже показывать неудобно: на амбарной книге, на обороте страниц написана…»

А в «Современнике» прочитали, и сразу было решено: открываться они будут этой пьесой. Конечно, он многое переделал, переписал, но в основе было произведение 1943 года…

— Чтобы на него, на Розова, к 1956 году так настойчиво «насел» новый театр, необходимы были известность и репутация.

— Было уже и то, и другое. В 1949 году Центральный детский театр поставил пьесу Виктора Розова «Её друзья». И никому до тех пор не известное имя автора стало известно всей стране: десятки театров, один за другим, ставят эту пьесу. Центральным детским руководили тогда выдающиеся театральные деятели Пыжова и Бибиков, в спектакле были заняты замечательные актёры, в том числе и Олег Ефремов. Потом с Ефремовым и с режиссёром Анатолием Эфросом будут связаны следующие пьесы отца — «Страница жизни», «В добрый час!», «В поисках радости»…

— Полвека спустя «Её друзья», первую розовскую пьесу, увидевшую сцену, поставил МХАТ имени М. Горького под руководством Татьяны Дорониной. С огромным успехом! И ведь продолжает идти почти два десятка лет. А как эта пьеса родилась?

— О, тут интересная история. Несколько поправив в Костроме своё здоровье, отец начинает работать в разъездных фронтовых театрах. Пишет для них, ставит, ведёт концерты. Однажды выступали они на строительстве Рыбинской ГЭС, и зрителями оказались строители-заключённые. Так вот, после выступления выходит эффектная женщина — в тюремной робе, но такое впечатление, что она царица. Властным голосом вопрошает: «Кто это всё писал и ставил?»

Отец робко представляется. И что же слышит? «Я — Наталья Сац. Освобождаюсь в 44-м году, а в 45-м открываю театр для детей в Алма-Ате, мне уже выделено здание. Приглашаю вас к себе на работу».

— Ничего себе сюрприз. А он знал к тому времени, кто такая Наталья Сац?

— Конечно, знал. Ей ведь до войны в Москве для детского театра было отдано здание 2-й студии МХАТ… Но это приглашение — от заключённой! — всерьёз он не воспринял.

Далее продолжает разъездную работу во фронтовых театрах, берут его режиссёром в театр Центрального дома культуры железнодорожников, которым руководила известнейшая Мария Осиповна Кнебель. Начались уже послевоенные годы. Они с мамой живут в коммуналке, в том самом «Зачмоне». И вот однажды крик на весь коридор: «Розов здесь живёт? Вам правительственная телеграмма!»

Оказалось, из ЦК Компартии Казахстана: «Согласно договорённости, вы приглашаетесь на постановку спектакля «Снежная королева» для открытия Алма-Атинского театра для детей и юношества».

— Теперь уже сюрприз настоящий!

— Действительно, неожиданность. Он едет и ставит спектакль — по всем отзывам, очень хороший. Мне, например, с восторгом рассказывала о нём Роксана, дочь Натальи Сац. Когда же отец прощался с Натальей Ильиничной, она ему говорит: «Вы ведь ещё и пишете. Сделайте пьесу для нашего театра. О школе, о сегодняшней молодёжи». Он отвечает неуверенно, что попробует, а она — требовательно, в своём стиле: «Нет, вы обязательно напишите! Дайте мне слово и получите аванс».

Он аванс взял, обязавшись написать в течение полугода. Но в Москве его закрутили другие дела. И вот проходит время — в коридоре снова голос: «Розов, вам правительственная телеграмма!» Читает: «В связи с неисполнением вами срока написания пьесы передаём дело в суд и вычитаем с вас полученный аванс, если вы в течение месяца не представите пьесу».

Тогда он садится и пишет «Её друзья».

— Мне Виктор Сергеевич рассказывал, что в основу этой пьесы была положена реальная история.

— Да, он как раз прочитал в газете о девочке-школьнице, которая потеряла зрение, но благодаря друзьям ей удалось сдать выпускные экзамены в школе, а затем и зрение восстановилось. Можно было бы отнестись к этому как к советской сказке, но ведь врачи знают, как действительно велика при лечении роль положительных эмоций, как много значит создание душевно благоприятной среды.

В общем, отца эта тема — верной дружбы, бескорыстного товарищества — очень взволновала и увлекла. И пьеса, вроде бы бесхитростная, чуть ли не наивная, как видим, продолжает жить. С неё началась сценическая биография более двадцати пьес Розова, в которых реализовалось его драматургическое призвание. И тогда же, в 1949-м, он начинает свою жизнь как профессиональный драматург. Даже поступает в Литературный институт, оканчивает его, почти сразу становится здесь преподавателем…

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14780/34/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Статьи Виктора Стефановича Кожемяко
СообщениеДобавлено: Пт июн 21, 2013 9:08 am 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8161
Необходимый Виктор Розов

ОН ПРИЗНАН как один из крупнейших драматургов ХХ века. Событием советской театральной жизни стала постановка уже самой первой пьесы Виктора Розова «Её друзья» на сцене Центрального детского театра в 1949 году. Спектаклем «Вечно живые» по его пьесе открылся в 1957-м театр «Современник». А фильм «Летят журавли», снятый по его сценарию, был удостоен в 1958 году высшего приза Каннского кинофестиваля «Золотая пальмовая ветвь» и теперь значится среди лучших фильмов мирового кинематографа.

Но Виктор Сергеевич был не только выдающимся русским советским писателем. Он был и настоящим гражданином своего Отечества, великим патриотом. Особенно ярко это проявилось в последние годы его жизни — самое трагическое время для нашей страны. Когда в конце 80-х годов прошлого века он, до-броволец Великой Отечественной, понял, какая опасность вновь нависла над Советским Союзом, честный писатель и отважный солдат мужественно встал на его защиту. А потом начинается борьба за Россию — за справедливую власть в стране, за её независимость, за самобытную и великую русскую культуру. Несмотря на преклонный возраст, Виктор Розов остаётся в первых рядах бойцов.

Его страстный публицистический голос, обращённый к соотечественникам, больше всего звучал в эти годы со страниц «Правды», которая стала для него самой главной газетой. Розов и «Правда» — большая тема. Ей и посвятил свою новую книгу обозреватель нашей газеты Виктор Кожемяко, много общавшийся тогда с Виктором Сергеевичем и опубликовавший целый ряд бесед с ним.

Книга под авторским названием «А Розов сказал: «Холуяж!» сдана в издательство «Алгоритм». В нынешнем году, 21 августа, исполнится 100 лет со дня рождения В.С. Розова, и мы надеемся, что к этой знаменательной дате она выйдет. А пока завершаем публикацию фрагментов из книги (начало в номере от 12—15 апреля): читатели должны по достоинству оценить подвиг писателя-патриота, свершённый им в конце жизни. Сегодня Виктор Розов необходим нам так же, как тогда.

Душою русский и советский

Беседа обозревателя «Правды» Виктора КОЖЕМЯКО с режиссёром Сергеем РОЗОВЫМ, сыном драматурга

Это вторая, заключительная часть диалога о Викторе Сергеевиче Розове с очень близким ему человеком, который в своей жизни и работе старается быть верным заветам отца.

Принципы в жизни и творчестве у него были едины

— Надо нам теперь несколько подробнее поговорить о творчестве Виктора Сергеевича. И давайте всё-таки задержимся на «Её друзьях» — той его пьесе, которая, как говорится, первой увидела свет рампы. Вот вы сказали: чуть ли не наивная. Сам он тоже подчёркивал, что это был первый его опыт, во многом несовершенный. Всё так. Однако почти через полвека, в 1997-м, на просьбу Татьяны Васильевны Дорониной дать что-нибудь для руководимого ею МХАТ имени М. Горького он предлагает именно «Её друзья». А Доронина, прочитав пьесу, сразу же принимает её, позвав для постановки талантливого кинорежиссёра Валерия Ускова. Он с невероятной увлечённостью — я сам был свидетелем! — ставит этот спектакль, премьера которого, как и в 1949-м, имеет феноменальный успех. Как объяснить?

— Может быть, и тогда, вскоре после тяжелейшей войны, и в нынешнее жестокое время пьеса эта особенно ответила потребностям людей в добрых чувствах, дефицит которых они остро испытывают.

— Согласен. «Её друзья» (впрочем, как и другие пьесы Виктора Сергеевича) — произведение очень доброе. Недаром статью о спектакле в театре Т.В. Дорониной я назвал «Свет и тепло доброты». В самом деле, на этих спектаклях, что я неоднократно чувствовал, люди согреваются душой и выходят из зрительного зала как бы озарёнными…

— А между тем я вам сообщу забавный факт, о котором рассказывал сам отец. Пьеса после Центрального детского пошла, наверное, более чем в ста театрах страны. И во многих местных газетах тогда писали примерно так: «Какой молодец наш театр — из такой слабой пьесы сделал такой замечательный спектакль». Но если в ста театрах это получилось, значит, всё-таки в пьесе что-то есть?

— Да, оценки и пророчества бывают, что называется, пальцем в небо. Вы, наверное, читали в своё время злобную статью журналиста Льва Колодного в «Московской правде» после того, как «Правда» опубликовала мою беседу с Виктором Сергеевичем под заголовком «Сеются зубы дракона». Очень хотелось Колодному побольнее ударить и посильнее принизить советского драматурга Розова, которому предсказал он немедленное и полное забвение. Дескать, пьесам его теперь, после уничтожения Советской власти, — конец, никто их ставить и смотреть не будет. Как сильно ошибся! Он писал такое в начале 1994-го, а в 1997-м появляется этот спектакль у Дорониной. Потом в её же театре ставят «В день свадьбы», «В поисках радости»…

— И когда Колодный писал свою статью, пьесы Розова продолжали идти. А затем, с годами, их ставили не меньше, а всё больше. Сегодня только в Москве в пяти театрах идут пять его пьес. Всего же, по имеющимся у меня данным на май 2013 года, в репертуаре разных театров пятнадцать розовских спектаклей.

— В общем, плохим предсказателем оказался Лев Ефимович Колодный. Сопоставляя ёрнически Розова с Шекспиром, он ехидничал: «Неужели пьесам Виктора Сергеевича суждена такая же участь и поколениям зрителей предстоит на спектаклях, поставленных режиссёрами будущего, страдать, любить, плакать и смеяться, духовно очищаясь и обогащаясь? Не уверен». Это было написано почти двадцать лет назад. И что же? Процитирую беседу с молодой актрисой Алисой Гребенщиковой, дочерью известного музыканта, опубликованную в газете «Московский комсомолец» 27 апреля 2013 года: «Когда я училась на третьем курсе, посмотрела там (во МХАТ имени М. Горького. — В.К.) спектакль по пьесе Виктора Розова «Её друзья». Я была «насмотренный» к тому времени человек. Но это единственный спектакль в моей жизни, когда я в первом акте заплакала, а весь второй акт прорыдала не останавливаясь». Каково признание и что вы на это скажете?

— Да, выходит, зря Колодный сомневался, что будут плакать, страдать и смеяться на спектаклях по пьесам Розова.

— Совсем зря! Кстати, Алиса Борисовна далее в том интервью подчёркивает: «Я далеко не самый доброжелательный зритель, весьма пристрастный. Не люблю неискренние спектакли, особенно для детей, не выношу фальши». От себя могу сказать: когда я думаю, в чём секрет притягательности розовских пьес, искренность среди их достоинств для меня на одном из первых мест. Вот вы говорили, что отец не был в жизни человеком с двойным дном. Важно, что и в творчестве он таким не был. Это очень чувствуется и, безусловно, покоряет зрителей — в ситуациях его пьес, в интонациях, в какой-то особенной розовской обаятельности и проникновенности.

— Искренность в литературе и в театре для него была очень важна. Фальши не терпел в других и старался не допускать в себе.

Не раз слышал я от него и такое двустишие (автора не помню): «Правда, сказанная злобно, лжи бессовестной подобна». Он разделял понятия «злость», которая непродуктивна, которая убивает человека, а тем более — художника, и «гнев, негодование», даже «ярость». Я хочу сделать лучше, очень сильно хочу, так сильно, что невольно начинаю яриться…

— Расскажите, пожалуйста, какие ещё творческие принципы вы наблюдали в его работе. Что двигало им как художником? К чему стремился? Что он любил, а чего категорически не принимал?

— Знаете, его автобиографическая книга «Путешествие в разные стороны» имеет ещё второй заголовок — «Удивление перед жизнью». Вот это удивление перед жизнью, насколько она интересна и разнообразна, удивление перед людьми, как они интересны, многомерны, глубоки, по-моему, и было его главным творческим двигателем. Именно это ему хотелось раскрыть в своих пьесах.

И у других авторов он очень ценил, когда речь шла об интересных личностях. Причём совсем не обязательно это должны быть люди выдающиеся, великие, хотя таковыми искренне восхищался. Считал, что каждый человек — это целый мир. По-своему интересен каждый, даже из самых, что называется, простых и неприметных. Умел это рассмотреть. А нарочитого принижения человека терпеть не мог.

В этом смысле он полностью согласен был с Горьким, который, если помните, критиковал Чаплина за то, что своей маской он «маленького» человека ещё более принижает. Было у отца на определённом этапе и расхождение с Алексеем Николаевичем Арбузовым, вокруг которого в руководимой им студии стали группироваться молодые драматурги, увлечённые тем, что впоследствии назвали «чернухой». Так называемого маленького человека эти авторы показывали не с сочувствием и желанием, чтобы он стал большим, а с неким любованием, что он духовно так мал и узок, так жалок и пошл.

Вот этого отец не любил. Он говорил так: «Ну зачем я пойду в театр и три часа проведу с людьми, которые мне неинтересны, когда в жизни масса интересных людей?»

— Ныне всё чаще и великих опошляют. Например, какой-нибудь «клубничкой». Якобы таким образом делают их «интереснее» для зрителей. Между тем смотришь подобный спектакль или сериал и думаешь: «Да чем же велик-то этот человек?»

— Отец очень переживал, когда жизнь великих людей изображали как череду мелких измен и бытовых пороков. Он возмущался: «Что же это происходит? Люди вместо того, чтобы тянуться к высоте выдающегося человека, или по крайней мере понимать его масштаб, довольны: вот и я такой же. Дескать, он изменял жене — и я изменяю…»

Часто вспоминал в связи с этим известное письмо Пушкина Вяземскому по поводу записок Байрона. Мол, толпа радуется, что великий низок и подл, как они, а Пушкин возражает: врёте, подлецы, он и низок не так, как вы, — иначе!

— Сейчас то, что огорчало Виктора Сергеевича, буквально наводнило телеэкран, кино, сцену. Да ещё это повальное уродование классики! Наверное, он в ужас пришёл бы от постановок какого-нибудь Кирилла Серебренникова…

— Конечно, не в восторг. Но, знаете, вряд ли он был бы этим удивлён. Всякого насмотрелся на своём веку. И вот что подчеркну: никогда не боялся говорить то, что шло как будто вразрез с общественным мнением.

Например, он не принимал Мейерхольда. Он застал его спектакли, видел и прямо говорил, что ощущение у него было скверное. И от «Горя уму», и от «Ревизора», и от других. Кроме одного, который он считал божественным и относил к вершинам театра. Это «Дама с камелиями», поставленная в конце жизни Мейерхольда в совсем иной эстетике.

Даже в любимом Художественном театре очень не понравился отцу спектакль «Горячее сердце», и он говорил: «Гротеск они не умеют играть». Не принимал на сцене Художественного и постановки пьес Шекспира, каждый раз повторяя: «Это не Шекспир». А если что-то ему не нравилось, свернуть, сбить его было невозможно, о чём я уже говорил.

Впрочем, если нравилось, тоже был твёрд, несмотря ни на что. Скажем, где-то в середине 90-х его резко настраивали против фильма «Сочинение к Дню Победы» Сергея Урсуляка, тогда ещё начинающего режиссёра: дескать, в неприглядном виде показаны ветераны войны. А потом показали ему этот фильм. На последующем обсуждении, где решалась судьба картины, то есть дать ей широкую дорогу или нет, он вдруг выступил совсем не так, как от него ожидали: «Замечательный фильм! Не могу его ругать. Я согласен с позицией авторов».

Мне приятно, что позднее Урсуляк, снявший уже «Ликвидацию» и другие весьма заметные фильмы, этот факт в интервью вспомнил. С большой благодарностью отцу. Сказал, что от Виктора Сергеевича тогда очень многое зависело, а сам он мысленно решил: если Розов отрицательно отзовётся, уйду из профессии. К счастью, получилось иначе.

Искусство и жизнь, «элита» и народ

— Из бесед с Виктором Сергеевичем я понял, как много значило для него искусство, насколько глубоко воспринимал он духовность литературы, культуры, особенно русской. Не раз слышал от него, как молодым после мхатовского спектакля «Вишнёвый сад» он ходил по ночной Москве и плакал. Плакал от счастья…

— Знаете, он чувствовал искусство прямо-таки на физиологическом уровне. Был случай, когда в Москву приехала Мария Каллас и отец собирался на е