Высокие статистические технологии

Форум сайта семьи Орловых

Текущее время: Ср сен 20, 2017 10:59 pm

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 7 ] 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Угостить человеческим мясом обещают в Берлине и Лондоне
СообщениеДобавлено: Ср сен 01, 2010 9:53 am 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 7206
28 Августа 2010
Угостить человеческим мясом обещают в Берлине

В Германии поднялась волна возмущения по поводу шокирующей рекламы нового ресторана. В Берлине, как сообщают объявления в газетах и в Интернете, открывается ресторан для каннибалов Flimé. Заведение приглашает добровольцев, желающих продать любые свои органы на еду, а также "хирурга без предрассудков".

Адрес ресторана Flimé и имена владельцев не раскрываются, но станут известны 8 сентября - на эту дату назначено открытие. Желающим сдать органы предлагается заполнить анкету с вопросами о состоянии здоровья, массе тела, физических нагрузках, употреблении алкоголя, табака, наркотиков, медикаментов, перенесенных хирургических операциях, беременности и т.п. Будущим донорам обещают медосмотр за счет заведения.

В рекламе утверждается, что идея почерпнута у бразильского племени варикака, в котором якобы принято было поедать тела умерших родственников, чтобы усилить духовную связь с ними и облегчить скорбь, вызванную их уходом из жизни. "Мы считаем употребление пищи духовным актом, в ходе которого дух и сила поедаемого существа передается тем, кто его ест", - пишут хозяева ресторана.

В меню указаны мясные блюда, но не уточняется, из какого мяса они будут приготовлены, отмечает Guardian. Напомним, что житель Германии каннибал Армин Майвес в 2006 году был приговорен к пожизненному заключению за то, что заживо съел берлинца, который добровольно на это согласился.

http://travel.mail.ru/news/56340/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Угостить человеческим мясом обещают в Берлине
СообщениеДобавлено: Пн янв 02, 2012 7:49 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 7206
Сущность типичного европейца - каннибализм. Остальное - мишура.
Интересно, скоро ли подобный ресторан по западному образцу откроют в Москве? Интересно, кого будут кушать "новые русские"? Как Вы думаете?


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Угостить человеческим мясом обещают в Берлине
СообщениеДобавлено: Вс фев 26, 2012 7:38 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 7206
Если попадете в Берлин, будьте осторожны - могут съесть.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Угостить человеческим мясом обещают в Берлине
СообщениеДобавлено: Вт май 08, 2012 2:55 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 7206
Каннибал осуществил мечту детства


— 4.12.03 10:13 —

ТЕКСТ: ИРИНА ПЕТРАКОВА



На первом в Германии судебном заседании по делу о каннибализме подсудимый в деталях описал процесс приготовления человечины. А чтобы у судей не осталось сомнений в его искренности, они посмотрят видеозапись убийства и пиршества.

Слушания дела 42-летнего Армина Майвеса открылись в среду утром в суде города Касселя. Подсудимый – программист из Ротенбурга – обвиняется в убийстве другого 42-летнего программиста, сотрудника компании Siemens. Его зарезали кухонным ножом в марте 2001 года и впоследствии частично съели. За всю историю Германии это первый случай каннибализма, рассматриваемый в суде. Поэтому в среду зал судебных заседаний в Касселе был переполнен.



Как сообщает «Би-Би-Си», выступая на первом слушании, Майвес признал свою вину. Добавив при этом, что осуществил наконец свою детскую мечту. По его словам, в детстве он очень любил смотреть фильмы ужасов. А мысль съесть человека возникла у него в промежутке между 8 и 12 годами.



Каннибал также добавил, что чувствовал себя очень одиноким и хотел, чтобы у него был брат, с которым они «навсегда оказались бы неразлучны», если бы Майвес съел его. Однако вместо брата Майвес съел случайного знакомого, в чем и признался, выступая на процессе. «Он сам хотел, чтобы его съели, я всего лишь исполнил его просьбу», – отметил в своей речи каннибал, озаривший весь зал своей улыбкой.

Затем Майвес изложил подробности того, как он расправился со своей жертвой. По его словам, в 2001 году Майвес поместил объявление на трех сетевых гомосексуальных чатах, посвященных теме каннибализма. В объявлении маньяк сообщил, что разыскивает «хорошо сложенного человека, согласного стать жертвой каннибализма». На призыв откликнулись более 400 человек. Среди них наиболее настойчивым в желании быть съеденным оказался 42-летний программист компании Siemens Бернд-Юрген Брандес. В течение двух недель людоед и жертва общались друг с другом. Наконец, 10 марта 2001 года Брандес приехал из Берлина в дом Майвеса в Ротенбурге, где и состоялось адское пиршество.



После небольшой беседы Брандес полностью разделся, указал на свой половой орган и сказал: «Вот мой пенис, я надеюсь, он придется вам по вкусу». После чего каннибал с разрешения гостя отрезал ему гениталии. «Деликатес» был поджарен с чесноком и съеден обоими извращенцами.



Затем Брандес на протяжении десяти часов умолял Майвеса отрезать ему еще что-нибудь и в конце концов убить. В итоге программист из Берлина потерял сознание от сильной потери крови, и гостеприимный хозяин зарезал его 18-сантиметровым кухонным ножом. По заключению экспертов, Брандес скончался в результате нескольких ударов в шею. Сцена убийства и последующего поедания Брандеса была записана людоедом на видеокамеру, которую затем приобщили к материалам уголовного дела.



После убийства Майвес поцеловал труп, попросил прощения, а затем расчленил тело Брандеса и хранил его части в морозильной камере, снабдив их надписями «вырезка», «филе» и «стейк».



В морозилке он также оставил череп своего друга. «Каждый раз, когда я доставал мясо, я вспоминал о нем», – отметил подсудимый.

К моменту ареста в декабре 2002 года он употребил в пищу 20 килограммов человеческой плоти. По сообщениям, маньяк был арестован благодаря доносу студента из Австрии. Тот наткнулся на сообщения, которые Майвес оставил в сетевой конференции. Пришедшие в дом Майвеса следователи увидели клетку, стол мясника, на котором он, очевидно, разделывал труп, а также крюк под потолком.

Представитель обвинения заявил, что убийство было, во-первых, преднамеренным, а во-вторых, совершено с целью сексуального удовлетворения. Обвинение акцентирует тот факт, что Майвес был признан психически здоровым и «преследовал не альтруистические, а эгоистические цели».



В ходе следствия выяснилось, что Брандес был не единственным кандидатом на поедание. Удивительно, но маньяку удалось найти через интернет сразу несколькo желающих повторить судьбу берлинского программиста.



По имеющимся у следствия данным, как минимум еще пятеро одержимых идеей быть съеденными побывали в доме Майвеса, но в последний момент отказались от своих планов. Некоторых своих потенциальных жертв людоед подвешивал к потолку за ноги и готовил к процедуре жертвоприношения. Но если приготовленный к поеданию человек менял свое решение, Майвес немедленно его отпускал.

Последнее обстоятельство, кстати, один из главных аргументов защиты. Адвокат Гарольд Эрмел намерен использовать на процессе также видеозапись убийства Брандеса – ту, где мужчина умоляет его убить. Защитники Майвеса считают его действия чем-то вроде незаконной эвтаназии. По словам защиты, жертва их клиента сама мечтала быть съеденной, а потому действия Майвеса нужно квалифицировать как помощь в уходе из жизни.



Что касается обвинений собственно в каннибализме, они вообще не будут предъявлены. В немецком законодательстве просто нет соответствующей статьи.



В результате приговор маньяку сложно предсказать. Обвинение требует для него ввиду его социальной опасности пожизненного заключения. Но если суд согласится с мнением защиты, что как такового убийства не было, Майвес получит лишь от шести месяцев до пяти лет тюрьмы. По словам профессора Института криминалистики Артура Краузера, дело каннибала-убийцы наверняка войдет в историю немецкой юриспруденции. Сам Майвес сообщил журналистам, что, если его признают виновным, он будет писать в тюрьме мемуары.

Ожидается, что каннибалу вынесут приговор в начале февраля следующего года, за это время в суде дадут показания 38 свидетелей, в том числе одна из несостоявшихся жертв Майвеса. Самой большой сенсацией этого судебного процесса должна стать видеопленка с записью убийства, которую продемонстрируют на одном из открытых для прессы заседаний. В суде уточнили, что самые жуткие моменты зрителям не покажут, остановившись лишь на приготовлении к убийству и нанесении нескольких ударов ножом.

http://expat.ru/forum/showthread.php?t=105881


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Угостить человеческим мясом обещают в Берлине
СообщениеДобавлено: Вс июл 07, 2013 11:32 am 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 7206
«Глобальные идеологи» морально готовят людей к каннибализму: павильон человеческого мяса Лондоне

У современного человека изымают последние моральные барьеры, окончательно превращая его к животное

Жуткий мясной павильон был открыт на лондонском рынке мяса «Smithfield», где покупателю предлагают купить любую часть человеческой туши: руки, ноги, уши, пальцы, гениталии и даже целые тела.

Товары этой лавки ужасов представляют собой свинину или говядину, выложенную в форме человеческих частей тела. Официально это было сделано ради продвижения компьютерной игры «Resident Evil», по мотивам которой сняли фильм «Обитель Зла».

Между тем, с одной стороны, нужно знать религиозные основы иудаизма, где практиковалась антропофагия и до сих известны случаи «грамотной добычи крови». При этом «рядовых иудеев Америки» очевидно готовят к коллапсу. Их психику уже начали подготавливать повсеместно такие лекторы-сатанисты, как этот господин на видео, рассуждающего о том, как выжить в Манхеттене, что «человеческое мясо полезно» и необходимо готовится к тому, чтобы на третий день голода «выбрать того, кого необходимо съесть, чтоб сохранить силы и чтобы вас не съели». Кроме того, он поучает, «как правильно убить человека, разрубить его на части – чтобы никто не видел, что несете мясо».

Поскольку «теория без практики мертва», поэтому для закрепления теории каннибализма в головах на Западе создают особые магазины с муляжами человеческого мяса. Об одном таком магазине в Лондоне информация в Интернете уже появилась.

Нужно отчетливо понимать, что такими сомнительно покупками «глобальные идеологи» вытаскивают из современного человека последние моральные принципы, окончательно превращая его к животное.


http://choodo7.livejournal.com/204473.html
http://communitarian.ru/novosti/v-mire/ ... _08062013/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Угостить человеческим мясом обещают в Берлине и Лондоне
СообщениеДобавлено: Ср июл 31, 2013 2:48 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 7206
Русский информационно-познавательный ресурс "Русколань"


.

[AD]


Каннибализм как часть европейской традиции

Источник: "Толкователь", ttolk.ru, 06.01.2013г.

Большинству нынешних этических норм европейской цивилизации – всего около 200 лет. Вещи, на которые сегодня наложено чрезвычайное табу, к примеру каннибализм, ещё в XVIII веке были обыденностью. Священники пили детскую кровь, жиром казнённых лечили эпилепсию, а производство мумий, которых поедали как лекарство, было поставлено на поток.

Об этой части истории Европы нужно помнить как мракобесам, так и либералам. Первые уверяют, что их действия – будь то законы о кощунстве или религиозном образовании – есть возвращение к традиции, духовности и святости. Вторые же, либералы должны осознавать, как можно легко свалиться в деградацию, ратуя за педофилию или потребление тяжёлых наркотиков. Всё, к чему призывают и чего добиваются оба этих лагеря, Европа за 2500 лет своего существования уже прошла (а то и несколько раз по кругу) – женское священничество, педофилию, рабовладение, анархические и коммунистические общины, и т.д. Надо лишь заглянуть в прошлое, экстраполировать тот опыт в настоящее, чтобы понять, как эта штука будет работать сейчас.

Также европейский опыт показывает, что незыблемых этических норм нет. То, что вчера считалось патологией, сегодня становится нормой. И наоборот, и так несколько раз по кругу. Взять одно из самых главных табу нашей цивилизации – каннибализм. Он однозначно осуждается всеми слоями общества – религиозными, политическими, законодательными, общественными, и т.п. В ХХ веке для оправдания каннибализма недостаточно и форс-мажорных ситуаций, таких как голод (как это было при голоде в Поволжье и при блокаде Ленинграда) – для общества это не может служить оправданием.

Но ещё несколько столетий назад – когда уже были открыты университеты и жили величайшие гуманисты – каннибализм был обыденным явлением.

Человеческая плоть считалась одним из лучших лекарств. В дело шло всё – от макушки до пальцев ног.

К примеру, английский король Карл II регулярно пил настойку из человеческих черепов. Особенно целебными почему-то считались черепа из Ирландии, и королю привозили их оттуда.

В местах публичной казни всегда толпились эпилептики. Считалось, что кровь, брызнувшая при обезглавливании, вылечивает их от этой болезни.

Кровью вообще тогда лечили многие болезни. Так, Папа Иннокентий VIII регулярно пил кровь, сцеживаемую от трёх мальчиков.

С умерших до конца XVIII века разрешалось брать жир – его втирали при различных кожных заболеваниях.

Но особенно масштабным было потребление плоти мумий. На этом рынке в позднем Средневековье работали целые корпорации.

Один «средневековый продукт» дошёл до наших дней, который до сих пор продолжает цениться почти на вес золота – это мумиё. Оптовая цена 1 гр. этого вещества сейчас составляет 250-300 руб. ($10-12, или $10.000-12.000 за 1 кг). Миллионы людей по всему миру продолжают свято верить в чудодейственную силу мумиё, даже не подозревая, что поедают трупы.

Как лекарство, мумиё стало использоваться примерно с Х века. Мумиё представляет собой густой черный состав, которым египтяне с начала III тыс. до н. э. бальзамировали тела умерших. Поскольку спрос на это средство был очень велик, затвердевшую массу в поздние времена стали счищать с черепов и остатков костей, выскабливать из полостей тела и перерабатывать.

Этим промыслом мумиё начался чудовищный грабеж египетских усыпальниц. Однако игра стоила свеч – согласно сообщению лекаря Абд-эль-Лятифа, датируемому примерно 1200 г., мумиё, полученное из трех человеческих черепов, продавалось за 50 дирхемов (дирхем — серебряная монета весом 1,5 грамма).

Спрос вызвал громадное оживление торговли этим «весьма целебным снадобьем». Предприимчивые купцы Каира и Александрии позаботились о том, чтобы мумиё сделалось важной статьей экспорта в Европу. Они нанимали целые толпы египетских крестьян для раскопок некрополей. Корпорации торгашей экспортировали размолотые человеческие кости во все концы света. В XIV—XV вв. мумиё сделалось обычным средством, продаваемым в аптеках и лавках лекарственных трав. Когда сырья снова стало не хватать, начали использовать трупы казненных преступников, тела умерших в богадельнях или погибших христиан, высушивая их на солнце. Так изготовлялись «настоящие мумии».

Но поскольку и этот способ снабжения рынка не покрывал спроса, методы изготовления мумие приняли другие формы. Грабители похищали из могил только что похороненные тела, расчленяли их и вываривали в котлах до тех пор, пока мышцы не отделялись от костей; маслянистая жидкость капала из котла и, разлитая в склянки, сбывалась за бешеные деньги итальянским купцам. Например, в 1564 г. французский врач Ги де ла Фонтен из Наварры на складе одного из торговцев в Александрии обнаружил груды тел нескольких сотен рабов, которые предназначались для переработки в мумиё.

Вскоре к торговле переработанными трупами подключились и европейцы.

В частности, Джон Сандерсон, александрийский агент Турецкой торговой компании, в 1585 г. получил приказ правления включиться в торговлю мумиё. Примерно 600 фунтов мумифицированной и высушенной мертвечины отправил он морем в Англию.

Однако более рентабельно стало получать мумиё прямо на месте, в Европе.

Уже в XIV веке для приготовления мумиё стали использовать трупы недавно умерших людей и казненных преступников. Случалось, что палачи прямо с эшафота продавали свежую кровь и «человеческий жир». О том, каким образом это делалось, рассказывается в книге О. Кролла, изданной в 1609 году в Германии:

«Возьмите неповреждённый чистый труп рыжеволосого мужчины 24 лет, казнённого не ранее одного дня тому назад, предпочтительно через повешение, колесование или посажение на кол… Подержите его один день и одну ночь под солнцем и луной, затем разрежьте на крупные куски и посыпьте порошком мирры и алоэ, чтобы он не был слишком горьким…»

Был и другой способ:

«Плоть нужно подержать несколько дней в винном спирте, затем подвесить в тенёчке и высушить на ветерке. После этого вам опять понадобится винный спирт для восстановления у плоти красного оттенка. Поскольку внешний вид трупа неотвратно вызывает позывы тошноты, хорошо бы месяц вымачивать эту мумию в оливковом масле. Масло вбирает в себя микроэлементы мумии, и его тоже можно применять в качестве лекарственного средства, особенно как противоядие от укусов змеи».

Ещё один рецепт предлагал известный фармацевт Николае Лефевр в своей «Полной книге о химии», изданной в Лондоне в 1664 году. Прежде всего, писал он, нужно отрезать мышцы от тела здорового и молодого мужчины, вымочить их в винном спирте, после чего повесить в сухом прохладном месте. Если воздух очень влажный или идет дождь, то «эти мышцы надо повесить в трубе и каждый день сушить их на несильном огне из можжевельника, с иголками и шишечками, до состояния солонины, которую моряки берут в дальние плавания».

Постепенно технология изготовления лекарств из человеческих тел стала еще более изощрённой. Лекари провозгласили, что его целительная сила увеличится, если использовать труп пожертвовавшего собой человека.

Например, на Аравийском полуострове мужчины в возрасте от 70 до 80 лет отдавали свои тела ради спасения других. Они ничего не ели, только пили мед и принимали ванны из него. Через месяц они сами начинали источать этот мед в виде урины и фекалий. После того как «сладкие старики» умирали, их тела помещали в каменный саркофаг, наполненный тем же мёдом. Спустя 100 лет останки вынимались. Так получали лекарственное вещество – «конфекцию», которое, как считали, могло моментально излечить человека от всех болезней.

А в Персии для того, чтобы приготовить такой препарат, нужен был молодой человек до 30 лет. В качестве компенсации за смерть его некоторое время хорошо кормили и всячески ублажали. Он жил как принц, а потом его топили в смеси мёда, гашиша и лекарственных трав, тело запечатывали в гробу и вскрывали только через 150 лет.

Такое увлечение поеданием мумий сначала привело к тому, что в Египте примерно к 1600 году было разграблено 95% гробниц, а в Европе к концу XVII века кладбища приходилось охранять вооружённым отрядам.

Лишь в середине XVIII века в Европе одно государство за другим стали принимать законы либо существенно ограничивающие поедание плоти трупов, либо вовсе запрещавшие делать это. Окончательно массовый каннибализм на континенте прекратился только к концу первой трети XIX века, хотя в каких-то дальних углах Европы он практиковался до конца этого века – в Ирландии и на Сицилии не возбранялось съесть умершего ребёнка до его крещения.

Но и в ХХ веке сохранялись отголоски той практики – изготовление лекарственных препаратов с использованием человеческой плоти. Вот, например:

«Наружному применению при ожогах препарата, полученного из трупов людей,- кадаверолю (када – означает труп) посвящена диссертация А.М.Худаза, выполненная в 1951 г. в Азербайджанском медицинском институте. Препарат готовили из внутреннего жира, вытапливая его на водяной бане. Использование его при ожогах позволило, по утверждению автора, сократить срок лечения почти в два раза. Впервые человеческий жир под названием «гуманоль» с лечебной целью был использован в хирургической практике врачом Годлендером в 1909 г. В СССР его применял также Л.Д.Кортавов в 1938 г.»

Или вот ещё:

«Вещество, получаемое после длительного кипячения мертвых тел, вполне может быть целебным. Конечно, это пока только гипотеза. Но на одном из научно практических семинаров специалисты из исследовательской лаборатории Н. Макарова показывали искусственно полученное ими мумиё (ученые называют это вещество МОС — минералоорганический субстрат). Протоколы исследований свидетельствовали: МОС способен повышать работоспособность людей, сокращать период реабилитации после радиационного поражения, увеличивать мужскую потенцию».

Немецкая практика переработки во время ВОВ узников концлагерей на мыло, кожу, удобрения и т.п., таким образом, не была для Европы каким-то новшеством – лет за 150-200 до нацистов всё это ещё было нормой (эта практика, в том числе подтверждает, что германский нацизм был резким откатом назад, в архаику).

Но и сегодня, в XXI века западная цивилизация всё ещё легально потребляет человеческую плоть – это плацента. Причём мода на поедание плаценты растёт год от года, и во многих западных роддомах даже существует порядок её использования – либо отдать роженицы, либо сдать в лаборатории, производящие на её основе гормональные препараты. Подробнее об этом можно почитать здесь. Можно ли признать моду на поедание человеческой плаценты одним из признаков отката западной цивилизации в архаику? Скорее всего, да.

http://www.xpomo.com/ruskolan/rasa/kannibal2.htm


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Угостить человеческим мясом обещают в Берлине и Лондоне
СообщениеДобавлено: Пт апр 29, 2016 11:27 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 7206
Россия и Запад: сравнительная история зверств

istorija-zversskoji-evropy-0На протяжении почти всей истории человеческая жизнь стоила в Западной Европе ничтожно мало. Сегодня без погружения в специальные исследования даже трудно представить себе западноевропейскую традицию жестокосердия во всей её мрачности. Английская «королева-девственница» Елизавета I отрубила голову не только Марии Стюарт, она казнила ещё 89 тысяч своих подданных.

В отличие от своего современника Ивана Грозного, называвшего её «пошлой девицей», Елизавета (чья мать, Анна Болейн, кстати, тоже была обезглавлена) не каялась в содеянном ни прилюдно, ни келейно, убиенных в «Синодики» не записывала, денег на вечное поминовение в монастыри не посылала. Европейские монархи таких привычек вообще сроду не имели.

istorija-zversskoji-evropy-1

Будете в Лондоне – купите билет на обзорную экскурсию по центру города в открытом двухэтажном автобусе. Там есть наушники, можно слушать объяснения на разных языках, включая русский. У Гайд-парка вы услышите, что там, где ныне «уголок оратора», находилось место казней. Казни были основным общественным развлечением лондонцев в течение многих веков.

istorija-zversskoji-evropy-2

Главная виселица представляла собой хитроумную поворотную конструкцию: там, на разновысоких балках, было 23 петли, так что она, возможно, напоминала англичанам – то ли ёлку с украшениями, то ли что-то ещё. У неё было и более нейтральное имя – «машина Деррика», по фамилии самого заслуженного из здешних палачей, бытовала даже поговорка «надёжный, как машина Деррика».

istorija-zversskoji-evropy-3

istorija-zversskoji-evropy-4

Там, где нынче Паддингтонский вокзал, стояла ещё одна знатная виселица, устроенная, в отличие от предыдущей, без всяких затей: три столба, три перекладины, по восемь петель на перекладине, так, что можно было разом повесить 24 человека – на одного больше, чем «у Деррика». Историк Лондона Питер Акройд перечисляет ещё с дюжину известных мест казней, добавляя, что нередко виселицы стояли просто на безымянных перекрёстках. И работали они без простоев, недогрузки не было. В толпе зрителей время от времени случалась давка, число затоптанных насмерть однажды (в начале XIX века) достигло двадцати восьми.

istorija-zversskoji-evropy-5
istorija-zversskoji-evropy-6
istorija-zversskoji-evropy-7

Жестокость как стихийное бедствие
istorija-zversskoji-evropy-8-fukoМосковское издательство Ad Marginem выпустило в 1999 году перевод работы Мишеля Фуко «Надзирать и наказывать» (кстати, на обложке – очередное сдирание кожи), содержащей немало цитат из предписаний по процедурам казней и публичных пыток в разных европейских странах вплоть до середины прошлого века. Европейские затейники употребили немало фантазии, чтобы сделать казни не только предельно долгими и мучительными, но и зрелищными – одна из глав в книге Фуко озаглавлена «Блеск казни». Чтение не для впечатлительных.

istorija-zversskoji-evropy-09

istorija-zversskoji-evropy-10

Жестокость порождалась опустошительными постоянными войнами западноевропейских держав уже после Средних веков (которые были ещё безжалостнее). Тридцатилетняя война в XVII веке унесла половину населения Германии и то ли 60, то ли 80 процентов – историки спорят – населения её южной части. Папа Римский даже временно разрешил многожёнство, дабы восстановить народное поголовье. Усмирение Кромвелем Ирландии стоило ей 5/6 населения.

От этого удара Ирландия не оправилась уже никогда. Что касается России, она на своей территории почти семь веков, между Батыем и Лениным, подобных кровопусканий не знала и с такой необузданной свирепостью нравов знакома не была.

istorija-zversskoji-evropy-11

Сожалею, но придётся сказать неприятную вещь: история западной цивилизации не настраивает на громадный оптимизм – настолько кровопролитной и зверской была её практика. И не только в далёком прошлом – в недавнем ХХ веке тоже. По размаху кровопусканий и зверств ХХ век превзошёл любое прошлое. По большому счёту, нет гарантий, что эта цивилизация не вернётся к привычной для себя практике. Это гораздо более серьёзный вопрос, чем привыкли думать наши западолюбивые земляки. Зная то, что мы знаем о западной цивилизации (частью которой был Гитлер), трудно не констатировать: её самолюбование выглядит достаточно странным.

istorija-zversskoji-evropy-12

Звучит неожиданно? Тогда процитирую одного из виднейших историков современности, оксфордского профессора Нормана Дэвиса:

«Всякий согласится, что преступления Запада в ХХ веке подорвали моральное основание его претензий, включая и прошлые его претензии».

По подсчётам историка Р.Г.Скрынникова, знатока эпохи Ивана Грозного, при этом царе было безвинно казнено и убито от 3 до 4 тысяч человек. Скрынников настаивает, что мы имеем дело не с чем иным, как массовым террором, особенно по отношению к новгородцам, и с ним трудно не согласиться, хотя Иван Грозный – кроткое дитя рядом с Людовиком XI по прозвищу Паук, Ричардом III (которого Шекспир охарактеризовал как «самое мерзкое чудовище тирании»), Генрихом VIII, Филиппом II, Яковом I Стюартом, герцогом Альбой, Чезаре Борджиа, Екатериной Медичи, Карлом Злым (без номера), Карлом V (сыном Хуаны Безумной), Карлом IX (устроившим Варфоломеевскую ночь), Марией Кровавой, лордом-протектором Кромвелем и массой других симпатичных европейских персонажей.

istorija-zversskoji-evropy-14

Хотя на совести Ивана Грозного было неизмеримо меньше людей, чем у его современницы Елизаветы Тюдор, и хотя он каялся затем в своём злодействе прилюдно и келейно (европейские монархи, как уже сказано, такой привычки не имели) и заказывал «Синодики» убиенных, народным сознанием всё равно был отринут как окаянный царь. Даже если на царя Ивана возведено, как доказывают некоторые авторы, много напраслины, бесспорных фактов достаточно, чтобы русское сознание вынесло ему приговор, отменить который вряд ли удастся. Среди 109 фигур на памятнике Тысячелетию России в Новгороде, в число которых попали опальные Алексей Адашев и Михаил Воротынский, а также малоизвестные нашим гражданам князья Литовской Руси Кейстут и Витовт, места царю Ивану не нашлось.

Но продолжу примеры. Крестоносцы в ходе альбигойских войн вырезали больше половины населения Южной Франции. Усмиритель Пруссии, великий магистр ордена крестоносцев Конрад Валленрод, разгневавшись на курляндского епископа, приказал отрубить правые руки всем крестьянам его епископства. И это было исполнено! 16 февраля 1568 года (время разгара опричнины Ивана Грозного) святая инквизиция осудила на смерть всех(!) жителей Нидерландов как еретиков, а испанский король Филипп II приказал привести этот приговор в исполнение. Это не вполне удалось, но королевская армия сделала, что смогла. Только в Харлеме было убито 20 тысяч человек, а всего в Нидерландах – 100 тысяч.

istorija-zversskoji-evropy-15

То, что сегодняшняя политкорректность воспринимает с ужасом, всего век с небольшим назад никого особенно не отвращало. Ещё один классик английской «истории для читателей» Джон Ричард Грин в 1874 году спокойно цитировал отчёт Кромвеля о проделанной работе в Ирландии:

«Я приказал своим солдатам убивать их всех… В самой церкви было перебито около тысячи человек. Я полагаю, что всем монахам, кроме двух, были разбиты головы…».

Революционные затейники
1 августа 1793 г. революционный французский Конвент издал декрет с предписанием «уничтожить Вандею». В начале 1794 г. армия взялась за дело. «Вандея должна стать национальным кладбищем», – провозгласил храбрый генерал Тюрро, возглавивший «адские колонны» карателей. Расправа длилась 18 месяцев. Расстрелов и гильотин (из Парижа доставили даже детские гильотины) для исполнения указа оказалось недостаточно. Уничтожение людей происходило, по мнению революционеров, недостаточно быстро. Решили: топить. Город Нант, как пишет Норман Дэвис, был «атлантическим портом работорговли, в связи с чем здесь под рукой имелся целый флот огромных плавучих тюрем». Но даже этот флот быстро иссяк бы. Поэтому придумали выводить гружённую людьми баржу на надёжной канатной привязи в устье Луары, топить её, потом снова вытаскивать канатами на берег и слегка просушивать перед новым употреблением. Получилось, пишет Дэвис, «замечательное многоразовое устройство для казни».

istorija-zversskoji-evropy-16

istorija-zversskoji-evropy-17

Просто умерщвлять людей революционным затейникам было мало. Они находили удовольствие в том, чтобы до погрузки на баржи срывать с них одежду и связывать попарно. Беременных женщин обнажёнными связывали лицом к лицу со стариками, мальчиков со старухами, священников с девушками, это называлось «республиканскими свадьбами».

Чтобы спрятавшиеся в лесах не выжили, а умерли от голода, был вырезан скот, сожжены посевы и дома. Якобинский генерал Вестерман воодушевлённо писал в Париж:

«Граждане республиканцы, Вандея более не существует! Благодаря нашей свободной сабле она умерла вместе со своими бабами и их отродьем. Используя данные мне права, я растоптал детей конями, вырезал женщин. Я не пожалел ни одного заключённого. Я уничтожил всех».

Обезлюдели целые департаменты, было истреблено, по разным подсчётам, от 400 тысяч до миллиона человек. Как ни печально, национальную совесть Франции Вандея, судя по всему, не мучает.

istorija-zversskoji-evropy-18

В России до появления большевиков ничего похожего на вандейскую гекатомбу не случалось. А потом случилось: на Дону, в Тамбовской губернии, в других местах.

Как и всякая империя в период своего строительства, Россия тяжко прошлась по судьбам ряда малых народов – сибирских и северокавказских, – там было не до прав и свобод человека в современном их понимании. Одно можно утверждать с уверенностью: геноцидов в полном смысле слова на совести России нет. Всё познаётся в сравнении. Американский историк Дэвид Стэннард в своей книге «Американский холокост: завоевание Нового Света» показал, что освоение Америки сопровождалось самой страшной этнической чисткой в истории человечества: за 400 лет пришельцы из Старого Света физически уничтожили около ста миллионов(!) коренных жителей.

istorija-zversskoji-evropy-20

На Пятом континенте англичане истребили большинство австралийских аборигенов и всех(!) тасманийцев.

Америка и Австралия были далеко, но когда русским властям становилось известно, что злодеяния творятся вблизи границ империи, они порой шли на прямое вмешательство. «Уманская резня» в июне 1768 года, во время так называемой «Колиивщины», унесла жизни 20 тысяч евреев. Многие тысячи евреев погибли, помимо Умани, также в Лысянке, Каневе, Черкассах, Жлобине, Корсуни, Фастове, Белой Церкви и особенно в Балте. Хотя всё это происходило на «суверенной польской территории», вести о размахе зверств побудили русские власти послать против гайдамаков корпус генерала Кречетникова, который разбил их в несколько дней и, возможно, спас евреев Правобережья Днепра от полного истребления.

istorija-zversskoji-evropy-19

Убийства по закону
Ещё в 1819 году в Англии оставалось 225 преступлений и проступков, каравшихся виселицей. Когда врач английского посольства в Петербурге писал в своём дневнике в 1826 г., насколько он поражён тем, что по следам восстания декабристов в России казнено всего пятеро преступников, он наглядно отразил понятия своих соотечественников о соразмерности преступления и кары. У нас, добавил он, по делу о военном мятеже такого размаха было бы казнено, вероятно, тысячи три человек.

Так смотрели на вещи повсюду в Европе. В Дании в 1800 году был принят закон, предусматривавший смертную казнь для всякого, кто «хотя бы советовал» отменить неограниченную форму правления. И вечную каторгу тому, кто осмелился порицать действия правительства.

А теперь возьмём «Русскую правду», она вообще не предусматривает смертную казнь!

Из «Повести временных лет» мы знаем, что Владимир Святославич пытался в 996 г. ввести смертную казнь для разбойников. Сделал он это по совету византийских епископов, но вскоре был вынужден отказаться от несвойственных Руси жестоких наказаний.

istorija-zversskoji-evropy-20

Впервые понятие смертной казни появляется в России на пороге XV века в Уставной Двинской грамоте (за третью кражу) и в Псковской судной грамоте (за измену, кражу из церкви, поджог, конокрадство и троекратную кражу в посаде).

Уложение 1649 года предусматривает смертную казнь уже в 63 случаях – много, но всё ещё бесконечно меньше, чем в Европе. Долгая поездка по Западной Европе в 1697-98 гг. произвела на внимательного и пытливого Петра Первого большое впечатление. Среди прочего он решил, что материальный прогресс посещённых им стран как-то связан с жестокостью тамошних законов и нравов, и сделал соответствующие выводы. Совсем не случайность, что самая жестокая и массовая акция его царствования, казнь 201 мятежного стрельца 30 сентября 1698 года в Москве, произошла сразу после возвращения молодого царя из его 17-месячной европейской поездки.

istorija-zversskoji-evropy-21

Однако бороться с устоявшейся системой ценностей – дело чрезвычайно трудное. По числу казней Россия даже при Петре и отдалённо не приблизилась к странам, служивших ему идеалом, а после его смерти этот вид наказания резко пошёл на убыль. Середина XVIII века отмечена фактической отменой смертной казни. В 1764 году оказалось, что некому исполнить приговор в отношении Василия Мировича. За двадцать лет без казней профессия палача попросту исчезла.

В 1907 году в Москве вышел коллективный труд «Против смертной казни». Среди его авторов были Лев Толстой, Бердяев, Розанов, Набоков-старший, Томаш Масарик и другие известные писатели, правоведы и историки. Клеймя жестокость царской власти, они приводят полный, точный и поимённый список казнённых в России в течение 81 года между восстанием декабристов и 1906 годом. За это время было казнено 2445 человек, то есть совершалось 30 казней в год.

На эту цифру, правда, повлияли два польских восстания 1830 и 1863 гг. и начало революции 1905-1907 гг. Если же брать мирное время, получится 19 казней в год. На всю огромную Россию! О чём говорит эта цифра с учётом того, что в течение всего этого периода смертная казнь за умышленное убийство применялась неукоснительно? Она говорит о том, что сами убийства случались крайне редко. (Кстати, в очень буйных народах тогда числились финны, они чаще кавказцев пускали в ход свои знаменитые «финки».)

Ещё две иллюстрации к вопросу об отношении к человеческой жизни. В уставе русской армии, авторство которого принадлежит Петру I, предписана помощь раненым во время боя. В прусском уставе помощь раненым была предусмотрена лишь после боя. Французские и английский уставы того времени помощь раненым не предусматривали вообще.

istorija-zversskoji-evropy-22

Более ранний пример. Обязательной частью государственной политики Руси-России был выкуп своих пленных. Вот что гласит глава «О искуплении пленных» Стоглавого Собора 1551 года:

«В ордах и в Цареграде и в Крыму… всех плененых окупати из царевы казны».

istorija-zversskoji-evropy-23

Послы располагали целевыми деньгами на оплату выкупа, которые им потом возмещала казна. Но это ещё не всё. Богатые левантийские торговцы и дипломаты иногда прибывали в Россию с целыми свитами, в составе которых могли быть пленные христиане. Вывезти их обратно русские власти не позволяли ни под каким видом:

«А которых православных хрестьян плененых приводят, окупив греки и туркчане, армени или иные гости, да быв на Москве, восхотят их с собою опять повести, ино их не давати, и за то крепко стояти; да их окупати из царевы же казны».

Экспорт народонаселения
А вот пример совершенно другого отношения к своим. Это польский пример, но Польша всегда страстно хотела быть и слыть Европой, Европой, Европой. Осенью 1653 года польский король Ян Казимир рвался разобраться с Богданом Хмельницким, хотя последний временно имел сильного союзника в лице крымского хана. Когда поляки, казаки и крымцы сошлись на берегу Днестра у местечка Жванец, оказалось, что крымский хан уже не союзник Хмельницкому: поляки загодя сумели склонить хана к сепаратному миру. Но на каких условиях! Хан порывает с Хмельницким – и в награду может на обратном пути грабить всё, что ему вздумается, уводить с собой сколько угодно пленников. В землях польской короны! До конца года крымцы невозбранно грабили шляхетские дома («по самый Люблин») и увели в плен множество шляхты обоего пола – это было им гораздо выгоднее, чем грабить бедных малороссийских «хлопов».

Многие немецкие князья торговали своими подданными, поставляя пушечное мясо за границу. Король Саксонии Фредерик Август I (1670-1733), более известный как Август Сильный, очень любил фарфор и был счастлив выменять у французского короля 150 фарфоровых предметов (так называемый «кабинет») всего-то за два полка своей пехоты. Этот пример любят приводить в доказательство того, как высоко ценился в начале XVIII века фарфор, но почему-то никогда не приводят, чтобы показать, насколько низко ценилась в Европе того времени человеческая жизнь.

istorija-zversskoji-evropy-24

Согласно Брокгаузу и Ефрону (т. 16, с. 580), ландграф Гессен-Кассельский Фридрих «впал в долги, для покрытия которых продал Англии 17 тысяч человек своего войска для войны с американскими колониями за 21 млн. талеров». Точнее, он продал просто всё своё войско, больше ему было не наскрести: население ландграфства уменьшилось от этой продажи на 8%. Подобную же торговлю вели герцог Брауншвейгский, ландграфы Вальдеки, Ганау, Аншпах, другие мелкие немецкие монархи. Немецкие солдаты из владений западнонемецких княжеств покупались систематически также французским правительством. В большом количестве немецких солдат закупала английская Ост-Индская компания, используя их при завоевании Индии.

istorija-zversskoji-evropy-25

Почти за полтора века до этого, наоборот, англичане предлагали своё пушечное мясо. В июне 1646 года лорд Страффорд и член парламента Флеминг говорили русскому посланнику в Лондоне Герасиму Дохтурову:

«Если царскому величеству нужны будут служилые люди, то у парламента для царского величества сколько угодно тысяч солдат готово будет тотчас».

Источники здесь, здесь и тут

Знакомьтесь – это Америка, апгрейденная Европой

Admin Ноябрь 23rd, 2014

Обратите внимание, что название Европа не рифмуется ни с одним приличным словом. Не устаю повторять, что считаю это очень символичным!
Вот одна из страничек истории развития и становления Западного мира, Европы. Европы грязной и вонючей, агрессивной и жестокой, порочной и развратной, лицемерной и лживой, истории безнравственного мира двойных стандартов (читайте также здесь)

Геноцид аборигенов Нового Света

ad-pod-nazvaniem-evropaВ результате плавания Колумба они нашли куда больше, целый “Новый мир”, населённый многочисленными народами. Молниеносно покорив эти народы, европейцы приступили к беспощадной эксплуатации природных и человеческих ресурсов захваченного ими континента. Именно, с этого момента начинается рывок, сделавший к концу 19 века евро-американскую цивилизацию господствующей над остальными народами планеты.

Замечательный географ-марксист Джеймс Блаут, в своём новаторском исследовании “Колонизаторская модель мира” рисует широкую картину раннекапиталистического производства в колониальной Южной Америке и показывает её ключевое значение для становления европейского капитализма. Необходимо вкратце суммировать его выводы.

Драгоценные металлы

Благодаря завоеванию Америки, к 1640 году европейцы получили оттуда как минимум 180 тонн золота и 17 тысяч тонн серебра. Это официальные данные. В действительности, эти цифры можно смело умножить на два, принимая во внимание плохой таможенный учёт и широкое развитие контрабанды. Огромный приток драгоценных металлов привёл к резкому расширению сферы денежного обращения, необходимого для становления капитализма. Но, что ещё важнее, свалившееся на них золото и серебро позволили европейским предпринимателям платить более высокие цены за товары и труд и тем самым захватить главенствующие высоты в международной торговле и производстве, оттеснив своих конкурентов – группировки неевропейской протобуржуазии, особенно в районе Средиземноморья. Оставляя пока в стороне роль геноцида в добыче драгоценных металлов, как и других форм капиталистической экономики в колумбовой Америке, необходимо отметить и важный аргумент Блаута о том, что сам процесс добычи этих металлов и экономическая активность необходимая для его обеспечения являлись прибылеобразующими.

Плантации

В 15-16 вв. коммерческое и феодальное производство сахара было развито по всему Средиземноморью, а также в Западной и Восточной Африке, хотя в Северной Европе всё ещё предпочитали мёд, благодаря его более низкой стоимости. Уже тогда сахарная промышленность была немаловажной частью протокапиталистического сектора в экономике Средиземноморья. Затем в течение всего 16 века идёт процесс бурного развития сахарных плантаций в Америке, который заменяет и вытесняет производство сахара в Средиземноморье. Таким образом, пользуясь двумя традиционными выгодами колониализма – “свободной” землёй и дешевым трудом – европейские протокапиталисты устраняют своих конкурентов с их феодальным и полуфеодальным производством. Ни один другой вид промышленности, заключает Блаут, не был так важен для развития капитализма до 19 века, как сахарные плантации в колумбовой Америке. И данные, которые он приводит, действительно поражают.

Так в 1600 году из Бразилии экспортировали 30 000 тонн сахара с продажной ценой в 2 миллиона фунтов стерлингов. Это примерно в два раза больше, чем стоимость всего британского экспорта за тот год. Напомним, что именно Британию и её товарное производство шерсти историки-евроцентристы (т.е. 99% всех историков) считают основным двигателем капиталистического развития в 17 веке. В том же году, подушный доход в Бразилии (за исключением индейцев, конечно) был выше, чем в Британии, которая сравнялась с Бразилией только позже. К концу 16 века норма капиталистического накопления на бразильских плантациях была так высока, что позволяла удваивать производство каждые 2 года. В начале 17 столетия голландские капиталисты, контролировавшие значительную часть сахарного бизнеса в Бразилии, провели подсчёты, которые показали, что годовая норма прибыли в этой отрасли составляла 56%, а в денежном выражении, почти 1 миллион фунтов стерлингов (фантастическая сумма для того времени). Причём, эта прибыль была ещё выше в конце 16 века, когда стоимость производства, включая покупку рабов, составляла лишь одну пятую дохода от продажи сахара.

Сахарные плантации в Америке занимали центральное место в становлении раннекапиталистической экономики в Европе. Но кроме сахара, был ещё табак, были специи, красители, была огромная рыболовецкая промышленность на Ньюфаундленде и других местах Восточного побережья Северной Америки. Всё это тоже было частью капиталистического развития Европы. Исключительно прибыльной была и работорговля. По подсчётам Блаута, к концу 16 века в колониальной экономике Западного полушария работало до 1 миллиона человек, примерно половина, которых была занята в капиталистическом производстве. В 1570-х огромный шахтёрский город Потоши (Potosi) в Андах имел население в 120 тысяч человек, больше, чем в то время жило в таких европейских городах, как Париж, Рим или Мадрид.

Наконец, в руки европейцев попало около пятидесяти новых видов сельскохозяйственных растений, окультуренных аграрным гением народов “Нового мира”, таких как картофель, кукуруза, помидоры, ряд сортов перца, какао для производства шоколада, ряд бобовых, арахис, подсолнечник и др. Из них – картофель и кукуруза стали дешевыми заменителями хлеба для европейских масс, спасая миллионы от опустошительных недородов, позволив Европе удвоить производство продуктов питания за пятьдесят лет с 1492 г. и, таким образом, обеспечить одно из основных условий создания рынка наемной рабочей силы для капиталистического производства.

Итак, благодаря работам Блаута и ряда других радикальных историков начинает вырисовываться ключевая роль раннего европейского колониализма в развитии капитализма и его “центрировании” (centratedness – неологизм Дж.Блаута) именно в Европе, а не в других районах мирового протокапиталистического развития. Огромные территории, дешевый рабский труд, порабощенных народов, грабеж природных богатств Америки дали европейской протобуржуазии решающее превосходство над её конкурентами в международной экономической системе 16-17 веков, позволили ей стремительно ускорить уже имевшиеся тенденции капиталистического производства и накопления и, таким образом, положить начало процессу социально-политического преобразования феодальной Европы в буржуазное общество. Как писал известный карибский историк-марксист С.Р.Л.Джеймс, “работорговля и рабство стали экономической базой Великой Французской революции… Почти все отрасли промышленности, развившиеся во Франции в 18 веке, были основаны на производстве товаров для побережья Гвинеи или для Америки”. (James, 47-48).

В основе этого судьбоносного поворота мировой истории лежал геноцид народов Западного полушария. Этот геноцид был не только первым в истории капитализма, не только стоит у его истоков, он является как самым большим по числу жертв, так и самым длительным истреблением народов и этнических групп, которое продолжается и по сей день.

“Я стал смертью, Разрушителем миров” (Бхагавадгита).

Роберт Оппенгеймер вспомнил эти строки при виде первого атомного взрыва. С кудабольшим правом зловещие слова древней санскритской поэмы могли бы вспомнить люди, находившиеся на кораблях Нинья, Пинтаи, Санта Мария, когда за 450 лет до Взрыва, таким же тёмным ранним утром они заметили огонь на подветренной стороне острова, впоследствии названном ими в честь Святого Спасителя – Сан Сальвадор.

Через 26 дней после испытания ядерного устройства в пустыне Нью-Мексико, бомба сброшенная на Хиросиму уничтожила, по меньшей мере, 130 тысяч человек, почти все из них гражданские лица. Всего за 21 год после высадки Колумба на островах Карибского моря, самый большой из них, переименованный Адмиралом в Испаньолу (нынешние Гаити и Доминиканская республика), потерял практически всё свое коренное население – около 8 миллионов человек, убитых, погибших от болезней, голода, рабского труда и отчаяния. Опустошительная сила этой испанской “ядерной бомбы” на Испаньоле была эквивалентна более чем 50 атомным бомбам типа хиросимской. И это было только началом.

Так, со сравнения первого и “самого чудовищного по размерам и последствиям геноцида в мировой истории” с практикой геноцидов в 20 веке начинает свою книгу “Американский Холокост” (1992) историк из Университета Гавайев Дэвид Станард, и в этой исторической перспективе заключается, на мой взгляд, особое значение его работы, как и значение последовавшей за ней книги Уорда Черчиля “Незначительный вопрос геноцида” (1997) и ряда других исследований последних лет. В этих работах уничтожение коренного населения Америк европейцами и латинос предстаёт не только как самый массовый и длительный (вплоть до сегодняшнего дня) геноцид в мировой истории, но и как органическая часть евро-американской цивилизации от позднего Средневековья до западного империализма наших дней.

Станард начинает свою книгу с описания поразительного богатства и многообразия человеческой жизни в обеих Америках до рокового плавания Колумба. Он затем ведёт читателя по историко-географическому маршруту геноцида: от истребления коренных обитателей Кариб, Мексики, Центральной и Южной Америки до поворота на север и уничтожения индейцев во Флориде, Вирджинии и Новой Англии и, наконец, через Великие прерии и Юго-Запад в Калифорнию и на тихоокеанское побережье Северо-Запада. Нижеследующая часть моей статьи основана преимущественно на книге Станарда, тогда как вторая часть – геноцид в Северной Америке – использует работу Черчилля.

Кто стал жертвой самого массового геноцида в мировой истории?

Человеческое общество, уничтоженное европейцами на Карибах, было во всех отношениях выше их собственного, если мерой развития брать приближенность к идеалу коммунистического общества. Вернее было бы сказать, что, благодаря редкому сочетанию природных условий, таинос (или араваки) жили в коммунистическом обществе. Не в таком, каким его воображал европеец Маркс, но, тем не менее, коммунистическом. Жители Больших Антилл достигли высокого уровня в регулировании своих отношений с природным миром. Они научились получать от природы, всё, что им было нужно, не истощая, а культивируя и преображая её. У них были огромные аквафермы, в каждой из которых они выращивали до тысячи больших морских черепах (эквивалент 100 головам крупного рогатого скота). Мелкую рыбу они буквально “собирали” в море, используя растительные вещества, которые парализовывали её. Их сельское хозяйство превосходило уровень европейского и было основано на трехуровневой системе посадок, которая использует сочетания разных типов растений для создания благоприятного почвенно-климатического режима. Их жилища, просторные, чистые и светлые, были бы предметом зависти европейских масс.

Американский географ Карл Сауэр приходит к такому заключению:

“Тропическая идиллия, которую мы находим в описаниях Колумба и Петра Мартира, в основном соответствовала действительности”.

О Таинос (Аравак):

“Эти люди ни в чём не испытывали нужды. Они заботились о своих растениях, были искусными рыбаками, каноистами и пловцами. Они строили привлекательные жилища и держали их в чистоте. Эстетически они выражали себя в дереве. У них было свободное время, чтобы заниматься игрой в мяч, танцами и музыкой. Они жили в мире и дружбе”. (Станард, 51).

Но у Колумба, этого типичного европейца 15-16 веков, было иное представление о “хорошем обществе”. 12 октября 1492, в день “Контакта”, он записал в своём дневнике:

“Эти люди ходят, в чём их мать родила, но добродушны… их можно сделать свободными и обратить в нашу Святую Веру. Из них получатся хорошие и искусные слуги”.

В тот день представители двух континентов впервые встретились на островке, который местные жители называли Гуанахани. Ранним утром, под высокими соснами на песчаном берегу собралась толпа любопытных таинос. Они смотрели, как странная лодка с похожим на рыбий скелет корпусом и бородатыми незнакомцами в ней подплыла к берегу и уткнулась в песок. Из неё вышли бородачи и вытащили её повыше, подальше от пены прибоя. Теперь они стояли друг против друга. Пришельцы были смуглы и черноволосы, косматые головы, заросшие бороды, у многих лица были изрыты оспой – одного из 60-70 смертельных заболеваний, которые они занесут в Западное полушарие. От них шёл тяжелый запах. В Европе 15 века не мылись. При температуре в 30-35 градусов Цельсия пришельцы были одеты с ног до головы, поверх одежды на них висели металлические латы. В руках они держали длинные тонкие ножи, кинжалы и сверкающие на солнце палки.

В бортовом журнале Колумб часто отмечает поразительную красоту островов и их обитателей – дружелюбных, счастливых, мирных. И уже через два дня после первого контакта в журнале появляется зловещая запись: “50 солдат достаточно для того, чтобы покорить их всех и заставить делать всё, что мы хотим”. “Местные жители разрешают нам ходить, где мы хотим и отдают нам, всё, что мы у них просим”. Больше всего европейцев удивляла непостижимая для них щедрость этого народа. И это неудивительно. Колумб и его товарищи приплыли на эти острова из настоящего ада, каким была в то время Европа. Они и были самыми настоящими исчадиями (и во многом отбросами) европейского ада, над которым вставала кровавая заря первоначального капиталистического накопления. Надо коротко рассказать об этом месте.

Ад под названием “Европа”

В аду Европа шла ожесточенная классовая война, частые эпидемии чёрной оспы, холеры и чумы опустошали города, ещё чаще косила население смерть от голода. Но и в благополучные годы, по словам историка Испании 16 века, “богатые ели, и ели до отвала, в то время как тысячи голодных глаз жадно смотрели на их гаргантюанские обеды”. Настолько необеспеченным было существование масс, что даже в 17 столетии каждое”среднее” увеличение цен на пшеницу или пшено во Франции убивало равный или в два раза больший процент населения, чем потери США в Гражданской войне. Столетия после путешествия Колумба городские канавы Европы всё ещё служили общественным туалетом, внутренности убитых животных и остатки туш выбрасывались гнить на улицах. Особой проблемой в Лондоне были т.н. “дыры для бедных” – “большие, глубокие, открытые ямы, куда складывались трупы умерших бедняков, в ряд, слой на слой. Только когда яма наполнялась до краев, её засыпали землей”. Один современник писал:

“Как противна вонь, которая идёт от этих ям, забитых трупами, особенно в зной и после дождя.”

Немногим лучше был запах исходящий от живых европейцев, большинство из которых рождались и умирали ни разу не вымывшись. Почти каждый из них имел на себе следы оспы и других деформирующих заболеваний, которые оставляли свои жертвы полуслепыми, покрытыми оспинами, струпьями, гниющими хроническими язвами, хромыми и т.д. Средняя продолжительность жизни не достигала 30 лет. Половина детей умирала не дожив до 10.

grjaznaja-vonjuchaja-evropa

За каждым углом вас мог подстерегать преступник. Одним из наиболее популярных приёмов ограбления было сбросить из окна камень на голову своей жертвы и затем обыскать её, а одним из праздничных развлечений – сжечь живьем десяток-другой кошек. В голодные годы города Европы сотрясали бунты. А крупнейшая классовая война той эпохи, вернее, серия войн под общим названием Крестьянские, унесла более 100 000 жизней. Не лучшей была участь сельского населения. Классическое описание французских крестьян 17 века, оставленное Лабрюйером и подтверждённое современными историками, так суммирует существование этого самого многочисленного класса феодальной Европы:

“Угрюмые животные, самцы и самки, разбросанные по сельской местности, грязные и мертвенно бледные, испалённые солнцем, прикованные к земле, которую они роют и перелопачивают с непобедимым упорством; они владеют своего рода даром речи, и когда выпрямляются, то на них можно заметить человеческие лица, и они действительно люди. Ночью они возвращаются в свои логова, где они живут на черном хлебе, воде и кореньях”.

А то, что писал Лоренс Стоун о типичной английской деревне, можно отнести и к остальной Европе того времени:

“Это было место полное ненависти и злобы, единственное, что связывало его обитателей, – это эпизоды массовой истерии, которая на время объединяла большинство для того, чтобы замучить и сжечь местную ведьму”.

В Англии и на Континенте были города, в которых до трети населения обвинялось в колдовстве, и где 10 из каждых ста горожан были казнены по этому обвинению за один только год. В конце 16 – начале 17 века в одном из районов мирной Швейцарии за “сатанизм” было казнено более, чем 3 300 человек. В крошечной деревушке Визенстейг за один год сожгли 63 “ведьмы”. В Обермархтале с населением в 700 человек на костре погибло 54 человека за три года.

Бедность была настолько центральным явлением европейского общества, что в 17 веке французский язык имел целую палитру слов (около 20) для обозначения всех её градаций и оттенков. Словарь Академии так объяснял значение термина dans un etat d’indigence absolue: “тот, у кого до этого не было пищи или необходимой одежды или крыши над головой, но кто теперь простился с несколькими помятыми мисками для приготовления пищи и одеялами, которые составляли главное достояние рабочих семей”.

В христианской Европе процветало рабство. Церковь приветствовала и поощряла его, сама была крупнейшим работорговцем; о значении её политики в этой области для понимания геноцида в Америке я скажу в конце очерка. В 14-15 веках большинство рабов поступало из Восточной Европы, особенно Румынии (история повторяется в наше время). Особо ценились маленькие девочки. Из письма одного работорговца клиенту, заинтересованному в этом товаре:

“Когда прибудут корабли из Румынии, там должны быть и девочки, но имей в виду, что маленькие рабыни так же дороги, как и взрослые; из тех, кто представляет хоть какую-то ценность ни одна не стоит меньше 50-60 флоринов”.

Историк Джон Босвелл замечает, что “от 10 до 20 процентов женщин, проданных в Севилье в 15 веке, были беременны или имели младенцев, и эти не рождённые дети и младенцы обычно доставались покупателю вместе с женщиной без дополнительной платы”.

У богатых были свои проблемы. Они жаждали золота и серебра, чтобы удовлетворять свои привычки к экзотическим товарам, привычки, приобретённые со времен первых крестовых походов, т.е. первых колониальных экспедиций европейцев. Шелка, специи, тонкий хлопок, наркотики и лекарства, духи и ювелирные изделия требовали уймы денег. Так золото стало для европейцев, по словам одного венецианца

“жилами всей государственной жизни… её умом и душой, её сущностью и самой её жизнью”.

Но поставка драгоценных металлов из Африки и Ближнего Востока была ненадежной. Вдобавок, войны в Восточной Европе опустошили европейскую казну. Необходимо было найти новый, верный и желательно более дешевый источник золота.

Что к прибавить к этому? Как видно из вышесказанного, грубое насилие было нормой европейской жизни. Но временами оно принимало особо патологический характер и как бы предвещало то, что ожидало ни о чём не подозревающих обитателей Западного полушария. Помимо повседневных сцен охоты на ведьм и костров, в 1476 в Милане толпа разорвала человека на куски, и затем его мучители съели их. В Париже и Лионе гугенотов убивали и резали на части, которые потом открыто продавались на улицах. Не были необычными и другие вспышки изощренных пыток, убийств и ритуального каннибализма.

Наконец, в то время, когда Колумб искал по Европе денег на свои морские приключения, в Испании бушевала Инквизиция. Там и повсюду в Европе подозреваемые в отступлении от христианства подвергались пыткам и казням во всех видах, на которые было способно изобретательное воображение европейцев. Одних вешали, сжигали на кострах, варили в котле или подвешивали на дыбе. Других – раздавливали, отрубали им голову, сдирали заживо кожу, топили и четвертовали.

sdiranie-shkury

Таков был мир, который бывший работорговец Христофор Колумб и его моряки оставили за кормой в августе 1492 г. Они были типичными обитателями этого мира, его смертельными бациллами, убийственную силу которых вскоре предстояло испытать миллионам человеческих существ, живших по ту сторону Атлантики.

Цифры

“Когда белые господа пришли в нашу землю, они принесли страх и увядание цветов. Они изуродовали и погубили цвет других народов. Мародеры днём, преступники по ночам, убийцы мира.” Книга майя Чилам Балам.

Станард и Черчиль уделяют немало страниц описанию заговора евро-американского научного истеблишмента по утаиванию действительной численности населения американского континента в доколумбовую эпоху. Во главе этого заговора стоял и продолжает стоять Смитсоновский институт в Вашингтоне. А Уорд Черчиль к тому же подробно рассказывает о сопротивлении, которое американские ученые-сионисты, специализирующие в стратегической для идеологии современного империализма области т.н. “Холокоста”, т.е. нацистского геноцида против европейских евреев, оказывают попыткам прогрессивных историков установить действительные масштабы и всемирно-историческое значение геноцида коренных жителей Америки от рук “западной цивилизации”. Последний вопрос мы рассмотрим во второй части этой статьи, посвященной геноциду в Северной Америке. Что касается флагмана официозной американской науки, то Смитсоновский институт вплоть до самого последнего времени пропагандировал как “научные” оценки численности доколумбового населения, сделанные в 19 – начале 20 века антропологами-расистами типа Джеймса Муни, в соответствии с которыми в Северной Америке жило не более 1 100 000 человек. Только в послевоенный период применение методов сельскохозяйственного анализа позволило установить, что плотность населения там была на порядок выше, и что ещё в 17 столетии, например, на островке Martha’s Vinyard, сейчас курортном месте самых богатых и влиятельных евро-американцев, жили 3 тысячи индейцев. К середине 60х гг. оценка численности коренного населения к северу от Рио-Гранде поднялась до минимум 12,5 миллионов к началу вторжения европейских колонизаторов. Только в районе Великих озёр к 1492 г. проживало до 3,8 миллионов, а в бассейне Миссисипи и основных притоков – до 5,25. В 80х гг. новые исследования показали, что население доколумбовой Северной Америки могло достигать 18,5, а всего полушария – 112 миллионов (Добинс). На основе этих исследований демограф-чероки Расселл Торнтон произвёл вычисления с целью установить, сколько людей действительно проживало, ане могло проживать в Северной Америке. Его вывод: минимум 9-12,5 миллионов. В последнее время многие историки берут за норму среднее между вычислениями Добинса и Торнтона, т.е. 15 миллионов как наиболее вероятное приблизительное число коренных жителей Северной Америки. Иными словами, население этого континента было примерно в пятнадцать раз выше, чем то, что Смитсоновский институт утверждал ещё в 80х гг., и восемь с половиной раз больше того, что он готов допустить сегодня. Причём расчёты близкие к тем, которые провели Добинс и Торнтон, были известны уже в середине 19 столетия, но их игнорировали, как идеологически неприемлемые, противоречащие центральному мифу завоевателей о якобы “первозданном”, “пустынном” континенте, который только ждал, чтобы они его заселили.

На основе современных данных, можно сказать, что когда 12 октября 1492 года Христофор Колумб сошёл на один из островов континента, вскоре названного “Новым миром,” его население составляло от 100 до 145 миллионов человек (Станард). Два века спустя оно сократилось на 90%. К сегодняшнему дню самые “удачливые” из существовавших когда-то народов обеих Америк сохранили не более 5% своей прежней численности. По своим размерам и продолжительности (до сегодняшнего дня) геноцид коренного населения Западного полушария не имеет параллели в мировой истории.

Так на Испаньоле, где до 1492 г. процветало около 8 миллионов таинос, к 1570 году оставались лишь две жалкие деревушки коренных жителей острова, о которых 80 лет назад Колумб писал, что “лучше и ласковее на свете людей нет”.

Немного статистики по районам

За 75 лет – с появления первых европейцев в 1519 г. до 1594 г. – численность населения в Центральной Мексике, наиболее густонаселённом районе американского континента, сократилась на 95%, с 25 миллионов до едва ли 1 миллиона 300 тысяч человек.

За 60 лет с момента прихода туда испанцев, население Западного Никарагуа сократилось на 99%, с более чем 1 миллиона до менее чем 10 тысяч человек.

В Западном и Центральном Гондурасе за полстолетия было уничтожено 95% коренных жителей. В Кордобе, около Мексиканского залива, 97% за столетие с небольшим. В соседней провинции Джалапа было уничтожено тоже 97% населения: с 180 тысяч в 1520 г. до 5 тысяч в 1626 г. И так – повсюду в Мексике и Центральной Америке. Пришествие европейцев означало молниеносное и почти полное исчезновение коренного населения, жившего и процветавшего там многие тысячелетия.

Накануне вторжения европейцев в Перу и Чили, на родине инков проживало от 9 до 14 миллионов человек… Задолго до конца столетия в Перу оставалось не более 1 миллиона жителей. А ещё через несколько лет – лишь половина этого. Было уничтожено 94% населения Анд, от 8,5 до 13,5 миллионов человек.

Бразилия была, быть может, самым населённым районом обеих Америк. По словам первого португальского губернатора Томе де Суза, резервы коренного населения здесь были неисчерпаемы “даже если бы мы разделывали их на скотобойне”. Он ошибался. Уже через 20 лет после основания колонии в 1549, эпидемии и рабский труд на плантациях привели народы Бразилии на грань вымирания.

К концу 16 века в обе “Индии” переселились около 200 тысяч испанцев. В Мексику, Центральную Америку и дальше на юг. К этому же времени было уничтожено от 60 до 80 миллионов коренных жителей этих областей.

Методы геноцида колумбовой эпохи

Здесь мы наблюдаем поразительные параллели с методами нацистов. Уже во второй экспедиции Колумба (1493 г.) испанцы использовали аналог гитлеровских зондеркоманд для порабощения и уничтожения местного населения. Партии испанских головорезов с натренированными на убийство человека псами, орудиями пытки, виселицами и кандалами устраивали регулярные карательные экспедиции с непременными массовыми казнями. Но важно подчеркнуть следующее. Связь этого раннекапиталистического геноцида с нацистским лежала глубже. Народ таинос, населявший Большие Антилы и полностью истреблённый в течение нескольких десятилетий, пал жертвой не “средневековых” жестокостей, не христианского фанатизма и даже не патологической жадности европейских захватчиков. И то, и другое, и третье привели к геноциду, только будучи организованы новой экономической рациональностью. Всё население Испаньолы, Кубы, Ямайки и других островов было поставлено на учёт как частная собственность, которая должна была принести прибыль. Этот методический учёт огромного, разбросанного по крупнейшим в мире островам населения кучкой только что вышедших из Средневековья европейцев поражает больше всего.
genocid-1

Колумб первым применил массовые повешения

От испанских бухгалтеров в латах и с крестом тянется прямая нить к “каучуковому” геноциду в “бельгийском” Конго, умертвившему 10 миллионов африканцев, и к нацистской системе рабского труда на уничтожение.

Колумб обязал всех жителей старше 14 лет каждые три месяца сдавать испанцам наперсток золотого песка или 25 фунтов хлопка (в районах, где золота не было). Выполнившим эту квоту вешался на шею медный жетон с указанием даты получения последней дани. Жетон давал его обладателю право на три месяца жизни. Пойманным без этого жетона или с просроченным отрубали кисти обеих рук, вешали их на шею жертвы и отправляли её умирать в свою деревню. Колумб, до этого занимавшийся работорговлей вдоль западного побережья Африки, видимо, перенял этот вид казни у арабских работорговцев. За время губернаторства Колумба только на Испаньоле, таким образом, было убито до 10 тысяч индейцев. Выполнить установленную квоту было практически невозможно. Местные жители должны были бросить выращивать пищу и все другие дела, чтобы копать золото. Начался голод. Ослабленные и деморализованные они становились легкой добычей занесенных испанцами заболеваний. Таких как грипп, занесенный свиньями с Канар, которых завезла на Испаньолу вторая экспедиция Колумба. Десятки, возможно сотни тысяч таинос погибли в этой первой пандемии американского геноцида. Очевидец описывает огромные груды умерших от гриппа жителей Испаньолы, которых некому было хоронить. Индейцы пытались бежать, куда глаза глядят: через весь остров, в горы, даже на другие острова. Но спасения не было нигде. Матери убивали своих детей перед тем, как убить себя. Целые деревни прибегали к массовым самоубийствам, бросаясь со скал или принимая яд. Но ещё больше находило смерть в руках испанцев.

Помимо зверств, которые по крайней мере могли быть объяснены людоедской рациональностью систематической наживы, геноцид на Антилах, а затем и на континенте включал казалось бы иррациональные, ничем не оправданные формы насилия в массовых масштабах и патологических, садистских формах. Современные Колумбу источники описывают, как испанские колонисты вешали, зажаривали на вертелах, сжигали индейцев на кострах. Детей разрубали на куски для кормежки псов. И это притом, что таинос поначалу не оказывали испанцам практически никакого сопротивления.

“Испанцы бились об заклад, кто сможет одним ударом рассечь человека надвое или срубить ему голову, или они вспарывали животы. Они за ноги отрывали младенцев от материнской груди и разбивали их головы о камни… Других детей они нанизывали на свои длинные мечи вместе с их матерями и всеми, кто стоял перед ними”.

Ни от одного эсесовца на Восточном фронте нельзя было потребовать большего рвения, справедливо замечает Уорд Черчиль. Добавим, что испанцы установили правило, что за одного убитого христианина, они будут убивать сто индейцев. Нацистам не надо было ничего изобретать. Им надо было только копировать.

Кубинское Лидице 16 века

Свидетельства испанцев той эпохи о своём садизме поистине неисчислимы. В одном часто приводимом эпизоде на Кубе, подразделение испанцев численностью около 100 солдат сделало привал на берегу реки и, найдя в ней точильные камни, заточили о них свои мечи. Желая испытать их остроту, сообщает очевидец этого события, они набросились на сидевшую на берегу группу мужчин, женщин, детей и стариков (видимо специально согнанных для этого), которые в страхе смотрели на испанцев и их лошадей, и начали вспарывать им животы, рубить и резать, пока не убили их всех. Затем они вошли в стоящий неподалеку большой дом и сделали там то же самое, убив всех, кого они там нашли. Из дома текли потоки крови, как будто там было зарезано стадо коров. Видеть ужасные раны погибших и умирающих было страшным зрелищем.

Эта бойня началась в деревне Зукайо, жители которой незадолго до этого приготовили для конкистадоров обед из кассавы, фруктов и рыбы. Оттуда она распространилась по всей округе. Никто не знает, сколько индейцев убили испанцы в этом взрыве садизма, пока их жажда крови не притупилась, но Лас Касас считает, что намного более 20 тысяч.

Испанцы находили удовольствие в изобретении изощренных жестокостей и пыток. Они построили виселицу, достаточно высокую, чтобы повешенный мог касаться земли пальцами ног, чтобы избежать удушения, и повесили таким образом тринадцать индейцев, одного за другим, в честь Христа Спасителя и его апостолов. Пока индейцы были ещё живы, испанцы испытывали на них остроту и прочность своих мечей, вскрывая одним ударом их грудь, чтобы были видны внутренности, а были и такие, которые делали и худшие вещи. Затем, на их иссеченные тела наматывали солому и сжигали заживо. Один солдат поймал двух детей года по два, проткнул им горло кинжалом и бросил их в пропасть.

Если эти описания кажутся знакомыми тем, кто слышал о бойнях в Май Лай, Сонг Май и других вьетнамских деревнях, то это сходство становится ещё сильнее благодаря термину “умиротворение”, которое испанцы использовали для описания своего террора. Но как бы ужасающи ни были бойни во Вьетнаме, по своему масштабу они не идут ни в какое сравнение с тем, что случилось пятьсот лет назад на одном только острове Испаньола. К моменту прибытия Колумба в 1492 году, население этого острова составляло 8 миллионов. Через четыре года погибло и было уничтожено от трети до половины этого числа. И после 1496 скорость уничтожения ещё возросла.

Рабский труд

В отличие от Британской Америки, где геноцид имел своей непосредственной целью физическое уничтожение коренного населения для завоевания “жизненного пространства”, геноцид в Центральной и Южной Америке стал побочным продуктом зверской эксплуатации индейцев в экономических целях. Массовые убийства и пытки не были редкостью, но они служили орудием террора, чтобы покорить и “умиротворить” коренное население. Жители Америки рассматривались как десятки миллионов даровых рабочих рук природных рабов для извлечения золота и серебра. Их было так много, что рациональным экономическим методом для испанцев представлялось не воспроизводство рабочей силы своих рабов, а их замена. Индейцев умертвляли непосильной работой, чтобы потом заменить свежей партией рабов.

С высокогорий Анд их сгоняли на плантации коки в низины тропического леса, где их непривычный к такому климату организм становился легкой добычей смертельных заболеваний. Таких как “ута”, от которой гнили нос, рот и горло и умирали мучительной смертью. Настолько высока была смертность на этих плантациях (до 50% за пять месяцев), что забеспокоилась даже Корона, издав указ, ограничивавший производство коки. Как и все указы такого рода, он остался на бумаге, ибо, как писал современник

“На плантациях коки есть одно заболевание, которое страшнее всех других. Это неограниченная жадность испанцев”.

Но ещё хуже было попасть на серебряные рудники. Рабочих спускали на глубину 250 метров с мешком жареного маиса на смену длиной в неделю. Кроме непосильной работы, обвалов, плохой вентиляции и насилия надсмотрщиков, индейские рудокопы дышали ядовитыми испарениями мышьяка, ртути и т.п.

“Если 20 здоровых индейцев опустятся в шахту в понедельник, только половина может подняться из неё искалеченными в воскресенье”, – писал один современник.

Станард подсчитывает, что средняя продолжительность жизни сборщиков коки и индейских рудокопов в ранний период геноцида была не больше трёх или четырёх месяцев, т.е. примерно такой же, как на фабрике синтетической резины в Освенциме в 1943 г.
genocid-2

Эрнан Кортес пытает Куаутемока, чтобы выведать, куда ацтеки спрятали золото

После бойни в столице ацтеков Теночтетлане Кортес объявил Центральную Мексику “Новой Испанией” и установил там колониальный режим, основанный на рабском труде. Вот как современник описывает методы “умиротворения” (отсюда “умиротворение” как официальная политика Вашингтона во время войны во Вьетнаме) и закрепощения индейцев для работы на рудниках.

«Многочисленные свидетельства многочисленных свидетелей рассказывают о том, как индейцев колоннами ведут на рудники. Их приковывают друг к другу шейными кандалами.
Тем, кто валится, отрубают головы. Рассказывают о детях, которых запирают в домах и сжигают, а также закалывают, если они идут слишком медленно. Обычным делом является отрезание грудей у женщин и привязывание к их ногам тяжестей, перед тем, как сбросить их в озеро или лагуну. Рассказывают о младенцах, оторванных от матерей, убитых и использованных в качестве дорожных знаков. Беглым или “бродячим” индейцам отрубают конечности и отсылают в их деревни, повесив им на шею отрезанные кисти рук и носы. Рассказывают о “беременных женщинах, детях и стариках, которых налавливают как можно больше” и бросают в специальные ямы, на дне которых врыты острые колья и “оставляют их там, пока яма не заполнится”. И много, много ещё чего». (Станард, 82-83)

genocid-3

Ямы с кольями, на которых нанизывали индейцев
genocid-4

Индейцев сжигают в домах

В результате из примерно 25 миллионов жителей, населявших мексиканское королевство к моменту прибытия конквистадоров, к 1595 г. в живых осталось лишь 1,3 миллиона. Остальные были в основном замучены на шахтах и плантациях “Новой Испании”.

В Андах, где мечами и плетьми орудовали банды Пизарро, к концу 16 века население упало с 14 миллионов до менее, чем 1 миллиона человек. Причины были те же самые, что в Мексике и Центральной Америке. Как писал в 1539 один испанец в Перу:

«индейцы здесь полностью разрушены и погибают… Они молят с крестом, чтобы им ради Бога дали еды. Но [солдаты] убивают всех лам ради ничего большего, как для изготовления свеч… Индейцам не оставляют ничего на посев, а так как у них нет скота и взять им его неоткуда, им остается только умирать с голоду». (Черчиль, 103)

Психологический аспект геноцида

Новейшие историки американского геноцида начинают уделять всё больше внимания его психологическому аспекту, роли депрессии и стресса в уничтожении без остатка десятков и сотен народов и этнических групп.

Хроники геноцида сохранили многочисленные свидетельства психической “дислокации” коренного населения Америки. Культурная война, которую европейские завоеватели столетиями вели против культур порабощенных ими народов с открытым намерением их уничтожения, имела чудовищные последствия на психику коренного населения Нового мира. Реакция на эту “психическую атаку” варьировалась от алкоголизма до хронической депрессии, массовых детоубийств и самоубийств, а ещё чаще люди просто ложились наземь и умирали. Побочными результатами поражения психики были резкое падение рождаемости и взлёт детской смертности. Даже если болезни, голод, каторжный труд и убийства не доводили до полного уничтожения коренного коллектива, к этому рано и поздно приводила низкая рождаемость и детская смертность. Испанцы заметили резкое падение числа детей и временами пытались заставить индейцев иметь детей.

Кирпатрик Сейл так подытожил реакцию таинос на свой геноцид:

“Лас Касас, как и другие, высказывает мнение, что больше всего в странных белых людях с больших кораблей таинос поразило не их насилие, даже не их жадность и странное отношение к собственности, но скорее их холод, их душевная черствость, отсутствие в них любви”. (Kirkpatrick Sale.The Conquest of Paradise. p. 151.)

Вообще, читая историю империалистического геноцида на всех континентах – от Испаньолы, Анд и Калифорнии до Экваториальной Африки, Индийского субконтинента, Китая и Тасмании – начинаешь по-другому понимать литературу типа “Войны миров” Уэллса или “Марсианских хроник” Брэдбери, не говоря уже о голливудских вторжениях инопланетян. Не ведут ли эти кошмары евро-американской фантастики своё происхождение от подавленных в “коллективном бессознательном” ужасов прошлого, не призваны ли они подавить чувство вины (или, наоборот, подготовиться к новым геноцидам) изображая себя жертвой “инопланетян”, которых истребляли твои предки от Колумба до Черчилля, Гитлера и Бушей?

Демонизация жертвы

Геноцид в Америке имел и свое пропагандистское обеспечение, свой “чёрный пиар”, поразительно схожий с тем, который используют евро-американские империалисты для “демонизации” своего будущего врага в глазах своего населения, для придания войне и грабежу ореола справедливости.

16 января 1493, три дня после убийства двух таинос во время торговли, Колумб повернул свои корабли на обратный курс в Европу. В своём журнале он описал убитых испанцами туземцев и их народ как “злых жителей острова Кариба, которые едят людей”. Как доказано современными антропологами, это была выдумка чистой воды, но она легла в основу своего рода классификации населения Антил, а затем и всего Нового мира, которая стала руководством к геноциду. Те, кто приветствовал и покорялся колонизаторам, считались “ласковыми Таинос”. Те же туземцы, которые оказывали сопротивление или просто были убиты испанцами, попадали под рубрику дикарей-каннибалов, заслуживающих всё, что колонизаторы были в состоянии причинить им. В частности, в логовом журнале от 4 и 23 ноября 1492 г. находим такие творения мрачного средневекового воображения Колумба:

“У этих “свирепых дикарей” “посреди лба находится глаз”, у них “собачьи носы, которыми они пьют кровь своих жертв, которым они перерезают горло и кастрируют”.
“Эти острова населены Каннибалами, дикой, непокорной расой, которая питается человеческой плотью. Их правильно называть антропофагами. Они ведут постоянные войны против ласковых и робких Индейцев ради их тел; это их трофеи, то, за чем они охотятся. Они безжалостно уничтожают и терроризируют Индейцев”.

Это описание Комы, одного из участников второй экспедиции Колумба, говорит куда больше о европейцах, чем о жителях Кариб. Испанцы заранее дегуманизировали людей, которых они никогда не видели, но которые должны были стать их жертвами. И это не далекая история; это читается, как сегодняшняя газета.

“Дикая и непокорная раса” – вот ключевые слова западного империализма, от Колумба до Буша. “Дикая” – потому что не хочет быть рабом “цивилизованного” захватчика. В число “диких” “врагов цивилизации” были записаны и советские коммунисты. От Колумба, выдумывавшего в 1493 карибских каннибалов с глазом на лбу и собачьими носами, идёт прямая нить к рейхсфюреру Гиммлеру, который на заседании лидеров СС в середине 1942 так объяснял специфику войны на Восточном фронте:

“Во всех предыдущих кампаниях у врагов Германии было достаточно здравого смысла и порядочности, чтобы уступить превосходящей силе, благодаря их “давней и цивилизованной… западноевропейской утонченности”. В битве за Францию вражеские части сдавались, как только получали предупреждение, что “дальнейшее сопротивление бессмысленно”. Конечно, “мы, эсэсовцы” пришли в Россию без иллюзий, но до последней зимы слишком многие немцы не сознавали, что “русские комиссары и твердолобые большевики преисполнены жестокой воли к власти и животного упрямства, которое заставляет их драться до конца и не имеет ничего общего с человеческой логикой или долгом… а является инстинктом, присущим всем животным”.
Большевики были “животными”, настолько “лишенными всего человеческого”, что “в окружении и без пищи они прибегали к убийству своих товарищей, чтобы подольше продержаться”, поведение, граничащее с “каннибализмом”. Это “война на уничтожение” между “грубой материей, первобытной массой, лучше сказать, недочеловеками-унтерменшами, которых ведут комиссары” и “германцами…” (ArnoJ. Mayer.Why Did the Heavens Not Darken? The “Final Solution” in History. New York: Pantheon Books, 1988, p. 281.)

На самом деле и в строгом соответствии с принципом идеологической инверсии, людоедством занимались не коренные обитатели Нового мира, а их завоеватели. Вторая экспедиция Колумба завезла на Карибы большую партию мастифов и грейхаундов, натренированных на убийство людей и выедание их внутренностей. Очень скоро испанцы стали кормить своих псов человечиной. Особым деликатесом считались живые дети. Колонизаторы разрешали собакам грызть их заживо, часто в присутствии родителей.
genocid-5

Собаки едят индейцев
genocid-6

Испанец, кормящий гончих детьми индейцев

Современные историки приходят к мнению, что на Карибах существовала целая сеть “мясных лавок”, где тела индейцев продавались как собачий корм. Как и всё другое в наследии Колумба, людоедство получило развитие и на материке. Сохранилось письмо одного из завоевателей империи Инка, в котором он пишет:

“…когда я вернулся из Картагена, я встретил португальца по имени Рохе Мартин. На крыльце его дома висели части разрубленных индейцев для кормежки его собак, как будто они были дикими зверьми…” (Станард, 88)

В свою очередь, испанцам нередко приходилось есть своих собак, выкормленных человечиной, когда в поисках золота и рабов они попадали тяжелое положение и страдали от голода. Такова одна из мрачных ироний этого геноцида.

Почему?

Черчиль задает вопрос, как же объяснить тот факт, что группа человеческих существ, пусть даже таких, как испанцы эпохи Колумба, коллективно помешанные на жажде богатства и престижа, могла в течение долгого времени проявлять такую безграничную свирепость, такую запредельную бесчеловечность по отношению к другим людям? Такой же вопрос поставил раньше и Станард, который подробно проследил идеологические корни геноцида в Америке от раннего Средневековья до Возрождения. “Кто эти люди, чьи умы и души стояли за геноцидами мусульман, африканцев, индейцев, евреев, цыган и других религиозных, расовых и этнических групп? Кто они, продолжающие совершать массовые убийства и сегодня?” Какого рода люди могли совершать эти чудовищные преступления? Христиане, отвечает Станард и приглашает читателя познакомиться с идущими из глубокой древности взглядами европейских христиан на пол, расу и войну. Он обнаруживает, что к концу Средних веков европейская культура подготовила все необходимые предпосылки для четырехсотлетнего геноцида против коренных обитателей Нового мира.

Особое внимание Станард уделяет христианскому императиву подавления “плотских желаний”, т.е. насаждаемому Церковью репрессивному отношению к сексуальности в европейской культуре. В частности, он устанавливает генетическую связь между геноцидом в Новом Свете и всеевропейскими волнами террора по отношению к “ведьмам”, в которых некоторые современные исследователи видят носительниц матриархальной языческой идеологии, популярной в массах и угрожавшей власти Церкви и феодальной верхушки.

Станард подчеркивает и европейское происхождение концепции расы и цвета кожи.

Церковь всегда поддерживала работорговлю, хотя в раннее Средневековье в принципе запрещала держать в рабстве христиан. Ведь для Церкви только христианин и был человеком в полном смысле этого слова. “Неверные” могли вочеловечиться, только приняв христианство, и это давало им право на свободу. Но в 14 веке в политике Церкви происходит зловещее изменение. С увеличением объема работорговли в Средиземноморье увеличивались и прибыли от неё. Но этим доходам угрожала лазейка, оставленная церковниками ради укрепления идеологии христианской исключительности. Более ранние идеологические мотивы пришли в противоречие с материальными интересами христианских правящих классов. И вот в 1366 г. прелаты Флоренции санкционировали ввоз и продажу “неверных” рабов, объяснив, что под “неверными” имеются в виду “все рабы неверного происхождения, даже если к моменту их ввоза они стали католиками”, и что “неверные по происхождению” означает просто “из земли и расы неверных”. Таким образом, Церковь изменила принцип, оправдывающий рабство, с религиозного на этнический, что стало важным шагом по направлению к геноцидам нового времени, основанным на неизменяющихся расовых и этнических признаках (армянский, еврейский, цыганский, славянский и другие).

От религии не отставала и европейская расовая “наука”. Спецификой европейского феодализма было требование генетической исключительности дворянского сословия. В Испании понятие “чистоты крови”, limpieza de sangra, стало центральным к концу 15 и на протяжении всего 16 века. Дворянства нельзя было достигнуть ни богатством, ни заслугами. Истоки “расовой науки” лежат в генеалогических исследованиях того времени, которые вела целая армия специалистов по проверке родословных линий.

Особенно большое значение имела теория “раздельного и неравного происхождения”, выдвинутая известным швейцарским медиком и философом Парацельсом к 1520 году. По этой теории африканцы, индейцы и другие нехристианские “цветные” народы произошли не от Адама и Евы, а от других и низших прародителей. Идеи Парацельса получили широкое распространение в Европе накануне вторжения европейцев в Мексику и Южную Америку. Эти идеи были ранним выражением т.н. теории “полигенезиса”, ставшей непременной частью псевдонаучного расизма 19 столетия. Но ещё до опубликования писаний Парацельса, сходные идеологические оправдания геноцида появились в Испании (1512) и Шотландии (1519). Испанец Бернардо де Меса (впоследствии епископ Кубы) и шотландец Иоган Мейджер пришли к одинаковому заключению, что коренные обитатели Нового мира были особой расой, которую Бог предназначил быть рабами европейских христиан. Разгар теологических диспутов испанских интеллектуалов на предмет, являются ли индейцы людьми или обезьянами, приходится на середину 16 века, когда миллионы жителей Средней и Южной Америки гибли от страшных эпидемий, зверских массовых убийств и каторжного труда.

Официальный историк “Индий” Фернандес де Овиеда не отрицал зверств против индейцев и описал

“бесчисленные жестокие смерти, неисчислимые как звезды”. Но он считал это приемлемым, ибо “использовать порох против язычников это курить ладан для Господа”.

А на мольбы Лас Касаса пощадить обитателей Америки, теолог Хуан де Сепульведа заявил:

“Как можно сомневаться, что народы столь нецивилизованные, столь варварские и испорченные столь многими грехами и извращениями были справедливо завоеваны”.

Он цитировал Аристотеля, который писал в своей Политике, что некоторые люди являются

“рабами от природы” и “должны быть загнаны как дикие звери, чтобы заставить их жить правильно”.

На что Лас Касас отвечал:

“Давайте забудем об Аристотеле, ведь, к счастью, у нас есть завет Христа: Возлюби своего ближнего как самого себя”.

(Но даже Лас Касас, наиболее страстный и гуманный европейский защитник индейцев, чувствовал себя вынужденным признать, что они “возможно полные варвары”).

Но если среди церковной интеллигенции мнения о природе коренных жителей Америки могли расходиться, среди европейских масс на этот счёт царило полное единодушие. Ещё за 15 лет до великих дебатов между Лас Касасом и Сепульведой испанский обозреватель писал, что

“простые люди повсеместно считают мудрецами тех, кто убеждён, что американские индейцы это не люди, а особый, третий вид животных между человеком и обезьяной и были созданы Богом, чтобы лучше служить человеку”. (Станард, 211).

Так в раннем 16 веке формируется расистская апология колониализма и супрематизма, которая в руках евро-американских правящих классов будет служить оправданием (“защита цивилизации”) для последующих геноцидов (и ещё предстоящих?). Неудивительно поэтому, что на основе своего исследования Станард выдвигает тезис о глубокой идеологической связи между испанским и англосаксонским геноцидом народов Америки и нацистским геноцидом евреев, цыган и славян. Европейские колонизаторы, белые поселенцы и нацисты имели одни и те же идейные корни. И эта идеология, добавляет Станард, остается живой и сегодня. Именно на ней были основаны интервенции США в Юго-Восточной Азии и на Ближнем Востоке.

Список использованной литературы

J.M.Blaut. The Colonizer’s Model of the World. Geographical Diffusionism and Eurocentric History. New Yourk: The Giulford Press, 1993.

Ward Churchill. A Little Matter of Genocide. Holocaust and the Denial in the Americas 1492 to the Present. San Francisco: City Lights, 1997.

C.L.R.James. The Black Jacobins: Toussaint L’Ouverture and the San Domingo Revolution. New York: Vintage, 1989.

Arno J.Mayer. Why Did the Heavens Not Darken? The “Final Solution” in History. New York: Pantheon Books, 1988.

David Stannard. American Holocaust: The Conquest of the New World. Oxford University Press, 1993.

Источник
http://larichev.org/znakomtes-eto-ameri ... -evropoji/
http://larichev.org/znakomtes-eto-evropa/?_utl_t=fb


Вернуться наверх
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Сортировать по:  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 7 ] 

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 4


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
cron
Powered by phpBB © 2000, 2002, 2005, 2007 phpBB Group
Русская поддержка phpBB