Высокие статистические технологии

Форум сайта семьи Орловых

Текущее время: Пн янв 20, 2020 9:33 am

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 23 ] 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Катынь: доказательств виновности немцев все больше
СообщениеДобавлено: Чт апр 29, 2010 10:03 am 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672
Катынская трагедия: доказательств виновности немецкой (гитлеровской) стороны становится все больше


2010-04-28 23:06
Kprf.ru.
Алексей Брагин.

В Москве состоялась пресс-конференция специалистов, длительное время занимающихся катынской проблематикой. В пресс-конференции приняли участие депутат Госдумы В.И. Илюхин, доктор исторических наук А.Н. Колесник, профессор истории А.Ю. Плотников, писатель Ю.И. Мухин, историк С.Э. Стрыгин, доктор исторических наук Ю.Н. Жуков. Вниманию журналистов были представлены новые доказательства виновности немецкой (гитлеровской) стороны в массовом расстреле польских военнослужащих.

Разговор получился обстоятельный, вниманию журналистов были представлены убедительные свидетельства, что к расстрелу польских военнослужащих все-таки были причастны немецкие фашисты, а не сотрудники НКВД.

В.И. Илюхин рассказал, что 19 апреля в Госдуме состоялось заседание «круглого стола», организованного фракцией КПРФ, посвященного катынской теме. По итогам круглого стола его участники пришли к выводу, что расстреливали поляков немцы, а не русские. Было написано письмо и отправлено президенту РФ Д.А. Медведеву. В этом письме участники «круглого стола» положительно оценили сдержанную позицию Д.А. Медведева по катынскому вопросу и выразили неудовлетворение позицией В.В. Путина, который сделал поспешные выводы, что эти расстрелы – дело рук сотрудников НКВД.

В.И. Илюхин заметил, что расследование, которое проводилось раньше, не выдерживает никакой критики. Следствие велось с грубыми процессуальными нарушениями. Весьма примечательный факт, что группа российских следователей в ходе их работы неоднократно приглашалась польской стороной на фуршеты, позднее всех их отметили польскими наградами.

Комиссия академика Бурденко в 40-е годы исследовала более 900 трупов, немцы (если верить, их данным, около 4000 трупов), и уже в наше время было поднято около 1000 трупов. Примерно получается около 6000 трупов. Откуда же взялись 21700 трупов, о которых сегодня заявляют польские власти?

Доктор исторических наук Ю.Н. Жуков считает, что надо рассматривать факты в их взаимосвязи. Так Геббельс развязал свистопляску вокруг Катыни сразу после разгрома немцев под Сталинградом. Для того, чтобы снять тяжесть траура, объявленного в Германии в связи со Сталинградским разгромом. Показать немцам, что будет с ними, если они попадут в плен к большевикам.

Не понятно, зачем в 1940-м году надо было свозить пленных поляков со всей России, чтобы потом их расстрелять в Катыни? А что их нельзя было расстрелять на месте?

В феврале 1943 года, как известно, Гитлер приезжал в Смоленск, где он останавливался в специальном бункере. Как известно, такие бункеры строили военнопленные, потом они расстреливались. Такая практика гитлеровцев известна. Так что вероятно предположение, что военнопленные поляки принимали участие в строительстве гитлеровского бункера, а потом их расстреляли.

Есть серьезные разночтения в цифрах. Известно, что в 1939 году в плен нашими войсками было взято около 150 тысяч польских военнослужащих. Из них 42 тыс. оправили обратно в Польшу (на территорию, оккупированную немцами), еще 42 тыс. были отпущены на территории, занятой советскими войсками. Семьдесят три тысячи поляков было в польской Армии Андерса. Еще на нашей территории формировалась дивизия Т. Костюшко, потом она реорганизовалась в первую польскую армию. Откуда же взялась еще 21 тыс. поляков, которых якобы расстреляли русские?

Не понятно, зачем надо было расстреливать в мирное время поляков из немецких пистолетов системы «Вальтер»? Это сколько же надо времени, чтобы из пистолета расстрелять 21тыс. человек!

Писатель Ю.И. Мухин напомнил, что Геббельс строил свою катынскую версию на антисемитизме (что поляков расстреляли «евреи-большевики»). Когда эта тема начала гитлеровцами раскручиваться, тут же начали уничтожать варшавское гетто евреев.

Профессор истории А.Ю. Плотников сообщил, что много свидетельств того, что польских военнослужащих видели в районе Катыни после марта 1940 года (когда их якобы расстреляли русские), поляки строили дорогу. Опять же место, где произошел расстрел, до войны служило местом отдыха для горожан. Там были дачи, устраивались пикники. Место захоронения находится всего в 200 метров от шоссе. Невозможно в мирное время произвести массовые расстрелы в таком оживленном месте. Да и зачем? Да и не было за всю историю СССР случаев массового расстрела иностранных военнопленных. Это абсурд.

Доктор исторических наук А.Н. Колесник в свое время общался с известным советским деятелем Л.М. Кагановичем. Тот вспоминал, что по решению советских судов перед войной было расстреляно около 3 тыс. польских военных преступников. Но ведь не 21 тыс., как заявляет Польша. Опять же не надо забывать, что в 20-е годы в Польше погибли около 90 тыс. российских военнопленных. Почему их сбрасывают со счетов?

Историк С.Э. Стрыгин уже несколько лет ведет независимое расследование катынского дела, он говорит, что расследование затруднено в связи с тем, что госархивы не хотят рассекретить документы. Они передавались польской стороне, опубликованы, но подлинников никто не видел. Большие сомнения вызывает записка Берии, которая, как недавно выяснили эксперты, почему-то была напечатана на двух печатных машинках. Предполагается, что эти документы были сфальсифицированы позднее.

В завершении пресс-концеренции ее участники пришли к единому мнению, что необходимо возобновить расследование этого дела и довести его до суда. Чтобы поставить в нем окончательную точку.



P.S.

Когда уже завершилась пресс-конференция, в сети Интернет появилась информация, что Госархив рассекретил часть документов по Катыни и уверяет всех в их подлинности. Сообщение это появилось не раньше, не позже, а именно сразу после пресс-конференции, поэтому ее участники эту новость никак не прокомментировали. Акт о рассекречивании документов подписал Д.А. Медведев.

См. также: У каждой пишущей машинки свой почерк. Фальсификаторы письма Берии этого не учли http://kprf.ru/rus_soc/78512.html


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Пт апр 30, 2010 1:16 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672
Ложь и правда о Катыни. Что скрывает Особая папка?


2010-04-30 02:17
kprf.ru

28 апреля 2010 года Росархив со ссылкой на распоряжение Президента Российской Федерации Д.А.Медведева рассекретил, как отмечено, подлинные документы, хранящиеся в так называемой Особой папке № 1 Политбюро ЦК КПСС, касающиеся судьбы польских офицеров, попавших в плен СССР в 1939 году при возвращении Советскому Союзу территорий Западной Белоруссии и Западной Украины.

Гласности были преданы записка Л.Берии с предложением якобы расстрелять более 25 тысяч поляков, а также решение Политбюро ВКП(б), согласившегося с ним. Одновременно была рассекречена записка Шелепина, адресованная руководителю партии Н.Хрущеву об уничтожении личных дел расстрелянных поляков.

Надо отметить, что ничего сенсационного в решении Росархива нет. Рассекреченные документы стали достоянием многих еще в начале 90-х годов прошлого столетия, были неоднократно опубликованы и прокомментированы в России и за рубежом.

Этот шаг последовал после того, как участники «Круглого стола» по теме «Катынь – правовые и политические аспекты», проведенного 19 апреля 2010 года в Госдуме, в котором приняли участие депутаты, известные российские писатели, крупные ученые-историки, юристы, обратились с письмом к президенту страны. В нем они обоснованно поставили под сомнение результаты следствия, проведенного российской Главной военной прокуратурой и пришедшего к выводу о расстреле польских офицеров НКВД СССР под Смоленском весной 1940 года. Заявили о необходимости возобновления предварительного расследования, проверки всех доводов и версий по так называемому Катынскому делу с последующей его передачей в суд для публичной судебно-правовой оценки собранных доказательств.

Эта позиция основана на множестве фактов и доказательств. В частности, на том, что поляки были расстреляны из немецкого оружия, руки многих жертв связаны бумажным шпагатом, который не производился в СССР, но широко использовался в Германии. На многочисленных свидетельствах советских граждан, немцев, в том числе солдат вермахта о расстреле поляков гитлеровцами после их оккупации летом-осенью 1941 года Смоленской области.

Ложь, которая навязывалась на протяжении многих лет о расстреле НКВД СССР пленных офицеров как в России, так и за рубежом, сегодня рассыпается на мелкие осколки. Однако их пытаются собрать российская власть и те отечественные историки, которые обеспечивали раскручивание у нас так называемого Катынского дела в 80-90-х годах прошлого века.

Рассекречивание и демонстрация в средствах массовой информации названных документов вызывает с одной стороны удивление, а с другой – откровенный сарказм.

Если эти документы были секретными до последнего дня, то как их копии могли предъявить в 1992-1993 годах представители Б.Ельцина в Конституционном суде господа С.Шахрай и А.Макаров по так называемому делу «о запрете КПСС»? (См. «Материалы дела о проверке конституционности Указов Президента РФ, касающихся деятельности КПСС и КП РСФСР, а также о проверке конституционности КПСС и КП РСФСР», том VI. Издательство «Спарк», Москва, 1999 год, стр. 215-219).

Если они секретны, то как могло случиться, что еще в 2005 году комплект этих документов (электронные копии) был уже выставлен на сайте «Правда о Катыни». За эти годы с ними ознакомились тысячи людей, интересующиеся расследованием катынского преступления.

При всем при этом руководитель Федерального архивного агентства А.Артизов, комментируя 28 апреля 2010 года акцию Росархива «Вестям» телеканала Россия 1, акцентировал внимание на том, что сам факт хранения кремлевских документов в сверхсекретном архиве уже позволяет говорить об их достоверности. Однако из истории известно, что ряд сенсационных исторических фальшивок были «родом», как правило, из сверхсекретных архивов.

Приведенные факты лишь усиливают нашу версию о том, что в начале 90-х годов прошлого столетия российские архивы представляли из себя «проходной двор» или «барахолку», на которой торговали историческими документами, в том числе и на вывоз за рубеж. В такой обстановке фальсификация документов, в том числе и секретных, была вполне возможной и реальной.

Так называемое рассекречивание подтвердило и наше мнение о несостоятельности и неполноте предварительного расследования «Катынского дела» Главной военной прокуратурой. Свой основной вывод о расстреле польских офицеров она сделала на основании ныне рассекреченной записки Л.Берии 1940 года. Но ее подлинника нет в материалах уголовного дела, она не подвергалась экспертным и иным исследованиям. Поэтому мы констатируем большой парадокс – исследование документа не производилось, а выводы сделаны.

Ущербность следствия заключается и в том, что оно, обвиняя НКВД СССР в расстреле поляков, не установило и одной трети их трупов, а вывод о количестве жертв сделало на основании списков, представленных ему польской стороной. Не проверив при этом действительно ли указанные в них лица были расстреляны, когда, где и кем.

Мы уже отмечали, что записка Л.Берии ельцинской стороной была представлена Конституционному суду РФ. Однако суд из-за возникших сомнений и неисследованности документа отверг его, как отверг и попытку обвинить КПСС (в 1940 году ВКП(б) в санкционировании расстрела польских офицеров.

Решение суда было обоснованным и мудрым. Но эту мудрость не могут или не хотят принять некоторые заинтересованные силы, стоящие вокруг российского политического руководства.

Президент Д.А.Медведев, выступая 28 апреля 2010 года в Дании, заявил, что после рассекречивания Особой папки № 1 каждый может ознакомиться с ее документами, увидеть, кто их подписывал и сделать вывод о виновности конкретных лиц в уничтожении польских офицеров.

С этим нельзя согласиться. Любой документ несет в себе и на себе определенную информацию, а вывод о его достоверности или недостоверности можно сделать только после всестороннего исследования в совокупности с другими доказательствами. К тому же подобные высказывания явно предопределяют результаты предварительного расследования, обязывая его сделать правовое оформление политических установок.

Вызывает сожаление, что Президент РФ не был своевременно ознакомлен с открытым письмом от 22 апреля 2010 года, направленным ему по результатам работы упоминавшегося «Круглого стола» 19 апреля с.г. Вызывает также крайнее сожаление, что нынешнее российское руководство продолжает находиться в плену устаревших и очевидно заангажированных выводов и оценок так называемого Катынского дела 1990-х годов.

Не будем перечислять многочисленные факты нарушений и несуразности, присутствующие в оформлении и содержании этих документов. Достаточно сказать, что к настоящему времени исследователями выявлено свыше 57(!) источниковедческих признаков поддельности документов Особой папки №1, причем число выявленных признаков подделки продолжает постоянно расти. Об ошибках и неточностях в катынских документах говорится не первый год, но до сих пор никто из сторонников официальной версии не дал вразумительного и исчерпывающего ответа относительно их происхождения.

В 2009 году по инициативе координатора международного проекта «Правда о Катыни» Сергея Стрыгина была осуществлена официальная экспертиза записки Л.Берии Политбюро ЦК ВКП (б) за №794/Б. Вывод эксперта-криминалиста однозначный: первая, вторая и третья страницы текста этой записки отпечатаны на одной, а четвертая страница данной записки отпечатана на другой индивидуально-конкретной пишущей машинке.

Это невероятно для любой системы делопроизводства, тем более, для существовавшей в сталинский период. Особенно, если учесть, что на четвертой странице «записки Берии №794/Б» находится лишь 5 строк текста из 89, составляющих общий текст записки. Все это вызывает дополнительные обоснованные убеждения в ее недостоверности.



По поручению участников «Круглого стола»



Заместитель Председателя Комитета Госдумы

по конституционному законодательству

и государственному строительству,

Заслуженный юрист РФ

В.И. Илюхин.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Пт май 28, 2010 6:41 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672
Катынь: польских офицеров расстреливали немцы. Еще одно опровержение геббельсовской лжи


2010-05-28 11:30
«Московская правда»
Эрик Котляр

21 декабря 1991 года я, специальный корреспондент газеты «Московская правда», брал последнее интервью у первого президента Советского Союза Михаила Сергеевича Горбачева. Пресс-секретарь президента Грачев назначил нам с фотокорреспондентом вечернее время... Президентский корпус в Кремле был темный. То ли не рабочий день в главной цитадели страны, то ли просто отключили свет. Освещенным был только этаж, где размещался кабинет Горбачева. Гардероб также не работал. Встречавший нас человек предложил нам подняться, не снимая пальто. В комнате секретаря, за дверью возле вывески «Президент Советского Союза Михаил Сергеевич Горбачев», нам в глаза ударил яркий свет. Два дивана были завалены верхней одеждой. В углу светился экран работающего телевизора. Передавали из Алма-Аты знаменитый сход, предрешивший конец времени Горбачева и открывший счет эпохи Ельцина.

Грачев предупредил - сейчас у Михаила Сергеевича Артем Боровик, после него сразу пойдете вы!

Через короткое время на пороге кабинета появились Горбачев и Боровик. Боровик панибратски потрепал президента за плечо - «держитесь и передайте привет Раисе Максимовне...»



1.



Следующими были мы. В кабинете находился Егор Яковлев, на полу сидели почему-то только американские тележурналисты. Наших камер не было.

Интервью продолжалось почти сорок минут. Все время его прерывал Грачев. Он прибегал из комнаты секретариата и что-то быстро докладывал президенту. Я сообразил, правительственная связь отключена и все последние новости Горбачев получает по телепередаче из Алма-Аты.

В ходе нашей беседы с последним президентом великой страны я поставил очень острые вопросы и был обескуражен тем, что не получил ни на один из них точный и исчерпывающий ответ...

Удивительное дело - президент говорил совсем о других вещах, может быть, для него очень важных, но не имеющих отношения к тому, что интересовало меня.

Материал надо было сдавать «срочно в номер». Всю ночь я ломал голову, как же выйти из положения? И решил: будь что будет, все мои вопросы приведу полностью, а ответы тоже пускай будут такими, какими их пожелал видеть президент. В конце концов люди должны сами делать выводы.

На следующий день газета вышла с центровкой - «Последнее интервью президента Советского Союза Михаила Горбачева специальному корреспонденту «Московской правды».

Потом мне говорили знакомые - он же не ответил ни на один из твоих вопросов...Что я мог сказать? Только пожимал плечами.

В мае 1992 года вышла брошюра М. С. Горбачева «Декабрь 91-го. Моя позиция». В ней по дням был расписан дневник дел президента в последний месяц пребывания у власти. Многие события ограничивались одним-двумя абзацами или страницей... Беседе со мной президент уделил место на четырех страницах, и опять же там общие проблемы и ни одного из заданных ему вопросов...

Я очень благодарен Михаилу Сергеевичу за тот преподнесенный мне урок политической технологии. После долгих раздумий я пришел к выводу, что политическая целесообразность всегда будет находиться на ступень выше истины. С тех пор все, что связано с большой политикой, я воспринимаю с душевной тревогой. Я понимаю, что политические интересы определяют действия руководителей. Иногда это бывает оправдано государственной необходимостью. Но государственная необходимость современной России основана исключительно на интересах российской знати. А интересы эти сводятся к счетам и недвижимости за рубежом, из-за чего Россия исполняет пляску Витта в дипломатических ухищрениях понравиться заокеанским партнерам (а может, точнее их назвать хозяевами российской элиты?).



2.



Вот и история с Катынью. Лично у меня она всколыхнула воспоминания 1947 года. Когда стало известно, что и. о. президента Польши, маршалу сейма Брониславу Комаровскому руководители России передали 67 томов открывшейся правды с расстрелом весной 1940 года сотрудниками НКВД в Катыни польских офицеров, у меня перед глазами немедленно выплыл послевоенный Красногорск, где размещался особый лагерь немецких военнопленных. И сразу возник вопрос - что же такое происходило там в то удивительное послевоенное время?

Этот лагерь был не просто собранной в одном месте рабочей силой. Хотя военнопленных и использовали на разных, главным образом строительных объектах. До сих пор в Красногорске можно увидеть выстроенные ими в основном четырех-пятиэтажные дома с характерными полукружьями чердачных окон, капитальными стенами и маленькими балкончиками.

В Красногорском лагере находились особые пленные: офицеры абвера, гестаповцы, замаскированные в плену под обычных военнослужащих вермахта эсэсовцы, «звери», чья шкура была запятнана кровью жестких издевательств и казней населения на оккупированных территориях, и... члены «Рот Фронта», красной гвардии Эрнста Тельмана, сгноенной в нацистских концлагерях.

Там же, в Красногорске, держали некоторых генералов, связанных с западной разведкой, представляющих существенный информационный интерес.

Оперативную работу вели блестяще образованные офицеры управления по делам военнопленных НКВД СССР. Среди них были выпускники ВИИЯКа (Военного института иностранных языков), питомцы генерала Биязи, многие из них выходцы из семей советских дипломатов, выросшие за границей, безупречно владевшие немецким, венгерским, английским, японским языками. Филатов, Эльперин, Бердовский, Неверов, Горфан, Шустер и многие другие, их эрудиция и общая культура удивляли и восхищали военнопленных.

В этом же управлении служил мой старший брат, Владимир Котляр, также выпускник ВИИЯКа, спецпереводчик немецкого и болгарского языков. В 1945 году его отозвали с Белорусского фронта и направили в распоряжение генерала Кобулова, возглавлявшего управление по делам военнопленных.

Кстати, именно в Красногорском лагере при этом управлении действовала единственная школа антифашистов, куда после тщательной проверки отбирали настоящих тельмановцев, из них подготавливали руководящие кадры для ГДР. Курсантов школы расконвоировали, в хозяйственной зоне для них сшили штатские костюмы. Лекции им читали профессора из МГУ, больше того, курсантов возили на спектакли в Большой театр. Очень хорошо помню, как выпускников антифашистской школы отправляли в Германию. Какое же по этому случаю было торжество до поздней ночи во всем Красногорске!



3.



В годы войны мы были привычны к слову «Катюша». Название известной всему миру песни стало, как сейчас это принято называть, брендом оружия победы. А вот сразу после войны я услышал странное название «Катынь». Надо сказать, тогда это слово никому не было известно. Да и в мою жизнь оно вряд ли бы вошло так, как случилось.

Однако по высшему повелению из Кремля последовало указание аппарату НКВД срочно провести расследование, опровергающее ряд заявлений Геббельса, в которых главный пропагандист фашистского рейха обвинял Советский Союз в противоправных преступлениях против человечества. Надо понимать, после Нюрнбергского процесса в мире начали поднимать голову антисоветские силы, и на вооружение они принимали любые обвинения против СССР, не брезгуя даже геббельсовскими фальшивками...

Одна из таких прокламаций гитлеровского министра пропаганды касалась расстрела 22 тысяч польских офицеров армии Сикорского, взятых в плен Красной Армией во время «дележа Польши». Якобы, в Катыни, освобожденной гитлеровцами из-под ига большевизма, фашисты обнаружили братские могильники с расстрелянными поляками... Заявление это Геббельс сделал в 1943 году. После сокрушительного перелома на фронтах Великой Отечественной войны гитлеровский рейх начал лихорадочно искать контакты с союзниками Советского Союза. И ради этого рейху потребовалось неожиданно проявить сочувствие к полякам, которых, как это было широко известно всему миру, нацисты истребляли в Треблинке и Биркенау с той же злобной беспощадностью, что и евреев. По сути в отношении польского народа проводился такой же откровенный геноцид.

По информации, поступившей на имя Кобулова от начальника оперативной части Красногорского лагеря полковника Нефедова, на одного из пленных накопились сведения о причастности к расправе над поляками в Катыни. На допросах, проведенных оперативными сотрудниками лагеря, пленный эту информацию подтвердить отказался.

Полковник Нефедов предположил, что в данном случае необходима глубокая оперативная разработка. В лагерь была направлена группа офицеров управления, среди которых оказался брат.

Рядом с лагерем располагался двухэтажный коттеджный поселок Брусчатый, в котором жили офицеры лагеря. Брат получил комнату на первом этаже двухкомнатной квартиры, в которой, кроме него, жил начальник хозяйственной зоны Киряков, впоследствии он работал в отделе тюрем министерства и даже побывал начальником Бутырской тюрьмы. А вот квартиру на площадке напротив занимала семья репатриированного из Польши великого магната (по-теперешнему олигарха), представителя древнейшего аристократического рода Посполитой, главного землевладельца страны князя Радзивилла.

У замка князя, на лужайке, приспособленной под взлетную площадку, стоял уже готовый взять курс на Лондон его личный самолетик, когда неожиданно появились советские танки и смешали планы магната. Все семейство Радзивиллов угодило вместо Лондона в подмосковный Красногорск. Жили они в такой же квартире, как у нас. Охраны у них не было. Но рядом постоянно дежурил старшина украинец, все вопросы и обращения княжеской семьи решались через него. Он же доставлял с лагерного склада офицерские пайки на каждого из репатриированных польских аристократов. Радзивиллу и его родственникам разрешалось удаляться от дома не больше чем на шесть метров. Зато с тыльной стороны коттеджа им отвели приличный земельный надел для огорода, и они с усердием его возделывали.

Я вспоминаю чудесное лето. Брат рано уходил на работу, я садился на велосипед и разъезжал по живописным окрестностям. Места там действительно достойны названия подмосковной Швейцарии.

Несколько раз мне удавалось уговорить старшину покатать на велосипеде княжну Анну. Для нее это был настоящий праздник. Она ходила в холщовой юбке и деревянных босоножках. Я сажал девушку на раму велосипеда, и она с восторгом любовалась поросшими лесом горками и чудесным озером, раскинувшимся прямо под главной лагерной зоной. Кататься нам разрешалось только в пределах видимости старшины.

Вечером приходил усталый брат и за ужином рассказывал - полковник Нефедов требует результатов, на него давят из Москвы, а немец, видно по всему, много знает, но говорить отказывается... Немцы очень дисциплинированный народ, говорил брат, и хотя война и окончилась, для них перестраховка - главное в жизни.

Я рассказываю все, что происходило, так подробно, чтобы читатель мог проникнуться атмосферой доверия, царившей в отношениях между людьми. В то время у нас все интересы были общими, и мы всегда переживали, если у кого-то что-нибудь не складывалось. Это касалось не только моих отношений с братом, после войны все вообще были ближе друг к другу. Светлое после войны было время, и люди были такие же светлые.

Где-то в августе брат пришел из зоны возбужденный. Нефедов сказал немцу, что если он не хочет сотрудничать, его «сактируют» и он поедет в один из сибирских строительных лагерей. В Красногорске он больше не нужен. Ничего страшней для военнопленных, чем слово «Сибирь», не существовало. Немец «поплыл». Он обещал показать, как оно было в Катыни, но для этого попросил организовать командировку на место.



4.



Печальный опыт таких командировок у брата уже был. Один из пленных показал на допросе, что знает, где спрятан золотой запас польского банка в Варшавском парке, и может показать это место. И хотя немцу не очень поверили, командировку в Варшаву все же пришлось организовать. Велись долгие переговоры с Варшавой о дележе клада между советской и польской сторонами, если его удастся обнаружить. Поляки обещали организовать встречу и разместить прибывших с пленным офицера и конвойных. Особой маскировки не было. Брат поменял только фуражку на головной убор летчика. А конвойные были в гимнастерках, обычных галифе, штатских кепках, но с автоматами. Немца нарядили в штатский костюм, он оказался мал, брюки по щиколотку, руки вылезали из рукавов. Живописная группа проследовала по Белорусскому вокзалу за полчаса до общей посадки и заняла в вагоне отдельное купе. На всякий случай брату сообщили адрес явочной квартиры нашей разведки.

Поезд прибыл в разрушенную Варшаву поздно ночью. Поляки честно встретили гостей из Москвы и потребовали, чтобы немца передали им. «Он у нас быстро заговорит!» Разговор шел по-немецки. Немец втянул голову в плечи и умоляюще смотрел на брата. Брат категорически отказался передавать пленного. И попросил объяснить, как найти нужный адрес. Поляки рассказали в общих словах и тут же исчезли. Всю ночь брат с двумя конвойными и пленным блуждали в потемках среди руин, пока к утру не нашли нашу явку. Помогло знание Варшавы пленным немцем. Встретивший их полковник был обескуражен: вы в таком виде ходили ночью по незнакомому и опасному городу? В Москве, что, с ума сошли? Почему не предупредили о вашем приезде?

Как выяснилось, поляки не удосужились сообщить советским коллегам о времени прибытия группы из Москвы. Видимо, надеялись перехватить немца на вокзале и самостоятельно разобраться с кладом...

Дальше настоящий кинофильм. Ночью в парке, оцепленном польской охраной в квадратных фуражках, при свете прожекторов, немец показывал то одно место, то другое, где следовало копать. Но ничего не было. В конце концов лопату дали немцу и заставили его самого искать зарытое золото. Так продолжалось несколько ночей, пока Москва не распорядилась вернуться и привезти пленного.

Эту историю в управлении расценили как очередной блеф. Когда немцам надоедал однообразный лагерный распорядок, они придумывали подобные фокусы.

Поэтому якобы необходимую поездку в Катынь сначала подвергли сомнению. Но Кобулов приказал - надо ехать! И брат в очередной раз выехал в компании конвойных и пленного немца. Правда, на этот раз по родной земле.



5.



Из командировки брат приехал окрыленный. Немец показал контрольные позиции расстрелов пленных поляков. Рассказал о приказах из Берлина, которые приводились в действие. Одним словом, все рассказанное и показанное пленным, очевидцем события, полностью подтверждало, что гитлеровцами было совершено еще одно дикое преступление на оккупированной земле, лицемерно описанное Геббельсом как расправа над поляками стрелками НКВД.



Документы были оформлены в оперативной части лагеря и отправлены в управление на имя Кобулова. Потом их, наверное, приобщили к материалам комиссии, возглавляемой генералом медицинской службы, знаменитым ученым хирургом Бурденко. В военное время расследование зверств фашистов поручали видным общественным деятелям или известным представителям культуры. Классик литературы граф Алексей Толстой, например, возглавлял чрезвычайную комиссию по расследованию зверств нацистов на оккупированных территориях СССР.

В те годы вся эта история прошла как один из рядовых рабочих эпизодов службы старшего брата. Были дела куда более интересные.

Скажем, побег из того же Красногорского лагеря известного абверовца, кажется, в 1948 году. Немец, внешне похожий на Отто Скорцени, прибыл в лагерь и с первых дней стал готовить побег. Ему это удалось. Каким же фанатизмом надо обладать, чтобы бежать в центре России, в чужой стране, не зная ее язык, спустя три года после окончания войны? С надеждой на что? Тогда эта история наделала много шума...

А командировка в Катынь... Мало ли было у брата командировок по Белоруссии с целью выявления «зверей» среди военнопленных? По фотографиям белорусские крестьяне опознавали своих мучителей, и когда брат возвращался из таких командировок, от его рассказов кровь стыла в жилах.

Правда, в Катыни немец спросил брата, знает ли он, кто такие «пилсудчики»? Уже в Москве брат узнал, что в период правления Пилсудского в Польше проходили «санации», во время которых чисткам подверглось много немецких «фольк-дойче». Во время фашистской оккупации Польши этими фактами пользовались, чтобы настроить солдат вермахта против польского населения.

Некий «Народный союз немцев за границей» выпустил что-то вроде меморандума, в котором звучали такие призывы: «Немецкий народ! Никогда не забывай, что злодеяния поляков вынудили фюрера защитить вооруженной силой наших соотечественников в Польше. В сентябре 1939 года их погибло в Польше 58 тысяч человек. Мужчины, женщины и дети, беззащитные старики и больные были замучены до смерти на пересыльных этапах. В польских тюрьмах немецкие люди должны были терпеть такие муки, которые по их жестокости могли быть выдуманы только недочеловеками со зверскими склонностями. Оставление в течение многих дней без какой-либо пищи, избиение палками, удары прикладами, беспричинные расстрелы (на это надо обратить особое внимание! -ф), выкалывание глаз, изнасилования - нет такого вида насилия, которое бы не применялось к ним. Одного юношу облили бензином и сожгли в печи пекарни; на товарный состав с перемещенными (лицами?) пустили на полной скорости локомотив. Недавно в одном пруду купающиеся дети нашли 17 трупов. Можно было бы привести тысячи таких примеров».

Вот прекрасный пример геббельсовской пропаганды. И ведь работало! Недаром Геббельс утверждал - не важно, говорите вы правду или ложь, главное, чтобы вам верили! И верили. Там, в этом меморандуме, есть такие слова: «Немец, будь горд и не забывай, что причинил тебе польский народ! Если к тебе кто-нибудь придет и скажет, что его поляк приличен, ответь ему: «Сегодня у каждого есть свой приличный поляк, как раньше у каждого был свой приличный еврей!»

Раз верили, значит, запросто уничтожали представителей низшей расы... Вот ведь что имел в виду тот немец в разговоре с братом в Катыни.



6.



Много воды утекло с того времени. В конце сороковых годов наша семья подверглась репрессиям. Брат уволился из органов и перешел на гражданку. Потом случилась горбачевская перестройка. И вдруг в самый разгар ломки страны стало известно о том, что соратники Горбачева, г-да Яковлев и Пихоя, обнаружили в секретных архивах некие документы, коренным образом изменившие картину катынских событий. Оказалось, что польские офицеры были расстреляны не фашистскими извергами, а чекистами... Нашлась в архивах к тому же рукописная записка Шелепина.

С Шелепиным я познакомился, когда он в результате кремлевских интриг перестал быть «железным Шуриком» и превратился в одного из заместителей председателя комитета по профтехобразованию. Моим куратором самой крупной в Москве книжной редакции. В шутку ее называли тогда «Котляриздат».

Шелепину было явно не по себе в маленькой комнатенке с предбанником. Ветер большой политики все еще не давал ему покоя. На этой должности он не задержался. А когда в годы перестройки в ход пошла его написанная от руки записка по расстрелу польских офицеров, он попросил уже горбачевских соратников показать ему его почерк для подтверждения. И в этом ему было категорически отказано. Об этом мне рассказал один из наших общих сотрудников, продолжавший поддерживать с ним отношения...

Брат мой в эти годы был на пенсии. И я поинтересовался, как же он воспринимает эту новость? Он пожал плечами. Мы, сказал он, честно делали свое дело. Доказательств гитлеровского расстрела у нас хватало. Расстрелянные лежали аккуратными рядами, как всегда это бывало у немцев. Выстрелы в затылок - обычный стиль немецких карателей. Разрытые могильники были засыпаны сухими осенними листьями, что показывает время события. В соседних рвах обнаружили веревки немецкого производства. И уж, что главное, все расстреляны из немецкого оружия. Ты же прекрасно помнишь - в сороковые и первые годы войны на армейском вооружении были наганы. Пистолеты ТТ появились только в середине войны. Польские офицеры принадлежали к корпусу Владислава Сикорского. Если бы наши расстреляли его офицеров, стал бы он 30 июля 1941 года подписывать договор с СССР о возобновлении дипломатических отношений? Польская шляхта очень заносчива и щепетильна в таких делах! Был еще один психологический штришок. Члены комиссии Бурденко обратили внимание на то, что у многих расстрелянных красовались на пальцах дорогие кольца. Вот и думай, сказал брат.

К сожалению, а может, и к счастью, брат не дожил до наших дней. Наверное, ему было бы сегодня и горько, и стыдно за все, что происходит в нашей новой стране. Как каждому из нас, только еще горше.

Я, когда узнал о передаче полякам кучи томов с доказательствами советской расправы, скрепленных еще в 1992 году печатью «Росгосархива», почувствовал себя в тупике. Передо мной неожиданно встала серьезная проблема - могу ли я провести ревизию с переоценкой всего, что было прожито тогда, и объявить вотум недоверия делам Вовки, моего брата? А это значит оказаться в одном строю с колченогим уродцем с золотой свастикой в петлице...

И все-таки? Может, действительно правы не те замечательные ребята, которые, следуя международному праву, вели ювелирную работу с военнопленными и которых я хорошо запомнил на всю жизнь? А правы Яковлев и Пихоя, соратники Горбачева, преподавшего мне выразительный урок политической целесообразности?

Но ведь эти уроки продолжаются до сих пор! Зачем Качиньский летел в Катынь в сопровождении 85 человек польского руководства? Дань уважения, которую отдали погибшим Дональд Туск и Владимир Путин, его явно не удовлетворила. Захотелось мощной демонстрации недоброжелательства к России. Не полетел же на Западную Украину, где Бандера с его палачами устроили «карнавал длинных ножей» и вырезали тридцать тысяч польских женщин, детей и стариков? Бандера, которого близкий друг Качиньского, Ющенко, произвел в народные герои...

Наш президент Медведев едва ли не единственный среди крупных европейских фигур прилетел на похороны Качиньского, несмотря на пепел вулкана. Человечность нашего президента во имя политической целесообразности превысила накал враждебности к России погибшего польского руководителя. Помогло?

Да нисколько. Уже сейчас польские СМИ рассказывают байки, как российские чекисты добивали на месте авиакатастрофы выживших пассажиров из окружения Качиньского. А польские сотрудники бюро охраны правительства даже, видите ли, отстреливались от русских чекистов, не позволяя им «утащить в кусты» тело Качиньского...

Ничего не напоминает? Вспомните наставление Геббельса - главное, чтобы поверили. Полагаю, в Польше верят. Особенно теперь, когда в России покаялись в том, в чем были, а может, и не были виноваты... Спасибо горбачевской целесообразности.

Да ведь и наши СМИ не отстают в придумках. Будто при массовых расстрелах поляков наганы перегревались до невыносимости и потому для сотрудников НКВД пришлось покупать немецкие парабеллумы и вальтеры!!! Отсюда, мол, и немецкие пули в черепах погибших. Чтобы такое сморозить, надо накануне хорошо надраться. Любой знаток оружия вам подтвердит - надежней револьверной барабанной системы пока ничего не придумали. В отличие от пистолета револьвер никогда не дает осечку. Знать надо такие вещи, прежде чем о них мурлыкать...

Президент Медведев говорит, что «каждый человек имеет право на собственные оценки. Другой вопрос, что такого рода личные оценки не должны влиять на государственные оценки». Почти по Горбачеву, когда отвечают не по существу поставленных вопросов, а по государственной необходимости.

К сожалению, господа президенты, душу не заменишь. То, что она видела и выстрадала, не вытравить никакой вашей целесообразностью государственных оценок, тем более замешанной на заграничных счетах и недвижимости...

А как быть теперь, если после взятого на себя Россией греха польские граждане начнут предъявлять компенсационные счета за Катынь? Кто их будет оплачивать - Пушкин или Абрамович? Или опять наш несчастный народ?


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Ср июн 02, 2010 11:46 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт дек 08, 2009 5:44 am
Сообщений: 11
Откуда: Казахстан
Лично мне-смешно. Особенно когда "...вальтеры закупали..." Неужели и впрямь кто-то верит в этот бред? Тогда и нам может потребовать дань с процентами с монголов и татар??? :D


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Пт июн 04, 2010 8:19 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672
Обвинив СССР в расстреле поляков, нынешняя Польща желает получить с РФ денежную компенсацию. Это - помимо усиления антисоветской агитации с целью отвратить население от советских методов организации хозяйства и жижни.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Вс июн 27, 2010 10:42 am 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672
«Катынское дело» не закрыто





Еженедельная газета «Версия» (от 7.06.2010г.) в материале «Документы по Катынскому расстрелу были сфальсифицированы?» сообщила о том, что особая комиссия из депутатов Госдумы и экспертов-историков под руководством депутата ГД от КПРФ Виктора Илюхина «изучает ранее неизвестные секретные документы, которые, возможно, прольют свет на так называемый Катынский расстрел польских офицеров.

Согласно официальной советской версии, обнародованной в 1944 году, польские военнослужащие были расстреляны немецкими оккупационными войсками под Смоленском в 1941 году. Этот вывод основывался на заключении комиссии под председательством академика Николая Бурденко, в состав которой входили писатель Алексей Толстой, митрополит Николай, нарком просвещения Владимир Потёмкин, а также высокопоставленные представители армии и НКВД. В 1990 году эти выводы пересмотрели: руководство СССР признало ответственность НКВД за расстрел пленных поляков, и эта версия по сей день даёт пищу для многочисленных спекуляций и обвинений в адрес России. Как теперь выясняется, она была сфальсифицирована предположительно по заданию члена ЦК КПСС Александра Яковлева».

«Версия» сообщает, что раскрыть фальсификацию позволил случай. К В.Илюхину обратился бывший сотрудник спецслужб, предоставивший документальные подтверждения того, что целый ряд документов по Катыни, включая одиозное «письмо Берии № 794/Б», в котором предлагалось расстрелять более 20 тыс. польских военнопленных, изготовили в начале 90-х годов по поручению «некоего члена Центрального комитета партии». Виктор Илюхин, в прошлом старший помощник Генерального прокурора СССР, расспросил свидетеля с пристрастием и выяснил, что фальшивки изготовили 20 лет назад с целью дискредитировать Сталина: «Сделано это было в русле той оголтелой пропагандистской кампании охаивания советского руководства, которая особо цинично и откровенно велась в начале 90-х годов прошлого столетия».

«Сведения, полученные комиссией во главе с Илюхиным, не просто сенсационны: если будет установлена подлинность всех переданных депутатам документов, в ином свете предстанут не только события 40-х годов, но и некоторые обстоятельства времён поздней перестройки. Подтверждение того, что документы, на основании которых делались заключения об участии НКВД в расстреле пленных поляков, являются сфальсифицированными, неизбежно заставит искать заказчика этих подтасовок. Пока существуют лишь предположения на сей счёт. «Когда мы основательно укрепимся в нашей объективности, тогда поставим вопрос и перед президентом, и перед Следственным комитетом, и перед Генеральной прокуратурой, – заявил Виктор Илюхин. – Мы считаем, что есть основания для возбуждения уголовного дела, потому что без возбуждения уголовного дела нельзя будет проводить серьёзные экспертные исследования». Помимо документов, связанных с Катынью, потребуется установить подлинность материалов, свидетельствующих о сотрудничестве наших органов госбезопасности с органами Имперской безопасности Германии: имеются веские доказательства того, что они также были сфальсифицированы, «чтобы поставить на одну доску фашизм и сталинизм».

Недавно представители «Мемориала» обратились к Дмитрию Медведеву с просьбой назначить проверку качества расследования Главной военной прокуратурой обстоятельств Катынского расстрела. Правозащитники потребовали изобличить «сталинское руководство СССР» в принятии решения о массовых расстрелах, но теперь впору говорить о пересмотре всей документальной базы по Катыни».

Дальнейшее развитие эта тема получила в материале газеты «Версия» (от 21.06.2010 г.) «ФАЛЬСТАРЬ». Ниже приводим этот материал с небольшим сокращением. Выделенный жирным шрифтом текст – ИАС. Обращаем внимание посетителей сайта на то, что депутат ГД от фракции КПРФ В.Илюхин в ноябре 1995 года участвовал в организации парламентских слушаний КОБ в Госдуме. Однако в своей депутатской деятельности Илюхин о Концепции не говорит, замалчивает её.


Фальстарь
Документы о катынской трагедии были подделаны окружением Горбачёва

Депутат Госдумы Виктор Илюхин выступил с разоблачением скандальной фальсификации, которая два десятка лет лежала тёмным пятном на репутации нашей страны. Так называемый катынский расстрел пленных польских офицеров был предметом острых политических спекуляций как на Западе, так и в России. Руководство Советского Союза, якобы санкционировавшее массовые казни поляков, ставили в один ряд с Гитлером и его приспешниками. И вот теперь выясняется, что архивные документы, на основании которых против нас выдвигались страшные обвинения, чуть ли не полностью сфальсифицированы. Если экспертиза подтвердит, что катынский архив был подделан – а первые свидетельства этого уже получены, – прокуратуре придётся проверить причастность к подтасовке представителей горбачёвского Политбюро.

Эксперты-историки признают, что полной ясности с Катынским расстрелом не было ни 20 лет назад, ни сейчас. В 2004 году следователи Главной военной прокуратуры тщетно пытались разобраться в противоречивой цифири. С одной стороны, имелись бумаги, свидетельствующие о том, что польским военнопленным было вынесено 14 542 смертных приговора. Называлась и другая цифра – 21 857 убитых. С другой стороны, удалось достоверно установить гибель лишь 1803 человек. Куда делись остальные? И были ли они вообще? Ещё вопрос: среди пленённых поляков были молодые офицеры Армии крайовой Войцех Ярузельский и Менахем Бегин – спустя десятилетия они станут соответственно польским лидером и израильским премьером. Ладно Ярузельский, но антисоветчик Бегин! Почему он ни разу и словом не обмолвился о причастности советских руководителей к организации расстрела? Не говорил он и о том, что казнили поляков офицеры НКВД. А вот о том, что расстрелами под Смоленском занимались гестаповцы, говорил, и не раз. Странно, не так ли? И это отнюдь не единственная странность в деле о Катынском расстреле.

Странности стали проясняться после того, как к депутату Госдумы Виктору Илюхину и экспертам-историкам Сергею Стрыгину и Владиславу Шведу обратился некий учёный, имя которого держится в секрете по соображениям безопасности. Учёный признал, что он лично участвовал в фабрикации подложного «письма Берии № 794/Б» в Политбюро ВКП (б) от марта 1940 года, в котором предлагалось расстрелять более 20 тыс. польских военнопленных, и ряда других документов, якобы свидетельствующих о том, что НКВД проводил массовые расстрелы пленных поляков. По его словам, в начале 90-х годов одним из высокопоставленных членов Политбюро ЦК КПСС была создана группа специалистов высокого ранга по подделке архивных документов. Позже эта же группа работала в структуре службы безопасности российского президента Бориса Ельцина, территориально размещаясь в пос. Нагорное Московской области (до 1996 года), а потом была перебазирована в другой населённый пункт – Заречье.

Таким образом, в российские архивы были вброшены сотни фальшивых исторических документов и ещё столько же было сфальсифицировано путём внесения в них искажённых сведений, а также путём подделки подписей.

«В подтверждение сказанного собеседник представил ряд бланков 40-х годов прошлого века, а также поддельные оттиски штампов, подписей», – заявил Виктор Илюхин. Поскольку российскими учёными, в частности доктором исторических наук М. Мельтюховым, уже была доказана фальсификация «Завещания В.И. Ленина», документов, связанных с отречением от престола Николая II, и другие подобные факты, депутат потребовал начать масштабную работу по проверке архивных документов и выявлению фактов дискредитации советского периода отечественной истории.

Учёный представил депутату Госдумы немало доказательств, подтверждающих его обвинения – документы и специальные приспособления для изготовления фальшивок, чистые бланки, печати, штампы и факсимиле. Но главным свидетельством, подтверждающим правдивость его обвинений, стало архивное дело Спецфонда № 29 «Переписка НКГБ – НКВД с ЦК ВКП(б) в период с 02.01.1941 по 05.05.1941 г. О приготовлении Германии к войне против СССР». «Дело на 202 листах, на обложке имеется пометка: «Хранить вечно. Рассекречиванию не подлежит», – пояснил Виктор Илюхин. – Такие документы на руки никому и никогда не выдаются. То, что секретная папка оказалась в руках нашего свидетеля, подтверждает, что доступ к архивным материалам у него и его коллег был свободен. Многие документы привозились в Нагорное без всякого учёта и контроля за их движением. Их получение не фиксировалось какими-либо расписками и обязательствами по хранению».

Виктор Илюхин считает, что фальшивки были изготовлены с целью дискредитировать Сталина «в русле той оголтелой пропагандистской кампании охаивания советского руководства, которая особо цинично и откровенно велась в начале 90-х годов прошлого столетия».

В этой связи небезынтересно вспомнить о том, откуда вообще взялась эта странная версия о якобы имевшем место расстреле пленных поляков служащими НКВД. В феврале 1990 года Михаил Горбачёв получил докладную записку от заведующего международным отделом ЦК КПСС Валентина Фалина. В записке сообщалось, что в архивах якобы были найдены документы, подтверждающие связь между отправкой поляков из лагерей весной 1940 года и их расстрелом. Но были в записке и странности: к примеру, что «опубликование таких материалов полностью подорвёт официальную позицию советского правительства» и требует принять «срочные меры». Сразу вопрос: а почему, собственно, меры должны быть «срочными»? Ведь документы едва-едва раскопали, а уж о том, чтобы проверить их подлинность, и речи не шло. К чему такая спешка? Ответ прост: те люди, которые инициировали вброс, хорошо знали, как и на что реагирует Горбачёв.

И они не ошиблись – документы запустили в оборот ещё до проверки их подлинности. А Войцех Ярузельский вместе с документами получил и весьма странную сопроводиловку»: мол, прямых свидетельств – приказов, распоряжений, – позволяющих назвать точное время и конкретных виновников Катынской трагедии, у нас нет, но тем не менее «можно сделать вывод о том, что гибель польских офицеров в районе Катыни – дело рук НКВД и персонально Берии и Меркулова».

Необходимо сказать несколько слов о Валентине Фалине. В 1982 году у него, первого заместителя заведующего отделом внешнеполитической пропаганды ЦК КПСС, случился конфликт с генсеком Юрием Андроповым. Причина – негативная реакция Фалина на события в Польше – разгон «Солидарности» и введение военного положения. Конфликт был настолько серьёзным, что Фалин уходит из ЦК – по тем временам немыслимый поступок! – и устраивается в «Известия» политическим обозревателем. А в большую политику Фалина вернул не кто иной, как Александр Яковлев. В 1986 году он ходатайствовал перед Горбачёвым о назначении Фалина главой АПН. А два года спустя по протекции того же Яковлева Фалин был назначен заведующим международным отделом ЦК. Мы можем предположить, что о странных симпатиях Фалина к Польше и столь же странной и необъяснимой ненависти к Сталину в ЦК знали все. Вряд ли он сам имел отношение к фальсификации катынских документов, но для осуществления вброса более подходящую кандидатуру найти было трудно. И честным, но конфликтным и имеющим своё мнение Фалиным попросту воспользовались. Кто?

Ответить несложно. Тот, кому Фалин не мог отказать. Тот, кому он был обязан своим возвращением в большую политику. Ходят слухи, что Фалин узнал о своей неприглядной роли в истории с катынскими документами, и именно по этой причине он и эмигрировал в Германию в 1992 году – не хотел иметь ничего общего с фальсификаторами. Так это или нет, мы, возможно, узнаем, если Валентин Фалин всё же решит заговорить.
Почему же история с фальсификацией документов о событиях 70-летней давности вызвала столько шума?

«Если кто-то считает, что всё это относится к прошлому, то он глубоко ошибается, – поясняет Виктор Илюхин. – В первую очередь речь о нашем с вами настоящем. Администрация США всячески обостряет российско-польские отношения, муссируя версию о расстреле поляков весной 1940 года, уподобляясь при этом одиозным историческим персонажам. В 1943 году Геббельс, пытаясь разрушить антигитлеровскую коалицию и поссорить СССР с США, распространил ложь о том, что Сталин и Берия приказали расстрелять 10 тыс. польских офицеров. Эту ложь поддержало польское правительство в эмиграции, которое больше всего руководствовалось чувством злобы на Советский Союз за разгром польской армии в западной Белоруссии и на Украине и присоединение этих территорий к СССР. Небезызвестный Александр Яковлев фактически ратовал за такую компрометацию СССР, чтобы от нашей страны отвернулся весь мир. После этого состоялась величайшая подтасовка и фальсификация архивных документов ЦК КПСС».

Сегодня в Европейском суде находится более 70 исков к России от родственников убитых офицеров по возмещению им ущерба. После их рассмотрения Польша намеревается предъявить иск к нашей стране за расстрел офицеров примерно на 100 млрд. долларов США. Можно с большой вероятностью утверждать, что иск будет удовлетворён, а на собственность и счета России за рубежом наложат арест. КПРФ в Госдуме вышла с инициативой создания парламентской комиссии по проверке всех обстоятельств гибели польских офицеров и настаивает на возобновлении расследования Генеральной прокуратурой уголовного дела по этим фактам. Одновременно с этим начато парламентское расследование гибели 80–120 тыс. красноармейцев, попавших в польский плен в 1920 году.

Руслан Горевой
«Наша Версия»

Комментарий:

Из биографии «архитектора перестройки» А.Н. Яковлева известно, что, будучи c 1958 по 1959 год на стажировке в Колумбийском университете (США) он был завербован ЦРУ. Прямых подтверждений этому нет, но разрушение СССР, которое он осуществил на пару с М.С. Горбачёвым, подтверждают это. Кроме того, бывший председатель КГБ СССР Владимир Крючков в своей книге «Личное дело» (1994) писал:
«Я ни разу не слышал от Яковлева тёплого слова о Родине, не замечал, чтобы он чем-то гордился, к примеру, нашей победой в Великой Отечественной войне. Меня это особенно поражало, ведь он сам был участником войны, получил тяжёлое ранение. Видимо, стремление разрушать, развенчивать всё и вся брало верх над справедливостью, самыми естественными человеческими чувствами, над элементарной порядочностью по отношению к Родине и собственному народу». И ещё — я никогда не слышал от него ни одного доброго слова о русском народе. Да и само понятие «народ» для него вообще никогда не существовало.


В своём недавнем интервью газете «Известия» (от 7.05.2010г., http://www.kremlin.ru/transcripts/7659) президент Д.Медведев на вопрос о том, что подвигло его на создание комиссии по фальсификации истории, сказал:
«Что подвигло? Безобразное поведение отдельных политиков, которые для достижения собственных мелких, я бы даже сказал, мелкотравчатых, целей начали использовать различные псевдонаучные интерпретации тех событий, просто чтобы получить политические очки. Но дело не в том, чтобы отвечать конкретным людям, в конце концов, как принято говорить, Бог им судья. Вопрос в нашем будущем, какую мы память оставим, что будут думать наши дети, наши внуки, что они будут знать о войне и каковы будут уроки этой войны….».

Тогда возникает вопрос, какую память потомкам о себе оставят нынешние руководители России, официально признав, что поляков расстреляли сотрудники НКВД, а не немцы (как это было на самом деле) и подтвердив таки образом геббельсовскую версию событий? Понимают ли они, какую закладывают «информационную мину» в будущее и какие могут быть последствия этого?

В заключении отметим, что продолжающиеся после «официального заключения» публикации материалов по «катынскому делу» свидетельствуют о том, что эта важная реперная точка, не решив которую, невозможно будет нормально взаимодействовать с Западом и в первую очередь с Польшей. Для того чтобы разрешить этот вопрос раз и навсегда, необходимо сначала самим прекратить «использовать различные псевдонаучные интерпретации тех событий, просто чтобы получить политические очки», открыто признать справедливость выводов комиссии академика Николая Бурденко, обнародованных в 1944 году (тем более, что после гибели польской «элиты» под Смоленском такой шанс вновь появился). Концептуально определиться в вопросах истории и начать проводить внутреннюю, и внешнюю политику в русле Справедливого жизнеустройства на базе КОБ. Только так можно изкоренить многие «непонятки» из истории России и из всех сфер жизни общества нашей страны.

Информационно-аналитическая служба ВПП КПЕ (ИАС КПЕ)

P.S. В дополнение всем посетителям сайта рекомендуем обратиться к семинару Санкт-Петербургского регионального отделения ВПП КПЕ «Мистика Катыни» (http://www.kpe.ru/video-foto-materialy/ ... yka-katyny) на сайте КПЕ.

Из Интернета


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Чт июл 08, 2010 7:57 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672
Катынь: правда и кривда. Интервью с В.И. Илюхиным публикует «Литературная газета»


2010-07-08 13:12
Литературная газета

Казалось бы, на трагической истории расстрела польских офицеров под Смоленском поставлена точка. Казалось бы, мы можем гордиться, пусть с опозданием, что наша страна принесла извинения Польше и теперь, по сути, нет ничего, что бы мешало росту взаимного уважения, доверия, дружелюбия, открытости. На самом деле всё, судя по всему, не столь радужно.

Недавно в Государственной Думе прошёл круглый стол на тему «Катынь – правовые и политические аспекты». В нём участвовали депутаты ГД, известные писатели, учёные-историки, юристы, эксперты, представители общественных организаций. В итоге принято обращение к президенту РФ, в котором, в частности, есть предложение возобновить предварительное расследование по уголовному делу о расстреле польских офицеров и дать судебно-правовую оценку имеющимся в нём доказательствам.

«ЛГ» обратилась к депутату Государственной Думы, заместителю председателя Комитета Госдумы по конституционному законодательству и государственному строительству, заслуженному юристу РФ, в прошлом одному из руководителей Главного следственного управления Генеральной прокуратуры СССР Виктору ИЛЮХИНУ с просьбой пояснить, чем мотивируются и это предложение, и само обращение к президенту. Не хватит ли ворошить прошлое? Или действительно для обращения есть серьёзные основания?

– Уважаемый Виктор Иванович, у меня к вам просьба в самом начале разговора. Давайте вести его спокойно, без горячности, стараясь избегать политических оценок. Как говорится, на фактах. Тема ведь очень деликатная. Не хочется навредить.

– Согласен. Мы все заинтересованы, чтобы в конце концов восторжествовала истина, а отношения между Польшей и Россией, между поляками и россиянами были как у добрых соседей, которые не помнят зла друг к другу. Однако ворошить прошлое начали не участники круглого стола, а польская сторона.

– Тогда к делу. Среди аргументов, которые говорят о том, что по Катыни остаётся немало вопросов, особо впечатляет то – и вы сейчас об этом часто упоминаете, – что польские офицеры были расстреляны немецкими пулями, а руки у многих перевязаны бумажной бечёвкой, которой тогда не производили в СССР. Это, говорите вы, противоречит элементарной логике. Да, элементарной логике противоречит. А не элементарной? Мы ведь знаем, в советской разведке, контрразведке, по-современному говоря, в наших спецслужбах всегда хватало мастеров выполнить задание так, что комар носа не подточит. Разве не могли доставить из Германии немецкое оружие и бечёвку, чтобы устроить инсценировку? Можете это хотя бы допустить? Как и допустить, что от дотошных немцев не осталось никаких письменных документов о расстреле польских офицеров?

– То, о чём вы меня спрашиваете, все эти вопросы должны быть адресованы нашей Главной военной прокуратуре (далее ГВП. – Ред.). В первую очередь.

Почему? Коль она возбуждала в 1990 году уголовное дело по факту уничтожения польских офицеров в Козьих горах (Катынь) недалеко от Смоленска и 14 лет вела расследование, то она и должна была тщательно проверить все обстоятельства событий.

Знаете, историки или политики вправе спорить по поводу состоятельности той или иной концепции, приводить аргументы, находить исторические параллели. Следствие же, если оно заинтересовано в установлении истины, должно ответить точно: было или нет событие преступления, и если было, то кто его совершил. Оно обязано точно сказать о самих жертвах, их количестве, установить время и место происходившего, а также назвать, если это установлено и доказано, конкретных виновных лиц. Одним словом, исследовать объективно все как доказывающие вину человека или группы людей факты, так и те, которые могут их оправдать, объяснить мотивы преступления.

Этого-то в расследовании катынской трагедии не произошло. Можете заподозрить меня в пристрастности – мол, что можно ожидать от депутата-коммуниста. Однако я ведь бывший следователь. Убеждён, исход расследования определила позиция Горбачёва и Ельцина, которые задолго до его завершения поспешили извиниться перед поляками за расстрел пленных офицеров. К сожалению, к ним присоединился позже Владимир Путин, будучи на посту президента России. Постараюсь по ходу разговора убедить вас, что мой вывод основан на фактах, а не на политическом противостоянии с кем-то.

Для начала скажу, что, как выясняется, никто из трёх президентов глубоко не изучил материалы. Зато появилась политическая воля (и не важно, чем она обосновывается), следствие лишь облекло её в правовую оболочку. Не думаю, что это путь к истине. Работая в Генпрокуратуре СССР, я всегда говорил подчинённым: «Следствие – наука точная, почти как математика, вы не историки, чтобы допускать вольные рассуждения, ибо решаете вопрос о виновности или невиновности конкретного человека, конкретных лиц». В серьёзных же расследованиях, когда речь идёт о гибели тысяч людей, да ещё из другой страны, ответственность следователей возрастает во сто крат. Как, впрочем, и политиков.

При расследовании, особенно на первом этапе, почти всегда возникает несколько версий. У каждой должна быть основа её состоятельности, или, как иногда говорят, разумное право на существование. Принятая на сегодня версия катынской трагедии мне, всем участникам круглого стола кажется спорной, поскольку не имеет чёткой системы доказательств. Она основана и на фальсификациях, недобросовестной работе следователей.

Что касается вопроса о пулях и бечёвке, то, конечно, наши спецслужбы, органы НКВД в сталинский период и потом проводили уникальные операции. Но допустить, что для сокрытия расстрела пленных поляков в 1940 году под Смоленском НКВД использовало немецкое оружие, связывало руки поляков немецким шпагатом, – это не выдерживает никакой критики. Если встать на эту позицию, то почему бы таким же образом энкавэдэшникам не расстреливать польских офицеров, жандармов, надзирателей и шпионов под Харьковом и Калинином (ныне Тверь) после 1940 года? Эти расстрелы – факт, и ни я, ни кто-то другой не станет с этим спорить: есть приговоры, есть списки, доказательства. Нелепость и в том, что это никак не вяжется с хорошо известной вещью: Сталин даже за неделю до войны был уверен – немцев мы далеко не пустим, если вообще пустим на свою землю. Тогда зачем маскарад с немецким оружием и шпагатом в 1941-м?

О дотошности немцев. Гитлеровцы наверняка имели документы о расстреле поляков в Катыни, но вряд ли были заинтересованы в особой их сохранности. Тем не менее в печати приводилась ссылка на рапорт начальника «Айнзатцгруппы «Б» при штабе группы армий «Центр» Франца Стаглецкера на имя Гейдриха о действиях группы с августа по декабрь 1941 года. Там говорится: «…Выполнил главный приказ, отданный моей группе, – очистил Смоленск и его окрестности от врагов рейха – большевиков, евреев и польских офицеров». По нашим данным, оригинал рапорта хранится в архиве нью-йоркского «Идишсайнтифик инститьют», копия – в архиве Союза антифашистских борцов в Праге. Вопрос: исследовала ли рапорт Стаглецкера ГВП, пыталась понять, что за всем этим стоит, о каких «польских офицерах» речь? Ответ: нет.

Не взялась она проанализировать и материалы расследования, проведённого советской комиссией под руководством академика Бурденко. Эта комиссия провела в 1944 году эксгумацию трупов поляков под Катынью. Она-то и выявила их расстрел из немецкого оружия, что, ещё раз отмечу, не оспаривается никем. Её выводы, кстати со свидетельскими показаниями немцев, (В.И. показывает автору копию одного из свидетельств) были предоставлены Нюрнбергскому трибуналу.

Так что сами судите, качественным ли было предварительное расследование, проведённое ГВП. Мы договорились говорить спокойно. Видите, стараюсь.

– Спасибо, продолжим. Время расстрела, вернее, расстрелов (ведь в Козьих горах немцы в 1941–1942 годах уничтожили также русских, белорусов, поляков, работавших на строительстве бункера Гитлера «Бэренхалле»), число убитых польских офицеров, кто расстреливал. Тут тоже разночтения. Что, на ваш взгляд, можно считать доказанным? Что требует дополнительных следственных усилий? Ведь это самое главное: когда, кто и кого убил. Как и то, кто отдавал приказ, кто принимал решение о расстреле польских офицеров. Как я понял, вы и ряд других специалистов ставите под сомнение подлинность записки Лаврентия Берии 1940 года, ссылаясь на заключение независимой экспертизы, сделанной по инициативе координатора проекта «Правда о Катыни» С. Стрыгина. Зачем понадобилась фальсификация, кто и когда мог это сделать? Как можно понять из ваших заявлений, реально в разных местах, не только в Катыни, исследовано не более шести тысяч трупов поляков. Откуда же взялась цифра 21 700 убитых?

– Согласен, всё это – важнейшие вопросы. И опять с горечью отмечаю, что работа следователей ГВП не даёт ответов на них. Собрано, как говорят в нашей среде, много макулатуры, второстепенных бумаг. Но ничего не сделано для глубокого расследования, как я уже говорил, материалов комиссии Бурденко, Нюрнбергского трибунала, не были даже опрошены свидетели, подтверждавшие факты расстрела поляков гитлеровцами. Кое-кто из них жив до сих пор.

Или такой вопиющий факт. Главная военная прокуратура не имеет в материалах следствия подлинника мартовской записки Берии 1940 года с предложением о расстреле поляков. Копия её подчёркиваю, копия, а не оригинал – как великая сенсация якобы впервые была обнародована на сайте Госархива два месяца назад, 28 апреля. Так вот, подлинника нет, а выводы следствием сделаны. Это недопустимо. Между тем прошла независимая экспертиза, и сейчас можно с уверенностью говорить, что из четырёх страниц светокопий этой «записки Берии» первые три напечатаны на одной машинке, а последняя, четвёртая, на другой. Этого просто не могло быть при секретном делопроизводстве в сталинский период. Я не верил и не верю в существование такой записки Берии с предложением расстрелять 21 700 пленных поляков.

– В СМИ комментируется информация о вашей встрече с неким человеком, который не только предоставил новые сведения о документах, связанных с Катынью, но и вообще о подделке в 90-х годах исторических документов. Директор Госархива Сергей Мироненко в интервью радиостанции «Вести FM» говорит, что в условиях нашей бюрократической системы это-де невозможно. И добавляет: пусть Илюхин представит нам этого человека и его аргументы. Прокомментируйте, пожалуйста. Прежде всего то, что касается таинственной встречи с «неизвестным».

– Да, недавно мне позвонил один человек с предложением встретиться, сказав, что может дать информацию в связи с расследованием гибели польских офицеров в Катыни. Встретились в тот же день. Он представился, назвал свою фамилию, которую в целях его безопасности раскрывать пока не буду. Просто боюсь, что с ним могут расправиться. Буду говорить языком фактов, в том числе приведённых им. Он сообщил, что имел прямое отношение к подделке архивных документов, включавших материалы и по расстрелу пленных поляков. Рассказ свой подтверждал документами, вещественными доказательствами – бланки 40-х годов прошлого века, поддельные оттиски штампов, подписей. Вот, пожалуйста… (В.И. достаёт из сейфа и раскладывает на столе целую россыпь печатей, подделок факсимильных подписей, бланков и т.п.)

По словам этого человека, в начале 90-х годов была создана группа из специалистов по архивным документам. Она действовала в структуре службы безопасности президента Ельцина, размещалась в помещениях бывших дач работников ЦК КПСС в посёлке Нагорный. Людям хорошо платили, выдавали продуктовые наборы. В частности, он сообщил, что ими была изготовлена та самая записка Берии в Политбюро ЦК ВКП(б) от марта 1940 года. Продемонстрировал механизм подделки подписей Берии и Сталина. Поэтому не исключаю, что и польскому правительству были вручены среди реальных также и поддельные документы по катынскому делу. Он сообщил, что группой была изготовлена и фальшивая записка Шелепина на имя Хрущёва от 3 марта 1959 года. Непосредственное участие в написании текста принял некий полковник Климов.

Как пояснил мне собеседник, в Нагорное доставлялся заказ – текст документа, который следовало изготовить, или текст, чтобы внести его в существующий архивный документ. Были заказы на то, чтобы изготовить под текстом или на тексте подпись того или иного должностного лица. Назвал он также имена тех, кто руководил работой этой группы. Пока избегу называть и их. Не исключено, кстати, что группа или её часть делают своё дело до сих пор. Надо думать, тогда она многое успела, поскольку проработала в Нагорном до 1996 года, а потом переместилась в Заречье.

Этот человек утверждает, что в российские архивы были вброшены сотни фальшивых исторических документов, а многие сфальсифицированы путём внесения искажённых сведений или подделки подписей. Что касается бюрократических процедур, о которых упоминает Сергей Мироненко, то все мы знаем, что политическая воля бывает у нас подчас сильнее любых процедурных барьеров. Кстати, мой собеседник заметил, что у него вызывает иронию представление общественности целого ряда архивных документов как достоверных, хотя к их фальсификации приложила руку эта группа «специалистов». В том числе, подчёркиваю, и по Катыни.

Но вывод-то уже был сделан. И вывод однозначный: это НКВД расстрелял в Катыни поляков подчистую. Для меня сам факт, что тщательно не был исследован изначальный «расстрельный» документ, даёт основания говорить о ничтожности результатов следствия, проведённого ГВП.

В ходе независимого исследования обстоятельств гибели польских офицеров под Катынью (а его возможности ограничены, тем важнее всё перепроверить) мы пришли к выводу, что приказа об их расстреле с советской стороны никто не отдавал. Это гитлеровцы в 1941 году ворвались в лагерь для военнопленных поляков и, как рапортовал Гейдриху упомянутый уже Франц Стаглецкер, «очистили Смоленск от врагов рейха». Оставшихся в живых, по нашей версии, немцы использовали для строительства бункера Гитлера. Чтобы обеспечить секретность объекта, всех строителей потом уничтожили.

Вывод же основывался исходя из общего числа поляков, находившихся в плену и якобы предложенных Берией к расстрелу. Так появилась у следователей цифра 21 700 человек. А расстреляны они или нет – без установления всех трупов жертв это определить невозможно. Говорю как следственник.

ГВП не удосужилась перепроверить число расстрелянных, она сориентирована была на эту цифру. Сориентирована так называемым Экспертным заключением от 2 августа 1993 года отечественных учёных-историков. Они, кстати, получали под это гранты от польского правительства. Польского, заметьте. Не нашего.

Выводы «заключения» также, увы, на мой взгляд, ничтожны, поскольку не подкреплены результатами эксгумации трупов, чётким обоснованием причин, времени и места смерти именно 21 700 поляков. Смею утверждать: уже невозможно назвать точное количество погибших. Имейте в виду и то, что подавляющую часть списка жертв следствию предоставила польская сторона. Были эти списки исследованы? Нет! Нельзя со стопроцентной уверенностью говорить и о достоверности решения Политбюро ЦК ВКП(б) о расстреле поляков. Вот посмотрите, пожалуйста (В.И. показывает мне сброшюрованные в книжку документы). Да, видите, в распоряжении следствия есть выписка из решения Политбюро, и опять это светокопия. Нет партийной печати, чьей-либо фамилии и подписи. Решение якобы принималось 5 марта 1940 года, однако цифра «4» от руки исправлена на цифру «3» или «8», не разобрать. Как следует из отметок на обратной стороне, всего было четыре экземпляра решения. Два потом уничтожены, один передан Берии, один – в архив. Однако 27 февраля 1959 года он якобы был предоставлен тогдашнему председателю КГБ СССР Шелепину и тут же им возвращён. Именно об этом эпизоде мне рассказывал «человек из Нагорного», что надо, конечно, дополнительно проверять. Но вот большой конфуз. 28 апреля 2010 года Росархив рассекречивает и выставляет на обозрение две выписки из решения, а не одну. Как так? Ну ладно, пусть две. Однако на архивном решении, якобы предоставлявшемся Шелепину, стоит печать ЦК КПСС и указана фамилия «Сталин», чего нет на решении, выданном Берии. Фальсификаторы недоучли, что в 1940 году КПСС не было – была ВКП(б). Значит, и печати ЦК КПСС не могло быть на документе того времени.

Когда появилась данная фальсификация? Раньше думал, при Хрущёве, теперь считаю, что при Ельцине, в начале 90-х годов, когда рассматривалось дело о запрете КПСС. Тогда представители Ельцина в Конституционном суде РФ пытались навязать суду «записку Берии» и «решение Политбюро ВКП(б)» как доказательство вины компартии за расстрел поляков. Суд отклонил эти доводы как несостоятельные. Но, полагаю, сам факт предоставления фальшивок говорит о том, кто был в них заинтересован.

– В открытом письме президенту РФ говорится, что пока восторжествовала «польская версия» трагических событий. Приводятся имена лидеров страны, видных политиков и историков (В. Фалин, А. Яковлев, Д. Волкогонов), которые способствовали этому. Отмечается, что двое последних даже получили польские ордена за вклад, надо полагать, в раскрытие «правды о Катыни». Говорится, что ряд следователей ГВП (тоже отмеченных польскими наградами) проводил отпуска на польских курортах за счёт поляков. Это попахивает международной коррупцией. Можете ли вы, Виктор Иванович, обосновать эту позицию в отношении политиков и учёных, а также привести имена следователей, которые отдыхали в Польше не за свои кровные?

– Да, пока торжествует польская версия, основанная, по моему убеждению, на измышлениях Геббельса. Но я говорю «пока», потому что правда хоть и с трудом, но пробивает себе дорогу.

Что касается следователей. Мировые нормы, а мы хотим их внедрять, просты. Если становятся известны факты нарушения следователями процессуальной этики или злоупотребления служебным положением, то решения, принятые по делу, отменяются.

Что происходило? А вот что. Польская сторона реально обеспечивала следственную группу множительной техникой, бумагой. Поляки фактически самостоятельно проводили вскрытие могил, забирали с согласия, а то и без согласия российских следователей вещественные доказательства. Польским следователям в обход генерального прокурора РФ передавались процессуальные документы. Список «отступлений» длинный.

Можно ли в таком случае вести речь о беспристрастности следствия? Очень сомневаюсь. Были и фуршеты, угощения в польском посольстве, Доме российско-польской дружбы, длительные поездки следователей в Польшу. Сам факт их награждения польскими государственными наградами тоже, согласитесь, о чём-то говорит.

Может быть, не все знают, но польское правительство на катынское дело ежегодно выделяло до 70 миллионов долларов. Деньги немалые. Хватало, видимо, и на «поддержку» российских учёных, чиновников, следователей.

Говорю, как видите, осторожно. Не мешало бы провести служебную проверку. В первую очередь деятельности тех, кто получил польские награды.

Не исключаю, может встать вопрос о необходимости возбуждать уголовные дела по самим следователям. Правда, по некоторым обстоятельствам, видимо, уже истекли сроки давности. Имена все известны. Надо проверять. Однако если позволите эмоцию, то скажу, что встречающихся нечистоплотных учёных и следователей я просто называю людьми без стыда и совести, предателями российских интересов.

– Как ни крути, нам не обойти ещё ряд вопросов: знал ли Сталин о том, что происходило в Катыни? Можно ли расценивать расстрел польских офицеров как преступление сталинского режима (независимо от того, кто прав в оценке численности убитых)? На чём основано высказывание Владимира Путина, что это была месть Сталина?

– Прежде предлагаю ещё раз уточнить некоторые вещи. По нашему мнению, следует с большой уверенностью говорить о расстреле пленных поляков в 1941 году и позднее в районе Козьих гор (Катынь) фашистами, а не кем-то другим. Тогда как можно говорить об этом расстреле как о преступлении сталинского режима? При этом, повторю, надо также признать, что пленные поляки (офицеры, жандармы, полицейские, тюремные надзиратели) содержались под Харьковом, Калинином (Тверью). В отношении них применялось и насилие, и лишение свободы.

– Вы так уклончиво говорите: насилие. Это что – в глаз кому-то дали? Ведь были расстрелы, вы сами сказали!

– Да, были. На основании решений существовавшей тогда системы осуждения и определения наказаний. За совершение тяжких преступлений в отношении украинцев, белорусов, евреев, бойцов Красной армии. Но то, что происходило под Харьковом и Тверью, в материалах уголовного дела исследовано тоже поверхностно. К тому же мы ведём речь о гибели поляков в Катыни, а это разные вещи. В полной мере не установлены ни точное количество пленных, ни то, в чём они обвинялись, ни маршруты передвижения, ни число погибших, ни то, как сложилась судьба выживших.

И опять за российских следователей работали поляки. Вот уж где патриотизм! Они называют погибшими под Тверью почти шесть тысяч своих соотечественников. Данные, которыми я располагаю, говорят, что их было в десятки раз меньше. Поэтому всё надо заново проверить – объективно, без политических наворотов. А потом воздать всем сестрам по серьгам. Ведь под Тверью эсгумировали всего 243 трупа и национальность погибших не была установлена.

По поводу заявления Владимира Владимировича Путина о расстреле польских офицеров как о мести Сталина. На мой взгляд, оно сделано с некоторой поспешностью, без глубокого понимания всего трагизма событий, без их увязки с иными историческими фактами.

Частично я уже привёл доказательства, которые опровергают данное высказывание нашего премьер-министра. Добавлю: если это месть, то как она увязывается с тем, что из более чем 200 тысяч поляков, попавших в плен Красной армии в 1939 году при возвращении Советскому Союзу земель Западной Украины и Западной Белоруссии, ранее оккупированных Польшей, свыше половины – а это были выходцы из нижних социальных слоёв – тут же были освобождены? Как увязать с местью, что десятки тысяч пленных польских солдат и офицеров были одеты нами в военную форму, вооружены и направлены через Иран в армию польского генерала Андерса? На это СССР потратил большие деньги, не скупился на продовольствие, которого тогда не хватало для Красной армии. Если мстить, то зачем проводить фильтрацию пленных, распределять их по лагерям, кормить, делать прививки от болезней, а не расстрелять всех скопом?

– Как, по вашему мнению, следовало бы действовать исполнительным властям страны, чтобы истина о трагедии в Катыни была окончательно установлена? Какие шаги предпринять, в какой последовательности?

– В первую очередь надо признать, что оценка катынских событий, которая возобладала, далека от объективности и требует серьёзной корректировки в русле решений действующего президента, направленных на более ответственное отношение к отечественной истории. Ведь Медведевым создана для этого целая комиссия! Почему бы ей не обратить внимание на столь важный для нашего национального самосознания «катынский узел»?

Далее. Власти надо просто сказать себе самой и людям, что была допущена ошибка, в том числе как результат фальсификации документов, исторических фактов, недобросовестности. Такое бывало в нашей истории, у других народов. Но следует ли упорствовать в ошибке, отягощая последствия? Одним из них может стать то, что Польша предъявит России иск о возмещении ущерба, превышающий более 100 миллиардов долларов за уничтожение «цвета польской нации». Вот что заявил сопредседатель польской группы по сложным вопросам отношений с Россией бывший министр иностранных дел Польши Адам Ротфельд после передачи полякам президентом Медведевым 68 томов уголовного дела: «Их содержание уже известно польским историкам, они не являются главным предметом польских ожиданий, но теперь мы получили эти документы в виде заверенных копий, что даёт возможность использовать их для судебного производства» («Время», 12 мая 2010 года, № 79. – Ред.). И, как я полагаю, для обоснования иска к России, который может обрушиться на плечи наших граждан тяжким грузом.

О моральном грузе, нравственных последствиях я не говорю. Они очевидны.

Чисто по-человечески мне кажется, что российское руководство во многом пошло на поводу у коллег из Польши, пытаясь задобрить их. Зачем? Да и получится ли? Трудно объяснить также, что некоторые наши уважаемые руководители по инерции, видимо, не считают советский период жизни государства неотъемлемой и достойной частью российской истории, пренебрежительно относятся к нему. Мол, кто там был? Какие-то большевики, Сталин, всякая голь перекатная. Пусть они-де и отвечают. В том числе за Катынь. Если бы ещё быть в полной уверенности, что отвечаешь, как говорится, по делу.

Что сейчас необходимо? Надо возобновить расследование уголовного дела, устранить в нём существенные пробелы. Создать независимую комиссию из историков, юристов, архивистов, придерживающихся разных взглядов на расстрел польских офицеров, открыть для них все архивные документы ФСБ, МО РФ и т.д., провести комплексную историческую экспертизу всех документов, касающихся этой проблемы. Вполне уместно было бы также провести парламентское расследование.

– Спасибо, Виктор Иванович, по-моему, вы сдержали слово. Похоже, обошлось без горячности.



Беседу вёл Владимир СУХОМЛИНОВ.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Пт окт 01, 2010 7:29 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672
Кто расстрелял поляков в Катыни

Александр ТИТОВ. Главный редактор ООО «Издательство ИТРК».


Издательством ИТРК выпущена книга «Немцы в Катыни. Документы о расстреле польских военнопленных осенью 1941 года» (составители Р.И. Косолапов, В.Е. Першин, С.Ю. Рыченков, В.А. Сахаров).

ВЫПУСК этих документов продиктован необходимостью установления истины о том, что и когда произошло в Катыни, а также признания ее как в России, так и в Польше, что, по мнению издательства, является чрезвычайно актуальным.
Нынешние руководители России признали расстрел польских военнопленных советскими органами НКВД, принесли свои извинения польской стороне, а затем даже передали архивные документы, якобы подтверждающие такой расстрел. Это вызвало негодование многих российских граждан, лично знавших правду и глубоко уверенных в том, что польских пленных офицеров расстреляли немецко-фашистские оккупанты. С чувством оскорбления воспринимались теле- и радиопередачи, материалы в печатных СМИ, в которых пропагандировалась и признавалась фашистская версия.


Многочисленные обращения в различные организации, к которым люди относятся с доверием, поступали от лиц, явно несогласных с такой позицией руководства страны, официальных чиновников и отдельных журналистов. Высказывалось пожелание получить разъяснения по этому вопросу.
Вот почему заслуживает одобрения и благодарности большая работа группы составителей по подбору подлинных документов, относящихся к расстрелу польских военнопленных офицеров.
В книге «Немцы в Катыни» представлены: сообщение Специальной комиссии (председатель — академик Н.Н. Бурденко) по установлению и расследованию обстоятельств расстрела немецко-фашистскими захватчиками в Катынском лесу военнопленных польских офицеров, разведдонесения особого отдела 50-й армии Западного фронта и партизан, действовавших на территории Смоленской области, записи свидетельских показаний на заседаниях Нюрнбергского процесса, новые, ранее не опубликованные, в том числе в переводе составителей, документы, раскрывающие обстоятельства этого преступления.
Установление истины важно еще и потому, что даже при убедительном документальном подтверждении будут противники ее признания, так как польская сторона да и отдельные российские политики, некоторые люди от искусства и культуры не заинтересованы в исторической правде.
Польской стороне утверждение немецкой версии выгодно, так как в этом случае она может требовать с России возмещения большого материального ущерба. А «нашим» — выгодно политически, чтобы чернить историю Советской России и тем самым как бы оправдывать современные пороки и провалы.
В предисловии составители написали: «Мы уже пережили опыт, когда кампания, затеянная будто бы как антисталинская, «за очищение ленинизма и социализма», была умело развернута в антисоветскую и антикоммунистическую с итоговым разгромом и разделом СССР. Ныне же отчетливо просматривается перспектива окончательного превращения антисталинской и антисоветской «Катыни» в антироссийскую и антирусскую с дальнейшим, неизбежно антипольским «послевкусием».
Надеемся, что любознательный и вдумчивый читатель на основе прочитанных документов не позволит далее обманывать себя, займет достойную и активную позицию по отношению к попыткам фальсификации катынской трагедии.

Газета "Правда", 30.09.2010


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Пт окт 08, 2010 2:03 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вс окт 03, 2010 2:52 pm
Сообщений: 2
Уважаемый Александр Иванович! Мне очень приятно что Вы подключились к разоблачению Гебелевской пропагандиской лжи...
Юрий Игнатьевич Мухин сражается с этой нечистью уже пятнадцать лет, последняя статья просто добила основной вывод никто не хочет подписываться под этими фальшивками, вот ссылка.... http://ymuhin.ru/node/425


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Вс окт 10, 2010 11:21 am 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672
Коммунисты и российское общество
Обращение внука Сталина Евгения Джугашвили к Президенту РФ Медведеву


2010-10-09 22:01
Интернет-сайт "Правда о Катыни".

Внук И.В.Сталина, полковник в отставке Евгений Джугашвили 8 октября 2010 г. направил Президенту Российской Федерации Дмитрию Медведеву и Президенту Российской Академии наук Юрию Осипову официальное обращение, в котором потребовал беспристрастно разобраться в циничной подделке исторических документов по Катынскому делу и установить виновных в подбрасывании их в архивы.



Президенту Российской Федерации

Медведеву Д.А.

от Джугашвили Евгения Яковлевича



ЗАЯВЛЕНИЕ

Гражданин Президент!

Я, Джугашвили Евгений Яковлевич, внук Иосифа Виссарионовича Сталина, узнал, что в ходе Вашего визита в Китай китайские ветераны Второй мировой войны 26 сентября 2010 г. сказали Вам: "Мы преклоняемся перед советским Верховным главнокомандующим товарищем Сталиным, но никогда не имели возможности видеть его и тем более с ним сфотографироваться; сейчас, когда мы уже дожили до преклонных лет, мы встретились с президентом России и мы несказанно рады этому, мы хотели бы с Вами сфотографироваться. Вы представляете российский народ, и Вы для нас символ страны, которая дала нам марксизм и сталинизм".

Китайские ветераны вряд ли захотели бы сфотографироваться с Вами и сказать Вам слова признательности, если бы узнали, что в России в настоящее время с Вашим личным участием ведется оголтелая кампания клеветы на И.В.Сталина. В частности, Сталина клеветнически обвиняют в том, что он 5 марта 1940 г. якобы дал приказ без суда и следствия расстрелять 25.700 пленных поляков.

С Вашего одобрения омерзительная клевета про массовые расстрелы польских граждан на территории СССР по "приказу Сталина" продолжает злонамеренно распространяться российскими государственными чиновниками, включая Вашего подчиненного Путина В.В., работающего ныне Председателем Правительства РФ. И это при том, что подложность документов, на которых основывается эта клевета, уже в 1992 году была установлена Конституционным судом РФ! Более того, в октябре 2009 года Басманный районный суд гор. Москвы отказался признать соответствующими действительности лживые сведения о мифическом бессудном расстреле поляков по решению Политбюро ЦК ВКП(б), изложенные в этих подложных документах, а в сентябре 2010 года отказался это сделать и Тверской районный суд Москвы! О фальсификации Катынского дела в 1987-92 гг. и о противоречащем национальным интересам России сокрытии большого массива подлинных "катынских" документов, находящихся на спецхранении в российских архивах, еще 12 мая 2009 г. Вас лично проинформировал лидер фракции российских коммунистов в Государственной Думе РФ Г.А.Зюганов. Летом 2010 г. депутат Государственной Думы РФ В.И. Илюхин в своем обращении сообщил подробности о подтвержденном факте фабрикации в начале 1990-х годов нескольких сотен поддельных исторических документов сталинского периода, в первую очередь, документов Особой папки Политбюро по Катыни. Тем не менее, по Вашему распоряжению Росархив 28 апреля 2010 г. выставил фальшивки из "закрытого пакета 1" по "проблеме Катыни" на своем Интернет-сайте, чем придал этой отвратительной клевете на И.В.Сталина как бы официальный вид.

Гражданин Президент, своим соучастием в попытке фальсификации истории, направленной против интересов России, Вы позорите должности главы государства и Верховного главнокомандующего - те должности, на которых со славой исполнял свои обязанности перед страной и русским народом И.В.Сталин. Я настаиваю, чтобы Вы исполнили свой долг перед Российской Федерацией - дали указание соответствующим ведомствам беспристрастно разобраться в циничной подделке исторических документов по Катынскому делу и установить виновных в подбрасывании их в архивы нашей Родины.



Е.Я. Джугашвили.

Москва, 8 октября 2010 г.


Copyright © kprf.ru 2000-2010


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Вт ноя 16, 2010 11:08 am 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672
Германские документы об эксгумации и идентификации жертв Катыни (1943 г.)
http://kprf.ru/rus_law/79589.html

2010-05-27 09:13
Сахаров Валентин Александрович
доктор исторических наук
МГУ им. М.В.Ломоносова

Катынская история, вопреки насаждавшимся в обществе наивным ожиданиям, стремительно превращается во все более тяжелую в морально–психологическом и политическом отношениях проблему для России, её народов, прежде всего, русского народа. Совершенно несостоятельными оказались попытки снять ее политическую остроту с помощью признания вины за ни кем не доказанный факт расстрела военнопленных польских офицеров органами НКВД СССР.

Возлагая, без всяких на то серьезных оснований, ответственность советского руководства за их расстрел, политическое руководство РФ всячески затрудняет доступ широких кругов историков к архивным материалам, необходимым для объективного и всестороннего исследования катынской трагедии. Тем не менее, в распоряжении историков имеются источники, позволяющие обойти созданные преграды и развить аргументацию против этой, гитлеровско-геббельсовской по своему происхождению, версии, в пользу советской, сталинской по происхождению, версии её.

Речь идёт о документах органов фашистской Германии, осуществлявших эксгумацию трупов из массовых захоронений в Козьих горах (Катынский лес) и их идентификацию, а также пропагандистское сопровождение «Катынского дела». В них содержится ценнейшая информация, раскрывающая методы, которые германская полиция использовала в ходе т.н. «идентификации», и ставящая под вопрос её ценность. Данным выступлением мне хотелось бы привлечь внимание широких кругов отечественной и мировой общественности, историков к этой группе источников и обозначить их способность прояснить некоторые из наиболее важных вопросов катынской истории.

Но рассказ о них мне хотелось бы предварить фрагментом сообщения Западного штаба партизанского движения в Центральный штаб партизанского движения при Ставке Верховного Главнокомандования от 27 июля 1943 г.: «Военнопленные, сбежавшие из Смоленского лагеря 20.7.1943 года, как очевидцы – рассказали:

Немцы, чтобы создать могилы в Катынском лесу, якобы, расстрелянных советской властью польских граждан, отрыли массу трупов на Смоленском гражданском кладбище и перевезли эти трупы в Катынский лес, чем очень возмущалось местное население. Кроме того, были отрыты и перевезены в Катынский лес трупы красноармейцев и командиров, погибших при защите подступов гор. Смоленск от немецких захватчиков в 1941 году и погибших при вероломном нападении фашистской авиации на Смоленск в первые дни Отечественной войны. Доказательством этому служат вырытые при раскопках комсоставские ремни, знаки отличия, плащи и другие виды обмундирования Красной Армии» (см. Приложения №№ 1-6)[1].

В основе гитлеровско-геббельсовской версии катынской истории лежали протоколы допросов местных жителей, проведенные тайной полевой полицией и гестапо, в которых сообщалось о прибытии в апреле – мае 1940 г. на станцию Гнёздово вагонов с польскими офицерами, а также о якобы имевших место слухах, что они расстреливались в той части Катынского леса, которая называется Козьими горами. Основанием для таких выводов якобы служили рассказы о том, что из леса слышались выстрелы. Единственный, кто утверждал, что сам слышал их, – крестьянин П.Киселев, живший рядом с лесом.

К этим показаниям принято относится с доверием, хотя они содержат цифры военнопленных, доставленных в Гнёздово, значительно превышающие число как содержавшихся в Козельском лагере УВП НКВД СССР, так и захороненных в Козьих горах. После изгнания оккупантов те из них, кто выжил, заявляли о вынужденном характере своих показаний и о принуждении подписываться под документами на немецком языке, которым они не владели[2]. Адепты германо-фашистской версии катынской истории эти заявления игнорируют как вынужденные лжесвидетельства. Однако сохранились подлинные протоколы допросов и тексты присяги, подтверждающие правильность их показаний органам советской власти в этом пункте. Они действительно выполнены на немецком языке и подписаны как допрашиваемыми, так и германскими полицейскими и судебными чиновниками (см. Приложения №№ 7 – 12)[3]. Иначе говоря, допрашиваемые подписывали протоколы, не зная их точного содержания, вынужденно доверяясь устному переводу, о правильности которого они судить не могли. Значит, ценность их, как документов, адекватно отражающих содержание их рассказов, оказывается под сомнением. Во всяком случае, она должна быть доказана, прежде чем её можно использовать, как достоверные свидетельства о расстреле польских военнопленных офицеров в Козьих горах весной 1940 г.

В этой связи нельзя не обратить внимания на то, что никто из допрашивавшихся не отмечал зловония, которое должно было далеко распространяться от Козьих гор и выдавать факт массовых расстрелов и захоронений гораздо надежней, чем слухи о выстрелах в лесу. Показательно, что о сильном, трудно переносимом трупном запахе сообщали даже те, кто посещал вскрытые могилы в апреле – мае 1943 г. Особенно странно, что об этом ничего не сообщает П.Киселев, живший примерно в 500 м. от места массовых захоронений и якобы слышавший не только выстрелы в лесу, но и сопровождавшие их крики после того, как туда в закрытых машинах привозили польских военнопленных офицеров. Но «слона-то» он как-то странно «не замечал» - не чувствовал зловония, издаваемого сначала сотнями, а потом и тысячами трупов, разлагающихся в процессе постепенного (примерно, в течение 45 дней) заполнения огромных ям. Не ведал о нём, и все!

Почему о нём ничего не говорили местные жители на допросах? Отсутствие в протоколах допросов упоминания о трупном запахе может служить косвенным доказательством того, что в них зафиксировано не то, что помнили допрашиваемые, а то, что считали важным вписать в них полицейские чины. Правда проста. Ложь – трудное дело, всего не учтешь!

А лгать приходилось! Дело в том, что части и подразделения конвойных войск ГУКВ НКВД СССР, осуществлявшие сопровождение польских офицеров, вообще не конвоировали заключенных, осужденных к высшей мере наказания. Просто это не входило в круг возложенных на них задач! В «Положении о конвойных войсках Союза ССР» (введено в действие приказом Наркома НКВД СССР № 0394 от 20 ноября 1939 г.) определены виды конвоев, их предназначение, категории конвоируемых, действия КВ в особых условия. О конвоировании или охране осужденных на расстрел в нем нет ни слова![4] Документ «Сведения о характере и сроках осуждения заключенных, отконвоированных эшелонными, сквозными и плановыми конвоями частей и соединений конвойных войск НКВД СССР за 2-й квартал 1940 г.» (см. Приложение № 13) [5] позволяет увидеть, что конвойные войска в указанное время действовали в точном соответствии с данным Положением. То же можно сказать и о конвоировании в 1-ом и 3-ем кварталах 1940 г.[6] Это относится и к 136-му батальону (командир майор Межов) 226-го полка КВ, который в апреле – мае 1940 г. конвоировал польских военнопленных офицеров в процессе передачи их из Козельского лагеря УВП НКВД СССР в распоряжение УНКВД по Смоленской области. Всего за второй квартал 1940 г. этот батальон отконвоировал 10.916 человек. Из них осужденных к разным срокам заключения было 5.769, в т.ч. на сроки до 3-х лет – 4.300, от 3-х до 5 лет – 858, от 5-ти до 8 лет – 443, от 8-ми до 10 лет - 134, от 10-ти до 15 лет – 34, свыше 15 лет – 0. Кроме того, было отконвоировано 2.512 подследственных и 2.635 ссыльных и спецпереселенцев[7].

Отсюда следует два важных для нас и непреложных вывода: первый - абсолютное большинство военнопленных польских офицеров, направленных в апреле – мае 1940 г. из Козельского лагеря УВП НКВД СССР в распоряжение УНКВД по Смоленской области, было осуждено Особым совещанием НКВД СССР к лишению свободы на срок не более 3 – 5 лет! Второй – никто из них не был приговорен к смертной казни. Это соответствует также положению об Особом Совещании НКВД СССР. Но и это еще не все хорошее. Дело в том, что в сохранившихся документах конвойных войск («путевые ведомости») содержатся многочисленные прямые указания на то, они конвоировали «лишенных свободы», т.е. осужденных на жизнь в местах заключения, а не на смерть[8].

Невозможно всерьез рассуждать о том, что все это делалось в нарушение решения Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 г. о расстреле польских военнопленных офицеров. Следовательно, эти документы служат ещё одним аргументом в пользу вывода о том, что указанное «решение» является не более чем примитивной фальшивкой.

Единственным доказательством времени образования массовых захоронений в Козьих горах, претендующим на объективность, является заключение главного лесничего военного правления Герффа о возрасте деревьев, росших, якобы, на могилах. Он составил его в Смоленске 30 апреля 1943 г. Говоря о нем, фиксируют только вывод: 5-летние деревца, пересаженные 3 года назад. В результате у читателя может возникнуть впечатление, что Герфф сам изымал материал для анализа или присутствовал при этом. В этом случае авторитет специалиста вкупе со свидетельством очевидца, производит сильное впечатление. Между тем во вводной части этого документа содержится важная информация об обстоятельствах предоставления ему деревьев для исследования и о месте их произрастания: «Делегацией иностранных судебных медиков мне были представлены для исследования 6 растений сосен, которые были выкопаны лично господином профессором Биркле из Бухареста и господином профессором Бутц из Вроцлава в окрестности братских могил в Катыни (выделено нами. – В.С.)» (см. Приложение № 14)[9]. Ограничивая свою роль исключительно анализом представленного ему древесного материала, Герфф полностью обесценивает если не результаты проведенного им анализа, то самый анализ, превращая его в совершенно бесполезную для установления времени захоронений работу и лишая германо-фашистскую версия катынской истории единственной серьезной опоры в важнейшем вопросе – о времени расстрела.

Очень любимо у адептов германо-фашистской версии катынской истории утверждение об истязании военнопленных офицеров перед расстрелом, в частности, о тугом связывании им рук, о раздроблении костей черепа тяжелым предметом и т.п. На несостоятельность последнего утверждения еще в 1945 г. обратили внимание польские судмедэксперты Ольбрихт Я.С. и Сенгалевич С.Л. в своем заключении, подготовленном для международного военного трибунала в Нюрнберге[10].

Но, что еще важнее, имеется документ ведущего судебного медика профессора д-ра Г. Бутца, руководившего германским медицинским исследованием катынских захоронений, в котором он сам оспорил обоснованность таких заключений: «Обнаружение разрушенных сводов черепа трупов в сочетании с выстрелами в затылок не является надежным признаком того, что сильные удары тупым предметом предшествовали расстрелам. Скорее расщепление свода черепа может быть объяснено в основном гидродинамическим эффектом выстрела, в результате может создаваться видимость, что эти разрушения являлись следствием нанесения ударов тупыми предметами. Это же относится и к связыванию рук, следы от которого могут объясняться особенностями нахождения трупов в могилах, поэтому факт связывания рук не может быть научно обоснован (выделено нами. – В.С.)» (см. Приложение № 15)[11].

Позднее, в официальном «Сообщении» Бутца о катынских раскопках»[12], эта оценка была изменена, чем, однако, не снимаются отмеченные им аргументы против такого вывода; кроме того, не исключено, что окончательный вид соответствующая часть этого документа приобрела без его участия.

Реальная эксгумация трупов из могил в Козьих горах сопровождалась, во-первых, искусственным «раздуванием» численности эксгумированных, а также, во-вторых, фальсификацией результатов их идентификации. Об этом свидетельствуют документы, которые секретарь полевой полиции группы тайной полевой полиции 570 Восс, руководивший полицейским расследованием, направлял в руководящую «инстанцию». Из них следует, что для увеличения численности «жертв НКВД» достаточно часто в ежедневно составлявшихся списках эксгумированных и идентифицированных пропускались номера (последний номер в списках Восса – 4131). Всего в них было пропущено 124 номера, следовательно, в списках (с учетом одного дублирующего и трех литерных номеров) зарегистрировано 4011 трупов, разного рода комплектов документов, бумаг и вещей, а также погон и фуражек.

В 59 случаях вместо трупов в списках эксгумированных были учтены документы, бумаги и (или) предметы (очевидно, правильнее будет говорить о случаях, которые остались не скрытыми от постороннего взгляда)[13]. Хотя точное число таких «замен» пока установить не удается, тем не менее, можно говорить, что этот метод увеличения численности эксгумированных, а также «идентификации» несуществующих трупов применялся достаточно широко. Очень эффективный прием, позволяющий «одним выстрелом» постоянно «убивать двух зайцев». Более чем откровенные признания в использовании этого метода содержатся в документах Восса.

Так, например, он писал, что «в одной из могил найдены документы. Не известно, к каким трупам эти бумаги принадлежат; тем не менее, они могли бы принадлежать трупам до сих пор не идентифицированным» (выделено нами. – В.С.)[14]. «Дополнительные списки», регулярно направляемые им «по инстанции», свидетельствуют, что это была не единичная находка, и позволяют понять, что происходило с этими документами в дальнейшем. Так, 30 апреля 1943 г. он писал: «в могилах обнаруживаются лишь документы и документы, но не трупы… Нужно полагать, что эти документы принадлежат до сих пор не идентифицированным трупам» (выделено нами. – В.С.). За 6, 10, 14, 18, 20, 22, 24, 26 и 31 мая, соответственно имеются следующие записи: «В одной из могил найдены документы. Не известно, к каким трупам они принадлежат»; «Два заключительных трупа представлены лишь найденными документами»; «Заключительные шесть трупов представлены лишь pp. найденными документами»; «Заключительные непронумерованные трупы представлены лишь найденными документами», «6 трупов снова могут быть представлены только документами»; «Дополнительно идентифицировано 24 следующих, до сих пор неизвестных трупа. 3 заключительные трупы представлены найденными бумагами»; «Нижеследующие 24 имени принадлежат трупам, до сих пор являвшихся не идентифицированными. 3 непронумерованных трупа представлены лишь pp. документами найденными в одной из могил»; «Следующие 25 трупов до сих пор считались не идентифицируемыми. Непронумерованные имена представлены изъятыми из могил бумагами»; «Идентифицировались дополнительно: 20 трупов… 2 трупа представлены личным знаком и письмом. Сами трупы не были найдены». В последней записке, от 8 июня сообщается: «Дополнительно идентифицировано 26 трупов, порядковые №№ которых занесены в прежних установках. Следующие 3 польских офицера представлены найденным документы; так как трупы не найдены, они не пронумерованы»[15].

С целью увеличения численности «опознанных» трупов достаточно широко использовался метод снабжения их документами и бумагами, не имевшими к ним никакого отношения, но дававшими формальные основания для «идентификации». На это указывают германские документы, в которых содержатся оценки результатов произведенной идентификации трупов. Они свидетельствуют о том, что истинную – ничтожную - ценность произведенной так называемой «идентификации» знали не только германские участники «катынского дела» и их польские подельники. Например, на совещании, проведенном 10 июня 1943 г. в Кракове главным управлением пропаганды правительства генерал-губернаторства было констатировано: «до сих пор предоставленные и в польской прессе опубликованные списки трупов, идентифицированных в Kaтыни, недостоверны, так как только в немногих случаях соответствуют действительности» (выделено нами. – В.С.)[16]. В этом совещании принимали участие представители ПКК. Значит, не только германские власти, руководившие спектаклем в Козьих горах, но и руководство Польского Красного креста (и все те, кого оно информировало), хорошо знали истинную цену подготовленного (на основе списков Восса) списка эксгумированных и идентифицированных. В одном из писем ПКК, в частности, говорилось: «Из до сих пор поступавших списков мы лишь в немногих случаях можем считать данные достаточным основанием для информирования родных, так как при таком большом количестве имен отсутствуют личные данные, допускающие несомненное опознание умерших (выделено нами. – В.С.)»[17].

Главное, что беспокоило организаторов катынской провокации, – дублирование имен «идентифицированных». На это указывает частые разъяснения президиуму ГКК причин этого дефекта, имеющие характер установки, инструкции. Так, например, в письме, направленном 27 июня 1943 г. из главного отдела пропаганды правительства генерал-губернаторства (подписано: Шпенглер) в президиум ГКК, говорилось: «бумаги приводились в порядок различными ревизиями документов, в результате документы, принадлежащие одному трупу, при упаковывании раскладывались по различным конвертам. Поэтому, например, бумаги офицера оказывались разложенными по 12 различным конвертам (выделено нами. – В.С.)» (см. Приложение № 16)[18]. В письме министерства пропаганды в президиум ГКК от 30 августа 1943 г. также указывалось, что подлинные документы убитых в Катыни польских офицеров «при упаковывании в конверты неоднократно перепутывались и частично оказывались положенными в конверты, принадлежащие различным покойникам»[19]. Такая версия может казаться убедительной только для тех, кто оставался (и остался!) в неведении о том, что в Козьих горах широко практиковалось «сводничество» неизвестных трупов со «счастливо обретенными» документами.

На основании вышеизложенного мы можем утверждать, что находившиеся в руках германской полиции какие-то документы, бумаги и даже предметы, использовались ею, во-первых, в качестве заменителей реально не существующих трупов и, во-вторых, для «идентификации» трупов, изначально фигурировавших как «неопознанные».

Как это делалось? Известно, что какой-то массив документов и бумаг «выдерживался» в могильных ямах. Известно, что они использовались для идентификации трупов и для их замещения в списках эксгумированных и идентифицированных; очевидно, из них формировались комплекты «вещьдоков». Какая-то часть их «записывались за трупом» в служебном помещении, где производилась работа с документами и составлялся список эксгумированных и идентифицированных. Но основная часть их использовалась для снабжения трупов, лежащих в могилах. Утверждения о невозможности подложить «вещьдоки» трупам, слипшимся в плотную массу, не разрушив её монолитности, совершенно несостоятельны. Достаточно было, например, по окончании дневных работ, когда на могилах не останется посторонних, «снабдить» трупы верхнего слоя, уже «потревоженные» хождением по ним и работой на них, заранее подготовленными наборами «вещьдоков» - рассовать по карманам, в голенища сапог и т.д. На следующий день при обыске трупа их непременно найдут. Представители ПКК – засвидетельствуют, уложат в конверты, привяжут номера. А сотрудники Восса – зафиксируют в очередном списке: номер по порядку, труп, при трупе то, что было подложено ему накануне. И так день за днем… Так было или как-то иначе, но подобная профанация «идентификации» авторитетно свидетельствуется самим Воссом.

Мнение, что обнаруженные при трупе документы и бумаги являются надежным основанием для его идентификации, на поверку оказывается совершенно несостоятельным. Уже только «сводничество» трупов с документами неизбежно и основательно подрывает доверие к спискам Восса. Конечно, какая-то часть найденных при трупах бумаг, действительно, принадлежала им. Но даже в тех случаях, когда в списках Восса фиксировались документы, действительно принадлежавшие убитому, то это не может служить гарантией правильной идентификации трупа, т.к. при нем могли быть документы и (или) бумаги либо принадлежащие третьим лицам, либо содержавшие информацию о них (письма, открытки, конверты, записные книжки, визитки, фотографии и т.д.). Очевидно, что текст обнаруженных при трупах документов и бумаг мог говорить что-либо только о них самих и владельцах. Задача отождествления его с извлеченным из могилы трупом оказывалась в тех условиях совершенно неразрешимой. Не спасает положения и наличие документа с фотографией, поскольку состояние лицевой части головы трупа исключало его опознание по ней. Использовать методику восстановления внешнего вида головы человека по его черепу в тех условиях не было возможности. Да и нужды в этом тоже не было. О генетическом анализе говорить не приходится.

К сказанному добавим, что совершенно неизвестно, как определялась национальная принадлежность и польское в прошлом гражданство неопознанного трупа в гражданской одежде. Ничего не знаем мы и о том, в униформе какой армии были неопознанные военнослужащие. А знать это необходимо, поскольку, вместе с поляками в этих могилах, как было показано выше, в неизвестном нам порядке и количестве были перезахоронены трупы погибших в боях бойцов и командиров Красной армии, а также местных жителей с городского кладбища Смоленска. В списках Восса они могут «скрываться» как неопознанные военные («Offizier»), «Leutnant», «Uniformierter», «Leiche in Uniform»), неопознанные («unbekannt») или гражданские («Ziwilist»).

После того, как, благодаря германским документам, прояснилась картина формирования списков эксгумированных и идентифицированных трупов из могил катынского леса, можно обратиться к вопросу о причинах совпадений между ними, а также списками польских военнопленных, отправлявшихся из Козельского лагеря УВП НКВД СССР в распоряжение УНКВД по Смоленской области. Известно, что какая-то часть из них, действительно, была расстреляна немецко-фашистскими оккупантами в 1941 г., поэтому определенное совпадение в общем перечне имен между этими списками не только могло, но и должно было иметь место.

Впервые обратил внимание на имеющиеся совпадения между этими списками Ю.Н.Зоря, а «направлявший и руководивший» его поисками в Особом архиве В.Фалин - один из «главных» «прорабов перестройки» - оценил их, как «потрясающие совпадения» и исчерпывающе доказательство расстрела польских военнопленных офицеров органами НКВД СССР. Этот вывод, освященный политическим авторитетом М.Горбачева, стал первым отечественным «вкладом» в развитие гитлеро-геббельсовской версии[20]. Указание на факт такого совпадения сначала служило в качестве главного аргумента в пользу вывода о виновности советской стороны в расстреле польских военнопленных офицеров. Теперь, после обнародования фальшивок – документов Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 г. о их расстреле – он продолжает сохранять свое значение в качестве одного из важнейших аргументов в пользу германо-фашистской версии катынской трагедии.

Однако самый факт значительных совпадений очередности расположения фамилий в «списках-предписаниях на отправку пленных из Козельского лагеря в УНКВД по Смоленской области и эксгумационных списков из Катыни»[21] невозможно объяснить иначе, чем «чудом», если учесть определенную бессистемность обнаружения и вскрытия могил, а также эксгумации и регистрации трупов. Сколь-либо существенное совпадение могло быть только в том случае, если немецкие «инстанции», силами которых осуществлялась идентификация трупов, имели списки присланных из Козельского лагеря бывших польских военнопленных офицеров. Правда, в этом случае «совпадение» перестает быть «потрясающим» и оказывается имеющим весьма прозаическое объяснение.

Адептам германо-фашистской версии придётся смириться с фактом наличия в распоряжении германских властей таких списков и их использованием в процессе «расследования» «Катынского дела». Дело в том, что во время взятия Смоленска германские войска, в числе прочих документов, захватили «Списки интернированных в Козельском лагере», присланных в распоряжение УНКВД по Смоленской области. Более того, они активно использовались в процессе идентификации эксгумированных в катынском лесу трупов. Об этом свидетельствует переписка министерства пропаганды Рейха с Германским Красным крестом. Например, 23 июня 1943 г. из этого министерства в адрес президиума ГКК было направлено письмо, в котором говорилось: «Вам высылаются обнаруженные в ГПУ Смоленска списки имен (имена на русском языке) для внимательного изучения с просьбой переслать находящиеся у Вас поименные списки установленных в Катыни жертв, имеющихся в обоих списках»[22]. В тот же день особый уполномоченный ГКК сообщал в министерство пропаганды: «списки ГПУ содержат польские имена, которые были переведены на русский язык. Эти польские, по-русски написанные имена были переведены обрабатывающей немецкой инстанцией, к сожалению, не на польский язык, что не представляет никаких трудностей для перевода и может осуществляться с большой точностью, а на немецкий язык… Пересланный материал представляет собой большое значение для всей работы по расследованию пропавших в Советской России польских офицеров. В интересах этой работы и, прежде всего, для сравнения запрошенных списков со списками эксгумированных в Kaтыни, безусловно, необходимо, чтобы списки ГПУ как можно скорее были присланы сюда в точной копии оригинала, или как фотокопия русского текста»[23]. В письме от 8 июля мы вновь встречаем просьбу «передать найденные в здании ГПУ в Смоленске списки интернированных в Козельском лагере либо в оригинале, либо в фотокопии или же позволить снять с них копии на русском языке»[24].

После окончания «полевого периода» расследования массовых захоронений в Козьих горах (6 июня 1943 г.), работа со списками эксгумированных и идентифицированных продолжалась в краковском институте судебной медицины и естественнонаучной криминалистики, куда для дезинфекции и исследования были переданы «вещьдоки», добытые в катынском лесу[25]. Мировой общественности хотели представить документ, лишенный видимых дефектов. Однако эта задача оказалась нерешаемой. Достаточно сравнить списки Восса со списком эксгумированных и идентифицированных, опубликованном в сентябре 1943 г. в сборнике документов «Официальный материал о катынском убийстве», чтобы понять: все основные дефекты первоначальных списков здесь сохранились, а в ходе «работы» над списком был использован метод «идентификации» трупов по документам и бумагам, которые прежде были признаны недостаточными для этого. Поражает обилие имеющихся в нем следов фальсификации и проявлений небрежности, которые свидетельствуют о том, что никакой серьезной работы над списками Восса в «кабинетный период» работы с ними не велось. И это понятно. Работа над ним требовала многих месяцев, а политическая потребность в опубликовании официальных результатов заставляла торопиться.

Это отразилось в оценках, как самого списка эксгумированных и идентифицированных, так и перспектив работы над ним. Процитируем ряд документов. 27 июля 1943 г. новый вариант списка эксгумированных и идентифицированных был направлен сотрудником главного отдела пропаганды правительства генерал-губернаторства Шпенглером в президиум ГКК с уведомлением, что он несовершенен, что требуется «минимум 5-6 месяцев» для его уточнения (см. Приложение № 16)[26]. Президиум ПКК, направляя 16 августа список эксгумированных и идентифицированных в Международный комитет Красного креста (МКК), в сопроводительном письме к нему информировал, что список составлен «на месте» «с помощью изготовленного в Катыни каталога», что «опознавание трупов производилось на основании найденных у них заметок… Имена жертв устанавливались на основании найденных у них документов, например: удостоверения личности, служебные удостоверения, прежде всего, официальные удостоверения, наконец, письма и визитные карточки». Судя по отзыву ПКК, в этом списке сохранились все, прежде отмечавшиеся, недостатки, например, то, что «часть найденных документов, принадлежащих одной и той же личности, находилась в карманах форменной одежды одного трупа, а другие либо в песке могилы, либо при других трупах». Руководство ПКК считало, что этот список «должен рассматриваться как временный», подлежащий дальнейшему уточнению «в соответствии с официальными результатами судебно-медицинской экспертизы, проводимой в Кракове»[27].

В письме Президиума ПКК, направленном 12 октября 1943 г. в Международный комитет Красного креста в Женеве, содержалась следующая итоговая оценка результатов германского расследования «Катынского дела»: «…даже если бы ПКК располагала всеми результатами работ по эксгумации и идентификации, включая документы и воспоминания, она не могла бы официально и окончательно засвидетельствовать, что эти офицеры убиты в Катыни. Неопознаваемое состояние трупов, тот факт, что во многих случаях при двух трупах были обнаружены документы, несомненно, принадлежавшие одному лицу, минимум опознавательных знаков, особенно безупречных вещественных доказательств, найденных при трупах, наконец, то обстоятельство, что военные, убитые в Катыни, пали не на поле сражения, а по прошествии времени, в течение которого должны были происходить смена униформы, переодевания и попытки побегов, все это дает ГКК основания утверждать только то, что данные трупы имели при себе определенные документы (выделено нами. – В.С.)»[28]. Следовательно, поляки тогда, в 1943 г., признавали, что с уверенностью можно говорить только о том, что данный документ, зафиксированный в списке Восса, был обнаружен при данном трупе. И что нет никаких оснований утверждать, что в прошлом он принадлежал именно этому расстрелянному человеку. Очевидно, лишне говорить, что адепты германо-фашистской версии катынской трагедии избегают таких признаний.

Так президиум польского Красного креста, не желая того, не только «вогнал осиновый кол» в результаты т.н. «идентификации» германскими властями «катынских жертв», но и подвел «мину» под все последующие попытки представить их, как заслуживающие доверия.

Отмеченные выше манипуляции германских «инстанций», «расследовавших» «катынское дело», с трупами и «вещьдоками» исключают принятие на веру каждого отдельно взятого факта установления связи между ними. Что же остается в качестве надежно установленного? НИЧЕГО!

Неизбежен вывод: учтенные в списках Восса, в качестве «вещьдоков», макулатура и метал, в массе своей либо не могут служить основанием для идентификации жертв германского фашизма, погребенных в могилах Козьих гор, либо не являются надежной основой для нее.

Делопроизводственные документы органов германского Рейха, хотя прямо и непосредственно не затрагивают главного вопроса – о том, кто производил массовые расстрелы и захоронения в Козьих горах (Катынский лес), тем не менее, они, как минимум, полностью разрушают легенду о надежно установленном факте, что в Козьих горах захоронены польские офицеры, привезенные из Козельского лагеря и расстрелянные весной 1940 г. органами НКВД СССР по решению высшего политического руководства СССР. Они служат ослаблению всей системы аргументов германо-фашистской версии катынской истории. Одновременно они развивают и усиливают систему аргументации в пользу советской сталинской версии катынской истории.

[1] Государственный архив новейшей истории Смоленской области (ГАНИСО). Ф.8. Оп. 2. Д.160. Л.38.

[2] См.: Amtliches Material zum Massenmord von KATYN. - Berlin: 1943. С.22-30; ГАРФ. Ф.7021. Оп.114, Д.8. Л.65-69, 123-126, 168-174; Д.10. Л.109-115.

[3] Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф.7021. Оп.114, Д. 36, Л. 40-41, 48-49, 51-54, 67-68. См. также: Amtliches Material… . Обращают на себя внимание различия в составе допрошенных, с одной стороны, указанных в официальном германском издании, а с другой – в протоколах допросов и акте приведения их к присяге. Эти разногласия дают дополнительные основание для критики «Amtliches Material …». Данный вопрос требует специального исследования.

[4] Российский государственный военный архив (РГВА). Ф. 40. ОП.1. Д.179. Л.1-2об.

[5] Там же. Д.182. Л.66, 67.

[6] Там же. Д.182. Л.64-65, 68-69.

[7] Там же. Л.66, 67.

[8] Там же. Ф.18444. Оп.2с. Д.278. Л.94-183, 273-285. См. также: Катынь. Пленники необъявленной войны. Документы, материалы. М.: 1999. С.568, 584; Катынь: Расстрел. С.81, 122-123, 144-145.

[9] ГАРФ. Ф.7021. Оп.114. Д.2. Л.50.

[10] См.: Сахаров В.А. «Отзыв» польских судмедэкспертов на германский «Официальный материал о катынском убийстве» («Amtliches material zum massenmord von Katyn») / Управление: вызовы и стратегии в ХХ1 веке: // Ученые труды факультета государственного управления МГУ им. М.В. Ломоносова. Выпуск 6. - М.: КДУ, 2007. - С.227-228, 249-250.

[11] ГАРФ. Ф.7021. Оп.114. Д.2. Л.4.

[12] См.: Amtliches Material… С.88-90, 93.

[13] См.: ГАРФ. Ф.7021. Оп.114. Д.34. Номера в списках: 108, 118, 129, 195, 196, 219, 241, 242, 246, 256, 261, 265, 266, 267, 268, 269, 278, 294, 302, 303, 304, 310, 311, 315, 318, 320, 325, 326, 330, 334, 335, 336, 340, 346, 351, 353, 359, 365, 368, 371, 375, 385, 387, 398, 400, 402, 405, 411, 414, 419, 420, 423, 424, 476, 652, 661, 666, 1592, 3072.

[14] Там же. Д.36.Л.19.

[15] Там же. Л.6, 12, 14, 15, 17, 22, 63, 74, 75, 77, 79.

[16] Там же. Д.23. Л.118.

[17] Там же. Д.38. Л.9.

[18] Там же. Д.35. Л.1.

[19] Там же. Д.23. Л.86.

[20] См.: Яжборовская И.С., Яблоков А.Ю., Парсаданова В.С. Катынский синдром в советско-польских и российско-польских отношениях. М.: 2001. С.290-291, 294-297.

[21] См.: Там же. С.290-291.

[22] ГАРФ. Ф.7021. ОП.114. Д.23. Л.109.

[23] Там же. Л.108.

[24] Там же. Л.102.

[25] Там же. Д.23. Л.86.

[26] Там же. Д.35. Л.1.

[27] Там же. Д. 23. Л.50-52.

[28] Там же. Д.23. Л.38. Текст цитаты на языке документа: «Anderseits selbst wenn das PRK sämtliche Ergebnisse der Exhumation und Identifikationsarbeiten einschließen der Dokumente und Andenken besäße könnte es offiziell und in endgültiger Form nicht bescheinigen daß der betreffende Offiziere in Katyn gestorben ist. Der unerkennbare Zustand der Leichen, die Tatsache, daß in vielen Fä1len bei 2 Leichen Dokumente vorgefunden worden sind, die zweifellos einer einziger Person angehörten, die minimale Zahl der Kennmarken, der einzig einwandfreien Beweisstücke, die auf den Leichen gefunden wurden, endlich der der Mordtat vorangegangene Zustand, das die in Katyn ermorderten Militärpersonen nicht auf dem Schlachtfelde, sondern nach einer Zeitraum fielen, in welcher der Wechsel der Uniform, das Verkleiden und die Fluchtversuche an der Tagesordnung waren, alle diese Urstände berechtigen das DRK nur bescheinigen zu können, daß die betreffenden Leichen, gewisse Dokumente getragen hat».



ПРИЛОЖЕНИЯ

к статье В.А. Сахарова

«Германские документы об эксгумации и идентификации

жертв Катыни (1943 г.)»

Приложение № 1.

Из разведдонесения

«Аркадия» в Западный штаб партизанского движения «Попову»*.

До 26 июля 1943 г.

«О катынских могилах. По моему, помещенные в донесении «Леонида» данные о Катыни имеют большое государственное значение. Люди, давшие эти показания, здесь, в отряде Коленченко, так что Вы можете оформить их показания в виде документа и получите все нужные дополнительные сведения».

* «Попов» - Попов Дмитрий Михайлович (1900 – 1952). В данное время был первым секретарем Смоленского обкома и горкома ВКП(б), членом Военного Совета Западного фронта, начальником Западного штаба партизанского движения.

ГАНИСО.Ф.8. Оп.2. Д.64. Л.87.








Приложение № 2.

Из разведдонесения

«Аркадия» в Западный штаб партизанского движения «Попову»*.

До 26 июля 1943 г.

«Бежавшие из немецкого плена бывшие красноармейцы рассказали о том, что, готовя катынскую авантюру, немецкие фашисты провели предварительно серьезную подготовку. Они выкопали большое количество трупов на Смоленском гражданском кладбище, а также отрыли все трупы бойцов и командиров Красной Армии, погибших в боях за Смоленск в 1941 году, и перевезли их в Катынский лес, которые впоследствии отрывали как польских солдат и офицеров.

Во время раскопок очень часто попадались остатки снаряжения и обмундирования бойцов и командиров Красной Армии, что приводило в недоумение фашистских экспертов. Присутствовавшие при раскопках немецкие врачи между собой говорили, что при всем желании определить принадлежность трупов, какой они национальности, не представляется возможности ввиду их разложения».

* «Попов» - Попов Дмитрий Михайлович (1900 – 1952). В данное время был первым секретарем Смоленского обкома и горкома ВКП(б), членом Военного Совета Западного фронта, начальником Западного штаба партизанского движения.

ГАНИСО.Ф.8. Оп.2. Д.64. Л.86.




Приложение № 3.

Информация Западного штаба партизанского движения

в Центральный штаб партизанского движения начальнику.

27 июля 1943 г.

Раздел: «Как немцы сфабриковали Катынскую авантюру».

«Военнопленные, сбежавшие из Смоленского лагеря 20.7.1943 года, как очевидцы – рассказали:

Немцы, чтобы создать могилы в Катынском лесу, якобы, расстрелянных советской властью польских граждан, отрыли массу трупов на Смоленском гражданском кладбище и перевезли эти трупы в Катынский лес, чем очень возмущалось местное население. Кроме того, были отрыты и перевезены в Катынский лес трупы красноармейцев и командиров, погибших при защите подступов гор. Смоленск от немецких захватчиков в 1941 году, и погибших при вероломном нападении фашистской авиации на Смоленск в первые дни Отечественной войны. Доказательством этому служат вырытые при раскопках комсоставские ремни, знаки отличия, плащи и другие виды обмундирования Красной Армии.

Эту провокационную стряпню фашистских жуликов не отрицают даже и сами фашистские врачи, входящие в состав этой комиссии по расследованию.

Врачи, входящие в состав экспертизы по исследованию трупов, говорили среди военнопленных, работающих при госпитале, что при любом их старании они, по существу, не могли установить времени похорон трупов, их принадлежности и национальности – вследствие их разложения».

ГАНИСО. Ф.8. Оп. 2. Д.160. Л.38.


Приложение № 4.

Из документа:

«Разведывательная сводка № 37/84

Центрального Штаба Партизанского движения

при Ставке Верховного Главнокомандования»

6 Августа 1943 г.

«19. О Катынской авантюре

По показанию бежавших из Смоленска быв. военнопленных красноармейцев, немцы, готовя Катынскую авантюру, выкопали большое количество трупов на Смоленском гражданском кладбище, а также отрыли много трупов бойцов и командиров Красной Армии, погибших в боях за СМОЛЕНСК в 1941 году и перевезли эти трупы в Катынский лес. Впоследствии эти трупы они отрывали под видом польских офицеров. Во время раскопок часто попадались остатки снаряжения и обмундирования бойцов и командиров Красной Армии, что приводило в недоумение фашистских экспертов. Присутствовавшие при раскопках немецкие врачи между собой говорили, что при всем желании определить национальную принадлежность трупов не представляется возможным в виду их разложения».

РГАСПИ. Ф.69. ОП.1. Д. 709. Л.62 об.








Приложение № 5.

Из документа:

«Разведонесение № 4

Западный штаб партизанского движения»

27 июля 1943 г.

«Бежавшие из немецкого плена бывшие красноармейцы рассказали о том, что готовя Катынсую авантюру, немецкие фашисты выкопали большое количество трупов на Смоленском гражданском кладбище, а также отрыли все трупы бойцов и командиров Красной Армии, погибших в боях за СМОЛЕНСК в 1941 г. и перевезли их в Катынский лес, впоследствии эти трупы они отрывали под видом трупов польских солдат и офицеров.

Во время раскопок очень часто попадались остатки снаряжения и обмундирования бойцов и командиров Красной Армии, что приводило в недоумение фашистских экспертов. Присутствовавшие при раскопках немецкие врачи между собой говорили, что при всем желании определить национальную принадлежность трупов, это не представлялось возможным в виду их разложения».

РГАСПИ. Ф.69. Оп.1. Д.931. Л.11об.









Приложение № 6.

«Копия

СОВКРШЕННО СЕКРЕТНО

Экз..№ 3

ПРОТОКОЛ

ДОПРОСА СВИДЕТЕЛЯ ПО ДЕЛУ ФАШИСТСКОЙ ПРОВОКАЦИИ

КАТЫНСКИХ ЛЕСОВ*

Свидетель КАРАСЕВ Михаил Иванович, бывший военнопленный, жил и работал при немецком военном госпитале в гор. СМОЛЕНСКЕ с 10 августа 1941 года до перехода в отряд. В одной комнате с КАРАСЕВЫМ жил военнопленный ВИНОКУРОВ Владимир Петрович, которого в январе 1943 г. немцы отправили в лагерь военнопленных. Впоследствии ВИНОКУРОВ приходил к КАРАСЕВУ в госпиталь с целью сбора больничных отбросов для питания.

Во время одного посещения в частной беседе на вопрос КАРАСЕВА: «как живете»? - ВИНОКУРОВ ответил: «очень плохо, потому что наша команда в 60 чел. занимается очень грязной работой, отрываем трупы на Смоленском кладбище, укладываем в гробы и в закрытых машинах вывозим в Катынский лес, где вываливаем трупы из гробов в большие ямы и закапываем их» .

Подтверждает отрытие трупов и вывоз их в Катынский лес местные жители: ФРОЛОВ Михаил Семенович, проживающий в гор. СМОЛЕНСКЕ по ул. Большая Спортивная 21 и КУЗЫТИНА Прасковья, проживающая в гор. СМОЛЕНСКЕ около Нового завода, последняя утверждает, что во время отрывки она видела остатки плащей начсостава Красной Армии. ПЕРЕГОНЦЕВ Василий Андреевич, проживающий в СМОЛЕНСКЕ, по ул. Запольной, который работал при немецком госпитале сапожником, он утверждает, что комиссия в Катынском лесу нашла только 900 трупов, а пишут 12.000. Врач Николай Борисович, житель города РОСТОВА, проживающий на 4-й линии, ездил на экскурсию с немецкими врачами и участвовал в комиссии по раскопке трупов в Катынском лесу, он осматривал трупы и читал акт комиссии, по его словам, комиссией было обнаружено 900 трупов, но не 12.000, как это пишут немцы. Трупа при осмотре совершенно невозможно было определить, какой они национальности. Но им как экскурсантам, было показано несколько предметов польского происхождения как-то: монеты, портсигары, мундштук, пуговицы и кольца.

По заданию немецкого командования врач Николай Борисович проводил беседу с военнопленными по вопросу о Катынских событиях, но в частной беседе не соглашался с этой провокацией и говорил, что это все ложь.

По этому же вопросу перебежчик АНАНЬЕВ Сергей и ФИЛЬЯНОВ Михаил имели разговор с очевидцами и показывают то же, что показал КАРАСЕВ.

КОМАНДИР ОТРЯДА им.КОТОВСКОГО

МАЙОР – КОЛЕНЧЕНКО

НАЧАЛЬНТК ШТАБА ОТРЯДА

МАЙОР – РВАЧЕВ

Снята копия в 7 экз. ВЕРНО МАЙОР: Мамынов (МАМЫНОВ)

26.8.43 г. пн».

Примечание: * - Так в тексте («ПРОВОКАЦИИ КАТЫНСКИХ ЛЕСОВ»)

РГАСПИ. Ф. 69. ОП.1. Д. 750. Л. 61-62

Приложение № 7.

Протокол допроса

ГАРФ. Ф.7021. Оп.114. Д.36. Л.40,41.




Приложение № 8.

Протокол допроса

ГАРФ. Ф.7021. Оп.114. Д.36. Л.48.



Приложение № 9.

Протокол допроса

ГАРФ. Ф.7021. Оп.114. Д.36. Л.49.




Приложение № 10.

Протокол допроса

ГАРФ. Ф.7021. Оп.114. Д.36. Л.51.

Приложение № 11.

Протокол допроса

ГАРФ. Ф.7021. Оп.114. Д.36. Л.67.



















Приложение № 12.

«Приведение к присяге» допрашивавшихся местных жителей

ГАРФ. Ф.7021. Оп.114. Д.36. Л.52-54.



Приложение № 13.

Из документа:

«Сведения о характере и сроках осуждения заключенных, отконвоированных эшелонными, сквозными и плановыми конвоями частей и соединений конвойных войск НКВД СССР за 2-й квартал 1940 г.»

(Выборка данных о конвоировании частей и подразделений конвойных войск,

участвовавших в «разгрузке» Козельского, Старобельского и Осташковского лагерей

УВП НКВД СССР).

Наименование соединений и частей Осуждено на сроки Подследственных Ссыльных и спец переселенцев Всего отконвоировано
До 3-х лет От 3-х до 5 лет От 5-ти до 8 лет От 8-ми до 10 лет От 10-ти до 15 лет Свыше 15 лет Всего осужденных
11-я бригада

В т.ч.
22456 10593 4720 1505 660 40 39974 7333 7785 55092
236 полк 14877 8712 3584 1079 523 36 28811 4382 6224 39417
127 б-н 1972 577 408 48 72 - 3077 418 - 3495
134 б-н 616 305 162 53 - - 1136 150 1561 2847
147 б-н 4991 999 566 325 65 4 6950 2383 - 9333
15 бригада

В т.ч.
9877 3431 2044 535 529 130 16546 16377 34314 67237
226 полк 4068 1974 1339 272 480 120 8253 7445 19403 35101
131 б-н 118 22 7 3 - - 150 2195 3604 5949
132 б-н 1389 576 255 126 15 10 2371 4222 8159 14752
135 б-н 2 1 - - - - 3 3 513 519
136 б-н 4300 858 443 134 34 - 5769 2512 2635 10916
16 бригада

В т.ч.
14519 2858 1120 675 108 53 19333 15988 1082 36403
230 полк 10196 1885 808 523 87 44 13543 11090 1017 25650
138 б-н 1470 236 99 42 - - 1847 2408 38 4293
139 б-н 2049 605 168 61 6 6 2890 1121 - 4011
126 б-н 804 132 45 49 20 3 1053 1369 27 2449


РГВА. Ф. 40. ОП.1. Д.182. Л.66, 67.







Приложение № 14.

Заключение главного лесничего военного правления Герффа

о возрасте деревьев, росших в районе могил. 30 апреля 1943 г.

ГАРФ. Ф.7021. Оп.114. Д.2. Л.50.

Приложение № 15.

Сообщение

ведущего судебного медика группы армий Центр врача штаба

профессора д-ра Г. Бутца

ГАРФ. Ф.7021. Оп.114. Д.2. Л.4.

Приложение № 16.

Письмо главного отдела пропаганды правительства Генерал-губернаторства в Президиум Германского Красного креста. 27 июня 1943 г.

ГАРФ. Ф.7021. Оп.114. Д.36. Л.


Copyright © kprf.ru 2000-2010


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Ср ноя 24, 2010 1:00 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Чт мар 20, 2008 1:25 pm
Сообщений: 191
Откуда: Солнечная система
Л.И. Калашников: На Нюрнбергском процессе была разоблачена геббельсовская ложь по Катынскому делу


2010-11-24 01:47
Пресс-служба фракции КПРФ – kprf.ru

23 ноября Государственная Дума приняла Заявление «В связи с 65-летием со дня начала Нюрнбергского судебного процесса над главными нацистскими военными преступниками». Фракция КПРФ поддержала принятие этого документа. Позицию коммунистов изложил в ходе обсуждения первый заместитель Председателя Комитета Государственной Думы по международным делам Л.И. Калашников.

Л.И. Калашников (фракция КПРФ).

- Уважаемые коллеги! Безусловно, Нюрнберг стал возможен благодаря победе сил антигитлеровской коалиции - две третьих фашистских дивизий было разгромлено на советском фронте. И поэтому наряду с Ялтинско-Потсдамскими соглашениями Нюрнбергский трибунал имеет для нас принципиальное значение.

Пытаясь порой урезонить наших европейских коллег в Евросуде, в Европарламенте, когда делаются попытки поставить на одну доску Гитлера и Сталина (в результате по Прибалтийским государствам маршируют сегодня ветераны дивизий "Ваффен-СС"), мы не должны забывать, что сами, разбрасывая эти камни, даём им повод.

Я хочу сказать о так называемом Катынском деле. Бригада Генеральной Прокуратуры занималась им с 1990 по 2004 год, в отличие от Нюрнбергского процесса, аж 14 лет. И что же она вынесла? Комиссия экспертов этой бригады записала в своём заключении, что Нюрнбергский процесс отверг советские обвинения по Катынскому делу. На самом деле это прямая ложь, прямая подтасовка фактов.

Во-первых, четыре государственных обвинителя поместили Катынское дело в своё обвинительное заключение. Это не оспаривается, это действительно факт. Я специально изучал материалы трибунала.

Во-вторых, в разделе "С" так называемого приговора Нюрнберга присутствует Катынское дело как пример обращения с военнопленными со стороны фашистов.

В-третьих, на основании 21-й статьи трибунала, мы, советская сторона, имели право вообще внести это дело в обвинительное заключение и в приговор без обсуждения. Но, несмотря на это, Нюрнбергский трибунал обсудил катынскую трагедию как факт и со стороны обвинения и со стороны защиты.

В конечном итоге Катынское дело попало в обвинительное заключение. И это был единственный суд, который состоялся по данному событию. Поэтому нужно понимать, что, разбрасывая камни, мы порой этими камнями попадаем сами в себя.

Спасибо за внимание. Фракция, безусловно, одобряет принятие данного заявления.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Пт ноя 26, 2010 8:11 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672
Заявление Президиума ЦК КПРФ «О недопустимости пересмотра итогов Нюрнбергского процесса в отношении Катынского дела»


2010-11-26 17:41
Пресс-служба ЦК КПРФ.

Сегодня Государственная Дума ФС РФ приняла Заявление «О Катынской трагедии и её жертвах», где в очередной раз бездоказательно утверждается, что вина за расстрел польских военнопленных лежит на советских руководителях и сотрудниках НКВД.

В эти дни мы отмечаем 65-летие с начала Нюрнбергского процесса. Неделю назад Госдума приняла заявление в связи с этой годовщиной, где говорилось о недопустимости пересмотра итогов суда над нацистскими преступниками. Но ведь в числе преступлений, за которые были осуждены гитлеровцы, был и расстрел польских военнопленных под Катынью. Об этом неопровержимо свидетельствует включение этого преступления фашистов в раздел «Убийства и жестокое обращение с военнопленными» текста Обвинительного заключения Нюрнбергского трибунала. Получается, что депутаты парламентского большинства сами поставили под сомнение Нюрнбергские решения – за заявление проголосовали все фракции, за исключением КПРФ.

Мы считаем недопустимыми пересмотр итогов Нюрнбергского процесса в отношении Катынского расстрела и попытки перекладывания вины на Советский Союз. Это не только оскорбляет память наших отцов и дедов, но и создаёт почву для напряженности в российско-польских отношениях, для несправедливого требования компенсаций от России как правопреемницы СССР.

Главными аргументами геббельсовской версии о расстреле поляков органами НКВД СССР являются так называемые «документы», неожиданно обнаруженные осенью 1992 года. Главным из них выступает «Записка Берии» И.В. Сталину от марта 1940 года, в которой якобы предлагается расстрелять 27 тысяч польских офицеров и якобы имеется положительная резолюция Сталина. При этом как содержание «записки», так и обстоятельства её появления вызывают законные сомнения в её подлинности. Это же относится к двум другим «доказательным» документам: выписке из решения Политбюро ЦК от 5 марта 1940 года и записке председателя КГБ СССР А. Шелепина на имя Н. Хрущева 1959 года. Все они изобилуют огромным количеством смысловых и орфографических ошибок, а также ошибок в оформлении, недопустимых для такого уровня документов. Есть достаточно оснований утверждать, что они были изготовлены в начале 1990-х годов по инициативе ельцинского окружения.

Существуют неоспоримые документально подтверждённые факты и свидетельства, а также прямые вещественные доказательства, указывающие на расстрел польских офицеров не НКВД СССР весной 1940 года, а немецкими оккупационными властями осенью 1941 года, после захвата Смоленской области силами вермахта. Однако данные обстоятельства сознательно игнорируются и откровенно замалчиваются.

КПРФ считает, что версия о советской вине за Катынский расстрел целиком базируется на сфальсифицированных документах и продвигается исключительно с целью очернить советское прошлое, уравнять Сталина и Гитлера. Мы настаиваем на проведении парламентского расследования, тщательного изучения и экспертизы всех документов, на которых основано обвинение советских руководителей в Катынской трагедии, и передаче всех материалов дела в суд.

Наш народ заплатил огромную цену за победу над гитлеровским фашизмом, и мы должны сделать всё возможное, чтобы фашизм никогда больше не смог поднять голову. В том числе - с уважением относиться к итогам Нюрнбергского процесса, безоговорочно признавшего нацистов виновными в уничтожении польских пленных под Катынью.

Президиум ЦК КПРФ.

г. Москва,

26 ноября 2010 года.


Copyright © kprf.ru 2000-2010


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Пт ноя 26, 2010 8:56 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672
Последняя маска
Дата: 27/11/2010

Госдума о Катыни в интернет-эфире


17 августа 1610 года московские бояре целовали крест и присягали польскому королю, возведя на российский престол польского королевича Владислава. 21 сентября 1610 года те же бояре тайно впустили поляков в Кремль…
Как бы от этого факта ни отворачивались, современные события заставляют вспоминать о них все чаще и чаще.
Последним (по времени, но скорее всего не последним в истории) таким событием стало утреннее заседание Госдумы 26 ноября 2010 года. Седьмой вопрос повестки дня. Проект постановления № 460829-5 «О Катынской трагедии и ее жертвах».
Непредвзятому и незаинтересованному наблюдателю и тому, наверно, странно было видеть, с какой поспешностью и старанием стремились выразить свою поддержку этому (более чем спорному постановлению) слуги, представители и защитники народа от трех думских фракций.
Допустим, от «главной» фракции никто ничего иного и не ожидал – проект постановления вносился через них (кто был автором, так для депутатов и осталось загадкой), и на его защиту была брошена тяжелая артиллерия в виде председателя комитета Госдумы по международным делам Косачёва. Справедливости ради следует отметить, что в своем выступлении он обмолвился и о замученных поляками русских пленных, и о шестистах тысячах советских воинов, павших за свободу Польши. Да только что толку – в тексте-то постановления даже намека на это нет. Зато там (как и в выступлении видного «единоросса») есть то, что никакого отношения к теме Катыни не имеет – а именно подтверждение того факта, что в нашей стране в то время свирепствовал тоталитарный режим, «пренебрегавший правами и жизнью людей» (подчеркну – это о советском времени сказано, не о нынешнем).
В постановлении прямо указано: «Катынское преступление было совершено по прямому указанию Сталина и других советских руководителей». Суда не было, факт преступления в судебном решении не зафиксирован. Я, конечно, юрфаков не заканчивал, скорее всего чего-то недопонимаю и ошибаюсь, но представляется, что в уголовном праве подобное называется заведомо ложным доносом и соответствующим образом преследуется. Срок – до шести лет, срок давности – тоже шесть лет (депутатская неприкосновенность заканчивается через год – это так, для справки).
Удивило другое: с каким верноподданническим визгом и восторгом кинулись поддерживать этот так называемый официальный документ либерал-демократы и эсеры.
Допустим, от Жириновского еще можно было ожидать чего-то подобного. Но не столь же ожесточенно. Он ведь неоднократно на всех перекрестках кричал, что он – за русских. Антироссийская направленность постановления, по моему мнению, очевидна слепому.
Но позиция другой партии (почему-то называющей себя социалистической) не может не вызвать недоумения и неприятия. На вопросы они записались, но промямлили что-то невнятное и безобидное. А в прениях от их фракции выступил депутат Багдасаров (ставший в последнее время завсегдатаем самых разнообразных ток-шоу, на которых чаще всего говорит вещи, с которыми можно и соглашаться). Здесь же он обрушился на советскую историю с такой ненавистью, как будто перед нами были «историки» вроде Сванидзе или Млечина. Никаких поправок ни «СР», ни ЛДПР не предложили. Ни за одну поправку, внесенную коммунистами, не проголосовали.
Можно констатировать – все! Последняя маска сброшена. Теперь президент может сколь угодно долго и страстно говорить о многопартийности и развитии политической системы. Все эти прочие фракции – суть замаскированные помощники основной и самой многочисленной фракции, защитники и движители интересов исключительно крупного капитала.
После этого заседания стало окончательно ясно, что в Госдуме есть только две фракции – КПРФ и все остальные. После этого заседания лично для меня партия «СР» окончательно прекратила свое существование как субъект политической деятельности. Одновременно для меня прекратили существование как политики, как специалисты, к мнению которых надо и можно прислушиваться, как народные избранники, словам которых можно верить. Такими депутатами еще недавно можно было считать как минимум Дмитриеву, Грачёва, Гартунга, Горячеву, Хованскую, Шеина… Что бы кто из них позже не сказал, все будет восприниматься мною через призму этого позорного ноябрьского заседания. И это уже не пройдет. Это – как каинова печать, ее не отмоешь.
На момент, когда пишутся эти строки, еще нет данных о результатах голосования. Возможно, кто-то из партии «СР» и даже из ЛДПР откажется от голосования, воздержится. Но это ничего не меняет. Главное – они не голосовали против.
Приводить аргументы, подтверждающие ущербность принятого постановления, – бессмысленно. «Та сторона» их все равно не слышит. Остальным и так все и давно понятно.
Пикантная деталь. Аккурат накануне столь любимый нашими думскими международниками Европарламент порекомендовал Евросоюзу запретить въезд в Европу 60 нашим чиновникам и должностным лицам. Список оглашен не был. Но по тому, как всполошился наш истеблишмент, можно было догадаться – заденет многих. Постановление, принятое 26 ноября, будет направлено (кроме президента, правительства и Общественной палаты) в Межпарламентский союз, Парламентскую Ассамблею Организации Договора о коллективной безопасности, Межпарламентскую Ассамблею государств – участников Содружества Независимых Государств, Межпарламентскую Ассамблею Евразийского экономического сообщества, Парламентскую ассамблею Совета Европы, Парламентскую ассамблею Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе, Европейский парламент, сейм Республики Польша.
То есть налицо «экспортная» направленность документа. Возможно, кто-то из проголосовавших надеется, что позиция европейцев по поводу беспроблемных путешествий нашей знати по континенту смягчится, что тот пресловутый список сократят или вовсе похерят? Ну да. А то нет прецедентов в недавней истории – чем больше к ним лицом, тем грубее они отворачиваются. Европарламентарии в ответ возьмут, да и пририсуют к первоначально обозначенному количеству один или два нуля. Да еще и помыкать и издеваться будут – на разного рода посиделках и саммитах. Чего церемониться, раз такая реакция…
Те бояре, что 400 лет назад присягнули польскому королевичу, закончили через два года, и закончили очень печально. Народ разобрался и вынес свой вотум недоверия. Нынешние средства коммуникации позволяют этот срок существенно сократить…

В.Р. ЗАХАРЬИН.






Это статья Официальный сайт газеты Советская Россия
http://www.sovross.ru

URL этой статьи:
http://www.sovross.ru/modules.php?name= ... sid=587010


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Вт ноя 30, 2010 11:13 am 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672
КАТЫНЬ: ложь и правда прошедшей войны

Информационный повод – траурная церемония в Смоленске 10 октября т.г. в память о гибели полгода назад в авиакатастрофе польского президента Л. Качиньского



Конец лета и начало осени ознаменовались двумя оставшимися не очень заметными для общественности и СМИ событиями, вновь напомнившими о «больном» «Катынском вопросе», получившем широкую огласку весной этого года). Этот вопрос давно стал одним из главных инструментов антисоветской, а теперь и антироссийской пропаганды, используемой нынешними властями Польши и стоящими за их спиной недружественными нам силами за рубежом (а с начала 1990–х гг. – и внутри страны) с целью дискредитации РФ, и нанес серьезный ущерб нашей репутации и авторитету.

Речь идет о награждении в августе 2010 года президентом Д. Медведевым орденом Дружбы польского режиссера Анджея Вайды с формулировкой: «за большой вклад в развитие российско-польских отношений в области культуры», а также о состоявшейся 10 октября в Смоленске церемонии в память гибели в авиакатастрофе в апреле 2010 года польской делегации во главе с президентом Польши Л. Качиньским (она летела на ставшие традиционными польские «траурные мероприятия» в Катынском лесу), завершившейся возложением венков на могилы жертв польских «Сталинских репрессий».

Следует напомнить, что ранее по центральному российскому телевидению («Культура» и «Россия-1») был показан фильм того самого А. Вайды «Пост Мортем. Катынская повесть» с откровенно антисоветских и антироссийских позиций трактующий т.н. «Катынское дело» (расстрел в начале Второй мировой войны под Смоленском военнопленных польских офицеров, оказавшихся в СССР после известных событий 1939 г.), вот уже более полувека служащее предметом ожесточенной борьбы. Главной задачей противной стороны здесь является отнюдь не установление истины, а утверждение «нужного» политического результата.

Все эти «знаки внимания», подаваемые высшим руководством страны, очевидно не случайны и наглядно свидетельствуют о том, что российская власть продолжает упорно гнуть в «Катынском деле» линию Горбачёва-Ельцина, возлагая всю вину за расстрел военнопленных поляков на Сталина и НКВД.

Продолжает, несмотря на наличие очевидных свидетельств того, что польские офицеры в Катынском лесу были расстреляны немцами в 1941 г., а не НКВД в 1940-м, которых год от года становится всё больше и больше, при явной «шаткости» и сомнительности версии об их расстреле «подручными Берии». Уверенность в этом также становится всё очевиднее даже для самых непосвященных (неосведомленных) или отуманенных пропагандой людей.

В этой связи еще раз рассмотрим главные факты и аргументы, противоречащие агрессивно навязываемой заинтересованными силами «единственно-возможной» «правильной» польско-геббельсовской версии катынских событий и убедительно, – разумеется, для тех, кто хочет слушать, – раскрывающие существо и истинный смысл «геббельсовской провокации», как с самого начала своего возникновения в 1943 г. было справедливо названо «Катынское дело». Выводы же пусть каждый делает сам….

Для начала отметим, что тема Катыни стала одним из крупнейших политических мифов ХХ века. В нем виновниками неизменно выступают попеременно немцы и русские и никогда поляки, которые всегда предстают как невинные жертвы «тоталитарных» режимов, неизменно получающие в этом «безоговорочную» и постоянную поддержку со стороны западноевропейских (а теперь и восточных «новоевропейских») государств и Америки, имеющих в этом совершенно определенный политический интерес.

Главное, на чем строится «польская версия» обвинения, – т.н. «тройка документов», неожиданно обнаруженная осенью 1992 г.: «Записка Берии» в Политбюро ЦК ВКП(б) от марта 1940 г., выписка из решения Политбюро ЦК от 5 марта 1940 г. и «Записка Председателя КГБ СССР Шелепина на имя Н.С. Хрущёва» 1959 г., главным из которых является «Записка Берии», в которой якобы было предложено расстрелять пленных офицеров.

«Неожиданно» потому, что проведенная ранее по поручению М. Горбачёва Генеральным прокурором СССР М. Трубиным по этому вопросу проверка никаких результатов (т.е. наличия документов о расстреле польских военнопленных НКВД) не дала.

При этом как содержание самой «записки» и других «доказательных» документов, изобилующих огромным количеством смысловых и орфографических ошибок, а также ошибок в оформлении, недопустимых для документов подобного уровня, так и обстоятельства их появления вызывают обоснованные законные сомнения в их подлинности. И это не считая отсутствия у советского руководства политической мотивации подобного решения (напомним, речь идет о массовом расстреле иностранных военнопленных).

В то же самое время существуют очевидные для любого юриста и просто непредвзятого исследователя документально подтвержденные факты и свидетельства. Они указывают на причастность к расстрелу польских офицеров именно немецких оккупационных властей осенью 1941 г., после занятия вермахтом Смоленска и Смоленской области, а не НКВД весной 1940 г., на чем упрямо настаивают заинтересованные силы в стране и за рубежом и на чем, естественно, безапелляционно «настаивает» фильм А. Вайды.

Главные из этих документально-подтвержденных свидетельств, включая прямые «вещественные» доказательства, сводятся к следующему.

1. Найденные на месте расстрела гильзы немецкого производства калибра 6,35 и 7,65 мм свидетельствуют о том, что поляки убиты из немецких пистолетов, поскольку оружие таких калибров на вооружении нашей армии и войск НКВД не состояло. Попытки польской стороны «доказать» закупку в Германии специально для этих целей таких пистолетов являются несостоятельными, поскольку документального подтверждения этого факта не существует.

2. Руки у части расстрелянных офицеров были связаны бумажным шпагатом, который в СССР не производился, что ясно свидетельствует о его иностранном происхождении.

3. Отсутствие в архивах каких-либо документов «об исполнении» расстрела (при том, что сохранилось подробное документированное описание процесса и этапов отправки военнопленных поляков в распоряжение УНКВД по Смоленской области, документы были переданы польской стороне в начале 1990-х гг.) представляется реальным подтверждением того, что скрывать что-либо (кроме факта отправки пленных поляков в лагеря под Смоленском на работу) было нечего. Так как, если бы хотели уничтожить все следы, как якобы уничтожили документы об исполнении, уничтожили бы и «документы об этапировании».

4. Найденные на части трупов расстрелянных офицеров документы (и немцами в ходе эксгумации в феврале – мае 1943 г., и нашей «Комиссией Бурденко» в 1944 гг.), в частности паспорта и другие удостоверяющие личность документы (квитанции, открытки и т.д.), для любого следователя определенно свидетельствует о нашей непричастности к расстрелу. Во-первых, потому, что НКВД никогда не оставил бы такую улику (равно как и газет «именно весны» 1940 г., обильно «найденных» немцами в могилах). Во-вторых, если бы документы по каким-то причинам и оставили, то они были бы у всех (или у большинства) расстрелянных, а не у «избранного» меньшинства.

Немцы же в 1941 г. оставить у расстрелянных документы вполне могли: им здесь бояться или скрывать что-либо было незачем. Они считали, что пришли навсегда, и ранее (весной – летом 1940 г.) целенаправленно, и совершенно не скрываясь, уничтожили в Польше около 7000 представителей «польской элиты», в частности в Пальмирском лесу под Варшавой (т.н. «Пальмирский расстрел» 1940 г.).

5. Подтвержденные многочисленными свидетельскими показаниями данные о присутствии пленных польских офицеров под Смоленском во второй половине 1940–1941 гг.

6. Наконец, отсутствие реальной «технической» возможности «незаметно» расстрелять несколько тысяч человек в 1940 г. Урочище «Козьи горы», расположенное недалеко от железнодорожной станции «Гнездово», до начала войны было открытым и посещаемым местом (18 км от Смоленска), любимым местом отдыха горожан, районом, где располагались пионерские лагеря, где проходили «многочисленные дорожки в лесу» и находилась дача НКВД (сожженная немцами при отступлении в 1943 г.), расположенная всего в 700 метрах от оживленного Витебского шоссе, с регулярным – включая автобусное – движением. Что принципиально важно: место было открыто для посещения и никогда не закрывалось до 1941 г., когда немцы обнесли его колючей проволокой и поставили вооруженную охрану.

7. Следует также особо подчеркнуть, что в СССР никогда не производилось массового расстрела иностранных военнопленных (исключая индивидуально осужденных по закону за преступления тех же поляков в 1939–1940 гг.), особенно офицеров. Тем более никогда во внесудебном порядке, без оформления соответствующих, предусмотренных законом процедур.

Здесь же нас пытаются убедить в том, что несколько десятков тысяч иностранных граждан были расстреляны по решению Политбюро ЦК ВКП(б), т.е. руководства политической партии (пусть и правящей), которая могла принимать – и принимала – только политические решения, получавшие в дальнейшем обязательное формально-юридическое оформление, которого в данном случае нет.

Все эти аргументы и факты, однако, или сознательно игнорируются, или просто откровенно замалчиваются заинтересованными антироссийскими польскими и западными силами и их сторонниками в РФ (в первую очередь теми, кто активно поддерживал и содействовал распространению у нас «Катынского мифа» в конце 1980 – первой половине 1990-х гг.).

В связи с последним замечанием еще раз обратим внимание на смысл главного «доказательного» документа, на котором основывается версия о расстреле поляков «подручными Берии» – «Записки Берии в ПБ ЦК № 794/б от марта 1940 г.». А смысл состоит в том, что два десятка тысяч поляков предлагается расстрелять «в особом» порядке по решению «тройки» НКВД персонального состава. Как уже неоднократно отмечалось в многочисленных исследованиях и публикациях, такой порядок осуждения на смертную казнь – полный правовой абсурд.

Во-первых, потому, что «тройки», имевшие право осуждать на расстрел и имевшие должностной, а не персональный состав, были упразднены приказом самого Л. Берии еще в ноябре 1938 года, и в 1940 году таких «расстрельных» троек (органов) просто не было.

Во-вторых, потому, что «Особое совещание» при НКВД (ОСО), которое и подразумевается под «особым порядком», могло осуждать только на 8 лет (максимум) исправительно-трудовых лагерей (ИТЛ) – на что, собственно, и были осуждены военнопленные поляки, участвовавшие в 1940–1941 гг. в строительстве шоссе Москва–Минск, поскольку права осуждать на расстрел у особого совещания не было.

И это тот главный доказательный документ, на основании которого до сих пор с упорством, достойным лучшего применения, всех пытаются убедить в том, что польские военнопленные в Катыни (а также в Медном в Твери и в Пятихатках под Харьковом) были расстреляны органами НКВД.

Таков истинный смысл «Катынского дела» и той, без преувеличения, «войны без правил», которая ведется польско-геббельсовскими силами в яростной попытке доказать недоказуемое.

Можно только недоумевать, почему высшее руководство РФ при наличии таких свидетельств продолжает упорно «наступать на катынские грабли» Горбачёва–Ельцина, а не дезавуирует их раз и навсегда, сняв с себя и страны обвинение в том, чего она не совершала. Впрочем, это особая тема.

Сейчас же можно и нужно констатировать одно: проведение нового объективного всестороннего расследования «Катынского дела» (предыдущее дело № 159 было закрыто Главной военной прокуратурой РФ в 2004 г.) для окончательного установления истины является в нынешней ситуации не только возможным, но и необходимым. Шестидесятипятилетие окончания Великой Отечественной войны и грядущее в 2011 году семидесятилетие ее начала – хороший повод для такого расследования.





А.Ю. Плотников,
доктор исторических наук, профессор,

член Экспертного совета Комитета ГД по безопасности

"Экономическая и философская газета", 27-11-2010


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Пн дек 06, 2010 3:25 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672

Враги России руководят из Кремля, перенимая наработки доктора Геббельса



2010-12-03 12:26
Алексей Никитин

Содержание.

Как запускалось дело Катыни в Германии

Сталинское расследование дела Катыни

Ключевой «ход конём» Чубайса ...

Сравнение расстрелов в Катыни и резни в Батурине

«Краплёные карты» в тасуемой Кремлём колоде

Фальсификаторы Российских архивов не просто государственные преступники ...

Кремль, ФСБ и СМИ покрывают проникших в Кремль фальсификаторов

Необходимо срочное расследование!

Бывают события, дающие понимание всей государственной системы в стране. Одним из таких служит история о расстрелах польских военнослужащих в Катынском лесу под Смоленском, а также на территории Украины и Белоруссии.

Кто расстрелял? Сколько именно? При каких обстоятельствах? Об этом спорят уже многие десятилетия ...



Как запускалось дело Катыни в Германии

(из книги «Тайна Катыни» Владислав Шведа)

13 апреля 1943 года геббельсовское «Радио Берлина» передало: «По сообщению из Смоленска, местные жители известили немецкие власти о существовании там места массовых казней, где ГПУ было убито 10 тысяч польских офицеров...»

В преддверии операции «Цитадель» под Курском, намеченной на лето 1943 года, и в ожидании Второго фронта в Нормандии все силы нацистов были направлены на то, чтобы рассорить союзников по антиГитлеровской коалиции.

После сообщения «Радио Берлина» о Катыни все силы нацистских пропагандистов были брошены на раскручивание «Катынского дела». Личная директива главного пропагандиста германского рейха доктора Й.Геббельса, сделанная им на совещании 17 апреля, звучала так:

«Центр тяжести нашей пропаганды в ближайшие дни и далее будет сосредоточен на двух темах: атлантический вал и большевистское гнусное убийство. Миру нужно показать на эти советские зверства путем непрерывной подачи все новых фактов.» (ГАРФ. ф. 1363, оп. 2, 4, д. 27 29).

На том же совещании 17 апреля 1943, говоря о катынском расследовании, Геббельс особо подчеркивал: «Немецкие офицеры, которые возьмут на себя руководство, должны быть исключительно политически подготовленными и опытными людьми, которые могут действовать ловко и уверенно. Такими должны быть и журналисты, которые будут при этом присутствовать…, чтобы в случае возможного нежелательного для нас оборота дела можно было соответствующим образом вмешаться».

Особый упор Геббельс делал на эмоциональное воздействие катынского преступления на поляков: «Глубокое впечатление, которое произвело все это дело на польский народ, необходимо изображать снова и снова посредством новых свидетельских показаний, передачи настроений из Кракова и т. д.

Вообще, нам нужно чаще говорить о 17-18-летних прапорщиках, которые перед расстрелом еще просили разрешить послать домой письмо и т.д., так как это действует особенно потрясающе» (ГАРФ. ф. 1363, оп. 2, 4, д. 27 29).

18 апреля 1943 г. министр имперской пропаганды III рейха Й. Геббельс утверждал, что Катынское дело «идет почти по программе» (ГАРФ. ф. 1363, оп. 2, 4, д. 27 29).

25 апреля 1943 г. обер-лейтенант немецкой секретной полевой полиции (Geheime Feldpolizei) Г.Словенчик (один из организаторов катынской пропагандистской акции) направил в Вену своей семье письмо с «отчетом» о своих трудовых «подвигах» на благо Германии:

«…Пишу уже не из Смоленска, а в 14 км оттуда, где с утра до вечера вожусь с моими трупами. Это неприятные парни. Несмотря на это я люблю их, этих несчастных парней с искаженными лицами, насколько это можно разобрать на оставшихся костях. Люблю их горячо, ибо, благодаря им я смог наконец сделать что-то для Германии. И это прекрасно.

Катынь, изобретателем (Словенчик использует термин «еrfinier», что означает «изобретатель». Обратите внимание, как именно он себя назвал.) которой всё же являюсь я, загружает меня непомерной работой. То, что здесь делается - все лежит на мне. Под моим руководством ведется эксгумация останков - чтобы всегда был соответствующий пропагандистский материал, я принимаю все делегации, прибывающие ежедневно самолетами, а также распространяю тезисы доклада, которые, между прочим, обрабатываю я, …

…Моё самое большое достижение сегодня – это срыв дипломатических отношений между СССР и Польшей. (А это не могло не сказаться на британско-советских отношениях, поскольку правительство Польши в изгнании было в Лондоне.)

…Может быть, после окончания пропагандистской акции у меня появится возможность получить несколько недель отпуска для написания моей книги» (Wójcicki. «Prawda o Katyniu». С.78-79).

Сталинское расследование дела Катыни

Советское правительство ясно понимало, для чего нацисты раздувают «Катынское дело», и сразу отвергло обвинения в расстреле поляков НКВД как надуманные и заявило, что любое преступление в Катыни является делом рук самих немцев. После освобождения Смоленска от фашистов Сталин инициировал создание во главе с Бурденко «Специальной комиссии по установлению и расследованию обстоятельств расстрела немецко-фашистскими захватчиками в Катынском лесу военнопленных польских офицеров».

В официальном заключении от 24 января 1944 г. Комиссии Бурденко говорится, что в результате расследования было установлено, что польские офицеры стали жертвами террора, совершенного фашистами.

То, что верить в правдивость информации от ведомства Геббельса не очень стоит, объяснять никому не нужно. То, что фашисты массово уничтожали и военнопленных, и гражданское население, тоже хорошо известно (только советских военнослужащих в немецком плену погибло 2,5 миллиона, убито 18 млн. мирных граждан СССР; к полякам фашисты относились не лучше). В Смоленской области немцами расстреляно около 450 тысяч человек. Были среди расстрелянных там и польские военнопленные. Более того, при раскопках захоронений в Катыни было обнаружено, что поляки были убиты из немецкого оружия.

С другой стороны, и сам Сталин не сильно церемонился с «врагами народа». Можно допустить, что Сталин мог одобрить и расстрел пленных поляков после 17 сентября 1939 года.

Выводы Комиссии Бурденко, назначенной Сталиным, сложно воспринимать как независимо объективные. Может ли кто-нибудь себе представить, что (если бы Сталин действительно приказал расстрелять поляков) сталинская Комиссия назвала бы тогда официально Сталина преступником?

Учитывая, что поляков потенциально могли расстрелять и фашисты, и НКВД, а также то, что доверия к фактам, изложенным геббельсовской и сталинской пропагандой военного времени, не было, споры о катынском деле продолжались.

Похоже, что сколько то поляков, действительно, расстреляли наши, а сколько то немцы. Но сколько именно (желательно установть поимённо) и за что?

Известный российский военный историк, доктор исторических наук А.Н.Колесник встретился с Л.М.Кагановичем, который 6.11.1985 г. рассказал, что весной 1940 г. руководством СССР было принято вынужденное, очень трудное и тяжело давшееся, но, по словам Л.М.Кагановича, абсолютно необходимое в той сложной политической обстановке решение о расстреле 3.196 преступников из числа граждан бывшей Польши. Согласно свидетельства Кагановича, в основном были приговорены к расстрелу польские военные преступники, причастные к массовому уничтожению в 1920-21 г. пленных советских красноармейцев, и сотрудники польских карательных органов, замазанные преступлениями против СССР и польского рабочего движения в 1920-ые – 1930-ые годы.

Помимо Л.М.Кагановича, количество расстрелянных в 1939-41 г.г. в Советском Союзе польских граждан численностью «около трёх тысяч человек» оценил в 1986 г. в телефонном разговоре бывший председатель Совета Народных комиссаров СССР В.М.Молотов.

Вопросы о том, кто и как насчитал ещё 18.000 поляков и почему в Катыни поляки были расстреляны из немецкого оружия, оставались открытыми. Не могло же советское правительство в 1940 году планировать оккупацию Смоленска немцами и проводить провокационно-пропагандистские расстрелы поляков от имени гитлеровцев немецким оружием (для показа в будущем нацистской жестокости).



Ключевой «ход конём» Чубайса ...

В 1992 году в Кремль пришла тесно связанная с Западом группа Ельцина. Специальная комиссия, образованная по поручению Бориса Николаевича в составе руководителя администрации президента РФ Ю.Петрова, советника президента Д.Волкогонова, главного государственного архивариуса России Р.Пихоя и директора Архива А.Короткова, 24 сентября 1992 г. обнаружила в бывшем архиве ЦК КПСС заклеенную «Особую папку №1» и в ней закрытый конверт, в котором находились катынские документы.

А перед этим ... ...

31 июля 1992 года в статусе заместителя премьер-министра РФ А.Чубайс приказом № 141 создал «Отдел технической помощи и экспертизы», в котором работали американские специалисты. Руководитель этого отдела Джонатан Хэй, по заявлению бывшего председателя Госкомимущества Владимира Полеванова, был сотрудником ЦРУ.

Обратите внимание на хронологию. Сначала в конце июля 1992 года Анатолий Чубайс создаёт «Отдел технической помощи и экспертизы», где всем заправляют сотрудники ЦРУ США, а спустя несколько месяцев 24 сентября 1992 года архивариусы и ближайшие сподвижники Ельцина обнаруживают заклеенную «Особую папку №1» с «закрытым конвертом» в ней. Эта последовательность событий играет важную роль и вполне может быть не случайной.

Содержимое «катынского конверта» резко изменило понимание виновности сторон при обсуждении расстрелов поляков в Катынском лесу. В том конверте обнаружили:

-- записку наркома НКВД СССР Лаврентия Берии Сталину за №794/б от марта 1940 г. с предложением расстрелять 25700 польских военнопленных и граждан.

-- записку Председателя КГБ СССР Александра Шелепина первому секретарю ЦК КПСС Хрущеву за № 632-ш от 3 марта 1959 года с подтверждением факта расстрела сотрудниками НКВД в 1940 году 21857 польских военнопленных и граждан.

(Отдельно упомянем, что М.Горбачёв никогда не видел этих документов, будучи ГенСеком ЦК КПСС и президентом СССР.)

Виновность советской стороны получила мощное подтверждение из первоисточника – подписи руководителей СССР в архиве политбюро КПСС. Чего же боле? Команда Ельцина-Чубайса немедленно принимает официальную вину на российско-советские плечи за трагедию в Катыни.

14 октября 1992 г. Р.Пихоя по поручению Ельцина вручил в Варшаве президенту Польши Л.Валенсе заверенные ксерокопии всех обнаруженных документов и в тот же день Второй комплект ксерокопий А.Макаров и С.Шахрай представили в Конституционный суд РФ, где они оказались весьма кстати для убедительности обвинений против ВКП(б)-КПСС.

При этом непонятно, почему «закрытый пакет» по Катыни не обнаружили раньше и Борис Николаевич не передал катынские документы польскому президенту Леху Валенсе 21 мая 1992 года, когда тот находился в Москве с официальным визитом. Может быть потому, что в мае 1992 г. документов и самого закрытого катынского конверта в «Особой папке №1» ещё не было? (Чубайс создал свой технический экспертный отдел из сотрудетнов ЦРУ только 31 июля.)

Проведённая позже экспертиза обнаруженных записок Берии и Шелепина определила технические несуразности в составлении этих документов. Записка Берии была напечатана на разных пишущих машинках, что абсолютно исключается в такого уровня документах. А записка Шелепина содержит многочисленные неточности и явные ошибки о местах расстрела поляков и составе расстрелянных. Такие нарушения и подчистки давали основания предположить, что документы «Особой папки №1» были сфабрикованы, но правящая команда Ельцина-Чубайса и созданная ими Комиссия по ликвидации «белых пятен» в двусторонних отношениях с Польшей не стала проверять достоверность найденного и, опираясь на «новые доказательства», немедленно окрестила катынский расстрел одним из крупнейших преступлений Второй мировой войны, совершенных Советами.

На средства возглавляемого «перестройщиком» А.Н.Яковлевым фонда «Демократия» и при финансовой поддержке Всероссийского союза Народных домов С.А.Филатова (руководителя администрации Ельцина) выходит том материалов о том, как НКВД организовывал расстрелы в Катыне. Выходит в свет «Катынская энциклопедия». А.И.Маринченко и В.Ф.Фигановым был снят кинофильм «Память и боль Катыни».

Подготавливается Договор о дружбе и сотрудничестве между Россией и Польшей, подписанный 22 мая 1992 Ельциным и Валенсой, в котором, признавая Катынь делом рук Москвы, говорилось: «Стороны сознают, что сталинский режим причинил огромные страдания, нанес непоправимый ущерб народам России и Польши». (Напомним, что об основополагающих в этом деле записках Берии и Шелепина в мае 1992 года администрация Ельцина ни словом не обмолвилась.)





Сравнение расстрелов в Катыни и резни в Батурине

Даже если не обращать внимания на непонятную при поверхностном взгляде доверчивость кремлёвской администрации Ельцина к достоверности документов, обнаруженных в «Особой папке», то продолжает бросаться в глаза однобокость в ликвидации «белых пятен» в отношениях с Польшей.

В результате польско-советской войны 1919—1920 годов десятки тысяч солдат Красной армии попали в плен, из которых, по оценкам российских историков, погибло 80 тысяч (поляки признают гибель 16 тыс.).

В результате войны 1939 года в СССР в плен попали польские военные, из которых, по польским утверждениям, НКВД убил около 22.000 (советская сторона, похоже, признала, что расстреляла 3 тыс.).

Обычно разумное правительство защищает в первую очередь своих (а не чужих) граждан, оплакивая своих погибших, устанавливая им памятники и называя страну, их убивавшую, вражеской.

Было бы глупо, если, например, после войны с Наполеоном Россия стала бы воспевать и ставить памятники погибшим французам и попрекать жестокость русских, убивавших цвет французской нации – гвардию и прочих их доблестных воинов. В России 1812 года этого делать и не стали.

Не были ненормальными и поляки, возмущавшиеся убийством польских военнопленных в СССР и потребовавшие установления памятных монументов на местах их захоронений, но не кипевшие злобой к самим себе по поводу уничтожения еще большего количества плененных русских.

Режущая глаз форма полит-мазохизма проявилась у российских властей с приходом в Кремль команды Ельцина-Чубайса. Из Кремля кто-то стал давать указания финансировать кампанию осуждения убийства польских военнопленных и увековечивания мемориальными памятниками мест их расстрела при странной «забывчивости» о более многочисленных жертвах России в польских концлагерях.

И если признание собственных преступлений (если они действительно были) и покаяние за них еще может говорить о порядочности кающегося, то абсолютной патологией выглядит параллельная «забывчивость» о печальной судьбе большего числа погибших в польском плену наших сограждан. Получается, что убийством 22.000 поляков Кремль крайне возмущен, а негодовать по поводу умерщвления поляками 80.000 своих российских военнопленных желания почему-то не возникает.

Поведение кремлевской команды ликвидаторов «белых пятен» истории сильно напоминает стиль раскрытия исторической правды у команды Ющенко.

На Украине «оранжевые» открыли в Батурине памятный мемориал резни армией Петра I войска Мазепы, собиравшегося перейти на сторону шведов (тогда погибло, по «оранжевым» подсчетам, около 15.000 человек, около 8 тыс. мазепинских казаков + 7 тыс. мирных жителей). В то же время, «историки» команды Ющенко отказались отмечать и организовывать строительство мемориалов для увековечения памяти погибших в результате геноцида русского и русскоязычного населения в Галиции в 1914-1917 годах (погибло около 400 тыс.). Около 80 тыс. человек было уничтожено в концлагерях Таллергоф и Терезин только за то, что они говорили на русском языке, а часто только за то, что у них находили книгу на русском языке. Неужели убитых там местных жителей нельзя отнести к корням Украины как мазепинцев?

Почему так однобоко «увековечивала историю» команда Ющенко и какие цели она этим преследовала, хорошо известно. «Оранжевый» проект, организованный из-за океана, имел целью разрушить единство восточных славян, для чего желательно сеять на Украине ненависть ко всему русскому, притягивая украинцев к западным ценностям всеми правдами и кривдами, и убедить народ в необходимости защищаться от России (лучше, втянув Украину в НАТО). Правда Таллергофа мешала чистоте сказок о местных украх и русских оккупантах, и поэтому была проигнорирована командой «историков» Ющенко.

В свете большой схожести перекошенных подходов к истории у «оранжевых» на Украине и у их коллег при Ельцине необходимо выяснить, какие именно цели были поставлены кремлевской команде «историков», проводившей столь своеобразную работу над «белыми пятнами» истории в советско-польских отношениях.

«Краплёные карты» в тасуемой Кремлём колоде

25 мая 2010 года к депутату Госдумы РФ Виктору Илюхину пришел человек, признавшийся в участии в изготовлении группой экспертов фальшивых документов в российских архивах по приказу администрации Ельцина. И именно эта группа изготовила фальшивые записки Л.Берии и А.Шелепина. Эти знаменитые теперь записки, «обнаруженные» в «Особой папке» кремлевскими историками, и были использованы в качестве ключевых доказательств, подтверждающих версию доктора Геббельса, что польских военнопленных расстрелял НКВД.

Пришедший с повинной рассказал, что в начале 90-х годов прошлого века была создана группа из технических специалистов высокого ранга по подделке архивных документов, касающихся важных событий советского периода. Эта группа экспертов работала в структуре службы безопасности российского президента Б.Ельцина. Территориально группа размещалась в помещениях бывших дач работников ЦК КПСС в пос. Нагорный. Работа членов группы хорошо оплачивалась, включая снабжение их продуктовыми наборами.

Собеседник В.Илюхина открыто признал, что их группой была изготовлена записка Л.Берии в Политбюро ВКП (б) от марта 1940 года, в которой предлагалось расстрелять более 20 тысяч польских военнопленных. При этом он продемонстрировал механизм подделки подписей Л.Берии и И.Сталина. Логично предположить, что польскому правительству также были вручены поддельные документы по так называемому Катынскому делу.

Эксперт-фальсификатор сообщил, что их группой была изготовлена фальшивая записка А.Шелепина на имя Хрущева от 3 марта 1959 года. Непосредственное участие в написании текста принял полковник Климов.

По его информации над смысловым содержанием проектов текстов работала группа лиц, в которую входили бывший руководитель Росархива Р.Пихоя и ближайший сподвижник Ельцина М.Полторанин. Названа также фамилия первого заместителя руководителя службы безопасности президента Г.Рогозина.

Группа проработала в пос. Нагорное до 1996 года, а потом была перемещена в населенный пункт Заречье.

Ему известно, что с архивными документами в таком же ключе работали сотрудники 6-го института (руководитель Молчанов) ГРУ Генштаба ВС РФ.

Эксперт утверждает, что в российские архивы за время работы группы были вброшены сотни фальшивых исторических документов первостепенной политической важности и еще столько же были сфальсифицированы путем внесения в имевшиеся искаженных сведений, включая подделки подписей.

Были вброшены фальшивые записки Генштаба Красной Армии, докладывающие Сталину о необходимости первыми напасть на Германию и ведения войны на территории противника. (Это хорошо перекликается с перекручивающей историю версией В.Резуна-Суворова, изложенной в его книге «Ледокол». В.Резун-Суворов работал на британскую разведку.)

В подтверждение сказанного собеседник Илюхина представил ряд бланков 1940-х годов, а также поддельные и подлинные штампы того времени и факсимиле подписей руководителей СССР.



Фальсификаторы Российских архивов не просто государственные преступники ...

Вышеизложенное проясняет, почему «демократы» Ельцина-Чубайса, называющие себя холодными прагматиками, спокойно отдавали приказы на танковый расстрел парламента России (не этой государственности они служили, не её демократии). Становится понятнее, почему так легко доверились обнаруженным документам, которые оказались легкоразличимой подделкой.

Вполне логичны в этом контексте гневные потоки из Кремля по поводу убийства Советами польских военнопленных, совпадая с программой доктора Геббельса по Катыни: «Глубокое впечатление, которое произвело все это дело на польский народ, необходимо изображать снова и снова…», –

но «забывая» выразить возмущение убийством поляками еще большего количества своих россиян (правда, кто для чубайсов свой, а кто чужой – это, видимо, нужно отдельно выяснять).

После того, как вскрылось, что документы «Особой папки» были сфабрикованы по указке из Кремля, все становится на свои места – в Кремль проник враг, который и запускал все эти процессы. Этот враг не «забывал» об убитых русских военнопленных, и его действия не нечаянно соответствовали планам Геббельса.

Это безусловно сознательный, глубоко продуманный, долгосрочный план, над реализацией которого и трудился враг, проникший в Кремль.

Нельзя забывать, что на фальсификаторах архивов КПСС теперь и кровь погибшего в авиакатастрофе президента Польши Леха Качинского с сопровождавшими его лицами. Раздувшие фальшивку Геббельса несут ответственность и за погибших 10 апреля 2010 г. в спешном перелёте для участия в мемориальных мероприятиях по поводу несуществовавших катынских расстрелов НКВД.



Кремль, ФСБ и СМИ покрывают проникших в Кремль фальсификаторов

Можно было ожидать, что после обнародования о фальсификации по указанию из Кремля документов такого уровня в архиве политбюро КПСС (об этом было официально сообщено с трибуны Госдумы РФ), россиийские СМИ захлестнет волна возмущения преступлением общегосударственного масштаба с требованием немедленно найти и обезвредить работающих в Кремле диверсантов.

Российский Уотергейт, выявляющий преступников на самом высоком уровне, стоит на пороге ...

Но ... ...

Но российские СМИ управляются либо из Кремля, либо вскормленными Ельциным олигархами, либо прозападными «либеральными» грантоедами (гранты западные!), и они устроили заговор молчания на этот счёт.

СМИ могут писать, а могут и не писать о каком-то преступлении, но ФСБ обязана немедленно заняться выявлением засланных шпионов и изменников Родины, тем более, что в данном случае речь об особо опасных преступниках, проникших в Кремль, и чьи действия продолжают наносить огромный ущерб России. Ведь уже готовятся иски к наследнице СССР – Российской Федерации – от родственников жертв Катыни в европейские суды на сумму около 100 млрд. евро. Но ФСБ тоже почему-то пока не предпринимает никаких действий. (Может ФСБ контролируется фальсификаторами архивов?).

Не инициирует уголовного расследования и Генпрокуратура РФ, хотя это ее непосредственная обязанность стоять на страже общества в соответствии с Уголовным Кодексом РФ (в данном случае, по статье 275 за государственную измену). Именно об этом говорил В.И.Илюхин с трибуны Госдумы.

Молчит (или замалчивает?) и не требует немедленного расследования Госдума, где доминирует «Единая Россия» (только группа депутатов из КПРФ пытается поднять вопрос об этом).

Молчит В.Путин, являющийся лидером «Единой России». (Потому, что ничего не знает?)

Молчит и президент РФ Дмитрий Медведев, которому вроде не к чему покрывать преступления, совершённые за десятилетие до его вступления в должность. (Почему? Должность и полномочия позволяют президенту свернуть шею любому вражескому лазутчику ... Или он один из них?).



Необходимо срочное расследование!

Ранее дискуссия о жертвах Катыни ставила вопросы о расстреле поляков периода второй мировой войны. Всплывшее дело о подделке архивных документов политбюро ЦК КПСС поставило вопрос о прокравшихся в период Ельцина в Кремль врагах российской государственности.

Сегодняшнее замалчивание этого вопроса Кремлём и правоохранительными органами России ставят ситуацию в ещё более тяжёлое для будущего страны и общества положение. Кто на вершине власти и насколько вовлечён в антигосударственную деятельность?

Ответы на эти вопросы еще предстоит получить (хорошо, если поисками ответов займется прокуратура). Нет импульса сверху для расследования этого преступления. Нам, гражданам России, остается самим требовать от Генпрокуратуры и других правоохранительных органов РФ, сохранивших верность Отечеству, возбуждения уголовного дела о подделке документов по катынским расстрелам и о начале войны.

Мы требуем от Генпрокуратуры выявить группу государственных изменников, проникших в руководящие органы страны. Совершенно очевидно, что поиски виновных в «архивном» деле приведут к виновным в куда более тяжких преступлениях против российской государственности.

Мы требуем от всех ветвей власти России и призываем честно служащие Отечеству СМИ НЕ МОЛЧАТЬ о деле, имеющем огромную государственную важность.


Copyright © kprf.ru 2000-2010


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Пн дек 13, 2010 8:11 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672
Катынь: Точка еще не поставлена


2010-12-13 15:39
По страницам газеты «Правда», Владимир Вишняков.

На прошедшей 8 декабря пресс-конференции с участием заместителя председателя Комитета Госдумы РФ по конституционному законодательству и государственному строительству В. Илюхина, профессора доктора исторических наук А. Плотникова и координатора международного проекта «Катынь» С. Стрыгина разговор шёл о том, что недавнее заявление Госдумы РФ по катынской трагедии ставит под сомнение вынесенный 65 лет назад приговор на Нюрнбергском процессе 1945 года, а значит, и итоги Второй мировой войны. Публикация в газете «Правда».

ПОЧЕМУ ИМЕННО Катынь стала сегодня главной темой фальсификаторов? Отвечая на этот вопрос, В. Илюхин высказал предположение, что активность нынешних польских властей в попытках возложить вину за катынский расстрел на Советское руководство объясняется расчетами вполне материальными: в Страсбургском суде уже находятся 70 исков родственников расстрелянных польских офицеров к российской стороне о компенсации понесённого ущерба, а в случае их удовлетворения сколько появится ещё? И не исключено, что не только на индивидуальном, но и на государственном уровне.

Так что интересы польской стороны понятны. Но российские-то власти почему так стараются «извиняться», что весьма красноречиво продемонстрировал в ходе своего недавнего визита в Польшу президент РФ Д. Медведев? Этот вопрос во весь рост поставлен в адресованном ему открытом письме В. Илюхина, с которым были ознакомлены журналисты.

«Мои коллеги — крупные ученые, специалисты многократно приводили аргументы, говорящие о подложности документов «Особой папки», в том числе со ссылкой на экспертные исследования, — говорится в письме. — Из вашего внимания ускользнуло то, что выписка из решения Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 г. не имеет подписи и на ней стоит печать ЦК КПСС. Вам не подсказали, что название КПСС появилось позже 1940 года на двенадцать лет, и оттиск печати ЦК КПСС на документе в момент его принятия не мог стоять. По нашим данным, выписка была сфальсифицирована в начале 90-х годов прошлого столетия ельцинским окружением».

Видимо, президент не заметил, говорится далее, что в выписке указано: «Предложить НКВД рассмотреть дела на военнопленных поляков…» Однако в материалах уголовного дела, в иных источниках нет никаких сведений об их рассмотрении, о реальной судьбе упомянутых в выписке 27 тысяч поляков. Всё есть — сведения о перемещении пленных, о конвое, о питании, обо всём другом, кроме сведений об исполнении приговоров. Такого ляпа в работе НКВД СССР быть не могло, в этой организации фиксировалось всё, вплоть до мелочей. А тут такой масштабный расстрел, но в документах о нём ни слова. Есть о чём задуматься.

Списки большинства погибших там представила следствию польская сторона, и они оставлены без тщательной проверки. Стоит ли удивляться, что после войны объявились живые люди из числа включённых в списки убитых.

Президенту, видимо, не известно, предполагает В. Илюхин, что нынешние следователи явно злоупотребляли служебным положением: выезжали на отдых в Польшу, для них устраивались застолья, они получали подарки, а в конечном счете — всем были пожалованы польские государственные награды. Уже поэтому, основываясь на международном праве и практике, вынесенное ими постановление о гибели польских пленных должно быть объявлено несостоятельным и не порождающим никаких правовых последствий.

Советский Союз обвиняют в расстреле десятков тысяч поляков, но в ходе предварительного расследования проведена эксгумация лишь 1803 трупов, а обстоятельства их гибели, как и других, так до конца и не установлены.

Президенту, возможно, не доложили: все польские офицеры под Катынью были убиты немецкими пулями из немецкого же оружия.

В материалах Нюрнбергского трибунала имеются убедительные доказательства, официально представленные Специальной комиссией под руководством академика Н. Бурденко, о расстреле поляков немцами, которые трибунал принял к сведению как один из примеров гитлеровских преступлений.

В. Илюхин напоминает, что после 14-летнего расследования «Катынского дела» Главная военная прокуратура не признала Сталина и его приближённых виновными в уничтожении военнопленных поляков под Катынью и никакого решения на этот счет не приняла.

То, что происходит сейчас, — это наглая попытка ревизии истории, пересмотра приговора Нюрнбергского трибунала. В его материалах есть показания начальника лагеря В. Ветошникова, который за несколько часов до оккупации немцами Смоленска прибыл в город и просил выделить ему 75 вагонов для вывоза поляков вглубь страны. Вагонов ему, правда, не выделили из-за сложности положения, но выходит, что поляки были еще живы, а не расстреляны НКВД СССР весной 1940 года, как утверждается сейчас. И таких показаний достаточно, в том числе собранных и после войны.

В материалах трибунала есть показания О.Михайловой, З. Конаховской, А. Алексеевой, которые осенью 1941 года работали на кухне столовой 537-го немецкого полка, оккупировавшего район Катынь под Смоленском. Они пояснили, что были очевидцами доставки в это местечко пленных поляков и расстрела их немцами. После каждого расстрела фашисты шли в баню, а потом в столовой им выдавались двойные порции спиртного и усиленное питание.

В. Илюхин напоминает президенту, что болгарский ученый М. Марков и чешский профессор медицины Ф.Гаек, участвовавшие в 1943 году в работе геббельсовской комиссии по исследованию трупов под Катынью, заявили о чудовищной необъективности медицинских документов, составленных немцами. А в декабре 1945 года два ведущих польских специалиста в области судебной медицины — профессора Ольбрихт и Сингилевич — доказали, что пленных поляков под Катынью расстреляли немцы осенью 1941 года. Об их выводах сейчас пытаются не вспоминать.

Группа российских ученых летом 2010 года подготовила рецензию на заключение экспертов от 2 февраля 1993 года по уголовному делу № 159 о расстреле поляков и полностью опровергла его выводы, с чем потом согласилась и Главная военная прокуратура. Эта рецензия была передана В. Илюхиным в администрацию президента.

Известно также (но, видимо, не президенту Д. Медведеву), что Конституционный суд РФ, рассматривая так называемое дело о запрете КПСС, отказался исследовать документы, представленные ему президентской стороной по катынской трагедии, из-за сомнительности их происхождения.

Теперь Д. Медведев ссылается на заявление Госдумы РФ, возлагающее вину за катынскую трагедию на советское руководство. Президенту и российскому правительству, наверное, удобно, что в фальсификацию истории втянут законодательный орган — есть на кого переложить ответственность. Поэтому они не хотят знать и того, что три Комитета Госдумы РФ — по международным делам, по делам ветеранов и по делам Содружества независимых государств и связям с соотечественниками, возглавляемые, кстати, представителями «Единой России» и ЛДПР, даже не обсудили, как это положено по регламенту, проекты заявления и постановления Госдумы на заседаниях своих комитетов, не представили депутатам никаких информационных материалов по обсуждаемой проблеме. Так что Госдума голосовала, как говорится, втемную. Что ж, к сожалению, там есть большая группа депутатов, которые ради сохранения своих кресел по команде из Кремля и из правительства проголосуют за любое решение, в том числе и подрывающее национальные интересы. И в этом смысле Госдума РФ стала опасной для нашего общества и государства.

Завершая своё обращение к президенту, В. Илюхин доводит до его сведения, что он и его товарищи — крупные ученые, исследователи катынской проблемы — готовы к любой дискуссии на любом уровне. А чтобы установить и защитить истину, было бы правильным направить уголовное дело №159 Главной военной прокуратуры в Верховный суд РФ для публичной оценки имеющихся в нем доказательств с участием сторон, одну из которых готов представлять он сам — доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист РФ Виктор Иванович Илюхин.

Так что точка в «Катынском деле» отнюдь не поставлена, как бы ни старались сделать это сванидзе, млечины и прочие оголтелые клеветники-антисоветчики.


Copyright © kprf.ru 2000-2010


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Вс фев 20, 2011 2:42 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672


Истина по Катыни


Дата: 17/02/2011

Инициаторы исторического подлога и их последователи
Версия катынской трагедии Йозефа Геббельса теперь стала немецко-польско-российской.



Посол РФ в Польше: ждите реабилитации

Издание «Речь Посполитая» (Rzeczpospolita) сообщило, что недавно посол России в Польше Александр Алексеев сделал заявление о скорой юридической реабилитации расстрелянных в Катыни польских офицеров. «Политические решения уже приняты. Идет поиск юридического пути. Этот вопрос взят под контроль высшим российским руководством», – цитирует газета посла. По словам Алексеева, «проблему Катыни нельзя назвать нерешенной».
Как пишет «Речь Посполитая», данные заявления вызвали большой энтузиазм у польской общественности, политиков и родственников погибших. «Представитель России впервые официально заявил о реабилитации жертв катынского преступления. Это должно означать правовую реабилитацию со всеми вытекающими последст­виями, а не только реабилитацию «историей» – такие комментарии дал изданию Ирениуш Каминьский из Польской академии наук, представляющий интересы родственников жертв в Европейском суде по правам человека. – Мы говорим не о реабилитации каждой из жертв в отдельности, а о решении, которое будет касаться всех 22 тысяч убитых поляков».
В свою очередь, пресс-секретарь
МИДа Польши Марчин Босацкий говорит, что «рад очередному заявлению высокопоставленного российского чиновника», однако польская сторона ждет от России «конкретных шагов».
«Минимальные условия возможного примирения с Россией» уже названы: это необходимость раскрыть все тома катынского дела, ведшегося с 1990 по 2004 год, реабилитация жертв и новое расследование.
«Речь Посполитая» оценивает слова российского посла как еще один факт признания Россией вины в расстреле поляков в Катыни. «Я считаю высказывание посла положительным сигналом», – утверждает Витомила Волк-Езерска, дочь одного из расстрелянных офицеров, которая в 2009 году подала в Страсбургский суд жалобу против России.
По информации издания, юристы, «представляющие интересы жертв преступления НКВД», через несколько дней направят в Страсбург очередную жалобу. На этот раз против России выступают родственники убитых офицеров и полицейских, живущие в Австралии, Канаде и на Украине.

Как известно, гитлеровцы были большими мастерами коварнейших провокаций. Это они подожгли рейхстаг, обвинив в этом антифашистов с целью развязывания очередной расправы над ними. Это они вызвали волнения и беспорядки в Судетской области Чехословакии, которые использовали для грубого давления на ее правительство и последующего расчленения и захвата этой страны. Это они подготовили нападение переодетых в польскую форму немецких заключенных на приграничную германскую радиостанцию в Гливице, чтобы получить предлог для вторжения в Польшу. Катынь – это тоже чудовищная провокация гитлеровцев (как оказалось, мина замедленного действия).
Обращает на себя внимание, что она была предпринята не в 1941 г. и в 1942 г., когда немцы наступали, а в апреле 1943 г., вскоре после Сталинградской битвы, в которой они потерпели сокрушительное поражение, предопределившее исход страшной войны. Вот тогда-то немцы и засуетились, стали лихорадочно искать любую возможность принимать срочные меры, для того чтобы вызвать раскол в антигитлеровской коалиции, сорвать открытие Второго фронта, попытаться убедить США и Англию встать на совместную защиту Европы от угрозы ее грядущей большевизации.
Вспомнили и про Катынь и расстрелянных ими там польских офицеров. При этом гитлеровцы принимали в расчет откровенно антисоветскую довоенную политику «санационного» правительства Пилсудского–Бека, многие члены которого находились к тому времени в эмиграции в Лондоне. Гитлеровцы, естественно, помнили и о неоднократных попытках польских руководителей заключить с Германией военный союз против СССР. Именно пилсудчики, как известно, воспротивились пропуску частей Красной Армии для оказания помощи Чехословакии и таким образом фактически сорвали намечавшуюся в 1938 году советско-франко-анг­лий­скую коалицию по ее защите от гитлеровской агрессии. Это было определенно на руку гитлеровцам. А вскоре явно с их ведома и поощрения поляки поучаствовали в расчленении Чехословакии, отторгнув от нее Тешинскую область.
Учитывалось немцами и то, что немало поляков в рядах вермахта сражалось на Восточном фронте. Только в плен к нам попало больше 60 тысяч польских солдат и офицеров, включая 5 генералов. Знало нацистское руководство и о нарастающей напряженности в советско-польских отношениях, вызванной отказом армии Андерса сражаться на советско-германском фронте, а также опубликованном в Лондоне 25 февраля 1943 года Заявлении польского эмигрантского правительства, в котором оно потребовало от Советского правительства признания польскими западноукраинские и западнобелорусские земли (т.е. признания польских границ по состоянию на 1 сентября 1938 г.).
Очевидно, что первоочередной целью катынской провокации было еще более осложнить, если не взорвать эти отношения, разжечь живучие антисоветские настроения среди поляков, попытаться вновь их столкнуть с русскими, сделать, наконец, Поль­шу яблоком раздора среди союзников по антигитлеровской коалиции.
На фото: гитлеровцы стреляют из той самой модели пистолета, из которых в Катынском лесу расстреляют большинство из 15 тысяч польских офицеров.

О катынских расстрелах в геббельсовской интерпретации германское радио сообщило 13 апреля 1943 года. К нему гитлеровцы подготовились чисто по-немецки. Прежде всего провели предварительную обработку сотрудничавших с ними поляков. 11 апреля 1943 года под Смоленск была направлена первая польская делегация из представителей польского духовенства, интеллигенции, городского управления и судебных властей Варшавы. К тому времени там уже работала немецкая эксгумационная группа под руководством профессора Г.Бутца в чине полковника. Могилы были уже вскрыты, трупы предварительно обработаны. Перед членами польской делегации было произведено показательное вскрытие нескольких трупов. Немцы потребовали от поляков подтвердить, что обнаруженные трупы польских офицеров расстреляны большевиками, и выступить по радио. Катынские захоронения были якобы обнаружены польскими рабочими из немецкой строительной организации «Тодт». Пообщаться с ними делегации, однако, не удалось. По словам немцев, их не смогли найти. Обо всем этом упоминалось в отчете, написанном в 1946 году в Лондоне одним из членов этой делегации Ф.Гетлем. Причем первый вариант его отчета от апреля 1943 года, переданный Ф.Гетлем в Польский Красный Крест, утрачен. (В.Абаринов. «Катынский лабиринт», стр. 111–116).
В Катыни в течение двух месяцев (с 15 апреля 1943 г.) работала варшавская техническая Комиссия Польского Красного Креста в составе 12 человек. В направленном ею в Международный Красный Крест в Женеве докладе отмечалось, что Комиссия работала в весьма стесненных условиях: она находилась под постоянным контролем немецких властей, к каждому ее члену был представлен немецкий часовой, члены Комиссии не имели права просматривать и сортировать документы и другие вещдоки, часть которых немцами изымалась и уничтожалась. В докладе делался многозначный вывод о том, что «даже если бы ПКК (Польский Красный Крест) располагал всеми результатами эксгумации и работ по идентификации, включая документы и воспоминания, он не смог бы официально и в окончательной форме свидетельствовать, что данные офицеры умерли в Катыни».
В заключении доклада говорилось, что «надо предоставить судам… попытаться решить, возможно ли теперь выносить заключения о смерти». («Немцы в Катыни». Документы о расстреле польских военнопленных осенью 1941 года, стр. 118–128.)
В секретной телеграмме германской внутренней администрации в Варшаве правительству генерал-губернаторства в Кракове от 3 мая 1943 года сообщалось, что «часть делегации Польского Красного Креста вчера возвратилась из Катыни. Сотрудники ПКК привезли с собой гильзы патронов, использовавшихся при расстреле жертв в Катыни. Выяснилось, что это – немецкие боеприпасы. Калибр 7,65, фирмы «Геко» (там же, стр. 129).
Гитлеровцами по Катыни была развернута широкая пропагандистская кампания в печати и на радио. В издаваемых в оккупированной Польше и контролируемых ими газетах на поль­ском языке публиковались пространные, произвольно составленные, непроверенные списки с фамилиями якобы расстрелянных польских офицеров (многие из них после войны оказались в живых в Польше), организовывались посещения Катыни группами рабочих с работающих на немцев польских предприятий.
Геббельсовскую версию охотно подхватило (как если бы ждало) польское эмигрантское правительство в Лондоне, поддержав предложение немцев направить в район Катыни Комиссию под эгидой Международного Красного Креста. Однако это оказалось чисто пропагандистским прикрытием, поскольку названная Комиссия была создана немцами из тщательно отобранных ими врачей-экспертов из стран-сателлитов (Италия, Венгрия, Румыния, Финляндия), прогермански настроенных (Испания, Словакия, Хорватия, Болгария, Швейцария) и оккупированных стран (Польша, Чехия, Бельгия, Франция, Дания, Голландия).
В нее, очевидно с дальнем прицелом, были включены даже пленные английские, американские и канадские офицеры.
Комиссия вылетела из Берлина в Смоленск 28 апреля 1943 года. Она провела эксгумацию нескольких предварительно обработанных немцами трупов и под давлением подписала заранее подготовленное профессором Г.Бутцом на немецком языке нужное немцам медицинское заключение, хотя пули, извлеченные из тел, были сплошь немецкие (профессор Г.Бутц, видимо, из опасений, что может стать впоследствии нежелательным свидетелем, был немцами физически устранен). Об этом стало известно Геббельсу. В своем дневнике он, сильно этим раздосадованный, записал: «К несчастью, в Катыни были найдены немецкие боеприпасы. Это должно остаться в тайне. Поскольку если это всплывет на поверхность и станет известно нашим врагам, все дело о Катыни лопнет».

На эту теперь уже немецко-польскую провокацию Советское правительство ответило разрывом дипломатических отношений с польским эмигрантским правительством (как видим, расчет немцев удался). Установлены они были в июле 1941 года. Тогда же было заключено соглашение о взаимной помощи и поддержке в войне против гитлеровской Германии, достигнута договоренность о создании на территории Советского Союза польской армии из числа польских военнослужащих, интернированных во время освобождения Красной Армией Западной Украины и Западной Белоруссии. Предполагалось, что она будет действовать в оперативном отношении под руководством Верховного командования СССР.
По настоянию лондонских поляков во главе ее был поставлен русофоб генерал Андерс, активный участник интервенции панской Польши против Советской России в 1919–1920 гг. (тоже, кстати, из числа интернированных). Все расходы на оснащение и содержание этой армии взяло на себя Советское правительство. Но антисоветски настроенное польское командование отказалось вводить подготовленную армию (около 100 тысяч человек) в сражения на советско-германском фронте – и это в то время, когда решалась судьба Сталинградской битвы.
Советская власть не стала, однако, принимать против панов репрессивных мер, удерживать рвущихся на Запад поляков и разрешил им вместе с семьями выехать из СССР через Иран на Ближний Восток. Здесь они поначалу охраняли британские
неф­тепромыслы в Ираке, а затем в составе англо-американских и канадских войск участвовали в боях в Северной Африке и Италии, но так до Польши и не добрались.
Из оставшихся в Советском Союзе польских патриотов и тех, кто отказался уходить вместе с армией Андерса, были созданы новые формирования, в том числе дивизия им. Т.Костюшко под руководством генерала Берлинга (тоже из числа интернированных). Эта дивизия и другие польские части (в последующем Войско польское) вместе с Красной Армией освобождали Варшаву, Краков, штурмовали Берлин. И заслуженно, по праву стали участниками исторического Парада Победы в Москве в июле 1946 года.
Все это говорит о том, что у Советского правительства не было каких-либо причин расстреливать интернированных поль­ских военнослужащих. И вообще в отличие от гитлеровцев и пилсудчиков расправы над военнопленными были чужды природе Советского государства. Как известно, в нацистских лагерях от зверского обращения погибли около двух миллионов советских военнопленных, в польских концлагерях – десятки тысяч красноармейцев, попавших в плен во время советско-поль­ской войны 1919–1920 гг. Представить себе такое в советских лагерях для военнопленных было невозможно. Это исключалось.
Одной из целей катынской провокации гитлеровцев было усиление антисоветских настроений в Армии крайовой, подчиняющейся польскому правительству в Лондоне. Гитлеровцам было известно, что ее отряды ведут активные карательные операции против советских партизан в оккупированных западных областях Белоруссии и Литвы, которые польские националисты считали своими и называли восточными Кресами. Гитлеровская агитация падала на благоприятную почву. Армия крайова встретила вступление советских войск в пределы Польши крайне враждебно. На домах ею расклеивались листовки с надписью «Красная Армия – вруг» (по-польски – враг). Она совершала многочисленные нападения на советских солдат и офицеров из засад, взрывала воинские эшелоны, учиняла другие диверсии и акты саботажа, жестоко расправлялась с польскими патриотами, представителями новой народной власти Польши, терроризировала лояльное к ней местное население.
По приказу польского лондонского правительства Армия крайова начала авантюрное и обреченное на поражение восстание в Варшаве (август–сентябрь 1944 года), с тем чтобы упредить взятие ее Красной Армией и союзными с ней поль­скими частями и таким образом объявить восстановление в ней власти этого правительства.
Именно этими классовыми соображениями объясняется, почему руководство Армии крайовой не предупредило Советское командование о восстании, не говоря уже о согласовании с ним совместных действий. Зато о начале восстания знало правительство Великобритании. Однако оно не удосужилось уведомить об этом своего восточного союзника. О многом говорит и тот факт, что с первых же дней восстания началось снабжение повстанцев оружием, боеприпасами и продовольствием с английских самолетов.
Заранее узнали о готовящемся восстании через свою агентуру в Армии крайовой и немцы, что дало им возможность принять меры по противодействию ему. Когда аковцы были окружены, немцы предложили им почетную капитуляцию. Они согласились распространить на них статус военнопленных, а для офицеров создать более мягкие условия содержания в плену. При этом германское командование в лице обергруппенфюрера СС фон дем Баха выразило надежду, что «в дальнейшем немецкая армия вместе с польской будет воевать против большевиков» (Рышард Назаревич «Варшавское восстание. 1944 год», стр. 21). Немцы убеждали аковцев в том, что общим врагом Германии и Польши был и остается Советский Союз, предлагали превратить Польшу в западный форпост против «безбожного еврейского большевизма» и в этих целях взаимодействовать, что в ряде случаев имело место. Так, в районе Бильно Армия крайова передала в подчинение гитлеровского командования 3-ю польскую партизанскую бригаду. Боевики этой Армии и после капитуляции Германии, уйдя в подполье, продолжали вооруженную борьбу против Красной Армии и Войска польского вплоть до 1947 года, когда с ними было покончено.

Как только советскими войсками были освобождены г. Смоленск и Смоленская область (сентябрь 1943 г.), туда была направлена специальная Комиссия во главе с академиком Н.Бурденко. В результате проведенных ею тщательных расследований (с 5 октября 1943 г. по 26 января 1944 г.) был установлен факт расстрела гитлеровцами польских военнослужащих под Катынью. В составе Комиссии работали представители народной Польши. Катынь посетила польская правительственная делегация во главе с премьер-министром Осубка-Моравским. На место раскопок приглашались аккредитованные в Москве иностранные журналисты. Опросами многочисленных свидетелей, в том числе местных жителей, было выяснено, что до захвата немцами Смоленска (16 июля 1941 г.) интернированных поль­ских военнослужащих видели на строительно-ремонтных работах (шоссе Смоленск–Минск, Смоленск–Витебск), были сделаны заявки на отправление в тыл этих военнослужащих, но вагоны для их эвакуации поданы не были из-за крайне напряженной военной обстановки в этом районе.
В раскрытых захоронениях были обнаружены в большом количестве немецкие пули и патроны, немецкий шпагат, которым были связаны руки расстрелянных, другие вещественные доказательства (германские оккупационные дензнаки, обрывки газет, брошюры, почтовые открытки, письма, квитанции, записки и другие вещдоки). Соответствующий доклад этой Комиссии был представлен Нюрнбергскому трибуналу (1946 г.). И факт расстрела гитлеровцами польских офицеров под Катынью был включен в раздел Обвинительного заключения «Убийства и жестокое обращение с военнопленными».
Судя по всему, обсуждение катынского дела было непростым. На его ходе и исходе, очевидно, сказались первые веяния холодной войны. Предпринимались даже попытки (нетрудно догадаться кем) сорвать его, вплоть до убийств обвинителей. В гостинице был найден мертвым советский представитель Н.Зоря, готовивший дело к рассмотрению трибуналом. В эти же дни погибает и польский прокурор Р.Мартини, готовивший свидетелей, способных подтвердить непосредственное участие «команды Геббельса» в расстреле польских офицеров (газета «Красная звезда», 15.04.2006 г.). Бывшие наши союзники не позволили окончательно определиться с катынским делом, и соответствующий пункт из Обвинительного заключения в окончательный приговор не вошел. Таким образам оно оказалось в подвешенном состоянии. Это дало Западу в последующем возможность активно его использовать в ожесточенной идеологической и информационной войне против Советского Союза.
К сожалению, и в нашей стране нашлись деятели, которые из своих узкокорыстных, конъюнктурных целей в угаре антисоветизма и антисталинизма стали раскручивать немецко-польскую версию катынской трагедии. Наиболее усердные из них были награждены польскими орденами, одаривались денежными подачками, пользовались бесплатным отпуском в Польше, другими услугами. Имена их сегодня тщательно замалчиваются.
Незаурядное рвение, как это не покажется удивительным, проявил бывший многолетний посол СССР в ФРГ (кстати, отличившийся весьма пристрастным отношением к восточной политике западных немцев) В.Фалин. Немалое внимание он уделил Катыни в своей книге воспоминаний «Без скидок на обстоятельства», опубликованной в 1999 г. Вот что он в ней, в частности, пишет, передавая свой разговор с Ю.Андроповым: «...Есть деликатный вопрос. В 1983 году сорокалетие Катыни. Точнее, сорок лет с момента, когда Катынь превратилась в нарицательное понятие. Готовясь к печальному юбилею, необходимо по архивам прояснить как минимум: (а) что же Сталин и Берия заявляли полякам в 1941–1943 годах и что обсуждали Хрущёв с Гомулкой в 1956 году; (б) что из архивов Смоленского, Харьковского и других УВД попало в руки нем­цев и дальше на Запад и дает основания не принимать советскую версию случившегося; (в) что нового установили сами поляки и что не может быть опровергнуто повторением аргументов 1943 года. Конечно, правильнее всего было бы поднять наши первичные документы. Если верить молве (каково!), Хрущёв предлагал Гомулке воздать должное Сталину за Катынь (к чести Гомулки, он не поддался на хрущёвскую провокацию и отказался это сделать). Вряд ли такое предложение делалось, если оно вносилось (опять – если!) беспричинно…» (стр. 371).
Кстати, из-за Катыни между В.Фалиным и Ю.Андроповым произошла острая размолвка, которая привела к разрыву между ними. По настоянию Ю.Андропова (секретарь ЦК КПСС) В.Фалин был снят с должности первого заместителя заведующего Отделом международной информации ЦК КПСС и удален из него. У В.Фалина нашлись, однако, сторонники. Его обработке, судя по всему, поддался мятущийся, ставший впоследствии лучшим немцем, горе-перестройщик М.Горбачёв. При нем В.Фалин был возвращен в ЦК КПСС на высокие посты. С санк­ции М.Горбачёва было опубликовано Заявление ТАСС (апрель 1990 года), в котором утверждалось, что «катынская трагедия – одно из тяжких преступлений сталинизма».

Нашлись последователи и в российском руководстве. Недавно Госдума послушными голосами правящей «Единой России» и ее клонов в лице «Справедливой России» и ЛДПР приняла Заявление по Катыни, в основу которого положена провокационная немецко-польская версия катынской трагедии. Теперь она фактически стала немецко-польско-российской. Опираясь на это Заявление, президент Д.Медведев поспешил на поклон в Варшаву, где в очередной раз покаялся перед торжествующими поляками. Ничтоже сумняшеся, он публично назвал Сталина преступником. А польского кинорежиссера, антисоветчика со стажем, бывшего солдата Армии крайовой А.Вайду за его антирусский фильм «Катынь», разжигающий неприязнь между нашими народами, самолично наградил российским орденом Дружбы.
Нельзя здесь не напомнить, что уже во вновь обуржуазившейся Польше был варварски разрушен в Кракове памятник маршалу И.Коневу, спасшему эту древнюю польскую столицу от полного уничтожения гитлеровцами, и сооружен с явным вызовом мемориал в честь сотрудничавшей с ними Армии крайовой. И именно к этому мемориалу тем, кто подло из-за угла стрелял в спины советским освободителям Польши, российский президент В.Путин во время своего визита (2002 г.) возложил цветы. В.Путин и Д.Медведев почему-то подчеркнуто оказывают знаки внимания нашим недругам. Оба они во время своих государственных визитов в Финляндию возлагали цветы на могилу союзника Гитлера маршала Маннергейма. Это его войска вместе с немцами держали многомесячную жестокую блокаду Ленинграда, из-за которой от голода, постоянных обстрелов погибли около миллиона его жителей. Что это? Беспамятство, слабая историческая осведомленность, недопонимание всей пагубности подоб­ных явно
конъюн­ктурных встречных шагов? Или все это – не что иное, как вполне осознанные проявления классовой, идейной смычки на почве антисоветизма и антисталинизма. Но здравый смысл говорит, что унижениями и задабриваниями невозможно добиться у закусивших удила польских, как и других, националистов какого-либо расположения. И поскольку на серьезный положительный сдвиг в российско-польских отношениях рассчитывать не приходится, возникает вопрос: почему Кремль все же пошел на столь громкую и исторически несостоятельную раскрутку катынского дела?

Возможно, у этого дела есть внутренний аспект (возможно, более важный и существенный). Как известно, пресловутые либеральные рыночные реформы потерпели провал. Сильно подорванную ими российскую экономику к тому же накрыл острейший кризис мировой капиталистической системы, частью которой стала Россия. Чтобы скрыть все это от сбитого с толку российского общества, власть развязала новую кампанию по «десталинизации». И раскрутка Катыни в нее вполне укладывается, сулит некие, правда, зыбкие, шансы. Ведь постоянно эксплуатируемая тема ГУЛАГа приелась, перестает работать. Нужно что-то еще. Решили поспекулировать на Катыни, используя якобы обнаруженные «новые» документы. Видимо, обанкротившаяся российская власть все еще надеется и дальше обеспечивать свое политическое существование путем все новых антисоветских, антисталинских кампаний и подтасовок. Но чем больше они надругаются над советским прошлым, тем оно весомее о себе заявляет. Слишком разителен контраст между великим созидательным, духоподъемным советским прошлым и базарно-разрушительным и нравственно убогим буржуазным настоящим, напоминающим потрепанный корабль, без руля, ветрил и тормозов несущийся на скалы.
Назвать Сталина преступником юрист Д.Медведев не имел никаких правовых оснований. Это дело только суда, независимого и праведного. Имя Сталина навечно спаяно с нашей величайшей Победой в Великой Отечественной войне. Это – вердикт истории.
Если поляки официально потребуют от нас денежных и иных возмещений, Россия должна им выставить такой же, если не больший, счет за загубленных в польских концлагерях десятки тысяч красноармейцев. Российскому МИДу следовало бы тверже и последовательнее защищать национальные интересы нашей страны. Постоянными уступками, дипломатическими реверансами с дежурными улыбками, излишней политкорректностью вперемежку со словесной эквилибристикой невозможно обеспечивать авторитет внешней политики России. Она должна соответствовать статусу великой державы. Для этого требуются по-настоящему бойцовские качества. Давно пора окончательно отрешиться от традиционно легковесного отношения к русским жертвам. В этом смысле мы явно проигрываем полякам. И не только им. Из-за оказавшихся в плену одного-двух израильтян Тель-Авив начинает крупные карательные операции против своих палестинских и ливанских соседей. Есть чему поучиться и у американских партнеров.
Следует еще раз напомнить чванливым полякам, что за освобождение Польши сложили головы 600 тысяч воинов Красной Армии. Полякам надо быть вечно признательными за это, как и за то, что благодаря Сталину Польше были возвращены ее древние западные земли. Им не следует заигрываться в русоненавистничестве, что явно на руку как антироссийским, так и антипольским силам на Западе. Поляки в своих собственных интересах не должны участвовать во всяких военных и информационных «дранг нах остен». Ни к чему хорошему это не приведет.
Катынь, совершенно очевидно, на совести у гитлеровцев, которую они, кстати, считали химерой и потому пошли на такую чудовищную, иезуитскую провокацию. И как бы кто бы сегодня ни изощрялся, свалить вину с больной головы на здоровую не удастся. На этом можно заработать лишь черную мету на всю жизнь.
Неплохо было бы президентской Комиссии по фальсификациям отечественной истории заняться разоблачением катынской фальшивки. Хватит ли у нее для этого гражданского мужества, да и позволит ли ей это сделать учредившая ее власть? То, что передано российскими властями полякам по Катыни, дол­жно стать достоянием международной и российской общественности, а также все то, что еще хранится в закрытых российских и зарубежных архивах. Как известно, смоленский архив НКВД неисповедимыми путями оказался в США. И, видимо, не только смоленский. К сожалению, часть архивных документов по Катыни утрачена. Немецкие архивы по этому делу перед капитуляцией гитлеровцы уничтожили вместе с вещественными доказательствами, что само по себе о многом говорит. Как отмечалось выше, немало других потерь, исчезновений, нестыковок, вбросов. Так что при сложившихся обстоятельствах нельзя считать катынское дело закрытым. Оно вопиет.
Истина по Катыни должна быть самым тщательным образом исследована, установлена и в судебном порядке утверждена. А вся политическая конъюнктурщина должна быть разоблачена и решительно осуждена.

Арнольд АНУЧКИН-ТИМОФЕЕВ,
кандидат исторических наук.
Москва.








Это статья Официальный сайт газеты Советская Россия
http://www.sovross.ru

URL этой статьи:
http://www.sovross.ru/modules.php?name= ... sid=587524


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Вт июл 05, 2011 12:30 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672
Важное дополнение по Катыни относительно погон и знаков различия
Владимир PANIBRAT Марьясов


Так кто же расстреливал поляков в Катыни? Наши энкавэдэшники весной 1940 года, как считает нынешнее российское руководство, или все же немцы осенью 1941-го, как выяснила на рубеже 1943-1944 гг. специальная комиссия во главе с главным хирургом Красной армии Н.Бурденко, результаты экспертизы которой вошли в обвинительное заключение Нюрнбергского трибунала?

В только что увидевшей свет книге «Катынь. Ложь, ставшая историей» ее авторы, Елена Прудникова и Иван Чигирин, попытались беспристрастно, на основе документов разобраться в одной из самых сложных и запутанных историй прошлого века. И пришли к неутешительному – для тех, кто готов заставить Россию покаяться за это «преступление» – заключению.

«Если читатель помнит первую часть (книги) – пишут, в частности, авторы, – то немцы без труда определяли звания расстрелянных. Как? А по знакам различия! И в отчете доктора Бутца, и в некоторых свидетельских показаниях упоминается о звездочках на погонах убитых. Но, согласно советскому положению о военнопленных 1931 года, ношение знаков различия им было запрещено. Так что погоны со звездочками никак не могли оказаться на мундирах пленных, расстрелянных НКВД в 1940 году. Носить в плену знаки различия было разрешено лишь новым Положением, принятым 1 июля 1941 года. Разрешалось оно и Женевской конвенцией».

Выходит, наши энкавэдэшники не могли расстреливать в 1940-м пленных поляков, увенчанных знаками воинского различия, которые были найдены вместе с останками убитых. Этого не могло быть попросту потому, что со всех военнопленных эти самые знаки отличия срывались. В наших лагерях для военнопленных не содержались пленные генералы, пленные офицеры или пленные рядовые: по своему статусу все они были просто пленными, без знаков отличий.

А это значит, что поляки со «звездочками» могли быть казнены энкавэдэшниками лишь после 1 июля 1941 года. Но они, как об этом заявила весной 1943 года геббельсовская пропаганда (версию которой с небольшими вариациями потом подхватили в Польше, а теперь с ней согласилось и руководство России), были расстреляны еще в 1940-м. Могло ли такое произойти? В советских военных лагерях – однозначно нет. А вот в немецких лагерях такое (казнь отмеченных знаками военного отличия пленных) было, можно сказать, нормой: Германия ведь тогда уже присоединилась (в отличие от СССР) к Женевской конвенции о военнопленных.

Известный публицист Анатолий Вассерман приводит в своем блоге примечательный документ из статьи Даниила Иванова «Повлияло ли неподписание СССР Женевской конвенции на участь советских военнопленных?»:

«ЗАКЛЮЧЕНИЕ КОНСУЛЬТАНТА МАЛИЦКОГО ПО ПРОЕКТУ ПОСТАНОВЛЕНИЯ ЦИК И СНК СССР «ПОЛОЖЕНИЕ О ВОЕННОПЛЕННЫХ

Москва, 27 марта 1931 г.

27 июля 1929 г. Женевская конференция выработала конвенцию о содержании военнопленных. Правительство СССР ни в составлении этой конвенции, ни в ее ратификации участия не приняло. Взамен этой конвенции выработано настоящее Положение, проект которого был принят СНК Союза ССР от 19 марта с. г.

В основу проекта этого положения положены три мысли:

1) создать для военнопленных у нас режим, который не был бы хуже режима Женевской конвенции;

2) издать, по возможности, краткий закон, не воспроизводящий деталей всех тех гарантий, которые дает Женевская конвенция, с тем, чтобы эти детали составили предмет исполнительных к закону инструкций;

3) дать вопросу о военнопленных постановку, соответствующую советским принципам права (недопустимость льгот для офицеров, необязательное привлечение военнопленных к работам и т. д.).

Таким образом, это Положение основано в общем на тех же принципах, как и Женевская конвенция, как-то: воспрещение жестокого обращения с военнопленными, оскорблений и угроз, воспрещение применять меры принуждения для получения от них сведений военного характера, предоставление им гражданской правоспособности и распространение на них общих законов страны, воспрещение использовать их в зоне военных действий и т. д.

Однако в целях согласования этого Положения с общими принципами советского права в Положении введены следующие отличия от Женевской конвенции:

а) отсутствуют льготы для офицерского состава, с указанием на возможность содержания их отдельно от других военнопленных (ст. 3);

б) распространение на военнопленных гражданского, а не военного режима (ст. 8 и 9);

в) предоставление политических прав военнопленным, принадлежащим к рабочему классу или не экcплуатирующему чужого труда крестьянства, на общих основаниях с другими находящимися на территории СССР иностранцами (ст. 10);

г) предоставление [возможности] военнопленным одинаковой национальности по их желанию помещаться вместе;

д) так называемые лагерные комитеты получают более широкую лагерную компетенцию, имея право беспрепятственно сноситься со всеми органами для представительства всех вообще интересов военнопленных, а не только ограничиваясь получением и распределением посылок, функциями кассы взаимопомощи (ст. 14);

е) воспрещение носить знаки различия и неуказание на правила об отдании чести (ст. 18);

ж) воспрещение денщичества (ст. 34);

з) назначение жалованья не только для офицеров, но для всех военнопленных (ст. 32);

и) привлечение военнопленных к работам лишь с их на то согласия (ст. 34) и с применением к ним общего законодательства об охране и условиях труда (ст. 36), а равно распространение на них заработанной платы в размере не ниже существующей в данной местности для соответствующей категории трудящихся и т. д.

Принимая во внимание, что данный законопроект устанавливает режим для содержания военнопленных не хуже, чем Женевская конвенция, что поэтому принцип взаимности может быть распространен без ущерба как для СССР, так и для отдельных военнопленных, что количество статей положения сведено к 45 вместо 97 в Женевской конвенции, что в Положении проведены принципы советского права, к принятию данного законопроекта возражений не усматривается».

Итак, резюмирует Анатолий Вассерман, выявлено еще одно опубликованное самими немцами вещественное доказательство невозможности датировки расстрела польских пленных 1940 годом. А поскольку в июле-августе 1941 года советские органы охраны правопорядка заведомо не располагали ни потребностью, ни технической возможностью уничтожения и захоронения тысяч польских пленных, в очередной раз подтверждено очевидное: польских пленных расстреляли сами немцы не ранее осени 1941 года.

Напомним, что впервые о массовых захоронениях поляков в Катынском лесу объявили в 1943 году немцы, оккупировавшие эти территории. Созванная Германией международная комиссия провела экспертизу и заключила, что расстрелы произведены НКВД весной 1940 года.

После освобождения смоленской земли от оккупантов в СССР была создана комиссия Бурденко, которая, проведя собственное расследование, пришла к выводу, что поляки были расстреляны в 1941 году немцами. На Нюрнбергском трибунале заместитель главного советского обвинителя, полковник Ю.В. Покровский, предъявил подробное обвинение по Катынскому делу, основанное на материалах комиссии Бурденко и возлагавшее вину за организацию расстрелов на немецкую сторону. Правда, Катынский эпизод в сам приговор Нюрнбергского трибунала не вошел, но он присутствует в обвинительном заключении трибунала.

И вот эта версия катынского расстрела была в СССР официальной вплоть до 1990 года, когда Горбачев взял, да и признал ответственность НКВД за содеянное. И уже эта версия катынских событий стала с тех пор в современной России официальной. Расследование, проведенное в 2004 году по катынскому делу Главной военной прокуратурой РФ, подтвердило вынесение «тройкой НКВД» смертных приговоров 14 542 польским военнопленным и достоверно установила смерть 1803 человек и личность 22 из них. Россия продолжает каяться за Катынь и передает Польше все новые рассекреченные документы по этим событиям.

Правда, «документы» эти, как выяснилось недавно, очень даже могут оказаться поддельными. Покойный депутат Госдумы Виктор Иванович Илюхин, занимавшийся вплотную восстановлением правды в «катынском деле» (за что, вполне возможно, и поплатился жизнью), рассказывал KM.RU, как к нему обратился «неназванный источник» (впрочем, как уточнял Виктор Иванович, для него этот источник – не только «названный», но и вызывающий доверие), лично участвовавший в фальсификации государственных архивных данных. Илюхин представил КМ TV переданные ему источником чистые бланки документов, соответствующие концу 1930-х – началу 1940-х гг. Источник прямо заявил, что им и группой других лиц проводилась фальсификация документов, посвященных сталинскому периоду истории, причем именно на таких бланках.

«Я могу сказать, что это – абсолютно настоящие бланки, – заявил Илюхин, – в т. ч. и те, которые использовало 9-е Управление НКВД/НКГБ в то время». Даже соответствующие печатные машинки того времени, которые использовались в центральных партийных учреждениях и органах госбезопасности, были предоставлены в этой группе.

Виктор Илюхин также представил несколько образцов оттисков штампов и печатей типа «Засекречено», «Особая папка», «Хранить вечно» и т. д. Эксперты подтвердили Илюхину, что штампы и печати, которыми произведены эти оттиски, были изготовлены в период после 1970-х гг. «До конца 1970-х гг. такой методики изготовления этих поддельных штампов и печатей мир не знал, и наша криминалистическая наука тоже не знала», – отметил Илюхин. По его оценке, возможность производить такие оттиски появилась только на рубеже 1970-80-х гг. «Это – тоже советский период, но уже совсем другой, и они изготавливались, как пояснил тот незнакомец, в конце 1980-х – начале 1990-х гг., когда страной правил уже Борис Ельцин», – отмечал Илюхин.

Из заключений экспертов следовало, что при изготовлении документов по «катынскому делу» использовались различные штампы, клише и т. д. Впрочем, по оценке Илюхина, далеко не все штампы и печати были поддельные, были и подлинные, которые «достались, как говорится, по наследству тогда, когда в августе 1991 года штурмовали и вошли в здание ЦК, и там очень много нашли. И клише, и штампы были; надо сказать, что много нашли и документов. Документы, которые не подшитые, но лежали в папках; все это было разбросано в беспорядочном состоянии. Наш источник заявил, что потом все это приводилось в соответствие для того, чтобы потом, вместе с подлинными документами, вложить в дело и фальшивые документы».

Таково, вкратце, нынешнее состояние «катынского дела». Поляки требуют все новых и новых «документальных» подтверждений вины тогдашнего советского руководства в катынском «преступлении». Ну а руководство России идет навстречу этим пожеланиям, рассекречивая все новые и новые архивные документы. Которые, как выясняются, являются фальшивками.

В свете всего этого встают по крайней мере два принципиальных вопроса.

Первый касается непосредственно Катыни и российско-польских отношений. Почему голос тех, кто (очень аргументировано, между прочим) разоблачает нынешнюю официальную версию, не принимается руководством России во внимание? Почему бы не провести объективное расследование всех выявленных в связи с расследованием катынского дела обстоятельств? Тем более что признание Россией как правопреемницей СССР ответственности за Катынь грозит нам астрономическими финансовыми исками.

Ну а вторая проблема важна еще больше. Ведь если при проведении объективного расследования подтвердится, что государственные архивы (хотя бы их малейшая часть) подделаны, то это ставит крест на легитимности нынешней власти России. Выходит, она встала у руля страны в начале 1990-х с помощью подлога. Как тогда можно ей доверять?

Как видим, для снятия этих вопросов требуется провести ОБЪЕКТИВНОЕ расследование материалов по катынскому делу. Но такое расследование нынешняя российская власть проводить не намерена.

http://vkontakte.ru/note3714894_11179528


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Катынь: доказательств виновности немцев все больше
СообщениеДобавлено: Сб апр 21, 2012 10:42 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672
Европейский суд по правам человека признал катынский расстрел несоветским
15.04.2012

Россия не виновата в массовом расстреле солдат и офицеров польской армии в 1940 г. под Катынью. Такое решение принял Европейский суд по правам человека, сообщили источники в Страсбурге. Польская сторона почти полностью проиграла это дело, но и российским властям праздновать победу пока рано (тем более, что они праздновать и не собирались - а давно, примерно как Зюганов поздравлял Ельцина, заранее покаялись, ещё не дожидаясь окончания всех расследований). ЕСПЧ констатировал существенное нарушение Россией Европейской конвенции по защите прав человека в части обязанности сотрудничать с судом. Кроме того, по главным пунктам жалобы поляков решение принималось перевесом всего в один голос.

Это может привести к пересмотру дела Большой палатой ЕСПЧ. Таким образом, версия, в честь которой путин и Медведев уже успели встать на коленки - принося извинения всему миру за то, чего сталинский СССР не совершал, - полностью развалилась. Большой привет десталинизаторам и нашим национальным лидерам - они только себя самих опозорили этим коленопреклонением.

Официально свое постановление по делу «Яновец и другие против России» Малая палата ЕСПЧ объявит 16 апреля. Но резолютивная его часть уже принята. Семь судей палаты четырьмя голосами против трех решили, что в отношении двенадцати заявителей - родственников расстрелянных польских офицеров - российскими властями не нарушалось право на жизнь. Иными словами, Россия не несет ответственность за массовый расстрел.

Продолжая эту логику мы неминуемо придём по следу подлинных расстрельщиков - в нынешний Евросоюз, который держится на двух ногах, Франции и Германии. Верна оказалась версия, которую изначально отстаивал наш постоянный автор Юрий Мухин. Расстреливали нацисты, верёвка на руках расстрелянных была немецкая, пули - тоже. Понятно, что и на нацистов это убийство "вешать" ЕСПЧ не отважится, так и зависнет расследование в гуманитарном вакууме...

http://forum-msk.org/material/news/8778691.html


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Катынь: доказательств виновности немцев все больше
СообщениеДобавлено: Пт фев 08, 2013 11:53 am 
Не в сети

Зарегистрирован: Чт мар 20, 2008 1:25 pm
Сообщений: 191
Откуда: Солнечная система
Ложь о Катыни...

Автор: Александр Викторович 05.02.2013 21:54

Одной из любимых тем русофобов - "правдолюбцев" являются, как известно, "массовые расстрелы политзаключенных" в тюрьмах на территории Западной Украины. Порассуждать на эту тему представители либеральной общественности любят, но… постоянно испытывают проблемы с названием конкретных захоронений – следствий злодеяний "крававой гебни".
И вот – радость-то какая! – в 2011 г. возле Владимира-Волынского на территории городища «Валы» начинаются раскопки захоронения начала 40-х годов. Причем проводят их археологи-поляки по заказу польского Совета охраны памяти борьбы и мученичества.
Галичанская общественность в предвкушении - счас узнаем страшную правду! Однако – увы и ах! – когда отчет о раскопках 2011-2012 года был опубликован, то у западенцев просто челюсти отвисли.
Результаты польских раскопок оказались для свидомых и отечественных демократов холодным душем: оказалось, что массовые захоронения во Владимире-Волынском появились в результате деятельности нацистов. Установили это польские исследователи совершенно неопровержимо – по находкам в раскопках.
Дело в том, что найденные ими в могилах гильзы имеют очень специфическую маркировку, говорящую о том, что произведены они были в польском городе Скаржинско-Каменно, оказавшемся в 1939 году в немецкой части Польши – "генерал-губернаторстве". Ну и время производства на этих польско-немецких гильзах значилось вполне определенное – 1941 год…
Стало быть, "крававая гебня" такими патронами пользоваться не могла. Вопрос закрыт?
Не-а, не закрыт...
О самой своей интересной находке польские археологи предпочли особенно не распространяться – и понятно почему. А нашли они всего-ничего – два польских номерных полицейских жетона. Сама по себе находка была бы не ах… если бы не номера этих жетонов. Согласно данным польских архивов, один из них (№ 1441) принадлежал Юзефу Кулиговскому (Jozef Kuligowski), а другой (№ 1099) - Людвику Маловейскому (Ludwik Malowiejski).
А фишка в том, что оба эти пана в 1939 году попали в плен к Красной Армии и зимой 1939-1940 гг. содержались в Осташковском лагере для польских военнопленных в нынешней Тверской области.
А потом (если верить принятой со времен Горбачева версии «Катынского дела») их из этого лагеря в соответствии с «решением Политбюро от 5 марта 1940» отправили «в распоряжение УНКВД по Калининской области». Документы об их перевозке из Осташкова в Калинин, кстати, имеются.
А потом – опять же, по официальной версии – все было просто: всех без исключения «осташковских» поляков расстреляли в здании Калининского УНКВД, а трупы отвезли в село Медное, в окрестностях которого и закопали. Теперь там мемориал жертвам "сталинского преступления" – имеются в нем и соответствующие символические могильные плиты.
И вот теперь вся эта стройная геббельсовско-шляхетско-горбачевская версия полетела к чертям: будто бы "расстрелянные" весной 1940 года сотрудниками НКВД польские полицейские вдруг обнаружились в массовом захоронении лета 1941, появившемся в результате "работы" нацистских зондеркоманд.
Ну и чьими же после этого жертвами оказываются пан Кулиговский и пан Маловейский? Это вопрос риторический – поэтому поляки на этом вопросе заморачиваться и не стали…
Во всяком случае, сейчас уже определенно можно сказать, что фраза "отправить в распоряжение Калининского УНКВД" вовсе не является синонимом распоряжения "расстрелять". Кого-то бравые чекисты могли распорядиться отправить в лагерь, а кого-то – и в места прежней деятельности для расследования ее результатов. В общем, "символика" Катыни с фактами не стыкуется – и фактов таких становится все больше и больше…
Поэтому мы продолжаем, т.к. немцы сами признались, что расстреляли поляков в Катыни В только что увидевшей свет книге "Катынь. Ложь, ставшая историей" ее авторы, Елена Прудникова и Иван Чигирин, попытались беспристрастно, на основе документов разобраться в одной из самых сложных и запутанных историй прошлого века. И пришли к неутешительному, для тех, кто готов заставить Россию покаяться за это «преступление", заключению.
"Если читатель помнит первую часть (книги) – пишут, в частности, авторы, – то немцы без труда определяли звания расстрелянных. Как? А по знакам различия! И в отчете доктора Бутца, и в некоторых свидетельских показаниях упоминается о звездочках на погонах убитых. Но, согласно советскому положению о военнопленных 1931 года, ношение знаков различия им было запрещено. Так что погоны со звездочками никак не могли оказаться на мундирах пленных, расстрелянных НКВД в 1940 году. Носить в плену знаки различия было разрешено лишь новым Положением, принятым 1 июля 1941 года. Разрешалось оно и Женевской конвенцией".
Выходит, наши энкавэдэшники не могли расстреливать в 1940-м пленных поляков, увенчанных знаками воинского различия, которые были найдены вместе с останками убитых. Этого не могло быть попросту потому, что со всех военнопленных эти самые знаки отличия срывались. В наших лагерях для военнопленных не содержались пленные генералы, пленные офицеры или пленные рядовые: по своему статусу все они были просто пленными, без знаков отличий.
А это значит, что поляки со «звездочками» могли быть казнены энкавэдэшниками лишь после 1 июля 1941 года. Но они, как об этом заявила весной 1943 года геббельсовская пропаганда (версию которой с небольшими вариациями потом подхватили в Польше, а теперь с ней согласилось и руководство России), были расстреляны еще в 1940-м. Могло ли такое произойти? В советских военных лагерях – однозначно нет. А вот в немецких лагерях такое (казнь отмеченных знаками военного отличия пленных) было, можно сказать, нормой.
Известный публицист Анатолий Вассерман приводит в своем блоге примечательный документ из статьи Даниила Иванова "Повлияло ли неподписание СССР Женевской конвенции на участь советских военнопленных?":
"ЗАКЛЮЧЕНИЕ КОНСУЛЬТАНТА МАЛИЦКОГО ПО ПРОЕКТУ ПОСТАНОВЛЕНИЯ ЦИК И СНК СССР "ПОЛОЖЕНИЕ О ВОЕННОПЛЕННЫХ"
Москва, 27 марта 1931 г. 27 июля 1929 г.
Женевская конференция выработала конвенцию о содержании военнопленных. Правительство СССР ни в составлении этой конвенции, ни в ее ратификации участия не приняло. Взамен этой конвенции выработано настоящее Положение, проект которого был принят СНК Союза ССР от 19 марта с. г.
В основу проекта этого положения положены три мысли:
1) создать для военнопленных у нас режим, который не был бы хуже режима Женевской конвенции
2) издать, по возможности, краткий закон, не воспроизводящий деталей всех тех гарантий, которые дает Женевская конвенция, с тем, чтобы эти детали составили предмет исполнительных к закону инструкций
3) дать вопросу о военнопленных постановку, соответствующую советским принципам права (недопустимость льгот для офицеров, необязательное привлечение военнопленных к работам и т. д.).
Таким образом, это Положение основано в общем на тех же принципах, как и Женевская конвенция, как-то: воспрещение жестокого обращения с военнопленными, оскорблений и угроз, воспрещение применять меры принуждения для получения от них сведений военного характера, предоставление им гражданской правоспособности и распространение на них общих законов страны, воспрещение использовать их в зоне военных действий и т. д.
Однако в целях согласования этого Положения с общими принципами советского права в Положении введены следующие отличия от Женевской конвенции:
а) отсутствуют льготы для офицерского состава, с указанием на возможность содержания их отдельно от других военнопленных (ст. 3)
б) распространение на военнопленных гражданского, а не военного режима (ст. 8 и 9)
в) предоставление политических прав военнопленным, принадлежащим к рабочему классу или не эксплуатирующему чужого труда крестьянства, на общих основаниях с другими находящимися на территории СССР иностранцами (ст. 10)
г) предоставление [возможности] военнопленным одинаковой национальности по их желанию помещаться вместе
д) так называемые лагерные комитеты получают более широкую лагерную компетенцию, имея право беспрепятственно сноситься со всеми органами для представительства всех вообще интересов военнопленных, а не только ограничиваясь получением и распределением посылок, функциями кассы взаимопомощи (ст. 14)
е) воспрещение носить знаки различия и неуказание на правила об отдании чести (ст. 18)
ж) воспрещение денщичества (ст. 34)
з) назначение жалованья не только для офицеров, но для всех военнопленных (ст. 32)
и) привлечение военнопленных к работам лишь с их на то согласия (ст. 34) и с применением к ним общего законодательства об охране и условиях труда (ст. 36), а равно распространение на них заработанной платы в размере не ниже существующей в данной местности для соответствующей категории трудящихся и т. д.
Принимая во внимание, что данный законопроект устанавливает режим для содержания военнопленных не хуже, чем Женевская конвенция, что поэтому принцип взаимности может быть распространен без ущерба как для СССР, так и для отдельных военнопленных, что количество статей положения сведено к 45 вместо 97 в Женевской конвенции, что в Положении проведены принципы советского права, к принятию данного законопроекта возражений не усматривается".
Итак, резюмирует Анатолий Вассерман, выявлено еще одно опубликованное самими немцами вещественное доказательство невозможности датировки расстрела польских пленных 1940 годом. А поскольку в июле-августе 1941 года советские органы охраны правопорядка заведомо не располагали ни потребностью, ни технической возможностью уничтожения и захоронения тысяч польских пленных, в очередной раз подтверждено очевидное: польских пленных расстреляли сами немцы не ранее осени 1941 года.

Поэтому вспомним про, "документы", на основании которых, проталкивают геббельсовскую теорию, как выяснилось недавно, "документы" очень даже могут оказаться поддельными. Покойный депутат Госдумы Виктор Иванович Илюхин, занимавшийся вплотную восстановлением правды в «катынском деле», рассказывал, как к нему обратился "неназванный источник" (впрочем, как уточнял Виктор Иванович, для него этот источник – не только "названный", но и вызывающий доверие), лично участвовавший в фальсификации государственных архивных данных. Илюхин представил переданные ему источником чистые бланки документов, соответствующие концу 1930-х – началу 1940-х гг. Источник прямо заявил, что им и группой других лиц проводилась фальсификация документов, посвященных сталинскому периоду истории, причем именно на таких бланках.
"Я могу сказать, что это – абсолютно настоящие бланки, – заявил Илюхин, – в т. ч. и те, которые использовало 9-е Управление НКВД/НКГБ в то время". Даже соответствующие печатные машинки того времени, которые использовались в центральных партийных учреждениях и органах госбезопасности, были предоставлены в этой группе.
Виктор Илюхин также представил несколько образцов оттисков штампов и печатей типа "Засекречено", "Особая папка", "Хранить вечно" и т. д. Эксперты подтвердили Илюхину, что штампы и печати, которыми произведены эти оттиски, были изготовлены в период после 1970-х гг. "До конца 1970-х гг. такой методики изготовления этих поддельных штампов и печатей мир не знал, и наша криминалистическая наука тоже не знала", – отметил Илюхин. По его оценке, возможность производить такие оттиски появилась только на рубеже 1970-80-х гг. "Это – тоже советский период, но уже совсем другой, и они изготавливались, как пояснил тот незнакомец, в конце 1980-х – начале 1990-х гг., когда страной правил уже Борис Ельцин", – отмечал Илюхин.
Из заключений экспертов следовало, что при изготовлении документов по "катынскому делу" использовались различные штампы, клише и т. д. Впрочем, по оценке Илюхина, далеко не все штампы и печати были поддельные, были и подлинные, которые «достались, как говорится, по наследству тогда, когда в августе 1991 года штурмовали и вошли в здание ЦК, и там очень много нашли. И клише, и штампы были надо сказать, что много нашли и документов. Документы, которые не подшитые, но лежали в папках все это было разбросано в беспорядочном состоянии. Наш источник заявил, что потом все это приводилось в соответствие для того, чтобы потом, вместе с подлинными документами, вложить в дело и фальшивые документы".

А тем временем родственники поляков, расстрелянных в Катыни, начинают обращаться с исками против России в Европейский суд по правам человека. "Ситуация для суда в Страсбурге – лучше не придумаешь, – рассказывал до своей гибели Виктор Илюхин. – Как раз этот суд призван бороться с волокитой, проявляемой судебными властями. И подобная неразбериха в его глазах однозначно свидетельствует в пользу истцов. В принципе, с юридической точки зрения даже неважно, покаялись ли Путин с Медведевым перед поляками и в чем именно. Хотя сам факт признания высшими лицами государства своей ответственности тоже сыграет для судей определенную роль. Но тут очень важно, что родственники этих пропавших поляков подают иски даже не на приговоры, вынесенные советскими судебными органами, или на постановления прокуратур. Они вчиняют иски именно за причиненные им моральные страдания – как за репрессии в отношении их родственников, так и за путаницу и волокиту с расследованием их иска по репрессиям. И тут российские позиции очень уязвимы. Пока, правда, таких исков – единицы, но если ЕСПЧ будет их требования удовлетворять, то количество исков будет расти, как снежный ком. Я как-то уже говорил, что в Польше число причисляющих себя к родственникам «жертв Катыни» составило уже порядка полумиллиона. И в большинстве своем они были бы очень не против получить с России материальное удовлетворение своих «моральных страданий".
Таково, вкратце, нынешнее состояние "катынского дела". Поляки требуют все новых и новых "документальных" подтверждений вины тогдашнего советского руководства в катынском "преступлении". Ну а руководство России идет навстречу этим пожеланиям, рассекречивая все новые и новые архивные документы. Которые, как выясняются, являются фальшивками.

http://www.opentown.org/news/4799/?fm=28801


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Катынь: доказательств виновности немцев все больше
СообщениеДобавлено: Пн фев 25, 2013 9:06 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672
Европейский Суд признал документы по Катыни фальшивкой. Либералы молчат

18 июня 2012 г. Европейский суд принял сенсационное решении о том, что предоставленные при Горбачеве и Ельцине «документы», указывающие на то, что в расстреле десятков тысяч польских офицеров под Катынью повинен Сталин и советская сторона, оказались фальшивкой.

Молчит либеральная РС «Эхо Москвы», молчат «Грани», молчит «Новая газета». А ведь это топ-сенсация мирового уровня. И что теперь со всем эти делать?

Россия не несёт ответственности за массовый расстрел польских офицеров в Катыни – такое решение принял недавно Европейский суд по правам человека. Решение сенсационное: выходит, что последние 20 лет руководство нашей страны неустанно каялось в преступлении, которое в 40-е годы совершил кто-то другой. Выходит, что документы о катынском расстреле, которые появились в конце 80-х из рукава члена Политбюро ЦК КПСС Александра Яковлева, не более чем фальшивка – суд даже не принял их к рассмотрению.

Кому-то в окружении президента СССР Михаила Горбачёва нужно было скомпрометировать отечественную историю и лично Иосифа Сталина накануне распада СССР. Может быть, именно по этой причине решение суда, сформулированное совершенно однозначно, в России пытаются трактовать двояко – мол, убийц-то в итоге так и не установили, а вдруг это всё-таки Сталин?..

Вначале несколько слов о том, кто и из-за чего, собственно, судился. В 2007 и 2009 году в Страсбург обратились с жалобами родственники польских офицеров, расстрелянных в Катыни якобы по приказу Сталина. Жаловались они на то, что наша страна в 2004 году прекратила расследование обстоятельств катынского расстрела на основании пункта 4 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса РФ (за смертью виновных).

…архивные документы, касающиеся катынского расстрела, требуют немедленной ревизии на предмет их возможной фальсификации… Считалось, что массовые казни польских граждан, большинство из которых были пленными офицерами польской армии, совершали с санкции высшего руководства СССР сотрудники НКВД. Если верить архивам, всего в лесах под Смоленском расстались с жизнью 21 857 пленных поляков.

Естественно, ЕСПЧ принял жалобы к рассмотрению: появилось на свет дело «Яновец и другие против России». И вот тут-то и начались нестыковки. Дело в том, что европейские судьи привыкли верить не столько громким публичным обвинениям, сколько документам. И расхожий тезис о том, что-де Сталин – палач, санкционировавший массовые казни, требовал документального подтверждения. А подтверждения не находилось: представленные польской стороной свидетельства не несли прямых доказательств того, что поляков расстреливали русские. А со свидетельствами российской стороны и того хуже – наши архивные документы после недолгих проверок судьи стали попросту игнорировать. Громких заключений на сей счёт они себе не позволяли – реноме как-никак, – но и к делу такие документы подшивать не спешили. Уж не потому ли, что фальшивки, всплывшие из небытия в конце 80-х, в состоянии убедить только нас с вами, но никак не европейских судей?
https://www.facebook.com/groups/427824997251341/perma..


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Катынь: доказательств виновности немцев все больше
СообщениеДобавлено: Чт май 23, 2013 7:21 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 8672
Ещё раз о катынской лжи

Александр ДРАБКИН. Политический обозреватель «Правды».

Европейский суд по правам человека принял сенсационное решение, из которого следует, что предоставленные мировой общественности при Горбачёве и Ельцине «документы» о расстреле сотрудниками НКВД под Катынью десятков тысяч польских офицеров оказались фальшивкой.

В редакцию пришло письмо…

В «Правду» обратились два наших давних читателя, которые выписывают газету с 2000 года. Представились они скупо: И.А. Январёв — член КПСС с 1953 года и А.П. Кудряшов — член КПСС с 1983 года. Оба живут в городе Сердобске Пензенской области.

Скромное это письмо повествует о делах сенсационных. Малая палата Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) обнародовала решение по делу «Янович и другие против России», в котором истцы обжаловали проведённые СССР (Россией) в 1990—2004 годах расследования Катынского дела о массовом расстреле польских офицеров в 1940 году в Катыни, Медном и Пятихатках. Иски были поданы в ноябре 2007-го и в мае 2009 года. Семеро судей провели слушания по делу. Россию на процессе представлял судья Анатолий Ковлер.

ЕСПЧ пришёл к выводу, что массовый расстрел польских военнопленных можно определить как военное преступление. Однако судом не было обнаружено новых доказательств, которые могли бы обязать российские власти возобновить расследование. В связи с этим представитель истцов в ЕСПЧ адвокат Анна Ставицкая заявила: «Решение было принято с перевесом всего в один голос, почти все судьи написали особые мнения, дело действительно было очень сложным, поэтому не исключено, что мы будем добиваться его рассмотрения Большой палатой суда, чтобы получить более чёткий ответ на вопрос о возможности проведения расследования». Госпожа Ставицкая считает, что суд ударился «в теоретические рассуждения», не сказав, «является ли жалоба истцов приемлемой или нет». Не было признано право на возобновление расследования.

Адвокат Ставицкая — человек известный в правозащитных кругах. Так что, возможно, ещё будут предприняты юридические попытки погрузить заинтересованных лиц в пучину новой судебной тяжбы. Но пока что ситуация очевидна: ЕСПЧ не удовлетворил иски против России. Новое расследование не назначено.

Наши же читатели, с письма которых я начал эти заметки, смотрят на проблему под другим углом. По их мнению, Европейский суд, рассмотрев и скрупулёзно изучив полученные из Польши материалы по факту расстрела польских офицеров под Катынью, признал эти материалы фальсифицированными. Из этого вытекает, как полагают наши читатели, что расстрел польских офицеров произведён фашистской Германией. В трагедии под Смоленском Европейский суд поставил окончательную точку. Пророческие заявления по Катыни, сделанные В.И. Илюхиным, подтвердились. Дальше товарищи И.А. Январёв и А.П. Кудряшов подчёркивают: «Нам стало известно о вердикте Европейского суда из интернетовской публикации «Европейский суд по Катыни». Считаем необходимым столь важную информацию опубликовать в газете «Правда».

С мнением читателей нельзя не согласиться: публиковать нужно. Тем более что крупные средства массовой информации (в том числе и симпатизирующие «борцам за права человека») помалкивают. Возможно, потому, что ЕСПЧ, который, мягко говоря, отнюдь не часто благоволит России, в данном случае отклонил обвинения, выдвинутые против нашей страны.

Кто и за что судился

Солидные СМИ предпочитают не замечать решение Европейского суда, чего нельзя сказать об Интернете. Форумы переполнены оценками и рассуждениями. Некоторые из них весьма радикальны.

Форумляне оценивают юридическую корректность ЕСПЧ весьма определённо. Пишут, например, что СССР — Россия не несёт ответственности за массовый расстрел польских офицеров в Катыни — именно так следует понимать решение Европейского суда по правам человека. Решение ЕСПЧ сенсационное: выходит, что более 20 лет руководство СССР и РФ неустанно каялось в преступлении, которое совершил в 40-е годы кто-то другой. Получается, что документы о катынском расстреле, появившиеся в конце 80-х годов «из рукава» члена Политбюро ЦК КПСС Александра Яковлева, не более чем фальшивка: суд даже не принял их к рассмотрению. Кому-то в окружении президента СССР Михаила Горбачёва нужно было скомпрометировать отечественную историю и лично Иосифа Сталина накануне страшного удара по Советскому Союзу, удара, который и привёл к его разрушению. Может быть, именно по этой причине решение суда, сформулированное, по мнению интернетовского автора, «совершенно однозначно», в России некоторые люди пытаются трактовать двояко: мол, убийц-то в итоге так и не установили, а вдруг это всё-таки Сталин?..

Тут нужно напомнить, кто и из-за чего, собственно, судился. В Страсбург обратились с жалобами родственники польских офицеров, расстрелянных в Катыни. Жаловались они на то, что Россия в 2004 году прекратила расследование обстоятельств катынской трагедии на основании пункта 4 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса РФ (за смертью виновных).

Массовые казни польских граждан, большинство из которых были пленными офицерами польской армии, совершались якобы с санкции высшего руководства СССР сотрудниками НКВД. Если верить архивам, всего в лесах под Смоленском лишились жизни 21857 пленных поляков.

ЕСПЧ принял жалобы к рассмотрению. Появилось на свет дело «Яновец и другие против России». Но начались нестыковки: европейские суды привыкли верить не столько громким публичным обвинениям, сколько документам. Естественно, тезис о том, что Сталин — палач, санкционировавший массовые казни, требовал документального подтверждения. А подтверждения не находилось: представленные польской стороной свидетельства не содержали прямых доказательств того, что поляков расстреливали русские. Со свидетельствами российской стороны дело обстояло и того хуже — архивные документы, поступившие из Москвы, после недолгих проверок судьи стали попросту игнорировать. Громких заявлений на сей счёт они себе не позволяли — берегли, видимо, реноме суда. Но к делу московские документы подшивать не спешили. Не потому ли, вопрошает форумлянин, что в России ими кого-то, очевидно, ещё можно убедить, но никак не европейских судей?

В итоге Малая палата ЕСПЧ в результативной части постановления по делу «Яновец и другие против России» четырьмя голосами против трёх решила, что в отношении заявителей — родственников расстрелянных польских офицеров — представителями СССР не нарушалось право на жизнь. Отсюда основной вывод такой: СССР — Россия не несёт ответственности за массовые расстрелы в Катыни.

Для России этот вывод означает, в частности, следующее: материальные компенсации, о которых мечтали потомки расстрелянных и которые, если верить их адвокатам, могли составить значительную сумму в 2 миллиарда долларов, выплачивать полякам должна уж точно не российская сторона. Говорят, вчинить иск к России собиралась и Польша (как государство). Тут речь шла и вовсе об астрономической сумме — 100 миллиардов долларов. Теперь всем этим намерениям пришёл конец. Суд обязал Россию компенсировать заявителям понесённые ими судебные издержки в сумме 6500 евро.

Из основного вывода следуют и другие. В частности: московские архивные документы, касающиеся катынского расстрела, требуют немедленной ревизии на предмет их возможной фальсификации. А отечественная история, сочинённая в начале 1990-х годов, должна быть переписана начисто.

Полезно было бы установить в судебном порядке и выставить на всеобщее обозрение виновных в этой масштабной фальсификации.

ЕСПЧ также определил, что расстрел поляков — военное преступление. С этим уже давно никто не спорит. Военными преступлениями эти события в разное время признавали не только американские конгрессмены и беглые поляки в Лондоне, но и такие антиподы, как Гитлер и Сталин. Трупы-то налицо. Вопрос лишь в том, кто убивал.

Однозначно не смог определиться и Европейский суд — судьям, по их мнению, не хватило документальных подтверждений. Хотя на изучение всяких исторических бумаг и архивных документов они потратили не один год.

До 1990 года мировое общественное мнение полагало, что поляков расстреляли немцы. После 1990 года с подачи Михаила Горбачёва и Александра Яковлева стали говорить о том, что виновны советские руководители. Сейчас ЕСПЧ отказал родственникам погибших в возобновлении расследования.

Фальшивки

Ещё во времена ГДР немецкие коллеги-журналисты показали мне удивительный документальный фильм. Сделали его геббельсовские спецы по кинопропаганде. Лента повествовала об «обнаружении» под Смоленском массового захоронения польских военнопленных. Крупным планом демонстрировали польского ксёндза, которого сопровождали немецкие офицеры — священнослужителя специально привезли из оккупированной Варшавы, чтобы он освятил тела «злодейски убиенных большевиками польских воинов». Уже это выглядело странно — в фашистском рейхе, как известно, польских католиков не жаловали. А тут — почёт, военный эскорт!

В ГДР журналисты при просмотре плёнки углядели и вовсе удивительные детали. Так, по их оценке, шинели на немцах, сопровождающих польского священника, были армейские. Но когда они распахивались, там явственно были видны чёрные эсэсовские мундиры. Похоже, палачей из СС специально переодели наспех для киносъёмки.

Мои коллеги были абсолютно уверены, что на плёнке инсценировка — при просмотре они обнаружили немало деталей, подтверждающих эту точку зрения. В частности, фашисты точно знали где и что следует искать, будто сами же и спрятали трупы.

Так был дан старт фашистской пропагандистской кампании, имеющей своей целью дискредитацию Советского руководства, якобы несущего ответственность за расстрел тысяч польских военнопленных.

Сегодня, обсуждая решение ЕСПЧ, форумляне много пишут о геббельсовской лжи, оживлённой в СССР. Подчёркивается, что Горбачёв получил докладную записку одного из высокопоставленных деятелей ЦК КПСС, в которой речь шла об архивных документах, якобы недавно обнаруженных. Эти бумаги якобы подтверждали связь между отправкой поляков из лагерей весной 1940 года и расстрелом под Смоленском. Автор докладной записки предупредил Горбачёва о своих сомнениях в происхождении архивных страниц. Но Горбачёв на это не обратил внимания. С его благословения весть об «истинных виновниках» трагедии — советском руководстве — разлетелась по миру. Это было ревизией решений Нюрнбергского трибунала, установившего виновность немецких фашистов.

Кое-кто пытался спорить с таким поворотом дела. Говорили, что поляков убили из оружия немецкого производства — это легко устанавливалось при изучении пуль и гильз. Жертв расстреливали в том числе и из крупнокалиберных пулемётов — расстрельные команды НКВД использовали только револьверы и пистолеты. Немцы, составившие в 1943 году первые документы о катынских казнях, указывали, что убитых они идентифицировали по знакам различия польской армии. Советское «Положение о военнопленных», действовавшее в 1931—1941 годах, устанавливало, что пленные не могут носить знаков различия.

Есть и другие нестыковки. Историки утверждают, что польским военнопленным было вынесено 14542 смертных приговора. Называлась и цифра 21857 убитых. Но достоверно установить гибель удалось 1803 человек. Куда делись остальные приговорённые?

На форумах фигурируют и другие впечатляющие факты. Среди пленных поляков были молодые военнослужащие Армии Крайовой Войцех Ярузельский и Менахем Бегин. Спустя десятилетия они стали большими политическими фигурами: первый — польским лидером, второй — премьером Израиля. Ни тот, ни другой ни разу и словом не обмолвились о причастности советского НКВД к расстрелу в Катыни. Более того, Бегин, который отнюдь не был другом СССР, утверждал, что поляков под Смоленском казнили гестаповцы.

Форумляне напоминают, что в 2010 году депутату Госдумы РФ Виктору Илюхину стало известно, как готовилась фальсификация «письма Берии № 794Б» в Политбюро ЦК ВКП(б) от марта 1940 года, в котором предлагалось расстрелять более 20 тысяч польских военнопленных. Илюхин утверждал, что в начале 1990-х годов была создана «группа Яковлева» (того самого А.Н. Яковлева, которого называли «архитектором перестройки»). Эта группа работала в структуре безопасности Бориса Ельцина в посёлке Нагорное Московской области (до 1996 года), а потом была перебазирована в населённый пункт Заречье. Именно оттуда в российские архивы были вброшены сотни фальшивых исторических документов, во многие исторические свидетельства были внесены искажённые сведения, подделаны подписи. Илюхин потребовал начать масштабную работу по проверке архивных материалов и выявлению фактов дискредитации советского периода нашей истории.

Польская карта

Некоторые интернет-авторы обратили внимание на то, что они считают «английским следом». Утверждается: британская разведка имела достоверные данные о подготовке немцами крупной акции по дискредитации руководства СССР, в рамках которой и был произведён расстрел польских офицеров под Смоленском. После «обнаружения» захоронения пропагандистская машина третьего рейха во всех грехах обвинила руководство Советского Союза. Операцией руководил лично доктор Геббельс. Вопросы безопасности при проведении акции непосредственно курировал рейхсфюрер Гиммлер. Англичане будто бы всё точно знали, но не спешили разоблачать фашистскую игру, в которой Польша была лишь игральной картой.

И на то у Лондона были весомые причины. В польском движении Сопротивления соперничали две главные силы: Армия Крайова (АК) и Армия Людова (АЛ). АК, стоящая на антикоммунистических позициях после поражения 1939 года, ориентировалась на буржуазное эмигрантское польское правительство, разместившееся в Лондоне. АЛ ориентировалась на СССР. В Англии, видимо, сочли, что немецкая пропаганда, обвиняющая Москву в катынских убийствах, ослабит популярную в народе Армию Людову и усилит позиции её оппонентов, что могло быть выгодно Лондону.

Подтвердить или опровергнуть эту версию невозможно — английская разведка справок не даёт. Но вероятность такого использования польской карты в большой игре существует.

http://gazeta-pravda.ru/content/view/14591/34/


Вернуться наверх
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Сортировать по:  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 23 ] 

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 7


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
cron
Powered by phpBB © 2000, 2002, 2005, 2007 phpBB Group
Русская поддержка phpBB