Высокие статистические технологии

Форум сайта семьи Орловых

Текущее время: Пн дек 18, 2017 11:17 pm

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 64 ]  На страницу Пред.  1, 2
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Re: Полные тексты выпусков еженедельника "Эконометрика"
СообщениеДобавлено: Вс июл 09, 2017 1:57 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 7394
Электронный еженедельник «Эконометрика» No.859 от 10 июля 2017 г.

Уважаемые подписчики!

Каким видится возрождение нашей экономики? - спрашивает доктор экономических наук С.А. Кимельман. И дает анализ стратегий.
Интересно взятое из Интернета рассуждение "Общество и алкоголь".



Каким видится возрождение нашей экономики. Анализ стратегий

С.А. Кимельман, доктор экономических наук

Вот уже два года экономика России деградирует и находится в коматозном состоянии. Обнищание населения усиливается. Несколько затормозились, но неуклонно падают доходы населения, при этом богатые еще больше богатеют, а бедные беднеют до нищеты. Основные жизненно важные параметры экономики продолжают свое падение.
На этом фоне Кремль и власти делают вид, что ничего особенного не происходит. В этом году даже отказались принимать антикризисный план. А зачем? Если, по их мнению, мы достигли устойчивого дна, жизнь налаживается и мы теперь медленно, но верно начинаем расти, а ВВП в 2016 г. подрастет на 1%, конечно, мало, но зато в 2017 г. рост ВВП будет 4%, инфляция снизится до 4%. А дальше – в 2018 г., начнем жить достойно. Вот такая властная маниловщина.
В программе «Умницы и умники» 11.06.2016 г. телеведущий – профессор МГИМО Юрий Вяземский выразил основную линию действующей власти: никакого кризиса в России нет. Просто мы так живем!

Странная позиция и бездействие властей обескураживают

Стагнацию экономики последние два года власти объясняют в основном внешними причинами: санкциями, мировым финансовым кризисом, падением мировой цены на баррель нефти, кризисом на Украине, ее требованиями к снижению цен на газ и т.д. Среди внутренних причин, как правило, доминируют экспортная ориентация нашей экономики, торговля минеральным сырьем, а не продуктами его глубокого передела. Ухудшают общую ситуацию принимаемые властями контрсанкции.
Во всех СМИ много разглагольствуют о недостатках действующей в России модели экономики, сваливают все недостатки на гайдаро-ельцинских либералов, обещают покончить с либерализмом, возлагают надежды на «невидимую костлявую руку рынка», которая расставит всё на свои места.
Меня больше всего удивляет и обескураживает то, что при всей этой говорильне власти бездействуют и пустили экономику на самотек, точь-в-точь, как по моей любимой «бессмысленной» поговорке:
«По реке идет утюг из города Чугуева, ну и пусть себе плывет, железяка медная».
Закрадывается мысль, что власти это делают преднамеренно, что Кремль преднамеренно не проводил два года заседание Экономического совета при президенте, что преднамеренно была организована шумиха вокруг заседания этого Совета 25.05.2016 г., что преднамеренно в его состав был введен А. Кудрин, что преднамеренно обволокли этот Совет пеленой таинственности.
Создается впечатление, что Кремль и власти вполне устраивает фактическая ситуация в экономике, ее ползание по дну...
Закончилось это таинственное экономическое сборище тем, что президент объявил о создании трех рабочих групп под председательством А. Кудрина, Б. Титова и С. Глазьева, которым поручено в течение полугода составить план действий по выходу из кризиса, после чего их обсудят на Экспертном совете при президенте, запустят на всенародное обсуждение и к началу 2018 г. (аккурат перед президентскими выборами) будет принято некое компромиссное решение. Что поделаешь, товарищи? Придется ждать еще два года. А пока...

Кризис обрастает новыми фактами

Я выбрал из СМИ несколько интересных фактов, показывающих стагнацию экономики в 2016 г.
1. План Путина по триумфальному возвращению на рынок капитала потерпел фиаско, пишет немецкая газета Die Welt (2.06.2016 г.).
«Москва вообще-то уже приноровилась в диалоге с Западом подавать неприглядные события внутри страны как успешные. Однако на сей раз Кремлю вряд ли будет по силам завуалировать провальное выступление на мировом финансовом рынке».
Впервые после введения антироссийских санкций Москва на прошлой неделе выпустила долларовые облигации. Путин планировал показать всему миру, что Россия продолжает оставаться мировой державой и на финансовых рынках, а заодно обеспечить бюджету необходимые миллиарды. Однако стало ясно, что западные и азиатские банки в размещении участвовать не будут, говорится в статье.
«Это стало унижением для России на рынках. Для того чтобы найти достаточное количество инвесторов, ВТБ Капитал (организатор размещения) был вынужден не только предложить более высокий процент, но и продлить срок размещения на сутки. Если изначально планировалось заработать 3 млрд долларов, то затем объем был скорректирован до 1,75 млрд. И когда размещение наконец произошло, биржи не продемонстрировали никакого интереса», – сообщает газета.
На этом фоне Москве ничего не остается, как маскировать провал на финансовых рынках. Объем книги заявок составил якобы более 7 млрд долларов. Более 70% выпуска было выкуплено иностранными инвесторами, львиная доля которых находится в Лондоне. Однозначный знак доверия, на взгляд Кремля.
Однако российский Минфин не смог назвать конкретных имен, и ни один известный западный инвестор не подтвердил своего участия, и Москва стремительно сменила тактику. Руководитель Российского финансового агентства Константин Вышковский внезапно обвинил Запад, и в частности Вашингтон, в целенаправленном срыве выпуска облигаций.
«Москва хотела превратить выпуск займов в большое PR-шоу и показать Западу, что санкции малоэффективны», – считает Тим Эш, стратег компании Nomura.
2. Авиакомпании из России на 21% сократили перевозки на международных рейсах.
3. Интер РАО (крупнейшая электроэнергетическая компания-монополист России) более чем вдвое сократила чистую прибыль в I квартале 2016 г.
4. Доля малого и среднего бизнеса России, готового вкладываться в расширение бизнеса, сократилась за год вдвое – до 12,7 процента компаний.
5. Расходы госкорпорации «Роснано» по половине завершенных проектов превысили доходы на 13,1 млрд рублей.
6. В России произошел рекордный за 9 месяцев отток иностранных инвестиций. Иностранные инвесторы вывели за неделю $196 млн с российского рынка акций. Это рекордный показатель с августа 2015 г.
7. Суммарный объем госдолга субъектов РФ превысил 2,35 трлн рублей. При этом крупнейшей составляющей госдолга являются бюджетные, а не коммерческие кредиты.
8. На Дону более 2 тыс. горняков остались без денег и работы. Шахтеры намерены проводить акции протеста, пока им не выплатят долги по зарплате.
9. Иностранные турфирмы отказались заводить круизные лайнеры в Сочи. Последний лайнер, который заходил в порт курорта и брал здесь на борт путешественников, перенаправлен в Карибское море.
10. Российский экспорт упал за первый квартал на 33%, импорт в Россию за тот же период сократился на 15,6%.
11. Реальные доходы россиян упали в апреле более чем на 7%.
12. 89% россиян экономят на самом необходимом.
13. Убытки АвтоВАЗа в первом квартале этого года по сравнению с прошлым выросли в 47 раз.
14. Торговля внутри Евразийского союза рухнула на 26%.
15. Пенсионный фонд РФ впервые задержал перечисление средств софинансирования в НПФ. Не смогли найти 3 млрд рублей, ради чего из ФНБ (Фонда национального благосостояния) продали валюту на 6,79 млрд рублей.
16. Брянская область под руководством губернатора Александра Богомаза задолжала Газпрому 5 млрд рублей. Представители газовой монополии говорят, что «сумма предельная». Регион может остаться без газа.
17. Дыра в бюджете РФ растет со скоростью 1,5 трлн рублей в месяц (595 млрд в апреле). Иначе говоря, каждый третий рубль расходов (37%) в апреле не был обеспечен налоговыми поступлениями, как и месяц назад.
18. Количество субсидируемых авиарейсов в Сибири сократилось почти вдвое. После решения Росавиации урезать программу поддержки межрегиональных авиаперевозок в Сибири осталось 28 вместо 46 субсидируемых маршрутов.
19. Председатель Счетной палаты РФ Татьяна Голикова: «Российские банки потеряли 75% выделенных государством денег».
20. Доходы членов правления Газпрома за первый квартал 2016 г. увеличились вдвое. Они составили 1,142 млрд рублей, в то время как в прошлом году за этот же период – 558 млн рублей.
***
Это малая толика из СМИ, которую я выбрал по своему усмотрению. Читатели газеты наверняка могут многократно дополнить этот перечень.

Мнимая таинственность

Разрабатываемые три программы развития (развития ли?) экономики России неоднократно публиковались. Они не являются какой-либо тайной.
Программа Кудрина–Грефа представляет собой предложения сообщества «Гражданская инициатива» (председатель Кудрин), в которую входят бывшие представители власти, недовольные своей отставкой и мечтающие снова прорваться во власть. Греф недоволен системой управления нашей страной и предлагает меры по повышению ее эффективности и еще большей ее централизации. Широко обсуждается вопрос о снижении в бюджете внешних издержек и расходов на оборону при одновременном увеличении всевозможных фондов резервирования, то есть плюшкинская стратегия: тратить меньше – копить больше...
Омбудсмен по жалобам предпринимателей Борис Титов возглавил недавно созданный Столыпинский клуб, в котором собрались придворные ученые, банкиры, бизнесмены и воинствующая элита нашего общества.
Для меня образ царского реформатора столетней давности Столыпина ассоциируется с виселицами, со «столыпинскими галстуками», с преступлениями.
Для нашей действующей власти Столыпин – это некий символ самодержавия, успешный реформатор «крестьянства» и один из главных отцов буржуазной революции 1917 г., это символ гордости современной власти. И наряду с этим – это камень в огород большевиков-ленинцев, которые свергли самодержавие и, по недавнему заявлению президента, подложили бомбу под современную Россию. И которые 70 лет гнобили, мол, мощную Российскую империю и довели ее до пустых прилавков.
15 июня 2016 г. Столыпинский клуб представил программу «Экономика роста». Суть программы – переход от экономики сырьевой к конкурентной, а для этого нужна смена экономической политики – переход к политике активного стимулирования инвестиций, развития рынка, промышленности, сельского хозяйства, инновационной сферы.
Борис Титов говорит:
«Мы предлагаем провести реформы по десяти основным направлениям, включая налоги, тарифы, судебную систему, реформирование контрольно-надзорной деятельности, внешнюю экономическую политику, которая подразумевает максимальную открытость и перезагрузку отношений с Западом. По большинству – девяти направлениям – мы очень близки к пониманию с нашими основными оппонентами, условно ее можно назвать командой Кудрина.
Но одна часть нашей программы вызывает серьезные разногласия. Так вот, камень преткновения – денежно-кредитная политика. Они предлагают продолжение все той же жесткой финансовой политики, политики макроэкономической стабилизации… А мы говорим о росте, о движении вперед, о запуске инвестиционного процесса, о кредитовании реального сектора экономики…»
Далее следует перечень новых источников роста:
– малый и средний бизнес, выход бизнеса из тени, развитие предпринимательской активности и конкуренции;
– диверсификация 1-го типа, то есть увеличения глубины переработки природных ресурсов;
– диверсификация 2-го типа, то есть новая индустриализация;
– развитие АПК и пищевой промышленности;
– жилищное строительство, ЖКХ и развитие инфраструктуры.
Вроде все слова правильные, но за ними – пустота, никакой конкретики. Так я и не понял, когда начнется рост и за счет чего.
Программа советника президента, академика РАН С. Глазьева многократно озвучивалась им, публиковалась. Конек программы – это критика действий Центробанка и конкретно Э. Набиуллиной. Нужно включить печатный станок, увеличивать денежную массу, что совпадает с «Экономикой роста» Столыпинского клуба. Разница в том, куда и как вкладывать деньги. Глазьев предлагает зафиксировать (заморозить) курс национальной валюты на сегодняшнем уровне 60–70 рублей за один доллар. По мне – так это заморозить уровень наших нищенских (по сравнению с Европой) доходов. Глазьев – эпатажный ученый, считающий, что можно буквально за пару лет выйти на рост ВВП на уровне 7–10%, снизить инфляцию чуть ли не до 0%.
Негласно существует (но, главное, она действует!) четвертая программа – это программа Кремля, осуществляемая правительством и озвучиваемая министром экономразвития А. Улюкаевым, которому иногда перечит министр финансов А. Силуанов, в том смысле что денег в бюджете мало, не на всё и не на всех хватает, что есть защищенные статьи бюджета, а это ВПК, оборона, армия, полиция, нацгвардия, МЧС, ликвидация внешних угроз и т.д. и т.п.

***
Когда я читал и анализировал программы развития нашей страны, то постоянно ловил себя на мысли: зачем я впустую трачу столько времени? Я пытался найти некую научную основу каждой программы, но убедился, что ни в одной программе экономической науки нет, ею не пахнет, экономической мысли тоже нет.
Нет главного, а именно идеи, концепции и краткого содержания программы, что мы строим, что хотим построить, к чему надо стремиться, каким станет наше гражданское общество (таким же безропотным и безликим, как сегодня?), превратится ли народ в настоящий и единственный источник власти.

***
Попытки найти идейные установки в программах и программных документах оппозиционных партий (как левых, так и правых) также ни к чему не привели, разве что только в 10 шагах КПРФ и в статье Г. Зюганова «Идеология предательства» («Советская Россия», 9.06.2016).
Все 10 шагов программы КПРФ, конечно, правильные. Но к ним надо приделать ноги. Констатация и перечень шагов (размаха шаги саженьи!) это далеко не программа действий, это всего лишь констатация отдельных намерений.

Первооснова экономики – это ее идеология

В любой стратегии и программе роста и развития экономики нужно однозначно (без обиняков) определиться с ее идеологией, с политической системой власти и общества, с четко сформулированными целями и научным обоснованием методологии, методики и практически осуществимых механизмов достижения этих целей.
Во всех рассмотренных выше стратегиях развития, получивших напутствие Кремля, четко просматривается:
ОДНА идеология (идеологическая установка) – сохранение во что бы то ни стало действующего политико-экономического строя, подавление любого инакомыслия, усиление пропаганды, что Россия окружена врагами, что наше общество находится в осажденной крепости, что нельзя допустить развязывание новой войны.
Одна основная целевая установка и один основной механизм – ничего кардинально не изменять, оставить все как есть, допуская какие-то косметические заплатки, ожидать, что глобальные мировые тенденции изменятся к лучшему (например, увеличатся цены на нефть и газ), но при этом неустанно твердить, что государство все свои социальные обязательства будет неукоснительно выполнять, что мы начинаем, хотя пока медленно, отрываться от дна, на которое нас провалило недружелюбное мировое сообщество в лице Америки, НАТО и Европы.
Все программы объединяет старый советский лозунг «экономика должна быть экономной», но наши придворные экономисты, политики и ученые дополнили этот лозунг:
правосудие должно быть правосудным,
исполнительная власть должна быть исполнительной,
свобода лучше, чем несвобода,
демократия должна быть демократической,
производительность труда и производительный труд должны быть производительными,
законы должны быть законными, не иметь лазеек их обхода и не допускать беззакония.
Соблюдая все эти лозунги, тем не менее, в программах Кудрина, Титова, Глазьева, правительства есть четыре небольших отличия, связанные с четырьмя проблемами:
– откуда взять деньги, включить или не включить печатный станок, наращивать ли денежную массу;
– как улучшить инвестиционный климат, чтобы к нам полноводной рекой потекли зарубежные инвестиции и чтобы возбудились внутренние инвесторы;
– куда направить инвестиции, в том числе государственные, в какие проекты, в какие сектора и отрасли экономики, в какие точки роста;
– как должен функционировать Центробанк, какой должна быть ключевая ставка, как обуздать инфляцию.

***
Необходимо отметить, что с идеологических установок, с лозунгов начинаются программные заявления всех партий, как левых, так и правых. Как правило, лозунги красиво звучат. Но главное не то, как благозвучно сформулированы эти лозунги, а то, что конкретно за ними стоит, что реально будет делать та или иная партия.
Небольшое отступление. Я вступил в ряды КПСС в 1971 г. в партию строителей коммунизма. Но когда в годы перестройки Горбачев исказил основную идеологию КПСС, я в 1987 г. написал заявление о выходе из рядов КПСС, мотивируя это тем, что вступал в партию строителей коммунизма, а партия фактически прекратила строить коммунизм. В первичной партийной организации, где я работал, мой поступок осудили. В райкоме меня уговаривали забрать мое заявление. Но я остался при своем мнении. Меня исключили из рядов КПСС. У меня нет партбилета. Но я был, есть и буду сторонником коммунистического общества. Всю свою жизнь посвятил идеалам коммунизма.
Тем не менее на всех выборах органов власти я голосовал за кандидатов от КПРФ, хотя внутренне всегда был не согласен с основной линией и идеологией КПРФ, которая стремилась хоть как-то очеловечить насажденный нашей стране первобытный воровской капитализм со звериным оскалом.
Наконец-то, спустя 25 лет, в программных документах КПРФ появился лозунг перехода к социализму. Правда, еще осторожно произносятся слова о переходе к «обновленному социализму».
В этой статье Г. Зюганов говорит:
«Вывести страну из кризиса и вернуть ее на путь полноценного развития может только возвращение к принципам социального государства, обновленного социализма и дружбы народов. Поэтому в основу предвыборной программы КПРФ положены именно такие идеи и меры, которые позволят восстановить то лучшее, что было в советской экономической, социальной и культурной политике. «Десять шагов к достойной жизни» – так называется наша программа, с которой партия идет на выборы».
В названии программы КПРФ нет слова «социализм». А я бы однозначно назвал программу: «Десять шагов к социализму».
В «Советской России» от 16.06.2016 г. Захар Прилепин в статье «Выбор народный» прямо заявляет, что «коммунизм – это наша традиция и наша единственная надежда на прорыв в будущее». Давайте призадумаемся, как мы (российский народ!) хотим жить, в каком обществе: капиталистическом или социалистическом? Лично я, как мельчайшая частичка нашего общества, сразу отметаю «капитализм», даже если он будет с социально-человеческим лицом.
Я хочу (жаль только, не доживу) жить в социалистическом обществе (надеюсь, что мои дети и внуки будут жить при социализме).
Но в каком?
– Китайском? – с элементами рынка и капитализма,
– Северокорейском? – за железным занавесом без йоты капитализма.
– Кубинском? – с полунищим населением и несменяемой властью.
– Вьетнамском? – где произошла конвергенция социализма и капитализма с социалистическим уклоном.
По моим воззрениям мне ближе китайский социализм с полукапитализмом в некоторых секторах экономики. Но Россия – не Китай! У наших народов разная история, разный менталитет, разное политическое устройство в смысле федерации, империи, республики, национальных этносов и пр. Нам нужна близкая к Китаю, но своя особая экономическая модель обновленного социализма с отдельными (встроенными в социализм) элементами капитализма и прежде всего разными видами собственности, разными общественно-правовыми формами предприятий и др. Но это подлежит всенародному обсуждению.

Чем богата наша страна

Каждое государство имеет свои социально-экономические, национальные, религиозные и природные условия; имеет свои особенности исторического развития; смены, становления и развития общественно-экономических формаций, свои особенности вхождения в глобальную мировую экономику.
Соответственно, наше государство имеет свои особенности, которые необходимо учесть при построении предполагаемой конструкции его развития. К таким основным особенностям относятся:
– огромная (по площади) территория страны и неравномерность социально-экономического развития отдельных регионов (Заполярье, Сибирь, Забайкалье, Дальний Восток и др.);
– огромные, самые большие в мире природные национальные богатства (минерально-сырьевые, земельные, лесные, водные, биологические и др.);
– сложившееся федеральное многонациональное устройство;
– сложившееся достаточно устойчивое положение в мировой глобализации, как великой державы, входящей в пятерку великих стран мира;
– закрепившееся за нашей страной разделение сфер влияния и деятельности в рамках мировой глобализации, в частности, как страны, добывающей минеральные ресурсы, обрабатывающей их и реализующей минресурсы и продукты их передела на мировых рынках. (К сожалению, эту особенность наша действующая власть и элита преподносит в негативном аспекте, полагая, что Россия является минерально-сырьевым придатком.)
Несомненно, перечисленные особенности должны лежать в основе российской экономической модели социализма с отдельными элементами рынка и капитализма в некоторых секторах и отраслях хозяйствования.
В рамках данной статьи невозможно описать направления реформирования экономики России с учетом обозначенных выше основных особенностей нашей страны. Поскольку я всю жизнь занимаюсь научными исследованиями в сфере национального богатства недр, то дальнейшее изложение будет посвящено проблеме использования минеральных ресурсов как одного из направлений возрождения нашей страны.

Экономика эффективного недропользования

Частично эта программа была освещена в моей статье «Парадигма рентных доходов» («Советская Россия», «Улики» №4, 10.03.2016 г.).
Минерально-сырьевая (горная) рента – это объективная экономическая реальность, неизбежно возникающая при эксплуатации любого рентабельного месторождения и по своей экономической сущности представляющая незаработанный доход.
Наиболее точно горную ренту можно определить в физических единицах: тоннах нефти, 1000 м3 газа, содержанием металла в руде, унциях золота и т.п. При помощи горно-геологической оценки нетрудно определить рентабельность месторождения в физических единицах. Так, в нефтяной отрасли основным физическим параметром добычи нефти является суточный дебит скважин. По каждой скважине при заданной технологии добычи нефти легко устанавливается ее суточный дебит, а также с учетом цен реализации суточный дебит, обеспечивающий рентабельную добычу.
Сегодня рентабельный суточный дебет скважин на российских скважинах колеблется в пределах 2–10 т/сутки. Фактические суточные дебиты скважин достигают 1500 т/сутки, к примеру, на месторождениях СРП «Сахалин-2».
При добыче золота определяющим параметром является содержание золота в руде (в граммах золота на тонну руды – г/т). Рентабельная добыча золота в мире начинается при содержании 0,5 г/т. В России рентабельная добыча колеблется в пределах 1–3 г/т. Среднее содержание золота на месторождениях России составляет 5–7 г/т. На отдельных месторождениях содержание золота превышает 50 г/т.
Термин «рентабельное месторождение» обозначает, что нормальная прибыль недропользователя составляет 15–20% (в мире в пределах 5%). Иногда используют понятие (термин) внутренней нормы доходности (IRR и ВНД). В России установлено, что ВНД при добыче нефти и газа должно быть выше 15 %, а при добыче твердых полезных ископаемых ВНД должно превышать 10%.
Все, что свыше указанных рентабельных параметров, является горной рентой, то бишь незаработанным доходом, который ниспослан нам природой.
Некоторые сложности возникают при расчете горной ренты в денежном измерении, что связано с организационной структурой конкретного предприятия-недропользователя, наличия дочерних предприятий, в том числе в офшорных юрисдикциях.

Действующая в России система рентоприсвоения

Россия – уникальная страна, создавшая в 2002 г. исключительно грабительскую экономическую систему рентоприсвоения, аналога которой в мире нет. Это, прежде всего, относится к трем важнейшим составляющим российской экономики:
1) системе налогообложения недропользователей, установленной Налоговым кодексом РФ и федеральными законами «О недрах» и «О соглашениях о разделе продукции (СРП)»;
2) системе составления государственного и консолидированного бюджетов, установленной Бюджетным кодексом РФ и сопутствующими нормативными документами;
3) системе формирования и расходования резервного (ранее – стабилизационного) фонда и фонда национального благосостояния, а также фонда прямых инвестиций, фонда развития промышленности (металлургии), фонда воспроизводства МСБ (ранее фонда отчислений на воспроизводство МСБ) и т.п., установленной законами РФ.
Потрясает налоговая обдираловка добросовестных предприятий (есть еще такие) нефтяной отрасли, которые уплачивают налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ), вывозные таможенные пошлины на нефть и нефтепродукты, бонусы (иногда очень большие), платежи за транспортировку нефти до пунктов ее реализации (взимает холдинг «Транснефть») и одновременно с этим многочисленные льготы, представляемые ФЗ «О недрах», которыми пользуются нефтяные монополии («Роснефть») и олигополии («ЛУКойл» и др.).
Удивляет льготное налогообложение добывающих предприятий Газпрома, которые за единицу добычи условных углеводородов платят в 9–10 раз меньше нефтяников. Удивляют невысокие ставки НДПИ для предприятий, добывающих твердые полезные ископаемые (ПИ), позволяющие присваивать (как и в Газпроме) до 80–90% горной ренты.
Непонятно, за какие такие заслуги недропользователям возмещается НДС за объемы экспортируемых минерально-сырьевых ресурсов.
Отсюда видна полная безусловная зависимость федерального бюджета от налогов за недропользование. Добавим к этому, что налоги за добычу углеводородов полностью (100%) изымаются в федеральный бюджет, налоги за добычу твердых ПИ поступают федеральный бюджет (40%) и бюджеты субъектов РФ (60%).
***
Бюджетный кодекс, естественно, находится в полной зависимости от налогов, которые являются основой доходной части консолидированного бюджета. Усилиями А. Кудрина с 2002 г. введен ненефтегазовый бюджет, в соответствии с которым основная часть нефтегазовых доходов направляется в резервный фонд и фонд национального благосостояния. В этом кудринском «действии» полностью отсутствует экономическая логика. Получается так, что объем (сумма) бюджета определяется только частью налоговых доходов, поступающих в бюджет. Экономический нонсенс! От этой неполной части налоговых доходов формируются расходы бюджета.
Нулевое сальдо доходов и расходов бюджета создается тогда, когда мировая цена на нефть составляет 80–100 долларов за баррель. Если мировая цена барреля выше 80–100$, то создается дефицит бюджета, который регулируется понижением курса национальной валюты. Собственно это произошло в конце 2014 г., в начале 2015 г., когда курс рубля упал с 32 до 60–70 рублей за один доллар США.
Невероятно, но факт, что вся российская система формирования бюджета построена исходя из двух показателей: мировой цены барреля нефти и курса рубля по отношению к доллару. Их произведение является основой обеспечения нулевого сальдо доходов и расходов государственного федерального бюджета России.
Систему формирования и расходования создаваемых фондов я не буду рассматривать. Действующая система постоянно критикуется, обсуждается, но она остается неизменной. Резервный фонд расходуется на покупку облигаций Америки и Европы и подпитывает их (а не нашу) экономику. Расходование фонда национального благосостояния почти полностью зависит от лоббирования лиц, приближенных «в нужный момент» к президенту, который единолично решает, кому (какой организации) и сколько выделить денежных средств. При этом забота о национальном благосостоянии населения страны отодвигается на второй план, а то и вовсе на задворки...

Основные меры по возрождению России

Собственно, вся статья посвящена проблемам и мерам по возрождению экономики нашей страны. Печально, но факт, что все деяния российских властей за 25 лет были не возрождением, а разрушением экономики страны. То, что делает власть сегодня, – это тоже не направленно на возрождение. Важно отметить, что слова, нередко благозвучные, кардинально расходятся с делами.
Любой рынок начинается с приватизации, то есть передачей имущества в частную собственность. Нам внушали, что каждый, имея приватизационный чек, может стать частным собственником. А на самом деле власти думали совершенно о другом – о создании олигархата. Главный «приватизатор» А. Чубайс разоткровенничался («Советская Россия», 9.06.2016 г.): «А мы знали, что проданный завод – это гвоздь в крышку гроба коммунистов. Приватизация в России до 1997 года вообще не была экономическим процессом. Она решала совершенно другого масштаба задачи, что мало кто понимал тогда… Она решала главную задачу – остановить коммунизм. Эту задачу мы решили…полностью».
Чубайс ошибается – задачу искоренения коммунистов власть не решила и не решит никогда. Власть еще раз обнажило свое лживое нутро.
Но… вернемся к возрождению экономики.
Попробую буквально тезисно обозначить некоторые безотлагательные меры и действия по переходу к возрождению экономики, к выходу из комы.
Недра и добытые полезные ископаемые должны находиться исключительно в государственной собственности. Транспортировку и реализацию минсырья и первых продуктов его передела должны осуществлять госбюджетные специализированные организации.
Для налогообложения добывающих предприятий достаточно одного налога на ренту, который поступает исключительно в бюджет. Если профицит бюджета, то (после всенародного обсуждения, как в штате Аляска) часть дефицита направляется на национальные дивиденды (по академику Д. Львову), часть – в резервный фонд. Если дефицит бюджета, то ни о дивидендах, ни о резервных фондах не может быть и речи. Кудринские отчисления нефтегазовой ренты в резервные фонды означают, что дефицитный бюджет становится еще более дефицитным, а это – экономический нонсенс! Жить надо сегодня…
Бюджет надо отвязать от нефтегазовой иглы, как это сделано в 60 странах. Только в 5 странах (в том числе в России) бюджет формируется в зависимости от мировых цен на нефть и газ.
Экономика не может жить без денег, без инвестиций. Извечная проблема: где деньги, Зин? А они под ногами, в наших недрах. Это – горная рента. Но она утекает в офшоры. Государство делает вид, что борется с офшорами. Но ежегодно из России уходит, как минимум, 80–100 млрд долларов горной ренты. Нефтяные компании в периоды кризиса «зарабатывают» на падающем курсе доллара. Так, в Роснефтегазе хранится заначка Роснефти в сумме 72 млрд долларов, в Сургутнефтегазе накоплено более 30 млрд долларов. Но ведь это тоже горная рента, которая должна принадлежать народу. Почему-то власти (государство) смотрят на это сквозь пальцы…
Это далеко не полный перечень безотлагательных мер. Несомненно, что читатели их дополнят.

Заключение

Завершая эту статью, хочу обратить внимание читателей, что сегодня явно просматривается зарождение настоящей оппозиции в кругах, близких к Кремлю. Видя творящиеся безобразия, некоторые лица, ранее занимавшие высокие посты в партии и органах власти, переходят в оппозицию к «Единой России» и ОНФ.
Приведу «свежее» высказывание бывшего в 90-е годы вице-премьером правительства Олега Сысуева («Эхо Москвы», 9.06.2016 г.): «Власти не доверяют людям, люди не доверяют власти, инвесторы не доверяют в среднесрочной и долгосрочной перспективе тому, что делают наши правители, в том числе и внешнеполитическая ситуация порождает это недоверие. Ну кто же будет доверять стране, которая готова воевать не только у своих рубежей, но и дальних рубежей: чего же еще мы можем отчебучить в этом смысле? Это рождено режимом тотального недоверия».

***
Стремительно приближается время единения оппозиционных сил.
И это вселяет надежду!

Это статья с Официального сайта газеты "Советская Россия" 07/07/2016 http://www.sovross.ru URL этой статьи:
http://www.sovross.ru/modules.php?name= ... sid=603405




Общество и алкоголь

Совсем недавно мы пропустили «особый» юбилей – тридцатилетие начала антиалкогольной кампании. 7 мая 1985 года были принято Постановление ЦК КПСС «О мерах по преодолению пьянства и алкоголизма» и Постановление Совмина СССР «О мерах по преодолению пьянства и алкоголизма, искоренению самогоноварения». А 16 мая 1985 года вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об усилении борьбы с пьянством и алкоголизмом, искоренении самогоноварения», который подкреплял эти постановления соответствующими административными и уголовными наказаниями. С этого момента началась последняя и самая мощная борьба с алкоголем на территории нашей страны. И самая неоднозначная....
При этом следует понимать, то достигнутые за антиалкогольную кампанию 1985-1986 года, успехи были не столь уж малыми, как обычно считается. Прежде всего, за время кампании удалось существенно снизить потребление алкоголя в стране более чем в два раза. Следствием этого стало существенное снижение смертности мужского населения в этот момент – что позволяет говорить, о том, что уверения критиков в чисто пропагандистском характере кампании, неверны. В реальности ни рост самогоноварения, ни употребление всевозможных суррогатов не смог «обнулить» ее результатов в плане улучшения здоровья населения и роста ожидаемой продолжительности жизни. Дело в том, что и до 1985 года цена «легального» алкоголя была достаточно высока, и те, кто находился в «совсем уж» сильной зависимости от него, употребляли суррогаты и раньше (можно вспомнить ту же «Москва-Петушки» с коктейлем «Слеза комсомолки»). Поэтому сокращение доступности алкоголя, в целом, оказало благотворное действие на здоровье нации.
С одним «Но». Нет, тут речь пойдет не об экономических потерях от кампании, которые были весьма значительны (больше, чем, скажем, расходы на программу «Энергия-Буран»). И даже не о том ударе, которое понесло советское виноделие – причем, очень часто в «лучшей» своей части. Вырубка элитных виноградников в Крыму, Молдавии или на Кавказе (имеющих нулевое отношение к тому «плодово-ягодному» пойлу, которое, в основном, и употребляли алкоголики), разрушение сложных технологических процессов производства вин и коньяков – все это привело респектабельную пищевую отрасль в состояние разгрома, восстановиться от которого она не может и до сих пор. Однако и это еще можно было бы пережить – в конце концов, жизнь и здоровье человека – это самая большая ценность на Земле.
Но главной проблемой горбачевской борьбы с «зеленым змием» стало то, что, несмотря на сравнительный успех кампании, «закрепить» его не удалось. И очень скоро алкоголь перешел в контрнаступление, завершившееся его триумфальной победой в 1990 годы. Вследствие этого получается, что все потери, понесенные страной (потери бюджета, разрушение виноделия), оказались напрасными. Вот этот момент и является самым важным итогом антиалкогольной кампании. Он требует понимания: почему так произошло? Почему позднесоветский человек оказался так привержен этому самому неприятному «недугу» - алкоголизму? Ведь данная борьба с пьянством началась, как можно понять, не на пустом месте – продолжающийся более десяти лет рост потребления алкоголя вызывал вполне логичные опасения. Поэтому в плане понимания характера антиалкогольной кампании, а главное, результата ее, нам следует обратить внимание именно на этот факт – на то, что для позднесоветского гражданина спиртное приобретало удивительную важность. Настолько, что оно однозначно предпочло пресловутый C2H5OH улучшению здоровья и росту продолжительности жизни…

* * *

Несмотря на то, что ответ напрашивается сам собой: этиловый спирт – это наркотическое вещество, дающее своему потребителю невероятные ощущения – не стоит переоценивать очевидность данного факта. И, прежде всего, потому, что в разных обществах в разное время существует различное отношение к употреблению спиртного – т.е., «питие» есть процесс сугубо социальный. В том же советском обществе употребление алкоголя долгое время было весьма умеренным – где-то до середины 1960 годов. И вдруг после данного момента оно неожиданно резко пошло вверх – от 2 литров спирта на человека в год в 1960 году к 9 в 1980. А в середине 2000 этот показатель достиг 12 литров – по литру чистого спирта в месяц на все население, включая грудных младенцев. (И далее – идет падение, что так же представляет собой интересный факт, но об этом ниже.)
Получается, что в середине 1960 годов (в пресловутую «эпоху Застоя») советский народ, до некоторого времени державшийся трезвого образа жизни, неожиданно получил пристрастие к «зеленому змею». Данный переход выглядит несколько странно – поскольку мало соотносится с какой-то значительной перестройкой общества – на данное время не приходится войн или революций. Более того, прошедшая Великая Отечественная война, например, не привела к резкому взлету пьянства. А вот мирное и сытое время второй половины 1960, 1970 и, в особенности начала 1980 годов почему-то приводило к росту данного порока.
Однако, при внимательном рассмотрении указанного времени, мы можем найти то самое значительное изменение общества, которое нам интересно. А именно – где-то с середины 1960 в стране начался процесс, который можно обозначить, как зарождение в «недрах» общества советского особого «квазитрадиционного» «субобщества». Я уже несколько раз касался данного вопроса, поэтому подробно рассматривать его не буду. Скажу только, что в условиях пресловутой «эпохи Застоя» с его процессом «подмораживания развития» и курсом на стабильность подобное явление было неизбежным. В ситуации, когда наиболее прогрессивные силы лишались поддержки (так, была свернута лунная программа, отменена программа создания ОГАС, внедрение робототехники не получило нужной поддержки), а главным становился «стабильный результат», человек все более терял смысл активного участия в производственном процессе. Этот рост отчуждения, усиливаемый курсом на массовое производство, при котором человек отчужден максимально, приводил к тому, что индустриальный, «производственный мир» становился чужд позднесоветскому гражданину.
Но при этом позднесоветское общество продолжало сохранять свою «дружественность» к своим членам и низкий уровень их эксплуатации. Условно говоря, в отличие от капиталистического производства производство советское не старалось «выжать из работника все соки». Если он сам не хотел «рвать жилы», то никто не мог заставить его это делать. В совокупности с тем, что уровень технологичности производства все-таки рос (и достаточно сильно), то у советских граждан оказывалось довольно много свободной «социальной энергии» (т.е., сил, времени, которые граждане при этом уже не желали использовать для улучшения общества в целом, да и не могли, так как разрастающаяся бюрократия все сильнее блокировала любые начинания). Поэтому, если еще в 1950-е и даже в 1960-е годы были широко распространены добровольные инициативы граждан, направленные на увеличение общего блага, то уже в 1970-е они стали редкостью.

* * *

В итоге позднесоветские люди пошли по самому простому пути: свободная «энергия», не востребованная обществом «большим», стала использоваться для строительства отдельного «маленького общества» частной жизни. Условно говоря, они «ушли с завода в семью». Однако данная конструкция семьей в общем смысле не ограничивалась, она, как правило, включала в себя многочисленные родственные и дружеские связи. Причем, хотя подобное выделение «личной жизни» в отдельную категорию существовало и ранее (Ильф и Петров писали о «маленьком» и «большом» мирах еще в 1920-е годы), именно в «эпоху Застоя» указанный выше эффект привел к тому, что ее можно стало считать не просто подсистемой общества в целом, а неким аналогом отдельного общества, имеющего иные законы, нежели «большой мир».
Особенностью данного «субобщества» было то, что оно полностью исключала из себя производственную деятельность в какой-либо форме. (За небольшим числом исключений. Так, сельские жители могли «кормиться» со своих огородов, продавая свой урожай и получая за него деньги. Так же существовал небольшой сегмент «частной торговли», т.е. спекуляция – но «мощность» данного сегмента была мала.) Данная особенность – отсутствие индустриального компонента, полностью отданного «на откуп» «большому» миру, приводило к тому, что формирующийся социум мог быть только традиционным. Вернее, «квазитрадиционным» - поскольку реальная «традиция», по определению, включает в себя процесс общественного производства. Именно эта особенность данного «общества» и стала основанием для роста потребления алкоголя.
Дело в том, что традиционное общество, как таковое, требует наличия особых процессов - «медиаторов», позволяющих, собственно, и объединять людей в те или иные сообщества. В обществе традиционном очень часто подобными «медиаторами» выступают «гастрономические» (пищевые) ритуалы –совместные процессы принятия пищи. Генезис подобного явления следует рассматривать отдельно, пока же отмечу, что данная тенденция идет с самого «начала» формирования традиционного общества и сохраняется до самого его конца. Разумеется, в «развитом традиционном обществе» существует и отличная от «пищевой» ритуальная система. Но даже в этом случае совместная трапеза сохраняют свое высокое значение. Более того – во многих «непищевых» ритуалах - например религиозных действах - сохраняются отсылки к «пищевым» (пример – причастие в христианстве).
Впрочем, как сказано выше, данный аспект следует разбирать отдельно. Пока же можно заметить, что поскольку «гастрономические» ритуалы являются наиболее древними, они гораздо сильнее включены в культурное поле общества, нежели более совершенные и современные «медиаторы». Поэтому неудивительно, что именно вариации «пищевых ритуалов» оказались основными для формирующегося в стране «квазитрадиционного общества». Это довольно логично – поскольку более «молодые» и совершенные системы, вроде религии, оказывались менее пригодными, поскольку они более тесно были связаны с системой традиционного производства. А как раз производство для «квазитрадиционного» общества оказывалось «за скобками».
Именно этот аспект – а, например, не пресловутая «антирелигиозная борьба» - стал определяющим в том, что религия изначально не включалась в выстраиваемое субобщество. Религиозность придет потом, когда это субобщество станет всеобъемлющим, охватывающим все и вся, и модернистская, современная, производственная жизнь окажется выброшенной вообще за пределы общественного сознания. Но в самом начале этого процесса, когда сознание обывателя еще делилось между «традиционным» домом и «современной» работой, религия не могла рассматриваться, как приемлемый вариант «медиатора».
Поэтому застолье заняло практически пустое место «главного действа» в жизни советского мещанина. Разумеется, нельзя сказать, что этот процесс был одномоментен – в «начале пути» (середина 1960 гг.) «советское застолье» еще не было столь всеохватывающим: некоторые общественные слои еще предпочитали работу или хобби подобному процессу (см. «Понедельник начинается в субботу», где показаны советские ученые, предпочитающие работу). Даже праздники еще долго воспринимались в «общественном ключе» – как, например, демонстрации или концерты. Но все варианты «общественного празднования» (вплоть до танцев) не могли быть включены в разрастающееся субобщество, и рано или поздно, но застолье должно было победить. Это и случилось к 1980 годам, когда оно стало практически единственной ассоциацией с самим понятием «праздника». Последний же к этому времени окончательно стал ассоциироваться с семейными мероприятиями (или встречей в «близком кругу»), общее празднование оказалось на втором плане. Более того, «личные праздники» - дни рождения и юбилеи, свадьбы и т.п. торжества (вплоть до защиты диссертации) почти полностью потеснили праздники «общие» (вроде «1 мая» или «7 ноября», кроме Нового Года, который стал главным праздником – но, разумеется, семейным).

* * *

В общем, можно сказать – что застолье стало базовым элементом жизни позднесоветского «квазитрадиционного» общества. Но так же, как эта «квазитрадиционная» жизнь выстраивалась вокруг совместной трапезы, так и эта трапеза выстраивалась вокруг алкоголя. Дело в том, что простое поедание пищи в сытом обществе (а позднесоветское общество было именно сытым) не могло обеспечить требуемого уровня «сакральности», потребного для медиатора. Для этого требовался особый фактор, выводящий подобный акт за рамки повседневности. Таковым фактором был алкоголь. На самом деле, это не сказать, чтобы «новый» аспект – именно под подобным основанием алкоголь изначально и входил в жизнь традиционного общества, пока развитие винокурения не сделало его массовым средством «забвения проблем».
Можно вспомнить знаменитые эллинские «дионисии», и прочие таинства, включающие в себя потребления тех или иных алкогольных напитков (отголоски этого прослеживаются и в христианстве). Особенности физиологического воздействия алкоголя тут выступают как фактор, позволяющий отделять «сакральное» действие от обыденного. Поэтому совместное распитие алкогольных напитков всегда являлось отличительной особенностью праздников. В условиях же индустриального производства с его высоким уровнем отчуждения, подобная процедура выглядела крайне привлекательной – и, как следствие, получала все большее распространение. (А уж данный момент, сам по себе, вел к дальнейшему отчуждению работников от производства, к отказу работника от участия в жизни трудового коллектива и дальнейшему его уходу «в семью», в «квазитрадиционное» общество.)
Однако использование алкоголя, как медиатора, касалось не только «семейных» застолий. На самом деле, чем сильнее становилось позднесоветское «квазитрадиционное» общество, чем большую часть жизни среднего человека оно захватывало. И, как следствие, тем сильнее нарастало противоречие между ним и современным «миром производства». Это усиливало и так высокую степень отчуждения человека в индустриальном производстве, и приводило к дополнительному «выталкиванию» его в «частную жизнь». Именно поэтому особый ритуал – медиатор «квазитрадиции» оказывался востребовано очень широко. Собственно, этот ритуал охватывал большинство случаев того, что обычно и интерпретируется, как «алкоголизм» - а именно, знаменитое «сообразить на троих», «посиделки» в пивных, наконец, выпивка на рабочем месте (sic!). На самом деле, все это является не каким-то проявлением порока (природной слабости) или окружающей безысходности – а особым способом уйти в «теплый мир» традиции.
Главным тут являлось не физиологическое воздействие этилового спирта на организм, а возможность оказаться на время вне «индустриального мира». Именно поэтому «алкогольная культура» стала для позднесоветского общества настоящим бедствием. Она со стремительной скоростью росла и «вширь» - захватывая новых членов, еще недавно даже не мысливших оказаться в среде «братства стакана». И «вверх» – постепенно вытесняя все, что связано с индустриальным, производственным миром, превращаясь для многих в единственную реальность. И главное – в отличие от «классического» алкоголизма, охватывающего, в основном, низшие и маргинальные слои, «советское пьянство» распространялось там, где меньше всего можно было ожидать его увидеть. Например, потребление алкоголя было популярным среди интеллигенции - инженеров, врачей или университетской профессуры. И при этом, разумеется, «классические» «типы пития», вроде «наркотического» (как способа ухода из неприятного мира), или «стимуляционного» (для получения новых ощущений) так же оставались актуальными, хотя и меньшей степени.

* * *

Подобная ситуация вела к росту потребления алкоголя. Понятно, что для общества в целом данная тенденция была крайне неприятна: во-первых, это означало все усиливающийся общественный раскол и массовый «уход» граждан в частную жизнь. А во-вторых, само по себе употребление алкоголя, тем более, алкоголя крепкого, не ведет ни к чему хорошему. Тут нет смысла подробно описывать общественные потери СССР от массовой «алкоголизации», можно отметить только то, что именно на этом процессе лежит ответственность за сверхсмертность мужского населения. (Т.е., за превышение реального уровня смертности над гипотетическим, определяемым развитием медицины, гигиены, питания и социальной защищенности.) И, разумеется, надо понимать, что с данным явлением в стране шла непрерывная борьба.
К сожалению, адекватного понимания действующего механизма в СССР не было. В итоге, результаты этой «борьбы» были весьма слабые (а вернее, их не было вообще). Попытка «бить» массовой «антиалкогольной агитацией» в условиях, когда гражданин пил ради того, чтобы покинуть «большой мир», уйдя в «квазитрадиционное» общество личной жизни, была, разумеется, бесполезной. Почти бесполезной была и попытка применения государственного насилия к «алкоголикам» (например, лечение в ЛПТ) - поскольку физически она могла охватить только наиболее выраженных алкоголиков (и граждане об этом знали), а следовательно, репрессивное его значение было слабым. И даже относительно высокая цена спиртного (относительно зарплаты) нисколько не мешала его распространению – потому, что оно выступало не много, ни мало – а аналогом религиозных ритуалов.
Однако из верного понимания того, что используемые методы не дают требуемого результата, были сделаны неверные выводы – о том, что проистекает это из-за недостаточной силы данных воздействий. Именно на основании этого и была реализована Антиалкогольная кампания 1985-1987 годов. По силе и «глубине» примененных действий она не имела себе равных в советской истории – например, цена на водку была повышена в два раза, а борьба с самогоноварением приобрела характер всеобщей кампании. При этом с потерями (и финансовыми, и «репутационными») не считались – хотя было очевидно, что давящиеся в очередях за спиртным граждане очень быстро сформируют соответствующее представление о власти. (И сформировали – именно с антиалкогольной кампании популярность Горбачева начала стремительно падать.) Однако еще более важным было то, что достигнуть поставленных целей, а именно – полностью вытеснить алкоголь из жизни людей – данная кампания не смогла.
Действительно, ведь все принятые меры нисколько не затрагивали указанное выше разделение общества, ни позволяли построить «мир квазитрадиции» на иных основах. Даже начавшийся в это же время рост религиозности – и традиционной (православие, ислам) и «нетрадиционной (нарастающая популярность всевозможной эзотерики) не давал требуемой для этого «мощности». Более того – следует четко понимать, что само построение «нормального» современного, индустриального мира (т.е. восстановление той ситуации, что существовала до середины 1960 гг.) в условиях позднего СССР оказалось невозможным. Гражданское движение так и не смогло обрести требуемую связь с развитием и очень быстро оказалось захвачено преимущественно консервативными, архаизующими идеями (вроде монархизма и вообще «России, которую мы потеряли»). В общем-то, ситуация уже находилась в ловушке – все новые пути и идеи формировались, исходя из господствующей в стране консервативной антисоветской идеологии. А следовательно, вывести людей из все усиливающегося отчуждения от общества, не могли.

* * *

Именно поэтому, как только давление борьбы с алкоголем ослабело, позднесоветские граждане вернулись к своему «универсальному ритуалу». Более того, так как указанное «квазитрадиционное» «субобщество» к концу 1980 годов победило окончательно, «алкогольный ритуал» приобрел практически официальное признание. Если посмотреть источники самого конца 1980 – начала 1990 годов, то можно увидеть, что именно вокруг возможности употреблять горячительные напитки и строилась «новая жизнь». Первыми «свободными», рыночными заведениями стали «кооперативные кафе» и «коммерческие» магазины и ларьки. Как и полагается победителю, алкоголь захватывал все доступные ресурсы: пили в кино, в телепередачах, на презентациях и концертах, на праздниках и официальных приемах. Наконец, президент «новой России» отличался как раз пристрастием к описываемому ритуалу – и умудрялся «исполнять» его даже во время заграничных вояжей (многие помнят пресловутое «дирижирование оркестром»).
На самом деле, пьянство Ельцина или политиков "поменьше", в данных условиях не воспринималось, как что-то неприличное – равно, как употребление алкоголем деятелями искусства. Специально отмечу, что это не была какая-то спланированная инициатива по «спаиванию народа» -- напротив, все происходящее казалось «естественным» и идущим из «глубин русской души». И, как вершина данного процесса, пьянство объявлялось «основой русского характера» и фундаментальной основой самой России. (Хотя ему, на данный момент, не было еще и тридцати лет – с середины 1960 годов, как сказано выше.) В общем, казалось, что рано или поздно, но алкоголь окончательно «затопит» страну…
Однако данного не случилось. Выше я упомянул то, что с середины 2000 годов потребление алкоголя стало снижаться. На самом деле, ничего странного в этом нет (хотя этому факту мало кто верит – уверенность в том, что «пили всегда», сохраняется). Дело в том, что по мере того, как постсоветское общество движется «по направлению» к капитализму, условия для существования указанного выше «квазитрадиционного» общества (или «субобщества») исчезают. Ведь, как было сказано, подобная социальная конструкция представляла собой ни что иное, как особую «надстройку» над советской системой. И, прежде всего, системой производственной. Этот «странный мир» может существовать только в условиях, если общественное производство обеспечивает гражданина всем необходимым, но при этом «оставляя» ему – как было сказано выше – значительную часть «социальной энергии».
Но последнее в условиях капитализма как раз и отсутствует. В обществе этого типа даже при условии, что его член получает потребный ему минимум (в который, помимо «явных» вещей, вроде денег на еду и одежду, входит еще множество «неявных» потребностей, вроде потребности в медицине, образовании и «спокойной старости»), то все равно, он должен тратить всю «свободную энергию» на завоевание/поддержание своего места в жизни. Разумеется, у него может оставаться время на семью и хобби, но при этом (в большинстве случаев) все это оказывается далеко вторичным по отношению к «основной работе». (Кстати, именно поэтому при капитализме существует развитая система «обеспечения хобби» - потому, что без данного обеспечения гражданину просто не хватит «энергии» на него.)
И следовательно, человек, который пожелает «вычеркнуть работу» из своей жизни, неминуемо «опускается на дно». При всей неприятности данной ситуации, в случае с алкоголем она оказывает «благоприятное воздействие»: становиться алкоголиком в данном обществе означает полное падение. Советский пьющий гражданин мог опасаться только помещения в ЛТП (при самом неблагоприятном прогнозе) – современный может просто «вылететь из жизни». Поэтому указанная выше система оказалась поломана еще в 1990 – 2000 годы – когда масса пьющих граждан на себе испытала, каково это – быть вне «квазитрадиции». Большинство из них ушло из жизни, а оставшиеся «закодировались», сменив свой образ жизни.
В результате, потребление алкоголя пришло к «цивилизационной норме» - пьют «низы», люди опускающиеся вниз, ну и богема (куда же без нее). Остальные – в лучшем случае – выпивают. Более того, поскольку общество капитализма требует от человека как можно больше «энергии», то постепенно распространяется т.н. «здоровый образ жизни»: «правильное питание», занятие спортом. С одной стороны, это не может не радовать – но с другой, как было сказано, этот «ЗОЖ» нужен исключительно для того, чтобы удерживать свое «место» в бесконечной рыночной гонке. А следовательно, сейчас работа «выматывает» и разбивает здоровье сильнее, нежели пресловутый алкоголь ранее. А тот, кто в данной гонке «проиграл» и «вылетел» - приходит опять к тому же алкоголю, но уже как к наркотику, с «классическим» желанием забыться…

* * *

Впрочем, современное общество – это уже другая тема. Нам же, применительно к Антиалкогольной кампании, важно то, что она показывает, насколько то или иное явление может быть завязано с базовыми структурами общества. И что насколько важно понимание этого – иначе любые затраченные силы окажутся напрасными. Можно ли было победить позднесоветский алкоголизм? Разумеется. Но делать это следовало совершенно иным путем, нежели тот, который был выбран в 1985 году. Впрочем, то же самое можно сказать про любые проблемы того времени…


http://anlazz.livejournal.com/82267.html


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Полные тексты выпусков еженедельника "Эконометрика"
СообщениеДобавлено: Вс июл 16, 2017 12:35 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 7394
Электронный еженедельник «Эконометрика» No.860 от 17 июля 2017 г.

Уважаемые подписчики!

Насколько справедливы обвинения религии в обскурантизме? Ответ дан в статье "Монополия на истину» в религии и науке" С.С. Сулакшина и В.Э. Багдасаряна.
На фоне информационного противостояния России и Запада отчётливо бросается в глаза тот факт, что проамериканские СМИ тщательно скрывают данные о боевых потерях авиации стран Североатлантического альянса в ряде локальных конфликтов. Результаты анализа, проведенного Олегом Усиком, представлены в статье "ВВС НАТО: сокрытие истины о потерях".






Монополия на истину» в религии и науке

С.С. Сулакшин, В.Э. Багдасарян

Авторы: Степан Степанович Сулакшин — генеральный директор Центра научной политической мысли и идеологии, д.полит.н., д.физ.-мат.н., профессор.
Вардан Эрнестович Багдасарян — д.и.н., проф., зам. главы Центра научной политической мысли и идеологии.
Публикация: Фрагмент главы 8 из фундаментальной работы проф. Багдасаряна В.Э. и Сулакшина С.С. «Религиозное и научное познание» (М.: Научный эксперт, 2013).

Один из традиционно предъявляемых религии упреков со стороны секулярной науки — это обскурантизм.
Стремясь монополизировать когнитивную сферу, устанавливая мировоззренческие догматы, религия якобы тем самым принципиально ориентирована на сдерживание иного процесса познания. Религия со времен просветителей стала в том числе коннотатом мракобесию.
В вульгарной интерпретации так называемой «теории обмана» речь и вовсе идет о якобы целенаправленной лжи религиозных институтов для эксплуатации верующих.
Просветителями был создан миф о «темном средневековье», приписываемое которому воинствующее ретроградство связывалось с христианством. Религию и познание противопоставляли друг другу многие видные представители общественной мысли, шедшие в фар ватере просветительской мировоззренческой традиции. История хранит множество изречений выдающихся мыслителей такого рода.
Д.Дидро: «Человек никогда не станет свободным, пока он не изгонит Бога из своего разума»; «Религия мешает людям видеть, потому что она под страхом вечных наказаний запрещает им смотреть».
П.Гольбах: «Если незнание природы дало начало богам, то познание ее должно уничтожить их»; «Хороший христианин должен подавить в себе разум, чтобы укрепиться в вере…».
К.Гельвеций: «Если открытие одной истины привело Галилея в тюрьмы инквизиции, то к каким пыткам присудили бы того, кто открыл бы их все».
Вольтер: «С религией получается то же, что с азартной игрой: начавши дураком, кончишь плутом».
Д.Галифакс: «Наверное, бог специально создал людей такими доверчивыми, чтобы священники могли их обманывать».
Э.Гиббон: «Религия расценивается обычными людьми как правда, умными — как ложь, а правителями — как полезность».
И.Гёте: «Вся история церкви — смесь заблуждения и насилия»; «Тот, кто ничего не знает, всему верит»; «У кого есть наука, тот не нуждается в религии».
Г.Гейне: «Случайный визит в дом умалишенных показывает, что вера ничего не доказывает».
Л.Фейербах: «Где появляются глаза и руки, там исчезают боги. Догмат есть не что иное, как прямой запрет мыслить»; «Религия противоречит нравственности тем самым, что она противоречит разуму»; «Религия — сон человеческого духа. Но и во сне человек находится на земле, а не на небе».
К.Маркс: «Религия — это вздох угнетенной твари, сердце бессердечного мира, подобно тому, как она — дух бездушных порядков. Религия есть опиум народа»; «Религия сама по себе лишена содержания, ее истоки находятся не на небе, а на земле, и с уничтожением той извращенной реальности, теоретическим выражением которой она является, она гибнет сама собой».
Ф.Энгельс: «Всякая религия является не чем иным, как фантастическим отражением в головах людей тех внешних сил, которые господствуют над ними в их повседневной жизни, — отражением, в котором земные силы принимают форму неземных».
А.И.Герцен: «Религиозному воззрению любовь к истине, к делу, потребность обнаруживания себя, потребность борьбы с ложью и неправдой, словом, деятельность бескорыстная непонятна. Религиозный человек свечки грошовой даром богу не поставит, это ему все векселя на будущую болезнь, на будущий урожай, наконец, на будущую жизнь».
И.С.Тургенев: «О чем бы ни молился человек — он молится о чуде. Всякая молитва сводится на следующую: „Великий боже, сделай, чтобы дважды два — не было четыре!“».
А.Бирс: «Молитва — это просьба об аннулировании законов Вселенной от лица единственного просителя, по его собственному признанию, недостойного».
А.Шопенгауэр: «Вера и знание — это две чаши весов: чем выше одна, тем ниже другая».
М.Твен: «Когда читаешь библию, больше удивляешься неосведомленности бога, чем его всеведению».
Б.Шоу: «Мне не нужен бог, который не умеет ответить на мои вопросы…»
В.И.Ленин: «Мы должны бороться с религией. Это — азбука всего материализма и, следовательно, марксизма. Но марксизм не есть материализм, остановившийся на азбуке. Марксизм идет дальше. Он говорит: надо уметь бороться с религией, а для этого надо материалистически объяснить источник веры и религии у масс».
А.В.Луначарский: «Бог — затычка для дыры неизвестного».
А.Франс: «Основой теологии является отсутствие разума и священный ужас наших предков перед картиной Вселенной».
Р.Пирсинг: «Когда один человек одержим иллюзиями — это называют умопомешательством. Когда много людей одержимо иллюзиями — это называют религией».
В.Л.Гинзбург: «Я убежденный атеист. Я считаю, что религия — это следствие древних сказок, наподобие астрологии. Там тоже предсказывается всякая чушь. А учение Дарвина — это великая вещь, оно показывает, как шла эволюция всего живого (не полностью, там есть еще вопросы). И это находит полное подтверждение на опыте и наблюдениях».

Исторически накоплена обширная коллекция подобных афоризмов. Не следует думать, что эти вырванные из целой жизни того или иного мыслителя цитаты полностью отражают его представления о таком сложнейшем вопросе. Важно и то, что цитирование и афористичность изречения не тождественны их истинности и доказательности. Адресуясь скорее к эмоциональной стороне восприятия, критика религии сама часто соскаль зывает с позиции «рацио». Насколько справедливы обвинения действительной религии в обскурантизме? Попытаемся в этом разобраться. Конечно, прецеденты гонений на «новое знание» имеют в истории конфессий многочисленные иллюстрации. Но насколько они характерны только для религии? Может быть явление шире и более распространено и обычно и в иных когнитивных пространствах?

Анализ прецедентов религиозных гонений на науку

Исторически известны случаи осуществленных с позиции религии гонений на ученых. Именно они традиционно предъявляются в качестве одного из главных обвинений против религии, формируя совершенно определенное представление о мракобесии религии. Однако заинтересованный в истине разбор наиболее резонансных «дел» показывает неоднозначность их традиционной интерпретации в рамках иллюстрации борьбы религии против науки.
Вот несколько подобных историй.

30-е гг. IV в. — казнь философа-неоплатоника, главы Пергамской школы, Сопатра Апамейского.
Оказавшись при дворе Константина I, установившего христианство в качестве государственной религии Римской империи, Сопатр пытался склонить императора к традиционному по литеизму. Собственно научные изыскания главы Пергамской школы не имели к его казни никакого отношения! Вступивши в борьбу религиозных групп против императора, он и пал в этой борьбе не как ученый, но как язычник.
Причиной императорского гнева послужили доносы на Сопатра о том, что он с помощью своего магического искусства задерживает прибытие судов с продовольствием в Константинополь и хочет низложить императора. Теоретические разработки Пергамской школы не имели в данном случае никакого отношения к делу. Сам по себе неоплатонизм получил благополучное дальнейшее развитие в рамках христианского богословия. Продолжала функционировать и Пергамская школа.

372 г. — казнь нового главы Пергамской школы философа-неоплатоника Максима Эфесского.
Максим Эфесский оказал определяющее идейное влияние на Юлиана Отступника в восстановлении язычества и преследованиях христиан. После смерти Юлиана языческая партия объективно должна была оказаться в положении гонимой. Собственно философские разработки Максима Эфесского гонениям не подвергались. Среди неоплатоников были как язычники, так и христиане, и сам по себе неоплатонизм к преследованиям отношения не имел. Первоначально Максим угодил в тюрьму вовсе не за философию, а по обвинению в мздоимстве. Избежать максимально сурового наказания ему удалось благодаря заступничеству другого видного философа Фемистия (впоследствии префекта Константинополя). Сам факт этого заступничества опровергает представление о тотальности обскурантистских гонений в средневековом христианском обществе, по крайней мере в этой истории. Смертный приговор был вынесен Максиму Эфесскому опять-таки не за философию, а за колдовство и участие в заговоре с целью убийства императора[1].

415 г. — убийство толпой религиозных фанатиков женщины-ученого — философа, математика, астронома, схоларха Александрийской школы неоплатонизма Гипатии Александрийской.
Гипатию убили парабаланы — представители одной из христианских полумонашеских общин. Они отличались особой конфликтностью в религиозных спорах. Их фанатизм вызывал осуждение со стороны церковных иерархов. Церковь расправу над Гипатией не санкционировала. Версия о том, что к убийству был косвенно причастен святой Кирилл Александрийский (один из главных разработчиков догмата о Троице), ничем не подтверждается[2]. Кирилл, по свидетельству историков Церкви, был, несмотря на свой темперамент, противником практики самосуда со стороны толпы[3]. Мотивы расправы парабаланов над Гипатией не были непосредственно связаны с ее научной деятельностью. Парабаланы расправлялись не с учеными, а с языческими магами. И Гипатия пострадала именно в этом качестве. «Нельзя сказать, — рассуждал в этой связи С.С.Аверинцев, — что суеверные современники по невежеству приняли ученых за магов. Ученые сами выдавали себя за магов, и притом с глубоким внутренним убеждением. Конечно, они были жертвами суеверия, однако того суеверия, которое сами обосновывали и распространяли. Чем они не были, так это мучениками науки. В лучшем случае, они были мучениками языческой религии»[4].
При историческом анализе оказалось, что в описываемых инцидентах, таких как смерть Гипатии, имела место не борьба религии против науки, а межрелигиозный конфликт. Сначала язычники устраивали гонения на христиан, затем христиане на язычников. Но это не было гонением обскурантов на научность. Сама Гипатия стала впоследствии прообразом христианской мученицы святой Екатерины Александрийской. Ее житие было составлено в X в. Установление культа Екатерины — философа, математика, астронома, погибшей от рук разъяренной толпы, свидетельствовало, чью сторону между обскурантизмом и познанием занимала сама Церковь[5].

В XVI—XVII вв. широко известны гонения на гелиоцентрическую систему Н.Коперника.
Масштабные гонения Церкви на гелиоцентризм — это попросту миф. Гелиоцентристский подход был широко распространен среди античных мыслителей и не составлял секрета для образованной части средневекового общества. На него, например, ссылался живший в XIII в. Фома Аквинский[6].
Дискуссия со сторонниками геоцентризма была дискуссией с аристотелизмом, а не с религией. Сталкивались две научные теории. Одна опиралась на авторитет Аристотеля и Птолемея, другая восходила к Аристарху Самосскому. Религия долгое время была в стороне от этого диспута, ввиду того, что ни один из подходов принципиально не противоречил религиозному объяснению[7].
В исламской среде теория гелиоцентризма была задолго до Н.Коперника развита в трудах созданной Улугбеком Самаркандской школы. Какого-либо осуждения ее разработок с позиций ислама не выдвигалось. Существовала полемика с другими научными школами, но религия запрета на эту полемику не устанавливала[8]. В Европе также до Н.Коперника философски гелиоцентризм обосновывался Николаем Кузанским. А это была фигура не только ученого, но и видного церковного иерарха. Николай Кузанский занимал посты кардинала, епископа, генерального викария в Ватикане. И если такой человек мог обосновывать гелиоцентризм, то значит особого диссонанса в отношении религии в этой концепции не обнаруживается[9]. Никаким гонениям со стороны Церкви не подвергался и сам Н.Коперник. Будучи доктором канонического права, он занимал пост каноника, что вряд ли было бы возможным при определении его взглядов как еретических. Папа Лев X приглашал Н.Коперника принять участие в разработке реформы церковного календаря, что демонстрирует вполне определенное доверие.
Папа Климент VII прослушал лекцию с изложением гелиоцентристской теории и высказал к ней благожелательное отношение. В качестве лектора выступал ее сторонник кардинал Вигманштадт. Первое издание главного коперниковского труда «О круговых движениях небесных тел» было посвящено папе Павлу III и сопровождено хвалебным письмом кардинала Шенберга[10].
Только в 1616 г., т. е. более чем через семьдесят лет после смерти Н.Коперника, католическая церковь по инициативе папы Павла V попыталась установить запрет на распространение гелиоцентристской теории. Книга «О круговых движениях небесных тел» была включена в Индекс запрещенных книг. Однако и «запрет» был достаточно мягким. Для возможности издания книги всего лишь требовалась оговорка, что гелиоцентричная система является научной математической моделью. Реально же многие переиздания коперниковского труда продолжали выходить и без соответствующей оговорки[11].

1600 г. — сожжение на костре Джордано Бруно.
За что сожгли на костре Джордано Бруно? Менее всего за его научные взгляды. Гелиоцентризм в 1600 г. был легален, и за приверженность ему никого не казнили. Астрономические воззрения Бруно упоминались в ходе следствия попутно, не составляя основного содержания процесса.
Разбиралось иное — альтернативная христианству бруновская система религиозных взглядов. Дж. Бруно являлся пифагорейцем и герметистом. Но даже не это ставилось ему в вину, а конкретно — хула на христианство и Христа. Главное доказанное обвинение — отрицание обвиняемым чуда пресуществления хлеба в тело Христово во время обряда причастия. Среди адресуемых Бруно обвинений — утверждение о мнимости чудес, совершенных Христом; отрицание добровольности принятия Христом смерти на кресте; отрицание посмертного возмездия за грехи; вера в переселение душ; намерение создать новую религию. Бруно, таким образом, осуждали именно как еретика, но не как ученого[12]. К этому выводу пришел, в частности, видный российский знаток философии периода Ренессанса А. Ф. Лосев. «…За что же, — ставил он вопрос в „Эстетике Возрождения“, — в конце концов, сожгли Джордано Бруно? Очевидно, вовсе не за неоплатонизм и вовсе не за гелиоцентризм. Ведь не сожгли же ни Коперника, ни Кеплера, ни Галилея. Бруно сожгли за безличностный неоплатонизм, а не за неоплатонизм вообще, за борьбу с монотеизмом, за антихристианство, не говоря уже об антицерковности. Другими словами, как бы Бруно ни одушевлял свою Вселенную, он мог говорить о творце мира только в переносном смысле, а фактически никакого творца мира как надмировой абсолютной личности он никак не мог признать»[13].

1633 г. — процесс над Галилео Галилеем.
Еще одной «жертвой» «религиозного мракобесия» принято считать Галилео Галилея. Ученый, как известно, пострадал за свою приверженность коперникианству. Однако процесс над Галилеем не следует представлять в виде противостояния обскурантистской церкви и одинокого вольнодумца. Гелиоцентристский подход к тому времени разделяли многие видные католические теологи, включая ряд церковных иерархов. Идейно близок к Галилею был, в частности, кардинал Маттео Барберини, взошедший в 1623 г. на папский престол под именем папы Урбана VIII. Он даже был автором оды в честь ученого. Но именно при Урбане VIII состоялся процесс над Галилеем.
В возникшей дискуссии, как показало время, научная правота далеко не по всем вопросам была на стороне галилеевской партии. Галилей, в частности, полагал, что кометы есть не более чем оптический эффект в атмосфере земли, тогда как его оппоненты среди иезуитов отстаивали аристотелевскую версию о кометах как телах внеземного происхождения. Основным обвинителем на антигалилеевском процессе со стороны церкви выступал не менее яркий, чем сам Галилей ученый, богослов-полемист Роберто Беллармини. Полемика Беллармини-Галилей проходила по всем правилам ведения научной дискуссии.
Папа Урбан VIII лично высоко отзывался о галилеевской книге «Пробирных дел мастер». Им было предписано иезуитам прекратить полемику с Галилеем. Устроенный в 1633 г. в Риме антигалилеевский процесс противоречил в этом отношении всей предшествующей логике развития науки при папском престоле. Мотивы суда были преимущественно личными. В опубликованной Галилеем в 1632 г. книге «Диалог о двух главнейших системах мира — птолемеевой и коперниковой» гротескно, в образе одного из участников полемики изображался сам правящий папа. Покровительствовавший до того ученому Урбан VIII воспринял это как личное оскорбление. И только после этого возникает тема галилеевского еретичества. Тем не менее приговор Галилею был вынесен сравнительно мягкий. Ему запрещалось впредь пропагандировать гелиоцентрическое учение. Однако книга Галилея «Диалог о двух главнейших системах мира — птолемеевой и коперниковой» фактически сразу же после процесса была переведена на ряд европейских языков и распространилась по всей Европе[14].

Таким образом, наиболее резонансные эпизоды, традиционно трактуемые как доказательство гонений церкви на ученых, как отражение природы вероисповедания и религии, не позволяют на самом деле однозначно говорить о них как о конфликте религиозной и научной моделей познания. Скорее, это позднейшие интерпретации для целей «гонений» на религию, а не на науку. Чаще всего в описываемых прецедентах сталкивались не позиции религии и науки, а позиции двух различных религиозных систем.
Борьба выражалась не в поиске истины, а в поиске и обосновании еретичества, понимаемого с позиции официальной церкви в отношении сторонников альтернативного богословия. Характерно, что апогей деятельности инквизиции приходится не на классическое Средневековье, а на транзитный период между Средними веками и Новым временем. А это уже было время, когда католическая церковь не занимала безусловного доминирующего положения в Европе. Ряд европейских стран, принявших реформацию, не подчинялся в религиозном плане папскому престолу. Папство находилось в кризисе и предпринимало отчаянные усилия для удержания власти. Представлять период кризиса одной из конфессий в качестве репрезентативного отражения всей истории религии очевидно некорректно.
В течение нескольких столетий Ватиканом составлялся «Индекс запрещенных книг». Последний раз он был опубликован в 1948 г. Запреты на книги традиционно расценивались антиклерикальной пропагандой как яркая иллюстрация противостояния религиозного ретроградства передовой науке. Однако интересно, что анализ предлагаемых «Индексами» перечней позволяет констатировать, что собственно научные работы в них, за редким исключением, отсутствуют. Запреты касались, главным образом, художественной литературы и моральной философии[15].
В основном «Индекс» Ватикана представляет собой инструмент нравственной цензуры. Подобное цензурирование существует и в светском обществе. Составление списков запрещенных книг, как правило экстремистского содержания, устанавливается законодательством современных государств, включая Российскую Федерацию. Хорошо известно как современное западное законодательство остро реагирует на книги и работы с ревизией темы «холокоста», сформировав доктрину даже уголовной ответственности за такие произведения.
Принципиального ситуационного различия в светском смысле между последним примером и реагированием инквизиции на ревизию евангельского предания о муках Христовых в общем-то нет. Сама Церковь не выносила приговоров в отношении еретиков, и уж тем более не она приводила их в исполнение. Это было прерогативой государства. Другое дело, что средневековое государство руководствовалось в своих решениях авторитетом церкви. Защита веры и чувств верующих составляла одну из важнейших государственных прерогатив. Жестко пресекались любые попытки богохульства. А такие попытки были не только вымыслом дьяволоборцев. Психологию протеста против богохульства легко усмотреть и в современности. Например, в историях, связанных с «Pussy Riоt» и фильмом «Невинность мусульман».
Само признание гонений на ученых со стороны представителей конфессий и религиозных организаций не означает признания причин гонений в самой природе религии. Авторы не имеют цели выбелить реальную историю религии. История содержит множество примеров неблаговидной деятельности религиозных организаций. Имеются в ней и прецеденты гонений на ученых и противодействия научному познанию. Но это есть иллюстрация истории, полной противоречий и всегда такой. Доказательство природы религии в части ее обскурантизма по правилам научной логики посредством приведения примеров не является корректным. На пример, подтверждающий доказуемое положение, можно всегда отыскать пример, его опровергающий, что и было приведено выше. В длительной истории религии есть, соответственно, примеры активной поддержки религиозными организациями научного познания. Первые средневековые университеты возникли на базе богословских школ. Университетские педагоги имели священнический сан.
Название одного из старейших университетов в Западной Европе — Сорбонны в Париже происходит от его создателя, видного французского теолога, королевского духовника Робера де Сорбона[16]. До возникновения средств массовой коммуникации именно церковь выполняла на Западе функции главного транслятора передовых научных знаний.

Общеизвестна роль христианской церкви в распространении культуры и знаний в Древней Руси. Традиционно этот просветительский эффект указывается как один из главных результатов христианизации.
Восток не воспринял получившую распространение на Западе теорию «двух истин». Соответствующие идеи ряда арабских мыслителей не привели к трансформации исламского образования. Соответственно, и познавательный процесс на Востоке осуществлялся вне разрыва с религиозной традицией. Многие видные ученые, представляющие цвет мировой науки, имели священнический сан. И это относится не только к средневековому периоду истории. Характерный пример — архиепископ Симферопольский и Крымский Лука (в миру В.Ф.Войно-Ясенецкий) — профессор медицины, разработчик теории гнойной хирургии, лауреат Сталинской премии первой степени 1946 г.[17].
То есть примеров может быть множество и всех сортов. В данном случае важна констатация, что предопределенности конфликта религии и научного познания в силу природы религии не было.
Более того, претензии о контркогнитивной природе религии могут быть отнесены… к самой светской науке.

Монополия на истину "академической науки" и научные революции

Исторически известные противоречия ретроградства и нового знания относятся не только к взаимоотношениям религии и науки. Новое знание всегда утверждается в конфликте со знанием старым. Это всегда ломка стереотипов. Такой конфликт составляет общую логику процесса познания. Противники нового знания могут, конечно, апеллировать к «религиозной традиции». Мол, догма не велит соглашаться. Но эта апелляция на самом деле не уникальна.
Не менее инерционно, чем клерикальная среда, часто проявляла себя во все времена по отношению к новому знанию ученая корпорация. И такая реакция вполне понятна — утверждаемые в результате открытий новые знания ниспровергали прежние научные построения. Происходила научная революция. Ученая корпорация могла их игнорировать, а могла вступать в жесткую полемику, переходящую даже в формат «травли».
Из отечественной истории хорошо известна практика таких гонений. Погрому со стороны «академической науки» подверглись в свое время генетика и кибернетика. Не только власть, но сами ученые выступали застрельщиками этих погромов.
Кто-то скажет — это в прошлом. Как бы не так. Вот реальная цитата 2011 г. из полемики одного из авторов с очень известным московским профессором политологом: «Присоединяться к тому, что я не понимаю и не считаю квалифицированным продуктом, не буду».
Не понимаю, но при этом считаю неквалифицированным продуктом. Это сказано в научном споре. Что это как не внесение в научный процесс вненаучной аргументации? Раньше подобное и квалифицировалось как мракобесие: «Не понимаю, но оценку даю». На основании чего дается эта оценка? К счастью, переносить диагноз с одного «именитого» ученого на всю современную науку оснований нет. Выше уже говорилось, что метод примера — это только часть в доказательстве истины. А именно, только необходимая часть. Достаточности доказательства никакой пример не дает.
Громкие научные погромы, казалось бы, канули в лету. Прошло время, и новые науки и открытия были признаны в качестве передового края научного познания. Но разве и в современности «академическая наука» не игнорирует иной раз передовые научные разработки? И разве не бывает, что затевается реальная травля ученых, подобная резонансному делу «осуждения» учебника по истории А.И.Вдовина и А.С.Барсенкова[18].
Выступление от имени науки еще не есть сама наука. С позиций «научной авторитетности» часто утверждались и антинаучные, и ошибочные положения.
Томас Кун, признаваемый сегодня в качестве классика науковедения, описывал историческое развитие науки как процесс смены ученым сообществом объясняющих научных парадигм. Объяснительная модель Аристотеля, обращал внимание Т.Кун, существенно расходится с объяснительной моделью Ньютона. Произошла смена самого теоретического каркаса. Затем такая же инверсия происходит в связи с выдвижением эйнштейновского концепта относительности. Происходят «научные революции».
Первоначально, согласно куновской схеме, каждое новое открытие или эмпирический факт поддается объяснению с позиций имеющейся теории. Однако далее появляются феномены, необъяснимые в рамках прежней парадигмы. Их сначала не признают в качестве факта. Но их количество возрастает, актуализируя выдвижение альтернативной объяснительной модели. Будучи первоначально альтернативой, новая теория со временем вытесняет прежнюю устаревшую. Если теория носит масштабный характер, то происходящее называют научной революцией[19]. Важен в этой смене конфликт. Именно он проверяет внутринаучный мир и его способность не выходить за рамки научности: вести спор с помощью аргумента и логики, а не оценки оппонента; не применять доводы типа: это наивно, чрезмерно, ненаучно, это идеологично, это несерьезно. (Все — цитаты.)
В современной науке применяется и так называемое когнитивное оружие[20], используемое в информационно-психологической войне. В нем целенаправленно научные истины замещаются ложными конструктами, для того чтобы ввести противника в заблуждение, поразить его в знании. Последствия могут иметь самый масштабный характер, например: ошибочное государственное строительство, экономический уклад, наносящие реальный материальный ущерб противнику, иногда такой величины, какую никакой бомбардировкой не нанесешь. Например, принятие на вооружение постсоветской российской властью теории монетаризма вывело из суверенного финансового оборота России почти два годовых бюджета (около 4 трлн долларов, что сопоставимо с потерями СССР во Второй мировой войне). Принятие на вооружение теории постиндустриализма 21 фактически привело к деиндустриализации России, снижению ее экономического суверенитета.
Таким образом, в самой науке так называемое «мракобесие» и обскурантизм также имеют место как пограничные и неизбежные в сложном общественном процессе научного развития явления.
Наука, по Т.Куну, развивается по принципу чередования периодов «нормальной» и «революционной» науки. То, что сегодня воспринимается как нечто «революционное», завтра становится общепризнанным. А то, что сегодня в научном плане «нормально», окажется завтра дремучей архаикой.
Не все, впрочем, философы признают саму революционность переходов в науке. В частности, принципиально возражал против куновской методологии Карл Поппер. Показателен разбор содержания его критических возражений. Во-первых, указывал К.Поппер, «в норме» в науке могут присутствовать не одна, а сразу несколько конкурирующих между собой парадигм. И во-вторых, новая теория, как в случае смены ньютоновской на эйнштейновскую модель, не отменяет прежнюю, а дает новые горизонты видения[22]. Оба замечания, надо признать, справедливы, но саму идею научных революций они не отменяют. То, что рушится каркас не одной, а множества теорий, не отменяет факт смены парадигм. Пусть эта парадигма будет не в единственном числе. В единственном числе в науке она никогда и не существовала. То, что новая теория может поглощать прежнюю, не отменяет ее парадигмальную новизну. Бесспорный факт преемственности научного знания не означает статичности теоретических моделей.
Важно здесь для исследуемой темы другое: сама фиксация противоречия между старой и новой научными парадигмами. Представители старой парадигмы, как правило, «инерционны», сопротивляются утверждению нового знания. Таким образом, ретроградство оказывается непременным сопутствующим обстоятельством научного прогресса. Принципиального различия в его происхождении, религиозном ли, научном ли, в общем-то нет.
Инерционность, как проявление присущего человеческой природе консерватизма, в принятии нового знания и уж тем более новых научных парадигм существует и в Церкви, и в академическом сообществе. Инерционность препятствует взаимному сближению религии и науки, необходимому обоим мыслительным пространствам и вытекающему из самой логики мегаэволюционного процесса познания. Однако представляется, что преодоление существующего положения дел неизбежно.
***
Таким образом, объективный и многогранный анализ особенностей религиозного и научного познания позволяет видеть, что абсолютных и принципиальных противостояний между научным и религиозным познанием нет. Различие в пути получения знаний есть, но оно исторично и по ходу будущего эволюционирования человека будет все меньше.
Препятствия к пониманию этого и сближению социально активных позиций науки и религии в современности обусловливаются не столько гносеологическими и фундаментальными причинами, сколько, скорее, инертностью научной и религиозной группировок. По сей день они никак не выйдут из состояния, заложенного в период секуляризации. Принципиальная позиция религии состоит в утверждении о невозможности познать научным путем не только Бога, но и божественный замысел и последствия, с ним связанные. Стереотип науки — что-то вроде представления о недостоверности и неверифицируемости религиозной феноменологии. Анализ показывает, что обе претензии корректируемы. Пока отчуждение сохраняется. По сей день сохраняет свою актуальность консенсус теории «двух истин», разграничивающий познавательные ниши религии и науки. Этот концепт последовательно реализуется в программах высшего теологического образования. Между тем, как видно из представленного исследования, потребность во взаимном сближении существует.
Религия нуждается в соотнесении выработанных столетиями учений с данными современной науки. Сегодня одной апелляции к откровениям недостаточно. Для множества людей нужна научная аргументация и верификация религиозных положений. Необходим перевод языка символов, метафор, аллегорий и притч, ключ которого в обществе частично утрачен, на язык, доступный для понимания современного человека.
Охранительная позиция религии конечно оправдана, она объясняется ответственностью перед лицом возможной утраты в результате принятия ложных направлений поиска смыслообразующего ядра, соединяющего человека с Богом. И эти опасения не напрасны, имея в виду определенные сомнительные выводы, сформулированные секулярной наукой в стремлении к абсолютизации некоторых «истин» (например, в теории «борьбы за существование»). Религиозный консерватизм исторически оправдан, ценен, но при этом не абсолютен! Мысль человека подвижна и динамична, и религиозная мысль не исключение.
Для науки религия ценна как один из инструментов очень своеобразной, но, тем не менее, объективной когнитивной генерации гипотез о мироздании, объяснительных моделей и феноменологии.
У религии и науки в современном мировом познавательном дискурсе выявляется все более явственно общий идейный противник. В этом качестве предстает постмодернизм как средоточие псевдонауки, псевдорелигии, псевдофилософии, но зато вполне натурального релятивизма, доходящего до системного абсурдизма. Обоим мыслительным пространствам когнитивным противником выступают современные мировые конструкторы псевдонаучных теорий, призванных идеологически и информационно «прикрывать» мировой паразитизм, несправедливость, новые изощренные модификации расизма и даже классического фашизма. Именно это настоящие силы зла, понимая зло и в религиозном, и в строго научном смысле, как уход от «образа и подобия» — идеала очеловеченности человека. По отношению к науке постмодернизм заявляет об относительности эмпирического знания, по отношению к религии — об относительности таких категорий, как добро и зло. Подрываются, таким образом, сами основания познавательной практики.
На ранней стадии социогенеза существовала целостная, дисциплинарно недифференцированная система знаний. В значительной мере она определялась адаптацией человека к среде обитания. Однако различия средовых условий привели к вариативности человеческого опыта. Дальнейшее гносеологическое развитие осуществлялось в направлении дивергенции знаний. Принципиальной особенностью и этапом европейского процесса стало разделение науки и религии. Концептуальное оформление оно получило в рамках теории «двух истин». Вне западной цивилизации такого разделения и в такой степени не произошло. Секулярная наука возникла на Западе, распространяясь вовне как импортируемое явление. Как показало исследование, за секуляризмом ранней научной генерации могла скрываться приверженность альтернативным по отношению к ортодоксальному христианству религиозным системам.
Дивергентный путь имел следствием выработку специального исследовательского инструментария, детализацию знаний. Происходило дробление наук, институционализация новых дисциплинарных ниш. Все это обусловило интенсификацию научно-технического прогресса. Однако с течением времени, с углублением представлений о мироздании все более остро стала ощущаться утрата единого когнитивного подхода ко всей накопленной человечеством феноменологии, включая пока необъяснимую. Особенно острый этот вызов в сфере гуманитаристики.
Разъединение науки и религии коснулось большинства представителей мировой ученой корпорации. Однако на высшем уровне научного сообщества этого разрыва не произошло. Исследование показало доминирование среди величайших ученых человечества лиц, придерживающихся религиозных мировоззренческих представлений. Вера в Бога для них не только не была контрнаучна, но, напротив, служила определенным основанием для научной познавательной практики. Вместе с тем религиозные воззрения великих ученых, как правило, отличались от ортодоксальных подходов теологии или упрощенных рутинных моделей.
Различаются и национальные школы в науке, в большей или меньшей степени тяготеющие к синтезу с религией.
Сопоставление позиций религии и пионерских разработок в гуманитарных науках обнаруживает их общность по ключевым вопросам представлений о мироздании.
Точка зрения, приписывающая религиям приверженность в объяснении глобальных общественных процессов теории регресса, не подтверждается. Религиозный взгляд заключается в утверждении разворачивающейся через историю идеи нравственного прогресса человечества. При этом прогресс мыслится не только как линейное движение, но и как путь по сложной траектории, с чередующимися прорывами и откатами.
Обнаруживается близость подходов религии и современной науки в раскрытии категории «жизнь». Трехуровневый подход к раскрытию природы человека в религии соотносится с научным дискурсом о необходимости разграничения биологической, социальной (кооперативной) и духовной (интегративной) компоненты антропологии. Вся макроэволюция живого и человека, в частности, идет по пути смены форм: биогенез, социогенез и духовный интегративный прогресс — сологенез.
Когда-то резко диссонирующие в презентации модели мироустройства религии и естественные науки все чаще обнаруживают сегодня, по меньшей мере, непротиворечивость. Казавшиеся прежде абсурдными отдельные религиозные концепты приобретают в настоящее время подтверждение с позиций новых научных открытий. Иные знания, представленные посредством «трудночитаемых» метафор, раскрывают свой глубинный на полненный достоверной информацией смысл. А между тем все эти положения были сформулированы в рамках традиционных религий столетиями, а то и тысячелетиями ранее.
Следовательно, допустима мысль о том, что могут быть верны и другие, не проработанные пока еще наукой религиозные утверждения. Такое допущение позволяет наукам расширить горизонты своего пространства гипотез и продвигаться вперед более целенаправленно.
Долгое время наука рассматривала религиозные «чудеса» главным образом как фальсификации. По сути, речь шла о соучастии в мошенничестве всей совокупности лиц духовного сана. Затем «непознанное» признается как «паранормальные явления», хотя граница табу все еще сохраняется. Когда же с ним не мирятся, то возникает, например, вполне рациональное направление изучения биолокации. И благодаря этому наука вплотную подходит к возможности научного допущения бытийственности Бога, что только и снимает обнаруживаемые противоречия иных объяснительных схем по поводу имеющейся достаточно надежной феноменологии. И не так важна здесь терминология: Бог, Высший, Абсолют, субквантовый потенциал и т. п. Важно, что для объяснения наличной феноменологии необходимо допущение еще одного уровня бытия, еще не очень освоенного наукой. И это есть платформа для соединения двух мыслительных пространств.
Не подтвердилось в ходе исследования распространенное утверждение о принципиальной несовместимости религиозного и научного исследовательского инструментария. Специальный сопоставительный анализ не позволил обнаружить ни одного значимого признака научного познания, который совершенно отсутствовал бы в религии. Другое дело, что религия содержит в своем арсенале и элементы иных, не научных, познавательных практик. Таким образом, синтез науки и религии в будущем оказывается не только целесообразным ориентиром, но и реалистической (по причине отсутствия принципиально несовместимых сфер) перспективой. Когда-то в качестве казавшегося весомым аргументом атеистической пропаганды выдвигалась апелляция — «Гагарин в космос летал, Бога не видел». Позиция секулярной науки состояла в отрицании существовании Бога по причине его нефиксируемости. Теологи оппонировали, что сама постановка вопроса «встречи человека с Богом» принципиально противоречит религиозному пониманию. Становится актуальным третий подход.
Человек пока действительно не может зафиксировать Бога так же, как он не фиксирует, например, такие объекты материального мира, как темную материю. Да сколько еще чего он пока не фиксирует, что совершенно определенно зафиксирует в ближайший миллион лет, или тысячу, или десять лет, сделав очередное открытие. Здесь принципиально важно слово «пока». Наука не стоит на месте. Вероятно, наступит такое время, когда и выход человечества на уровень прямого диалога с Богом станет реальностью.
А пока… Иногда сама постановка вопроса о Боге, о религиозном чуде в академическом сообществе может вызывать усмешку. Не надо этого бояться.
Махатма Ганди в свое время так представлял историю распространения человеческих идей: «Сначала Вас игнорируют, потом смеются над Вами, потом борются с Вами, а потом Вы побеждаете». Для развития науки как непременные условия нужны научная смелость, или смелость мысли, и научная профессиональность.
То, что сегодня игнорируется или не очень понимается, завтра может стать научным мейнстримом.

Примечания

[1] Penella R. Greek Philosophers and Sophists in the Fourth Century A.D. // Studies in Eunapius of Sardis. Leeds, 1990; Vanderspoel J. Th emistius and the Imperial Court: Oratory, Civic Duty and Paideia from Constantius to Th eodosius. Ann Arbor, 1996.
[2] Кингсли Ч., Маутнер Ф. Ипатия. Харьков: ИКП «Паритет» ЛТД, 1994; Штекли А. Гипатия, дочь Теона. М.: Молодая гвардия, 1971.
[3] Дворкин А. Очерки по истории Вселенской Православной Церкви. Н. Новгород: Издательство Братства во имя св. князя Александра Невского, 2005; Захаров Г. Правда и ложь «Агоры» // Фома. 2010. No 4.
[4] Аверинцев С. С. Эволюция философской мысли // Культура Византии. IV — первая половина VII века. М., 1984. С. 59.
[5] Екатерина Александрийская // Православная энциклопедия. М.: Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2009. Т. XVIII. С. 100–115.
[6] Shank M. H. Setting up Copernicus? Astronomy and Natural Philosophy in Giambattista Capuano da Manfredonia’s Expositio on the Sphere // Early Science and Medicine. 2009. Vol. 14. No 1–3. P. 290–315.
[7] Рожанский И. Д. История естествознания в эпоху эллинизма и Римской империи. М.: Наука, 1988.
[8] Джалалов Г. Д. Некоторые замечательные высказывания астрономов Самаркандской обсерватории // Историко-астрономические исследования. М., 1958. Вып. IV. С. 384.
[9] Еремеева А.И., Цицин Ф. А. История астрономии (основные этапы развития астрономической картины мира). М.: МГУ, 1989; Ноговицин О. Н. Концепция coinсidentia oppositorum и критика принципа противоречия Аристотеля в позднем трактате Николая Кузанского «О неином» // ΕΙΝΑΙ: Проблемы философии и теологии. СПб., 2012. No 1; Тажуризина З. А. Философия Николая Кузанского. М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2010.
[10] Гребеников Е. А. Николай Коперник. М.: Наука, 1982; Дмитриев И. С. Искушение святого Коперника: ненаучные корни научной революции. СПб.: Издательство С.-Петербургского университета, 2006; Энгельгардт М. А. Николай Коперник // Коперник. Галилей. Кеплер. Лаплас и Эйлер. Кетле. Биографические повествования. Челябинск: Урал, 1997.
[11] Gingerich O. Th e book nobody read. Chasing the Revolutionibus of Nicolaus Copernicus. Penguin books, 2004; Фантоли А. Галилей: в защиту учения Коперника и достоинства Святой Церкви. М.: МИК, 1999.
[12] Джордано Бруно. Избранное. Самара: Агни, 2000; Антоновский Ю. М. Джордано Бруно. Его жизнь и философская деятельность. СПб., 1892; Грот Н. Я. Дж. Бруно и пантеизм // Зап. Новорос. ун-та. 1885. Т. 41; Йейтс Ф. Джордано Бруно и герметическая традиция. М.: Новое литературное обозрение, 2000; Карсавин Л. П. Джордано Бруно. Берлин, 1923; Элиаде М. История веры и религиозных идей. М.: Критерион, 2002; Менцин Ю.Л. «Земной шовинизм» и звездные миры Джордано Бруно // Вопросы истории естествознания и техники. 1994. No 1; Ордине Нуччо. Граница тени. Литература, философия и живопись у Джордано Бруно. СПб., 2008.
[13] Лосев А. Ф. Эстетика Возрождения. М.: Мысль, 1978. С. 684.
[14] Галилео Галилей. Диалог о двух системах мира. М.; Л.: ГИТТЛ, 1948; Выгодский М. Я. Галилей и инквизиция. М.; Л.: 1934; Кузнецов Б. Г. Галилео Галилей. М.: Наука, 1964; Фантоли А. Галилей: в защиту учения Коперника и достоинства святой церкви. М.: МИК, 1999; Хеллман Х. Великие противостояния в науке. Десять самых захватывающих диспутов. Глава 1. Урбан VIII против Галилея: Неравная схватка. М.: Диалектика, 2007; Шрейдер Ю. А. Галилео Галилей и Римо-Католическая Церковь // Вестник истории естествознания и техники. 1993. No 1.
[15] www.cvm.qc.ca/gconti/905/BABEL/Index%20 ... -1948.htm; www.fordham.edu/halsall/mod/indexlibrorum.asp
[16] Уваров П. Ю. История интеллектуалов и интеллектуального труда в Средневековой Европе. М.: ИВИ РАН, 2000; Гофф Ж. Л. Интеллектуалы в средние века. М.: Пресс, 1997; Гештор А. Средневековый университет: Управление и ресурсы // ALMA MATER. 1996. No 5.
[17] Шевченко Г. Приветствует вас святитель Лука, врач возлюбленный. СПб.: Наука, 2009; Войно-Ясенецкий В.Ф. (Архиепископ Лука). Очерки гнойной хирургии. Бином, 2006.
[18] Преподавание истории в России и политика. Материалы круглого стола. М.: Научный эксперт, 2010.
[19] Кун Т. С. Структура научных революций. М., 1975.
[20] Когнитивное оружие — термин, введенный в научный оборот авторами.
[21] Якунин В.И., Сулакшин С.С. [и др.]. Теория постиндустриализма. Опыт критического анализа. М.: Научный эксперт, 2011.
[22] Popper K. Normal Science and its Dangers // Criticism and the Growth of Knowledge. Cambr., 1970. P. 51–58.

http://rusrand.ru/ideas/monopoliya-na-i ... i-nauke--I
http://rusrand.ru/ideas/monopoliya-na-i ... -nauke--II





ВВС НАТО: сокрытие истины о потерях

Олег Усик

На фоне информационного противостояния России и Запада отчётливо бросается в глаза тот факт, что проамериканские СМИ тщательно скрывают данные о боевых потерях авиации стран Североатлантического альянса в ряде локальных конфликтов. Попробуем разобраться.
Когда говорят о налётах авиасоединений НАТО, то первое, о чём твердят зарубежные информационные агентства – это не только об успешности применения высокоточного оружия, о воздушных победах западных пилотов над ВВС Ирака, Югославии, Ливии, но и о том, что так называемые «носители демократии» возвращаются на свои авиабазы без потерь.
Влиятельные мировые телеканалы, смакуя ход воздушных операций, услужливо показывают обывателям результаты американских бомбардировок, остовы горящих танков и ракетных комплексов советского производства. Но при этом успехи иракских, сербских, ливийских пилотов и зенитчиков, которые доблестно сражались против натовского неофашизма, до сих пор замалчиваются.

Операция «Буря в пустыне» - 1991

Как известно, 16 января 1991 года Запад начал агрессию против Ирака. Разумеется, авиация НАТО сыграла главную роль в разгроме иракской армии. Однако и ВВС «многонациональных сил» понесли потери.
Так, 17 января иракский перехватчик МиГ-25П сбил над морем американский палубный истребитель F/A-18С «Хорнет». При этом более манёвренных F-15C, которые сбивали почти каждый иракский самолёт в пределах видимости своего радара, рядом не оказалось.
Отлично проявил себя самый совершенный на тот момент истребитель советского производства МиГ-29 (по классификации НАТО – «Точка Опоры»). У BBC Ирака был 41 самолёт данного типа. В ходе войны было потеряно пять МиГов (один потерпел аварию). Зато «29-е» сбили 10 вражеских истребителей (пять F-16С, два F-15Е, по одному «Торнадо», F/A-18C и F-14В) и тактический бомбардировщик F-111F. Часть иракских машин перелетела в Иран.
Заслуживает разговора и советский истребитель МиГ-23. Самолёт был создан ещё в конце 1960-х годов. В ходе боевых действий F-15С сумели сбить шесть устаревших МиГ-23МС и МиГ-23МФ, однако более удачно действовали более современные МиГ-23МЛ, которые сбили как минимум, два тактических бомбардировщика F-111F и два истребителя (F-16С и «Торнадо»).
Зато с худшей стороны показал себя американский самолёт четвёртого поколения F-16. Несмотря на интенсивное боевое применение, F-16С не сбили ни одного иракского истребителя. По американским данным, было потеряно лишь пять машин данного типа. Однако независимые арабские источники сообщали, что «многонациональные силы» потеряли до 20 F-16С.
Кроме того, так называемый «невидимка» F-117 «Ночной Ястреб» был разрекламирован как супербомбардировщик, якобы неуязвимый от советских истребителей и систем ПВО. На него делали ставку высокопоставленные чины Пентагона. Но при первых полётах выяснилось, что F-117 может действовать только днём и в простых метеоусловиях. Кроме того, советские радары его прекрасно засекали. Так, 20 февраля иракцы сбили с помощью ЗРК «Оса» один «Стелс». Ещё один «Ночной Ястреб», по неофициальным данным, погиб в бою от МиГ-25П.
При этом не бездействовала и войсковая ПВО Ирака, вооружённая установками «Шилка», ПЗРК «Стрела-2/Стрела-3» и «Игла-1». Как минимум, один британский палубный истребитель-бомбардировщик «Си Харриер» был сбит с помощью «Иглы». В свою очередь, «Шилки» уничтожили, по неполным данным, два ударных вертолёта АН-64A «Апач».

Операция «Решительная сила» - 1999

К началу войны ВВС Югославии насчитывали 238 самолётов, в том числе 16 истребителей МиГ-29, 82 многоцелевых машин МиГ-21, 60 штурмовиков SOKO G-2 «Галеб», 25 штурмовиков SOKO G-4 «Супер Галеб», 48 истребителей-бомбардировщиков J-22 «Орао» и 56 вертолётов различных типов.
Несмотря на абсолютное количественное превосходство противника (Североатлантический альянс развернул около 1100 самолётов), югославским частям ВВС и ПВО удалось нанести существенный ущерб вражеской авиации. Уже 24 марта сербские зенитчики сбили два американских истребителя F-16С и один немецкий многоцелевой самолёт «Торнадо».
Так как противник широко использовал самолёты дальнего радиолокационного обнаружения (далее ДРЛО), то сербские пилоты выбрали единственно правильную тактику – атаку на фоне земли, что позволяло почти незаметно поразить вражескую цель и быстро вернуться на базу.
27 марта над Батайницей подполковник Гводень Дьюкач на МиГ-29 сбил F-117, при этом РЛС«невидимки» выдала команду тревоги после того, как ракета Р-60М уже настигала противника.
Ещё один «Стелс» был сбит старым ЗРК С-125 «Печора». А 20 мая майор Илия Аризанов, кстати, также пилотировавший МиГ-29, сбил третий «Ночной Ястреб».
Но не только «29-е» наносили урон врагу. Несмотря на почтенный возраст, хорошо показал себя и истребитель МиГ-21бис. Этот самолёт, созданный в ещё 1972 году, мог на равных бороться с F-16. Несколько голландских и американских машин этого типа было потеряно от контратак МиГ-21.
Несмотря на молчание западных СМИ, мировой общественности удалось узнать о некоторых успешных операциях югославских пилотов. Так, 18 апреля группа из одного лёгкого штурмовика G-4 «Супер Галеб», шести истребителей-бомбардировщиков J-22 «Орао», под прикрытием двух МиГ-21бис, вылетев с аэродрома «Поникве», атаковали авиабазу Североатлантического альянса «Тузла» в Боснии, которая использовалась для ремонта повреждённых американских истребителей. В результате рейда было уничтожено 17 самолётов и три вертолёта, убито около 50 вражеских солдат. Необходимо отметить то обстоятельство, что данная операция была неофициальной инициативой рядовых сербских лётчиков.
Кроме того, 26 апреля четыре штурмовика G-4 «Супер Галеб», вылетев с аэродрома «Голубовцы» (Черногория), пересекли албанскую границу и атаковали авиабазу НАТО «Ринас», недалеко от Тираны, столицы Албании. В ходе налёта было уничтожено и повреждено девять вертолётов АН-64 «Апач», убито около 40 американских солдат. Несмотря на противодействие американской ПВО, сербские штурмовики вернулись на аэродром «Поникве» без потерь. Согласно данным «Зарубежного военного обозрения», именно после рейда на базу «Ринас» командование Альянса отказалось от использования своих ударных машин в Косово.
Однако падали не только натовские самолёты. Как минимум, пять американских «вертушек» было сбито, на борту которых находилось около 100 солдат спецподразделений. Ещё несколько ударных вертолётов АН-64D было уничтожено огнём с земли. Один «Апач» нашёл свою гибель в бою от Ми-24В.
По данным Министерства Обороны Югославии, в ходе бомбардировок Североатлантический блок потерял 128 самолётов (в том числе три F-117, один стратегический бомбардировщик В-2 «Спирит», один стратегический бомбардировщик В-52 «Стратофортресс», один самолёт ДРЛО Е-3А «Сентри»), 14 вертолётов, 60 беспилотников и 454 крылатые ракеты.
Таким образом, сербские данные о потерях НАТО в ходе операции «Решительная сила» являются достоверными в связи с тем, что югославские радары регулярно засекали падения вражеских машин, а поисковые отряды сербских полицейских и «коммандос» иногда находили сбитых пилотов.

«Шок и трепет»: «Апачи» падали как камни

После поражения в 1991 году правительство Саддама Хусейна ввиду международных санкций не могло осуществить масштабную программу модернизации авиапарка. Военно-воздушные Силы Ирака на февраль 2003 года насчитывали, по приблизительным данным, 475 самолётов, в том числе 65 истребителей МиГ-23МС/МиГ-23МЛ/МиГ-23БН, 40 МиГ-21, 40 истребителей J-7A китайского производства (копия МиГ-21), 30-38 многоцелевых самолётов «Мираж» F.1 французского производства, 20 высотных перехватчиков и разведчиков МиГ-25П/МиГ-25Р, 15 истребителей МиГ-29, 15-25 штурмовиков Су-25, 45 истребителей-бомбардировщиков Су-22М, пять дальних бомбардировщиков (четыре Ту-22К, один Н-6D китайского производства). Вертолётные эскадрильи имели в строю примерно 375 боевых и транспортных машин различных типов (в том числе 30 ударных Ми-24).
Однако с самого начала войны иракское командование проявило полную пассивность и некомпетентность: во-первых, оно намеревалось использовать в поддержке своих сухопутных сил всего лишь два аэродрома «Аль-Бакр» (80 км севернее Багдада) и «Аль-Хуррия» (240 км севернее Багдада). Однако и этот половинчатый план был сорван: в первые дни операции ВВС и ВМС коалиционных сил нанесли удары по всем действующим иракским авиабазам и вывели из строя большую часть ВПП и других объектов аэродромной инфраструктуры. Во-вторых, иракское командование приняло более чем странное решение: закопать большую часть самолётов в песок. Поэтому небо Ирака защищали всего лишь 25 истребителей; воздушных схваток было крайне мало. Правда, известен случай, когда МиГ-23 в одном бою сбил два палубных истребителя ВМС США F/А-18С «Хорнет», а в другом – британский «Торнадо».
28 марта над городом Эль-Фаллуджа, МиГ-29, прикрывая вертолёт Ми-24В и пользуясь преимуществом в высоте, сбил два истребителя F-15С с задней полусферы; после этого боя иракский МиГ благополучно вернулся на свой аэродром. А 8 апреля иракские силы ПВО, несмотря на тяжёлую боевую обстановку, сбили на подлёте к Багдаду штурмовик А-10 «Тандерболт» II и над самой столицей многоцелевой истребитель F-15Е.
Говоря о потерях «янки», приходится ещё раз упомянуть об F-117. Как известно, Пентагон возлагал на «невидимку» особые надежды в уничтожении командных пунктов и бункеров иракских войск. Однако, по данным исследователя Константина Колонтаева, 18 «Стелсов» было потеряно 19 марта во время налёта на Багдад в самом начале войны (см. статью К. Колонтаева «Американская армия – самый большой миф XX века», http://www.warandpeace.ru/ru/reports/view/33430/). Вполне возможно, что не дороговизна эксплуатации «Ночных Ястребов», а их уязвимость перед советскими системами ПВО стала причиной снятия их с вооружения в апреле 2008 года.
Кроме того, несмотря на пассивность иракского командования, мало кому известно, что с 20 марта по 3 апреля 2003 года несколько ударных вертолётов Ми-24В из специальной эскадрильи «Песчаные Демоны», по данным иранской телекомпании «Аль-Арабиа» и пресс-центра Министерства Обороны РФ, уничтожили 96 единиц бронетехники англо-американских войск, причём ни один Ми-24 не был сбит огнём с земли. Известен случай, когда 3 апреля легендарный «Миль» в одном бою сбил четыре вертолёта АН-64D «Апач» и АН-1W «Супер Кобра», причём он стал жертвой истребителей F-15С при перелёте в Иран, когда у него закончились противотанковые управляемые ракеты (см. статью А. Шитякова «Стрелы “Песчаных Демонов”», http://saddam-mech-vostoka.narod.ru/df1.html).
После свержения Саддама Хусейна в Ираке продолжалась партизанская война против захватчиков. При этом патриотические силы наносили чувствительный урон противнику в вертолётном составе.
Как известно, 2004 год оказался одним из самых кровавых для США и их сателлитов. В апреле шиитские отряды, подчиняющиеся Муктаде ас-Садру, подняли восстание против коалиционных сил. Счёт сбитым американским «вертушкам» шёл на десятки. Так, 18 ноября 2004 года Консультативный совет моджахедов города Эль-Фаллуджа заявил, что в ходе ноябрьских боёв отрядам Сопротивления удалось сбить два истребителя F-16С, 11 боевых вертолётов, пять беспилотных разведчиков и транспортный вертолёт CH-47 «Чинук» с 60 военнослужащими на борту.
По далеко неполным данным, потери армейской авиации США и их союзников в Ираке только с марта 2003 по февраль 2007 гг. составили 125 вертолётов, из них свыше половины были сбиты огнём с земли. Ещё 9 марта 2007 года такие сведения привёл член Российского вертолётного общества Евгений Матвеев. По его словам, и количество, и доля сбитых машин вдвое превышали официальную статистику.
«По неофициальным данным, общие вертолётные потери группировки США и их союзников в Ираке уже превысили 125 машин. Официальные данные о потерянных вертолётах занижаются командованием коалиционных войск так же, как и удельный вес боевых потерь» – заявил в интервью агентству «Интерфакс» Е. Матвеев.
Трудности в подсчётах реального урона ВВС антииракской коалиции заключаются в том, что во-первых, американцы, опасаясь попадания своих повреждённых вертолётов в руки иракцев, уничтожали их в ходе воздушных ударов, во-вторых – командование НАТО путём грубого давления на мировые СМИ сумело не допустить утечки информации о сбитых машинах в иракской кампании 2003-2011 гг.

Ливийская «Одиссея»-2011

К началу гражданской войны в Ливии на вооружении ВВС Джамахирии в строю числилось 75 истребителей МиГ-23МС/МиГ-23МЛ, 63 высотных перехватчика МиГ-25П, 40 истребителей-бомбардировщиков МиГ-23БН, 38 многоцелевых машин «Мираж» F.1 французского производства, 53 истребителя-бомбардировщика Су-22М3/УМ3, 113 штурмовиков, 250 учебно-боевых самолётов различных типов и модификаций, 85 военно-транспортных машин, семь дальних бомбардировщиков Ту-22Б/Ту-22У. Вертолётные эскадрильи имели на вооружении приблизительно 234 машины различных типов (в том числе 52 ударных Ми-24).
Однако ливийская армия, по непонятным причинам так и не применила свои эскадрильи (так, бомбардировщик Ту-22Б, имея дальность в 5850 км, мог брать либо 12 тонн бомб, либо несколько спецбоеприпасов). Вместо того чтобы атаковать флотские эскадры НАТО, авиасоединения, верные М. Каддафи, ограничились пассивной обороной. Более удачно действовали зенитчики, вооружёнными не только устаревшими зенитно-ракетными системами С-75 «Волга» и С-125 «Печора», но и вполне боеспособными С-200ВЭ «Вега-Э».
США и их сателлиты приходят в ярость, когда речь идёт о ЗРК С-200 «Длинная Рука». Взять, к примеру, их воздушные операции, начиная с агрессии против Сирии и Ливана в 1982-1983 гг. Именно там американцы впервые столкнулись с С-200, который на дистанции 190 километров сбил израильский самолёт ДРЛО Е-2С «Хокай» («двухсотка» бьёт на расстояние в 250-300 км, высота поражения цели составляет 41 км).
Для «янки» это было шокирующим фактом, поскольку без самолётов ДРЛО авиация США и Израиля тогда лишилась «глаз и ушей». А подавить «двухсотку» помехами американцам также оказалось не по зубам. Более того, С-200, как показал опыт боёв над Ливаном, успешно поражал постановщики помех ЕА-6В «Праулер».
Несмотря на все усилия найти объективную информацию, западные СМИ до сих пор хранят молчание о потерях своих авиакрыльев в Ливии – скрывать есть что. Правда, в первые дни бомбардировок ливийские информационные агентства сообщали, что ПВО Джамахирии уничтожили восемь вражеских самолётов. Итог – после обнародования подобных сведений ВВС НАТО подавили вещание телеканалов, верных М. Каддафи. Зато уже известно, что наземные части Альянса при штурме Триполи потеряли свыше 2000 солдат, но это уже другой разговор.
Таким образом, Запад продолжает контролировать мировое медиапространство, что, впрочем, это и не такое сложное дело – наши недруги до сих пор успешно скрывают свои потери, а работы у честных журналистов и публицистов и сейчас очень много.

http://www.za-nauku.ru/index.php?option ... &Itemid=35


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Полные тексты выпусков еженедельника "Эконометрика"
СообщениеДобавлено: Ср июл 26, 2017 8:41 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 7394
Электронный еженедельник «Эконометрика» No.861 от 24 июля 2017 г.

Уважаемые подписчики!

Начинаем публиковать обстоятельное исследование Эльдара Ахадова "Тайна гибели Пушкина".




Тайна гибели Пушкина

Эльдар Ахадов

Эльдар Ахадов родился 19 июля 1960, в Баку — российский писатель, член Союза писателей России. В 1983 году окончил Ленинградский горный институт. С 1986 года живёт в г. Красноярске. Помимо творческой деятельности работал и работает по специальности. Ахадов — основатель сайта «Миры Эльдара» (2010 г.) и международного русскоязычного поэтического конкурса «Озарение». Произведения Ахадова опубликованы во многих российских и зарубежных изданиях. Он — автор более 30 изданных книг поэзии и прозы. В 2012 году вышло в свет пятитомное собрание сочинений Э. Ахадова. Его произведения изданы в США, опубликованы в Болгарии, Израиле, Украине, Казахстане, Белорусии, Азербайджане. Лауреат многих литературных премий .Своё уважение к таланту и личности Ахадова в разное время выражали всемирно известные писатели Виктор Астафьев и Тимур Зульфикаров.

Всем нам со школьных лет известно, что Пушкин погиб на дуэли с Дантесом, защищая честь жены. Эта аксиома. История трагическая, овеянная романтическим флёром любви и ревности, множество раз описанная в убедительных красочных деталях. Пушкин действительно любил свою жену и дорожил честью семьи. Однако, есть нечто вроде детского наивного вопроса в этом скорбном и понятном сюжете, на который мне так и не удалось найти никакого вразумительного ответа со времён своей юности.
Всем известно о том, с какой бешеной яростью Александр Сергеевич ненавидел Жоржа Дантеса. Но если причиной такой ненависти действительно является ревность, возбужденная слухами о супружеской измене, то пусть не вся ярость, но хотя бы тень раздражения по любой логике должна была бы коснуться не одного лишь «любовника», но и его «любовницы» — госпожи Натальи Николаевны. Ну, хотя бы по причине того, что она в такой ситуации являлась поводом возникновения конфликта. Однако, по всем канонам, которым нас учили со школы, ничего подобного со стороны поэта к своей жене почему- то не наблюдалось. Ни одного упрека. И с её стороны — никаких заявлений и утверждений. Как можно бешено ревнуя, преследовать только одного из двоих, совершенно не замечая «заслуг» своей супружеской половины? Это возможно только в одном случае: полной абсолютной уверенности в том, что никаких измен и никакого флирта не было и в помине. Но что это за ревность?
Ревность имеет место быть там, где есть любовь, страдающая от сомнений и недоверия к предмету любви. А если недоверия к предмету любви и сомнений в его чистоте нет, то не может быть и ревности к нему. Получается, что Пушкин не ревновал свою любимую жену ни к кому, поскольку полностью ей доверял! Так оно и есть, уверяло нас официальное пушкиноведение, поскольку это соотносится с его поведением и после дуэли: он заботился о супруге и детях до последнего мгновения жизни, так и не упрекнув её ни в чем. Однако, ни у кого из пушкинских современников не возникало и тени сомнения в искренней ненависти поэта к голландскому послу Геккерну и его приемному сыну Дантесу. Причем, к послу — в не меньшей степени, чем к его взрослому «приёмышу».
Не кажется ли всё это странным? Пушкину вручили «диплом рогоносца», однако авторство «диплома» так и не было установлено. Для чего же нужен был этот странный «диплом». Не для убеждения ли публики в том, что причина конфликта между Пушкиным, голландским послом и его пасынком — сугубо личная, не имеющая никаких иных причин, кроме классического любовного треугольника? А что, если существовали такие серьёзные, но тайные причины, которые необходимо было закамуфлировать под «любовную драму»? Известно, что за дуэль в России полагалось наказание всем ее участникам: и секундантам, и даже жертвам дуэли, даже мёртвым! А как поступил император? Он наградил поэта (в лице его семьи) посмертно так, как награждают героев России за подвиг во имя Родины, а вовсе не за семейные разборки!
Вдове Пушкина сроком до её повторного замужества была учреждена пенсия в размере 10000 рублей. За счет казны была погашена ссуда А. Пушкина в размере 45000 рублей. Для того, чтобы напечатать сочинения поэта, его вдове было выдано единовременное пособие в размере 50000 рублей, с условием направления прибыли от продажи на учреждение капитала покойного. Два сына А. Пушкина были зачислены в самое привилегированное училище России — Пажеский корпус. И каждому сыну была начислена пенсия в размере 1200 рублей в год. Все долги Пушкина были погашены государственной казной. За что?! Просто из любви императора к русской литературе и сочувствия к покойному??? Это детский лепет, а не реальный ответ на вопрос.
Наш современник, Анатолий Клепов, в своей работе «Смерть А. С. Пушкина. Мифы и реальность» так комментирует эту ситуацию: «…государственная служба А. Пушкина составляла меньше 10 лет. И ему вообще не полагалась никакая пенсия. Это могло произойти только в одном случае. Если государственный чиновник погиб на служебном посту, выполняя особое задание самого императора! Только тогда вне зависимости от срока прохождения государственной службы, полагалось начисление пенсии в размере последнего оклада погибшего чиновника, а также денежная компенсация вдове и ближайшим родственникам погибшего. В принципе, и в настоящее время происходят аналогичные выплаты в случае внезапной гибели государственного служащего. И в настоящее время, если государственный чиновник, занимающий крупные государственные должности погибает во время выполнения своих служебных обязанностей, то его семье государство выплачивает крупные единовременные пособия в зависимости от его оклада.
Могла ли быть выдана такая высокая пенсия государственному служащему, который осмелился нарушить законы российского государства путем участия в запрещенной законом дуэли? А потом, после дуэли, фактически был осужден судом! Конечно, нет. Строгие законы российской империи полностью исключали это. И только вмешательство Николая I, который знал об истинных целях дуэли А. Пушкина… позволило законодательно приравнять гибель А. Пушкина на дуэли к гибели государственного служащего, выполняющего особые поручения императора». Об истинных целях дуэли! То есть, истинная цель поединка не имела абсолютно никакого отношения к выдуманной для публики якобы любовной истории. Вслед за Михаилом Юрьевичем Лермонтовым (стихотворение «Смерть поэта») обратим наше внимание на то, что поэта убил не подданный Российской империи, а иностранец:
«…Смеясь, он дерзко презирал
Земли чужой язык и нравы;
Не мог щадить он нашей славы;
Не мог понять в сей миг кровавый,
На что; он руку поднимал!..»
Полагаю, однако, что Дантес как раз таки прекрасно понимал, на кого он поднимал руку. Более того: появление этого киллера, фактически наёмного убийцы, в России было хорошо подготовлено иностранными разведками. Помимо умения благодаря смазливой внешности нравиться женщинам у Дантеса имелось ещё одно не менее важное для организаторов убийства поэта умение — меткого стрелка, снайпера, говоря современным нам языком. Ко времени появления в России за его плечами уже была учеба в знаменитом военном училище Сен Сир, где всего за год он успел завоевать звание чемпиона в стрельбе по движущейся, летящей, быстро исчезающей цели — по голубям. Выстрелить на ходу, не останавливаясь, навскидку и точно попасть в нужное место — Дантесу, человеку, профессионально стрелявшему влёт, не составляло никакого труда…
Кстати, вовсе не Пушкин вызвал Дантеса на ту смертельную дуэль, как все мы почему-то по привычке считаем, и… не Дантес Пушкина. А кое-кто совсем другой. Ни Наталья Николаевна, ни показные «африканские» страсти правнука Ганнибала тут действительно… совершенно не причём.

Киллер Пушкина

Дуэльный вызов Пушкину сделал Луи Геккерн! Через секретаря французского посольства виконта д’Аршиака он письменно объявил Пушкину, что делает ему вызов. То есть, если Дантес и стрелялся, то не за себя, а за голландского посла Геккерна! И пуля, убившая поэта, была пулей посла Нидерландского королевства, отправленная рукой всего лишь исполнителя его воли — Дантеса. При этом Дантес практически ничем не рисковал, поскольку, как сообщает литературовед Г.Фридман, его тело под мундиром было защищено доспехами — непробиваемой металлической кирасой, специально заказанной в Англии после того, как была отсрочена первая дуэль с Пушкиным, которая должна была состояться ещё осенью 1836 года. Фактически Дантес был защищен бронежилетом, при этом пистолеты были заряжены минимальным количеством пороха, чтобы кинетической энергии пули оказалось недостаточно для пробития кирасы.
Секундант Дантеса, виконт д’Аршиак, знал своё дело… а вот Данзас, секундант Пушкина, скорее всего, был не в курсе подобных тонкостей дипломатических «деталей» убийства. Можно ли представить себе, чтобы смерть иностранного литератора, всю жизнь безвыездно прожившего в своей стране, пусть даже и хорошо известного у себя на родине, вдруг вызвала небывалый международный общественный резонанс за многие тысячи вёрст места событий — вплоть до Атлантики? Только ли литературные заслуги автора были тому причиной или нечто ещё?
Письмо Геккерна Пушкину (из книги Павла Елисеевича Щеголева «История последней дуэли Пушкина») http://coollib.net/b/221699/read
«Милостивый государь! —
писал барон Геккерен.
— Не зная ни Вашего почерка, ни Вашей подписи, я обратился к виконту д’Аршиаку, который передаст Вам это письмо, с просьбой удостовериться, точно ли письмо, на которое я отвечаю, от Вас».
Начало письма неудачное и фальшивое. Геккерен пишет, что не знает ни подписи, ни почерка Пушкина, а тремя строками ниже, упоминая о письме с отказом от вызова, он говорит, что это письмо, писанное рукою Пушкина, налицо: значит, почерк и подпись Пушкина были ему знакомы, и удостоверяться в подлинности письма Пушкина от 26 января было делом лишим.
«Содержание письма, — продолжал Геккерен, — до такой степени переходит всякие границы возможного, что я отказываюсь отвечать на подробности этого послания».
— Но менее всего Пушкин хотел бы объяснений Геккерена!—
«Мне кажется, вы забыли, милостивый государь, что вы сами отказались от вызова, сделанного барону Жоржу Геккерену, принявшему его. Доказательство того, что я говорю, писанное вашей рукой, налицо и находится в руках секундантов. Мне остается только сказать, что виконт д’Аршиак едет к вам, чтобы условиться о месте встречи с бароном Геккереном; прибавляю при этом, что эта встреча должна состояться без всякой отсрочки. Впоследствии, милостивый государь, я найду средство научить вас уважению к званию, в которое я облечен и которое никакая выходка с вашей стороны оскорбить не может».
Под письмом, кроме подписи барона Геккерена, находится еще надпись Дантеса: «Читано и одобрено мною».
Из письма явно следует, что вызов исходит от барона Геккерна, а не от Дантеса . То же подтверждается и запиской Пушкина д’Аршиаку : «Так как г. Геккерен — обиженный, — обиженный и вызвал меня, то он может сам выбрать для меня секунданта, если увидит в том надобность: я заранее принимаю всякого, если даже это будет его егерь».
По сообщению литературоведа Михаила Сафонова: «28 февраля 1837 года парижская газета «Журналь де Деба» опубликовала сенсационное сообщение из Петербурга: знаменитый русский поэт Пушкин убит. В этот же день такое же сообщение опубликовал «Курьер Франсе». 1 марта сообщение было перепечатано в «Газет де Франс» и «Курьер де Театр». В то время парижский «Журнал де Деба» играл на европейском континенте ту же роль, что сегодня играет «Нью-Йорк Таймс» во всем мире. 5 марта о гибели Пушкина сообщила своим читателям немецкая «Альгемайне Цайтунг»». Ни одному классику европейской литературы до Пушкина не удавалось возбудить подобный интерес к факту гибели своей персоны! За исключением, может быть, лорда Байрона…

Пушкин и царь

В школьные годы нам постоянно внушалась мысль о том, что между поэтом и властью всегда пролегала пропасть, что царизм жестоко угнетал свободолюбивого поэта, исполняя функции жандарма и цензора. Однако если отношения между Александром I и Пушкиным действительно трудно назвать приязненными (всем известны иронические стихи поэта об императоре), то с Николаем Павловичем у Александра Сергеевича было о чём поговорить тет-а-тет. Как известно, Н.Ф.Арендт — лейб-медик императора Николая I, врач Пушкина, стал посредником между умирающим поэтом и царём: он передал императору просьбу поэта о помиловании секунданта Данзаса.
Также поэт просил прощения за нарушение царского запрета на дуэли: «…жду царского слова, чтобы умереть спокойно…» Николай I ответил ему: «Если Бог не велит нам уже свидеться на здешнем свете, посылаю тебе моё прощение и мой последний совет умереть христианином. О жене и детях не беспокойся, я беру их на свои руки». Разве это разговор врагов, а не близких по духу людей, за плечами которых много общего, в том числе и любовь к Родине, и забота о близких? Стансы, посвященные Пушкиным императору Николаю Павловичу, говорят совсем о другом:
В надежде славы и добра
Гляжу вперед я без боязни:
Начало славных дней Петра
Мрачили мятежи и казни.
Но правдой он привлек сердца,
Но нравы укротил наукой,
И был от буйного стрельца
Пред ним отличен Долгорукой.
Самодержавною рукой
Он смело сеял просвещенье,
Не презирал страны родной:
Он знал ее предназначенье.
То академик, то герой,
То мореплаватель, то плотник,
Он всеобъемлющей душой
На троне вечный был работник.
Семейным сходством будь же горд;
Во всем будь пращуру подобен:
Как он, неутомим и тверд,
И памятью, как он, незлобен.
О взглядах и политике Николая I можно сказать следующее: Николай I прежде всего считал себя защитником национальных интересов страны, хотя не отказывался от участия в делах Западной Европы. Он отстаивал принципы абсолютной монархии, отвергал конституционализм и свободу личности, настороженно относился к либеральным идеям, стоял за незыблемость территориальных границ в Европе, утвержденных решениями Венского конгресса, более всего заботясь о спокойствии собственного государства. Россия в то время становилась объектом страха, ненависти и насмешек в глазах либеральной части европейского общественного мнения, а сам Николай I приобретал репутацию «жандарма Европы».
Однако при этом западные историки почему-то забывают, что в своей внешней политике император Николай Павлович выполнял договоры, подписанные во время предыдущего царствования, а Россия пунктуально придерживалась политики Священного союза. Но в этом-то и состоял весь трагизм: лишь Россия сделала Священный союз целью своей политики, делала все для блага Союза. Другие же страны использовали его как средство достижения собственных целей.
Усиленная дипломатическая борьба против России во время восточного кризиса 20-х годов XIX века фактически была проиграна. Преобладание России в турецких делах произвело тревогу среди европейских правительств и придало острый характер «восточному вопросу». Под «восточным вопросом» тогда понимали все вопросы в связи с распадением Турции и с преобладанием России на Балканском полуострове. Европейские державы не могли быть довольны политикой императора Николая, который считал себя покровителем балканских славян и греков. Добрым отношениям России с Турцией стремились помешать Англия, Австрия и Франция, которые соперничали с Россией на Ближнем и Среднем Востоке.
Особенно недоброжелательной была Англия. Существует версия о том, что именно англичане подстрекали персидских мусульман к нападению на русское посольство в Тегеране, в результате которого погиб посланник русского императорского двора поэт Александр Сергеевич Грибоедов. Обратите внимание: государь доверил российское посольство поэту, написавшему «Горе от ума», произведение, вроде бы направленное против государственного устройства того времени! Но царь не бросил талантливого человека в тюрьму, не отправил в ссылку, а доверил ответственнейшую миссию — быть послом России в иностранной державе!
Было ли нечто общее в воззрениях поэта Пушкина и императора Николая Павловича? Несомненно! Император Николай I был убежденным противником крепостного права. В годы его царствования существовало 9 секретных комитетов, занимавшихся разработкой проектов отмены крепостного права и предоставления помещичьим крестьянам более широких прав. Доверив руководство крестьянским делом твердому приверженцу освобождения крестьян П.Д. Киселеву, царь сказал ему: «Ты будешь мой начальник штаба по крестьянской части». Он одобрил начало реформы государственной деревни, подготовленной Киселевым, и в 1840-е гг. издал ряд указов, расширявших личные и имущественные права крепостных крестьян. Но так и не решился осуществить полную крестьянскую реформу, считая, что Россия, в условиях враждебного окружения и популярности революционных идей, еще не готова к этому.

Турецкий поход Пушкина

В сентябре 1826 года император приказывает Пушкину прибыть в Москву «в своем экипаже свободно, под надзором фельдъегеря не в виде арестанта». 8 сентября 1826 года в Москве, в Чудовом монастыре, состоялась встреча нового царя Николая I и поэта. О состоявшейся тогда беседе сохранилось мало сведений достоверного характера. Можно утверждать только то, что между собеседниками было достигнуто некое устное соглашение. Николай I не только разрешил Пушкину жить в обеих столицах, но и стал его первым (и единственным!) цензором в государстве, освободив произведения поэта от какой-либо иной государственной цензуры. О том, каково было впечатление Александра Сергеевича от знакомства с новым императором России, можно судить по следующим сообщениям…
12 июля 1827 года глава Третьего отделения А. X. Бенкендорф докладывал Николаю I: «Пушкин, после свидания со мной, говорил в Английском клубе с восторгом о Вашем Величестве и заставил лиц, обедавших с ним, пить здоровье Вашего Величества. Он все-таки порядочный шалопай, но если удастся направить его перо и его речи, то это будет выгодно».
В октябре 1827 года шеф Третьего отделения получает сообщение: «Поэт Пушкин ведет себя отлично хорошо в политическом отношении. Он непритворно любит государя и даже говорит, что обязан ему жизнью, ибо жизнь так ему наскучила в изгнании и вечных привязках, что он хотел умереть».
Началась Турецкая война. Пушкин пришел к Бенкендорфу проситься волонтером в армию. Бенкендорф отвечал ему, что государь строго запретил, чтобы в действующей армии находился кто-либо, не принадлежащий к ее составу, но при этом благосклонно предложил средство участвовать в походе: “хотите, сказал он, я определю вас в мою канцелярию и возьму с собою?” Пушкину предлагали служить в канцелярии Третьего отделения». Кстати, существуют и воспоминания А. А. Ивановского, чиновника Третьего Отделения, достоверность которых не подвергается сомнению. Вот что он пишет: «В половине апреля 1828 года Пушкин обратился к А. X. Бенкендорфу с просьбою об исходатайствовании у государя милости к определению его в турецкую армию.
Когда ген. Бенкендорф объявил Пушкину, что его величество не изъявил на это соизволения, Пушкин впал в болезненное отчаяние… Он квартировал в трактире Демута… Человек поэта встретил нас в передней словами, что Александр Сергеевич очень болен и никого не принимает». Но Пушкин принял Ивановского. «Если б вы просили о присоединении вас к одной из походных канцелярий: Александра Христофоровича Бенкендорфа, или графа К. В, Нессельроде, или П. И. Дибича — это иное дело, весьма сбыточное, вовсе чуждое неодолимых препятствий», — заявил жандарм. «Ничего лучшего я не желал бы!.. И вы думаете, что это можно еще сделать?», — воскликнул Пушкин. На что последовал ответ: «Конечно, можно».
О дороге в расположение русской армии Пушкин замечает: «Дорога через Кавказ была скверной и опасной — днем я тянулся шагом с конвоем пехоты и каждую дневку ночевал — зато видел Казбек и Терек. В лагерь я прибыл в самый день перехода через Саган-лу и, раз я уже был там, мне показалось неудобным уклониться от участия в делах, которые должны были последовать. Генерал И. Ф. Паскевич, будущий граф Эриванский, позволил мне въехать вслед за ним в завоеванный Арзрум».
Из книги «История военных действий в азиатской Турции в 1828 и 1829 годах…» известно не только о присутствии поэта в рядах сражающейся русской армии, но и о непосредственном участии его в боях и перестрелках с противником. Пушкин принял участие в турецком походе русской армии и принес очевидную пользу русскому военному командованию. Чем? Как минимум, своими наблюдениями, записями того, что в иных случаях могло ускользнуть от внимания отцов-командиров. По крайней мере, известно, что на обратном пути из Тифлиса в Санкт-Петербург Пушкин предъявлял подорожную такого содержания: «Г. чиновнику 10 класса Александру Сергеевичу Пушкину, едущему от Санкт-Петербурга до Тифлиса и обратно, предписано Почтовым местам и Станционным смотрителям давать означенное в подорожной число почтовых лошадей без задержания, и к приезду оказывать всякое содействие».
Напомним, что подорожная — письменное свидетельство, необходимое для проезда по почтовым дорогам империи. Она выдавалась губернскими или уездными властями и удостоверяла, во-первых, личность путешествующего, что заносилось в специальный журнал на каждой станции, во-вторых, возможность получить на почтовой станции зависевшее от чина и звания проезжающего определенное количество лошадей. На оборотной стороне подорожной Пушкина для проезда в Тифлис сделана приписка: «Сие предписание в Комендантском управлении при Горячих минеральных водах явлено и в книгу под 109-й, записано 8 Сентября 1829 года. В должности плац-адъютант подпоручик Войтикович».
Возвращаясь из военного похода, поэт пишет:
Блеща средь полей широких,
Вон он льется!.. Здравствуй, Дон!
От сынов твоих далеких
Я привез тебе поклон.
Как прославленного брата,
Реки знают тихий Дон;
От Аракса и Евфрата
Я привез тебе поклон.
Отдохнув от злой погони,
Чуя родину свою,
Пьют уже донские кони
Арпачайскую струю.
Приготовь же, Дон заветный,
Для наездников лихих
Сок кипучий, искрометный
Виноградников твоих.
Кстати говоря, походная канцелярия Бенкендорфа — это контрразведка. В компетенцию Третьего отделения входило, помимо всего прочего, и управление главной Императорской квартирой, и Собственного Его Императорского Величества конвоем. Граф К. В, Нессельроде, МИД — это политическая разведка. П.И Дибич — военная разведка. До 1832 года — официальной даты создания в России политической разведки — собственная разведка существовала в военном Министерстве и коллегии иностранных дел России. Подобные сведения наводят на весьма определённую мысль о том, что между Пушкиным и контрразведкой России имелись определенные связи…

Пушкин и государственная служба

21 июля 1831 года Пушкин пишет А. X. Бенкендорфу: «Заботливость истинно отеческая государя императора глубоко меня трогает. Осыпанному уже благодеяниями его величества, мне давно было тягостно мое бездействие. Мой настоящий чин (тот самый, с которым выпущен я был из Лицея), к несчастию, представляет мне препятствие на поприще службы. Я считался в Иностранной коллегии от 1817-го до 1824-го года; мне следовали за выслугу лет еще два чина, т. е. титулярного и коллежского асессора; но бывшие мои начальники забывали о моем представлении. Не знаю, можно ли мне будет получить то, что мне следовало. Если государю императору угодно будет употребить перо мое, то буду стараться с точностию и усердием исполнять волю его величества и готов служить ему по мере моих способностей. В России периодические издания не суть представители различных политических партий (которых у нас не существует), и правительству нет надобности иметь свой официальный журнал; но тем не менее общее мнение имеет нужду быть управляемо. С радостию взялся бы я за редакцию политического и литературного журнала, т. е. такого, в коем печатались бы политические и заграничные новости. Около него соединил бы я писателей с дарованиями и таким образом приблизил бы к правительству людей полезных, которые всё еще дичатся, напрасно полагая его неприязненным к просвещению. Более соответствовало бы моим занятиям и склонностям дозволение заняться историческими изысканиями в наших государственных архивах и библиотеках. Не смею и не желаю взять на себя звание историографа после незабвенного Карамзина; но могу со временем исполнить давнишнее мое желание написать Историю Петра Великого и его наследников до государя Петра III».
“Ну, хорошо, — скажете вы, — Пусть так, но какое отношение всё это имеет к гибели Пушкина?” Самое прямое, если иметь в виду последствия вступления поэта на государственную службу и сознательные старания очень влиятельных лиц скрыть правду от современников и потомков…
В 1837 году погиб не литератор Пушкин в смехотворной юношеской должности камер-юнкера и не на почве глупой семейной ревности, а камергер (генерал-майор) его величества поэт Александр Сергеевич Пушкин, павший смертью храбрых, защищая интересы нашего Отечества! Об этом — в следующей части повествования.
Однажды, Александр Сергеевич на вопрос своего друга-лицеиста о том, где он служит, ответил просто и ёмко: «Я числюсь по России». «Числиться по России» в устах поэта означало «беззаветно служить своему Отечеству». Крылатая фраза Евгения Евтушенко «Поэт в России — больше, чем поэт» известна давно. Кстати, более всего это заметно иностранцам, людям со стороны. Как метко сказала одна итальянская исследовательница пушкинского наследия: «Россия — единственная в мире страна, которая не перестает скорбеть по своим поэтам… Только в России убийство Поэта равно Богоубийству».

Пушкин и польские события

В статье «Десятая глава «Евгения Онегина» — история разгадки» литературовед Б. Томашевский сообщает: «В 1906 году, в издании «Пушкин и его современники», выпуск IV, появилось составленное В. И. Срезневским описание рукописей Майковского собрания. Описание предварено кратким введением, в котором, между прочим, говорится: «В 1904 году Рукописное отделение библиотеки Академии Наук обогатилось ценнейшим собранием автографов Пушкина, принесенным в дар Академии вдовой покойного Леонида Николаевича Майкова Александрой Алексеевной Майковой…» В таком описании, которым по мнению автора не было «нарушено желание жертвовательницы», значилось два загадочных пункта: 37 д) Наброски из Путешествия Онегина. Листок сероватой бумаги с клеймом 1823 г. Среди текста красная цифра 55. 57) «Нечаянно пригретый славой…» и «Плешивый щеголь, враг труда…» (1830?). В четвертку, 2 л. (1 л. перегнутый пополам). На бумаге клеймо 1829 г. Красные цифры: 66, 67. Текст писан с внутренней стороны сложенного листа. Поправок почти нет; писано наскоро, многие слова недописаны, собственные имена обозначены буквами». Речь идет о шифрованных текстах, так называемых криптограммах, составленных Пушкиным и относящихся к уничтоженной им десятой главе «Евгения Онегина». Мастерство, которым Александр Сергеевич обладал в умении составлять шифры и криптограммы, заставило исследователей его творчества десятилетиями ломать головы над их расшифровкой. То, что Пушкин в совершенстве владел этой «наукой», доказывают и исследования академика В. А. Чудинова. В рисунке А.Пушкина «Медный всадник», он по методике Шиллинга фон Конштадта «выявил» целых семь криптограмм! Во всем мире способности и знания лингвистов используются криптографами для успешного дешифрования переписки противника! А сами специалисты — ценятся на вес золота!
26 августа 1831 года армия генерала Паскевича штурмом берет Варшаву. Именно в это время российским спецслужбам путем дешифровки секретной переписки руководителей польского восстания удалось получить точные имена близких связей польских заговорщиков в российском и других дворах Европы. А за месяц с небольшим до этого, 20 июля 1831 года Пушкин пишет письмо Николаю 1 с просьбой зачислить его на государственную службу. Обычно подобные бумаги в царской канцелярии рассматривались, мягко говоря, не слишком быстро, как минимум месяцами. Однако в этом конкретном случае прошение было рассмотрено мгновенно! Уже 21 июля (на следующее утро!) Николай I приказывает Бенкендорфу, курирующему Департамент внешних сношений МИД, дать указание Нессельроде принять Пушкина на службу. 23 июля Нессельроде получает письмо от Бенкендорфа от 22-го числа о Высочайшем повелении определить Пушкина в Государственную Коллегию Иностранных Дел!
В связи с польскими событиями западная пресса развернула в Европе настоящую информационную войну против России. Пушкин, по долгу своей новой службы, знал о готовящемся штурме Варшавы и о вероятности в связи с этим начала массированной истерической кампании в западных средствах массовой информации. Буквально на следующий день после взятия Варшавы стихотворения А. Пушкина «Клеветникам России» и «Бородинская годовщина» были представлены Николаю I. Седьмого сентября 1831 г. было получено цензурное разрешение на выпуск брошюры «На взятие Варшавы» с произведениями А.С. Пушкина и В. А. Жуковского. Такой молниеносной публикации литературных произведений Россия еще не знала!
Стихотворения А. Пушкина «попадают» в прессу Франции, Германии и Австрии, вызывая немалый интерес в политических и культурных кругах этих стран. Австрийский посол в Петербурге граф К.Л. Фикельмон к письму австрийскому канцлеру Меттерниху с разъяснением политической обстановки в России, связанной с польским восстанием, приложил стихотворения А. Пушкина. При этом подчеркивал, что текст был одобрен императором Николаем I. Таким образом, эти произведения расцениваются как способ выражения позиции русского правительства. Тонкий дипломатический ход! Он заставлял руководителей европейских государств серьезно задуматься о возможных последствиях своих действий, но в то же время не давал никаких поводов для использования художественных произведений российских подданных Пушкина и Жуковского в качестве аргументов для инсинуаций и обвинений в адрес официальной позиции России в польском вопросе. Пушкин уже в начале своей государственной карьеры оказался на острие политической контрпропаганды самого высокого уровня.

Клеветникам России.
О чем шумите вы, народные витии?
Зачем анафемой грозите вы России?
Что возмутило вас? волнения Литвы?
Оставьте: это спор славян между собою,
Домашний, старый спор, уж взвешенный судьбою,
Вопрос, которого не разрешите вы.
Уже давно между собою
Враждуют эти племена;
Не раз клонилась под грозою
То их, то наша сторона.
Кто устоит в неравном споре:
Кичливый лях, иль верный росс?
Славянские ль ручьи сольются в русском море?
Оно ль иссякнет? вот вопрос.
Оставьте нас: вы не читали
Сии кровавые скрижали;
Вам непонятна, вам чужда
Сия семейная вражда;
Для вас безмолвны Кремль и Прага;
Бессмысленно прельщает вас
Борьбы отчаянной отвага –
И ненавидите вы нас…
За что ж? ответствуйте: за то ли,
Что на развалинах пылающей Москвы
Мы не признали наглой воли
Того, под кем дрожали вы?
За то ль, что в бездну повалили
Мы тяготеющий над царствами кумир
И нашей кровью искупили
Европы вольность, честь и мир?..
Вы грозны на словах — попробуйте на деле!
Иль старый богатырь, покойный на постеле,
Не в силах завинтить свой измаильский штык?
Иль русского царя уже бессильно слово?
Иль нам с Европой спорить ново?
Иль русский от побед отвык?
Иль мало нас? Или от Перми до Тавриды,
От финских хладных скал до пламенной Колхиды,
От потрясенного Кремля
До стен недвижного Китая,
Стальной щетиною сверкая,
Не встанет русская земля?..
Так высылайте ж к нам, витии,
Своих озлобленных сынов:
Есть место им в полях России,
Среди нечуждых им гробов…

Пушкин и политика России на Балканах

Я уже упоминал о том, что Европа была всерьез обеспокоена политикой императора Николая I, считавшего миссией России покровительствовать православным балканским славянам и грекам. Именно в эти годы Пушкин использует свой гениальный литературный дар на благо возрождения культурно-исторических связей России и славянских народов, населяющих Балканы.
Пушкин был хорошо знаком с сербской народной поэзией. В молодости, будучи в Бессарабии, поэт записывал сербские предания и песни из уст выходцев из Сербии, знал от первоисточников подлинное фонетическое звучание южнославянских песен. В его библиотеке имелись книги, связанные с южнославянскими народами: словарь сербского языка, составленный Караджичем (1818), три тома его собрания народных песен издания 1823-1824 годов, французский перевод известной книги итальянского ученого-натуралиста аббата А. Фортиса «Путешествие по Далмации» (1778), а также книга сербских народных песен из собрания Караджича в переводе на французский язык Э. Войяр (Париж. 1834). Пометки и закладки поэта в этих книгах доныне остаются свидетельствами их внимательного изучения. Гениальная художественная интуиция помогла поэту создать стихотворения, отмеченные истинно славянской ментальностью. Созданный им цикл «Песни западных славян» включал также переводы двух сербских народных песен и три оригинальных стихотворения, в том числе «Песню о Георгии Черном».
А. С. Пушкин был одним из первых, кто открыл для России удивительный мир сербов, особенности их культуры, поэзии и психологии. Имя Пушкина становится известным у славян уже с 20-х годов XIX столетия. Впервые оно появляется в австрийском сербском журнале «Сербске летописи» за 1825 г., учредителем и редактором которого был Джордже Магарашевич (1791-1830), известный деятель культуры, меценат, учитель Новосадской гимназии. Год спустя он же поместил в этом журнале обзор поэмы «Бахчисарайский фонтан» и очерк «О поету Русскомъ Пушкину». А чуть позже в сербской периодике были опубликованы пушкинские стихотворения «Дочери Карагеоргия», «Муза», «Гречанке», «Подражание Байрону» на русском языке. Великий сербский поэт и владыка Черногории Петр Петрович Негош (1813-1851) побывал в России в год кончины Пушкина, в феврале 1837 года он останавливался во Пскове и предположительно посетил могилу поэта в Святогорском монастыре. Портрет Пушкина висел над его письменным столом.
Негош выписал из России первое посмертное издание «Сочинений» Пушкина (1838-1841). А в 1838 г. вместе со своим секретарем Дмитрием Медаковичем он начал издавать литературный ежегодник «Грлица», в первом же выпуске которого на русском языке были напечатаны два стихотворения из цикла Пушкина «Песни западных славян» — «Бонапарт и черногорцы» и «Песня о Георгии Чёрном». Сам же Негош посвятил русскому поэту поразительное стихотворение «Тени Александра Пушкина». Именно оно открывало антологию героических сербских песен, составленную черногорским владыкой «Српско огледало» (Белград, 1845), в которой часть песен принадлежала его собственному перу. Муза Пушкина нашла благодарный отклик в сердцах братьев-славян. Об отношении к русским и русскому языку со стороны южных славян можно судить по такому эпизоду: словенская Любляна находилась на одном из маршрутов передвижения суворовских войск во время итальянского похода.
В марте 1799 г. через нее должен был проследовать вспомогательный корпус генерала от инфантерии Я. И. Повало- Швейковского. В мае 1799 года в газете «Ljubljanske novice» (№ 26) ее редактор Валентин Водник писал следующее: «Вот новое событие для нас краинцев — русские, наши древние братья, пришли, чтобы не только повидаться с нами, но и защитить от врага. Полторы тысячи лет назад наши предки пришли в эти края, они происходили от русов и других славян; потому-то мы легко понимаем русский язык; дело в том, что они суть славяне и тот корень, от которого происходят наши отцы. Теперь мы видим воочию, какие есть у нас в мире могучие и великие братья, которые наш славянский язык сохранили в совершенной чистоте. Именно их примеру должно следовать каждый раз, когда мы желаем облагородить свой язык. И у них же нужно учиться защищать свою землю от врагов. И если они прошли столь долгий путь, то почему бы нам, живущим здесь, не помочь им одолеть неприятеля».

Пушкин и пугачевщина

В июле 1831 года, ступив на государственную службу, согласно присяге, произнесенной и подписанной в присутствии священника, Александр Сергеевич Пушкин обязался хранить государственные секреты. Великий поэт был человеком слова. Ни разу за всё время своей жизни присяги он не нарушил.
Как установлено, Пушкин получал официальную зарплату не в МИДе, где числился, а из специального фонда Николая I в министерстве финансов. Такое практиковалось только в самых исключительных случаях для очень узкого круга наиболее секретных специалистов государственных служб. Царским указом было запрещено публично упоминать о служебной деятельности подобных лиц. Более того, именно это обстоятельство — самая вероятная причина того, почему Пушкину никогда не разрешали выезжать за границу. Об уровне секретности служебной деятельности Пушкина можно только догадываться по редким случайным фразам его переписки с женой. Так он пишет ей: «… вероятно, и твои письма распечатывают: этого требует Государственная безопасность» (8 июня 1834 г.), «…пакет Бенкендорфа (вероятно, важный) отсылаешь, с досады на меня, бог ведает куда…» (3 октября 1832 г.).
Какими же делами занимается поэт на государевой службе? Что может быть в них секретного? Обратимся за ответом к самому Александру Сергеевичу. 30 июля 1833 года в письме А.Н. Мордвинову Пушкин пишет: «…труды мои, благодаря государя, имеют цель более важную и полезную». Более важную и полезную, чем обычные труды. Именно такой 40 намек сквозит в этой фразе. В означенный период времени Пушкин занимался написанием «Истории пугачевского бунта». 2 ноября 1833 года находившийся в селе Болдино Пушкин обращается к читателям только что завершённой «Истории Пугачёва»: «Сей исторический отрывок составлял часть труда, мною оставленного.
В нем собрано все, что было обнародовано правительством касательно Пугачева, и то, что показалось мне достоверным в иностранных писателях, говоривших о нем. Также имел я случай пользоваться некоторыми рукописями, преданиями и свидетельством живых. Дело о Пугачеве, доныне не распечатанное, находилось в государственном санкт-петербургском архиве вместе с другими важными бумагами, некогда тайнами государственными, ныне превращенными в исторические материалы. Государь император по своем восшествии на престол приказал привести их в порядок. Сии сокровища вынесены были из подвалов, где несколько наводнений посетило их и едва не уничтожило. Будущий историк, коему позволено будет распечатать дело о Пугачеве, легко исправит и дополнит мой труд — конечно несовершенный, но добросовестный. Историческая страница, на которой встречаются имена Екатерины, Румянцова, двух Паниных, Суворова, Бибикова, Михельсона, Вольтера и Державина, не должна быть затеряна для потомства».
Заметьте: писатель сообщает о том, что представляет вниманию публики только часть труда, только отрывок, в котором содержится информация, обнародованная правительством. То, что было разрешено. Значит, существовало нечто, что продолжало оставаться секретным, тайным во всей этой пугачевской истории? 23 ноября 1834 г. Пушкин сообщает А.Х. Бенкендорфу: «История Пугачевского бунта» отпечатана. Я желал бы иметь счастие представить первый экземпляр книги государю императору, присовокупив к ней некоторые замечания, которых не решился я напечатать, но которые могут быть любопытны для его величества». Это означает, что действительно в работе Пушкина по истории Пугачева было нечто, о чём никому кроме царя не должно было стать известным.
Почему поэт, посвятивший целых три стилизованные под народные песни о Стеньке Разине, не нашёл ни одного доброго слова о Емельяне Пугачёве? 26 апреля 1835 года поэт делится мыслями в письме Ивану Ивановичу Дмитриеву: «Что касается до тех мыслителей, которые негодуют на меня за то, что Пугачев представлен у меня Емелькою Пугачевым, а не Байроновым Ларою, то охотно отсылаю их к г. Полевому, который, вероятно, за сходную цену, возьмется идеализировать это лицо по самому последнему фасону».
В чём разница между Разиным и Пугачёвым? Пугачёв выступал не под своим именем, а под именем Петра Третьего, то есть, играл роль лже-царя, тем самым провоцируя в стране государственный переворот в личных интересах. Кому это было выгодно? Известно, что в результате пугачевского бунта Россия была вынуждена форсировать подписание мирного договора с Османской империей, пойдя на значительные уступки противнику, несмотря на блестяще одержанные победы. В этом смысле пугачевщина оправдала надежды, возлагавшиеся на неё Западом: персона русского лже-царя оказалась на самом пересечении глобальных геополитических интересов сразу всех последовательных недругов российского государства в Европе.
Идея лже-царя витала в воздухе с 1762 по 1798 годы: более сорока человек пытались выдавать себя за покойного императора Петра Третьего. И в Европе об этой идее были прекрасно наслышаны. Но только Пугачеву удалось воплотить её в жизнь с наибольшим успехом. Почему? Чем этот «тёртый калач» отличался от остальных «претендентов» на престол? Во-первых, он, в отличие от остальных самозванцев, многократно бывал за границей: в Пруссии, на тогдашних турецких территориях (Бендеры) и дважды в Польше. В Пруссии — в период с 1756 по 1763 годы его полк состоял в дивизии графа Чернышева. Между 1764 и 1767 годами Пугaчёв был командирован в Польшу с командой есаула Елисея Яковлева. В 1769 году с началом русско-турецкой войны хорунжий Пугaчёв в команде полковника Кутейникова направляется к Бендерам. В 1772 году уже по своей инициативе он снова отправляется в Польшу с целью получения «чистого» паспорта, поскольку уже находился в розыске.
И «чистый» паспорт у него появился! Во-вторых, именно в тот исторический период Франция выступала главным оппонентом растущей Российской империи. Она фактически подталкивала Османскую империю к новой войне с Россией. Она же вредила российским интересам в Польше. Она же поддерживала антироссийские силы в Швеции, всё ещё жаждавшей реванша за поражение в Северной войне. Людовик ХV (годы жизни 1 сентября 1715 — 10 мая 1774) писал своему послу в Санкт-Петербурге: «Нам выгодно всё, что может погрузить Россию в хаос и прежнюю тьму». Пугачёв, как никто другой, идеально вписывался в программу внесения в Россию того самого пресловутого «рукотворного» хаоса. Не исключено, что именно тогда он стал известен сотрудникам «особых канцелярий» ряда европейских стран.
Когда Пушкину стало известно о найденных в пугачёвской ставке в Бердской слободе семнадцати бочках медных монет, он сразу же выразил явное сомнение в том, что бунтовщики могли самостоятельно чеканить монету с портретом Петра III и латинским девизом: «Я воскрес и начинаю мстить». Но кто бы мог подтвердить реальность существования вообще каких-либо бочек с деньгами? Сам Емельян Иванович и подтвердил на первом же допросе в Симбирске! Из протокола допроса Е. И. Пугачева в следственной комиссии в Симбирске (записано со слов Пугачёва): «От калмык дербетевских получил он письмо, подходя к Дубовке… Вскоре после того прибыли калмыки и с толпою бунтовщиков соединились. Князь старший и прочие, пришедши к злодею, становились на колени пред ним и целовали его мерзкую руку, обнадеживали его в верности. И самозванец, лаская их, благодарил и дал 50 рублей старшему князю, двум братьям его — по 30 рублей, прочим князьям, коих было около 50 человек, дарил сукна на кафтаны, а всему войску высыпал бочку медных денег». Однако, медь, безусловно, была екатерининская.
Официальная правительственная газета «Газет де Франс» два века назад на полном серьёзе писала о Пугачёве вовсе не как о вожде восставших, а как об императоре Петре III. Из письма французского посланника в Вене графа Сен-При своему резиденту в Константинополе: «Король направляет к вам подателя сего письма, который по собственной инициативе вызвался оказать помощь Пугачеву. Это офицер Наваррского полка, имеющий множество заслуг. Вы должны как можно скорее отправить его с необходимыми инструкциями для так называемой армии Пугачева. Король вновь выделяет вам 50 тыс. франков для непредвиденных расходов, помимо того, что вы должны получить из выделенных вам средств за прошлый месяц. Не жалейте ничего для того, чтобы нанести решающий удар». Кроме того, тогда же получила скандальную огласку история с арестом и ссылкой в Сибирь француза на русской службе полковника Анжели. В публикации «Газет де Франс» от 1 июля 1774 г. говорилось: «Полковник Анжели, француз на русской службе, был в оковах отправлен в Сибирь. Обнаружили, что он имел связи с мятежниками и тайно подстрекал многие русские полки к восстанию».
Итак, Париж действительно выделял немалые средства на организацию хаоса в России. Причем, это, судя по всему, был регулярный транш, вполне сравнимый с выделяемыми ныне на поддержку российской «пятой колонны» западными грантами. Лже-Пётр имел серьёзные средства не только для оплаты своих военных специалистов и советников, но и для ведения полномасштабной пропагандистской кампании. Его «прелестные письма», которые сейчас бы назвали агитационными листовками, были отпечатаны в хороших типографиях и стоили тогда весьма приличных денег. Французы готовили координацию действий между турками и отрядами Пугачёва. Граф де Сен-При писал тогда из Вены в Константинополь: «Турецкая армия должна предпринять диверсию в пользу Петра III».
Свидетельствует сам Пугачев: «Из чиновных людей в бунтовщичьей шайке у него, злодея, были с самаго начала, после разбития генерал-майора Кара Второго гренадерского полку подпоручик Шванович. Сей офицер служил ему, злодею, охотно сказывал злодею о себе, что он, Шванович, крестник в бозе опочивающей государыни императрицы Елизаветы Петровны, что умеет говорить многими языками и может способным быть к установленной в то время злодейской коллегии. По сей просьбе приказал злодей Швановичу быть при названной Военной коллегии и перевести на немецкий язык подложный манифест и указ к оренбургскому губернатору. И с тех пор уже под всеми злодейскими указами подписывался он, Шванович, вместо самого злодея по латыни “Петер”. Сверх того, слышал он, злодей, от Горшкова, что оный думный дьяк, злодейской коллегии обще с Швановичем писали указ на немецком и французском языках, но куда оный указ послали — злодею якобы неизвестно». Ну, куда? Ясно, что русским крестьянам и казакам послания на немецком и французском языках как-то особо ни к чему.
Служили злодею и другие дворяне, например, подпоручик Минеев, майор Салманов, капитан артиллерии князь Баратаев и так далее. Пугачев не скрывал от следователей их фамилий. «Будущий историк, коему позволено будет распечатать дело о Пугачеве, легко исправит и дополнит мой труд — конечно несовершенный, но добросовестный», — писал Пушкин в своём обращении к читателям «Истории пугачевского бунта». Однако, столь пристальный интерес к этой странице истории российского государства со служебной стороны для Пушкина не ограничивался простой констатацией фактов 60-тилетней давности. Проводя некоторые геополитические аналогии можно сказать, что пушкинское исследование безусловно имело цель «более важную и полезную» не только для государя Николая Первого, но и для нас с вами.
Методы искусственного создания благоприятных условий для «оранжевых» революций в разных неугодных странах и «загребания жара чужими руками» у Запада остались те же. Вероятно, именно этот аспект интересовал российскую секретную службу в работе Пушкина более остальных. И именно об этом шла речь при встрече государя с великим поэтом. И именно это явилось главной основополагающей причиной агентов западной дипломатии для физического устранения камергера, действительного статского советника, генерал-майора Пушкина, чьё влияние на политику императорского двора неуклонно укреплялось, разрушая враждебные усилия иностранных государств. Вот как Александр Сергеевич сам сообщал об этом в последнем письме нидерландскому послу барону Геккерну: «Если дипломатия есть лишь искусство узнавать, что делается у других, и расстраивать их планы, вы отдадите мне справедливость и признаете, что были побиты по всем пунктам».
О том, что Пушкин в 30-тые годы XIX века был видным государственным деятелем, интересующимся и мировой политикой, и экономикой своей страны, а не обычным помещиком средней руки с одними лишь литературными талантами, говорят его письма. Приведу всего лишь один пример. Елизавете Михайловне Хитрово, 11 декабря 1830 г. Из Москвы в Петербург: «Более всего меня интересует сейчас то, что происходит в Европе. Вы говорите, что выборы во Франции идут в хорошем направлении, — что называете вы хорошим направлением? Я боюсь, как бы победители не увлеклись чрезмерно и как бы Луи-Филипп не оказался королем-чурбаном. Новый избирательный закон посадит на депутатские скамьи молодое, необузданное поколение, не устрашенное эксцессами республиканской революции, которую оно знает только по мемуарам и которую само не переживало».
Ради интересов родной страны Пушкин всегда был готов идти до конца. Не зря однажды в одном из писем он сообщает своему старинному другу: «По мне драка (имелось в виду с иноземцами — Э.А) гораздо простительнее, нежели благоразумие молодых людей, которым плюют в глаза, а они утираются батистовым платком, смекая, что если выйдет история, так их в Аничков не позовут».

Камергер его величества

1832 год считается годом основания политической разведки России, одной из основных её задач было проведение контрпропаганды. Эта же задача стояла и перед русскими дипломатами. Эффективность контрпропаганды зависит от четкой связи публикации подобных статей в российской и зарубежной прессе. Для координации этой работы требовался выдающийся литератор, прекрасно знавший европейскую литературу и историю, а также великолепно владевшим французским языком, на котором в основном в те годы общалась европейская интеллигенция. Пушкину — как умнейшему, разносторонне развитому человеку, прекрасно владевшему всеми основными европейскими языками, гениальному писателю, лингвисту, криптографу и шифровальщику в глазах императора поистине не было цены!
Секретной экспедицией (шифры и литография) заведовал ближайший друг А.С. Пушкина — П.Л. Шиллинг фон Канштадт. Немногие при его жизни знали, что он был руководителем шифровальной службы России. Царским указом было запрещено публично упоминать о подобных лицах. Выезд сотрудников этого наисекретнейшего Департамента за рубеж был строго запрещен государем. Возможно, именно это обстоятельство — самая вероятная причина, почему А.С. Пушкину никогда не разрешали выезжать за границу! Через 8 месяцев с начала службы Пушкина в МИДе, К.В. Нессельроде неожиданно получает указание А.Х. Бенкендорфа, о многократном повышении оклада А.С. Пушкина до …5000 рублей в год. Сумма этого оклада семикратно превышала ставку чиновника ранга, по которому официально числился Александр Сергеевич и что соответствовало в те времена окладу заместителя директора департамента.
Резкое повышение зарплаты, безусловно, вызвано самым серьезным участием Пушкина в мероприятиях по обеспечению государственной безопасности России. Кроме того, установлено, что Пушкин официально зарплату получал не в МИДе, а из специального фонда Николая I в министерстве финансов. Такое практиковалось только в самых исключительных случаях для очень узкого круга наиболее секретных специалистов государственных служб. Александр Сергеевич по личному указанию Николая 1 был допущен к наиболее секретным документам России: архивам III отделения, архивам собственной семьи императора, к материалам о Петре 1, Елизавете, Екатерине Великой и даже ко всем данным о восстании Емельяна Пугачева. Кстати, для затрат по написанию истории Пугачевского бунта Пушкин получил от Бенкендорфа 40 тысяч рублей серебром (или 160 000 рублей ассигнациями). В ценах 2013 года это более 40 миллионов долларов США! Как часто бывает в истории спецслужб, данные ассигнования наверняка были выделены и для проведения других работ, которые были крайне необходимы России.
Николай I категорически запрещал Пушкину под каким бы то ни было предлогом драться на дуэли. Император не только не подталкивал поэта к смертельному поединку, как это почему-то принято считать, а совсем наоборот. Государя крайне настораживала и раздражала создавшаяся в обществе некрасивая ситуация вокруг семьи поэта. Безусловно, заслуживает внимания факт письменного обращения А. Пушкина к А.Х. Бенкендорфу по поводу получения им известного пасквиля об Ордене рогоносцев, в котором даже не указывалась фамилия адресата! А.С. Пушкин немедленно поставил в известность об этом А.Х. Бенкендорфа, написав ему письмо 21 ноября 1836 года. И самое главное, через день, 23 ноября 1836 г., А.С. Пушкина вместе с А.Х. Бенкендорфом принял Император Николай I. Таким образом, вопросы частной жизни поэта рассматривались на высшем уровне, как вопросы государственной важности!
И всё-таки убийство, намеренно закамуфлированное под дуэль, состоялось! Смерть Пушкина была неминуема. От вызова голландского посланника по кодексу дворянской чести того времени, не запятнав себя позором, уклониться было нельзя. Вместо себя старый проходимец выставил Дантеса — чемпиона королевского военного училища по стрельбе влёт. Дантес предусмотрительно был защищён бронежилетом — металлической кирасой. Выстрел он произвёл внезапно, не доходя до барьера и не показав, что целится: на подъёме руки. Пуля, выпущенная убийцей, попала в живот, раздробив кости позвоночника: подобная рана в те времена не излечивалась. По заключению врача Владимира Даля: «Вскрытие трупа показало, что рана принадлежала к безусловно смертельным. Раздробления подвздошной, в особенности крестцовой кости неисцелимы».
Владимир Иванович Даль (1801—1872)— писатель, этнограф, автор «Толкового словаря русского языка», был человеком огромных и разносторонних познаний. Закончив медицинский факультет Дерптского университета в 1829 году, он участвовал в качестве врача в турецкой и польской военных кампаниях. Приехав в Петербург в 1832 году, он поступил ординатором в военно-сухопутный госпиталь, одновременно занимаясь и литературной деятельностью. Официальные пригласительные на похороны были разосланы всем главам дипломатического корпуса и иностранных миссий. В соответствии с международным этикетом того времени, подобное делалось исключительно в случае смерти достаточно высокопоставленного сотрудника МИДа. Камер-юнкеры в число оных никогда не входили.
Впрочем, никто не сомневался в истинной государственной должности Пушкина: в рапортах и других документах, рассмотренных военным судом по факту дуэли, покойного именовали камергером Его Величества — то есть, действительным статским советником, чиновником России IV ранга, соответствующего по-военному чину генерал-майора! В средневековой Англии камергеры были ближайшими советниками короля и во многом управляли страной. В России к концу XIX века звания камергера были удостоены поэты Тютчев, Вяземский, Фет, композитор Римский-Корсаков. Титулование камергера — «Ваше превосходительство». Камергером именовали Пушкина и Дантес, и Геккерн, и секундант подполковник Данзас, и командир кавалергардского полка генерал-майор Гринвальд, и начальник гвардейской кирасирской дивизии генерал- адъютант Апраксин. Никаких документов не подписывал только секундант Дантеса — виконт д’Аршиак, и то потому лишь, что бежал из России 2 февраля 1837 года, опасаясь ответственности за дуэль.
Именно на его совести лежало составление убийственных условий дуэли с десяти шагов. И именно он насыпал порох в пистолет Дантеса таким образом, чтобы пуля, убившая Пушкина, не прошла навылет, сделав более лёгкую, не смертельную рану. Камергером был назван Пушкин и в приговоре комиссии военного суда от 19 февраля 1837 года. Возможно, Николай I опасался продолжения расследования, в результате которого могла бы выясниться некоторая достаточно «деликатная» деятельность российских спецслужб. А может быть, и обнаруженная во время следствия информация, которой владел А.С. Пушкин, была бы крайне нежелательна для огласки. Во всяком случае, только после того, как документы о расследовании дуэли, в том числе и приговор военного суда, попали к Николаю I, камергер, придворная должность А.С. Пушкина, в последующих официальных документах была изменена на камер-юнкера!
Выдворение из страны убийцы Пушкина — человека, которого сначала приговорили к повешению, а потом вдруг отпустили, очень напоминает юридическую процедуру выдворения разведчиков по просьбе той страны, с которой не хотят портить дипломатических отношений. Другого объяснения тут нет. Рассекреченные в недалеком прошлом архивы вюртембергского и австрийского министерств иностранных дел среди прочего обнаружили секретные депеши послов иностранных государств, где Пушкин предстает как видный политический деятель, идейный глава русской партии, противостоящий партии иноземцев, стеной отгородивших Николая 1 от русского общества. Документы свидетельствуют, что Александр Сергеевич пытался сломать эту стену, что и явилось одной из главных причин спланированного иностранными державами, оплаченного (со временем Дантес сделался очень богатым и влиятельным лицом — сенатором Франции) и совершенного убийства камергера Его Величества, гениального поэта и истинного защитника интересов России — Александра Сергеевича Пушкина.

(Окончание следует.)


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Полные тексты выпусков еженедельника "Эконометрика"
СообщениеДобавлено: Вс июл 30, 2017 9:29 am 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 7394
Электронный еженедельник «Эконометрика» No.862 от 31 июля 2017 г.

Уважаемые подписчики!

Заканчиваем публиковать обстоятельное исследование Эльдара Ахадова "Тайна гибели Пушкина". Начало - в выпуске No.861 от 24 июля 2017 г.
В 2016 г. исполнилось 100 лет флагману отечественного автопрома – Заводу имени Лихачева. Судьба ЗиЛа - от флагмана индустриализации до арт-объекта и фитнес-центра - проанализирована Еленой Киряковой. Ура импортозамещению?




Тайна гибели Пушкина

Эльдар Ахадов

(Окончание. Начало - в выпуске No.861 от 24 июля 2017 г.)

Истинные убийцы Пушкина

Ещё раз обратимся к простому и «ясному» постулату школьной программы: Пушкин вызвал Дантеса на дуэль и был на дуэли убит. Теперь мы знаем, что никакого Дантеса Пушкин на дуэль в 1837 году не вызывал! Пушкин в тот раз (в отличие от ноябрьских событий 1836 года) вообще никого не вызывал на дуэль! Мало того: Дантес тоже не вызывал Пушкина ни на какую дуэль! Однако, будучи при этом свояками (мужьями родных сестёр), стрелялись именно они. Человек же, который составил условия этого убийства (секретарь французского посольства виконт д’Аршиак, через которого действовал Геккерн), прикрываемого высокопарным словом «дуэль», который лично участвовал в приготовлении оружия и зарядов к нему… никогда никем не допрашивался, так как немедля скрылся из России! Луи-Якоб-Теодор ван Геккерн де Беверваард — имя человека, вызвавшего Пушкина на дуэль. Вызвавшего, но не явившегося на неё.
Тем не менее, во все времена истинным убийцей принято было считать организатора и заказчика убийства, а не киллера — исполнителя чужой воли… Один из девяти детей барона Эверта Фредерика ван Геккерна ван Энгуизена, голландского майора и придворного, и Хенриетте Йоханны Сузанны Марии, графини Священной Римской империи Нассау ла Лекка молодой Геккерн начал свою карьеру чиновником голландского флота, базировавшегося в Тулоне. Позже он служил Наполеону, который наградил его званием барона Империи. Примерно в то же время Геккерн принял католическую веру. Затем он последовательно служил сначала секретарём дипломатической миссии в Лиссабоне (1814), потом в Стокгольме (1815— 1817) и в Берлине (1817—1822). В 1822 году тридцатилетний Геккерн появился в дипломатическом представительстве Голландии в Санкт- Петербурге. Первоначально (с 1823 г.) он был поверенным в делах нидерландского посольства, однако после трагических декабрьских событий на Сенатской площади с марта 1826 года пошёл на повышение: его назначили посланником. Вплоть до мая 1837 года барон — полномочный представитель Голландии при императорском дворе в Санкт-Петербурге.
С июня 1842 года до октября 1875 года — полномочный представитель Нидерландов при австрийском императорском дворе в Вене. Дипломатические представители, находившиеся в Санкт-Петербурге (не только послы, но и сотрудники посольств), были непременными участниками придворных и великосветских вечеров и балов. Пушкину был хорошо и близко знаком этот круг. Известно, например, что с новым 1830 годом Пушкин лично поздравлял австрийского посла Шарля Фикельмона, французского — Мортемара (с секретарем посольства Лангрене), английского — Хейтсберна, неаполитанского — графа де Лудольфа, испанского — де ла Кадену. Я уже упоминал о том, что и после кончины поэта на его панихиде присутствовал весь дипломатический корпус, за исключением крайнего ненавистника либералов прусского посла и двух посланников, не прибывших только по причине болезни. Камер-юнкеру таких почестей вряд ли бы кто-то отдавал, это была дань уважения камергеру, личному советнику Его Величества.
Вызванный на дуэль бароном Геккерном Пушкин к тому моменту являлся видным государственным деятелем, камергером Его Императорского Величества. Геккерну было 44 года, Пушкину — 37. Посему ссылка на то, что голландский посланник отказался лично стреляться с камергером в виду своего преклонного возраста — ничтожна. Разница в возрасте — семь лет, не так уж и велика. Сорок четыре — не пенсионный возраст, а Геккерн — отнюдь не инвалид-колясочник. Дело же скорее всего в том, что по сути Геккерн и не собирался рисковать собой, ему нужно было именно убийство Пушкина, а не сама дуэль. И он достиг своей цели. А, может быть, и не только своей… Граф В.А. Соллогуб в ноябре 1836 года пишет о ситуации следующее: «Тут уже было не то, что история со мной (Соллогуб имеет в виду вызов на дуэль, который Пушкин послал ему весной 1836 года). Со мной я за Пушкина не боялся. Ни у одного русского рука на него бы не поднялась; но французу русской славы жалеть было нечего». То есть, даже в светском обществе Петербурга было понимание того, что ни один русский человек не станет убивать Пушкина, только иностранец был способен на такое…
О большом влиянии Александра Сергеевича при императорском дворе говорит и количество просителей, постоянно обращавшихся к нему с просьбами «замолвить словечко» или поспособствовать в должности. Так в июле-августе 1836 года камергер Пушкин пишет А.А.Жандру об одном из просителей: «Я обещался его тебе представить, отвечая за твою готовность сделать ему добро, коли только будет возможно». Нужно иметь в виду, что Жандр в 1836 г. занимал должность директора канцелярии морского министерства. Согласитесь: никакой камер-юнкер и помыслить бы не мог так обращаться к чиновнику подобного ранга и тем более — заранее за него отвечать. Кстати, Александр Сергеевич далеко не всегда соглашался помочь просителям, некоторым и отказывал, как отказал Н.А. Дуровой, которая торопила его с изданием её «Записок» и просила его превосходительство Пушкина представить её опусы Николаю Первому на войсковых маневрах.
Ей он ответствовал следующим образом: «Государю угодно было стать моим цензором: это правда; но я не имею права подвергать его рассмотрению произведения чужие». Пушкин мыслил масштабами крупного государственного деятеля России (кем, собственно, и был), разбирающегося отнюдь не только в литературных вопросах. Так, например, в ноябре-декабре 1836 года он пишет В.Ф. Одоевскому: «…по моему мнению, правительству вовсе не нужно вмешиваться в проект этого Герстнера (о постройке железной дороги, Э.А.) . Россия не может бросить 3 000 000 на попытку. Дело о новой дороге касается частных людей: пускай они и хлопочут. Всё, что можно им обещать, так это привилегию на 12 или 15 лет. Дорога (железная) из Москвы в Нижний Новгород еще была бы нужнее дороги из Москвы в Петербург — и мое мнение — было бы: с нее и начать…»
Александр Сергеевич Пушкин и Геккерн были знакомы задолго до того, как барон впервые встретился с Дантесом. 13 января 1830 года Дарья Федоровна Фикельмон (урождённая графиня Тизенгаузен, внучка фельдмаршала Кутузова, дочь Е. М. Хитрово, жена австрийского дипломата и политического деятеля К.Л.Фикельмона). записывает в своем петербургском дневнике: «Вчера, 12-го, мы доставили себе удовольствие поехать в домино и масках по разным домам. Нас было восемь — маменька, Катрин (гр. Е. Ф. Тизенгаузен), г-жа Мейендорф и я, Геккерн, Пушкин, Скарятин (вероятно, Григорий Яковлевич) и Фриц (Лихтенштейн, сотрудник австрийского посольства). Мы побывали у английской посольши (леди Хейтсберн), у Лудольфов (семейство посланника Обеих Сицилий) и у Олениных (А. Н. и Е. M.). Мы всюду очень позабавились, хотя маменька и Пушкин были всюду тотчас узнаны, и вернулись ужинать к нам. Был прием в Эрмитаже, но послы были там без своих жен».
Следует отметить, что среди перечисленных особ упоминается офицер кавалергардского полка Скарятин — Григорий Яковлевич или его брат Федор, — сыновья одного из убийц отца царствующего императора. Надо сказать, что и сам цареубийца, Яков Федорович, шарфом которого задушили Павла, не раз бывал у австрийского посла. Как рассказывает сам Пушкин в своем дневнике, в 1834 году на балу у Фикельмонов Николай I «застал наставника своего сына (поэта Василия Андреевича Жуковского) дружелюбно беседующим с убийцей его отца». Скорее всего, и Геккерн не раз общался не только с сыновьями, но и с самим убийцей отца царствующего императора Николая Павловича. О характере и манере поведения барона красноречиво свидетельствует первая встреча с ним великой княжны Ольги Николаевны, происшедшая в возрасте 12 лет на балу в день именин Николая Павловича 6 декабря 1834 года. Она навсегда оставила в душе юной мемуаристки неприятный осадок.
Незадолго до того, как девочка в сопровождении камер-пажа Жерве должна была покинуть свой первый в жизни бал, Геккерн сказал её матери, Александре Федоровне (урождённая принцесса Фридерика Луиза Шарлотта Вильгельмина Прусская) фразу, которая покоробила Ольгу: «Как они прелестны оба! Держу пари, что перед сном они ещё поиграют в куклы!» Знаменательно и то, что, познакомившись с ним, Дарья Фёдоровна Фикельмон со всегдашней своей проницательностью буквально через несколько дней после приезда в Петербург (8. VII. 1829) весьма отрицательно отзывается о Геккерне: «…лицо хитрое, фальшивое, мало симпатичное; здесь его считают шпионом г-на Нессельроде, такое предположение лучше всего определяет эту личность и ее характер».
Карл Роберт фон Нессельроде (Karl Robert von Nesselrode) — государственный деятель немецкого происхождения, канцлер Российской империи. Именно он дольше, чем кто-либо другой в истории нашего государства, занимал пост министра иностранных дел России. Сторонник сближения с Австрией и Пруссией, противник любых либеральных преобразований, один из организаторов Священного союза… Его отец Вильгельм Карл Нессельроде ревностно служил Австрии, где потом работал Геккерн, и Голландии, которую Геккерн представлял в России. Мать будущего канцлера была еврейкой по происхождению и протестанткой по вероисповеданию. Карл родился на английском корабле в Лиссабоне, где его отец был в то время русским посланником. Он был протестантом и до конца жизни так и не научился правильно говорить по-русски. Благоволивший семейству Нессельроде император Павел I пожаловал юного Карла в свои флигель-адьютанты по флоту, а позднее перевел в сухопутные войска поручиком в конную гвардию, оставив при себе флигель-адъютантом; ни там, ни тут тот не обнаружил способностей к военной службе, что не помешало ему дослужиться в двадцать лет до полковника. Вскоре Карл был уволен из армии с пожалованием его с 13 июня 1800 года в камергеры.
После смерти Павла он был отправлен в Германию. Во время пребывания там Нессельроде знакомится с Меттернихом, тогда австрийским посланником в Дрездене, и знакомство это скоро перерастает в тесную дружбу. Нессельроде смотрел на Меттерниха снизу вверх; последний казался ему гениальным дипломатом, а его советы — всегда спасительными; в свою очередь Меттерних умел хорошо пользоваться слабостями своего ученика. Основной мыслью всей дальнейшей российской политики Нессельроде был тесный союз с Австрией. 17 марта 1844 года, через 7 лет после убийства Пушкина, истинного патриота и сторонника русской национальной государственной политики, Нессельроде становится канцлером Российской империи, а ещё через пять лет — способствует вмешательству России в австрийские дела, с целью усмирения венгерского восстания. Ответственность за дипломатическую изоляцию России и поражение в Крымской войне в значительной степени падает именно на Карла Нессельроде.
Его супруга — графиня Нессельроде (урождённая Мария Дмитриевна Гурьева (1786 — 1840) — дочь министра финансов графа Д.А. Гурьева от брака с П.С.Салтыковой) в обществе была знакома с Пушкиным, а на свадьбе Екатерины Гончаровой (сестры Натальи Николаевны) с Дантесом была посаженой матерью жениха, которому покровительствовала и благоволила. Возможно, вовсе не зря именно графиню Нессельроде долгое время подозревали в сочинении анонимных оскорбительных писем в адрес поэта и называли её инициатором пасквильного «диплома», который в итоге привел к убийству поэта. Сам Пушкин по воспоминаниям современников категорически утверждал: «По виду бумаги, по слогу письма, по тому, как оно было составлено, я с первой же минуты понял, что оно исходит от иностранца, от человека высшего общества, от дипломата». Пушкин упоминал о бумаге и слоге письма. Однако, вероятнее всего, ему были известны и другие бесспорные детали, указывавшие на авторство анонимного послания…
Орудием убийства поэта был избран Жорж Дантес. Байка о том, что пулю поэта отразила оловянная пуговица — для наивных простаков. На убийце был бронежилет ХIХ века — стальная кираса, изготовленная для Дантеса в Англии специально по заказу барона Геккерна. Геккерн никогда не состоял в браке и не имел детей. В 1833 году он познакомился с Жоржем Дантесом, сыном эльзасского помещика… В результате переписки с родным отцом Дантеса и личной встречи с ним Геккерн добился согласия на усыновление Жоржа. Соглашение на усыновление от короля Голландии было получено 5 мая 1836 года, Дантес принял имя Жорж Шарль де Геккерн Дантес. Для чего нужно было усыновлять взрослого детину 24-х лет — бабника и отличного стрелка? Да ещё — при живом отце? Что за спектакль? Для кого и для чего? Для прикрытия подлого и давно продуманного замысла: убийства русского гения.

Вызов России

Я уже сообщал о том, что в пушкинскую эпоху за дуэль в России полагалось наказание всем ее участникам: и секундантам, и даже жертвам дуэли, даже мёртвым. Однако император, не только не осудил, но наградил поэта (в лице его семьи) посмертно так, как награждают героев. И не только в финансовом отношении, но и в моральном. Сыновья Пушкина были зачислены в самое привилегированное училище России — Пажеский корпус. Это обстоятельство очень напоминает схожие ситуации советских времен. В советскую эпоху детей, оставшихся сиротами, принимали в суворовское или нахимовское училища. В тех случаях, если их родители погибли на служебном посту, исполняя долг перед Родиной. В чём же дело?
Закон Российской империи распространялся на всех её подданных и иностранных граждан, рассматриваемых, как частные физические лица. Однако, между кем и кем произошла дуэль? Пушкин Дантеса в январе 1837 года на дуэль не вызывал. Дантес Пушкина тоже не вызывал на дуэль. Вызов на дуэль исходил от господина Луи-Якоба-Теодора ван Геккерна де Беверваарда, являвшегося на тот момент полномочным представителем королевства Нидерланды при российском императорском дворе! Посол иностранной державы вызывает на дуэль крупного российского государственного деятеля, имеющего чин, соответствующий в армии генерал-майору — чин камергера самого императора!
Посол, какие бы действия он ни производил, остается официальным лицом иностранного государства и под юрисдикцию другого государства подпадать не может ни при каких обстоятельствах. Ибо он — представляет иную, суверенную державу! Законы одного государства на деятельность другого распространяться не могут! Оставим в стороне и причины дуэли, и все обстоятельства, этим причинам предшествовавшие. В данном случае эмоциональная составляющая событий будет только мешать суждению. Рассмотрим дело с юридической точки зрения, той самой, с которой, как глава государства и высшее должностное лицо страны, обязан был рассмотреть и рассмотрел его император Николай I. Итак, посол иностранной державы (а в его лице — сама эта держава) вызывает на дуэль русского подданного, должностное лицо министерства иностранных дел России, дипломата, господина Пушкина. Камергера Его Величества! То, что он камергер, а вовсе не камер-юнкер, как напишут после, знали все. Это многократно подтверждается документами судебного дела по факту дуэли.
Камергером именовали Пушкина и Дантес, и сам посол Геккерн, и секундант Пушкина инженер-подполковник Данзас, и командир кавалергардского полка генерал-майор Гринвальд, и начальник гвардейской кирасирской дивизии генерал-адъютант Апраксин. Вызов на дуэль был составлен, оформлен и предъявлен официально — через секретаря французского посольства виконта д’Аршиака, представлявшего французские интересы. Таким образом, юридически участником дуэли с Пушкиным являлся не Дантес, а посол Голландии в Российской империи барон Геккерн! Лицо, не подлежащее российской юрисдикции. Более того: главное официальное лицо другого государства. А это значит, что дуэль Пушкина с Геккерном не могла рассматриваться в рамках уголовного права Российской империи. Российского подданного господина Пушкина вызвало на поединок западноевропейское королевство Нидерланды!
Его интересы в этой схватке по поручению полномочного посла королевства представлял французский подданный Жорж Дантес. Вот он, как частное лицо, не имел на это никакого права! И его за согласие участвовать действительно следовало судить. Имел ли право Пушкин отказываться от дуэли в сложившейся ситуации, когда подобный отказ неминуемо был бы расценен европейским сообществом не как частное дело неких господ, а как моральное бесчестье России перед враждебными агрессивными действиями иностранного государства?
Ибо сам по себе официальный вызов — это агрессия! Всё, что писалось или говорилось между всеми участниками конфликта до момента предъявления Пушкину официального голландского вызова на дуэль — действительно можно считать частными делами, но только не сам роковой вызов, составленный виконтом д’Аршиаком по поручению посла! Умнейшему, образованнейшему человеку в России, обладавшему глубокими историческими, литературными и дипломатическими знаниями, гениальному поэту и дешифровальщику хватило ума и способностей догадаться, что пасквиль исходит от иностранца, от человека высшего общества и дипломата.
Кстати, помимо чести и достоинства самого Пушкина, пасквиль порочил и имя русского императора, честь его супруги императрицы Александры, честь самого рода Романовых, нарочито выставляя их на посмешище перед всем светом. Принимая вызов западновропейского посла, Пушкин шёл к барьеру, защищая перед всем миром не только и не столько своё имя, сколько честь русского народа, честь всей России. Вызов Пушкину, оформленный таким образом, фактически (и юридически тоже) являлся официальным вызовом России! И поэт геройски принял его. И вышел на дуэль. И принял пулю, летевшую в Россию, заслонив её своей жизнью. “Не щадя живота своего” — в переносном и буквальном смысле… Конечно, если бы Пушкин был сдержанней, расчетливей, не испытывал бы эмоций, то, наверное, дуэль бы всё-таки не состоялась. И Пушкин как человек остался бы жить. Но поэт без эмоций невозможен, поэт, не испытывающий сильных чувств — вообще не поэт. А значит, Александр Сергеевич погиб именно потому, что был поэтом, великим поэтом. Пушкин как обычный человек — погиб, но как поэт — беззащитный и ранимый, остался жить вечно.

P. S. Пушкин и барон Геккерн

Юридически участником дуэли с Пушкиным являлся посол Голландии в Российской империи барон Геккерн. Вызов на дуэль был составлен от его имени, оформлен им и предъявлен официально — через секретаря французского посольства виконта д’Аршиака, представлявшего французские интересы. Таким образом, фактически Пушкина официально вызвало на поединок королевство Нидерланды — в лице своего посла! Кто-то может спросить: неужели сам Пушкин действительно не вызывал Дантеса на дуэль? Отвечу: вызывал, но гораздо раньше — в ноябре 1836 года, впрочем, спустя несколько дней он же и отозвал свой вызов, о чем уведомил всех, кто был в курсе событий. И более от Пушкина никому дуэльных вызовов не исходило.
Сам факт вызова на дуэль русского подданного официальным представителем иностранного государства имеет право трактоваться минимум как недружественные действия против другого государства, имеющие отчетливые признаки агрессии! Официальный представитель иностранного государства не имеет права распоряжаться жизнью подданного другой страны, устраивать над ним расправу или угрожать ему смертью. А ведь вызов на дуэль — это и есть угроза смертью.
Против каких враждебных России сил вышел к барьеру русский поэт? Какова предыстория трагической ситуации и каковы истинные мотивы трагедии? Почему голландский посланник действовал через французского, а не голландского секретаря? Заметим, что титул барона Геккерн получил не в Нидерландах, а во Франции — от Наполеона Бонапарта, за верную службу оккупантам своей страны. Предыстория такова. В декабре 1794 г. французские войска во главе с Шарлем Пишегрю вторглись на территорию Голландии. Оккупационная армия заняла Западную Фландрию и в январе 1795 года вступила в Амстердам, где при помощи кавалерийской атаки по льду захватила голландский флот, вмёрзший в него в заливе. Независимости Нидерландов был положен конец провозглашением «дочерней» для Франции так называемой «Батавской республики».
Впрочем, уже в 1806 году Наполеон росчерком пера превратил «республику» в королевство, назначив туда королём своего брата Луи. А в 1810 году он же включил это «королевство» напрямую в состав Французской империи, окончательно уничтожив видимость существования Нидерландов. Впрочем, Голландия как государство всё это время и так фактически не существовала. В мае 1799 года английское правительство предложило императору Павлу I принять участие в освобождении голландцев от французской оккупации. Император Павел, суворовские войска которого в это время уже сражались против французов в Северной Италии, охотно согласился на предложение Англии. Кстати, именно в это время в России родился Александр Сергеевич Пушкин, будущий визави голландского посланника с тёмным наполеоновским прошлым.
20 августа того же года голландский флот без боя сдался англичанам. 8 сентября русские войска овладели Бергеном, однако, встреченные контратакой превосходящих сил и своевременно не поддержанные британцами, были выбиты оттуда со значительными потерями. 21 сентября в результате сражения войска французского генерала Брюна отступили к Бевервейку. Здесь, 25 сентября, он был снова атакован союзниками. И снова вся тяжесть боя легла на русские войска, которые, понеся колоссальные потери, заняли в итоге лишь нескольких селений. Из-за несогласованности действий союзников, а также трусости и откровенного предательства англичан десантная операция в итоге закончилась неудачей. В ноябре остатки русской армии покинули голландские берега.
Вероятно, Пушкину были известны подробности той истории, поскольку, находясь в Одессе, он встречался с Алексеем Самуиловичем Грейгом, руководившим с 1816 по 1830 годы Черноморским флотом. Участник Отечественной войны Алексей Самуилович в 1799 году командовал 64-пушечным кораблём «Ретвизан», крейсировал с союзной эскадрой в Северном море у острова Тексель, участвовал в высадке русского десанта в Голландии и во взятии крепости Гельдерн. Через 15 лет, в ноябре 1813 года русские войска под командованием молодого генерал-майора Александра Христофоровича Бенкендорфа, того самого, с которым Пушкин столько общался впоследствии, освободили голландцев от французской оккупации и вернули независимость Нидерландам…
В истории наполеоновских войн армейская операция под командованием Бенкендорфа стала блестящим примером сочетания средств войны и тайной дипломатии ради достижения больших успехов малой кровью. Вполне естественно, что Вильгельм I, получивший в результате этих событий из русских рук корону Нидерландов (включавших, кроме нынешней Голландии ещё и Бельгию с Люксембургом), ориентировался на освободителей своей страны. Наследник престола, будущий король Вильгельм II женился на сестре русских императоров Александра и Николая — Анне Павловне. Кстати, оду на их свадьбу тогда написал ещё молодой, но уже приобретающий популярность лицеист Александр Пушкин:

”Принцу Оранскому”
Довольно битвы мчался гром,
Тупился меч окровавленный,
И смерть погибельным крылом
Шумела грозно над вселенной!
Свершилось… взорами царей
Eвропы твердый мир основан;
Оковы свергнувший злодей
огущей бранью снова скован.
Узрел он в пламени Москву —
И был низвержен ужас мира,
Покрыло падшего главу
Благословенного порфира.
И мглой повлекся окружен;
Притек, и с буйной вдруг изменой
Уж воздвигал свой шаткой трон…
И пал отторжен от вселенной.
Утихло всё. — Не мчится гром,
Не блещет меч окровавленный,
И брань погибельным крылом
Не мчится грозно над вселенной.
Хвала, о, юноша герой!
С героем дивным Альбиона
Он верных вел в последний бой
И мстил за лилии Бурбона.
Пред ним мятежных гром гремел,
Текли во след щиты кровавы;
Грозой он в бранной мгле летел
И разливал блистанье славы.
Его текла младая кровь,
На нем сияет язва чести:
Венчай, венчай его, любовь!
Достойный был он воин мести.

В благодарность за написание этой торжественной оды своему будущему супругу Анна Павловна вручила юному Пушкину золотые часы… Все эти и многие другие детали говорят в пользу того, что история и дела нидерландского королевства, как и реальная деятельность его посланника в России барона Геккерна, безусловно, были хорошо известны Александру Сергеевичу. Отзывая свой вызов Дантесу в ноябре 1836 года, Пушкин предупреждал посла о том, что «…не давать хода этому грязному делу и не обесчестить вас в глазах дворов нашего и вашего, к чему я имел и возможность и намерение», он согласен только на конкретных условиях. Но именно эти условия и были Геккернами явно нарушены в январе 1837-го: не иметь контактов с его семьей и не компрометировать его жену.
Геккерн смертельно боялся именно разоблачения, потому что это стало бы концом всем его планам. Вероятнее всего, у Пушкина имелись веские доказательства того, что посол Нидерландов в России не только занимается деятельностью, противоречащей интересам России, но и противоречащей интересам Нидерландов! Шпион, действующий не только против страны, в которой находится, но и против страны, которую представляет — плохая реклама для дальнейшей карьеры где-либо. А то, что Пушкин разоблачать умеет быстро и эффективно, Геккерн убедился давно: на примере краха всей польской агентурной сети в Европе, о котором я уже сообщал в прежних работах. Самым же ужасным для барона было именно то, что Пушкин в своём письме никого на дуэль не вызывает!
Это могло означать лишь одно: решение о разоблачении врага принято. И счет идёт на часы! Как остановить неминуемый позор? Голландский посланник моментально делает вызов камергеру Его Величества. Иного выхода у него нет. Пытаясь замести следы своего участия в убийстве, барон Геккерн-старший 11 февраля 1837 года писал барону Верстолку: «Жоржу (Дантесу) не в чем себя упрекнуть; его противником был безумец, вызвавший его без всякого разумного повода; ему просто жизнь надоела, и он решился на самоубийство, избрав руку Жоржа орудием для своего переселения в другой мир». Насколько лжив и подл был голландский посланник, ясно даже из одного лишь этого отрывка. Ему ли было не знать, что вызов на дуэль исходил именно от него, а не от Пушкина или Дантеса!!! Ему ли было не знать, что именно он направил на дуэль Жоржа вместо себя, зная о том, что Жорж — прекрасно обученный профессиональный стрелок и поэтому вряд ли промахнется…
В реальной ситуации вокруг дуэли, судя по его действиям, лучше всего тогда разобрался император Николай I. Пушкину посмертно были оказаны почести, полагавшиеся не дуэлянту, а национальному герою. Вдове Пушкина сроком до её повторного замужества была учреждена пенсия в размере 10000 рублей. За счет казны была погашена ссуда А. Пушкина в размере 45000 рублей. Для того, чтобы напечатать сочинения поэта, его вдове было выдано единовременное пособие в размере 50000 рублей, с условием направления прибыли от продажи на учреждение капитала покойного. Два сына А. Пушкина были зачислены в самое привилегированное училище России — Пажеский корпус. И каждому из них была начислена пенсия в размере 1200 рублей в год. Все долги Пушкина были погашены государственной казной. Дантес был выдворен из страны. Геккерн потерял место посланника в России.
Прощание с героем по распоряжению императора происходило в Конюшенной церкви. На тот момент это была придворная церковь императорской семьи, и в ней нельзя было просто так заказать отпевание любому человеку. Вот что пишет Жуковский: «О Конюшенной же церкви (об отпевании Э.А.) нельзя было и подумать, она придворная. На отпевание в ней надлежало получить особенное позволение». Прощаться с Пушкиным помимо родственников, друзей поэта и петербургской интеллигенции, помимо министров и генералов России, пришли главы почти всего дипломатического корпуса Санкт-Петербурга за исключением двух заболевших, прусского посланника и барона Геккерна, зачинщика дуэли, которого, естественно, не приглашали. Удивительно, но история Конюшенной церкви имеет некие духовные пересечения с историей жизни Пушкина. После дуэли ещё живого Пушкина привезли в дом Волконских на Мойке и послали за священником из ближайшей церкви. Им оказался придворный протоирей Петр Дмитриевич Песоцкий, настоятель именно Конюшенной церкви, который прошел с русской армией войну 1812 года, был награжден бронзовым крестом на Владимирской ленте, орденом св. Анны 2-й степени, возведен с потомством в дворянское достоинство.
Как свидетельствуют очевидцы (княгиня Е.Н. Мещерская, князь П.А. Вяземский), отец Петр после исповеди Пушкина вышел от умирающего поэта со слезами на глазах и сказал: «Я хотел бы умереть так, как умирает этот человек!» Именно в Конюшенной церкви долгое время находились привезенные некогда из Константинополя святыни: Образ Спаса Нерукотворного, Плащаница, шитая шелками и жемчугом, и икона Знамение. В 1828 году император Николай I брал Образ и Плашаницу с собой в турецкий поход. Тот самый, в котором участвовал и Пушкин. По преданию, в 1814 году, Образ Всемилостивейшего Спаса из Конюшенной церкви находился с императором Александром I при взятии союзными войсками Парижа. Молодой Геккерн начал свою карьеру во французском Тулоне — чиновником голландского флота, базировавшегося там. Он верно служил, но не оккупированным Нидерландам, а врагу России и Нидерландов — Наполеону, и дослужился до титула барона его Империи. Когда-то 1812 году юный Александр, глядя, как уходят сражаться за Родину русские полки, мечтал быть в их рядах… Он погиб от пули, выпущенной французом по наущению того, кого благословил Наполеон. Похоронили Пушкина там, где он хотел быть похороненным и где купил для этого место: в Святогорском Свято-Успенском монастыре рядом с могилой матери.

Сноски

Сергей Крюков, статья “Александр Сергеевич Пушкин: гениальный поэт и … разведчик”, 6 июня 2012, http://maxpark.com/community/901/content/1370285iii
Василий Андреевич Жуковский. Письмо Пушкину Л.С. 15 февраля 1837 г.http://feb-web.ru/feb/zhukovsky/texts/z ... h4-602.htm
История Российской империи. Внешняя политика Николая I. http://www.rosimperija.info/post/348
Воронин В.Е., Перевезенцев С.В. статья “Николай I” http://www.portal-slovo.ru/history/3559 ... AGEN_1=2vi
Б.В. Томашевский, статья “Десятая глава „Евгения Онегина“ http://feb-web.ru/feb/litnas/texts/l16/lit-379-.htm
Григорий Фридман, статья “Гончаровы, Пушкин и непонятные письмена”, журнал -газета “Мастерская”,14 июля 2013
Чудинов В.А. «Тайнопись в рисунках Пушкина» Издательство «Поколение» 2007
Сергей Крюков, статья “Александр Сергеевич Пушкин: гениальный поэт и … разведчик”, 6 июня 2012,
Аркадий Сушанский–статья «Поэт невидимого фронта», газета «Секретные материалы ХХ века» выпуск No19 (405) за 2014 год.
Наталья Масленникова. Наследие Пушкина на Балканах. Сайт Сербска.ру 13.09.2008
http://srpska.ru/article.php?nid=9440&sq=19&crypt
Александр Сергеевич Пушкин. История Пугачева. Исторические статьи и материалы; Воспоминания и дневники. http://lib.ru/LITRA/PUSHKIN/p7.txt
Анатолий Клепов, статья “Жизнь и смерть Александра Пушкина. Мифы и реальность” http://www.mk.ru/blogs/posts/zhizn-i-sm ... ost-2.html
Аркадий Сушанский –статья «Поэт невидимого фронта», газета «Секретные материалы ХХ века» выпуск No19 (405) за 2014 год.
Пётр Лебедев. «Тайный режиссер гибели Пушкина» http://www.proza.ru/2008/05/19/304xvi
В.И.Даль «Смерть Пушкина» http://feb-web.ru/feb/pushkin/critics/vs2/vs2-264-.htm
Наумов А.В. «Следствие и суд по делу о дуэли А.С. Пушкина». Хабаровск; 1989 г
Анатолий Наумов. «Посмертно подсудимый», издательство Litres, . 2013 г
Черейский Л. А. « д’Аршиак. Пушкин и его окружение» http://feb-web.ru/feb/pushkin/chr-abc/chr/chr-0205.htm
Пушкин, XVI, по указ.;
Соллогуб, с. 364, 366 и др.;
Карамзины, с. 167, 169, 173; Дуэль,по указ.;
Временник Об-ва друзей русской книги, Париж, 1932, т. III, с. 154—158
Письма посл. лет,с. 362—363.
Гребенников В.В. статья «А.С.Пушкин и спецслужбы России» http://www.cryptohistory.ru/information ... by-rossii/
http://coollib.net/b/221699/read
Павел Елисеевич Щеголев «Злой рок Пушкина. он, Дантес и Гончарова»
Леонид Владимирович Выскочков, «Будни и праздники императорского двора», СПб, издательство
«Питер» 2012г. http://thelib.ru/books/l_v_vyskochkov/b ... kogo_dvora -read.html
Ольга Николаевна. «Сон юности. Воспоминания великой княжны Ольги Николаевны», 1825–с 6 http://www.dugward.ru/library/olga_nick.html
Павел Елисеевич Щеголев «Злой рок Пушкина. Он, Дантес и Гончарова»
Леонид Владимирович Выскочков, «Будни и праздники императорского двора», СПб, издательство «Питер» 2012г. http://thelib.ru/books/l_v_vyskochkov/b ... -read.html
«Зарубежные задворки» N14, май 2015 г.

"Лебедь". Независимый альманах №737 от 15 мая 2015 года
http://lebed.com/2015/art6699.htm


Судьба ЗиЛа - от флагмана индустриализации до арт-объекта
и фитнес-центра. Ура импортозамещению?

Елена Кирякова

В этом году 100 лет исполняется флагману отечественного автопрома – Заводу имени Лихачева.
ЗиЛ – не просто набор ржавых корпусов и никому не нужного хлама на "аппетитном кусочке земли", как позиционируют его сегодня девелоперы. Это завод-эпоха, судьба предприятия тесно переплетена с историей страны. И вот десятые годы нового века грозят эту эпоху закончить.

Несколько лет назад мэр Москвы Сергей Собянин утвердил проект "планировки ЗиЛа", точнее, перепланировки. Но если говорить откровенно – то началась зачистка территории под жилой комплекс, торговый центр и другие радости жизни.
Поначалу планировалось оставить производство машин на законном месте, но в меньших масштабах (хотя после 90-х гг. завод не реализовывал и 20% от своего потенциала – куда меньше?), но сегодня уже говорят о том, что ЗиЛ переедет за Москву. Понятно, что это еще один отвлекающий маневр, и вскоре перевозить будет уже нечего.

Итак, к столетию ЗиЛа в августе от него не оставят и камня на камне - большинство цехов завода демонтированы, продолжается снос корпусов. В 2015 г. был уничтожен музей истории ЗиЛа с мемориальным кабинетом Лихачева. Сегодня нам обещают оставить от завода один арт-объект, в память о техническом прорыве. Пройти мимо этого события в то время, когда в Правительстве громогласно возвещают о курсе на импортозамещение, как забыть про юбилей Шолохова в Год литературы – просто преступление.

"Еще лет 20 назад я обратил внимание на то, что происходит с заводом-ВТУЗ, - рассказывает профессор, доктор экономических наук Валентин Катасонов. - Это был университет как раз при заводе имени Лихачева, и, собственно, тогда я сказал, что если исчезает ВТУЗ, то со временем исчезнет и завод. Но формально ВТУЗ существует, я даже знаю некоторых преподавателей, профессоров, которые преподают вещи, далекие от реальной экономики: право, менеджмент, рыночная экономика. На самом деле, сегодня многие объекты сталинской экономики, многие объекты сталинской индустриализации – либо исчезли, либо приватизированы".

Закладка автомобильного завода (АМО)

Начало XX века - промышленный бум по всему миру, технические новинки, которые казались фантастикой 20 лет назад, становятся обыденными предметами жизни: электричество, кино, автомобили. Повсюду бешеный ритм жизни, но в царской России автомобилями интересовались далеко не все - у людей были другие проблемы, но вот "сливки общества" приобщались к миру технических диковинок. Заинтересовались изобретением прежде всего приближенные к императору семьи, и только они – аристократия, элита – и могли позволить себе купить автомобиль, потому машина – штучный товар в царской России, его легче привезти из-за границы, чем налаживать выпуск для одного-двух покупателей, хотя были и такие случаи. К 1910-м гг. для создания имиджа – все "цивилизованные" страны уже производили автомобили – из ворот завода в Риге выкатился первый "Руссо-Балт". Владельцами таких машин стали известный поэт, великий князь Константин Константинович, отставной премьер-министр граф Сергей Витте, князь Борис Голицын, промышленник Эдуард Нобель.

На выставке создатели авто продали меньше автомобилей, чем ожидалось. В частности в Петербурге около 20-ти экземпляров, по несколько машин в других городах и ни одного в Москве. Почему же - народ был темный? Нет, просто Руссо-Балт стоил 5500 руб., модель С — 7500 руб. Для сравнения, чтобы понимать, в Петербурге в 1910-х гг. средняя зарплата рабочего составляла 37,5 руб. Высокооплачиваемые квалифицированные рабочие получали 700-800 руб. в год. Но их было немного - до 10%. Оклады остальных были существенно меньше.
Крестьяне получали меньше рабочих, но зато их труд не был таким каторжным – на заводах в то время работали по 11,5 часов в день (после первой революции 9-10 часов, но сохранились колоссальные переработки). Реальные доходы рабочих снижались также вследствие роста цен 1905-1909 гг., в отдельных районах цены на хлеб, овощи возросли почти вдвое. Интересно, почему автомобили в Российской Империи не пользовались такой популярностью, как в Европе или в США (где Форд уже приступил к созданию "автомобиля для всех")?
В России, Которую Мы Потеряли, рабочий, чтобы купить себе автомобиль, должен был лет семь не есть и не тратить деньги на жилье. Зато Великий князь Константин Константинович Романов приобрел три Руссо-Балта (!), княжна Мария Павловна Романова — один экземпляр. В 1910 г. два автомобиля были приобретены для царского двора – а всего автопарк царской семьи насчитывал 58 автомобилей различных марок, из которых лишь 10 обслуживали царскую семью.
К 1913 г. средняя зарплата в промышленности составляла 260 руб. в год. Рабочие и крестьяне не были даже средним классом, пороговая величина, начиная с которой человек считался более-менее зажиточным в начале 20 века, была не менее 1000 руб. в год - по данным министерства финансов, в 1909-1910 гг. таких лиц насчитывалось порядка 700 тыс. Население Российской Империи было 160 млн. Потому о производстве машин для среднего класса или, тем более уж, о машине для рабочего никто не думал. Нужны ли какие-то еще другие причины для революции? Толчок извне, война или заговор? Все вполне очевидно. Российская Империя только в годы Первой мировой осознала, насколько технически она отстает от других стран. В 1916 г. правительство кидает 11 млн руб. на постройку шести автомобильных заводов. Один из первых был в Москве – контракт заключили с "Торговым домом Кузнецова, Рябушинских и К˚" – для выпуска автомобилей FIAT. 20 июля (2 августа) 1916 г. произошла закладка завода "АМО". Так появился будущий ЗиЛ.

Национализация

Временное правительство ознаменовало победу буржуазии, "февралистское" руководство отказалось от мобилизационной национализации ключевых отраслей промышленности, предпринимавшейся в какой-то степени даже царским правительством - демократы сказали, что принципиально "не приемлют" государственное регулирование "как меру слишком социалистическую" – то есть произошло примерно то, что в 1990-х гг. нарекли "шоковой терапией", государство отказалось регулировать цены, и промышленность начала загибаться – не вписалась в рынок.
Что говорить об "инновациях" – чем были автомобили в промышленности, если гибли классические отрасли? Только за апрель 1917 г. выпуск продукции металлургической промышленности в Москве уменьшился на 32%, железные дороги приходили в упадок, перевозка зерна сократилась вдвое. Денежная система под руководством Временного правительства рассыпалась, над страной нависла угроза финансового краха. Деньги полностью обесценивались, страна переходила к натуральному товарообмену - как нетрудно заметить, все это произошло не при большевиках, а при чествуемом ныне буржуазном правительстве, которое и совершило государственный переворот и "помогло" царю принять решение об отречении. Понятно, что народ заволновался - почуяв опасность, олигархическая элита стала интенсивно выводить деньги за границу.

"Бегство капиталов" играло на руку банкирам – это было время валютных спекуляций. После Февральского переворота курс рубля упал почти в 10 раз, поскольку за первую половину 1917 г. Временное правительство напечатало 4 млрд руб. против 0,5 млрд, напечатанных царским правительством за весь 1916 г. Естественно, при таком раскладе, к моменту Октябрьской революции герой нашего рассказа, – который, как щепка, попал в водоворот событий – Автомобильный завод (АМО), – так и не был достроен полностью, производство собственных автомобилей (а не "Фиатов") не было налажено. АМО национализировали 15 августа 1918 г., Рябушинских обвинили в срыве условий контракта, подписанного с военным ведомством.

"Ферерро"

В 1923 г. завод назвали в честь убитого фашистами итальянского деятеля профсоюзов, сотрудника итальянского "Фиата". Под новым названием - "Ферерро", предприятие вошло во времена НЭПа. 1924 г. на завод поступило правительственное задание на первые советские грузовики. 1 ноября 1924 г. был собран первый полуторатонный грузовик АМО-Ф-15, а 7 ноября десять новеньких машин показались на параде. Эту дату принято считать днем рождения советского автомобилестроения. Но, естественно, о конвейерном производстве собственного транспорта речи пока не шло. Это была капля в море.
Завод возглавил матрос с Балтийского флота
В 1927 г. к руководству предприятием пришел Иван Лихачев. Он закончил сельскую школу, был слесарем на Путиловском заводе, матрос с Балтийского флота (то есть один из той тучи "матросни", что сегодня рисуется силой, разметавшей страну, на самом деле был частью промышленного созидания – как так?), с его именем связано интенсивное развитие будущего ЗиЛа.

В 1928-1929 гг. шла партийная борьба, определялся курс на будущее, насколько мы помним из истории, в правительстве были идеи "построить социализм в одной отдельно взятой стране" и закончить уже с "революцией мировой" – с этой точкой зрения выступал Сталин. Через какое-то время он начал реализовывать программу на сворачивание НЭПа и заявил о необходимости форсированной индустриализации. Сталин объявил 1929 г. годом "великого перелома". Итог двух сталинских пятилеток - СССР стал крупной промышленной державой, а некогда маленький и плохо оснащенный завод превратился в автогиганта, флагмана сталинской индустриализации. Так была создана автопромышленность.

Лихачев ездил набираться опыта в Германию и в США – теперь как раз речь шла о создании автомобиля "для всех". Лестно, что нашему специалисту предлагали остаться в Америке. Он не согласился. Лихачев стал Народным комиссарам среднего машиностроения СССР. Результатом обмена опытом явились первые в стране конвейеры по сбору машин. И организовали первый конвейер именно на этом заводе. Но это уже другой этап развития.

Завод имени Сталина

В 1931 г. после реконструкции предприятию присвоено имя И.В.Сталина (ЗиС), в том же году пущен первый отечественный сборочный автомобильный конвейер, с которого сошли первые 27 грузовиков АМО-3. Расширяли модельный ряд автомобилей, грузоподъемность техники повысили до 3-х т. В 1934 г. началось производство автомобилей ЗИС-5 и ЗИС-6.

ЗИС-5 стал визитной карточкой в истории завода не только потому, что был первым действительно массовым автомобилем и стоял на производстве 15 лет, но и потому, что породил около 20 модификаций. После следующей реконструкции в 1936 г. началась сборка первого отечественного семиместного лимузина ЗИС-101 - это был наш отечественный "Бьюик". С 1936 по 1941 гг. завод сосредоточился на создании грузовиков с газогенераторными установками и полугусеничных автомобилей, а также автобусов. Всего в те годы автомобильная промышленность СССР произвела свыше 1 млн автомобилей. Неплохой скачок от 1916 до 1936 г.?

"Сталин был романтиком-футуристом. Государственников сейчас пруд пруди, хоть отбавляй. А вот таких, как Сталин-то, и нет, - говорит писатель-футуролог Максим Калашников. - Сталин-то чем был хорош, в чем сила Сталина? Он применял самые передовые на тот момент способы организации – удачные или нет, но он их применял. И он не боялся идти на эксперимент. Сталин со своим представлением о научно-техническом прогрессе опередил время".

1941 г., Война

Гитлер шел на Москву, в октябре 1941 г. завод был подготовлен к уничтожению и не работал. Зимой 1941-1942 гг. Красная армия отбила наступление неприятеля. Наш "герой" воспрял и включился в борьбу с фашистскими захватчиками. Предприятие начало производить военные грузовики ЗИС-5В "Захар" (упрощенные), полугусеничные тягачи, выпускалось вооружение для фронта (минометы, автоматы, мины, снаряды и прочее).

ЗиС был эвакуирован в тыл, где на базе его оборудования создали новые автомобилестроительные предприятия УльЗиС и УралЗиС (ныне УАЗ и АЗ Урал). За годы войны было изготовлено около 100 тыс. грузовиков, санитарных автобусов ЗИС-16 С. Но главным вкладом завода в начале войны, когда еще ни о каком ленд-лизе не было слышно, стали легендарные "Катюши".

"Хотя основали завод в 1916 г., - говорит Валентин Катасонов, - мощности были развернуты именно в 30-е гг., и именно в те годы завод стал многоцелевым. Завод одновременно работал и на гражданку, и на оборонку - мы можем даже в фильмах видеть продукты этого завода. Ну, например, те же самые легендарные "Катюши" изготовлялись на шасси вот этого классического автомобиля ЗИС. Этот завод ковал Победу в Великой Отечественной войне".

Катюшу затем "катали" на себе и другие грузовики, даже американские, но начинала она войну с нашим ЗИС-6.

Победа

ЗиС встретил Победу своими лимузинами, а техника заняла почетное место на Параде. Можно было вливаться в мирную жизнь, отстраивать страну заново. ЗиС реконструировали в 1946 г. - это значило появление первой послевоенной продукции завода: грузовых автомобилей ЗИС-150 (1947г.) и грузовых автомобилей повышенной проходимости ЗИС-151 (1948 г.).

С 30 апреля 1950 г. завод начал выпускать холодильники, а с января 1951 г. приступил к производству велосипедов!

Наша страна помогала соседям, в их числе был Китай – Мао никогда не забывал о протянутой руке помощи. ЗиС, участник крутых исторических поворотов, и здесь сыграл свою роль. В 1953 г. на заводе начали проектировать первый китайский автозавод, затем специалисты ЗиСа в Чанчуне помогли китайцам пустить в производство первый китайский грузовик "Цзефан" (копия ЗИС-150).

Холодная война

В 1953 г. умер Сталин, Лихачев не намного пережил со-отца завода, он умер в 1956 г. Десталинизатор Хрущев с радостью переименовал завод в ЗиЛ (завод имени Лихачева), ну что ж – этот великий деятель достоин такого почитания. Холодная война наложила свой отпечаток и на производстве ЗиС - когда Запад грезил атомными ударами, мы уже построили ядерный щит, но теперь для обороны нам требовалась новая техника. В 1954 г. по настоянию маршала Жукова на заводе организовали конструкторское бюро для создания особой автомобильной техники, предназначенной для мобильных ракетных систем. Хрущев же любил комфорт, потому больше внимания уделял удобствам быта, линия легковых машин была продолжена в 1958 г. правительственным лимузином. Четвертая реконструкция завода, начавшаяся в 1959 г., позволила освоить производство автомобилей ЗИЛ-130 и ЗИЛ-131.

ЗиЛ и Космос

Следующей значительной победой нашей страны стал первый полет человека в космос. ЗиЛ не остался в стороне от космической программы и сделал свой вклад - в 1967 г. были спроектированы и производились (штучно) поисково-эвакуационные установки (ПЭУ-1) для поиска и эвакуации спускаемых космических объектов и космонавтов.

Эпоху Брежнева называют застоем, но застоя на ЗиЛе в это время как раз и не было: в 1971 г. завод награжден третьим Орденом Ленина за успешное выполнение восьмого пятилетнего плана. В том же году ЗиЛ стал Производственным Объединением (ПО ЗиЛ), в состав которого вошли 17 заводов. В 1974 г. на московском конвейере был собран миллионный ЗИЛ-130.

Производительность ЗиЛа - 200 тыс. автомобилей в год. Завод сыграл свою ключевую роль и в создании КамАЗа - на ЗиЛе были спроектированы литейный и автосборочный корпуса, а созданные образцы грузовиков легли в основу модельного ряда автомобилей из Набережных Челнов.

Перестройка: "Идет бычок, качается, вздыхает на ходу"…

В 1991 г. ударом для Производственного Объединения "ЗиЛ" стал разрыв многолетних внутрисоюзных связей. Прекратились военные заказы. Гиганту пришлось приспосабливаться к рыночной экономике – как и всем, ему пришлось туго. Спроса на серийные грузовые автомобили не было, завод оказался на грани банкротства. В 1992 г. ПО ЗиЛ было приватизировано (первым в отрасли и одним из первых из числа крупнейших предприятий России) и преобразовано в открытое акционерное московское общество "Завод имени И. А. Лихачева" (АМО ЗиЛ). Одним из его акционеров стало правительство Москвы, которому в настоящее время принадлежит контрольный пакет акций.

Детищем "челночного времени" стал малотоннажный автомобиль, которому дал имя Лужков – "Бычок". Время было такое, надо было торговать и быковать. В 1998-2000 гг. ЗиЛ выпускал по 20-22 тыс. грузовиков – это в 10 раз меньше его потенциальных возможностей.

В "нулевые" на завод была привлечена группа менеджеров, "имеющих практический опыт работы в условиях антикризисного управления". Разработали программу реструктуризации.

А что теперь?

12 апреля 2016 г. в Екатеринбурге на Expo Build Russia руководитель департамента продаж недвижимости "Группы ЛСР" в Москве Антон Павлов рассказал о проекте ЗИЛАРТ. Площадь застройки - 377 га, расположен в 5 км от Кремля, рядом с третьим транспортным кольцом, в 12 км от МКАД.
"Это самая крупная площадка со времен Московского делового центра и лакомый кусочек для любого девелопера. Работая над проектом, мы решили сохранить промышленные индустриальные фасады и интегрировать их. Это коснется драмтеатра, фитнесс-центра, офисных объектов", - сказал он.

"ЗиЛ начал строиться порядка 100 лет назад, и на момент разработки проекта представлял собой устаревший индустриальный комплекс с отсутствием производственной деятельности. На территории завода были мусорные свалки и склады, он стал местом жительства гастарбайтеров", - заявил разработчик.
По его словам, планируется строительство набережной длиной порядка 1 км. Реализацией будет заниматься город. Также предусмотрено создание парка площадью 14 га и образовательного комплекса - детсады (12 штук) и школы (три) на одной территории.
Жилая застройка предусматривает строительство зданий от 6 до 14 этажей, а также трехэтажные таунхаусы.

Вдоль Симоновской набережной на месте сносимых производственных корпусов предлагается жилая застройка
"Это сомасштабная застройка. Человеку будет комфортно в ней находиться", - заявил девелопер. Планируется строительство подземного паркинга (два уровня), панорамное остекление, не забыл упомянуть он.
Ожидается, что в квартале будут проживать порядка 25 тыс. человек. К реализации проекта привлечено 10 архитектурных бюро с мировым именем. Одно американское, одно голландское, остальные - российские. Тут, видимо, мы должны были испытать гордость за Отчизну.

Поведал он и о стоимости жилья: "Рыночная стоимость. В начале проекта была чуть ниже. Сейчас мы вышли на большие обороты - 90 квартир в месяц. Средний чек - 180 тыс. руб. за 1 кв. м. Это хороший рыночный показатель по Москве".
Вот так. Хороший. Рыночный. И на душе легко стало, уютно.

Футуристические объекты на месте ЗиЛа должны символизировать высокие технические достижения нашей страны
Как же случилось, что пока "неслабое Правительство" работает в поте лица над импортозамещением, вековой юбилей легендарного завода отмечают девелоперы?
"Деиндустриализация идет вовсю - заводы демонтируются, вместо них ставят торговые комплексы. Так насаждается потребление, - комментирует ситуацию писатель-историк Игорь Пыхалов. - Вопрос – а за счет чего они будут потреблять? Понятно, что сейчас мы во многом держимся за счет экспорта энергоносителей, но получается – люди получают деньги за то, что ничего не производят".
Заводу им. Лихачева исполнится 100 лет в августе 2016 г., и по традиции он, как может, участвует в жизни страны. Сегодня его роль - освободить место для торговых центров. Возможно, и от нашей страны тоже скоро останется один арт-объект, а от импортозамещения - индустриальные фасады.

- See more at: http://www.nakanune.ru/articles/111617/ ... QxYVm.dpuf

http://www.za-nauku.ru/index.php?option ... &Itemid=35


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Полные тексты выпусков еженедельника "Эконометрика"
СообщениеДобавлено: Вс авг 06, 2017 9:11 am 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 7394
Электронный еженедельник «Эконометрика» No.863 от 7 августа 2017 г.

Уважаемые подписчики!

Интересна и доказательна статья "Остановка научно-технической революции" Станислава Георгиевича Покровского.



Остановка научно-технической революции

Покровский Станислав Георгиевич

Торможение научно-технического прогресса, начиная с 1960-х — сейчас, через 40 лет, выглядит достаточно явным. А поскольку в современном обществе наука превратилась в настоящую самостоятельную производительную силу, то следует ожидать, что рассмотрение этого вопроса позволит получить лучше понять и саму суть происходящих в мире процессов.
Но сначала надо обсудить место науки в Советском Союзе.

Руководящая и направляющая

В самый начальный период становления Советской государственности создаются первые советские НИИ: ЦАГИ, Радиевый институт, Нижегородская радиолаборатория. Формируются и направляются геологические экспедиции. Создается научная команда по подготовке первого государственного плана научно-технического развития ГОЭЛРО. Собственно ученые прежде всего естественнонаучного цикла — выделяются в особую группу по снабжению. У Маяковского отмечен эпизод получения профессором лошажьей ноги: «Они научные — им фосфор нужен». Специальный паек получали не только те ученые, которые стали сотрудничать с Советской властью, но, например, и демонстрировавший нелюбовь к ней ученый-физиолог с мировым именем Павлов.
На эту важную сторону деятельности Советской власти в ее ранний период — внимание-то обращают. Но на том все и кончается. Никаких далеко идущих, тем более — политических,- выводов из этого не делается. А стоило бы.
Какие еще первоочередные мероприятия нового государства нам известны?
Практически только вынужденные обстановкой. Хлебозаготовки, борьба с бандитизмом, демобилизация рассыпающейся армии и формирование новой, попытки стабилизации гибнущей финансовой системы… Никто не торопит даже национализацию промышленности. Поначалу речь идет только о рабочем контроле — чтобы не допустить остановки заводов и фабрик хозяевами.
Формирование науки в новом для России организационном качестве — в форме НИИ, нацеливаемых на постановку и решение государственных программ развития, — оказалось в числе первых приоритетов, в числе первых не вынужденных обстановкой, а целенаправленных, связанных с долгосрочной перспективой развития страны конструктивных действий нового правительства. Наука рассматривается большевистским правительством в качестве важнейшего института социализма.
От себя теперь добавляю всего лишь одно слово: властного института. Наука в советском обществе становится важнейшей ветвью власти.
Государство, названное государством рабочих и крестьян, на самом деле стремительно превращалось в государство безраздельной власти науки. В 1920 году был доложен план ГОЭЛРО, и началась его реализация, в 20-е годы Н. И. Вавилов отправляется в далекие экспедиции для поиска диких прародителей сельскохозяйственных культур. Наука выступает с инициативой теплофикации, диктует выбор дорогого, но долговечного, материала облицовки Московского метро. В стране, где совсем недавно практически не была представлена физика, исследования разворачиваются по всему фронту. Советские ученые и инженеры занимаются радиолокацией, ядерной физикой, квантовой механикой, оптикой, физикой твердого тела, физикой высоких энергий. Геологическая наука превращает СССР из казавшейся беднейшей по энергоресурсам страны — в страну с огромными потенциальными ресурсами. Что позволяет начать формирование экономической базы в восточных районах.
Возникает масса селекционных станций, обеспечивающих колхозы более урожайными сортами. В частности, до войны удалось за счет создания генетиками Н. И. Вавилова новых сортов существенно повысить урожайность ячменя в общесоюзном масштабе.
Агрономическая наука только за счет улучшения севооборотов в колхозах (которым все подсказывается: когда, где и что сеять, на какую глубину пахать) буквально за 2-3 года обеспечивает на Дону среднюю урожайность 16 центнеров с гектара, повысив ее вдвое против средней урожайности в единоличных хозяйствах периода НЭПа — и раза в 3 против провального 1932 года, когда урожайность засоренных в сущности неумелым, примитивным землепользованием земель опустилась ниже 5 ц/га.
Когда говорят о пятилетках, постоянно подчеркивается руководящая и направляющая роль партии. Почти ничего не говорят об уникальном месте науки, которая строила эти пятилетние планы. Ведь постройка каждого завода, каждой электростанции начинается с исследования ресурсов, на базе которых будет работать комбинат или электростанция. Опять же, электроэнергию Днепрогэса не будешь перебрасывать в Москву. Планируя стройку Днепрогэса надо параллельно планировать строительство заводов-потребителей электроэнергии. Надо планировать создание заводов электродвигателей, трансформаторных заводов, промышленности проводов, всевозможных изоляторов, рубильников, приборов и т. д. Это сложнейший комплекс взаимоувязанных задач, начинавшихся с поиска рудных месторождений, с конструирования изделий, которые предстоит выпускать заводам, с развития других смежных производств — тех же подшипников, специальных сортов стали и иных сплавов. Могут ли такие задачи решаться голосованием на съездах и пленумах? — Совершенно очевидно — нет. Эти задачи решаются в лабораториях, НИИ, КБ.
Даже сам выбор того, что, зачем и почему надо делать, развивать, строить — вопрос серьезного исследования, догадок, обоснований, причем зачастую не на базе готовых знаний, а на базе представлений, что такой-то процесс возможен, что им можно так или иначе управлять. То есть сначала создается простое производство, его продукцией оборудуется исследовательская база, на исследовательской базе строятся и изучаются образцы чего-то нового, подготавливаются рекомендации к следующему шагу. И так этап за этапом. Через многое перескочить просто нельзя. Чтобы построить химический завод, необходимо, чтобы металлурги разработали и научились варить нержавеющую сталь, машиностроители научились делать из нее насосы, которые не разъест тот химический ингредиент, который этому насосу предстоит перекачивать. И все это в стране, где буквально ничего подобного не производилось. В первую мировую войну через посредничество Швеции из страны-противника Германии везли даже обыкновенные карандаши. В России не производилось ни одного подшипника.
Наука, которая определяла, что и в каком порядке можно и нужно сделать, что для этого изыскать, какие ресурсы подтянуть, что закупить за границей, что построить и что научиться делать, — в сущности и была реальной руководящей и направляющей силой советского общества.
А партийный и советский аппарат? А партийный и советский аппарат — исполнял роль приводных ремней для приведения в движение человеческих масс. Но при этом считал себя самым главным. По 17-разрядной тарифной сетке 1925 года партийный и советский аппарат занимал разряды с 11 по 17. Нижний одиннадцатый разряд — это сельский актив: секретари партячеек, председатели сельсоветов. А вот уникальный корпус красных директоров, ученые, инженеры — получали по 8-10 разрядам. Кроме небольшого количества особо выдающихся ученых и промышленных руководителей, конечно, которые индивидуально переводились в более высокие разряды.
Наука, которую никто не обозначал в качестве руководящей и направляющей силы, тем не менее обретала абсолютно реальный, заслуженный авторитет в советском обществе. Настолько реальный, что к 1970-м партийные руководители считали необходимым для себя иметь те или иные ученые степени и звания. Без этого партийное руководство страной выглядело уже неприличным.
Известна острейшая ревность Хрущева к создателю космической техники Королеву.
В конечном итоге ревность аппарата к науке — стала для аппарата невыносимой. Партийный и советский аппарат, который в 30-е годы все-таки через коммунистов нижнего, деятельного звена демонстрировал собственную необходимость, попросту преодолевая классовое сопротивление, погибая под пулями кулаков, подавая пример трудовой дисциплины, самоотречения, — к 1960-м стал свадебным генералом. Пятым колесом в телеге.
Но, помимо ревности, существовали и вполне объективные факторы.

Гуманитарный поворот

Какими научными силами располагала Советская власть в начальный период существования? В 1917 году в России было около 12 тысяч научных работников всех направлений и уровней. Первые советские НИИ создавались буквально одиночными учеными или совсем ничтожными по численности группами.
К началу 60-х можно было говорить о сотнях тысяч собственно ученых. Но помимо них наука обладала уже и достаточно развитой материальной базой, в научных организациях работали еще и сотни тысяч инженеров, лаборантов и техников, рабочих опытных производств и институтских мастерских. В стране естественным образом родилась специфически советская форма организации науки — научно-производственное объединение. Оформятся НПО несколько позже — в 70-х, но де-факто эта форма уже родилась. В НПО под одной крышей и в рамках единого организма решались вопросы от производства, его научного и инженерного обеспечения, разработки новых конструкций, машин и технологий, — до фундаментальных исследований по широкому кругу проблем.
Наука к периоду развитого социализма стала уже не просто надстроечным элементом, штабом промышленности и сельского хозяйства. Наука стала непосредственной производительной силой. А ученые и обслуживающий науку персонал рабочих и служащих — стали значительным по численности и влиятельным общественным слоем. Причем влияние этого слоя стало существенно выходить за профессиональные рамки тех видов деятельности, которыми занимались научные организации.
Прежде всего через систему образования наука стала самым активным участником формирования мировоззрения советского народа. Во- вторых, у этого общественного слоя стала формироваться собственная этика и мораль, получавшая распространение прежде всего в родственных науке интеллигентских слоях.
Художественная, творческая интеллигенция — довольно зыбкий слой. Ему требуется опора. После Сталина у советской интеллигенции опора исчезла. А в 60-х она ее вновь обрела — теперь уже в лице руководящей, направляющей и теперь уже главной производительной силы страны.
В СССР в 50-60-е годы возникло уникальное мировое явление — самодеятельная песня. Это не поддающееся контролю и идеологической цензуре явление произвело настоящий гуманитарный переворот в советском обществе.
Многочисленный общественный слой начал осмысливать свое Я и Я своей страны в сложнейших нравственных категориях.
Величайшее испытание, через которое прошел советский народ, — Великая Отечественная война, — в сущности до 60-х не получила достойного нравственного осмысления. Советскому и партийному аппарату на это попросту не хватило ума, а скорее — и честности. Подвиг советского народа превратился в русскую национальную святыню тогда, когда он обрел гуманитарную оценку, когда сделанное «хватающими грудью свинец» обрело космические смыслы:
Нынче по небу солнце нормально идет,
Потому что мы рвемся на запад.
Фактически перед советской политической элитой — наследницей многочисленного дореволюционного класса адвокатов, управляющих, бюрократии, — встал признак исчезновения, падения с высоты весьма комфортного положения. Падения в никуда. То есть низведения до роли клерков. В индустриально развитой стране они не могли управлять ни научно-промышленной политикой, ни теперь уже и гуманитарными нормами общества. Сам образ жизни политической элиты страны стал предметом порицания: карьеризм, мещанство, бездуховность. Образованный слой, состоящий главным образом из научно-технической интеллигенции, занятой в науке и наукоемкой промышленности, — искал для себя новые смыслы существования, отвергая ровно то, что было записано в Программе КПСС — удовлетворение все возрастающих материальных и духовных потребностей. Он не хотел, чтобы его потребности удовлетворял кто-то.
И нет тут ничего,
Ни золота, ни руд.
А только-то всего,
Что гребень слишком крут.
С утра подъем, с утра,
И до вершины бой.
Отыщешь ты в горах
Победу над собой!
Или:
А презренным Бог дает корыто сытости
А любимым Бог скитания дает.
Советский Союз стоял на пороге революционного обновления. Но при этом передовой по всем меркам общественный слой — не осознавал самое себя как нечто специфичное, нуждающееся в обновленной идеологии, этике, в собственном политическом ядре, не осознавал необходимости превращения самое себя в политический субъект.
Зато номенклатурное сословие опасность чувствовало.

За океаном

Рост советского слоя работников науки и наукоемких отраслей — был следствием совершенно объективного процесса — усложнения техники, проникновения науки во все сферы жизни. Нечто аналогичное должно было по столь же объективной причине происходить и в другой стране, находившейся на таком же или даже более высоком научно-техническом уровне. В США. Оно и происходило. Началось несколько раньше, имело несколько иные формы. Но тем не менее… К рубежу 1980-х американские исследователи социальных процессов совершенно четко увидели, что помимо традиционных «белых воротничков» (офисных клерков), «синих воротничков» (традиционный индустриальный рабочий класс), в стране существует новая массовая категория наемных работников т. н. «золотых воротничков». В эту категорию входил младший научно-инженерный персонал и представители интеллектуальных рабочих профессий: слесаря по контрольно-измерительным приборам, наладчики, инструментальщики и т. п.
Этот практически класс резко отличался от традиционных «белых» и «синих воротничков» психологически. В числе основных особенностей этого класса американские исследователи выделяли широкое видение мира и соответственно наличие собственного мнения по любым вопросам, независимость во мнении от работодателя, отсутствие боязни потерять рабочее место, осознание своей широчайшей мобильности в промышленности, политическую активность.
К моменту выборов 1980 года этот класс-слой составлял до 15 % американских избирателей, но ввиду собственной политической активности и полной явки на выборы на фоне традиционной американской 50%-ной посещаемости избирательных участков, — они обеспечили Рейгану 30 % голосов.
Именно этот слой обеспечил США начала 80-х скачок, который вывел Америку из стагнации и сдачи американской промышленностью собственного внутреннего рынка. Попросту обеспечив широчайшее внедрение автоматизации и роботизации производств.
Тогда же, в начале 80-х ясно выявилось магистральное направление самоорганизации этого класса — кооперативы. Небольшая группа из электронщика, программиста, наладчика, химика… создает на кредитные средства автоматизированный молочный завод, обеспечивающий, скажем, потребности 100-тысячного города. Обслуживание и развитие этого завода — суть содержание деятельности кооператива, его трудовой хлеб. Создавались инновационные фирмы: программистские, по разработке электронных устройств. В частности, автором персоналки была маленькая фирма. Которую в последующем поставили перед необходимостью продать свое детище корпорации ИБМ.
В 60-е этот слой был уже вполне зримым и политически активным. Миллионные политические демонстрации 60-х против войны во Вьетнаме — на его совести. Демонстрировали и митинговали не традиционные рабочие, а интеллектуалы. Демократические движения охватили американские университеты. К 1968 году США стояли на пороге революции. И ровно так же, как в СССР, главным идеологическим инструментом стала гитара.
Две страны двух великих наук шли ноздря в ноздрю. И в США тоже нарастала угроза. Кому? — Господству финансово-промышленной олигархии. Делать то, что нужно для прогресса, для справедливости и человечности — это отнюдь не то, что устраивает олигархию. Не в том смысле, что ей сами указанные понятия чужды, а в том смысле, что при этом законодателем смыслов и содержания деятельности становится уже не она, а именно демократически организованные интеллектуалы.
При этом, например, прекращается проедание бюджетных средств в провальной программе орбитально-атмосферного ракетоплана фирмой «Боинг», а средства перенаправляются фирме «Макдонелл», делающей вполне толковую ракету «Джемини».
Но у указанной финансово-промышленной олигархии на этот счет свои соображения. Ей не интересны ни интересы «Форда», ни интересы «Макдоннел» (в дальнейшем «Макдоннел-Дуглас»), но очень дороги интересы именно корпорации «Боинг». Сразу замечу, что сейчас «Макдоннел-Дуглас» подмят «Боингом», да и в совете директоров «Форда» появился представитель «Боинга». Известно, как происходило падение «Макдоннел-Дуглас». Он был просто отсечен от заказов на военные самолеты.
А вот «Боинг» получил место в программе «Аполлон», в дальнейшем получил заказ на «Шаттл». В ходе работы по программе «Шаттл» первоначально отрекламированная низкая стоимость доставки грузов на орбиту выросла раз в 100. Сейчас замечательной кормушкой для «Боинга» стала программа противоракетной обороны.
Приблизительно такая складывалась картинка.
Две общественные группировки в двух странах с противоположным общественным строем — оказались перед лицом одной и той же опасности потери своего «избранного» места над обществом.

Контрудар

При том, что промышленность США составляла к 60-м около 60 % мирового промышленного потенциала, при том, что США по сей день остаются самой могущественной и богатой страной мира, к началу 60-х атакующей стороной был все-таки Советский Союз. Именно потому, что рост возможностей СССР определялся руководящим и направляющим местом советской науки. При имевшемся тогда практически 100-кратном отставании СССР от США в смысле материальной обеспеченности науки, она шла вровень с американской, в чем-то опережала, а ее способность к быстрому развитию обеспечивалась тем, что она могла сама себе планировать крупномасштабные программы развития: с подтягиванием промышленности, образования, наличием широчайшей междисциплинарной и межотраслевой кооперации.
Советский Союз с его пока бедным бытом, с не везде еще залеченными военными ранами — становился мировым эталоном организации экономического и интеллектуального прогресса, социальной организации, культуры и просто оптимистичного духовного настроя.
Советский проект доминировал в предпочтениях народов мира. Это был период наступления коммунизма на всех фронтах. Противодействие этому наступлению в сфере реального военно-технического и экономического противостояния, как вынужден был признать государственный советник США Генри Киссинджер, — было бесперспективным.
Противопоставить наступлению коммунизма можно было только политические методы.
Во-первых, в глазах человечества, для которого Богом стал научно-технический прогресс, надо было отбить у СССР только что завоеванную выходом в космос пальму первенства в решении крупных научно-технических задач.
Во-вторых, надо было поставить на место собственно науку. Причем и советскую, и свою. Слишком явно стало просматриваться, что суть коммунизма именно в руководящей и направляющей роли знания, руководствующегося высшими интересами общества и человечества. Физики, создавая самое страшное в истории человечества оружие — атомные и водородные бомбы, — в сущности парализовали возможность решения политических вопросов военными средствами глобальных масштабов. Оставили только лазейку локальных конфликтов. Причем советский физик Андрей Сахаров делал это совершенно осознанно и целенаправленно. Сделать такое оружие, чтобы у политиков отшибло само желание воевать.
Но прежде всего предстояло уничтожить ту науку, которая реально управляла развитием огромной страны, — советскую.
Именно на этом поприще и можно было найти взаимопонимание с советским политическим руководством — по крайней мере с какой-то его частью.
Еще до рождения доктрины Киссинджера в ходе «противостояния наступлению коммунизма на всех фронтах» реальными мерами — была принята программа «Аполлон» — программа перехвата у СССР космического лидерства за счет высадки американских экспедиций на Луне.
Прежде всего следует отметить существенную рекламность подготовки к полетам. Еще неосуществленная программа подавалась в самой красочной упаковке. Фотографии, киноролики. Преподносилась принципиальная важность лунной гонки. То есть была создана психологическая обстановка напряженного ожидания: кто первый. Искусственно создана.
Сложнее было с техническим аспектом. Небезызвестное высказывание президента Кеннеди: «Учите физику, иначе придется учить русский», — отражало реалии того времени. Советская наука выглядела сильнее и увереннее. Эту сложность надо было как-то обходить. Трудно сейчас сказать, насколько это было сделано сознательно и априорно или наоборот апостериорно, но роль и место науки в реализации «Аполлона» были низведены практически в нуль. Если развитие советской космонавтики и всего того, что на нее работало, обозначилось именами, научными трудами, то американская наука как бы отсутствует при программе «Аполлон». Ее деятельности просто не видно. Что-то якобы разрабатывается в корпорациях. Программа была представлена практически как техническая. Преодолеть технические трудности и трудности организации столь масштабной задачи. И только. Много денег, распределение работ по ведущим корпорациям с высококультурными производствами — и все.
По сей день в дискуссиях о реальности американских лунных полетов задается вопрос: а что, разве были какие-то принципиальные научные проблемы, препятствовавшие созданию ракеты? И люди, получившие конструкторское образование в области ракетостроения, потупившись, отвечают: «Нет, вроде…»
На самом деле это существенно не так.
Автор этих строк может назвать по крайней мере 2 связанных между собой научные проблемы, которые обязательно должны были возникнуть у конструкторов маршевого двигателя Ф-1 первой ступени ракеты-носителя Сатурн-5. Это проблема физики жаропрочности использованного для стенки камеры сгорания жаропрочного никелевого сплава инконель. И проблема сверхадиабатической температуры горения богатой (керосином) топливной смеси в пристеночном слое.
Первая проблема выглядит так. Жаропрочность никелевых жаропрочных сплавов определяется объемной долей так называемой гамма-штрих фазы. Этот факт был выяснен к 1969 году. В период разработки двигателя Ф-1 с ним еще не разобрались. Но есть еще более интересная особенность. Количество гамма-штрих фазы может возрастать под действием механических напряжений. Вплоть до охрупчивания материала. Это выясняется наукой только сейчас. В частности, автор получил аналогичную фазу и закономерность ее изменения в экспериментах по лазерному облучению одного из сплавов в 1990 году. А в 2007 году уральскими металлофизиками на разрушившихся лопатках турбины Якутской ГРЭС было определено именно повышение твердости, накопление объемной доли и коагуляция (слияние) зерен гамма-штрих фазы. Ничего этого американцы в 60-х не знали. Инконель использовался ими не в форме литых изделий, а в форме прокатанных сваренных тонкостенных трубок, спаянных между собой. Каждая операция (прокатка, сварка, высокотемпературная пайка) — должна была изменять фазовый состав сплава в сторону охрупчивания. Закончить дело должен был пусковой разогрев трубок с плотностью потоков энергии на стенку масштаба единиц киловатт на квадратный сантиметр.
Вторая проблема возникает из-за высокого коэффициента диффузии водорода. Обогащенная избыточным керосином топливная смесь подавалась в пристеночную область в расчете на снижение теплового потока на стенку. Но после теплового разложения керосина на водород и углерод более подвижный водород уходил в сторону центра камеры, а энергия окисления углерода в расчете на атом — заметно больше энергии окисления водорода. То есть смесь, из которой диффундировал водород, заметно горячее (в опытах с октаном — процентов на 15), чем то, на что можно было рассчитывать. Дефицитный кислород используется энергетически эффективнее. Впервые вопрос был поднят в советской работе 1968 года. А исследование вопроса ведется и сейчас.
Вот тебе и чисто технический вопрос! Масштабируем известную конструкцию двигателя. Пытаемся преодолеть проблему роста температуры стенки с помощью материала, свойства которого вроде бы хорошо расписаны в справочниках. А материал ведет себя не так. Да и предусмотренные конструкторами запасы температур пристеночного слоя — выбираются неизвестно по какой причине.
Автору по фото- и киноматериалу полета Аполлона-11 (якобы впервые высадившего лунную экспедицию), удалось определить скорость ракеты-носителя Сатурн-5 в точке отделения первой ступени. Она оказалась в два раза ниже необходимой по графику полета (менее 1200 вместо 2400 м/с). И следовательно, необходимую для высадки нагрузку вывести к Луне американцам не удалось.
НО… шоу было все-таки организовано. Зачем?
А вот зачем. На сообщение о высадке американцев на Луну в СССР было произнесено: доказано, дескать, превосходство американской системы управления крупными научно-техническими проектами.
Все. Главный козырь советской науки — ее способность лучше справляться с постановкой и реализацией крупных программ масштаба всей экономики страны, — был назван битым. У американцев все, оказывается, легче и проще. Не героические усилия тысяч ученых, напряжение сил НИИ и КБ, многократные проверки, межотраслевые состыковки, ранняя седина и инфаркты, а просто правильное планирование, высокая культура производства, контролируемая не мозгами, а деньгами, — и никаких проблем. Хоть на Луну, хоть на Марс. Не то, что у наших чувствующих себя пупом земли ученых!
Наука оказалась отодвинута на вторые роли по отношению к политическому менеджменту. — На роль прислуги. Направление развития определяет Политбюро, ставит институтам задачи, которые надо исполнять. Сами институты могут только «нижайше просить не отказать в рассмотрении…».
Застой был предопределен. Душу и движитель прогресса советской экономики — просто выгнали взашей.

Большая игра

Понятно, что «выгнали взашей» — гипербола. Все протекало намного спокойнее и намного сложнее. Еще оставались на своих постах влиятельные министры сталинской закваски — Министр среднего машиностроения (атомная отрасль) Славский, Министр Обороны Устинов, Председатель Госплана Байбаков. На подъеме находились множественные НИИ. Но науку начали отодвигать в сторону.
Прежде всего это коснулось выбора самостоятельного пути развития отраслью электроники и вычислительной техники. Место этим отраслям было определено — в затылок за американцами. Постепенно тенденция вторичности была распространена на всю науку. Новое, говоришь? А что-то похожее американцы делают? Не делают — ну и не лезь со своей заумью. Буржуи деньги считать умеют, если они в это дело не суются, следовательно, оно бесперспективно.
Но и на Западе с наукой было очень не гладко. Как уже говорилось, мощные демократические, левые и антивоенные движения США в 60-х — были обязаны своим существованием именно интеллектуалам. Против них же и были направлены действия ФБР, достигшие пика в 1968 году. Аресты, убийства, натравливание мафии на левых активистов, провокации, вбрасывание подложных сведений, дискредитирующих человека перед семьей или коллегами. Короче, весь возможный арсенал противозаконных средств.
Интересной особенностью этого периода оказывается включение американской университетской науки в мошенническую псевдонаучную операцию по исследованию воздействия выбросов реактивных двигателей на озоновый слой. Проблема возникла в связи с появлением англо-французского сверхзвукового лайнера «Конкорд», для которого самым эффективным применением было обслуживание трансатлантических рейсов. Но на трансатлантические рейсы был и второй серьезный претендент — «Боинг».
Был поднят большой шум в СМИ. Самолеты, оснащенные разработанными в университетах приборами облетали огромные территории, на самописцах накапливались какие-то кривые, которые интерпретировались университетскими профессорами не в пользу «Конкорда». При этом как-то само собой из рассмотрения выбрасывались сотни и тысячи самолетовылетов сверхзвуковой военной авиации США. И вправду, а она-то тут причем?
Этот момент должен быть квалифицирован особо.
Еще раз вспомним подход Генри Киссинджера. Если не удается остановить коммунизм реальными военными, научно-техническими и экономическими усилиями, надо остановить его политическими средствами. Попросту перехитрить. Переиграть средствами языка. Превратить черное в белое и наоборот.
На примере дискредитировавшего «Конкорд» первого раунда «озоновой войны» мы видим, что стратегическое мошенничество вошло в арсенал американской финансово-промышленной олигархии и самого американского государства не только в качестве орудия антисоветской борьбы, но и в качестве орудия конкурентной экономической борьбы со своими политическими союзниками. И американская наука стала одним из штабов этой стратегии. Вопросы совести, научной честности, требование следования истине — не стали препятствием этому. Изменилось само лицо науки. Созданный Новым временем инструмент поиска истин — превратился в инструмент сокрытия истин, в инструмент большого обмана.
Разумеется, сама наука при этом изменяется качественно. Ученого-подвижника оттесняет ученый-карьерист, интриган, делец. Наука превращается в форму бизнеса.
Советская наука двинулась в том же направлении — качественной деградации. Интересным поворотным эпизодом стало проталкивание в производство ядерного реактора РБМК (того самого — чернобыльского - типа). Основной мировой тип реактора — корпусной реактор PWR или в советском варианте ВВЭР. Активная зона реактора компактна и размещается в корпусе высокого давления. Протекающая через реактор вода является и замедлителем нейтронов, и теплоносителем, снимающим выработанное тепло. При флуктуациях мощности уменьшается плотность закипающей воды, ухудшаются условия замедления нейтронов — и реактор как бы сам гасит себя, возвращается к нормальной мощности. Физика реакторного процесса содержит в самой себе отрицательную обратную связь, способствующую устойчивости системы. В РБМК же протекающая по каналам вода служит практически только теплоносителем. Замедление нейтронов осуществляется в графитовой кладке. Этот реактор имеет врожденный т. н. положительный паровой эффект реактивности. Повышение мощности и закипание воды — усиливает реакцию.
Реактор РБМК проще в производстве, но сложнее в управлении. При этом он огромен, стенка реактора тонкая и не способна служить препятствием к выбросу радиоактивных продуктов в случае аварии с разрушением реактора.
Этот реактор был оформлен как изобретение. В 1967 году оно было направлено в Обнинск в Физико-энергетический институт на рецензирование. Рецензия ученых из Обнинска была отрицательной. Реактор опасен в эксплуатации. Тем не менее изобретение было признано — как военное — закрытое. И реакторы начали строить. Один из них — печально знаменитый чернобыльский.
Событие весьма показательно. Науку начали ломать через коленку. Переводить в роль услужливого лакея.
Понятно, что процесс этого перерождения науки не может быть единовременным. Американская наука и инжиниринг обрели второе дыхание в начале 80-х. Чисто объективно американская экономика нуждалась в реформах. Практически все отрасли американской промышленности к концу 70-х потеряли конкурентоспособность на внутреннем рынке. Американские автомобили вытеснялись японскими, американский текстиль — индонезийским, сдавали позиции кожевенная отрасль, пищевая отрасль и т. д. Высокооплачиваемый американский промышленный рабочий класс — стал неконкурентоспособен. Качество труда американцев при этом уже не компенсировало проигрыш в себестоимости. Да и качество и производительность живого труда имеет свои границы. Спасти реальный сектор производства могла только сплошная автоматизация и роботизация. Вот этот бросок вперед и выполнили упомянутые выше «золотые воротнички» 80-х. Тысячи и десятки тысяч инновационных фирм переломили негативную тенденцию.
Правда, при этом шел и другой процесс. Политическая риторика Стратегической оборонной инициативы (СОИ) — позволила направить в ведущие корпорации США гигантские бюджетные средства. Уже к середине 80-х комиссии конгресса, разбиравшиеся с расходованием этих средств, пришли к выводу, что это просто подкормка корпораций. 4-центовый диод в изделиях «Дженерал дайнэмикс» стоил американскому бюджету доллар. Гигантские средства позволили малоэффективной, зато ручной и услужливой науке корпораций все-таки не уступить рынок автоматизации и роботизации кооперативам «золотых воротничков». Во второй же половине 80-х началось резкое увеличение численности юридического корпуса США. За несколько лет число американских юристов выросло с 400 тысяч до более миллиона. Результатом этого стремительного роста числа юристов стала юридическая паутина, опутавшая малый и средний бизнес США.

Реклама

Команде, в которой работает мой товарищ, для развития производства понадобился американский станок. Станок был неприступно дорог. Вышли непосредственно на производителя. Директор и хозяин фирмы им сказал буквально следующее. Мне, говорит, было бы намного выгоднее продать станок вам за 35 % его рыночной цены, чем за те деньги, которые платят мне. Но сделать это я не могу. Я могу торговать своей продукцией только через дилеров. Это нигде формально не прописано, но если я попытаюсь вырваться из сети, найдется множество других юридических причин лишить меня моего бизнеса.
Вот так. Просто и со вкусом.
Разговоры об американских «золотых воротничках» затихли. Львиная доля промышленности Америки просто уехала в Китай. И, как представляется, отнюдь не только за дешевыми рабочими руками. Промышленность — это поле деятельности интеллектуального класса. А он-то как раз и опасен.
80-е были и годами расцвета советской науки. В ответ на вызов СОИ в кратчайшее время были созданы и ракета-носитель «Энергия» и орбитально-атмосферный корабль «Буран», и лазерная боевая космическая платформа СКИФ. Советская промышленность стремительно насыщалась автоматикой и промышленными роботами. Научно-инженерная молодежь с восторгом восприняла возникшую в годы перестройки возможность инициативного развития в рамках кооперативов, комсомольских предприятий, центров научно-технического творчества молодежи (ЦНТТМ) и других форм.
Совершенно выдающимся явлением была реакция научного сообщества СССР на трагедию Чернобыля. Тысячи ученых и специалистов добровольцами выезжали на ликвидацию. В считанные дни была спроектирована подреакторная ловушка для расплавленного топлива и разработан высокотемпературный бетон для ее постройки, спроектирован саркофаг и тактика подачи бетона, исключавшая распространение радиоактивных загрязнений, проведены крупномасштабные дозиметрические исследования территорий Европейской части СССР, разработаны рекомендации по откорму скота в пораженных радиоактивными выбросами регионах — так, чтобы к моменту забоя мясо было радиационно-безопасным. Изобретения и разработки сыпались как из рога изобилия.
Но это было последним героическим броском вперед. На шею науки удавка уже была накинута.
Особо следует отметить предательскую роль Центров НТТМ. История этого явления очень многое проясняет.
Автор в данном случае выступает редким свидетелем того, как все происходило. В 1983-84 годах, когда я учился в МФТИ, был старостой курса, членом комитета комсомола факультета, было замечено, что в комсомольских организациях творится что-то неладное. Было впечатление наличия специфического кадрового отбора. На руководящие позиции вытягивались дельцы. Проверялись через систему студенческих строительных отрядов по весьма специфическому признаку — готовности работать на грани криминала. Буквально каждый сезон возникали уголовные дела о приписках и хищениях на предприятиях Приморского края, принимавших физтеховские стройотряды, по которым линейных командиров и зональные штабы тормошили как свидетелей, но это свидетельское состояние имело уже явную тенденцию к превращению в состояние подозреваемых.
Для факультета было совершенно странным, почему меня весной 1984 года в комитете не выдвинули в качестве кандидата на руководство стройотрядом. Фамилия даже не произносилась. Хотя люди, пригодные для руководства стройотрядами, были весьма дефицитны. И в тот же день мне повезло совершенно случайно услышать разговор о себе, в котором было все разъяснено. Мол, с ним (то есть со мной) стройотряд горы своротит, ни с одним другим командиром не будет сделан такой объем работ. Но денег отряд не заработает. Потому как он — не жук. На темные игры не пойдет, а без этого не будет и денег.
Объяснение было исчерпывающим. Но оно же дало и обобщенный портрет старательно сколачиваемой физтеховской комсомольской верхушки. Буквально через пару лет эти комсомольские руководители институтов и факультетов стали руководящими кадрами Центров НТТМ. Центры НТТМ сразу получили от государства эксклюзивные права на обналичивание безналичных платежей, на конвертацию этих денег в валюту, на международную торговлю в обход внешнеэкономического ведомства. Каждый центр НТТМ имел научно-техническую легенду — хорошую или очень хорошую реальную важную для страны задачу, под которую получал государственное кредитование. Были и научно-технические группы, занимавшиеся работой над этими задачами. Но на эту, основную по логике, деятельность расходовались минимальные средства — единицы процентов от масштаба кредитов. Остальные деньги крутились во всевозможных экспортно-импортных операциях. Из страны вывозились социально значимые товары: телевизоры, холодильники, прочая бытовая техника, даже кожаная обувь, в страну ввозились тряпки и компьютеры IBM PC, которые по бешеным ценам обязаны были покупать государственные учреждения. Типичный масштаб того, что оказалось в руках центров НТТМ , демонстрируется следующим примером. Компьютер обходился государственному предприятию в 55 тысяч рублей. Эти деньги конвертировались в 90 тысяч долларов. 2 тысячи долларов стоил компьютер за рубежом.
В 1984-85 годах советская электронная отрасль буквально дышала в спину американцам. Вопрос о собственной персоналке такого же класса, что и американская, — был вопросом года-двух. При этом в СССР возникала бы своя собственная операционная система, которая в сущности является стандартом. Отечественный стандарт — попросту перекрывал доступ иностранной техники на наш рынок. Стремительное насыщение страны американскими компьютерами, наоборот, лишало советскую электронную отрасль перспектив.
Ну и последний штришок к портрету Центров НТТМ. Я в 90-е оказался в малом предприятии, которое реализовывало задачку центра НТТМ. Было заказано вакуумное оборудование, оно прибыло, но даже не было извлечено из упаковки. Немедленно после распада СССР, как по команде, руководители центра взяли имевшиеся кредитные деньги (из которых только малая часть была израсходована на оборудование) — и с этими деньгами открыли банки. Стали банкирами. А оборудование просто бросили за ненужностью.
Мы в 90-е годы, буквально на гроши, которые зарабатывали на этом брошенном оборудовании, — силами 3-4 человек научно-техническую задачку центра НТТМ решили. Хорошая была задачка. Два года на российский рынок нами не пропускались изнашиваемые запасные части к машинам флексографской печати — растровые валы. Они накатывались нашими партнерами и упрочнялись вакуумным нитрид-титановым покрытием — нами. А центру НТТМ это было совершенно не нужно. Это не входило в его стратегические планы.
Ровно по этой же схеме развивался будущий бизнес Ходорковского. Какая-то научно-техническая тематика, в которой был задействован мой знакомый, — была прикрытием для масштабных махинаций, от которых глаза на лоб лезли. Наработанный капитал вкладывается в создание финансовой группы, которая в дальнейшем накладывает руку на нефтяную отрасль.
А собственно наука?
А наука методично уничтожалась. Сначала горбачевским Политбюро. Которое закрыло атомные программы, закрыло проекты «Бурана» и «Энергии», закрыло финансирование множества научных тем в оборонной отрасли. Потом — комсомольцами из центров НТТМ, которые в 90-е влезали в НИИ, а потом вышвыривали из них науку. И людей, и научное оборудование. Буквально на свалку, на металлолом. Ну и американская помощь в этом деле тоже немаловажна.
Уже можно резюмировать. Возникшая остановка научно-технического прогресса — процесс не объективный, а рукотворный. Сознательный. Тщательно спланированный и подготовленный.
Самая настоящая контрреволюция.
И эта контрреволюция произошла в обеих главных научных державах 20 века, в странах с противоположным общественным устройством, но с приблизительно равным уровнем развития производительных сил, странах с огромными ресурсами и самодостаточными экономиками. Произошедшее с СССР и грозящее ныне Соединенным Штатам — приобретает после такого рассмотрения совершенно новое, неожиданное, зловещее измерение.

Еще один аспект научной контрреволюции

Если бы дело касалось только вопроса о том, кто есть главный в обществе, ученые или юристы с артистами и журналистами, это было бы не самым страшным в происходящем антинаучном повороте. В конце концов любой катаклизм объективно требует прихода к управлению тех, кто лучше ориентируется в жизненно важных вопросах. Пока распределительная сеть Единой энергосистемы находится в приличном техническом состоянии, главным может быть тот, кто умеет включения-выключения рубильников превращать в звонкую монету. Скажем, Чубайс, при котором недостроенная электростанция под Петербургом, еще не произведя ни одного киловатт-часа электричества, уже получила прибыль 100 миллионов рублей на перепродажах чужой электроэнергии.
Когда электростанции и сама распределительная сеть начинают сыпаться от старости, возникает спрос на людей, которые что-то понимают. Пусть даже сохраняется начальствующее должностное положение экономистов-менеджеров и чиновников, перекладывающих бумажки и умеющих писать солидно выглядящие, но совершенно бессодержательные документы. При этом исходящее от понимающих людей низкопоклонное письмо: «Прошу Вас рассмотреть возможность…» с двадцатью пунктами, написанными ясно и четко, причем так, что становится очевидным объективная безальтернативность предложенного, — звучит для менеджеров и чиновников ультиматумом. До их мозга начинает потихоньку доходить, что без реализации этих двадцати пунктов у них просто ничего не получится. А реализовывать их самостоятельно они не могут. Они просто не понимают как это делать. И таки надо как-то выкарабкиваться — иначе через год кто-то будет их очень больно бить. Возможно, ногами.
Это не просто рассуждения с элементами юмора.
Это описание фактической ситуации осени 2008 года с письмом группы специалистов руководству очень крупного российского концерна. Первая реакция — охотничья стойка, возмущение: а кто они такие, чтобы нам ультиматумы выдвигать (хотя в письме все максимально уважительно: «прошу Вас рассмотреть возможность…»)?
А потом, по мере проработки, — пункт за пунктом начинают ложиться в планы деятельности, под которые надо готовить финансирование. Иначе — и вправду с задачей не справиться.
Короче, день «жареного петуха» поднимает на поверхность тех, кто может делать дело, тех, кто понимает, как его делать, какие шаги предпринимать.
А теперь представьте себе, что таких людей просто нет. Есть множество узких специалистов, умеющих подставить данные других узких специалистов в стандартную программу расчета, математическую постановку физической задачи под которую лет пятнадцать назад делал человек, который уже умер. И в этой постановке задачи есть ошибка. Люди есть люди. Ошибки возникают у самых уважаемых профессионалов.
Эта ошибка идет через все расчеты по указанной стандартной программе. Только для большинства случаев она не страшна — находится в пределах запаса прочности. А в некоторых — получается «Аквапарк». А вернуться к истокам расчетной программы никто не может — все узкие специалисты. Человек, который способен видеть модель рассчитываемых физических процессов — редкая фигура. В известной автору расчетной лаборатории на 300 человек специалистов, способных писать сложнейшие программы, был только один способный ставить им задачи. После его смерти профиль лаборатории стал меняться. Можно было выполнять типовые расчетные задачки по уже имевшимся программам. А за задачи нового типа браться стало невозможно.
Но и описанная ситуация (опять же совершенно реальная — являющаяся документальным фактом, известным автору), — не самая страшная. Когда наука живет нормальной жизнью, не здесь, так в другом месте возникают люди с широкой научной эрудицией, способные видеть проблемы в целом и делить их на частные задачки для узких специалистов. Способные разобраться в истоках ошибочных представлений и исправить ошибки.
А теперь представим себе ситуацию, когда такие люди исчезают. Причем исчезают не потому, что перестали рождаться способные к такому мышлению. А потому, что сама практика науки отторгает концептуальное обобщающее мышление. Получил твердый факт? Можешь опубликовать. Можешь заработать на нем докторскую степень, Нобелевскую премию. Но не моги обобщать. Не моги строить гипотезы и теории, распространяющие вывод из твоего факта на факты, получаемые другими специалистами. Бред? — Увы, реальная тенденция сегодняшнего дня.
Летом 2007 года на Международном семинаре «Структурные основы модификации материалов методами нетрадиционных технологий» в г. Обнинске я был неприятно поражен докладом «Нанотехнологии и смена типа научной рациональности». Автор доктор наук Н. А. Бульенков из Москвы говорит буквально следующие слова: «Для выхода из этого положения необходимо изменить существующий тип научной рациональности, отказаться от изучения только объектов мира объективной реальности и перенести свое внимание на изучение потенциальных возможностей в мире субъективной реальности, которые могут быть реализованы методами нанотехнологий. Математика … и ее раздел - обобщенная кристаллография - создадут основу для создания эффективных методов дизайна таких потенциально возможных структур» (дословная цитата из сборника тезисов докладов).
В сущности в науке формируется новая философия отказа от поиска объективных закономерностей, благодаря знанию которых специалист из Новосибирска может понять то, что сделано в какой-то техасской лаборатории. Понять и воспроизвести в своем изделии. И заявить, что его изделие не хуже. А когда представитель юридического отдела указанной техасской корпорации начнет говорить, что новосибирский аналог — это совсем не то, что делают в Техасе, что это дешевая подделка, не обладающая и половиной необходимых качеств, этот же новосибирский физик смог бы разъяснить, что такие-то свойства продукта зависят от таких-то особенностей структуры, другие — от других, и все это сделано правильно и может быть воспроизведено хоть в Африке, а не только в Техасе.
Вот зачем из науки изгоняется концептуальное мышление! Ради того, чтобы обеспечить конкурентоспособность крупных корпораций. Ради того, чтобы лишить остальных возможности импортозамещения. Продукты фирм с известными брендами — законные и правильные. Все остальное — вне закона. Потому как оно чем-то отличается.
И опять я вынужден произносить: это уже не догадка. Это реальность, с которой уже пора воевать. Ровно на этом же Международном семинаре прозвучал еще один доклад, как бы выпадающий из общей струи. Докладывала женщина, не являющаяся научным работником, а представляющая дилерскую структуру в области фармацевтики. Доклад ее назывался «Полиморфизм лекарственных веществ». Суть доклада была в следующем. Вы, ученые-материаловеды, знаете, что у веществ существуют различные модификации. Формула одна и та же, но структура разная. Разная симметрия молекул. Разный порядок расположения радикалов. И вот эти формы вещества имеют различный лечащий эффект. Одна полиморфная структура имеет замечательный лечащий эффект, а другая имеет лечащий эффект в 10 раз хуже или вообще не имеет. Вещества могут менять свою структуру в зависимости от температуры хранения, от вещества упаковки. Так вот, призываю вас, уважаемые ученые, вынести на конференции решение рекомендовать российскому правительству разработать законопроект, позволяющий бороться с производителями некачественных полиморфных аналогов действительно хороших лекарств крупных фармацевтических фирм.
Это и есть ровно то, о чем я только что сказал. Задушить в зародыше саму возможность конкуренции. Но это возможно в том и только в том случае, когда наука лишена права что-либо утверждать наверняка на основании познанных общих закономерностей.
Разберем тот же пример с американским двигателем Ф-1 ракеты-носителя Сатурн-5. Я как ученый, обладающий познаниями в металлофизике, готов утверждать, что использование американцами сплава инконель Х-750 в качестве материала стенки камеры сгорания в годы разработки двигателя было невозможно. Просто ввиду закономерностей, объективно существующих и общих для всех сплавов соответствующей группы — никелевых. Их жаропрочное состояние зависит от выделения в материале новой фазы, имеющей специфическую физику. К моменту разработки двигателя даже сам понятийный аппарат, в рамках которого в дальнейшем изучалась физика жаропрочности, конкретно — теория дислокаций, - была научной экзотикой и только-только начала добиваться первых успехов в объяснении законов прочности и пластичности. Сами сплавы уже существовали, но управлять их свойствами еще не умели, не знали с какой стороны подступиться. А потому стенка камеры сгорания, изготовление которой включало множество операций с жаропрочным никелевым сплавом, при которых материал выводился на уровень напряжений масштаба пластической деформации, должна была разрушаться в непредсказуемых местах. Просто из-за неконтролируемых фазовых изменений в структуре материала. Неконтролируемых по тем временам в принципе, а не потому что лень или техника не позволяла. Неконтролируемых потому, что неясно было, а что собственно должно контролироваться. Не было научных оснований задавать материалу соответствующие вопросы.
Но в условиях современного состояния науки, в которой концептуальные обобщения не приветствуются, позиция защиты лунной аферы от разоблачения выглядит следующим образом. Технологи-материаловеды фирмы «Рокетдайн» очень старались и подбором режимов получили как раз такой материал, который и смог устоять перед тепловыми потоками в двигателе. Вы же не можете воспроизвести все манипуляции этих технологов, которые и составляют «ноу-хау» фирмы. Долго мучились, экспериментально проверяли работу камеры сгорания на огневых стендах, измеряли то, что получается. Производили изменения в материале и технологии его пайки. И наконец справились…
Обезьяна посидела за пишущей машинкой и таки написала «Войну и мир» — вероятность исчезающе малая, но она отлична от нуля…
Ну а кто в это не верит, тот плохой ученый. Помните сказку Андерсена про новое платье короля?

Чем наука грозила крупному капиталу?

Мы смогли назвать силы, которые были раздражены стремительным развитием научно-технического класса. В СССР это была партийно-советская номенклатура, терявшая контроль над ситуацией, в США это была финансово-промышленная олигархия, которая также теряла контроль за ситуацией. Выше мы уже указали на одну сторону необходимости для корпораций ослабления науки. Защиту от конкурирующих разработок. Но процесс этот медленный, да и к тому же идет прямо сейчас. А торможение науки уже произошло. Причем резкое. Надо разобраться с более срочными причинами остановки и подавления научного развития.
Мы уже упоминали про то, что разработка персонального компьютера фактически была выполнена малой венчурной фирмой. И в принципе закрывала огромное направление — большие вычислительные машины корпорации IBM. Если бы разработка была перекуплена конкурирующей корпорацией, IBM становилась банкротом. Если бы СССР разработал свою машину чуть раньше, — результат для IBM не многим лучше. Неконтролируемое развитие автоматизации и роботизации ставило огромные корпорации в зависимость от малых фирм и кооперативов, работавших в области программирования, разработки всевозможных математических методов и алгоритмов, датчиков и исполнительных органов. Огромным капиталам быстрое развитие научно-технического прогресса угрожало обесцениванием. Обесцениванием не просто продуктов производства, но всего технологического наполнения заводов и фабрик. Скажем, в СССР Институт металлургии им. А. А. Байкова АН СССР вместе с главком «Тулачермет» уже вовсю готовили крупномасштабный экономический эксперимент по выработке металла в плазменных реакторах. Предварительные оценки экономической эффективности таких производств говорили: производство будет рентабельным при объеме производства 200 тысяч тонн металла в год. Рентабельность доменного цикла начиналась с 2 млн тонн. Эксперимент, проектирование, стройка — и через 10-15 лет Советский Союз заменяет свои изношенные вдрызг Магнитогорский и Нижнетагильский металлургические комбинаты — десятками заводиков, обеспечивающих региональные потребности в металле. При этом закрываются тяжелейшие для разработки шахты, которые только и существовали ради коксующихся углей — для нужд металлургии. Все! Это конец не только обветшавшим советским металлургическим комбинатам, но и мировой модели металлургического производства. Основной капитал гигантских металлургических корпораций обесценивается как анахронизм. И кто после такого перелома будет заказывать музыку — не вполне понятно. Хотя предсказать можно. Местный инженерный кооператив, собственно и обслуживающий такой заводик. Перспектива вполне осязаемая.
А ведь это всего лишь один из многих вполне реалистичных проектов, созревших для реализации к середине 80-х.
Угроза всевластию финансово-промышленной олигархии становилась совершенно реальной.
Но и этого мало.
Быстрое развитие и распространение научного знания вышибало у корпораций главный козырь их бизнеса — технологическую тайну. Выше я уже говорил, что мы малой командой два года не пропускали на российский рынок растровые валы для флексографской печати. Мы просто создали конкурирующее производство — и поставили менеджеров иностранных фирм в тупик. Поставка валов взамен изношенных была изюминкой бизнеса. Его конфеткой. Приобретаешь достаточно дешевую машину — и на долгие годы становишься дойной коровой для поставщика изнашиваемой детали.
Это мы сейчас не можем делать собственные мобильники и даже детские игрушки. А при нормальной науке и развитой промышленности — воспроизвести аналогичное производство несложно.
Научный прогресс, таким образом, объективно двигался в направлении устранения условий «избранности» — в одной стране «слуг народа», в другой — «владельцев заводов, газет, пароходов». Народы Советского Союза и США поставили под угрозу существование аристократии в ее современных формах. Аристократия же не нашла другого способа спасения себя от неминуемого устранения с политической и экономической сцены, кроме поворота в сторону мракобесия.
И тем самым поставила под угрозу само существование этих двух великих народов и как бы не всего человечества. Организм с отсутствующими или со спящими мозгами, — не видит, не может оценить и проанализировать подступающие угрозы. Не может подстелить соломку в месте будущего падения.
А наука — в сущности центральная нервная система организма человечества. Его нервные окончания, с помощью которых он видит, слышит, обоняет и осязает окружающий мир, чувствует боль внутри себя самого, вырабатывает импульсы управления моторными реакциями и идеи целенаправленных действий: дом построить, посеять хлеб и приготовить место для хранения урожая, создать станок, на котором можно соткать себе полотно для рубахи и штанов. А если потребуется, то и отрубить пораженный гангреной палец.
Безмозглый — обречен.
Никакие самые сильные инстинкты продолжения рода, например, не спасут от голодной смерти зимой того, кто по весне не посеял, а по осени не собрал и не заложил в заблаговременно подготовленное место хранения урожай.
Никакие рыночные свободы не спасут страну, в которой увеличение населения не сопровождается соответствующим количественным ростом производительности сельского хозяйства и ростом объемов спасающего от зимнего холода жилья.
А мировая аристократия, заботящаяся о сохранении статус-кво собственной сословной избранности, частично вырезала, частично отравила реальный мозг человечества, представив ему в качестве мозга самое себя.

Возможна ли иная интерпретация?

Действительно, безмозглость плоха, но ничем не лучше и свихнувшиеся мозги. — Если вдруг сам институт науки заходит так далеко в своей неуемной преобразовательной деятельности, что это становится опасно.
Такая постановка вопроса вполне законна. Развитие науки в 20 веке довело мир до состояния балансирования на краю ядерной пропасти. Развитие генной инженерии угрожает человечеству появлением страшных мутаций как в собственном человеческом роду-племени, так и в окружающих человека растениях и животных организмах. Мутаций, способных превратить поля с пищевыми злаками в миллионы гектаров зреющей отравы. Человечество уже сталкивалось с подобной проблемой, возникшей, правда, не в результате деятельности науки, а по естественным причинам. Грибок спорыньи, поражавший злаки, превращал хлеб в страшную отраву, десятками тысяч отправлявшую людей на тот свет. Представим себе нечто подобное, но неизвестное, вырвавшееся за пределы научных лабораторий и начавшее жить собственной жизнью. Как, например, не имеющий естественных врагов в европейской природе колорадский жук или захватывающий поля и тоже не имеющий естественных врагов борщевик.
Можно вопрос поставить и так. Подавление научно-технической революции — превентивная мера, назначенная спасти человечество от самоубийства.
Так ли это? На этот вопрос нет рационального ответа. Но есть ответ нравственный.
Выше приводился рассказ о наблюдении автором за тем, как, на каком принципе строились команды будущей постсоветской аристократии. Ровно те, которые фактически разгромили советскую науку и советскую высокотехнологичную и наукоемкую промышленность. Этих людей отбирали по принципу готовности к воровству, к обкрадыванию страны и народа. На самом деле были и другие наблюдения за этой публикой. На том же факультете физической и квантовой электроники МФТИ на двухнедельные осенние сельхозработы в 1983 году одновременно по всевозможным как бы уважительным причинам не выехали 38 человек актива 5 курса. Актива факультетского и институтского уровней: всевозможные члены комитетов комсомола, студсовета, профкомов, командиры добровольной народной дружины и члены институтской учебно-воспитательной комиссии. Именно на этом курсе было очень много активистов. Перед поездкой в колхоз курс решением собрания разрешил не ездить девочкам. Не так их много на физтехе. А погода во второй половине сентября была плохая. К концу сельхозработ вовсю пошел снег. Так вот, рядовые пятикурсники оказались в результате невыезда активистов перед необходимостью работать за двоих. План по площадям назначался курсу, а не половине курса. И ведь активисты все это видели и знали. Ведь встречали друг друга в Долгопрудном. Видели, как их много, проигнорировавших поездку в колхоз. Но — въехать в рай на чужом горбу — это было как раз в стиле указанной команды будущих руководителей Центров НТТМ, будущих банкиров.
Именно моральный облик тех, кто разрушал советскую науку, с легкостью менял свое научное будущее (а большинство из них прошли через аспирантуру того же МФТИ) на перспективу стать президентом будущего собственного банка, — совершенно четко указывает на безошибочность нашей оценки целей научной контрреволюции.
Не во благо она происходила. Если бы во благо, то это делалось бы другими руками — чистыми.
Так что приговор окончательный и обжалованию не подлежит!
Разрушение науки, разрушение наукоемких отраслей, разрушение самой Советской страны — делалось низкими людьми с низменными, эгоистическими целями. И у этих людей в союзниках оказались и горбачевское Политбюро, и часть партийного и государственного аппарата, и небезызвестный «вашингтонский обком», за помощью к которому перед арестом побежал тот же Ходорковский.

Вместо заключения

Остановка научно-технической революции, деградация собственно науки, потеря ею концептуальности, способности к глубоким и широким обобщениям, превращение оставшихся ученых в зависимых и безропотных чиновников, а научной продукции — в поток главным образом бессодержательного информационного мусора, не отвечающего ни на один действительно важный вопрос современности, — есть результат рукотворной, сознательной, злонамеренной операции, осуществляемой по сей день во всемирном масштабе.
Не был бы атеистом, назвал бы, наверное, случившееся — наступлением Антихриста.
А в своем атеистическом качестве я способен называть только некоторые фамилии. Генри Киссинджер, Сорос, например. Готов называть некоторые активно участвующие в этом процессе корпорации: Боинг, ИБМ, Майкрософт в Америке, Ай-Си-Ай в Англии. Готов назвать участника этого процесса, представляющего американскую государственную машину, — НАСА.
И готов назвать ту единственную в мире силу, которая в принципе способна переломить ситуацию. Это сама наука. Но ей для этого надо породить из своей среды настоящих святых. Способных выдерживать насмешки и издевательства коллег, а может даже и родных, потерю социального статуса, обвинения в шарлатанстве и лжеучености, готовых, вероятно, жертвовать самой жизнью во имя Истины.
Способных не только формулы писать, но и зарабатывать на хлеб и на научное развитие, независимое от бюджетов и богатых спонсоров, которые «танцуют девушку, потому как ее ужинают.»
Способных видеть перед собой не только узкоспециальную научную задачку, а смотреть на мир философски, связывать между собой гуманитарное и естественнонаучное знание, связывать совесть с высшей рациональностью математического и физического исследования. Связывать биологию человека с вопросами теософии.
Не думаю, что этим людям удастся уйти от хотя бы внутренней, идущей из сердца, апелляции к самому Богу. И потому восстающая во имя себя самой, во имя истины и даже уже во имя существования человечества, — наука — должна будет превратиться в новую редакцию Церкви.
И не надо бояться об этом говорить. Это надо проповедовать. Настойчиво и воинственно.
Нынче мы в ответе
За Россию, за народ,
И за все на свете…
А еще так:
Просто нечего нам больше скрывать
Все нам вспомнится на Страшном суде.
Эта ночь легла как тот перевал,
За которым исполненье надежд.
Видно прожитое — прожито зря.
Но не в этом, понимаешь ли, соль.
Видишь, падают дожди октября,
Видишь старый дом стоит средь лесов.
Хорошие песни писали в эпоху НТР — в 60-е и в первой половине 70-х. По этим песням можно узнавать «своих». Они — что-то типа пароля или даже знамени, под которым пора собираться:
Мы с тобой пройдем по кабакам
Команду старую отыщем там.
А здесь? -
А здесь мы просто лишние.
Давай, командуй, капитан!

https://cont.ws/post/380514


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Полные тексты выпусков еженедельника "Эконометрика"
СообщениеДобавлено: Вс авг 13, 2017 10:20 am 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 7394
Электронный еженедельник «Эконометрика» No.864 от 14 августа 2017 г.

Уважаемые подписчики!

О титане коммунистической фантастики Сергей Снегов рассказывает Вячеслав Сычёв.
Познакомьтесь с найденной в Интернете сводкой "Белый террор, или исторические хроники молодой страны Советов".
О своем опыте преподавания в Парижском университете и размышлениях, связанных с ним, рассказывает доктор физико-математических наук Виктор Степанович Доценко. В статье "Деградация образования во Франции" он обсуждает уровень математической подготовки.
Познакомьтесь с интересными фактами о Константине Циолковском.





Сергей Снегов – титан коммунистической фантастики

Вячеслав Сычёв

Каким видят мир будущего современные писатели-фантасты? Каким угодно, но только не коммунистическим. Целая гора книг посвящена развалинам цивилизации, когда глобальная катастрофа – будь то атомная война или новый ледниковый период – поглощает большую часть населения планеты, разрушает города и ввергает человечество в новый, точнее, в хорошо забытый старый первобытно-общинный строй или в феодализм. Мрачное будущее, где люди вновь поделились на кланы и тотемы, где остатки прежних технических «наворотов» ещё используются, но гораздо большей популярностью у выживших пользуется магия, колдовство и т.п мистика. Бороться за существование под руководством вождей и волшебников – в этом смысл жизни существ, населяющих подобные фантастические миры. Андрэ Нортон, Хайнлайн, а из наших российских современных писателей, например, Лукьяненко пророчат людям подобные перспективы. Не отстаёт и телевизионная фантастика, в которой тема конца света преподнесена в огромном выборе. «Армагеддон», «Терминатор», «Послезавтра» прямо-таки запрещают любителям литературы думать о нормальном развитии человечества.
Целое направление современной фантастики, называемое "фэнтези", возводит в культ феодальные отношения с рыцарской доблестью и героизмом в битвах на мечах. Остаются за кадром крестьяне, чудовищная эксплуатация которых в интересах узкой группы «героев» просто неизбежна для подобных миров. Вот так всегда. Бравые принцы совершают длительные путешествия, смелые воины уничтожают злых колдунов, а миллионные массы «серых личностей» становятся всего лишь разменной монетой чьих-то игр. Тут стоит упомянуть «культового» писателя Роджера Желязны, чьи герои в десятитомнике «Хроники Эмбера» просто сотнями тысяч губят людей и других существ в своих корыстных целях. Захотелось крутому дяденьке власти побольше, нашел он подходящие миры, в которых его считают божеством, собрал многомиллионную армию и устроил «месиво». Дяденьку обломали, всю армию перебили, а книга преподносит нам его страдания в глухом заточении, где он выносит планы добиться-таки своего ценой новых колоссальных жертв, о которых ничуть не переживает. Мир хоть и фантастический, нереальный, а мораль вся эта хорошо известна и в нашем реальном мире. Этика хищника, капиталиста, готового совершить ради своих целей любые преступления.
От моря фантастической литературы, где люди развились лишь технически, законсервировав капиталистические отношения, буквально ломятся полки книжных магазинов.
Но не всю фантастику стоит списывать в утиль. В 2015 году исполнилось 105 лет со дня рождения общепризнанного титана коммунистической фантастики Сергея Александровича Снегова, жившего в Советском Союзе и создавшего несколько романов и большое количество умных повестей и рассказов, но прежде всего – бессмертное творение «Люди как боги».
Будут ли проблемы в коммунистическом обществе? Да сколько угодно. Коммунизм – это не библейский рай, где все сидят под пальмами и безмятежно поглощают кокосы и бананы. Растущее человечество, изжившее эксплуатацию и индивидуализм, сталкивается с новыми трудностями. Открытие других звездных цивилизаций, находящихся на более ранней стадии развития, ставит вопрос – надо ли людям помогать звездожителям или замкнуться в себе, построить «глухую» систему обороны и смотреть на все со стороны? Надо помогать! Так говорит человечество в снеговском трёхтомнике. От лозунга «Человек человеку – брат!» люди переходят к новому, рождённому в новых объективных условиях утверждению «Человек всему разумному и доброму – брат!» Легко ли это? На просторах галактики действуют цивилизации поработителей, стремящихся все живое подмять под себя, задушить ростки свободного развития. Для них это естественно, как было естественно и для многих людей в более ранней истории. И вот человечество вступает в новую борьбу, помогая выжить своим новым друзьям. Но и после возникают новые проблемы. Земляне сталкиваются с цивилизацией, которая в своем развитии ушла далеко вперёд…
Книга Снегова – не лубочная картинка. Люди коммунистического будущего показаны прежде всего людьми. Они и веселятся и ссорятся, влюбляются и страдают от несчастной любви, злятся и даже совершают подлые поступки. Но они уже дети другой эпохи. Чужую боль и страдания они способны воспринимать сильнее, чем свои. Героями по Снегову являются не крутые дядечки, готовые идти по головам для достижения своей цели, а люди, осознающие себя частью единого целого гуманного человечества.
«Люди как боги» – это не совсем фантастика, это скорее возможная перспектива современного человечества, если оно не сожжёт себя в последней битве с капитализмом. Ни один фантаст не может предугадать все детали будущего. Наверняка, многие технические решения, предложенные писателем, не найдут своего воплощения в том виде, как они описаны в книге. Сергей Снегов – человек сложной судьбы, он видел СССР не только с парадного входа. Какие люди могут по-настоящему творить, Сергей Александрович тоже знал не понаслышке. Прочтение романа «Люди как боги», написанного прошедшим нелёгкий путь писателем, вселяет уверенность, что этика будущего просто обязана подойти очень близко к снеговскому знаменателю.

http://www.rotfront.su



Белый террор, или исторические хроники молодой страны Советов

Отрекшегося от престола Царя Николая II арестовал 2 марта 1917 года генерал Михаил Алексеев – начальник его штаба. Царицу и семью Николая II арестовал 7 марта генерал Лавр Корнилов – командующий Петроградским ВО. Да-да, те самые будущие герои-основатели белого движения…
Правительство Ленина, принявшее на себя ответственность за страну в ноябре-17, предложило семье Романовых выехать к родственникам – в Лондон, но английская королевская семья отказала им в разрешении переехать в Англию.
Свержение царя приветствовала вся Россия. «Даже близкие родственники Николая нацепили на грудь красные банты», – пишет историк Генрих Иоффе. Великий князь Михаил, которому Николай намеревался передать корону, от престола отказался. Русская Православная Церковь, совершив клятвопреступление церковной присяге на верноподданство, приветствовала известие об отречении царя.
Офицерство России. 57% его поддержало белое движение, из них 14 тысяч позже перешли к красным. 43% (75 тысяч человек) – сразу пошли за красных, то есть, в конечном счете – более половины офицерства поддержали Советскую власть.
Первые несколько месяцев после Октябрьского восстания в Петрограде и Москве не зря были названы «триумфальным шествием советской власти». Из 84 губернских и других крупных городов только в 15 она установилась в результате вооруженной борьбы. «В конце ноября во всех городах Поволжья, Урала и Сибири власти Временного правительства уже не существовало. Она перешла почти без всякого сопротивления в руки большевиков, всюду образовались Советы», – свидетельствует генерал-майор Иван Акулинин в своих воспоминаниях «Оренбургское казачье войско в борьбе с большевиками 1917 - 1920». «Как раз в это время, – пишет он далее, – в Войско стали прибывать с Австро-Венгерского и Кавказского фронтов строевые части – полки и батареи, но рассчитывать на их помощь оказалось совершенно невозможно: они и слышать не хотели о вооруженной борьбе с большевиками».
Как же при таких обстоятельствах Советская Россия вдруг оказалась в кольце фронтов? А вот как: с конца февраля – начала марта 1918 года империалистические державы обеих воюющих в мировой войне коалиций начали масштабное вооруженное вторжение на нашу территорию.
18 февраля 1918 года германские и австро-венгерские войска (около 50 дивизий) перешли в наступление от Балтики до Черного моря. За две недели они оккупировали огромные пространства.
3 марта 1918 года был подписан Брестский мир, но немцы не остановились. Воспользовавшись договором с Центральной радой (к тому времени уже прочно обосновавшейся в Германии), они продолжили свое наступление на Украине, 1 марта свергли в Киеве советскую власть и продвигались дальше в восточном и южном направлениях на Харьков, Полтаву, Екатеринослав, Николаев, Херсон и Одессу.
5 марта немецкие войска под командованием генерал-майора фон дер Гольца вторглись в Финляндию, где вскоре свергли финское советское правительство. 18 апреля германские войска вторглись в Крым, а 30 апреля захватили Севастополь.
К середине июня более 15 тыс. германских войск с авиацией и артиллерией находилось в Закавказье, в том числе 10 тыс. человек в Поти и 5 тыс. в Тифлисе (Тбилиси).
Турецкие войска оперировали в Закавказье с середины февраля.
9 марта 1918 года английский десант вошел в Мурманск под предлогом… необходимости защиты складов военного имущества от немцев.
5 апреля японский десант высадился во Владивостоке, но уже под предлогом… защиты японских граждан «от бандитизма» в этом городе.
25 мая – выступление Чехословацкого корпуса, эшелоны которого находились между Пензой и Владивостоком.
Необходимо учитывать, что «белые» (генералы Алексеев, Корнилов, Антон Деникин, Петр Врангель, адмирал Александр Колчак), сыгравшие свою роль в свержении царя, отреклись от присяги Российской империи, но и не приняли новую власть, начав борьбу за собственное правление в России.
На юге России, где действовали в основном «Русские освободительные силы», ситуация была завуалирована русской формой «Белого движения». Атаман «Войска донского» Петр Краснов, когда ему указали на «немецкую ориентацию» и поставили в пример «добровольцев» Деникина, ответил: «Да, да, господа! Добровольческая армия чиста и непогрешима. Но ведь это я, донской атаман, своими грязными руками беру немецкие снаряды и патроны, омываю их в волнах тихого Дона и чистенькими передаю Добровольческой армии! Весь позор этого дела лежит на мне!».
Колчак Александр Васильевич, столь любимый «романтический герой» современной «интеллигенции». Колчак, нарушив присягу Российской империи, первым на Черноморском флоте присягнул на верность Временному правительству. Узнав об Октябрьской революции, вручил британскому послу просьбу о приеме в английскую армию. Посол, после консультаций с Лондоном, вручил Колчаку направление на Месопотамский фронт. По дороге туда, в Сингапуре, его настигла телеграмма русского посланника в Китае Николая Кудашева, приглашавшего его в Маньчжурию для формирования русских воинских частей.
Итак, к августу 1918 года вооруженным силам РСФСР полностью или почти полностью противостояли иностранные войска. «Было бы ошибочно думать, что в течение всего этого года мы сражались на фронтах за дело враждебных большевикам русских. Напротив того, русские белогвардейцы сражались за наше дело», – написал позже Уинстон Черчилль.
Белые - освободители или убийцы и грабители? Доктор исторических наук Генрих Иоффе в журнале «Наука и жизнь» №12 за 2004 год – а этот журнал успел за последние годы отметиться ярым антисоветизмом – в статье о Деникине пишет: «На освобожденных от красных территориях шел настоящий реваншистский шабаш. Возвращались старые хозяева, царили произвол, грабежи, страшные еврейские погромы...».
О зверствах войск Колчака ходят легенды. Число убитых и замученных в колчаковских застенках не поддавалось учету. Только в Екатеринбургской губернии было расстреляно около 25 тысяч человек.
«В Восточной Сибири совершались ужасные убийства, но совершались они не большевиками, как это обычно думали Я не ошибусь, если скажу, – признавался позднее очевидец тех событий американский генерал Уильям Сидней Гревс, – что на каждого человека, убитого большевиками, приходилось 100 человек, убитых антибольшевистскими элементами».
«Идеологию» белых в этом вопросе четко выразил генерал Корнилов: «Мы шли к власти, чтобы вешать, а надо было вешать, чтобы прийти к власти»…
«Союзники» белого движения – англичане, французы и прочие японцы – вывозили все: металл, уголь, хлеб, станки и оборудование, двигатели и меха. Угоняли гражданские пароходы и паровозы. Только из Украины немцы вывезли до октября 1918 года 52 тыс. тонн зерна и фуража, 34 тыс. тонн сахара, 45 млн. яиц, 53 тыс. лошадей и 39 тыс. голов крупного рогатого скота. Шло масштабное разграбление России.
А о зверствах (не менее кровавых и массовых – никто и не спорит) Красной армии и чекистов читайте в сочинениях демократической прессы. Данный текст предназначен исключительно для того, чтобы развеять иллюзии тех, кто восхищается романтикой и благородством «белых рыцарей России». Была грязь, кровь и страдания. Ничего другого войны и революции принести не могут…
«Белый террор в России» – так называется книга известного историка, доктора исторических наук Павла Голуба. Собранные в ней документы и материалы камня на камне не оставляют от широко циркулирующих в средствах массовой информации и публикациях на историческую тему выдумках и мифах.
Начнем с утверждений о жестокости и кровожадности большевиков, которые, дескать, при малейшей возможности уничтожали своих политических противников. На самом деле руководители большевистской партии стали твердо и непримиримо относиться к ним по мере того, как на собственном горьком опыте убеждались в необходимости решительных мер. А вначале проявлялась определенная доверчивость и даже беспечность. Ведь всего за четыре месяца Октябрь триумфально прошествовал из края в край огромной страны, что стало возможным благодаря поддержке власти Советов подавляющим большинством народа. Отсюда и надежды на то, что ее противники сами осознают очевидное. Многие лидеры контрреволюции, как это видно из документальных материалов, – генералы Краснов, Владимир Марушевский, Василий Болдырев, видный политический деятель Владимир Пуришкевич, министры Временного правительства Алексей Никитин, Кузьма Гвоздев, Семен Маслов, да и многие другие – были отпущены на свободу под честное слово, хотя их враждебность новой власти не вызывала сомнений.
Слово свое эти господа нарушили, приняв активное участие в вооруженной борьбе, в организации провокаций и диверсий против своего народа. Великодушие, проявленное по отношению к явным врагам Советской власти, обернулось тысячами и тысячами дополнительных жертв, страданиями и мучениями сотен тысяч людей, поддержавших революционные перемены. И тогда руководители российских коммунистов сделали неизбежные выводы – они умели учиться на своих ошибках…
Придя к власти, большевики отнюдь не запретили деятельность своих политических противников. Их не подвергали арестам, позволяли выпускать свои газеты и журналы, проводить митинги и шествия и т.п. Народные социалисты, эсеры и меньшевики продолжали свою легальную деятельность в органах новой власти, начиная с местных Советов и кончая ЦИК. И опять-таки только после перехода этих партий к открытой вооруженной борьбе против нового строя их фракции декретом ЦИК от 14 июня 1918 года были исключены из Советов. Но даже после этого оппозиционные партии продолжали легально действовать. Наказанию подвергались лишь те организации или лица, кто был уличен в конкретных подрывных действиях.
Как показано в книге, инициаторами гражданской войны стали именно белогвардейцы, представлявшие интересы свергнутых эксплуататорских классов. А толчком к ней, как признавал один из лидеров белого движения Деникин, был мятеж чехословацкого корпуса, во многом вызванный и поддержанный западными "друзьями России". Без помощи этих "друзей" главари белочехов, а затем белогвардейские генералы никогда бы не достигли серьезных успехов. Да и сами интервенты активно участвовали как в операциях против Красной Армии, так и в терроре против восставшего народа.
"Цивилизованные" чехословацкие каратели расправлялись со своими "братьями-славянами" огнем и штыком, буквально стирая с лица земли целые поселки и деревни. В одном Енисейске, например, за симпатии к большевикам было расстреляно более 700 человек – почти десятая часть проживавших там. При подавлении восстания узников Александровской пересыльной тюрьмы в сентябре 1919 года чехи расстреливали их в упор из пулеметов и пушек. Расправа продолжалась трое суток, от рук палачей погибло около 600 человек. И таких примеров – великое множество.
Кстати, иностранные интервенты активно способствовали и развертыванию на российской территории новых концлагерей для тех, кто выступал против оккупации или сочувствовал большевикам. Начали же создаваться концлагеря еще Временным правительством. Это – бесспорный факт, о котором также умалчивают разоблачители "кровавых злодеяний" коммунистов. Когда в Архангельске и Мурманске высадились французские и английские войска, один из их руководителей – генерал Пуль - от имени союзников торжественно обещал северянам обеспечить на захваченной территории "торжество права и справедливости". Однако почти сразу же после этих слов на захваченном интервентами острове Мудьюг был организован концлагерь. Вот свидетельства тех, кому там довелось побывать: «Каждую ночь умирало по нескольку человек, и трупы их оставались в бараке до утра. А утром появлялся французский сержант и злорадно вопрошал: "Сколько большевиков сегодня капут?" Из заточенных на Мудьюге более 50 процентов расстались с жизнью, многие сошли с ума…».
После ухода англо-французских интервентов власть на Севере России перешла в руки белогвардейского генерала Евгения Миллера. Он не только продолжил, но и усилил репрессии и террор, пытаясь остановить быстро развивавшийся процесс "большевизации" масс. Самым бесчеловечным их олицетворением стала ссыльно-каторжная тюрьма в Иоканьга, которую один из узников охарактеризовал как "наиболее зверский, изощренный метод истребления людей медленной, мучительной смертью". Вот выдержки из воспоминаний тех, кому чудом удалось выжить в этом аду: «Умершие лежали на нарах вместе с живыми, причем живые были не лучше мертвых: грязные, покрытые струпьями, в рваном тряпье, заживо разлагающиеся, они представляли кошмарную картину».
К моменту освобождения Иоканьги от белых там из полутора тысяч заключенных остались 576 человек, из которых 205 уже не могли передвигаться.
Система подобных концлагерей, как показано в книге, была развернута в Сибири и на Дальнем Востоке адмиралом Колчаком – наиболее, пожалуй, жестоким из всех белогвардейских правителей. Они создавались как на базе тюрем, так и в тех лагерях военнопленных, которые были построены еще Временным правительством. Более чем в 40 концлагерей режим загнал почти миллион (914178) человек, отвергавших реставрацию дореволюционных порядков. К этому надо приплюсовать еще около 75 тысяч человек, томившихся в белой Сибири. Более 520 тысяч узников режим угнал на рабский, почти не оплачиваемый труд на предприятиях и в сельском хозяйстве.
Однако ни в солженицынском "Архипелаге ГУЛАГ", ни в писаниях его последователей Александра Яковлева, Дмитрия Волкогонова и других об этом чудовищном архипелаге – ни слова. Хотя тот же Солженицын начинает свой "Архипелаг" с гражданской войны, живописуя "красный террор". Классический пример лжи путем простого умолчания!
В антисоветской литературе о гражданской войне много и с надрывом пишется о "баржах смерти", которые, дескать, использовались большевиками для расправы с белогвардейскими офицерами. В книге Павла Голуба приводятся факты и документы, свидетельствующие о том, что "баржи" и "поезда смерти" стали активно и массированно применяться именно белогвардейцами. Когда осенью 1918 года на восточном фронте они стали терпеть поражение от Красной Армии, в Сибирь, а затем на Дальний Восток потянулись "баржи" и "поезда смерти" с узниками тюрем и концлагерей.
Когда "поезда смерти" находились в Приморье, их посетили сотрудники американского Красного Креста. Один из них – Бьюкели написал в своем дневнике: «До того момента, когда мы нашли этот ужасный караван в Никольске, 800 пассажиров умерли от голода, грязи и болезней… Я видел трупы людей, тела которых еще при жизни разъедали паразиты до тех пор, пока они не умирали после месяцев ежедневной мучительной пытки от голода, грязи и холода. Клянусь Богом, я не преувеличиваю!.. В Сибири ужас и смерть на каждом шагу в таком масштабе, что потрясли бы самое черствое сердце...».
Ужас и смерть – вот что несли народу, отвергавшему дореволюционный режим, белогвардейские генералы. И это отнюдь не публицистическое преувеличение. Сам Колчак откровенно писал о созданной им "вертикали управления": "Деятельность начальников уездных милиций, отрядов особого назначения, всякого рода комендантов, начальников отдельных отрядов представляет собой сплошное преступление". Хорошо бы задуматься над этими словами тем, кто восхищается сегодня "патриотизмом" и "самоотверженностью" белого движения, которое-де в противоположность Красной Армии отстаивало интересы "Великой" России.
Ну а что касается "красного террора", то его размеры были совершенно несопоставимы с белым, да и носил он в основном ответный характер. Это признавал даже генерал Гревс, командующий 10-тысячным американским корпусом в Сибири.
И так было не только в Восточной Сибири. Так было по всей России.

https://vk.com/kvsyomin?w=wall311611549_49853



Деградация образования во Франции

О своем опыте преподавания в Парижском университете и размышлениях, связанных с ним, рассказывает доктор физико-математических наук Виктор Степанович Доценко.
Он обсуждает уровень математической подготовки во Франции.

Я теперь знаю, как такое может происходить: дело в том, что уже пятый год преподаю физику и математику в Парижском университете (Университет имени Пьера и Марии Кюри, известный также под именем "Paris VI", или "Jussieu"). Надо сказать, что Париж не последнее место на планете по уровню образования, а мой университет далеко не худший в Париже. Россия всегда несколько отстает от Запада, и, судя по тому, как энергично, а главное, во что нас реформирует родное Министерство образования, сейчас в Париже я могу наблюдать наше недалекое будущее. Сразу оговорюсь: я вовсе не претендую на роль "пророка из будущего" и поэтому буду стараться избегать обобщений. Мне все равно не по силам сравнивать средний уровень французского образования (о котором имею весьма смутное представление) со средним уровнем нынешнего российского образования (о котором тем более ничего не знаю). И если честно, вообще не понимаю, что такое "средний уровень образования". Я буду рассказывать только о своем личном опыте - так сказать, "что вижу, то и пою".
Сначала небольшая справка. Во Франции уже давно введен и действует "Единый государственный экзамен" (ЕГЭ), только называется он у них БАК (от слова "бакалавр"), но это сути не меняет. Мотивация введения французского БАКа была примерно та же, что и нашего ЕГЭ: чтобы поставить всех учеников в равные условия, чтобы свести на нет коррупцию на почве образования, чтобы унифицировать требования к выпускникам, ну и так далее. Короче, чтобы все было и по-честному, и по справедливости. Есть и отличие: у БАКа имеется несколько специализаций. Он может быть научным, когда приоритет (повышенный коэффициент) имеют экзамены по математике и физике; гуманитарным, когда приоритет отдается языкам, философии; экономическим и т. д. Человек, сдавший БАК, имеет право безо всяких вступительных экзаменов записаться в любой университет своего профиля (правда, только по месту жительства - прописка у французов очень даже имеется) и учиться в нем совершенно бесплатно (если не считать "комиссионного сбора" размером в три сотни евро в начале каждого учебного года). А если студент документально докажет, что доходы его семьи ниже определенного уровня, то может получать стипендию (совершенно независимо от своей успеваемости). Ученик, сдавший БАК с отметкой выше определенного уровня (больше чем 15 из 20), имеет право записаться на подготовительное отделение в одну из так называемых Гранд Эколь (самая известная из которых Эколь Нормаль Суперьер) - это что-то вроде элитных университетов, для поступления в которые после подготовительных курсов нужно выдержать еще и вступительные экзамены. Далее, в процессе учебы как в Гранд Эколь, так и в университете, в зимнюю и в весеннюю сессии происходит отсев. Если у студента сумма баллов всех экзаменов оказывается ниже определенного уровня, его выгоняют (или, в определенных ситуациях, оставляют на второй год). Отсев идет серьезный: в моем университете в первую зимнюю сессию выгоняют около 40 процентов студентов, в следующую - еще процентов 30 и т.д. В результате к концу второго года обучения остается едва ли четверть из тех, кто начинал учиться (фактически это растянутые на два года вступительные экзамены). Далее отсев тоже продолжается, хотя не столь интенсивно, и, наконец, венчают всю эту учебу два или три года так называемого ДEA, которое с некоторыми поправками соответствует нашей аспирантуре и которое, как и у нас, завершается (точнее, должно завершаться) диссертацией и ученой степенью. Естественно, что до этого уровня добираются только "самые-самые"... Ну и чтобы завершить это довольно скучное вступление, немного о себе: доктор физико-математических наук, профессор, занимаюсь теоретической физикой; в университете "Paris VI" преподаю математику и общую физику первокурсникам, а еще, в качестве "контрастного душа", читаю некий теоретический курс (уж не стану разъяснять о чем) и веду семинары для аспирантов последнего года Эколь Нормаль Суперьер (т. е. именно для тех, которые не только "самые-самые", но еще и "супер" и "экстра").
Ну вот, как видите, система образования задумана как будто совсем неплохо, все устроено вполне разумно, и даже деньги на все это есть (французы, правда, все время тоже говорят, что денег на образование катастрофически не хватает, но это просто оттого, что они не знают, что значит не хватает на самом деле). И тем не менее могу сообщить тем, кто еще не знает, что "хотели, как лучше, а получилось, как всегда" бывает не только в России. Французское образование (и я подозреваю, что далеко не только французское) - яркий тому пример.
В силу специфики своей деятельности в своем дальнейшем повествовании я буду иногда вынужден апеллировать к экспертам в области высшей математики. Я имею в виду тех, кто знает все четыре правила арифметики, а также умеет складывать дроби и в общих чертах знаком с таблицей умножения. Части текста, для понимания которых требуются столь специфические знания, я выделю курсивом.
Так вот, в этом учебном году я обнаружил, что среди пятидесяти моих учеников-первокурсников (у меня две группы) восемь человек считают, что три шестых (3/6) равно одной трети (1/3). Подчеркну: это молодые люди, которые только что сдали "научный БАК", то есть тот, в котором приоритет отдается математике и физике. Все эксперты, которым я это рассказывал и которые не имеют опыта преподавания в парижских университетах, сразу же становятся в тупик. Пытаясь понять, как такое может быть, они совершают стандартную ошибку, свойственную всем экспертам: пытаются найти в этом логику, ищут (ошибочное) математическое рассуждение, которое может привести к подобному результату. На самом деле все намного проще: им это сообщили в школе, а они, как прилежные ученики (а в университет попадают только прилежные ученики!), запомнили. Вот и все. Я их переучил: на очередном занятии (темой которого вообще-то было производная функции) сделал небольшое отступление и сообщил, что 3/6 равно 1/2, а вовсе не 1/3, как считают некоторые из присутствующих. Реакция была такая: "Да? Хорошо..." Если бы я им сообщил, что это равно 1/10, реакция была бы точно такой же.
В предыдущие два учебных года процентов десять-пятнадцать моих студентов систематически обнаруживали другое, не менее "нестандартное" математическое знание: они полагали, что любое число в степени -1 равно нулю. Причем это была не случайная фантазия, а хорошо усвоенное знание, потому что проявлялось неоднократно (даже после моих возражений) и срабатывало в обе стороны: если обнаруживалось что-либо в степени -1, то оно тут же занулялосъ, и наоборот, если что-либо требовалось занулить, подгонялась степень -1. Резюме то же самое: их так научили.
Вот чему несчастных французских детей никак не могут по-настоящему научить, так это обращаться с дробями. Вообще, дроби (их сложение, умножение, а особенно деление) - постоянная головная боль моих студентов. Из своего пятилетнего опыта преподавания могу сообщить, что сколько-нибудь уверенно обращаться с дробями могли не больше десятой части моих первокурсников. Надо сказать, что арифметическая операция деления - это, пожалуй, самая трудная тема современного французского среднего образования. Подумайте сами, как объяснить ребенку, что такое деление: небось, станете распределять поровну шесть яблочек среди троих мальчиков? Как бы не так. Чтобы рассказать, как учат делению во французской школе, я опять вынужден обращаться к экспертам. Пусть не все, но кое-кто из вас еще помнит правило деления в столбик. Так вот, во французской школе операция деления вводится в виде формального алгоритма деления в столбик, который позволяет из двух чисел (делимого и делителя) путем строго определенных математических манипуляций получить третье число (результат деления). Разумеется, усвоить этот ужас можно, только проделав массу упражнений, и состоят эти упражнения вот в чем: несчастным ученикам предъявляются шарады в виде уже выполненного деления в столбик, в котором некоторые цифры опущены, и эти отсутствующие цифры требуется найти. Естественно, после всего этого, что бы тебе ни сказали про 3/6, согласишься на что угодно.
Разумеется, кроме описанных выше, так сказать, "систематических нестандартных знаний" (которым научили в школе) имеется много просто личных, случайных фантазий. Некоторые из них очень смешные. Например, один юноша как-то предложил переносить число из знаменателя в числитель с переменой знака. Другая студентка, когда косинус угла между двумя векторами у нее получился равным 8, заключила, что сам угол равен 360 градусов – умножить на восемь, ну и так далее. У меня есть целая коллекция подобных казусов, но не о них сейчас речь. В конце концов, то, что молодые люди еще способны фантазировать, - это не так уж плохо. Думать в школе их уже отучили (а тех, кого еще не отучили, в университете отучат - это уж точно), так пусть пока хоть так проявляют живость ума (пока они, живость и ум, еще есть).
Довольно долго я никак не мог понять, как с подобным уровнем знаний все эти молодые люди сумели сдать БАК, задачи в котором, как правило, составлены на вполне приличном уровне и решить которые (как мне казалось) можно, лишь обладая вполне приличными знаниями. Теперь я знаю ответ на этот вопрос. Дело в том, что практически все задачи, предлагаемые на БАКе, можно решить с помощью хорошего калькулятора - они сейчас очень умные, эти современные калькуляторы: и любое алгебраическое преобразование сделают, и производную функции найдут, и график ее нарисуют. При этом пользоваться калькулятором при сдаче БАКа официально разрешено. А уж что-что, а быстро и в правильном порядке нажимать на кнопочки современные молодые люди учатся очень лихо. Одна беда - нет-нет да и ошибешься, в спешке не ту кнопочку нажмешь, и тогда получается конфуз. Впрочем, "конфуз" - это с моей, старомодной, точки зрения, а по их, современному, мнению - просто ошибка, ну что поделаешь, бывает. К примеру, один мой студент что-то там не так нажал, и у него получился радиус планеты Земля равным 10 миллиметрам. А, к несчастью, в школе его не научили (или он просто не запомнил), какого размера наша планета, поэтому полученные им 10 миллиметров его совершенно не смутили. И лишь когда я сказал, что его ответ неправильный, он стал искать ошибку. Точнее, он просто начал снова нажимать на кнопочки, но только теперь делал это более тщательно и в результате со второй попытки получил правильный ответ. Это был старательный студент, но ему было абсолютно "до лампочки", какой там радиус у Земли: 10 миллиметров или 6400 километров, - сколько скажут, столько и будет. Только не подумайте, что проблему можно решить, запретив калькуляторы: в этом случае БАК просто никто не сдаст, дети после школы вынуждены будут вместо учебы в университетах искать работу, и одновременно без работы останется целая армия университетских профессоров - в общем, получится страшный социальный взрыв. Так что калькуляторы трогать не стоит, тем более, что в большинстве случаев ученики правильно нажимают на кнопочки.
Теперь о том, как, собственно, учат математике и физике в университете. Что касается математики, то под этой вывеской в осеннем семестре изучаются три темы: тригонометрия (синусы, косинусы и т. д.), производные функций и несколько интегралов от стандартных функций - в общем, все то, что и так нужно было знать, чтобы сдать БАК. Но в университете, как это часто бывает, учат все сначала, чтобы научить, наконец, "по-настоящему".
Что касается тригонометрии, то ее изучение сводится к заучиванию таблицы значений синуса, косинуса и тангенса для стандартных углов 0, 30, 45, 60 и 90 градусов, а также нескольких стандартных соотношений между этими функциями. Старательные студенты, которых в действительности не так уж мало, все это знают и так. Однако вот ведь какая закавыка, я каждый год упорно задаю своим ученикам один и тот же вопрос: кто может объяснить, почему синус 30 градусов равен 1/2? Я преподаю уже пять лет, и каждый год у меня около пятидесяти учеников; так вот, из двухсот пятидесяти моих учеников за все время на этот вопрос мне не ответил ни один человек. Более того, по их мнению, сам вопрос лишен смысла: то, чему равны все эти синусы и косинусы (так же, впрочем, как и все остальные знания, которыми их пичкали в школе, а теперь продолжают пичкать в университете), - это просто некая данность, которую нужно запомнить. И вот каждый год я как последний зануда пытаюсь их в этом разубеждать, пытаюсь рассказывать, что откуда берется, какое отношение все это имеет к миру, в котором мы живем, тужусь изо всех сил рассказывать так, чтобы было интересно, а они смотрят на меня, как на придурка, и терпеливо ждут, когда же я, наконец, угомонюсь и сообщу им, что, собственно, нужно заучить на память. Своим большим успехом я считаю, если к концу семестра один или два человека из группы раз-другой зададут мне вопрос "почему?". Но достичь этого мне удается не каждый год...
Теперь производная функции. Милые эксперты, не пугайтесь: никакой теоремы Коши, никакого "пусть задано эпсилон больше нуля..." тут не будет. Когда я только начинал работать в университете, некоторое время ходил на занятия моих коллег - других преподавателей, чтобы понять что к чему. И таким образом я обнаружил, что на самом деле все намного-намного проще, чем нас когда-то учили. Спешу поделиться своим открытием: производная функции - это штрих, который ставится справа вверху от обозначения функции. Ей-богу, я не шучу - прямо так вот и учат. Нет, разумеется, это далеко не все: требуется заучить свод правил, что произойдет, если штрих поставить у произведения функций и т.п.; выучить табличку, в которой изображено, что этот самый штрих производит со стандартными элементарными функциями, а также запомнить, что если результат этих магических операций оказался положительным, значит, функция растет, а если отрицательным - убывает. Только и делов. С интегрированием точно такая же история: интеграл - это такая вот вертикальная карлючка, которая ставится перед функцией, затем даются правила обращения с этой самой карлючкой и отдельное сообщение: результат интегрирования - это площадь под кривой (и на кой им нужна эта площадь?..).
С преподаванием физики дела обстоят похоже, только рассказывать про это скучно - здесь не так много смешного. Потому очень кратко (просто для полноты картины): курс физики в первом семестре в Университете имени Пьера и Марии Кюри начинается почему-то с линейной оптики (при этом параллельно на лабораторных занятиях студенты зачем-то изучают осциллограф), затем - два занятия подряд они зубрят наизусть огромную таблицу с размерностями физических величин (то есть, как выражается в килограммах, секундах и метрах, скажем, гравитационная постоянная и т. п.; замечу попутно - при этом они понятия не имеют, что такое гравитационная постоянная), затем - механика (столкновения шариков, равновесие сил и т. п.), и, наконец, венчает осенний семестр почему-то гидродинамика. Почему именно такая выборка - понятия не имею, возможно, это то немногое, что знает главный координатор (и лектор) нашей секции. Почему именно в таком порядке? Да, собственно, какая разница, в каком порядке все это зубрить...
Бедные Мария и Пьер Кюри... Они на том свете небось места себе не находят от стыда.
Попробую предложить отдаленную аналогию всей этой ахинеи для гуманитариев. Представьте себе, что программа университетского курса под названием "Русская литература" состоит из следующих разделов: 1. Творчество А. П. Чехова; 2. Лингвистический анализ произведений русских и советских писателей XIX и XX веков; 3. "Слово о полку Игореве"; 4. Творчество А. Платонова. И на этом все...
Что же касается аспирантов Эколь Нормаль Суперьер (то есть тех, которые "супер-самые-самые"), то здесь ситуация совершенно иная. Эти ребята прошли такой суровый отбор, что ни вольных фантазеров, ни тем более разгильдяев здесь уже не встретишь. Более того, и с дробями у них все в порядке, и алгебру они знают прекрасно, и еще много-много всего, что им полагается знать к этому возрасту. Они очень целеустремленные, работоспособные и исполнительные, и с диссертациями у них, я уверен, будет все в полном порядке. Одна беда - думать они не умеют совершенно. Исполнить указанные, четко сформулированные преподавателем манипуляции - пожалуйста, что-нибудь выучить, запомнить - сколько угодно. А вот думать - никак. Эта функция организма у них, увы, атрофирована полностью. Ну а кроме того, теоретическую физику они, конечно, не знают совершенно. То есть они, конечно, знают массу всевозможных вещей, но это какая-то пестрая, совершенно хаотичная мозаика из массы всевозможных маленьких "знаний", которые они с успехом могут использовать, только если вопросы им приготовлены в соответствии с заранее оговоренными правилами, совместимыми с этой мозаикой. Например, если такому аспиранту задается некий вопрос, то ответом на него должно быть либо "знание А", либо "знание В", либо "знание С", потому что если это ни А, ни В, ни С, он станет в ступор, который называется "так не бывает". Хотя, конечно, и у аспирантов Эколь Нормаль Суперьер бывают довольно смешные дыры в знаниях - но тут несчастные детишки совершенно не виноваты - это преподаватели у них были такие. Например, из года в год я обнаруживаю, что никто из моих слушателей (аспирантов последнего года Эколь Нормаль Суперьер!) не способен взять Гауссов интеграл и вообще не имеет представления о том, что это такое. Ну это как если бы человек писал диссертацию, скажем, о месте природы в поэзии позднего Пушкина и при этом не имел представления о том, что такое синонимы. Но, вообще, конечно, из этих аспирантов получатся прекрасные исполнители, как те "роботы-исполнители" из давнего фильма "Москва - Кассиопея"... И поэтому мне больше нравится преподавать первокурсникам университета: там все-таки еще есть хоть небольшая надежда кого-то чему-то научить...
Мне их так жалко, этих детишек! Вы только представьте: из года в год с раннего детства зубрить, зубрить и зубрить весь этот бред... Но ведь понятно, что вызубрить все невозможно. Даже у самых прилежных учеников хоть в чем-то, но будут пробелы. На практике это иногда выглядит дико (по крайней мере для меня). Представьте себе: прилежный студент, умеет находить производные, умеет интегрировать (то есть он вызубрил все правила, про "штрих" и "вертикальную карлючку"), но вот дроби складывать не умеет. Или, допустим, складывать умеет, а вычитать - никак - ну не выучил вовремя! При этом он может знать всю таблицу умножения, но вот чему равно 6 умножить на 7 - нет (может, он просто проболел в тот день, когда учитель в школе это сообщал). Теперь вы, надеюсь, поняли, что на самом деле 3/6 может равняться не только 1/3, а вообще чему угодно. Если хотите, это можно назвать "пятым правилом арифметики": сколько скажем, столько и будет!
Мне неизвестно, сколько времени здесь продолжается весь этот образовательный "апокалипсис", может, лет десять, может, чуть меньше, но то, что в школы уже пришли преподаватели "нового поколения" - выпускники таких вот университетов - это точно, я вижу по своим ученикам. Что же касается моих коллег - нынешней университетской профессуры... Нет, с арифметикой у них все в порядке, и, вообще, в каком-то смысле все они довольно грамотные люди - стареющее вымирающее поколение. Но, с другой стороны, когда происходит такой всеобщий бардак в образовании, вольно или невольно, но тупеют все - не только ученики, но и преподаватели, видимо, это какой-то неизбежный закон природы. Разврат развращает...
В этом учебном году на семестровой контрольной одной из задач была такая (я думаю, наши восьми-, а может, и семиклассники ее бы оценили): "Воздушный шар летит в одном направлении со скоростью 20 км/час в течение 1 часа и 45 минут. Затем направление движения меняется на заданный угол (60°), и воздушный шар летит еще 1 час и 45 минут с той же скоростью. Найти расстояние от точки старта до точки приземления". Перед контрольной на протяжении двух недель среди преподавателей университета шла бурная дискуссия - не слишком ли сложна эта задача для наших студентов. В конце концов решили рискнуть выставить ее на контрольную, но с условием, что те, кто ее решит, получат дополнительно несколько премиальных очков. Затем в помощь преподавателям, которые будут проверять студенческие работы, автор этой задачи дал ее решение. Решение занимало половину страницы и было неправильным. Когда я это заметил и поднял было визг, коллеги тут же успокоили меня очень простым аргументом: "Чего ты нервничаешь? Все равно эту задачу никто не решит..." И они оказались правы. Из полутора сотен студентов, писавших контрольную, ее решили только два человека (и это были китайцы). Из моих пятидесяти учеников примерно половина даже не попыталась ее решать, а у тех, кто сделал такую попытку, спектр полученных ответов простирался от 104 метров до 108 500 километров. Отдавая работу той студентке, которая умудрилась получить расстояние в 108,5 тысячи километров, я попытался было воззвать к ее здравому смыслу: дескать, ведь это два с половиной раза облететь вокруг земного шара! Но она мне с достоинством ответила: "Да, я уже знаю - это неправильное решение". Такие вот дела...
Читатель небось уже измучился в ожидании ответа на давно созревший вопрос: "Как же такое может быть?!" Ведь Франция - высокоразвитая культурная страна, в которой полным-полно умных образованных людей. Это один из главных мировых лидеров и в теоретической физике, и в математике, и в высоких технологиях, страна, где по российским понятиям "все хорошо". И в конце концов куда подевалась выдающаяся французская математическая школа "Бурбаки"? И вообще, при чем тут "Единый государственный экзамен"?
Про "Бурбаки" ответить проще всего. Эта школа никуда не делась, она продолжает функционировать, но при этом стала похожей на "черную дыру": людей (и талантливых людей!) она продолжает в себя "всасывать", но что там у нее делается внутри, те, кто находится снаружи, уже не знают. Это стало чем-то вроде "игры в бисер" Германа Гессе. Хотя мощная математическая традиция "Бурбаки" во французском обществе конечно же осталась. Именно поэтому несчастных детишек здесь так мучают шарадами про деление в столбик. Или, к примеру, когда нужно было решить уравнение 5х + 3 = 0, один мой студент исписал целую страницу рассуждениями про структуру и счетность множества решений такого типа уравнений, но само уравнение решить так и не смог. Хорошо известно, что получается, если из учения, веры или науки уходит дух, а остается один формальный ритуал: маразм.
Что же касается "как же такое может быть?!", то, как видите, может, очень даже может! Правда, я подозреваю, только до поры до времени. Во-первых, нужно иметь в виду, что вся эта катастрофа в образовании началась не так уж давно, и когда говорят про умных и образованных людей, то это в действительности очень тонкий слой общества (на котором на самом деле все и держится), состоящий из пожилых, стареющих (и вымирающих) "динозавров". И подпитки в этот слой сейчас просто не происходит (точнее, она происходит за счет китайцев и прочих там русских). Во-вторых, существует и совершенно другая точка зрения на происходящее. Этот крайне циничный взгляд на современное общество как-то растолковал мне один мой коллега по университету (огромный патриот Франции, по происхождению поляк, несколько лет проучившийся в Москве, прекрасно говорящий по-русски, большой знаток русской литературы). Он очень умный человек, тоже преподает и прекрасно видит, что происходит, но при этом считает, что никакой катастрофы нет, а наоборот, все правильно, все развивается как надо. Дело в том, что современному развитому обществу нужны только хорошие исполнители. Творческие, думающие люди, конечно, тоже требуются, но буквально единицы. Поэтому вся система образования должна быть настроена на отбор, выращивание и дрессировку именно хороших исполнителей, а учить думать молодых людей совершенно не нужно: в современном обществе это только повредит их будущей профессиональной деятельности, какой бы она ни была. Что же касается творческих личностей, то о них особенно беспокоиться не следует: тот, кто действительно талантлив, так или иначе все равно пробьется. В этом смысле, по большому счету, совершенно не важно, каким предметам мы их тут, в университете, учим (по крайней мере на первых курсах). Вместо физики с математикой вполне можно было бы заставлять зубрить, например, латынь (вот только специалистов таких сейчас не сыщешь). Все равно в будущей профессиональной деятельности никакое понимание физики с математикой им не понадобится. На уровне школы и университета важно просто производить отбор и дрессировку самых послушных, трудолюбивых и исполнительных, вот и все. А для тех, кто вылетает из этой системы, для тех, кто идет в "отходы", существуют метлы для подметания улиц, кассовые аппараты в супермаркетах, заводские конвейеры и т. д. Вы вон в Советском Союзе в свое время напроизводили миллионы образованных "думающих" инженеров - и что? По части своих прямых профессиональных обязанностей они, как правило, ни черта делать не умели, а предпочитали размышлять о судьбах мира, о смысле жизни, о Достоевском... Причем, согласитесь, сами эти, так сказать, "думающие образованные инженеры" сплошь и рядом чувствовали себя несчастными людьми: невоплощенные мечты о великих свершениях, нереализованные таланты, мировая скорбь и тому подобное. А тут жизненные претензии и запросы, как личные, так и профессиональные, четко алгоритмированы, и все счастливы и довольны...
Я думаю, мысль понятна, и дальше можно не распространяться. Обо всем этом уже писано-переписано в бесчисленных утопиях и антиутопиях. Мне лично подобная точка зрения на развитое современное общество крайне несимпатична, но это отнюдь не значит, что она ошибочна. Мне кажется, что в подобной системе никакие таланты никуда не пробьются (просто потому, что их некому будет учить), и тогда люди, точнее, "роботы-исполнители" очень быстро разучатся строить "Великие пирамиды". Но, может, я и ошибаюсь...
Теперь, надеюсь, понятно, при чем тут "Единый государственный экзамен"? Когда люди, вместо того чтобы думать самим и учить думать своих детей, пытаются в конечном итоге все на свете сводить к алгоритмам и тупым тестам, наступает всеобщее отупение. Впрочем, что тут первично, а что вторично, не знаю: вполне возможно, что все эти БАКи, ЕГЭ и прочие тесты не более чем следствие (а вовсе не причина) всеобщего, скажем так, "радикального упрощения мышления" в развитом обществе. В моей молодости экзамены в стиле ЕГЭ проводились только на военной кафедре, что как раз было вполне оправданно и понятно: "приказ начальника - закон для подчиненного", и все тут, а думать при этом было противопоказано. Теперь подобный стиль обучения похоже становится всеобщим. По мне так уж лучше пусть будет коррупция, чем кристально честное общество исполнительных роботов-идиотов. Хотя, впрочем, у меня есть сильные подозрения, что в этом смысле России ничего особенно серьезного не грозит. У нас сплошь и рядом вязнут и дохнут не только благие начинания, но, к счастью, и идиотские.
Ну а если подобная "алгоритмизация" жизни и в самом деле есть магистральная дорога дальнейшего развития человечества (в конце концов, если это эффективно, то почему нет?), что ж, тогда мне просто останется пожелать ему счастливого пути. Удачи вам, ребята, дальше продолжайте без меня, я остаюсь...
Иллюстрация - "Эйфелева башня". Александр Эйфель построил множество мостов, виадуков и других стальных сооружений, занимался вопросами аэродинамики. Всемирную известность принесла ему ажурная башня, ставшая символом Парижа. Сможет ли Франция дать миру столь же широко образованных и талантливых инженеров, каким был Эйфель?
Иллюстрация - "Останкинская телевизионная башня". Останкинская телевизионная башня, построенная в 1960-х годах по проекту лауреата Ленинской премии В. Никитина, - одно из самых совершенных сооружений мира. Она отличается изяществом инженерных решений и высокой надежностью конструкции. Смогут ли после готовящихся реформ образования и науки в стране появиться инженеры, способные превзойти ее создателей?

http://www.sdelanounih.ru/uroven-matema ... o-francii/




Интересные факты о Константине Циолковском

17 сентября 1857 года в Рязанской губернии на свет появился человек, без которого невозможно представить космонавтику. Это Константин Эдуардович Циолковский – ученый-самоучка, который обосновал идею, что именно ракеты нужно использовать для полетов в космос.
Он искренне верил в то, что человечество достигнет такого уровня развития, что будет способно заселять просторы Вселенной.

Циолковский — дворянин

Отец Эдуард Игнатьевич работал лесником и был, как вспоминал сын, из обедневшего дворянского рода, а мать Мария Ивановна происходила из семьи мелких помещиков. Она же обучила его грамматике и чтению.
«Проблески серьезного умственного сознания проявились при чтении. Лет в 14 я вздумал почитать арифметику, и мне показалось все там совершенно ясным и понятным. С этого времени я понял, что книги — вещь немудреная и вполне мне доступная».
«Нас ждут бездны открытий и мудрости. Будем жить, чтобы получить их и царствовать во Вселенной, подобно другим бессмертным».

Циолковский с детства страдал глухотой

Маленький Константин в детстве переболел скарлатиной, отчего ему было трудно учиться в мужской гимназии в Вятке (современный Киров), куда переехал в 1868 году. Вообще, Циолковского часто наказывали за всякие шалости в классе.
«Страх естественной смерти уничтожится от глубокого познания природы».
«Сначала неизбежно идут: мысль, фантазия, сказка. За ними шествует научный расчет и уже, в конце концов, исполнение венчает мысль».

Ученый не получил образования

Циолковский был отчислен из гимназии. А когда юноше было 16 лет, ему не удалось поступить в московское техническое училище. После этого Константин занимался только самообразованием и репетиторством. В Москве он грыз гранит науки в библиотеке Румянцевского музея. По воспоминаниям Циолковского, ему так не хватало денег в столице, что он в буквальном смысле питался только черным хлебом и водой.
«Основной мотив моей жизни — сделать что-нибудь полезное для людей, не прожить даром жизнь, продвинуть человечество хоть немного вперед. Вот почему я интересовался тем, что не давало мне ни хлеба, ни силы. Но я надеюсь, что мои работы, может быть скоро, а может быть в отдаленном будущем, дадут обществу горы хлеба и бездну могущества».
«Проникни люди в солнечную систему, распоряжайся в ней, как хозяйка в доме: раскроются ли тогда тайны мира? Нисколько! Как осмотр какого-нибудь камушка или раковины не раскроет еще тайн океана».

Циолковский по профессии был учителем

Вернувшись домой в Рязань, Константин с успехом сдал экзамены на звание уездного учителя математики. Он получил направление в Боровское училище (территория современной Калужской области), где обосновался в 1880 году. Там же педагог писал научные исследования и работы. Не имея связей в научном мире, Циолковский самостоятельно разработал кинетическую теорию газов. Хотя это было сделано четверть века назад. Говорят, сам Дмитрий Менделеев сообщил ему, что он открыл Америку.
«Новые идеи надо поддерживать. Немногие имеют такую ценность, но это очень драгоценное свойство людей».
«Время, возможно, существует, однако мы не знаем, где его следует искать. Если время существует в природе, то оно еще не открыто».

Коллеги сначала не понимали Циолковского

В 1885 году ученый всерьез увлекся идеей создать аэростат. Он отправлял доклады и письма в научные организации касательно этого вопроса. Однако получил отказ: «Г-ну Циолковскому оказать нравственную поддержку, сообщив ему мнение Отдела о его проекте. Просьбу же о пособии на проведение опытов отклонить», — писали ему из Русского технического общества. Тем не менее, педагогу удалось добиться того, чтобы его статьи и труды регулярно издавались.
«Теперь, наоборот, меня мучает мысль: окупил ли я своими трудами тот хлеб, который я ел в течение 77-ми лет? Поэтому я всю жизнь стремился к крестьянскому земледелию, чтобы буквально есть свой хлеб».
Смерть есть одна из иллюзий слабого человеческого разума. Ее нет, потому что существование атома в неорганической материи не отмечается памятью и временем, последнего как бы нет. Множество же существований атома в органической форме сливаются в одну субъективно непрерывную и счастливую жизнь — счастливую, так как иной нет».

Циолковский раньше всех узнал, каково быть на Луне

В своей научно-фантастической повести «На Луне» Циолковский писал: «Медлить более было нельзя: жара стояла адская; по крайней мере, снаружи, в местах освещенных, каменная почва накаливалась до того, что пришлось подвязать под сапоги довольно толстые деревянные дощечки. Второпях мы роняли стеклянную и глиняную посуду, но она не разбивалась — так слаба была тяжесть». По признаниям многих, ученый в точности описал лунную атмосферу.
«Планета есть колыбель разума, но нельзя вечно жить в колыбели».

http://back-in-ussr.com/2016/09/interes ... vskom.html


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Полные тексты выпусков еженедельника "Эконометрика"
СообщениеДобавлено: Вс авг 20, 2017 2:03 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 7394
Электронный еженедельник «Эконометрика» No.865 от 21 августа 2017 г.

Уважаемые подписчики!

Место и роль общинных отношений в жизни человечества рассматривает с точки зрения теории природного и общественного воспроизводства профессор, доктор философских наук, кандидат исторических наук Е.Т. Бородин.
Западные ценности, о которых сейчас некоторые говорят с придыханием, имеют довольно давнюю людоедскую историю. Каннибализм, блуд, гомосексуализм, некрофилия - не современное изобретение, вводимое с помощью технологии окон Овертона. Всё это было в Европе всего несколько сотен лет назад. Об этом - в статье "Европа, которую лучше не знать".


Общинные отношения: их место и роль в жизни человечества

Е.Т. Бородин,
профессор, доктор философских наук, кандидат исторических наук

Данную статью следует рассматривать как итоговую в моей многолетней работе над теорией «природного и общественного воспроизводства». Без её идей и выводов эта теория будет неполной и незавершенной.

Вся историческая наука, с самого начала её появления и до настоящего времени, почти целиком посвящена изучению истории политической, культурной, экономической жизни общества. Очень небольшая часть историков предметом исследования сделала общинно-родовые отношения. Но и для них эти отношения есть не что иное, как отжившая архаика. При этом игнорируется в высшей степени важный факт: до сих пор абсолютно все люди, в том числе и в тех странах, что считаются наиболее развитыми, живут семейно-родственными, клановыми, всевозможными корпоративными, этническими, национальными отношениями, т.е. отношениями, которые являются либо непосредственно общинно-родовыми, либо производными из них. В результате мы имеем существенно искаженную картину социального мира, которую предлагает нам историческая и, связанные с ней, социологические науки. К настоящему времени имеются и фактологическая база, и теоретическая возможность посмотреть по-новому на место и роль общинных отношений в жизни общества. Данная статья посвящена реализации этой возможности.
Тема статьи требует определиться с понятием «община». Трудность сделать это связана с тем, что развитие общественной жизни сопровождалось трансформацией родовой общины и образованием большого разнообразия структур общинного типа. Поэтому мы встречаем в литературе множество толкований того, что такое община. Наш философский подход обязывает исходить из такого определения общины, которое раскрывает то общее, что присуще всем общинам, т.е. является их сущностью. Попытки дать такое определение уже предпринимались. Например, в историческом словаре мы читаем: «община - объединение людей, связанных общими интересами». Это определение верно, но не полно. Знание об общинных отношениях, накопленные к настоящему времени, позволяют утверждать: община - социальное образование, воспроизводящееся посредством реализации общиноцентристских интересов – интересов, по отношению к которым интересы других общин или второстепенны или чужды, или даже враждебны. Сущностной чертой общины является ее потребность в отношениях обмена с другими общинами материальными и культурно-духовными ценностями, а также людьми.
Рассматриваемые данной статьей проблемы делают необходимым по-новому подойти к пониманию одного из законов диалектики, считающегося всеобщим законом. А именно: закона единства и борьбы противоположностей. Обращаем внимание: закон «о единстве» не предполагает антагонизма в процессах, в основе которых он лежит, ибо ни о каком единстве противоположностей речи не может идти, если противоположности взаимноантагонистичны, а это значит - закон единства и борьбы противоположностей есть закон системной природы, в которой отсутствуют антагонизмы (подробней об этом см.: Е.Т. Бородин «Современный философский материализм и синергетика. Природное производство». Вестник МГУ, серия 7. Философия, 1999, № 1, стр. 20-37).
Под воздействием закона единства и борьбы противоположностей происходит наблюдаемое в природе развитие от низших форм движения материи к высшим её формам. В полной мере действие этого закона проявляется в общественной жизни. Поэтому его можно определить как закон социальной жизни, как закон творчества. Развиваясь на основе этого закона, общество в период становления его зрелости подвержено влиянию стихийности, присущей биологической жизни. Стихийность эта проявляется в виде чрезвычайной, доходящей до антагонизма противоречивости процесса становления социальной зрелости. Наблюдаемые в жизни людей антагонизмы говорят о том, что жизнь их ещё не стала вполне социальной.
В современной социологии, практически игнорируется тот факт, что человек не только социальное, но и биологическое существо. От того, что он стал социальным существом, он не перестал быть одним из видов приматов, млекопитающих. Первая социальная общность - родовая община, только что рождённая биологической природой, связана «пуповиной» со своей матерью. Биологические законы продолжают играть существенную роль в общественной жизни.
Социальная первичность общинного строя заключается в том, что воспроизводство общественной жизни осуществляется на примитивном уровне, а именно, на основе природной среды и тех психофизиологических данных, которые люди унаследовали от своих биологических предков. Несмотря на всю свою «биологичность» родовая община является хотя и первичной, но социальной общностью, осуществляющей целостное воспроизводство общественной жизни. Сущность этой целостности в том, что производство материальных благ и производство самого человека с его способностями происходит в едином, синкретическом процессе. Одним из проявлений целостности внутриобщинной жизни является общинноцентристский характер интересов общины, т.е. сосредоточенность её интересов на воспроизводстве собственной общественной жизни. Целостность внутриобщественной жизни придает ей черты, присущие социальности как таковой: альтруизм, отсутствие социального неравенства, единство интересов членов социальной общности. На этом основании общинная жизнь определяется как первобытно-коммунистическая. Этим чертам коммунистичности предстоит, пройдя через перипетии цивилизационного развития, сохраниться и вновь стать основными в зрелой общественной жизни.
Когда биологическая семья проточеловека превращается в социальное явление – родовую общину - её жизнь начинает подчиняться социальному творческому закону единства и борьбы противоположностей. Подчеркиваю, начинает, а не подчиняется полностью. Но и это «начало» существенно меняет жизнь биологической семьи. Она, оставаясь во многом биологическим явлением, становится социальной организацией. В отличие от биологического вида, только что возникшая социальность содержит в себе потенцию к развитию в виде потребности родовой общины в обменных отношениях с другими общинами материальными, культурно-духовными ценностями и людьми, с их способностями воспроизводить общественную жизнь. С возникновением родовых общин зарождаются обменные, а вместе с ними и организационно-управленческие отношения между ними, призванные, в конечном счёте, осуществить метаморфозу, трансформацию первичной (первобытной) формации в зрелую социальную формацию.
Важно видеть отличия межобщинных отношений от внутриобщинных. Если внутриобщинные отношения выполняют единую целостную функцию – осуществлять воспроизводство общественной жизни, то отношения между общинами призваны выполнять две функции: 1) служить общим интересам участников межобщинных отношений; 2) обслуживать сугубо общинные, общинноцентристские интересы.
То, что межобщинные отношения выполняют две во многом несовместимые функции, говорит об их двойственной сущности. Выполняя первую функцию, они выступают как отношения социального развития, а именно: развития экономики, государственности и культуры. Иначе говоря, они являются цивилизационными, т.е. такими, посредством которых создаются предпосылки перехода от первичной - общинной социальности к зрелой. В совершенно ином виде предстают отношения между общинами, когда посредством их удовлетворятся общинноцентрические интересы: они приобретают, биологическую по своему происхождению крайнюю противоречивость, которая порождает такие антисоциальные явления, как эксплуатация (социальный паразитизм), всевозможные преступления, конфликты, войны.
Общественная наука «ухитряется» не видеть, что, начиная с возникновения родовых общин и до настоящего времени, общественная жизнь носит общинный характер. Все социальные образования прошлого и настоящего возникали на базе трансформирующихся общинно-родовых отношений и являются общинными структурами. Это относится ко всем социальным общностям, включая этносы и нации. Для простоты понимания можно представить образно всё человечество в виде большой «матрёшки» - общины. Внутри неё «матрёшки» меньше - нации, внутри последних «матрёшки» - этносы, внутри которых множество различных «матрёшек» - корпораций и, наконец, семья и самая маленькая атомизированная община: «матрёшка» — личность. Каждая «матрёшка» имеет свои общиноцентрические интересы, но ей в разной степени не чужды или, наоборот, чужды, интересы других «матрёшек», включая интересы самой большой - человечества.
Сущностной чертой всех общинных образований является то, что они все имеют общиноцентрические интересы. Несмотря на эти их общиноцентрические интересы, у них, при вступлении в обменные отношения, появляются общие интересы. Отношения, направленные на удовлетворение этих общих интересов, становятся отношениями вновь образующейся общинной структуры с её общинноцентристкими интересами. Отсюда следует: отношения между общинами, будучи межобщинными, вместе с тем, объединяя участников обменных отношений в новые общинные структуры, становятся общинными отношениями.
Длительное время обменные и организационные отношения осуществлялись межродовыми общинами непосредственно, без посредников. Потребовались десятки тысячелетий для того, чтобы началась специализация отдельных родовых общин на обменных и управленческих отношениях. В результате этой специализации возникают социальные структуры общинного типа: торговые, политические и идеологические сословия, касты. Все они приобретают привилегии, которые закрепляются обычаем (традицией) и правом. Общинность сословий, каст выражается, прежде всего, в том, что их сословно-кастовые интересы являются для них первичными, тогда как обменные, управленческие служат лишь средством удовлетворения сословно-кастовых интересов. Возникновение сословных отношений означало разделение не только труда, но и самой жизнедеятельности между господствующими и порабощенными общинными структурами. Историческая роль привилегированных сословий крайне противоречива: они служат развитию государственности, экономики и культуры. В то же время, замкнутые на внутрисословных интересах, являются откровенно паразитическими по отношению к основной массе людей - общинников, до которых не доходят плоды прогресса.
Социальное развитие в условиях рабовладельческого феодального общества осуществляется посредством паразитизма одних и рабства других. Этот прогресс, - пишет Карл Маркс, - «уподобляется тому отвратительному языческому идолу, который не желает пить нектар иначе, как из черепов убитых». Парадоксальность прогресса в том, что он оказывается возможным лишь благодаря и вопреки общинным отношениям. Социальный прогресс, т.е. прогресс человеческий, часто осуществляется средствами отнюдь не гуманными, не человеческими. Таковым прогресс был до Маркса, при Марксе и вряд ли кто-то будет отрицать, что таковым, в принципе, остаётся до сих пор. Такой характер прогресса вызван низким уровнем начального развития не только производства материальных благ, но и производства самого человека, т.е. производства всей общественной жизни.
Для того чтобы создать условие для специализации и иметь время для творческой деятельности более высокого уровня, необходимо освободиться от рутинной жизнедеятельности. А сделать это можно только за счёт других людей, заставив их осуществлять за себя рутинный труд. Сделать это без насилия и обмана невозможно. Что и делается привилегированными сословиями и кастами, специализирующимися на прогрессивных видах деятельности. Это, конечно, не является оправданием паразитизма господствующих сословий. Паразитизм их выражается в том, что большая часть представителей этих сословий не приспособлена ни к чему, кроме как к паразитическому существованию. Привилегированные сословия состоят, в основном, из «мёртвых душ», «обломовых» и современных «гайдариев» и «собчачек».
Противоречивость исторической роли привилегированных сословий порождена противоречивостью тех отношений, на которых они специализируются. Поэтому есть основание остановиться на выяснении сути противоречий этих отношений. Начнем с экономических отношений, хотя бы потому, что они на сегодняшний день наиболее изучены.

Экономические товарно-денежные отношения

Каждый из трёх видов межобщинных отношений имеет свою форму существования: отношение обмена материальными ценностями, товарно-денежную, отношение обмена культурными ценностями и людьми: идеологическую, организационно-управленческую и государственно-правовую. В силу двухсущностной природы этих видов отношений каждое из них подчинено двум различным законам. Так, отношения обмена материальными ценностями с возникновением товарно-денежной формы начинают подчиняться экономическому закону стоимости, открытому Адамом Смитом. Закон стоимости есть закон эквивалентного обмена — закон, по которому обменные отношения обслуживают общие интересы обменивающихся сторон. Он есть не что иное, как проявление в экономической жизни закона единства и борьбы противоположностей. Однако влияние этого закона на экономические отношения до сих пор весьма ограничено, ибо при феодализме, т.е. на первом этапе цивилизационного развития общества, господствует закон феодальной ренты. Сущность феодальной ренты: присвоение прибавочного продукта привилегированными сословиями посредством принуждения производителя. Средством взимания феодальной ренты являются различные виды привилегий, в том числе, право собственности на средства производства.
Принято считать, что в результате буржуазных революций феодальные привилегированные сословия лишаются привилегий и исчезают, а на смену феодализму приходит принципиально иной — капиталистический строй. Для доказательства этого ссылаются на те изменения в товарно-денежных отношениях, которые произошли в связи с превращением рабочей силы в товар. При этом не учитывается, что более высокий уровень развития товарно-денежных отношений не является свидетельством перехода к новому общественному строю. Эти отношения с начала их возникновения были одним из инструментов взимания феодальной ренты. Им они и остались. Товарно-денежные отношения вызваны к жизни отношениями обмена материальными ценностями между общинами. Это их предназначение сохраняется и при капитализме и дополняется функцией обслуживания самого производства материальных благ, приобретшего к этому времени общественный характер. Применение товарно-денежных отношений за пределами обмена материальными ценностями противно их сущностному предназначению. В этом случае они разрушающе влияют на общественные отношения.
Карл Марк открыл закон прибавочной стоимости, лежащий в основе капиталистической экономики. При всей ценности многих аспектов исследований Карлом Марксом прибавочной стоимости стоит отметить, что он неосновательно противопоставил закон прибавочной стоимости закону феодальной ренты. Увеличение роли товарно-денежных отношений в жизни общества помешало ему увидеть, что класс капиталистов - не антипод феодальным сословиям, а лишь новый вид этих сословий. На самом деле, чем отличается капиталист от традиционного феодала, если он присваивает прибавочный продукт так же, имея феодальную привилегию — право собственности на средства производства, закреплённое законом государства? Купля-продажа рабочей силы не есть нечто чуждое феодализму. Разница между трудовым контрактом, определяющим заработную плату, и покупкой раба, не так уж и велика. При капитализме рабство сохраняется, завуалированное привилегией собственника на средства производства и процедуры купли-продажи рабочей силы.
Капиталистические экономические отношения по своей сути являются межобщинными отношениями производства и обмена материальными ценностями. Они, как и другие межобщинные отношения, имеют двоякую природу. В связи с этим и прибавочная стоимость, создаваемая этими отношениями, имеет двойную социальную природу. Часть её является феодальной рентой, присваиваемой и используемой капиталистом для удовлетворения сословных и семейно-личностных интересов. Другая часть идет на расширенное воспроизводство материальных благ, а через налоговую систему на воспроизводство всей общественной жизни. Это говорит о том, что капиталистические экономические отношения подчинены, прежде всего, закону феодальной ренты и лишь затем закону стоимости.
Понимание двойственности капиталистических отношений позволяет в новом свете видеть саму сущность капиталистической эксплуатации: предприниматель как организатор производства, распоряжающийся прибавочной стоимостью, не является эксплуататором, если он расходует её в интересах общества, а именно, на расширенное воспроизводство и налоги. В этом своём качестве предпринимательская деятельность является социально оправданной и заслуживает поддержки со стороны общества. Как ответственный организатор производственного процесса, выступающий в качестве менеджера, предприниматель затрачивает свою собственную рабочую силу, которая имеет стоимость. На эту стоимость рабочей силы он имеет полное право претендовать. Однако таких предпринимателей, которые ограничились бы присвоением стоимости их рабочей силы, как говорится, «не найти и днем с огнем». При всей своей социальной необходимости, сословие предпринимателей обладает эксплуататорским характером.
Из сказанного выше следует: суть капиталистической эксплуатации не присвоение прибавочной стоимости вообще, а присвоение её в сословных и лично-семейных интересах в качестве феодальной ренты. Для сословия капиталистов капитал есть самовозрастающая феодальная рента - средство эксплуатации. Чем крупнее капитал, тем выше его возможность к самовозрастанию. Поэтому капиталист в своём стремлении увеличить капитал, готов делиться феодальной рентой с любым собственником денег. Он позволяет обладателям денег, инвестируя их, становиться таким же капиталистами - эксплуататорами. У рабочих и всех наёмных работников, создающих прибавочную стоимость, также двойная социальная природа. Во-первых, они как крепостные рабы вынуждены отрабатывать феодальную ренту, а во-вторых, являются созидателями материальных ценностей, служащих средством воспроизводства общественной жизни. Эта их двойственность сохранится до тех пор, пока они не перестанут жить, как и капиталисты, прежде всего своими лично-семейными интересами.
Принципиально новым для капиталистического общества является резкое возрастание товарно-денежных отношений. Это выразилось в превращении в товар не только самого рабочего в качестве рабочей силы, но и культурных ценностей. Это значит, что товарно-денежный регулятор обмена материальными ценностями вторгается в сферу культурно-духовной жизни, которой присущ иной, а именно морально-нравственный идеологический регулятор. Превращение государственного служащего - чиновника в наёмного работника означает вторжение товарно-денежного регулятора в политическую сферу с её государственно-правовым регулятором. В той степени, в какой капиталистические отношения проникают в культурную и политическую сферы, эти сферы начинают деградировать.
Воздействию товарно-денежного регулятора подвержена и внутрисемейная жизнь. И она в меньшей степени, но подвержена деградации. Все это послужило основанием для Карла Маркса утверждать, что капитализм есть не строй экономической сферы, а строй всей общественной жизни. Это утверждение основано на явном преувеличении роли экономических отношений в жизни общества.
Однако не следует и умалять роль товарно-денежных отношений. Она возросла настолько, что позволила мировому финансовому капиталу установить не только экономическую, но и политическую, и идеологическую власть в мире. Это стало возможно благодаря той феодальной ренте, которую взимает мировой финансовый капитал со всего человечества.
Феодальная рента мирового финансового капитала столь велика, что её хватает и на дворцы, яхты, на создание гламурной жизни женам, детям и любовницам капиталистов, и на подкуп менеджеров, рабочей и интеллектуальной аристократии, чиновников, многочисленных идеологов, оправдывающих капитализм, т.е. хватает на кормление феодальной рентой целого феодального, либерального по своей сути сословия. Более того, на кормлении финансового капитала находится три государства: Америка, Англия, Израиль, являющихся военно-политической силой, обеспечивающей ему мировое господство.
Но, несмотря на весь разгул мирового финансового капитала, нет оснований для утверждения, что экономические отношения есть нечто самостоятельное, определяющие все остальные общественные отношения. Их роль чрезвычайно противоречива и меняется в процессе общественного развития, так, например, товарно-денежные отношения внутри вновь образующихся общинных структур - племени, этноса, нации и даже нарождающейся общечеловеческой общности - земляне - частично заменяются общинной, распределительной формой, в виде всевозможных пособий, пенсий, стипендий, бесплатных услуг членам общины или сохраняются в качестве средства обслуживания общих, общинных интересов, а, значит, приобретают общинный характер.
Отсюда следует вывод методологического значения: не экономические отношения определяют общественную жизнь, а общиноцентризм, который служит и основанием прогресса и его тормозом. Преодоление общиноцентризма до сих пор было возможно лишь при его сохранении. Иначе говоря, основную роль в жизни современного общества играют общинные отношения, нацеленные, прежде всего, и главным образом на удовлетворение внутриобщинных интересов.
Освободиться от капиталистических товарно-денежных отношений в настоящее время и в ближайшей перспективе общество не может. Какую же позицию оно должно занять? Другой позиции, более верной, чем та, что сформулирована В.И. Лениным, нет: контроль, контроль и ещё раз контроль. Перед государством стоит задача не только контроля за степенью капиталистической эксплуатации, но и совершенствования экономических отношений. Суть совершенствования экономических отношений в том, чтобы они, в конечном счете, подчинялись закону стоимости (эквивалентного обмена). Для этого необходимо, чтобы выполнялась важнейшая функция государства - обеспечение эквивалентности товарно-денежного обмена. Выполняя эту функцию, государство должно создать систему правовых норм. Замечательные предложения по этому поводу содержится в статье профессора А.А. Исаева «Организация эквивалентного обмена в России» (Ж. Проблемы современной экономики, № 1\2, (13/4), 2005).
Государство, чтобы справиться со стоящими перед ним задачами, должно поэтапно уступать свою власть гражданскому обществу, развитию которого так мало уделяют внимания патриотические силы, и на идее которого так часто спекулируют идеологи либерально-олигархического сословия. Идеологический контроль должен опираться, прежде всего, на исторически сложившиеся моральные установки. Народная мудрость гласит «кичиться богатством аморально», более того, быть богатым стыдно, ибо хорошо известно, что «трудом праведным не наживёшь палат каменных». Каждый капиталист должен понимать: во-первых, что общество его, как эксплуататора, лишь вынуждено терпеть, из-за своего несовершенства, во-вторых, его обязанность, как собственника средств производства, созданных общественным трудом, служить обществу, его экономическим интересам.
Остановимся, хотя бы кратко, на экономических причинных гибели советского общества. Сделать это невозможно без небольшого исторического экскурса. Целый ряд антифеодальных революций, прошедших в XVI-XIX веках в Европе и в Америке завершились не ликвидацией феодализма, а переходом его в новую стадию, которую принято называть капитализмом. На смену традиционным феодальным сословиям пришли новые — собственники средств производства, и, прежде всего, представители мирового финансового капитала с обслуживающим его интересы мировым либерально-олигархическим сословием. К концу XIX века власть в мире, фактически, оказалась в руках этого исторического последнего, реакционного феодального сословия. Стала назревать новая, теперь уже антифеодальная революция. Революции в начале ХХ века в нашей стране и ряде других стран можно назвать «предродовыми схватками» мировой антифеодальной революции, а образование советской власти, «преждевременными родами» этой революции.
Революционерам в России, взявшим власть в стране в условиях, когда мировая революция не состоялась, ничего не оставалось, как попытаться построить социалистическое общество на основе утопических идей. Как мы тогда представляли себе построение социализма? Ликвидируем частную собственность, а с ней и класс социальных паразитов - капиталистов, всю собственность сделаем государственной, и весь прибавочный продукт будет использован в общих интересах. Так было на бумаге, но мы забыли про «овраги», забыли, что живём в обществе, состоящим из общинных структур, каждая из которых имеет свои исключительные интересы и обслуживать общие интересы они могут лишь при условии обеспечения интересов внутриобщинных. В обществе, состоящем из структур общинного типа нельзя иметь экономику, государство, идеологию, которые игнорировали бы общинно-центристские интересы и обслуживали только интересы общие. Утопическая убежденность, что такое возможно, привела к гибели государства самой справедливой идеологии из всех, что знает история.
У нас было построено общество с идеологией социальной справедливости и с экономикой капитализма. Государственно-капиталистическая экономика, получавшая название «социалистическая», обладала большим мобилизационным ресурсом и обнаружила способность решать экстремальные социальные проблемы. Однако, лишенная какой-либо конкуренции со стороны частного и корпоративного капитала, она приобрела ярко выраженный монопольный характер. Отраслевым подразделениям экономики и отдельным предприятиям, из которых они состояли, с их монополией на производимую ими продукцию, было удобнее и выгоднее удовлетворять свои общинно-центристские интересы не за счёт расширения и совершенствования производства, а путем создания дефицита. И этот дефицит вместе с идеологическими и организационно-политическими ошибками подготовил условия для победы контрреволюции. Конечно, не меньшую роль, чем ошибки советской власти, в её свержении сыграл мировой финансовый капитал с его либерал-олигархическим сословием. Об этом много и обстоятельно уже написано.

Культурно-идеологические отношения

В общественной жизни не менее существенную роль, чем отношения обмена материальными ценностями, играют отношения обмена между общинами культурными ценностями и людьми. В широком смысле, культура - способность человека осуществлять воспроизводство общественной жизни, а значит, и себя как носителя культуры. В отличие от биологических видов, способных на основе набора инстинктов, осуществлять лишь простое воспроизведение биологической жизни, человек обладает саморазвивающейся культурой, которая позволяет ему осуществлять расширенное воспроизводство общественной жизни.
Развитие культуры происходит в процессе воспроизводства человеком своей жизни, и вся его жизнь служит средством её развития. Однако у культуры есть и специальные средства развития. Важнейшим средством развития культуры является язык. С ним, так или иначе, связаны все средства развития культуры, которые принято называть культурными ценностями. Культура зарождается в родовой общине, но её развитие в рамках общины ограничено. Это порождает у неё потребность в обмене культурными ценностями с другими общинами и людьми, а именно, женщинами, способными воспроизводить самого человека - носителя культуры. Межобщинные культурные отношения нуждаются в их регулировании, поэтому очень рано приобретают идеологическую - религиозную форму существования. Культурно-идеологические отношения также противоречивы как экономические товарно-денежные, поскольку они осуществляются общинами, каждая из которых имеет свою культуру, мораль, и в то же время нуждается в культурных и моральных инновациях, служащих общим интересам участников обменных отношений.
В силу такой двойственности, культурно-идеологические отношения подчинены: 1) закону саморазвитию культуры, закону саморазвития человека, 2) закону сохранения общинной традиционной культуры и морали. Противоречие культурно-идеологических отношений часто видится как противоречие между традициями, служащими средством простого воспроизводства общественной жизни и инновациями - средством расширенного воспроизводства. Какие традиции и какие инновации больше служат развитию культуры, а какие, наоборот, мешают – это вопрос дискуссионный.
Итак, каждая община живет своей моралью. Особенно ярко общинная мораль демонстрируется отношением матери к преступлению её сына. Даже самое тяжкое его преступление она не только простит ему, но и найдет ему оправдание. При этом она встретит сочувствие у некоторых людей, ибо «эти некоторые» понимают, что вели бы себя на ее месте так же. Общинная культурно-моральная разобщенность существовала, конечно, и в прошлом, с начала образования родовых общин. С возникновением и развитием обменных отношений начинается формирование культурных инноваций и новых морально-нравственных установок, направленных на объединение общин для решения общих проблем. Каждая новая, образующаяся на основе обменных отношений общинная структура вырабатывает свою культуру и систему морально-нравственных норм, обоснованную мировоззренческими идеями, иначе говоря, создаёт свою идеологию. Например, на племенном этапе общественной жизни возникают так называемые языческие религии. При объединении племён в этносы, а последних в нации появляется потребность в так называемых, мировых религиях. Языческая религия - религия племенного общества, в котором ещё только зарождается социальное неравенство. И она, в связи с этим, лишена необходимости лицемерить и убеждать в необходимости терпеть угнетение привилегированных сословий. Это их качество - одна из причин симпатий к ней современных людей и появления неоязычества.
Как минимум три обстоятельства обусловили приход мировых религий на смену племенным языческим: 1) необходимость преодоления племенной раздробленности, 2) появление привилегированных сословий, которые нуждались в новой религии, оправдывающей их существование, 3) культура, достигшая более высокого уровня развития, нуждалась в более совершенной идеологии, способной стать формой её дальнейшего развития. Одна из задач мировой религии - мировоззренчески обосновать и предложить такую морально-нравственную систему, которая удовлетворяла бы и угнетателей, и угнетаемых. И она это делает, не стесняясь включить в эту систему совершенно разные, противоположные морально нравственные нормы. Общество первичной формации настолько несовершенно, порочно, что без самообмана существовать не может. Оно нуждается в идеологическом оправдании перед самим собой.
Общество первичной формации состоит из социальных слоев, противоречия между которыми близки к антагонизму. В этих условиях каждый из них по своим причинам нуждается в указанной выше идеологии. Господствующим сословиям, кастам такая идеология необходима как своеобразное оружие их господства. А угнетенным массам она нужна для того, чтобы приобрести умиротворенность и не взорваться, не начать бунт, в котором они понесут жертвы и потерпят неизбежное поражение.
Нередко духовенство обвиняют во лжи, вопиющей алогичности. Напрасно. Они выполняют возложенную на них обязанность говорить то, что хотят услышать прихожане, нуждающиеся в идеологическом самообмане. Ну, а верит ли сам проповедник, представитель одного из господствующих сословий, в то, что говорит? Это уже на его совести. Перед религиозной идеологией стоит весьма трудно разрешимая задача выполнять две, почти несовместимые функции: 1) служить формой существования культуры на начальном этапе её развития, 2) идеологически оправдывать эксплуатацию (социально-биологический паразитизм), неизбежную на первой - феодальной фазе цивилизации. В связи с такой двухфункциональностью религии её роль в общественной жизни крайне противоречива: с одной стороны – она в мифологической форме концентрирует в себе многими тысячелетиями накопленную человеческую мудрость, которая и позволяет ей быть формой существования культуры. Она заслуживает определения «колыбель культуры», поскольку ей мы обязаны зарождением и начальным развитием культуры. Но с другой стороны, религия используется как идеологическое оружие в руках господствующих сословий, используется в качестве духовного «опиума», «сивухи».
Научная идеология, как и религиозная, не может не считаться с фактом существования в обществе эксплуататорских отношений. Но в отличие от религиозных идеологий, которые призывают эксплуатируемых к смирению и, ссылками на «волю божью», по сути, оправдывают эксплуатацию, научная идеология раскрывает исторически преходящие причины эксплуататорских отношений, ищет и находит пути и средства их преодоления.
На определённом этапе развития культуры возникают такие средства развития человеческих способностей, как наука, искусство. Одновременно складывается, относительно самостоятельная, культурная сфера общественной жизни, аналогичная экономической, но со своими законами функционирования и развития, на сегодняшний день намного меньше разработанными, чем законы экономической сферы. Культура обладает способностью к саморазвитию. Саморазвитие культуры приводит к тому, что религиозная форма существования становится для нее тесной, иначе говоря, она перерастает в мифологическую форму религиозной, догматической идеологии. Ей становится необходима новая творческая идеология, развивающаяся вместе с развитием самой культуры.
С начала цивилизации начинают накапливаться обществоведческие знания, служившие предпосылкой возникновения науки об обществе. Рождение общественной науки произошло лишь в XIX веке в виде марксистской философии диалектического и исторического материализма. Происходит это рождение намного позднее возникновения многих других наук потому, что познание человеком собственной природы намного сложнее познания природы внешней. Наука об обществе вместе с другими науками является мировоззренческой базой научной идеологии. Поэтому появление науки об обществе сопровождается рождением научной идеологии. В настоящее время и та и другая пребывают в начале своего развития. Этим, не в последнюю очередь, объясняется их слабое влияние на сознание современного человека.
Мы живем на закате первичной формации и потому погружаемся в глубокий идеологический мрак: религиозная идеология, несмотря на возрастание численности церквей и мечетей, теряет своё влияние на умы и души людей, а научная ещё только делает первые шаги.
Бесформенная культура приобретает чудовищный вид всевозможных сектантских учений, а то и ещё хуже - оказывается изуродованной, закованной в рамки фашиствующих идеологий: нацизма, либерал-космополитизма, радикального клерикализма. Есть все основания надеяться, что это мрак перед рассветом, который наступит с ликвидацией господствующей в современном мире идеологии либерал-космополитизма.
Необходимость борьбы за наступление этого рассвета делает союзниками традиционные религии и научную идеологию в тактическом, а отчасти, в стратегическом плане. В нашей стране о возможности такого союза говорит то, что у верующих и неверующих граждан России много общего в понимании того, в каком бедственном положении оказалась наша страна после прихода к власти ставленников мирового финансового капитала и какие возможны выходы из него. Кто хочет в этом убедиться, пусть прочитает опубликованную под грифом «Всемирный русский народный собор» книгу «Русская доктрина» (М. 2007: Кобяков А., Аверьянов А., Кучеренко В., Калашников М.).
Однако у религиозной и научной идеологии прямо противоположные мировоззренческие позиции и те средства, которыми они реализуются. Если у религиозной идеологии это мифология, адептом которой сделать можно человека только методом внушения, догматического наставничества, подражательного воспитания, то у научной - знания о природе и обществе, которые выработала наука, и освоить которые можно только обладая творческими способностями. Развитие творческих способностей и является первейшей задачей научной идеологии. Такое различие между религиозной и научной идеологией неизбежно порождает между ними борьбу. Эта борьба не должна выходить за идеологические рамки.
Хорошо известный воинствующий атеизм есть отклонение от научной идеологии, порождённое условиями революции. Будущее общество немыслимо без вооружения его сознания научной идеологией. Смею надеяться, что разрабатываемая в течение последних десятилетий мною и рядом других ученых нашей страны, «теория производства и воспроизводства общественной жизни» поможет воспрянуть общественной науке а с ней и научной идеологии, приведенной либеральной контрреволюцией в «полуобморочное» состояние.

Политические государственно-правовые отношения

Вместе с экономическими и культурными отношениями возникают и политические. Они вызваны к жизни появлением противоречий, которые не решаются ни с помощью денег, ни идеологическим внушением. Появляется потребность в управлении обществом посредством организации, принуждения и насилия. Хорошо известно, что государство возникает в виде власти полубандитских образований - дружины во главе с князем, королем, ханом… Таковым, в принципе, оно остается и поныне, несмотря на его современный демократический антураж. Хотя наличие этого демократического антуража говорит о том, что современная государственная власть близка к существенным преобразованиям.
Политические отношения так же, как и обменные отношения, призваны решать противоречия между общими и общинноцентристскими интересами. Отсюда у них такая же двойственность, что свойственна и обменным отношениям. Двойственность заключается в том, что государство служит: с одной стороны общинноцентристским интересам, в частности, интересам капиталистов, а с другой оно обслуживает, так называемую, «социалку» с её зарождающимися социалистическими отношениями.
При такой двойственности государство приобретает образ загадочного существа. К.И. Чуковский для одной из своих сказок придумал дивное животное с двумя головами, спереди и сзади, и назвал его «тяни-толкай». Этот образ, противоречащий здравому смыслу, во многом похож на то, что представляет собой современное государство с его нередко абсурдной, алогичной политикой, порожденной противоречивостью решаемых им задач. Если говорить о функциональности государства, то его можно определить и как пособника воровству, и как инструмент борьбы с ворами - беспредельщиками. И то, и другое будет верно. Поэтому государство вынуждено бороться с самим собой. Эта борьба нередко принимает комедийный вид борьбы «нанайских мальчиков» (вспомним хотя бы, дело Сердюкова, Васильевой). Политика пособничества воровству, безусловно, грязное дело. И об этом часто говорят. Однако политика борьбы с ворами - беспредельщиками, ставящая воров в определенные рамки направлена на то, чтобы дать возможность обворованным жить, а то и в какой-то степени, улучшать свою жизнь, а, значит, развиваться.
Чиновник как лицо, проводящее государственную политику, неизбежно выполняет роль слуги как минимум «двух господ». Он обязан по закону служить и эксплуататорам, и народу в целом. Многих удивляют чрезмерно высокие зарплаты как федеральных, так и местных чиновников. Но удивляться не следует. Чиновники обязаны служить легализованному воровству. Но слуга вора, по определению, не может быть честным.
Нечестность его проявляется не только во взяточничестве, всевозможных махинациях, но и в назначении себе чрезвычайно повышенной зарплаты. При назначении себе зарплаты чиновники ориентируются не на стоимость рабочей силы, а на размер уворованного частными собственниками. Таким образом, они на «законном» основании присоединяются к воровству последних. Особое положение у чиновников - менеджеров предприятий государственного капитализма. Они вообще не стесняются приравнивать себя к собственникам средств производства. Путем завышенной зарплаты, благодаря безответственности, позволяющей грабить казну, чиновничество является одним из трёх феодальных сословий, изымающих у общества феодальную ренту. Вместе с тем современный чиновник, часто помимо своей воли, дабы усидеть в кресле, выполняет в высшей степени важную функцию обеспечения государством интересов общества.
Для того, чтобы чиновник действительно стал слугой общества, необходимы существенные изменения в государственно-правовых отношениях. Какие? Нам нужна демократия без либерал-демократов – агентуры олигархического капитала. Религиозные и нерелигиозные идеологи должны перестать быть сословием. Для этого они должны быть лишены любых привилегий, кроме одной - бескорыстно служить обществу. Нам нужно действительно светское государство - самоуправление гражданского общества. Для того, чтобы государство было таковым, во-первых, его необходимо вооружить научной идеологией, во-вторых, одно должно стать действенным инструментом в руках гражданского общества по контролю над сословиями капиталистов, чиновников и идеологов. Государственно-правовому управлению предстоит перерасти в социальное самоуправление. Дело в том, что обществу как природному явлению присуще самоуправление, а не государственное управление. Последнее представляет собой своего рода компенсацию отсутствующего социального самоуправления в период становления зрелой социальности. В настоящее время социальное самоуправление сохраняется в отмирающем виде в семье и лишь зарождается в масштабе общества (см. об этом: Бородин Е., Прудников М., Попов Г. Управление как средство компенсации социального самоуправления. Власть, 2013, № 9).
Социальное регулирование общественной жизни подчиняется двум законам: 1) закону самоуправления, представляющему собой творческий процесс, в котором субъект и объект управления находятся в состоянии единства и противоположностей; 2) закон управления регулированием поведения людей посредством организации, принуждения и насилия. По этому закону объект управления подчинен субъекту.

Заключение

В настоящее время на жизнь людей оказывают всё большее влияние процессы, которые принято называть глобализацией. Предпосылки к этому процессу начали назревать с началом межобщинных обменных отношений. Непосредственно он начался одновременно с так называемыми великими географическими открытиями. До ХХ века он был почти целиком подчинен биологическому закону колониального захвата чужих территорий и покорения туземных народов. И только в ХХ веке в значительной степени под влиянием Октябрьской революции в России процесс колонизации начинает приобретать человеческие черты: рушится старая традиционная система колониализма, ей на смену приходят новые колониальные отношения, основанные помимо принуждения, на товарно-денежных отношениях. Таким образом, сохраняется чудовищное извращение глобализации. Процесс глобализации по сути своей есть процесс объединения людей во все более крупные социальные образования с их общими интересами. Он породил современные нации, с одной стороны объединяющие в себе многочисленные этносы, а с другой - стремящиеся объединиться между собой в многонациональные союзы. На пути этого объективного прогрессивного процесса встало мировое либерально-олигархическое сословие, отстаивающее интересы мирового финансового капитала. А отстаивает оно их потому, что вскормлено финансовым капиталом для выполнения этих функций.
В настоящее время основным препятствием на пути дальнейшего социального развития является противоречие между общечеловеческими интересами и общинноцентрическими интересами мирового финансового капитала. Будущее человечества, а значит всех народов его составляющих, зависит от решения этого противоречия. Это противоречие приобрело такую остроту, что мир оказался накануне мировой антифеодальной революции.
Революции в идеологии советского времени представлялись как двигатель истории. И это верно. Без них невозможен был бы прогресс вообще. Однако весь исторический опыт говорит нам о том, что не было ни одной революции, которая не заканчивалась бы победой контрреволюции. Всегда после контрреволюционного переворота власть оказывалась в руках новых привилегированных сословий, классов.
Ни одна из национальных революций не изменила, да и не могла изменить общественный строй. Отсюда следует, что внеся существенные прогрессивные изменения в общественную жизнь, революции были в то же время бунтом, обреченным на поражение. Но это не значит, что революции не нужны в будущем. Необходимо, чтобы революция перестала быть бунтом. А для этого она должна быть сознательной настолько, чтобы соизмерять свои желания со своими возможностями. В настоящее время возможности мировой революции настолько возросли, что порождают надежду на скорое освобождение человечества от ига финансового капитала. Первыми шагами в победившей революции будет передача мировых банков и «денежного станка» под контроль сначала ООН, а затем мирового конфедеративного центра. На него и ляжет миссия помочь народам мира преодолеть тот кризис, в который их ввергло либерально-олигархическое сословие.
С образованием общечеловеческой общности общественные отношения приобретут принципиально новый характер. Общинноцентризм, став общечеловеческим, перестанет быть тормозом прогресса. Наблюдаемый сегодня рост экологических проблем порождается общинноцентризмом не человечества в целом, а транснациональных корпораций, принадлежащих финансовому капиталу. Ликвидация привилегированного либерально-олигархического сословия позволит решать не только экологические проблемы, но и ликвидирует угрозу термоядерной катастрофы, нависшей над человечеством. Только тогда общество займет свое место в природе. Его внутренняя гармоничность станет основой гармонизации природной среды. Назову это общество коммунистическим, вопреки дискредитации этого понятия врагами прогресса.

http://www.za-nauku.ru/index.php?option ... w&id=10126





Европа, которую лучше не знать

Западные ценности, о которых сейчас некоторые говорят с придыханием, имеют довольно давнюю людоедскую историю. Каннибализм, блуд, гомосексуализм, некрофилия - не современное изобретение, вводимое с помощью технологии окон Овертона. Всё это было в Европе всего несколько сотен лет назад...

Блуд

Шампфлери писал о религиозной жизни Франции в средние века:
Странные увеселения происходили в соборах и монастырях при больших праздниках церкви в средние века и в Эпоху Возрождения. Не только низшее духовенство участвует в веселых песнях и плясках, особенно на Пасхе и Рождестве, но даже и главнейшие церковные сановники. Монастерианцы мужских монастырей плясали тогда с монастерианками соседних женских, и епископы присоединялись к их веселью. Эрфуртская хроника описывает даже, как один сановник церкви предался при этом таким экзерсисам, что умер от прилива крови к голове.
Во Франции вплоть до Нового времени (сер. 17 в.) сохранялись языческие обряды: «Существовал языческий обычай, сохранившийся у христиан, чтобы в праздничные дни производить «блеяния», т. е. пения и пляски, потому что эта привычка к «блеяньям» осталась от соблюдения языческих обрядов. Только в 1212 году парижский собор запретил монастерианкам устраивать «безумные праздники» в такой форме.
От безумных праздников, где принимают фаллус, повсюду воздерживаться, и это мы тем сильнее запрещаем монетерианцам и монастерианкам.
Т. о., латинские монахи принимали самое активное участие в сатурналиях.
Король Карл VII в 1430 году снова запрещает в кафедрале в Труа (Trojes) эти религиозные «безумные праздники», где "возносят фаллус". В "празднествах" принимали активное участие латинские клирики.
Проповедник Гильом Пепэн так пишет о монахах своего времени:
Многие не реформированные служители культа, даже и посвященные в церковный сан, имели обыкновение входить в женские не реформированные монастыри и предаваться с монашенками разнузданнейшим пляскам и оргиям, — и это днем и ночью. Молчу об остальном, чтобы не оскорбить благочестивые умы.
Шампфлери продолжает: «На стенах зал некоторых старинных христианских храмов мы с удивлением видим изображения половых органов человека, которые угодливо выставлены напоказ среди предметов, назначенных для богослужения. Как будто эхо античного символизма, такие порнографические скульптуры в храмах с удивительной невинностью высечены каменотесами. Эти фаллические воспоминания старины, находимые в темных залах кафедральных соборов центральной Франции, особенно многочисленны в Жиронде. Бордосский ученый-археолог Лео Друэн показывал мне курьезные образчики бесстыдных скульптур, выставленных напоказ в старинных церквах его провинции, которые он скрывает в глубине своих папок! Но такой избыток стыдливости лишает нас важных научных знаний. Новейшие историки, умалчивая о христианских изображениях половых органов в некоторых помещениях старинных храмов, набрасывают покрывало на мысль того, кто хотел бы сопоставить памятники классической древности с памятниками средних веков. Серьезные книги о культе фаллуса с помощью серьезных рисунков осветили бы ярко этот предмет и обнаружили бы мировоззрение тех, кто и в средние века не мог еще отделаться от языческих культов» [Champfleury, p. 240].

Гомосексуализм

Средневековых монахов за мужеложество карали строго. Очень строго. Покаяниями.
Три самые известные книги покаяния – Книга Финниана, Книга Колумбана и Книга Куммеана содержат подробные описания наказания за различные виды гомосексуального поведения. Так, Книга Финниана устанавливала, что «те, кто совершают сношение сзади (т.е. подразумевается анальный секс), если это мальчики, то они совершают покаяние в течение двух лет, если мужчины – три, а если это вошло в привычку – то семь». Особое внимание уделено фелляции: «Те, кто удовлетворяют свои желания посредством губ, совершают покаяние на протяжении трёх лет. Если же это вошло в привычку, то семь». Колумбан требует, чтобы «монах, совершивший содомский грех, приносил покаяние в течение десяти лет». Куммеан устанавливает наказание за содомию в виде семи лет покаяния, за фелляцию – от четырех до семи лет. Меры ответственности для мальчиков разнятся очень существенно: за поцелуи — от шести до десяти постов в зависимости от того, был ли поцелуй «простым» или «страстным» и привел ли он к «осквернению» (то есть к эякуляции); от 20 до 40 дней поста за взаимную мастурбацию, сто дней поста за сношение «между бедер», а если это повторялось – то один год поста. «Юноша, которого осквернил старший, должен неделю поститься; если он изъявил согласие на грех, то 20 дней».
Позже Церковь осудила книги покаяния за их излишнюю мягкость к «противоестественным порокам» — основными наказаниями были пост и покаяния. Например, в Англии – сожжение содомитов ввел Эдуард I. Однако вспыхивали судебные костры из-за этого обвинения не часто… С 1317 по 1789 г. прошло всего 73 процесса. Эта цифра значительно уступает числу казненных еретиков, ведьм и т.п.
Обвинение в противоестественном разврате чаще применялось как дополнение к обвинению, чтобы подчеркнуть справедливость кары. Она инкриминировалась Жилю де Ре, тамплиерам, хотя в первом случае не являлась основным обвинением, а во втором – истинным мотивом казни.

Некрофилия и каннибализм

Человеческая плоть считалась одним из лучших лекарств. В дело шло всё – от макушки до пальцев ног.
К примеру, английский король Карл II регулярно пил настойку из человеческих черепов. Особенно целебными почему-то считались черепа из Ирландии, и королю привозили их оттуда.
В местах публичной казни всегда толпились эпилептики. Считалось, что кровь, брызнувшая при обезглавливании, вылечивает их от этой болезни.
Кровью вообще тогда лечили многие болезни. Так, Папа Иннокентий VIII регулярно пил кровь, сцеживаемую от трёх мальчиков.
С умерших до конца XVIII века разрешалось брать жир – его втирали при различных кожных заболеваниях.
Уже в XIV веке для приготовления лекарств из трупов стали использовать трупы недавно умерших людей и казненных преступников. Случалось, что палачи прямо с эшафота продавали свежую кровь и «человеческий жир». О том, каким образом это делалось, рассказывается в книге О. Кролла, изданной в 1609 году в Германии:
«Возьмите неповреждённый чистый труп рыжеволосого мужчины 24 лет, казнённого не ранее одного дня тому назад, предпочтительно через повешение, колесование или посажение на кол… Подержите его один день и одну ночь под солнцем и луной, затем разрежьте на крупные куски и посыпьте порошком мирры и алоэ, чтобы он не был слишком горьким…».
Был и другой способ: «Плоть нужно подержать несколько дней в винном спирте, затем подвесить в тенёчке и высушить на ветерке. После этого вам опять понадобится винный спирт для восстановления у плоти красного оттенка. Поскольку внешний вид трупа неотвратно вызывает позывы тошноты, хорошо бы месяц вымачивать эту мумию в оливковом масле. Масло вбирает в себя микроэлементы мумии, и его тоже можно применять в качестве лекарственного средства, особенно как противоядие от укусов змеи».
Ещё один рецепт предлагал известный фармацевт Николае Лефевр в своей «Полной книге о химии», изданной в Лондоне в 1664 году. Прежде всего, писал он, нужно отрезать мышцы от тела здорового и молодого мужчины, вымочить их в винном спирте, после чего повесить в сухом прохладном месте. Если воздух очень влажный или идет дождь, то «эти мышцы надо повесить в трубе и каждый день сушить их на несильном огне из можжевельника, с иголками и шишечками, до состояния солонины, которую моряки берут в дальние плавания».
Постепенно технология изготовления лекарств из человеческих тел стала еще более изощрённой. Лекари провозгласили, что его целительная сила увеличится, если использовать труп пожертвовавшего собой человека.
Например, на Аравийском полуострове мужчины в возрасте от 70 до 80 лет отдавали свои тела ради спасения других. Они ничего не ели, только пили мед и принимали ванны из него. Через месяц они сами начинали источать этот мед в виде урины и фекалий. После того как «сладкие старики» умирали, их тела помещали в каменный саркофаг, наполненный тем же мёдом. Спустя 100 лет останки вынимались. Так получали лекарственное вещество – «конфекцию», которое, как считали, могло моментально излечить человека от всех болезней.
А в Персии для того, чтобы приготовить такой препарат, нужен был молодой человек до 30 лет. В качестве компенсации за смерть его некоторое время хорошо кормили и всячески ублажали. Он жил как принц, а потом его топили в смеси мёда, гашиша и лекарственных трав, тело запечатывали в гробу и вскрывали только через 150 лет.
Такое увлечение поеданием мумий сначала привело к тому, что в Египте примерно к 1600 году было разграблено 95% гробниц, а в Европе к концу XVII века кладбища приходилось охранять вооружённым отрядам.
Лишь в середине XVIII века в Европе одно государство за другим стали принимать законы, либо существенно ограничивающие поедание плоти трупов, либо вовсе запрещавшие делать это. Окончательно массовый каннибализм на континенте прекратился только к концу первой трети XIX века, хотя в каких-то дальних углах Европы он практиковался до конца этого века – в Ирландии и на Сицилии не возбранялось съесть умершего ребёнка до его крещения.
По одной из версий, многочисленные останки в Оссуариях - костехранилищах, являются побочным продуктом от этих манипуляций - сотни тысяч костей выглядят вываренными, как музейные экспонаты - без остатков плоти. Вопрос - куда делась остальная плоть с такого количества трупов?
Многочисленные могилы-костницы, расположенные среди жилых кварталов, были характерной чертой города в период позднего Средневековья. По официальной версии оссуарии используются для массового захоронения погибших в крупных сражениях, во время чумы и прочих бедствий, по неофициальной - это результаты глобального катаклизма недавнего прошлого. Независимо от причины характер отполированных-вываренных костей вызывает много вопросов. Подробнее об оссуариях здесь: http://www.kramola.info/blogs/neobyknov ... katastrofy.
Справедливости ради следует отметить, что и в ХХ веке сохранялись отголоски той практики – изготовление лекарственных препаратов с использованием человеческой плоти, подобные исследования велись и в СССР.
Наружному применению при ожогах препарата, полученного из трупов людей, - кадаверолю (када – означает труп) посвящена диссертация А.М. Худаза, выполненная в 1951 г. в Азербайджанском медицинском институте. Препарат готовили из внутреннего жира, вытапливая его на водяной бане. Использование его при ожогах позволило, по утверждению автора, сократить срок лечения почти в два раза. Впервые человеческий жир под названием «гуманоль» с лечебной целью был использован в хирургической практике врачом Годлендером в 1909 г. В СССР его применял также Л.Д. Кортавов в 1938 г.
Вещество, получаемое после длительного кипячения мертвых тел, вполне может быть целебным. Конечно, это пока только гипотеза. Но на одном из научно практических семинаров специалисты из исследовательской лаборатории Н. Макарова показывали искусственно полученный ими МОС (минералоорганический субстрат). Протоколы исследований свидетельствовали: МОС способен повышать работоспособность людей, сокращать период реабилитации после радиационного поражения, увеличивать мужскую потенцию.

Потребление человечины в современном обществе

Сегодня, в XXI веке западная цивилизация легально потребляет человеческую плоть – это плацента и пищевые добавки. Причём мода на поедание плаценты растёт год от года, и во многих западных роддомах даже существует порядок её использования – либо отдать роженицы, либо сдать в лаборатории, производящие на её основе гормональные препараты.
Сначала стариков - миллионеров лечили коровьими и овечьими эмбрионами, а вскоре медики освоили несравненно более эффективное лекарство — альфафетапротеин, изготавливаемый из человеческих нерождённых детей.
Производят его из эмбриональных тканей, непосредственно из человеческого зародыша, из пуповинной крови, из плаценты.
Разумеется, для производства этого «лекарства для миллионеров» нужны тысячи, десятки тысяч зародышей и возраст их не должен быть ниже или выше 16–20 недель, когда будущий организм уже в целом сформирован.
Человечину добавляют и в современные продукты питания в качестве пищевых добавок. Потребитель даже не догадывается о том, что покупая растворимый кофе Nescafe, какао Nesquick, приправу Maggie, детское питание или прочие продукты торговых марок, он получает продукт с добавкой «человечины».
Американская биотехнологическая компания Senomyx Co Ltd, основным профилем которой является производство различных пищевых добавок для пищевой и косметологической промышленности. Если мы зайдем на англоязычный сайт Wikipedia, то узнаем, что разработанный компонент НЕК293 является гордостью вышеупомянутой компании. В свою очередь если мы зададимся вопросом, что значит НЕК293, та же Wikipedia даст нам ответ, что НЕК расшифровывается как Human Embryonic Kidney, то есть почки абортированного эмбриона человека.

http://matveychev-oleg.livejournal.com/4002523.html


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Полные тексты выпусков еженедельника "Эконометрика"
СообщениеДобавлено: Вс авг 27, 2017 9:46 am 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 7394
Электронный еженедельник «Эконометрика» No.866 от 28 августа 2017 г.

Уважаемые подписчики!

Предлагаем первую главу "Маркс - теоретик анархизма" книги Максимилиана Рюбеля "Маркс против марксизма". В ней анализируются взгляды самого Карла Маркса и их близость к радикальному анархизму, а не к социализму или же коммунизму.






Маркс - теоретик анархизма

Максимилиан Рюбель

Предлагаем первую главу книги Максимилиана Рюбеля "Маркс против марксизма" (http://www.libfront.org/2013/marx-protiv-marksizma"). В этой главе рассмотрены многие вопросы, касающиеся взглядов самого Карла Маркса и их близости к радикальному анархизму, а не к социализму или же коммунизму.

Сделавшись господствующей идеологией класса хозяев, марксизм сумел лишить концепции социализма и коммунизма того изначального содержания, которое вкладывали в них Маркс и его последователи, подменив его комплексом доктрин, означающих по сути полное отрицание этого аутентичного понимания. Третья же концепция, хотя и тесно связанная с двумя первыми, кажется, не пострадала от подобной мистификации — речь идет об анархизме. И хотя известно, что Маркс не питал особенных симпатий к некоторым анархистам, обыкновенно не знают, что он, тем не менее, разделял их цель и идеал: исчезновение государства. Следует напомнить, что, посвятив себя делу освобождения рабочего класса, Маркс сразу же примкнул скорее к анархистской традиции, нежели к социалистической или коммунистической. И хотя он в итоге предпочел называть себя коммунистом, это означало в его глазах приверженность не какому-либо из существовавших в то время коммунистических течений, а направлению мысли и образу действия, которое предстояло сформировать, объединив все революционные элементы, унаследованные от существовавших доктрин и опыта прошлой борьбы.
В дальнейшем мы попытаемся показать, что, используя коммунистическую лексику, Маркс развил теорию анархии; более того, он на самом деле одним из первых заложил рациональные основы анархической утопии и разработал проект ее осуществления. Учитывая ограниченные рамки настоящей работы, мы представим эти тезисы в качестве тем для дискуссии. Так что использование цитат в качестве доказательств будет сведено к минимуму, необходимому лишь для того, чтобы высветить наш основной аргумент: Маркс — теоретик анархизма.
Ученики Маркса, которым не удалось ни обобщить его теорию, ни обозначить ее пределы, ни определить ее нормы и область применения, оказали ему медвежью услугу, превратив его в мифического гиганта, символ всезнания и всесилия homo faber — творца своей судьбы.
История этой Школы остается ненаписанной, но известен, по крайней мере, ее генезис: кодификация плохо изученных и плохо понятых идей. Марксизм возник и развился в то время, когда вся совокупность трудов Маркса оставалась еще недоступной читателю, поскольку значительная часть составляющих ее работ не была опубликована. Таким образом, торжество марксизма как государственной доктрины и партийной идеологии на несколько десятков лет опередило публикацию трудов, в которых Маркс наиболее ясно и полно изложил научные основы и этические принципы своей социальной теории. Достаточно посмотреть на глубокие потрясения, вызванные воздействием теории, основные принципы которой остались неведомы участникам исторической драмы, чтобы прийти к выводу: марксизм является самым великим, если не самым трагическим недоразумением столетия. И вместе с тем можно оценить значимость тезиса Маркса, согласно которому не революционные идеи или нравственные принципы вызывают изменения в общественном устройстве, но человеческие и материальные силы; идеи и идеологии чаще всего служат лишь выражением интересов классов, которым выгодны эти трансформации. Политический марксизм не имеет права одновременно признавать научность теории Маркса и игнорировать критический анализ — ее орудие для разоблачения идеологий господства и эксплуатации.
Сделавшись господствующей идеологией класса хозяев, марксизм сумел лишить концепции социализма и коммунизма того изначального содержания, которое вкладывали в них Маркс и его последователи, подменив его комплексом доктрин, означающих по сути полное отрицание этого аутентичного понимания. Третья же концепция, хотя и тесно связанная с двумя первыми, кажется, не пострадала от подобной мистификации — речь идет об анархизме. И хотя известно, что Маркс не питал особенных симпатий к некоторым анархистам, обыкновенно не знают, что он, тем не менее, разделял их цель и идеал: исчезновение государства. Следует напомнить, что, посвятив себя делу освобождения рабочего класса, Маркс сразу же примкнул скорее к анархистской традиции, нежели к социалистической или коммунистической. И хотя он в итоге предпочел называть себя коммунистом, это означало в его глазах приверженность не какому-либо из существовавших в то время коммунистических течений, а направлению мысли и образу действия, которое предстояло сформировать, объединив все революционные элементы, унаследованные от существовавших доктрин и опыта прошлой борьбы.
В дальнейшем мы попытаемся показать, что, используя коммунистическую лексику, Маркс развил теорию анархии; более того, он на самом деле одним из первых заложил рациональные основы анархической утопии и разработал проект ее осуществления. Учитывая ограниченные рамки настоящей работы, мы представим эти тезисы в качестве тем для дискуссии. Так что использование цитат в качестве доказательств будет сведено к минимуму, необходимому лишь для того, чтобы высветить наш основной аргумент: Маркс — теоретик анархизма.

I

Когда в феврале 1845 года, накануне своего отъезда в эмиграцию в Брюссель, Маркс подписал в Париже контракт с немецким издателем, он взял на себя обязательство за несколько месяцев завершить труд в двух томах, озаглавленный «Критика политики и политической экономии», не думая тогда, что это станет делом всей его жизни, и все равно работа останется незаконченной.
Выбор темы был не случаен. Потеряв всякую надежду сделать карьеру в университете, Маркс перенес результаты своих философских исследований в область политической журналистики. Его статьи в кельнской «Райнише Цайтунг» вносят вклад в борьбу за свободу печати в Пруссии, он выступает во имя свободы, которую считает сущностью человека и украшением человеческой природы — но также и во имя государства, понимаемого как осуществление рациональной свободы, как «великий организм, в котором должны осуществиться правовая, нравственная и политическая свобода, причем отдельный гражданин, повинуясь законам государства, повинуется только естественным законам своего собственного разума, человеческого разума» [1]. Однако прусская цензура быстро заставила замолчать философа-журналиста, который, будучи вынужден вернуться к научной работе, не замедлил задуматься о подлинной природе государства, а также рациональной и этической обоснованности политической философии Гегеля. Плодом этих размышлений, обогащенных изучением истории буржуазных революций во Франции, Великобритании и Соединенных Штатах Америки, явились, кроме незавершенных и неизданных работ, «К критике гегелевской философии права» (1843 г.) и два полемических эссе: «К критике гегелевской философии права. Введение» и «К еврейскому вопросу» (1844 г.). Эти две работы в совокупности образуют единый манифест, где Маркс раз и навсегда определяет и безоговорочно осуждает два социальных института, составляющих в его представлении корень зла и пороков, от которых современное общество страдает и будет страдать, пока их не уничтожит новая социальная революция: Государство и Деньги. Одновременно Маркс превозносит силу, которая, долгое время являясь жертвой этих институтов, положит конец их царству, как и всякой другой форме классового господства политической или экономической — современный пролетариат. Самоосвобождение пролетариата — это всемирное освобождение человека, торжество его уничтожаемой прежде человеческой сущности.
Отрицание Государства и Денег, как и провозглашение пролетариата классом-освободителем, предшествовали у Маркса его обращению к изучению политической экономии, а также открытию им «нити Ариадны», которая будет вести его в последующих исторических исследованиях, — материалистического понимания истории. Разрыв с юридической и политической философией Гегеля, с одной стороны, и критическое исследование буржуазных революций, с другой, позволили ему окончательно определить этические постулаты своей будущей социальной теории, научную опору которой составит критика политической экономии. Осознав революционную роль демократии и законодательной власти в генезисе буржуазного государства, Маркс использовал анализ Алексиса де Токвиля и Томаса Гамильтона, проницательных исследователей революционного потенциала американской демократии, чтобы заложить рациональный фундамент анархической утопии как сознательной цели революционного движения класса, названного его учителем Сен-Симоном «самым многочисленным и самым бедным». Поскольку критика государства привела Маркса к выводу о возможности общества, свободного от всякой политической власти, отныне ему предстояло приняться за системы, составляющей материальный базис государства. Этическое отрицание денег в той же мере требовало анализа политической экономии, науки об обогащении одних и нищете других. Позднее он определит начатое им исследование как «анатомию буржуазного общества, и именно в процессе этой работы анатома-социолога создаст свой методологический инструментарий; затем возвращение к гегелевской диалектике поможет ему составить план «Экономики» из шести «рубрик» или «книг»: Капитал, Земельная собственность, Наемный труд; Государство, Внешняя торговля, Мировой рынок (см. предисловие к «Критике политической экономии», 1869 г.) [2]. Фактически эта двойная «триада» предметов исследования соответствует двум проблемам, которые он хотел рассмотреть за четырнадцать лет до этого в работе, посвященной критике как политики, так и экономики.
Начав свою работу с критического анализа капиталистического способа производства, Маркс надеялся прожить и проработать достаточно долго, чтобы после завершения первой трилогии написать вторую, которая стала бы «Книгой о государстве». Таким образом теория анархизма обрела бы в Марксе своего первого признанного основоположника, и не нужно было бы искать этому косвенных доказательств. Недоразумение века, каковым является марксизм в качестве идеологии государства, возникло из этой лакуны; именно она позволила хозяевам государственного аппарата, окрещенного социалистическим, поместить Маркса в ряды адептов государственного, то есть «авторитарного» социализма.
Конечно, как и во всяком революционном учении, в теории Маркса есть элемент неоднозначности. Ловко используя это и ссылаясь на некоторые личные особенности лидера, его не слишком щепетильным ученикам удалось поставить его работы на службу доктрин и действий, которые на самом деле полностью их отрицают — как по своей основной сущности, так и по открыто провозглашенной конечной цели. В эпоху, когда всё — теории и ценности, системы и проекты — поставлено под сомнение несколькими десятилетиями регресса в сфере человеческих отношений, важно возвратиться к духовному наследию автора, который, сознавая ограниченность своей работы, превратил критическое самообразование и революционное самоосвобождение в неизменные принципы рабочего движения. Последующие поколения, несущие тяжкий груз ответственности, не вправе судить того, кто уже не может себя защитить; нам нужно усвоить учение, целиком обращенное к будущему, то есть к нашему настоящему, катастрофический характер которого требует создания чего-то лучшего.

II

Перескажем ее: «книгу» о государстве, предусмотренную в плане «Экономики», но оставшуюся ненаписанной; книгу, где может быть лишь теория освобожденного от государства, анархического общества. Анализ материалов и работ, подготовленных и опубликованных Марксом, даже если они не имели прямой связи с подготовкой этого его труда, позволяет выдвинуть гипотезу о сути задуманной книги и реконструировать ее общую структуру. Если первая триада рубрик относилась к критике политической экономии, вторая триада, по существу, должна была быть посвящена критике политики. Будучи продолжением критики капитала, критика государства призвана была раскрыть закономерности политической эволюции современного общества, подобно тому, как целью «Капитала» (вслед за которым предполагалось подготовить книги «Земельная собственность» и «Наемный труд») являлось «открытие экономического закона движения современного общества» [3]. В работах, предшествующих «Критике политической экономии» (1859 г.), как опубликованных, так и неизданных, наряду с идеями, которые Маркс положил в основу своей критики капитала, можно выявить и тезисы которые позволили бы ему развить критику государства. Тем не менее, было бы ошибочным полагать, что воззрения Маркса на политику в то время уже полностью сформировались и не допускали никакого изменения или обогащения теории. Проблема государства никогда не переставала интересовать его, и не только из-за того, что ему необходимо было выполнить нравственное обязательство завершить свой главный труд, но главным образом потому, что его деятельность в рабочем Интернационале начиная с сентября 1864 года, участие в полемике внутри этой организации и политические события, в особенности, борьба за гегемонию между Францией и Пруссией, с одной стороны, и Россией и Австрией с другой, постоянно держали его в напряжении. Европа Венского акта к тому времени превратилась в фикцию, и на историческую арену выступали одновременно два великих социальных явления: движение за национальное освобождение и рабочее движение. Трудно согласующиеся между собой с чисто концептуальной точки зрения, борьба наций и борьба классов должны были поставить перед Марксом и Энгельсом теоретические проблемы, решение которых не могло не заставить их вступить в противоречие с собственными революционными принципами. Так Энгельс стал специалистом по разделению народов на имеющие и не имеющие в его глазах историческое право на национальное существование. Чувство исторической реальности не давало двум друзьям следовать за Прудоном по пути федерализма, который в тогдашних условиях должен был казаться им чистой абстракцией и сомнительной утопией одновременно; но велик был риск и впасть в национализм, плохо сочетающийся с предполагаемым универсализмом современного пролетариата.
Хотя из-за своих федералистских устремлений Прудон представляется стоящим ближе к анархическим позициям, чем Маркс, картина меняется, если рассмотреть общую прудоновскую концепцию реформ, долженствующих привести к ликвидации капитала и государства. Почти преувеличенная похвала Прудону в «Святом семействе» (1845 г.) не должна вводить нас в заблуждение: с этого момента берут начало глубокие теоретические разногласия между двумя мыслителями; французский социализм восхваляется Марксом с одной важной оговоркой: прудоновская критика собственности имманентна буржуазной экономической системе — какой бы веской эта критика ни была, она не ставит под вопрос сами общественные отношения производства критикуемой системы. Напротив, в прудоновской теории все буржуазные экономические категории — теоретические выражения институтов капитала — последовательно сохраняются. Заслуга Прудона в том, что он разоблачил противоречия, присущие экономической науке, и показал безнравственность буржуазной морали и права; его слабость в том, что он признал сами институты и категории капиталистической экономики и в своей программе реформ сохранил все инструменты классового господства буржуазии и ее политической власти: зарплату, кредит, банк, обмен, цену, стоимость, прибыль, процент, налог, конкуренцию, монополию. Сумев применить диалектику отрицания к анализу эволюции права и юридических систем, он остановился на полпути, не распространив свой критический метод отрицания на капиталистическую экономику. Он сделал подобную критику возможной, но именно Марксу предстояло стать основоположником этого нового критического метода, превратив его в орудие борьбы труда против капитала и его государства.
Прудон подверг критике буржуазную экономику и право с позиций буржуазной морали; Маркс критиковал капиталистический способ производства с позиций пролетарской этики, критерии которой взяты из совершенно иного представления о человеческом обществе. Для этого ему достаточно было строго логически и до самого конца следовать прудоновскому — или, лучше сказать, гегельянскому — принципу отрицания: справедливость, о которой мечтает Прудон, может быть осуществлена лишь путем отрицания справедливости, точно так же как философия может быть осуществлена лишь путем отрицания философии, то есть посредством социальной революции, которая позволит наконец человечеству стать общественным и обществу человечным. Это будет завершением предыстории человечества и нача¬лом жизни личности, полным расцветом человека с его универсальными способностями, раскрытием человека во всей его полноте. Реалистической морали Прудона, стремящегося сохранить «хорошую сторону» буржуазных учреждений, Маркс противопоставляет этику утопии, требования которой соответствуют возможностям удовлетворения потребностей человеческого рода, открываемым наукой и техникой. Анархизму, уважающему плюрализм классов и социальных категорий, разделение труда и враждебно относящемуся к ассоциативности, за которую ратовали утописты, Маркс противопоставляет анархизм, отрицающий общественные классы и разделение труда, коммунизм, берущий из утопического социализма все, что может быть реализовано пролетариатом, который сознает свою роль освободителя и хозяина производительных сил. И все же, несмотря на эти различия — в частности, как мы увидим, разное видение средств политической борьбы, — оба типа анархизма разделяют общую конечную цель, которую «Манифест Коммунистической партии» определяет следующим образом:
«На место старого буржуазного общества с его классами и классовыми противоположностями приходит ассоциация, в которой свободное развитие каждого является условием свободного развития всех» [4].

III

Маркс не стал выдумывать конкретные рецепты для будущего, он сделал лучше — или хуже: поставил своей задачей доказать, что историческая необходимость ведет человечество к кризисной ситуации, когда ему придется делать решающий выбор: погибнуть от собственных технических изобретений или выжить благодаря резкому подъему сознательности, который позволит ему порвать со всеми формами отчуждения и порабощения, какие только знала его история. Неизбежен только выбор, который предстоит сделать общественному классу, имеющему множество причин для неприятия существующего порядка и перехода к образу жизни, глубоко отличному от него. Современный пролетариат потенциально является материальной и моральной силой, способной выполнить эту спасительную задачу всемирного масштаба. Однако эта потенциальная сила сможет стать реальной лишь тогда, когда истечет время буржуазии, ибо последняя тоже выполняет определенную историческую миссию; если она не всегда осознает это, ее идеологи призваны напоминать ей о собственной цивилизующей роли. Создавая мир по своему образу и подобию, буржуазия промышленно развитых стран обуржуазивает и пролетаризирует общества, постепенно попадающие под ее политическое и экономическое влияние. С точки зрения интересов пролетариата, ее орудия завоевания, капитал и государство, являются в то же время средствами порабощения и угнетения. Когда капиталистические производственные отношения и, соответственно, капиталистические государства действительно утвердятся в мире, внутренние противоречия мирового рынка обнажат границы капиталистического накопления и вызовут состояние перманентного кризиса, который поставит под угрозу основы существования порабощенных обществ и само выживание человеческого рода. На всей земле пробьет час пролетарской революции.
Этой несколько смелой экстраполяции достаточно для того, чтобы представить себе общие выводы, к которым пришел Маркс, используя диалектический метод с целью раскрытия экономического закона динамики современного общества. Наличие у Маркса таких выводов можно было бы подкрепить конкретными ссылками на тексты, начиная с методологических замечаний, разбросанных по многим его работам разного времени. Столь же очевидна суть основной гипотезы, изложенной в политических трудах Маркса: пролетарская революция произойдет в странах, переживших длительную эпоху буржуазной цивилизации и капитализма в экономике; она знаменует собой начало процесса, который постепенно охватит весь мир, при этом революционный осмос значительно ускорит исторический прогресс. Все это означает, что в социальной теории Маркса нет места третьему — варианту, когда страны, не имеющие исторического опыта развитого капитализма и буржуазной демократии, указывали бы дорогу к пролетарской революции странам с долгим капиталистическим прошлым.
Следует особенно подчеркнуть эти элементарные истины так называемой материалистической концепции истории, поскольку марксистская мифология, возникшая одновременно с русской революцией в 1917 году, преуспела во внушении слабо информированным умам – а имя им легион — совершенно иного видения революционного процесса: будто бы мир разделен на две экономические и политические системы — капиталистическую, где господствуют промышленно развитые страны, и социалистическую, образцово-показательный пример которой, СССР, достиг уровня второй мировой сверхдержавы вследствие «пролетарской» революции. На самом же деле индустриализацию этой страны обеспечили создание и эксплуатация многочисленного пролетариата, а вовсе не его торжество и ликвидация. Вымысел о «диктатуре пролетариата» входит в арсенал идей, навязываемых новыми хозяевами в интересах собственного господства, и можно понять то состояние умственного смятения, в котором после нескольких десятилетий националистического и военного варварства во всемирном масштабе пребывает мировая интеллигенция — жертва мифа о так называемом «социалистическом Октябре».
Не имея возможности подробно рассмотреть здесь эту тему, мы ограничимся предложением альтернативы: либо материалистическая теория общественного развития имеет определенную научную ценность — в чем, разумеется, сам Маркс был убежден, — и в таком случае существование «социалистической» системы является мифом; либо социализм существует в действительности, и это доказывает полную и окончательную несостоятельность данной теории. Если верно первое, миф о социалистической системе вполне поддается объяснению как продукт идеологической кампании, ловко проводимой «первым рабочим государством» с целью скрыть его подлинный характер; если верно второе, материалистическая теория социалистической трансформации мира безусловно опровергнута, в то время как этические и утопические требования марксова учения оказались осуществлены; иными словами, Маркс, потерпевший неудачу как ученый, восторжествовал как революционер.
Миф о «построении социализма» был сфабрикован с целью морального оправдания одной из самых могущественных в истории моделей социального господства и эксплуатации. Проблема природы этой общественной системы в итоге полностью сбила с толку умы, превосходно разбирающиеся в теориях, доктринах и понятиях, которые составляют интеллектуальное наследие социализма, коммунизма и анархизма; но из этих трех школ — или течений — идейного движения, ставящего своей целью глубокие трансформации человеческого общества, анархизм наименее пострадал от извращений; не создав подлинной теории революционного праксиса, он сумел оградить себя от политической и идеологической коррупции, которая поразила две другие идейные школы. Возникнув из мечты и ностальгии, а также из отказа и бунта, он обратился в радикальную критику принципа власти во всех ее проявлениях, и именно в этом контексте включил в себя материалистическую теорию истории. Последняя, по сути своей, является концепцией исторической эволюции человечества через ряд прогрессивных этапов от состояния перманентных общественных антагонизмов к способу существования, предполагающему социальную гармонию и расцвет личности. Но точно так же, как социальная критика слилась с анархической утопией, конечная цель, провозглашенная радикальными и революционными доктринами до Маркса, стала составной частью его анархического коммунизма. Маркс обогатил утопический анархизм новым аспектом, диалектическим и этическим пониманием рабочего движения как инструмента самоосвобождения всего человечества. Закономерное интеллектуальное напряжение, вызванное присутствием этического элемента в теории, провозглашающей свой научный, даже естественнонаучный характер, наложило глубокий отпечаток двойственности на учение и деятельность Маркса. Будучи одновременно активистом и теоретиком, в своей политической деятельности Маркс не всегда стремился привести в соответствие цели и средства анархического коммунизма. Но даже если как активист он порой проявлял непоследовательность, то от этого он не перестает быть теоретиком анархизма. Так что мы вправе применить к его собственной теории этический тезис, сформулированный им по поводу материализма Фейербаха (1845 г.):
«Вопрос о том, обладает ли человеческое мышление преметной истинностью, — вовсе не вопрос теории, а практический вопрос. В практике должен доказать человек истинность, т. е. действительность и мощь, посюсторонность своего мышления» [5].

IV

Отрицание государства и капитализма самым многочисленным и самым обездоленным общественным классом стало для Маркса этическим императивом еще до того, как была диалектически обоснована его историческая необходимость. Приступая к критической оценке результатов французской революции, Маркс уже практически сделал решающий выбор — обозначил цель, к которой, по его мнению, должен стремиться каждый; цель эта — освобождение человека, выступающее как преодоление политического освобождения. Самое свободное политическое государство — примером которого могут служить лишь США — делает человека рабом, ибо ставит себя посредником между человеком и его свободой, как Христос, которого человек верующий наделяет божественностью. Освободившись политически, человек, тем не менее, составляет часть воображаемого суверена; как суверенная личность, пользующая правами человека, он ведет двойную жизнь: гражданина — члена политического сообщества, и частного лица — члена буржуазного общества; жизнь небесную и жизнь земную. Как гражданин он свободен и суверенен в небесах политики, этого всемирного царства равенства; как личность он поглощен реальной, буржуазной жизнью и деградирует в ней, являясь игрушкой чуждых ему материальных и моральных сил, таких, как институты частной собственности, культуры, религии и пр. Буржуазное общество, отделенное от политического государства, есть область эгоизма, войны всех против всех, разобщения людей. Обеспечивая человеку религи¬озную свободу, политическая демократия отнюдь не освобожда¬ет его от религии; тем более не освобождает она его от собственности, гарантируя право собственности; точно также оно сохраняет рабство и профессиональный эгоизм, предоставив всем свободу выбора рода деятельности. Ибо буржуазное общество — это мир торговли и наживы, царство денег, универсальная сила, которая использует политику, то есть государство.
Таков, в общем, первоначальный тезис Маркса: его критика государства и капитала относится скорее к анархическому образу мыслей, чем к какому бы то ни было социализму или коммунизму. В ней нет еще ничего научного, но она провозглашает и одновременно обогащается этической концепцией человеческого предназначения, ставя требование его осуществления в рамки определенного исторического времени. Вот почему, не ограничиваясь критикой политического освобождения — которая сводит человека к состоянию эгоистической монады и абстрактного гражданина, — она определяет и конечную цель, и средство для ее достижения:
«Лишь тогда, когда действительный индивидуальный человек воспримет в себя абстрактного гражданина государства и, в качестве индивидуального человека, в своей эмпирической жизни, в индивидуальном труде, в своих индивидуальных отношениях станет родовым существом; лишь тогда человек познает и организует свои «собственные силы» как общественные силы и потому не будет больше отделять от себя общественную силу в виде политической власти, — лишь тогда свершится человеческая эмансипация» [6].
Маркс нашел свой собственный путь, исходя из «Общественного договора» Руссо, теоретика абстрактного гражданства и предшественника Гегеля. Отказавшись лишь от одного аспекта политического отчуждения, за которое выступали оба мыслителя, он пришел к пониманию освобождения личности и общества, призванного возродить человека во всей полноте его способностей и цельности его личности. Отказ не являлся полным, ибо, будучи исторической данностью, этот политический этап не мог быть преодолен одним волевым усилием. Политическое освобождение, по Марксу, пред¬ставляет собой «большой прогресс», даже высшую форму освобождения человека в рамках установленного порядка, и именно в таком качестве может служить средством для подрыва этого порядка и перехода к этапу подлинного освобождения человека. Диалектически антиномичные, цель и средство согласуются этически в сознании современного пролетариата, который, таким образом, становится историческим носителем и субъектом революции.
Пролетариат — класс, который сосредотачивает в себе все изъяны общества и воплощает в себе его общепризнанное преступление — обладает универсальным характером в силу своей универсальной нищеты. Он не может освободиться сам, не освободив общество в целом, и именно осуществляя постулаты этой этики освобождения, он исчезнет как таковой.
Там, где Маркс упоминает философию как «голову» и интеллектуальное оружие освобождения человечества, «сердцем» которого является пролетариат, мы предпочитаем говорить об этике, подчеркивая тем самым, что речь идет не о метафизической спекуляции, а о проблеме человеческого существования: нужно изменить мир и придать ему человеческий облик, а не интерпретировать карикатуру на него. Никакая спекулятивная философия не дает человеку решения его жизненных проблем, и Маркс, возводя революцию в ранг категорического императива, рассуждает в рамках нормативной этики, а не философии истории или социологической теории. Только одна наука могла тогда привлечь внимание Маркса, который не мог и не хотел ограничиваться чисто этическим требованием возрождения человека и общества: наука о производстве средств существования по законам капитала.
Таким, образом, Маркс обратился к исследованию политической экономии, видя в этом средство борьбы за дело, которому он посвятит отныне все свое существование деклассированного «буржуа». То, что ранее являлось для него лишь провидческой интуицией и этическим выбором, должно было теперь стать теорией экономического развития и поиском строгих социальных закономерностей. Одновременно возникла и потребность активного участия в общественном движении, призванном на практике осуществить императивы и нормы, вытекающие из условии существования промышленного пролетариата. Теории безгосударственного, бесклассового общества, безденежного обмена, религиозного и интеллектуального принуждения предстояло включить в себя критическое осмысление капиталистического способа производства, а также анализ, раскрывающий процесс эволюции общества, которое через ряд последовательных этапов должно прийти к коммунистическому и анархическому типу общественного устройства. Позднее Маркс напишет:
«Общество, даже если оно напало на след естественного закона своего развития […], не может ни перескочить через естественные фазы развития, ни отменить последние декретами. Но оно может сократить и смягчить муки родов» [7].
В целом, Марксу предстояло научно доказать то, что он уже предчувствовал интуитивно и что казалось ему этически необходимым. И с самых первых набросков критики политической экономии он приступил к анализу капитала с социологической точки зрения как командной власти над трудом и его продуктами; власти присущей капиталисту не благодаря его личным и человеческим качествам, а в силу владения капиталом. Наемный труд является рабством, и всякое произвольное повышение зарплаты может лишь привести к лучшему снабжению рабов.
«Даже равенство заработной платы, требуемое Прудоном, имело бы лишь тот результат, что оно превратило бы отношение нынешнего рабочего к его труду в отношение всех людей к труду. В этом случае общество мыслится как абстрактный капиталист» [8].
Экономическое рабство и политическое порабощение сопутствуют друг другу. Политическое освобождение, признание современным государством прав человека значит то же самое, что признание рабства античным государством («Святое семейство», 1845 г.). Рабочий является рабом наемного труда как с точки зрения собственных эгоистических потребностей, так и с точки зрения потребностей чужих. Политическое порабощение присуще условиям человеческого существования как в представительном демократическом государстве, так и при конституционной монархии. «В современном мире каждый человек одновременно – член рабского строя и публично-правового союза», [9] — хотя внешне порабощение в буржуазном обществе кажется максимумом свободы. Собственность, промышленность, религия, рассматриваемые обыкновенно как гарантии личной свободы, на самом деле являются институтами, закрепляющими состояние порабощения. Робеспьер, Сен-Жюст и их сторонники пали, потому что спутали античное общество, основанное на реальном рабстве, с современным представительным государством, основанным на освобожденном рабстве, буржуазном обществе с его всеобщей конкуренцией, разнузданными частными интересами, отчуждением и индивидуализмом. Наполеон, хотя он прекрасно понимал характер современного государства и буржуазного общества, предпочел рассматривать государство как самоцель и буржуазную жизнь как инструмент его политических амбиций. Чтобы удовлетворить эгоизм французской нации, он заменил перманентную революцию перманентной войной. Его поражение являлось победой либеральной буржуазии, которая в 1830 г. осуществила, наконец, свои мечты 1789 года, превратив конституционное представительное государство в официальное выражение своей исключительной власти и частных интересов.
Проблема бонапартизма не переставала занимать Маркса, постоянно наблюдавшего как за политической эволюцией, так и за экономическим развитием французского общества. Он был убежден, что французская Революция представляла собой классический период господства политического духа, и что бонапартистская традиция служит, так сказать, константой внутренней и внешней политики Франции. Им также был создан набросок теории современного цезаризма, которая, хотя и кажется частично противоречащей методологическим принципам марксовой теории государства, не меняет его первоначальных анархических представлений. Ибо именно в тот момент, когда он готовился заложить основы своей материалистической интерпретации истории, Маркс сформулировал концепцию государства, которая ставит его в один ряд с приверженцами самого радикального анархизма
«Существование государства и существование рабства неразрывно связаны друг с другом […]. Чем могущественнее государство и чем более политической является вследствие этого страна, тем менее она склонна понимать общий принцип социальных недугов и искать их корень, в принципе государства, т.е. в нынешнем устройстве общества, чьим деятельным, сознательным и официальным выражением является государство» [10].
Пример французской Революции казался ему в то время достаточно показательным, чтобы сформулировать тезис, лишь частично отвечающий политической социологии, которая вскоре была изложена в «Немецкой идеологии»:
«Герои французской революции были весьма далеки от того чтобы искать источник социальных недостатков в принципе государства, — они, наоборот, в социальных недостатках видели источник политических неустройств. Так, Робеспьер в большой бедности и большом богатстве видел только препятствие для чистой демократии. Поэтому он хотел установить всеобщую спартанскую простоту жизни. Принцип политики – воля» [11].
К этому же тезису Маркс вернулся двадцать семь лет спустя, размышляя о Второй Империи и Парижской Коммуне 1871 года. Обратившись к историческим корням политического абсолютизма, представленного бонапартистским режимом, он обнаружил в централизаторской деятельности французской Революции продолжение монархических традиций:
«Централизованная государственная машина, которая своими вездесущими и многосложными военными, бюрократическими, церковными и судебными органами обвивает, как удав, живое гражданское общество, была впервые создана в эпоху абсолютной монархии как оружие нарождавшегося современного общества в его борьбе за освобождение от феодализма […]. Первая французская Революция, поставившая себе задачу создать единство нации […], была поэтому вынуждена развить далее то, что было начато абсолютной монархией, то есть централизацию и организацию государственной власти, и расширить объем и атрибуты этой власти, число ее пособников, ее независимость и ее сверхъестественное господство над действительным обществом […]. Всякий второстепенный отдельный интерес, порождаемый взаимоотношениями социальных групп, отрывался от самого общества, фиксировался и делался независимым от него и противопоставлялся ему в форме государственного интереса, обслуживаемого государственными жрецами с точно установленными иерархическими функциями» [12].
Это пылкое осуждение государственной власти в некотором роде резюмирует все исследования и критические размышления Маркса по данному вопросу, начиная с его полемики против моральной и политической философии Гегеля, в период разработки материалистического понимания истории и на протяжении пятнадцати лет занятий свободной и профессиональной журналистикой при одновременной активной деятельности в рабочем Интернационале. Можно сказать, что Коммуна предоставила Марксу возможность высказать свои последние мысли о проблеме, которой он задумывал посвятить одну из шести книг своей «Экономики», и очертить самые общие контуры той свободной ассоциации свободных людей, о которой говорилось в «Манифесте Коммунистической партии».
«Коммуна была революцией не против той или иной формы государственной власти — легитимистской, конституционной, республиканской или императорской. Она была революцией против самого государства, этого сверхъестественного выкидыша общества; народ снова стал распоряжаться сам и в своих интересах своей собственной общественной жизнью» [13].

V

Сравнивания способы освобождения крепостных феодального общества со способами освобождения современных трудящихся, Маркс отмечал, что, в отличие от пролетариев, крепостные должны были свободно развивать условия своего существования и могли, таким образом, прийти лишь к «свободному труду»; пролетариям, напротив, чтобы состояться как личностям, следует радикально изменить условия своей жизни; а поскольку последние свойственны всему обществу в целом, остается лишь уничтожить наемный труд. Следующие слова Маркса стали лейтмотивом как его литературной работы, так и его деятельности коммунистического активиста:
«[Пролетарии] находятся в прямой противоположности к той форме, в которой индивиды, составляющие общество, до сих пор выражали себя как некоторое целое, а именно к государству, и должны низвергнуть государство, чтобы утвердить себя как личности» («Немецкая идеология», 1846 г.) [14]
Такая формулировка, близкая, скорее, к анархизму Бакунина, нежели Прудона, не является ни результатом временной увлеченности, ни фразой политика, выступающего перед собранием рабочих. Этот революционный постулат представляет собой логический вывод из всей совокупности теоретических аргументов, призванных доказать «историческую необходимость» анархического коммунизма. Таким образом, возникновение «гуманного общества», согласно марксовой теории, обусловлено артельным историческим процессом. В итоге образуется общественный класс, составляющий огромное большинство населения промышленно развитых стран, который способен самостоятельно выполнить творческую задачу революции. И именно для того, чтобы показать логику подобного развития, Маркс стремился установить причинно-следственную связь между научным прогрессом, особенно в области естественных наук, политическими и юридическими институтами, с одной стороны, и поведением антагонистических общественных классов, с другой. В отличие от Энгельса, Маркс не считал, что будущая революционная трансформация произойдет на манер революций прошлого, подобно природному катаклизму, сметающему людей, вещи и воззрения. С приходом современного труженика человеческий род начинает цикл своей подлинной истории; он вступает на путь разума и обретает способность осуществить свои мечты и самостоятельно творить свою судьбу. Достижения науки и техники делают это возможным, но пролетариату необходимо вмешаться, чтобы помешать буржуазии с ее капиталом столкнуть мир в бездну.
«Победы техники как бы куплены ценой моральной деградации. Кажется, что, по мере того как человечество подчиняет себе природу, человек становится рабом других людей либо же рабом своей собственной подлости» [15].
Так что пролетарская революция не будет иметь ничего общего с политической авантюрой; она станет общим делом, согласно проводимым огромным большинством членов общества, осознавших необходимость и возможность полного возрождения человечества. История обрела общемировой характер, угроза порабощения капиталом и его рынком нависает над всей планетой; в ответ должны возникнуть массовое сознание и воля, направленные на глубокое и полное изменение человеческих отношений и общественных институтов. С тех пор, как опасность наступления варварства в масштабах всей планеты угрожает выживанию человечества, коммунистические и анархические мечты и утопии служат духовным источником рациональных проектов и практических реформ, рассчитанных на то, чтобы помочь роду человеческому обрести вкус к жизни, когда разум и воображение будут равно нацелены на обновление его судьбы.
Невозможно (как полагал Энгельс) перепрыгнуть из царства необходимости в царство свободы, и не может быть прямого перехода от капитализму к анархизму. Экономическое и социальное варварство, продукт капиталистического способа производства, не исчезнет в результате заранее заранее подготовленной политической революции, организованной и руководимой элитой профессиональных революционеров, претендующих на то, что они действуют и думают от имени и на пользу большинства отчужденных. Объединившись в класс и партию в условиях буржуазной демократии, пролетариат освобождается в борьбе за завоевание этой демократии: всеобщее избирательное право, служившие правде «орудием обмана», он превращает в средство освобождения. Класс, составляющий огромное большинство современного общества, отчуждается политически лишь для того, чтобы восторжествовать над политикой, и завоевывает государственную власть лишь для того, чтобы использовать ее против господствовавшего прежде меньшинства. Завоевание политической власти является по своей природе «буржуазным» актом; в действиях пролетариата он обретает иной смысл только благодаря революционной конечной цели, которую ставят перед собой его участники. Таков смысл исторического периода, который Маркс не побоялся назвать «диктатурой пролетариата» — именно для того, чтобы подчеркнуть разницу с диктатурой элиты, диктатурой в якобинском понимании. Разумеется, относя на свой счет заслугу открытия тайны исторического развития способов производства и господства, он и предположить не мог, что его учение будет узурпировано профессиональными революционерами и прочими политиками, присвоившими себе право служить олицетворением диктатуры пролетариата. На самом деле он полагал, что подобная переходная общественная форма может иметь лишь в странах, где пролетариат сумеет использовать период буржуазной демократии для создания своих собственных институтов и превращения в господствующий общественный класс. По сравнению со многими столетиями насилия и развращения, которые потребовались капитализму для установления своего господства во всем мире, длительность переходного процесса к анархическому общественному устройству будет тем более короткой и потребует тем меньше насилия, что накопление капитала и концентрация государственной власти противопоставят массовый пролетариат численно незначительной буржуазии.
«Превращение основанной на собственном труде раздробленной частной собственности отдельных личностей в капиталистическую, конечно, является процессом гораздо более долгим трудным и тяжелым, чем превращение капиталистической частной собственности, фактически уже основывающейся на общественном процессе производства, в общественную собственность. Там дело заключалось в экспроприации народной массы немногими узурпаторами; здесь народной массе предстоит экспроприировать немногих узурпаторов» [16].
Маркс не разработал теорию переходного периода в деталях, и можно отметить значительные различия между разного рода теоретическими и практическими замечаниями на эту тему в его работах. Тем не менее, несмотря на эти различия и даже противоречащие друг другу утверждения, основной принцип остается неизменным и позволяет реконструировать достаточно последовательную теорию. И, возможно, именно здесь проявляется вся вредность мифа об основании «марксизма» Марксом и Энгельсом. В то время как первый считал самодеятельность пролетариата критерием всякого подлинного классового действия и истинного политического успеха, второй пришел, особенно после кончины своего друга, к разделению двух основных аспектов рабочего движения: классового действия (Selbsttatigkeit) пролетариата и партийной политики. Маркс полагал, что коммунистическое и анархическое самообразование является более важной и неотъемлемой частью революционной деятельности рабочих, чем любой изолированный политический акт: они сами должны обрести способность завоевать и осуществлять политическую власть как средство сопротивления попыткам буржуазии отвоевать эту власть обратно. Пролетариат должен осознанно превратиться на время в материальную силу, чтобы защищать свое право и свой проект преобразования общества и постепенно превратить человечество в единую общность. Именно в борьбе за свое утверждение как уничтожающей и созидающей силы рабочий класс — который является «величайшей производительной силой из всех инструментов производства» — берет на себя осуществление диалектического проекта созидательного отрицания, а также риск политического отчуждения – которое требуется для того, чтобы отпала необходимость в самой политике. Подобное видение не имеет ничего общего ни с бакунинской страстью к разрушению, ни с анархическим апокалипсисам Кердеруа. В этом политическом проекте, рассчитанном на победную реализацию потенциальной мощи угнетенных и эксплуатируемых масс, нет места революционному эстетизму. По мнению Маркса, рабочий Интернационал мог стать такой боевой организацией, которая сочетала бы в себе численную мощь и революционный дух, понимавшийся в прудоновском анархизме совершенно иначе. Вступив в МТР, Маркс не отказался от своего критического отношения к идеям Прудона, высказанного в 1847 г., когда речь шла об определении антиполитического анархизма, осуществимого посредством политического движения:
«Значит ли это, что после падения старого общества наступит господство нового класса, выражающееся в новой политической власти? Нет […]. Рабочий класс поставит, в ходе развития, на место старого буржуазного общества такую ассоциацию, которая исключает классы и их противоположность; не будет уже никакой собственно политической власти, ибо именно политическая власть есть официальное выражение противоположности классов внутри буржуазного общества, А до тех пор антагонизм между пролетариатом и буржуазией останется борьбой класса против класса, борьбой которая, будучи доведена до высшей степени своего напряжения, представляет собой полную революцию […]. Не говорите, что социальное движение исключает политическое движение. Никогда не бывает политического движения, которое не было бы в то же время и социальным. Только при таком порядке вещей, когда не будет больше классов и классового антагонизма, социальные эволюции перестанут быть политическими революциями» [17].
Эти слова Маркса реалистичны и не допускают никакой идеалистической интерпретации. Его речь, обращенную в будущее, следует, очевидно, понимать как провозглашение нормативного проекта, побуждающего трудящихся к революционному действию в процессе политической борьбы. «Рабочий класс либо революционен, либо он ничто» [18]. Это язык мыслителя, чья непреклонная диалектика, в отличие от подходов Прудона и Штирнера, не нуждается в систематическом использовании бесплодных парадоксов и словесного насилия. И даже если в этой показательной диалектике цели и средств не все выверено, ее заслуга, по меньшей мере, в том, что она побуждает жертв отчужденного труда к осознанию своего положения и самообразованию, к объединению ради попытки осуществить великое дело коллективного творчества. В таком смысле призыв Маркса остается актуальным — вопреки торжествующему марксизму и даже по причине этого торжества [19].
Из этого краткого очерка следует, что социальная теория Маркса совершенно определенно является попыткой объективного анализа исторического движения, а не моральным и политическим кодексом революционного праксиса, стремящегося осуществить идеал общественной жизни; это раскрытие процесса развития вещей и личностей, а не совокупность норм для партий и элит, жаждущих власти. Однако таков лишь внешний, явный аспект данной теории, следующей по двум концептуальным направлениям, одно из которых отличается строго детерминистской ориентацией, а другое подразумевает свободное движение к воображаемой цели анархического общественного устройства.
«Социальная революция ХIХ века может черпать свою поэзию только из будущего, а не из прошлого. Она не может начать осуществлять свою собственную задачу прежде, чем она не покончит со всяким суеверным почитанием старины» [20].
Прошлое — это неизменная данность, и наблюдатель, вооруженный всеми инструментами анализа, способен объяснить причинную связь рассматриваемых явлений. Но если бессмысленно надеяться на осуществление всех мечтаний человечества, выраженных через его пророков и провидцев, в будущем все же возможно прийти к ликвидации учреждений, сводящих жизнь людей к перманентному порабощению во всех сферах общественной жизни. Такова вкратце связь между теорией и утопией в учении Маркса, который прямо объявил себя «анархистом», когда написал:
«Все социалисты понимают под анархией следующее: после того как цель пролетарского движения — уничтожение классов — достигнута, государственная власть […] исчезает, и правительственные функции превращаются в простые административные функции» [21].

Примечания:

[1] Маркс К Передовица в № 179 «Kolnische Zeitung» // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения, т. 1., с. 112.
[2] Маркс К, Энгельс Ф. Сочинения, т. 13, с. 5.
[3] Маркс К. Предисловие к первому изданию «Капитала» // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 10.
[4] Маркс К., Энгельс Ф. Манифест коммунистической партии // Маркс К, Энгельс Ф. Соч., т. 4, М., 1955, с. 447.
[4] Маркс К. Тезисы о Фейербахе // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 3, с. 1.
[6] Маркс К. К еврейскому вопросу // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 1, с. 406.
[7] Маркс К. Предисловие к первому изданию «Капитала» // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 10.
[8] Маркс К. Экономико-философские рукописи 1844 года // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., Из ранних произведений, с. 570.
[9] Маркс К., Энгельс Ф. Святое семейство // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 2., с. 129.
[10] Маркс К. Критические заметки к статье «Пруссака» // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 1., с. 441.
[11] Там же.
[12] Маркс К. Первый набросок – Коммуна // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 17, с. 543-544.
[13] Там же, с. 546.
[14] Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 3, с. 78.
[15] Маркс К. Речь на юбилее «The People’s Paper» // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 12, с. 4.
[16] Маркс К. Капитал // Маркс К, Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 773.
[17] Маркс К. Нищета философии // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 4, с. 184-185.
[18] Там же. Маркс — Иоганну Баптисту Швейцеру, 13 февраля 1865 г.// Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 31, с. 376.
[19] Ограниченные рамки данной статьи не позволяют нам подробно рассмотреть этот аспект; назовем лишь три текста, заведомо не оставляющие камня на камне от легенды — бакунистской и ленинистской — о Марксе — «преклонявшемся перед государством» «апостоле государственного коммунизма», отождествлявшем диктатуру пролетариата с диктатурой партии и даже личности.
а) «Заметки на полях книги Бакунина «Государственность и анархия»» (Женева, 1873 г.). Основные темы: диктатура пролетариата и сохранение мелкой крестьянской собственности; экономические условия и социальная революция; отмирание государства и трансформация политических функций в административные функции самоуправляющихся кооперативных коммун.
б) «Замечания к программе германской рабочей партии (критика Готской программы)» (1875 г.). Основные темы: две фазы эволюции коммунистического общества, основанного на кооперативном способе про¬изводства; буржуазия, революционный класс; международная деятельность рабочего класса; критика «железного закона заработной платы»; революционная роль рабочих производственных кооперативов; начальное образование, освобожденное от влияния церкви и государства; революционная диктатура пролетариата, понимаемая как политический переход к превращению государственных функций в общественные.
в) Письмо Вере Засулич, 1881 г. Основные темы: сельская община, элемент возрождения российского общества; двойственность характера общины и кризис капитализма; освобождение крестьян и взимание налогов; негативное влияние извне и риски исчезновения общины; общину, которой угрожает государство и капитал, может спасти лишь русская революция.
Эти три документа представляют собой в некотором роде квинтэссенцию книги, которую Маркс задумывал написать о государстве. Здесь же следует напомнить о многочисленных работах Энгельса на тему государства, прямо или косвенно связанных с теорией Маркса, хотя их позиции совпадают не полностью.
[20] Маркс К. Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 8, с. 122.
[21] Маркс К, Энгельс Ф. Мнимые расколы в Интернационале// Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 18, с. 45.

Впервые опубликовано в: Еurоре en fоrmation, № 163-164, 1973.

http://www.libfront.org/2013/marx-teoretik-anarhizma


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Полные тексты выпусков еженедельника "Эконометрика"
СообщениеДобавлено: Вс сен 03, 2017 2:05 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 7394
Электронный еженедельник «Эконометрика» No.867 от 4 сентября 2017 г.

Уважаемые подписчики!

Рассматривая вопросы управления наукой, А.И. Орлов доказывает, что число цитирований - ключевой показатель результативности научной деятельности.
Когда начинаешь присматриваться к современному западноевропейскому обществу, относя к нему и сегодняшнее российское, и общество Соединенных Штатов Америки, невольно возникает ощущение какого-то непорядка, изъяна. Это ощущение развивает Б.В. Раушенбах в глубоких размышлениях "Мрачные мысли".
Поздравляем с началом нового учебного года!



Орлов А.И.
д.э.н., д.т.н., к.ф.-м.н.,
директор Института высоких статистических технологий
и эконометрики МГТУ им. Н.Э. Баумана
prof-orlov@mail.ru


Число цитирований - ключевой показатель результативности научной деятельности

Ключевые слова: наука, управление, прикладная наука, фундаментальная наука, принятие решений, экспертные оценки, прогнозирование, библиометрические базы данных, индексы цитирования, наукометрия, глобализация, научный результат, маркетинг в науке.
Keywords: science, management, applied science, fundamental science, the decision theory, expert estimates, forecasting, bibliometric database, citation indexes, scientometrics, globalization, scientific results, marketing in science.


1. Введение

Наука, как и любая другая сфера человеческой деятельности, немыслима без управления [1]. Инструменты управления развиваются во времени. Принципиальное продвижение последних лет, основанное на информационно-коммуникационных технологиях "больших данных" - появление общедоступных библиометрических баз данных и индексов цитирования. Весьма важно, что администраторы высокого уровня стали их использовать для управления наукой. Для сотрудников отечественных научно-исследовательских организаций и высших учебных заведений Российский индекс научного цитирования (РИНЦ) стал одной из самых популярных баз данных.
Как следствие, вспух поток публикаций по вопросам оценки эффективности научной деятельности. По нашему мнению, науковедение как научная дисциплина находится еще в зачаточном состоянии [1]. Новым по сравнению с основополагающей книгой [2], выпущенной в 1969 г., является только появление малообоснованного индекса Хирша. К сожалению, внимание многих авторов сосредоточено на обсуждении модификаций этого вида средней величины, в то время как фундаментальные вопросы остаются в тени.
Настоящая работа стимулирована замечательной работой Е.В. Луценко "Хиршамания" [3]. Из многих актуальных проблем науковедения рассмотрим методы оценки эффективности и качества работы ученого, научной деятельности подразделения, организации, журнала. Показатели эффективности научной деятельности используются как важная составная часть при оценке вузов [4], инновационного потенциала предприятий и т.п.
Для оценки эффективности научной деятельности естественно использовать хорошо зарекомендовавшие себя в других предметных областях интеллектуальные инструменты. К таким инструментам относятся, в частности, система сбалансированных показателей [5], основанная на ключевых показателях эффективности (отсюда и название настоящей работы), а также контроллинг [6], прежде всего контроллинг научной деятельности [7 - 9].
Подробно разработаны и широко применяются два типа инструментов оценки эффективности научной деятельности - наукометрические показатели и экспертные оценки. Их критическому анализу с целью выбора и обоснования ключевого показателя эффективности научной деятельности и посвящена настоящая работа.

2. Наукометрические и экспертные показатели эффективности научной деятельности

Критика наукометрических показателей дана в ряде публикаций. Из них выделим специальный выпуск журнала "Управление большими системами" [10], выпущенный также отдельным изданием [11]. Наша затравочная статья [12] в этом сборнике носила характерное название "Два типа методологических ошибок при управлении научной деятельностью". В итоговой статье [13] был дан критический обзор нескольких десятков материалов указанного сборника. Дальнейшему развитию наших идей посвящены публикации [14 - 19]. В наших работах вслед за классической монографией [2] обсуждались возможности манипуляции наукометрическими показателями (число публикаций, число цитирований, индекс Хирша и др.). Аналогичные соображения, а также примеры реальных манипуляций достаточно широко обсуждаются в литературе (см. [20 - 22] и др.).
В качестве практической рекомендации предлагалось вместо наукометрических показателей опираться на применение экспертных процедур для оценки эффективности научной деятельности [23].
Необходимо уточнить ранее высказанные нами в [12 - 19] положения.
Во-первых, различные варианты манипулирования значениями наукометрических показателей в РФ, по нашей оценке, пока еще применяются сравнительно редко. Возможно, это связано со сравнительно небольшим сроком их использования при управления наукой. Поскольку такой показатель, как число цитирований работ исследователя, позволяет объективно оценить его вклад в науку, то применение этого наукометрического показателя для управления наукой оправдано. В то же время число публикаций и особенно индекс Хирша не позволяют объективно оценить эффективность научной деятельности, особенно с учетом свойств реальных библиометрических баз данных.
Во вторых, экспертные процедуры имеют ряд недостатков. В настоящей работе обсудим реальную эффективность экспертных процедур в таких областях их применения, как присвоение ученых степеней, выборы в государственные академии наук (прежде всего в РАН), назначения (в том числе путем выборов) на должности руководителей НИИ и вузов. Основные принципы экспертизы в рассматриваемых областях остаются неизменными в течение последних 70 лет. На основе анализа практики приходится констатировать недостаточную эффективность экспертных оценок в указанных областях.
Обоснование сказанному приведено ниже.

3. Фундаментальная наука и прикладная наука

В [1] показано принципиальное различие между фундаментальной наукой и прикладной наукой, влекущее столь же принципиальное различие между ключевыми показателями эффективности в этих областях деятельности. При проведении прикладных научных исследованиях основное для исполнителя - запросы, требования, предпочтения, интересы заказчика. Основной результат таких исследований - сложная техническая система, стратегический план развития фирмы и т.п. - то, что нужно заказчику. Публикации по результатам прикладных научных исследований не являются обязательными, более того, иногда не допустимы вообще из-за соображений государственной или коммерческой тайны. Фундаментальные научные исследования имеют целью получение нового знания, основной результат таких исследований - публикации в научных изданиях [2].
Конечно, нет непреодолимого барьера между фундаментальной наукой и прикладной наукой.
Специалисты прикладной науки зачастую стремятся проявить себя в фундаментальной. Прежде всего потому, что при выполнении прикладных работ попутно бывают получены научные результаты более широкого спектра применения, чем это нужно заказчику, т.е получено новое знание, как и при фундаментальных научных исследованиях. Это знание целесообразно отразить в публикациях. Примером является доклад [24], посвященный новым научным результатам в области теории принятия решений и экспертных оценок, полученным при выполнении прикладных научно-исследовательских работ в авиации и ракетно-космической промышленности. Важным для специалистов прикладной науки является также стремление к повышению статуса, конкурентоспособности на рынке труда, шансов на получение новых выгодных заказов.
Специалисты фундаментальной науки обычно заинтересованы в том, чтобы полученное ими новое знание нашло практическое применение, т.е хотят сдвинуться в сторону прикладной науки. Кроме морального удовлетворения, этот сдвиг стимулирован стремлением к повышению статуса, конкурентоспособности на рынке труда, шансов на получение увеличенного финансирования.
В отношении взаимоотношения прикладной науки и фундаментальной науки некоторым исследователям представляется перспективной более дробная классификация Организации экономического сотрудничества и развития: чистые фундаментальные исследования; ориентированные фундаментальные исследования; прикладные исследования вообще; стратегические прикладные исследования; конкретные прикладные исследования; экспериментальные разработки. Для целей настоящей работы достаточно ограничиться выделением фундаментальную науки и прикладной науки.
Ключевые показатели эффективности научной деятельности будем обсуждать применительно к фундаментальной науке.

4. Всеобщее невежество научных работников и его следствия

Перейдем к обсуждению экспертных процедур. Сначала - констатация очевидного факта, который, однако, часто игнорируется.
Основная проблема современной науки состоит во всеобщем невежестве научных работников. Это утверждение становится очевидным, если хотя бы примерно оценить объем накопленных научных результатов, а тем более - научных трудов. Каждый специалист может познакомиться не более чем с 2 - 5 % публикаций в своей области.
Еще в 80-х годах при наукометрическом анализе данных о Первом Всемирном конгрессе Общества математической статистики и теории вероятностей им. Бернулли [25 - 27] нами была дана оценка общего числа актуальных публикаций по тематике конгресса - 10 в 6 степени. По конкретной области математической статистики, например, по регрессионному анализу, на порядок меньше - 10 в 5 степени.
Посмотрим, на какое число публикаций ссылаются наиболее цитирующие авторы. В фундаментальном трехтомном издании [28 - 30] - около 2000 ссылок. Список литературы к семитомнику "Новая хронология" включает 1492 ссылки [31]. В монографии [6] - 843 ссылки. Наблюдаем разрыв на два порядка - из порядка 10 в 5 степени потенциальных источников ссылки даются лишь на порядка 10 в 3 степени источников.
Как же в реальной научной деятельности научные работники справляются со своим невежеством? Ответ хорошо известен - происходит разбиение (фрагментация) всей совокупности научных работников на группы (научные коллективы, кланы, научные школы, сообщества). Группа часто состоит из сотрудников одной организации и примкнувших к ним отдельных исследователей из других организаций. Клан обычно обзаводится инфраструктурой (журнал, периодическая конференция, диссертационный совет, научное общество и т.п.), позволяющей его членам вести долговременную научную деятельность. Внутри клана его члены обычно достаточно осведомлены о работах друг друга, в то время как научная деятельность вне клана игнорируется.
Констатируем, что ошибочным является распространенное мнение: "коллеги знают истинный уровень и истинные достижения специалиста". Внутри клана в несколько десятков или сотен лиц - возможно, знают, вне клана - как правило, нет.
Сказанное давно известно. В.В. Налимов писал о "незримых коллективах" [2]. С. Лем предсказывал распад единой науки на "науки районного масштаба", замкнувшиеся внутри отдельных регионов [33]. Предсказание С. Лема сбывается - к настоящему времени во многих региональных центрах на базе нескольких вузов и НИИ складывается "региональная наука" со всей необходимой инфраструктурой.
Конечно, нельзя не отметить наличия связей между "соседними" кланами и дружественными регионами. Действуют аналоги "матричной системы управления" [9, 34] - зачастую исследователь одновременно входит в две структуры: он работает в вузе или НИИ и является членом "незримого коллектива". В вузе или НИИ он выполняет текущую работу среди тех, у кого другие научные специальности и/или интересы, а в "незримом коллективе" общается с "близкими по духу" специалистами.
Ситуация с накоплением знаний хорошо описана В.В. Налимовым и З.Б. Бариновой: «Стремление к разложению изучаемого явления на составные части и к тщательному изучению деталей еще продолжает давать необычайные результаты, но только в новых областях знаний, скажем, в молекулярной биологии. В старых областях знаний этот подход приводит к накоплению невероятного количества частных знаний, которые остаются неиспользованными: они не попадают в монографии, не оказывают влияния на последующие работы. Это, если хотите, старость науки. Здесь, в отличие от биологических организмов, при старении затрудняется не обмен веществ, а обмен идей. Из множества частных знаний не складывается знание о большой системе» [32].
Следующее поколение исследователей входит в свою область в процессе обучения. Следовательно, то, что не вошло в учебники, почти наверняка потеряно для следующих поколений.
В настоящее время происходит принципиально важный переход от бумажных носителей информации к электронным. Резко сократившиеся тиражи - до десятков и сотен экземпляров - ведут к смене роли бумажных изданий. Вместо распространения информации их роль становится совсем другой. Они используются для поднятия престижа, подарков, при личном общении. Впрочем, при использовании схемы "книга по требованию" само понятие тиража уходит в прошлое.
С одной стороны, публикации в электронных изданиях (при открытом доступе) значительно облегчают распространение научной информации (нет необходимости обращаться в центральные библиотеки). С другой стороны, неоцифрованные публикации привлекают всё меньше внимания. Несколько огрубляя, можно сказать: то, чего нет в Интернете, почти наверняка потеряно.
Перейдем к обсуждению экспертных процедур оценки эффективности научной деятельности. Начнем с присвоения ученых степеней.

5. Необходимость изменения экспертных процедур присуждения ученых степеней

Достаточно давно обсуждается низкое качество значительного числа диссертаций, коррупция при их подготовке и защите.
Очевидно, пока есть желание обзавестись ученой степенью, будет и стремление достичь этого с минимальными трудозатратами. Например, купив готовую диссертацию. В настоящее время Интернет кишит предложениями "диссертаций на заказ". В противовес работает Диссернет, который так характеризует самого себя как "вольное сетевое сообщество экспертов, исследователей и репортеров, посвящающих свой труд разоблачениям мошенников, фальсификаторов и лжецов" [35]. Диссернет выявляет плагиат, прямое заимствование текста.
Но он не может дать защиту от "диссертаций на заказ". Нельзя, анализируя текст, установить, кто его на самом деле написал. Очевидно, для надежного выяснения авторства необходимо подробное тщательное обсуждение диссертации с ее автором. Но такого этапа в процедуре защиты нет. За традиционные 15 минут доклада нельзя глубоко вникнуть в содержание работы. К тому же по традиции "неудачные" ответы диссертанта интерпретируются в его пользу, "списываются" за счет волнения.
Можно посмотреть на ситуацию и с другой стороны - с позиций членов диссертационных советов и авторов отзывов на диссертации и авторефераты. Такая деятельность считается общественной. Доктора наук безвозмездно тратят свое время (оплата работы оппонентов - символическая). Возникает естественное желание уменьшить потерю времени, поручив составление основного содержания отзывов самим диссертантам. Как известно любому участнику процесса защиты диссертаций, подобная практика весьма распространена.
Результаты весьма трудоемкой экспертной процедуры "защита диссертации" зачастую являются сомнительными. Процедуры присуждения ученых степеней должны совершенствоваться. Ряд предложений сформулирован в [36].

6. Итоги применения экспертных процедур при формировании и работе РАН

Процедура избрания академиков и членов-корреспондентов РАН о основана на применении экспертных технологий. Адекватность формирования РАН можно проверить по данным о цитируемости. РИНЦ предоставляет такую возможность. На 24.07.2016 по тематике "Экономика. Экономическая теория" из 38 членов секции по экономики РАН в первые 100 по цитируемости попали 9. По тематике "Математика" из 55 членов секции математики РАН в первые 100 по цитируемости попали 10. С одной стороны, это говорит о том, что вклад в науку ряда членов РАН велик. С другой стороны, подавляющее большинство наиболее эффективно работающих ученых не входит в РАН. Широко известные интриги, сопровождающие выборы (см., например, воспоминания одного из наиболее выдающихся математиков ХХ в. Л.С. Понтрягина [37]) отталкивают многих от самого участия в выборах. Более подробный анализ проведен в [36].
Обобщая, на основе данных РИНЦ можно констатировать, что среди ведущих (по числу цитирований) отечественных ученых лишь меньшая часть включена в состав секций математики и экономики РАН. Отсюда следует, во-первых, что в настоящее время РАН не является центром научной жизни, во-вторых, что экспертные процедуры пополнения состава РАН не справились с задачей отбора наиболее продуктивных ученых.
Впрочем, вспомним, что в XIX в. наибольший вклад в российскую науку внесли Д.И. Менделеев и Н.И. Лобачевский. Ни тот, ни другой не были членами Академии, причем Д.И. Менделеев был скандально забаллотирован.

6. Итоги применения экспертных процедур при назначениях (выборах) на должности

Директор НИИ и - особенно - ректор вуза является прежде всего управленцем, хозяйственником. Его увлеченность собственными научными исследованиями скорее вредна для большинства сотрудников организации (НИИ, вуза), чем полезна, поскольку увлеченный руководитель будет оттягивать общие ресурсы на свою личную тематику. Сказанное подтверждают результаты Диссернета [38] - плагиат обнаружен в диссертациях 21% ректоров - у каждого пятого!

7. Наукометрические показатели и догмы, связанные с их использованием

Число цитирований работ исследователя - это объективная оценка его вклада в науку. Если работа процитирована - значит, она понадобилась, была использована при получения получении новых научных результатов. А вот число публикаций и индекс Хирша - условные показатели. Это утверждение становится очевидным, если проанализировать работу РИНЦ, технологию формирования этих показателей.
РИНЦ учитывает ссылки так, как они приведены в списках литературных источников в публикациях. Если статья конкретного автора описана разными способами - она попадает в список его трудов несколько раз. Открыв этот список, нетрудно увидеть дубликаты. Поэтому число публикаций преувеличивается. В РИНЦ есть система "внутренних публикаций" - тех, которые имеются в электронной библиотеке РИНЦ. Именно по ним рассчитывается число цитирований определенных статей и индекс Хирша. При этом игнорируется неточные библиографические описания. Как следствие, цитируемость отдельных публикаций и индекс Хирша занижаются.
Согласно сказанному ключевым показателем результативности научной деятельности является число цитирований. А не другие наукометрические (число публикаций, индекс Хирша) или экспертные (ученые степени, звания, должности, членство в академиях) показатели.
Сильно влияет на наукометрические показатели неполнота библиометрических баз. Особенно это касается научных трудов, размещенных на бумажных носителях. Они не оцифрованы - а потому как бы не существуют.
Пожелание или требование об использовании западных индексов цитирования (SCOPUS, WOS) заставляет вспомнить слова "Что это — глупость или измена?" (известное выражение П.Н. Милюкова из его речи на заседании Государственной Думы Российской империи 1 ноября 1916 г.). Процитируем сводку от 10 февраля 2015 г. [39]: "Согласно наиболее полному каталогу периодических изданий Ulrichsweb, в мире сейчас издается 34 585 рецензируемых научных журналов, из них более 80% (28 134) — на английском языке... База данных SCOPUS отбирает для индексирования более 21 тыс. научных журналов из всего списка, из них около 21% — публикации не на английском языке, а 406 — российские. База данных Web of Science (WOS) подходит к отбору своих источников более избирательно и индексирует всего 8539 журналов по естественным наукам (из них 149, то есть менее 2%, — российские) и 3080 журналов по общественным наукам (из них только 3, то есть менее 0,1%, — российские). База данных РИНЦ охватывает 10 343 российских научных журнала, однако индексирует из них менее половины (4879). Но даже из этого количества в список ВАК входят всего 2269 журналов... Всего 394 российских журнала из списка ВАК (17%) индексируются в международных базах данных".
Таким образом, SCOPUS и WOS индексируют лишь весьма малую часть российских журналов. Возможно, те, кто агитирует за использование этих индексов, незнакомы с приведенными фактами. Тогда их выступления не являются квалифицированными, не соответствуют нормам научной этики, требующей исходить из проверенных фактов. Если же приведенные выше статистические данные знакомы подобному агитатору, то его действия сознательно направлены на причинение вреда отечественной науке.
"Мировая наука" - это миф. Как убедительно показал С.Н. Гринченко [40], мировая наука не является «организмом». Отечественная наука (как и отечественное народное хозяйство) является самодостаточной. Нет необходимости в тесных контактах с зарубежьем, достаточно иметь информацию о продвижениях конкурентов. Впрочем, каждому самостоятельному научному работнику хорошо известно, что исследование можно (а зачастую и наиболее целесообразно) начинать до знакомства с работами предшественников. Подробнее эта тема раскрыта в [1, 40] и статье "О строительстве науки в отдельно взятой стране" [19].
Мировую (глобальную) науку С.Н. Гринченко «орган» единой системы Человечества сопоставляет с другими такими «органами» - «мировым производством», «мировым образованием» и др. [40]. Организации будущего управления хозяйством (т.е. будущей глобальной и региональной экономики, экономики и организации производства на предприятиях и их объединениях) посвящена функционалистско-органическая информационная экономика, опирающаяся на взгляды Аристотеля (ее называют также солидарной информационной экономикой или неформальной информационной экономикой будущего) (см. [41] и др.). В ней разрабатываются процедуры принятия согласованных решений. Аналогичные процедуры могут использованы, апробированы и внедрены доя решения различных задач управления наукой.
Кому выгодно, чтобы отечественные исследователи публиковали статьи в зарубежных журналах? Деятелям этих стран, кратко, Западу. Они получают информацию о наших исследованиях. В переводе - на английском языке. Хорошо подготовленную (по правилам зарубежных журналов). Бесплатно. И не только бесплатно, но и берут с наших исследователей плату за публикацию и за подготовку рукописей к печати. При этом значительно сокращая доступность отечественных результатов для отечественных ученых (см. более подробное обсуждение в [36]).
Странным является отрицательное отношение к самоцитированию отдельных авторов, публикующихся по вопросам оценки эффективности научной деятельности. Анализ предшественников может быть нужен в начале цикла исследований, когда нет собственных публикаций и, как следствие, самоцитирование невозможно. После получения новых самостоятельных результатов исследователь (или исследовательский коллектив) опережает других, и его новые работы опираются на ранее созданную им базу, а не на работы со стороны. Другими словами, для дальнейших статей «посторонних предшественников» попросту нет. А вот ссылок на собственные предыдущие работы объективно становится много. Необходимо указать связи новых результатов с ранее полученными тем же автором.
Таким образом, самоцитирование - это хорошо. Это значит, что ученый строит свою область. А отсутствие самоцитирования означает, что для автора эта статья - первая по новой для него тематике. Либо он - начинающий, либо "срывает яблоки из чужих садов". Типовая ситуация - берет чужую работу и изучает, конспектирует ее - получается собственное произведение (см. примеры в [36]). Поясним сложившуюся традицию в простых и понятных терминах: один человек построил дом, другой покрасил дверь в нем. И теперь надо ссылаться на второго из них, в лучшем случае добавляя "который развил (или улучшил) первоначальные соображения первого".
Критика научного журнала за самоцитирование выглядит особенно нелепо, поскольку противоречит естественному процессу научных исследований. Вполне естественно, что авторы, работающие по одной и той же тематике, имеют тенденцию публиковаться в одном и том же журнале и ссылаться друг на друга.
Продвижение научного результата можно сравнить с завоеванием рынка, причем рынка капиталистического типа. Маркетинг на этом рынке могут осуществлять специальные структуры, отделенные от исследователя, как это предлагается в [42].
Очевидна коммерческая основа многих популярных лозунгов и принятых под их влиянием решений. Бесспорно требование о первоначальной публикации в российских журналах результатов исследований, выполненных на деньги российских налогоплательщиков. Тот, кто делает первую публикацию за рубежом, наносит экономический ущерб нашей стране.
Науковедение, наукометрия, вопросы оценки эффективности и управления научной деятельностью требуют дальнейшего развития.
Многие положения настоящей работы близки к позиции академика РАН, генерального директора ВИАМ Е.Н. Каблова [43].


Список литературы

1. Орлов А.И. Наука как объект управления // Политематический сетевой электронный научный журнал Кубанского государственного аграрного университета. 2014. № 101. С. 1243 – 1273. URL: http://ej.kubagro.ru/2014/07/pdf/11.pdf (дата обращения 11.08.2015).
2. Налимов В.В., Мульченко З.М. Наукометрия. Изучение развития науки как информационного процесса. – М.: Наука, 1969. – 192 с.
3. Луценко Е.В. Хиршамания при оценке результатов научной деятельности, ее негативные последствия и попытка их преодоления с применением многокритериального подхода и теории информации // Политематический сетевой электронный научный журнал Кубанского государственного аграрного университета. 2015. № 108. С. 1–29. URL: http://ej.kubagro.ru/2015/04/pdf/01.pdf (дата обращения 11.08.2015).
4. Луценко Е.В. Синтез и верификация многокритериальной системно-когнитивной модели университетского рейтинга Гардиан и ее применение для сопоставимой оценки эффективности российских вузов с учетом направления подготовки // Политематический сетевой электронный научный журнал Кубанского государственного аграрного университета. 2015. № 107. С. 1–62. URL: http://ej.kubagro.ru/2015/03/pdf/01.pdf (дата обращения 11.08.2015).
5. Каплан Р., Нортон Д. Сбалансированная система показателей. От стратегии к действию. 2-е изд., испр. и доп. - М.: ЗАО «Олимп-Бизнес», 2008. — 320 с.
6. Орлов А.И., Луценко Е.В., Лойко В.И. Перспективные математические и инструментальные методы контроллинга. Под научной ред. проф. С.Г. Фалько. Монография (научное издание). – Краснодар, КубГАУ. 2015. – 600 с. URL: http://elibrary.ru/item.asp?id=23209923 (дата обращения 11.08.2015).
7. Орлов А.И. О развитии контроллинга научной деятельности // Контроллинг на малых и средних предприятиях ((Прага, 25 апреля, 2014, Высшая школа финансов и управления). Сборник научных трудов IV международного конгресса по контроллингу. Под научной редакцией д.э.н., профессора Фалько С.Г. – Прага – Москва, НП «Объединение контроллеров», 2014. – С. 227 – 231. URL: http://controlling.ru/files/56.pdf (дата обращения 24.07.2016).
8. Мухин В.В., Орлов А.И. О контроллинге научной деятельности // Политематический сетевой электронный научный журнал Кубанского государственного аграрного университета. 2014. № 100. С. 1222-1237. URL: http://ej.kubagro.ru/2014/06/pdf/13.pdf (дата обращения 24.07.2016).
9. Мухин В.В., Орлов А.И. Совершенствование организационных структур и контроллинг персонала на предприятиях типа "Научно-исследовательский институт" ракетно-космической промышленности // Политематический сетевой электронный научный журнал Кубанского государственного аграрного университета. 2015. № 109. С. 265–296. URL: http://ej.kubagro.ru/2015/05/pdf/16.pdf (дата обращения 24.07.2016).
10. Управление большими системами / Сборник трудов. Специальный выпуск 44. Наукометрия и экспертиза в управлении наукой / [под ред. Д.А. Новикова, А.И. Орлова, П.Ю. Чеботарева]. М.: ИПУ РАН, 2013. – 568 с. URL: http://ubs.mtas.ru/archive/index.php?SECTION_ID=685 (дата обращения 24.07.2016).
11. Наукометрия и экспертиза в управлении наукой: сборник статей / Под ред. Д.А. Новикова, А.И. Орлова, П.Ю. Чеботарева. - М.: ИПУ РАН, 2013. – 572 с.
12. Орлов А.И. Два типа методологических ошибок при управлении научной деятельностью // Управление большими системами / Сборник трудов. Специальный выпуск 44. Наукометрия и экспертиза в управлении наукой / [под ред. Д.А. Новикова, А.И. Орлова, П.Ю. Чеботарева]. М.: ИПУ РАН, 2013. – С.32 – 54.
URL: http://ubs.mtas.ru/archive/search_resul ... n_id=19050 (дата обращения 24.07.2016).
13. Орлов А.И. Наукометрия и управление научной деятельностью // Управление большими системами / Сборник трудов. Специальный выпуск 44. Наукометрия и экспертиза в управлении наукой / [под ред. Д.А. Новикова, А.И. Орлова, П.Ю. Чеботарева]. М.: ИПУ РАН, 2013. – С.538 – 568.
URL: http://ubs.mtas.ru/archive/search_resul ... n_id=19078 (дата обращения 24.07.2016).
14. Орлов А.И. О некоторых методологически ошибочных методах анализа и оценки результатов научной деятельности // Россия: тенденции и перспективы развития. Ежегодник. Вып. 8. / РАН. ИНИОН. Отд. науч. сотрудничества и междунар. связей; Отв. ред. Ю.С. Пивоваров. – М., 2013. – Ч. 2. – С.528 – 533.
15. Орлов А.И. Примеры методологических ошибок при управлении научной деятельностью // Проблемы наукометрии: состояние и перспективы развития. Международная конференция. – М.: Ин-т проблем развития науки РАН, 2013. – С.107 – 109.
16. Орлов А.И. Критерии выбора показателей эффективности научной деятельности // Контроллинг. – 2013. – №3(49). – С.72-78.
17. Орлов А.И. О показателях эффективности научной деятельности // Экономический анализ: теория и практика. – 2014. – № 7 (358). – С.21–29.
18. Орлов А.И. О показателях эффективности научной деятельности // Дайджест-финансы. 2014. № 2. С.50 – 56.
19. Орлов А.И. О строительстве науки в отдельно взятой стране // Biocosmology – neo-Aristotelism. 2014, Summer. Vol.4. No. 3. Pp. 203 – 223. URL: https://sites.google.com/site/biocosmol ... ism/home/1 (дата обращения 24.07.2016).
20. Игра в цыфирь, или как теперь оценивают труд ученого (сборник статей о библиометрике). – М.: Московский центр непрерывного математического образования, 2011. – 72 c.
21. Чудова Н.В. Помериться «хиршами», или о новом цивилизационном вызове // Вестник Российской академии наук. 2014. Т.84. № 5. С.462 – 464.
22. Бугаченко А.Л. Почему Хирш плох? // Вестник Российской академии наук. 2014. Т.84. № 5. С.461 – 461.
23. Миркин Б.Г. О понятии научного вклада и его измерителях // Управление большими системами. 2013. № 44. С. 292 – 307. URL: http://ubs.mtas.ru/archive/search_resul ... n_id=19064 (дата обращения 24.07.2016).
24. Орлов А.И. Принятие решений и экспертные оценки в авиации и ракетно-космической промышленности // Теория активных систем: Труды международной научно-практической конференции (17-19 ноября 2014 г., Москва, Россия). Общая редакция – В.Н. Бурков, Д.А. Новиков. – М.: ИПУ РАН, 2014. С. 81 - 82. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.mtas.ru/upload/library/tas20 ... F/2-10.pdf (дата обращения 24.07.2016).
25. Орлов А.И. Первый Всемирный конгресс Общества математической статистики и теории вероятностей им. Бернулли // Заводская лаборатория. Диагностика материалов. 1987. Т.53. № 3. С .90 – 91.
26. Орлов А.И. Всемирный Конгресс Общества им. Бернулли // Стандарты и качество. 1987. № 5. С. 105 – 106.
27. Орлов А.И. Первый Всемирный конгресс Общества математической статистики и теории вероятностей им. Бернулли // Надежность и контроль качества. 1987. № 6. С. 54 – 59.
28. Кендалл М.Дж., Стьюарт А. Теория распределений. – М.: Наука, 1966. –588 с.
29. Кендалл М.Дж., Стьюарт А. Статистические выводы и связи. – М.: Наука, 1973. – 896 с.
30. Кендалл М.Дж., Стьюарт А. Многомерный статистический анализ и временные ряды. – М.: Наука, 1976. – 736 с.
31. Семитомник "Новая хронология". [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://chronologia.org/lit7a.html (дата обращения 24.07.2016).
32. Налимов В.В., Баринова З.Б. Этюды по истории кибернетики // Философия науки. 2000. №1 (7). С. 55-78.
33. Лем С. Сумма технологии: Собр. соч. Т.13 (дополнительный). – М.: Текст, 1996. – 463 с.
34. Орлов А.И. Менеджмент: организационно-экономическое моделирование. – Ростов-на-Дону: Феникс, 2009. - 475 с.
35. Диссернет [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.dissernet.org/about/ (дата обращения 24.07.2016).
36. Орлов А.И. О ключевых показателях эффективности научной деятельности // Политематический сетевой электронный научный журнал Кубанского государственного аграрного университета. 2015. № 111. С. 81 - 112. URL: http://ej.kubagro.ru/2015/07/pdf/06.pdf (дата обращения 11.08.2015).
37. Понтрягин Л.С. Жизнеописание Л.М. Понтрягина, математика, составленное им самим. Рождения 1908 г., Москва. — М.: Прима В, 1998. — 340 с.
38. Мелихова Л. Расстройство иммунной системы образования. Диссернет представляет ректоров российских вузов // Троицкий вариант - наука. 2016. № 203. С. 6–7 [Электронный ресурс]. URL: http://trv-science.ru/2016/05/03/rasstr ... azovaniya/ (дата обращения 24.07.2016).
39. Где публикуются рецензируемые научные статьи? // Троицкий вариант - наука. 2015. № 172. С. 3-3. URL: http://trv-science.ru/2015/02/10/gde-pu ... nye-stati/ (дата обращения 24.07.2016).
40. Гринченко С.Н. Является ли мировая наука «организмом»? // Biocosmology – neo-Aristotelism. Bilingual Electronic Journal of Universalizing Scientific and Philosophical Research based upon the Original Aristotelian Cosmological Organicism. Vol. 4. № 1 – 2 (Winter / Spring 2014). Pp. 115 – 122. URL: https://sites.google.com/site/biocosmol ... m/home/1-1 (дата обращения 30.07.2015).
41. Орлов А.И. Солидарная информационная экономика – инструмент реализации национальных интересов // Национальные интересы: приоритеты и безопасность. 2013. № 33 (222). С. 2 – 10.
42. Милек О.В., Шмерлинг Д.С. О продвижении университета на международном академическом «рынке» // Управление большими системами. 2013. № 44. С. 139–143. URL: http://ubs.mtas.ru/archive/search_resul ... n_id=19055 (дата обращения 30.07.2015).
43. Каблов Е.Н. Право на рейтинг. Как оценить интеллектуальный ресурс России? // Газета «Поиск», №№ 45–46, 14.11.2014. [Электронный ресурс]. Режим доступа:
http://www.poisknews.ru/theme/publicati ... YCAP9as.vk (дата обращения 14.08.2015).

Публикация:
1033. Орлов А.И. Число цитирований - ключевой показатель эффективности научной деятельности // Россия: тенденции и перспективы развития. Ежегодник. Вып. 11. / РАН. ИНИОН. Отд. науч. сотрудничества; Отв. ред. В.И. Герасимов. – М., 2016. – Ч. 3. – С. 708-713.




Мрачные мысли

Б.В. Раушенбах

Когда начинаешь присматриваться к современному западноевропейскому обществу, относя к нему и сегодняшнее российское, и общество Соединенных Штатов Америки, невольно возникает ощущение какого-то непорядка, изъяна. Пожалуй, основным в этом ощущении непорядка является отсутствие какой-либо крупной идеи, объединяющей людей и придающей их существованию высокий смысл. Если ограничиться нашей страной, поскольку она мне лучше известна, то память сохранила несколько таких идей. Иногда они были осуществимы — например, идея индустриализации страны, идея победы в Великой Отечественной войне, — иногда неосуществимы — идея догнать и перегнать передовые капиталистические страны, идея строительства коммунистического общества. Как осуществимые так и иллюзорные идеи объединяли народ: большинство верило и пыталось поступать так, чтобы претворить эти идеи в жизнь. Стоящая перед народом цель всегда была (независимо от ее фактической осуществимости) высокой. Высокой целью можно назвать такую, ради достижения которой человек способен терпеть любые невзгоды и даже пожертвовать жизнью, ибо в этой цели для него заключено не личное благо, а благо Родины.
Сегодня ничего подобного не видно. Все болтают о том, что целью является создание рыночной экономики, но поставьте-ка вопрос так: готов кто-нибудь пожертвовать жизнью ради создания рыночной экономики — и сразу становится ясно, что это не высокая цель, а некий метод, ведущий неизвестно куда. Можно, конечно, сказать, что целью является благополучие каждого, но если нечто подобное можно видеть в Дании или Швеции, то у нас это приобретает характер невероятного обогащения немногих за счет ограбления основной массы народа. Иногда говорят, что мы стремимся к "величию России", но неконкретность и расплывчатость понятия "величие" мешает этому, казалось бы, благородному стремлению стать общенародной целью. Ведь "новые русские" считают это величие своей способностью поражать иностранцев купеческой (в плохом смысле слова) роскошью.
Предположим, что Россия достигла уровня развития передовых западных стран — это вызывает известное сомнение, поскольку Запад явно и успешно стремится сделать нас своим сырьевым придатком и "опустить" до уровня Индии, — но все же предположим. Что же будет дальше? Чтобы ответить на этот вопрос, следует присмотреться к процессам, идущим сегодня на Западе. Там происходит явное дробление некогда Единого на мелкие, почти независимые единицы. Часто такой единицей становится отдельный человек. Его приучают к мысли, что он — главное, все остальное второстепенно и должно способствовать его благополучию. Для обоснования такой позиции ссылаются на "Права человека". Эти "Права" были в свое время составлены для блага людей умными и честными специалистами нужных отраслей знания. Их принятие было выдающимся событием, и они действительно много сделали (и продолжают делать) для блага людей. Но как известно, благими намерениями вымощена дорога в ад.
Сегодня в практическом осуществлении "Права человека" слишком часто превращаются в "Права эгоиста". Ведь в реальной жизни люди живут сообществами, и нередко интересы сообщества и его отдельного члена могут и не совпадать. Чему отдать предпочтение? Раньше вопрос всегда решался в пользу сообщества, и, следовательно, ущемлялись права человека. Действительно, вся история человечества — от времен античности до наших дней — полна примеров, когда интересы Родины ставились выше интересов отдельного гражданина, когда отдельный гражданин сознательно жертвовал жизнью или состоянием на пользу Родине. Сегодня, опираясь на "Права человека", ничего не стоит не считаться с интересами родной страны, и эгоист не преминет воспользоваться такой возможностью. :
В прошлые времена права человека (а они существовали всегда, пусть и не оформленные, и не такие полные) уравновешивались его обязанностями. Человек мог пользоваться своими правами, лишь выполняя свои обязанности. Сегодня эти два принципа поменялись местами. Формальные права человека выше его обязанностей (разных в разных странах), и эгоист никогда не упустит случая утверждать: "я имею право...", не считаясь с тем, что вредит сообществу (общине, государству). Эта трансформация имеет экономическое обоснование: раньше человек не мог прожить в одиночку, сегодня это ему не составит никакого труда. Ему никто не нужен, а если и нужен, то, может быть, лишь для развлечении.
Конечно, такой человек в процессе производства вступает в соответствующие отношения с другими людьми, но эти отношения приобретают характер контрактов, не обязательно влекущих за собой более тесную близость. Этот общий процесс захватил даже такую область, как семья. Высокие в прошлом этические нормы заменяются и здесь временными соглашениями, о чем говорит, в частности, огромное число разводов. Иногда складывается впечатление, что современное демократическое государство, пекущееся о правах каждого отдельного гражданина, сознательно ведет политику уничтожения такого уходящего в далекую древность института, как семья.
Проиллюстрируем это утверждение примером общепризнанной демократии — Германии. Сейчас в этой стране широкое распространение получило новое понятие "друг", заменившее прежнее "муж". Все понимают, что "друг означает "временный, неофициальный муж". Вместо традиционной крепкой семьи повсюду видишь такую своеобразную "дружбу", подобный временный союз считается вполне нормальным: на семейный вечер приглашаются настоящие семьи, и наряду с ними пары, объединенные "дружбой", причем отношение к обоим типам пар совершенно одинаковое (в прошлом было бы немыслимо пригласить на семейный вечер знакомые семьи и наряду с ними неженатых знакомых с любовницами). Значит, все понимают разумность и естественность этого своеобразного нововведения. Значит, оно рождено не легкомыслием, а серьезными причинами.
По немецким законам после развода муж обязан выплачивать бывшей жене солидную сумму, позволяющую ей вести достойную жизнь. И это следует делать до конца ее дней, то есть скорее всего, много десятилетий, если она повторно не выйдет замуж. Разведенная супруга, естественно, не заключает второго брака, а заводит "семью" нового типа: вместо мужа у нее "друг". Я наблюдал отчаяние и ярость одного бывшего мужа после телефонного звонка "друга" его бывшей жены, который отчитывал бывшего мужа за задержку очередного перевода энного количества немецких марок в адрес новой "семьи". Наблюдения такого рода заставляют мужчин проявлять разумную осторожность. Не лучше ли вместо жены иметь "подругу"? Ведь жить с ней, не рискуя потерей больших денег, можно сколько угодно, хоть всю жизнь. Да и новый союз может оказаться крепче традиционного, поскольку бывшей подруге после разрыва "дружбы" ничего платить не придется и она будет стремиться сохранить отношения. Ну а если у такой пары появятся дети? На этот счет тоже есть соответствующий закон: всякая мать после рождения ребенка получает от государства ежемесячную денежную помощь на его содержание. Однако, если она формально мать-одиночка, то эта помощь существенно выше. Таким образом, и тут настоящая семья проигрывает по сравнению с союзом "друзей". Здесь тоже официальный брак ведет к денежной дискриминации. Значит, официальный брак, создание традиционной семьи — опасное и невыгодное предприятие, и это делает разумным появление "дружеских" пар.
Вот так забота о правах отдельного человека, в данном случае женщины, ведет к ущербу для сообщества (семьи), членом которого этот человек является. Одновременно здесь происходит процесс дробления — семья исчезает и вместо нее появляются суверенные человеческие единицы, которые, как молекулы в газе, то сталкиваются, то разлетаются по прихоти суверенного "я". Идет усиление и подкармливание "прав эгоиста", в результате которого семья-монолит рассыпается в прах. И это, несмотря на то, что "Всеобщая декларация прав человека" в статье 16.3 утверждает: "Семья является естественной и основной ячейкой общества и имеет право на защиту со стороны общества и государства". Формулировка эта, к сожалению, имеет характер благого пожелания и никого ни к чему не обязывает. Какой контраст по сравнению со статьями, где речь идет об отдельном человеке! Там формулировки всегда предельно жестки и абсолютно конкретны.
Процесс дробления прежнего монолита продолжается и на более высоком уровне. Семьи составляли когда-то общину, где все были связаны взаимными интересами. Сегодня горожане, живущие в отдельных квартирах, часто не знают своих соседей, их забот и тревог. И здесь торжествует эгоизм, только квартирный.
Еще одно наблюдение. Если прежде бездельнику, так называемому тунеядцу, было трудно и жить, и выдерживать презрение общества к себе, то теперь, когда общество и его составляющие "рассыпаются" на суверенные единицы, тунеядец вполне способен существовать,— наплевав на всех, он приспосабливается к новым условиям.
В Германии весьма высоки пособия по безработице и другие виды социальной помощи. Немецкие друзья рассказывали мне, что в результате у них появились профессиональные безработные — люди, которые не стремятся иметь хорошие квартиры и машины, а предпочитают просто бездельничать, ловко пользуясь своими многочисленными правами в демократическом государстве. Здесь тоже эгоист не считается ни с какими обязанностями, а просто садится на шею обществу.
Пример с "процветающим" бездельником, как и картина распада семьи и общины, говорят о какой-то болезни современного европейского общества. Об этом же свидетельствует и появление малопрестижных профессий. Мне представляется, что в здоровом государстве его сограждане выполняют все работы — от самой неквалифицированной до самой престижной. Однако сегодня в странах, которые я условно отнес к западноевропейским, наблюдается одна и та же картина: малопрестижную работу выполняют приезжие из других стран. В Германии это турки, югославы (пользуясь старым наименованием), болгары и другие, во Франции — алжирцы, жители бывших африканских колоний Франции, в Англии — выходцы из ее бывших колоний. В Соединенных Штатах понятие "малопрестижная профессия" много шире, чем в Европе. Кроме естественного использования труда малоквалифицированных мексиканцев, пуэрториканцев и т.п. они используют на рядовых инженерных должностях выходцев из Европы, поскольку "настоящий" американец считает, что он должен либо командовать на производстве, либо заниматься чистым бизнесом. Короче, быть там, где много денег. Даже занятие наукой становится чем-то не слишком почтенным. Один наш профессор, работавший по контракту в американских университетах, говорил мне (впрочем, явно преувеличивая), что молодые ученые в США — это негры, японцы, китайцы, а если увидишь среди научной молодежи лицо европейской расы, то это скорее всего командированный еврей из Израиля. Хотя такие утверждения нельзя, на мой взгляд, понимать буквально, в них правильно отражается некоторая опасная для американского общества тенденция, поскольку нечто созвучное этим рассуждениям я слышал и от самих американцев. Приходилось также слышать, что такие знаменитые высшие учебные заведения, как Массачусетский Технологический институт, испытывают трудности с набором студентов. Он вынужден обучать иностранцев. Иногда в шутку говорят, что в американских университетах математику преподают русские профессора китайским студентам.
Аналогичное происходящему на Западе можно наблюдать и в России, быть может, в еще незавершенной фазе, но у нас уже никого не удивляет, что на заводах работают вьетнамцы, а на Дальнем Востоке — китайцы.
Наблюдения такого рода создают впечатление, что современное западноевропейское общество начинает расслаиваться: появляется раса господ и раса "рабов". Такое расслоение никогда к добру не ведет, к тому же раса господ начинает вымирать. Равнодушная статистика говорит об уменьшении численности стопроцентных немцев в Германии, французов во Франции. Особенно катастрофична ситуация в России. Процент русских среди населения России не просто уменьшается, а уменьшается стремительно, причем не только в процентном отношении к лицам других национальностей, но и в абсолютном исчислении. Сегодня у нас русская семья, состоящая из родителей и одного ребенка, совершенно нормальное явление, но ведь это же катастрофа для страны! Когда я спрашиваю молодых родителей, почему у них только один ребенок, ответ всегда одинаков: разве можно при сегодняшней зарплате и ценах заводить второго? Именно экономика придает у нас общеевропейской проблеме уменьшения численности коренного населения катастрофический характер. Здесь надо бы бить в набат - и российская общественность пытается это делать, — однако "новые русские" и послушное им руководство страны хранят равнодушное молчание и абсолютно ничего не предпринимают. Опять торжествует эгоизм: "Мне хорошо, а на других и на страну мне наплевать!"
Приведенные выше признаки упадка современного западноевропейского общества (условно включая в него, как уже говорилось, и российское, и общество США) невольно хочется сопоставить с историей гибели другого великого когда-то общества — древнеримского. Уж очень много общего в нашей и западноевропейской жизни сегодняшнего дня и в культуре Рима периода его упадка и гибели. Действительно, Рим периода упадка не знал великих общенациональных задач (ведь Римская империя уже была создана), и основным принципом римского общества стали эгоизм и принижение уровня интересов отдельного римского гражданина. Высшие слои римского общества погрузились в пьянство и разврат, а низшие — плебс — стремились к безделью (пусть трудятся рабы!), даровым подачкам, зрелищам и, как и высшие слои, к сексу. Все эти элементы и сегодня видны в нашем европейском обществе, о чем уже говорилось выше. У нас в России наступила эпоха тотального пьянства, в результате которого быстро падает "качество" народа, рождается много неполноценных детей. На всех перекрестках продается водка и всеми способами рекламируется секс. И то и другое — отличное средство заставить народ забыть великие цели. В пьесе Иона Друцэ "Падение Рима" об этом хорошо говорит понтифик — жрец главного римского храма: "Мир, всецело поглощенный половым инстинктом, прикидывающий, как и с кем бы еще переспать, не заслуживает покровительства богов".
Есть и другие аналогии. Античный мир завоевали в свое время непобедимые римские легионы. В период упадка Рима легионерами были уже не римляне, а "варвары", армия стала наемной. И у нас, и на Западе стремятся повторить римский опыт — создать наемные профессиональные армии. Я не берусь оценивать, хорошо это или плохо, просто в глаза бросается сходство приемов. Но когда Римскую империю завоевывали германские племена, их войска не состояли из наемников, в бой шел воодушевленный большой целью народ.
Печальную картину представляет сегодня как наше, так и западное общество. Только жрут, только потребляют — растительная жизнь, причем растительная жизнь, не опорно идущая вверх, а ползучая, этакая плесень: сверху что-то есть, а внизу нет ничего. Все это было и в Древнем Риме. Он, как сказано, в частности, у Энгельса, у Гиббона, у других историков, погиб, но его оживили германцы, которые вторглись в Римскую империю, навели там порядок — в кавычках, конечно, — были жестокие войны, но, с другой стороны, появилось что-то другое вместо Древнего Рима, тоже хорошее.
У нас, видимо, будет нечто аналогичное, только вместо германцев придут завоеватели "с раскосыми и жадными очами", японцы, китайцы, корейцы. Поэтому-то у меня и складывается впечатление, что наша европейская цивилизация, в старом смысле слова "белая" цивилизация, сейчас загнила и совершенно уходит на дно, а поднимается и захлестнет нас, как говорили в старину, "желтая опасность". Я не хочу этим сказать, что это плохо, что не люблю китайцев - я их люблю и высоко ценю их культуру,— просто это объективный взгляд на происходящее. В отличие от белых они здоровы, у них есть какие-то идеалы, интересы, а не только пожрать и повеселиться... Позже они будут вспоминать ушедшую культуру белых, пользоваться ее плодами и хвалить, как мы сегодня хвалим культуру Древнего Египта.
Мне уже за восемьдесят, я на склоне жизни и говорю прямо — у меня такое предчувствие, что мои внуки вряд ли будут жить так же, как жили мы как представители некой расы великой культуры. Все это уйдет в прошлое, а дело будут делать — и хорошее дело! — желтые, хотя им абсолютно чужда "белая" культура. Вот такой у меня прогноз. Причем я не утверждаю, что это будет нападение, нет, это будет врастание, мы просто вымрем. А на пустые места придут китайцы и другие народы, которые успешно плодятся. Все будет происходить нормально и естественно.
Вряд ли я доживу до этих печальных времен, но мне жалко внуков. Мне жалко правнуков. Ведь гибель "Римской империи" может сопровождаться всякими неприятными катаклизмами, потому что когда имущие власть и деньги будут их терять, они станут сопротивляться, устраивать демарши, вплоть до восстаний и стрельбы. Все это в общем-то уже происходит на наших глазах. Мы уже как бы присутствуем при конце нашего света. Мы уже привыкаем к таким вещам, которые нам раньше и не снились...
Строго говоря, описанная мною мрачная картина не является чем-то невероятным, уникальным. В истории человечества постоянно происходило то, о чем я писал выше. Большие и славные культуры рождались, достигали расцвета и умирали. Были и исчезли (не бесследно!) Древний Египет, Древняя Греция, античный Рим и многие другие аналогичные образования. Но с другой стороны, в их время существовал Китай, который существует и сегодня. Значит, гибель не обязательна? Что же надо сделать, чтобы продлить жизнь нашей культуры? Мне представляется, что это станет возможным, если в сознании как руководителей, так и рядовых членов общества изменится система приоритетов, если обязанности (а не только права) займут достойное место в их жизни.
На тот или иной вариант дальнейшего развития (или гибели?) нашей цивилизации может оказать сильнейшее влияние надвигающаяся опасность гибели всего человечества, независимо от составляющих его народов. Бездумное хозяйствование людей, усиленное безудержным ростом численности земного населения, стремительно ведет нас к экологической катастрофе. Лучшей иллюстрацией начавшегося процесса является, пожалуй, то, что повсюду, да и у нас, чистая вода уже продается в магазинах. Я не буду описывать здесь широко известных фактов, говорящих о повсеместном загрязнении и отравлении земли, воды, воздуха, об уничтожении лесов и т.д.,— все это слишком хорошо знакомо. Известны и последствия такого пренебрежения интересами сохранения жизни, однако принимаемые сегодня меры по спасению разумной жизни на нашей планете явно малоэффективны. Они слишком противоречат интересам всякого рода собственников.
То, что успехи в этой области в принципе возможны, показывает опыт Германии. Главная ее водная артерия, Рейн, десять-пятнадцать лет назад была лишенной всякой жизни "сточной канавой" для многочисленных промышленных предприятий и расположенных вдоль ее берегов населенных пунктов. Сегодня дело заметно изменилось к лучшему — я читал в немецких газетах сенсационные сообщения о том, что в Рейне вновь появились рыбы, исчезнувшие в начале века, не говоря уже о множестве рыб других видов. Но в глобальном масштабе это капля в море.
Чтобы решить экологическую проблему в глобальном масштабе, необходимы и глобальные мероприятия, а для этого нужно объединить человечество в некотором "сверхгосударстве", обладающем всеми качествами государства, в том числе и правом силой принуждать своих граждан к выполнению законов. Законы же эти должны иметь главным содержанием сохранение жизни на земле. Это должны быть суровые законы, обязательные для всех. Чтобы иметь возможность следить за их выполнением, за развитием экологической обстановки, за последствиями принимаемых мер, надо будет создать некую службу непрерывного экологического мониторинга, существенным элементом которой должны стать спутники Земли экологического наблюдения (в них могут превратиться современные спутники-разведчики).
Правительство объединенной Земли должно быть жестким и высокопрофессиональным. Надо решительно отказаться от всякой демократической болтовни (не от демократии!). Демократические болтуны опасны для общества. Они умеют размахивать руками и с горящими глазами громко вещать о чем угодно, но, кроме пустого шума, от них ничего ожидать нельзя. Если они окажутся способными влиять на власть, это может иметь тяжелые последствия. Одно из величайших преступлений в истории человечества — принуждение к смерти великого Сократа — было осуществлено в Афинах по всем правилам демократии после (выражаясь современным языком) всенародного обсуждения путем плебисцита. А затеяли все это упомянутые выше демократические крикуны, часто по свойственной им дурости не понимающие, интересы каких темных сил они фактически представляют. В объединенной Земле такие крикуны вполне способны требовать суверенитета, соблюдения каких-то локальных интересов и просто мешать работать. А ведь правительству объединенной Земли будет нелегко: придется жестко осуществлять непопулярные, мягко выражаясь, мероприятия — ограничение рождаемости, запрещение целого ряда видов деятельности и т.д.
Подводя итог этим мрачным размышлениям, невольно хочется найти какие-то средства, позволяющие избежать надвигающейся катастрофы — и в национальном, и в общеевропейском, и в общеземном масштабах. Во всех этих случаях оказывается необходимым одно и то же: надо, чтобы люди перестали вести себя, как сегодня, когда каждый считает себя центром Вселенной, а всех других людей чем-то второстепенным. Надо дать новую жизнь традиционным сообществам — семье, общине, государству, делающим из населения Народ. И надо, чтобы интересы сообщества ценились бы всегда выше, чем интересы индивидуума, и не только с точки зрения закона. Надо, чтобы каждый индивидуум искренне считал свои права менее существенными, чем интересы сообщества. И еще — надо, чтобы общим мнением стало то, что обязанности человека выше его прав.
Достижимо ли это? Трудно сказать, но ясно, что выживут в конечном итоге лишь те народы, которые пойдут по этому нелегкому пути.

http://pravbeseda.ru/library/index.php?page=book&id=648


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Полные тексты выпусков еженедельника "Эконометрика"
СообщениеДобавлено: Вс сен 10, 2017 12:43 pm 
Не в сети

Зарегистрирован: Вт сен 28, 2004 11:58 am
Сообщений: 7394
Электронный еженедельник «Эконометрика» No.868 от 11 сентября 2017 г.

Уважаемые подписчики!

Методология - это интеллектуальная основа, стержень, определяющий подход к конкретным видам деятельности, к принятию управленческих решений. Влияние методологии на последствия принятия решений рассматривает А.И. Орлов.
Как Куба стала островом Свободы, рассказывает военный советник Министерства Революционных вооружённых сил Республики Куба (1986—1987 гг.) Иван Тараненко.
Интересны и поучительны десять цитат Фиделя Кастро.



УДК 330.322.16:629.78

08.00.00 Экономические науки

О влиянии методологии на последствия принятия решений

Орлов Александр Иванович
д.э.н., д.т.н., к.ф.-м.н., профессор
РИНЦ SPIN-код: 4342-4994

Московский государственный технический университет им. Н.Э. Баумана, Россия, 105005, Москва, 2-я Бауманская ул., 5, prof-orlov@mail.ru

Аннотация. Термин "методология" понимают по-разному. Методология – это учение об организации деятельности. Методология (от «метод» и «логия») – учение о структуре, логической организации, методах и средствах деятельности. Методология – система принципов и способов организации и построения теоретической и практической деятельности, а также учение об этой системе. Из приведенных определений следует, что методология - это интеллектуальная основа, стержень, определяющий подход к конкретным видам деятельности, к принятию управленческих решений. Методология, которой придерживается менеджер (руководитель, управленец), лежит в основе его деятельности, определяет ее успешность или неудачу, проявляющиеся в последствиях принятия решений. Сначала приведем несколько примеров, когда методологические ошибки приводят к ошибочным управленческим решениям. Так, лицо, всерьез требующее обеспечить «Максимум прибыли при минимуме затрат», должно быть отнесено в один из двух классов, которые кратко можно обозначить как "дураки" и "обманщики". Нельзя считать прибыль главной целью деятельности коммерческого предприятия. В следующем разделе обсудим место методологии в проведении различных научных экономических и технических исследований. Естественное продолжение рассматриваемой темы - формулировка некоторых методологических вопросов применения математических методов исследования.

Ключевые слова: методология, математика, экономика, технические исследования, управление, математические модели, принятие решений, методологические ошибки, неправильные управленческие решения, методология в научных исследованиях, методология математики, новая парадигма математических методов исследования.

Doi: 10.21515/1990-4665-125-023


UDC 330.322.16:629.78

08.00.00 Economics

Effect of the methodology for decision-making implications

Orlov Alexander Ivanovich
Dr.Sci.Econ., Dr.Sci.Tech., Cand.Phys-Math.Sci., professor

Bauman Moscow State Technical University, Moscow, Russia

Annotation. The term "methodology" is understood differently. Methodology - the doctrine of the organization. Methodology (from the "method" and "logy") - the doctrine of structure, logical organization, methods and means of action. Methodology - the system of principles and methods of organization and construction of theoretical and practical activities, as well as teaching on this system. From these definitions it follows that the methodology - is an intellectual base rod defining approach to specific activities to management decisions. The methodology, which adheres to the manager, lies at the heart of its activities, determines its success or failure, manifested in the consequences of decisions. We give some examples of methodological errors which lead to wrong management decisions. So, the person who seriously requires providing "maximum profit at minimum cost" should be classified into one of two classes, which can be briefly described as "fools" and "liars". Profit must not be the sole purpose of business. The following section will discuss the methodology in place of conducting various scientific economic and technical studies. A natural continuation of the topic - the wording of some of the methodological problems using mathematical methods.

Keywords: methodology, mathematics, economics, technical studies, management, mathematical models, decision-making, methodological errors, incorrect management decisions, methodology in research, methodology of mathematics, new paradigm of mathematical methods for research.


1. Введение

Методология – это учение об организации деятельности [1]. Такое определение дают член-корр. РАН директор Института проблем управления РАН Д.А. Новиков и акад. РАО А.М. Новиков.
Более развернуты определения в словарях: «Методология (от «метод» и «логия») – учение о структуре, логической организации, методах и средствах деятельности» (Советский энциклопедический словарь [2]). «Методология – система принципов и способов организации и построения теоретической и практической деятельности, а также учение об этой системе» (Философский энциклопедический словарь [3]).
Ограничимся приведенными определениями. Из них следует, что методология - это интеллектуальная основа, стержень, определяющий подход к конкретным видам деятельности, к принятию управленческих решений. Методология, которой придерживается менеджер (руководитель, управленец), лежит в основе его деятельности, определяет ее успешность или неудачу, проявляющиеся в последствиях принятия решений [4].
Приведем несколько примеров, когда методологические ошибки приводят к ошибочным управленческим решениям. Затем обсудим место методологии в проведении научных исследований. Естественное продолжение рассматриваемой темы - формулировка некоторых методологических вопросов применения математических методов исследования.

2. Методологические ошибки ведут к неправильным управленческим решениям

Поскольку менеджер часто свою методологию выражает в виде кратких принципов (слоганов), проанализируем несколько таких формулировок.
2.1. Слоган «Максимум прибыли при минимуме затрат» довольно часто встречается в выступлениях общего характера. Однако в нем идет речь об одновременном достижении экстремума (соответственно максимума и минимума) одновременно по двум критериям: прибыль должна быть максимальна, а затраты – минимальны. Теория многокритериальной оптимизации говорит однозначно: решения не существует, поскольку нельзя одновременно оптимизировать по двум критериям. Поясним: затраты минимальны, равны 0, если ничего не делать, но тогда и прибыль равна 0. Если же достигнута большая прибыль, то и затраты достаточно велики. В теории многокритериальной оптимизации разработан ряд способов, позволяющих поставить задачу корректно (см., например, [5, разд. 1.3.2]). Наиболее распространенный – превратить один из критериев в ограничение. Например, максимизировать прибыль при условии, что затраты не превосходят заданной величины. Или минимизировать затраты при условии, что прибыль не менее заданной.
Замечание. В данном рассуждении нет необходимости уточнять, какой именно вид прибыли из многих имеется в виду, как считаются затраты, поскольку рассуждение остается справедливом при любом варианте уточнения этих терминов.
Как оценить личность лица, провозглашающего: «Максимум прибыли при минимуме затрат»? Возможно¸ он не понимает, что говорит. Этот факт отражает его отношение к качеству выступления или умственные способности. Возможно, наоборот, он хорошо понимает, что говорит, но хочет внушить слушателям нужные ему идеи. Это значит, что он сознательно манипулирует сознанием слушателей, проще говоря, обманывает их, как говорят студенты, «вешает лапшу на уши». Пользу или вред обмана обсуждать сейчас не будем. Лицо, всерьез требующее обеспечить «Максимум прибыли при минимуме затрат», должно быть отнесено в один из двух классов, которые кратко можно обозначить как "дураки" и "обманщики".
2.2. Аналогична ситуация с формулировкой «Максимум прибыли при минимуме риска». Здесь опять двухкритериальная задача. Один критерий – прибыль, и его надо максимизировать. Второй критерий – риск, и его надо минимизировать. Есть некоторые сложности в определении величины риска, но общий вывод – как в предыдущем случае: нельзя добиться максимума прибыли при минимуме риска, и тот, кто к этому призывает, либо не понимает, что говорит, либо сознательно обманывает слушателей.
2.3. Как пишет С.Г. Фалько [6, с.185]: «Многие руководители считают прибыль главной целью деятельности коммерческого предприятия. На практике же зачастую предприятия стремятся к достижению соподчиненных целей: обеспечение требуемого уровня ликвидности, доли рынка, рост объемов продаж, сохранение персонала, снижение рисков и т.п.
Если прибыль выбрана в качестве основной цели, то нужно обязательно уточнить временной аспект: идет ли речь о прибыли в краткосрочном либо долгосрочном периоде. Так, предприятие может заметно улучшить ситуацию с прибылью, если оно откажется от инвестиций в новое оборудование, прекратит профилактические ремонты, снизит издержки на рекламу. Но это означает, что сегодняшнее благополучие достигнуто за счет перекладывания проблем и трудностей на следующие периоды.
Другая существенная ошибка заключается в смешении различных понятий прибыли. Известно несколько видов прибыли: планируемая, …., фактическая, …, балансовая, …, прибыль от основной деятельности». Далее С.Г. Фалько разбирает ошибки в формулировке цели и постановке задачи, т.е. прослеживает влияние методологии на последствия принятия решений. Адресуем интересующихся непосредственно к его книге [6].
2.4. Распространен призыв «повышать производительность труда». Как обычно пишут, "производительность труда измеряется стоимостью продукции, выпущенной работником за единицу времени". Очевидно, простейший способ повысить производительность труда – использовать более дорогое сырье, поскольку при этом повысится стоимость выпущенной продукции. В этой связи на важность определения терминов обращал внимание Г.А. Климентов [7] (см. также [8]). Актуальными и в настоящее время являются исследования Н.Ф. Чарновского [9] в области организации производства, оценки результатов и оплаты труда работников.
2.5. Типовая методологическая ошибка – игнорирование системного подхода при принятии решений. Речь идет о том, что надо рассматривать проблему в целом, а не «выдергивать» для обсуждения с целью обоснования управленческого решения какую-нибудь одну черту, хотя и важную.
Так, при массовом жилищном строительстве можно «выдернуть» черту (критерий оценки решения) - стоимость квадратного метра в доме. Тогда наиболее дешевые дома - пятиэтажки. Если же взглянуть системно, учесть стоимость транспортных и инженерных коммуникаций (подводящих электроэнергию, воду, тепло и др.), то оптимальное решение для массовой застройки уже другое – девятиэтажные дома. Если же учесть стоимость земли в центре мегаполиса - оптимальная этажность окажется заметно выше.
Другая ошибка: менеджер банка, отвечающий за распространение пластиковых карт, может сосредоточиться на рекламе, нацеленной на физических лиц. Между тем ему от системы «банк - владельцы карт» лучше перейти к системе «банк - руководители организаций - владельцы карт». Договоренность с руководителем учреждения, давшим в итоге приказ выплачивать заработную плату с помощью пластиковых карт банка, на который работает этот менеджер, принесет гораздо больший прирост численности владельцев карт, чем постоянная дорогая реклама. Ошибка менеджера состояла в неправильном выделении системы, с которой он должен работать.
Менеджер банка будет не прав, анализируя деятельность субъектов экономики в текущих рублях. Обязательно надо учитывать инфляцию. Иначе мы сталкиваемся с парадоксальными явлениями, когда реальная ставка платы за кредит отрицательна; или же - рублевый оборот растет, банк якобы процветает, а после перехода к сопоставимым ценам путем деления на индекс инфляции становится ясно, что дела банка плохи.
2.6. При оценке эффективности инвестиционных проектов часто используют такой показатель, как NPV – чистая текущая стоимость [10]. Теорема о характеризации моделей с дисконтированием [11] показывает, что NPV можно использовать лишь в стабильных условиях. Современная инновационная экономика заведомо нестабильна. Это значит, что при оценке эффективности инвестиционных проектов нельзя опираться только на NPV и аналогичные показатели, надо принимать решения на основе всей совокупности социальных, технологических, экологических, экономических, политических факторов на основе современной теории принятия решений [5, 12 - 14].
2.7. При построении и использовании экономико-математических моделей возникают свои методологические сложности. Например, возникает проблема горизонта планирования – какой интервал времени должна охватывать модель и что будет происходить при изменении длины этого интервала? Если буквально следовать экономико-математической модели, то обычно к концу периода планирования следует ликвидировать предприятие и перевести все активы в денежную форму с целью максимизации прибыли. Это свойство модели – в реальной работе происходит периодический сдвиг интервала планирования. Однако без задания горизонта планирования нельзя даже сформулировать экономико-математическую модель. Пытаясь придать своим представлениям математизированную форму, исследователи попадают в методологическую ловушку - для записи модели им нужен горизонт планирования, но откуда его взять в реальной ситуации - они не знают.
Наш ответ состоит в том, что следует использовать асимптотически оптимальные планы. Соответствующие теоремы были доказаны в [11, 15] и приведены в учебниках по теории принятия решений [12 - 14]. Интересные результаты в проблеме горизонта планирования получил С.А. Смоляк (ЦЭМИ РАН) [16].
Перечень методологических ошибок, приводящих к неправильным управленческим решениям, можно продолжать долго (см., например, [17]).

3. Методологические проблемы научных экономических и технических исследований

Необходимо подчеркнуть, что методологические ошибки - это крайние ситуации. Гораздо чаще приходится иметь дело с методологическими сложностями, "спрятанными" в используемых методах.
Например, даже такой простой, но весьма популярный инструмент анализа экономической ситуации, как матрица Бостонской Консалтинговой Группы (см., например, [5]), таит в себе методологические сложности. Любимый вопрос ехидного профессора: как выразить численно (в %) границы между большой и малой долями рынка, между высоким и низким темпами роста рынка? А ведь без ответа на этот вопрос нельзя, скажем, разделить "дойных коров" и "собак", т.е. нельзя дать рекомендации на основе матрицы Бостонской Консалтинговой Группы.
Более сложная проблема – описание распределений данных в эконометрических моделях. Математикам привычна гипотеза нормальности распределения, именно на ее основе в ХХ в. написаны учебники и разработаны программные продукты. Однако реальные данные в подавляющем большинстве случаев не подчиняются гипотезе нормальности [18]. Возникает необходимость разработки непараметрических эконометрических инструментов, не предполагающих нормальность, а также проблема изучения свойств процедур, созданных в предположении нормальности, но используемых при нарушении этого предположения.
Необходимость учета методологических соображений, более того, опоры на методологию возникает при решении многих практических задач. Так, по заданию президента Группы авиакомпаний «Волга-Днепр» А.И. Исайкина разработан внутренний нормативный документ - система терминов и процедур принятия решений в рамках Группы компаний, - и в процессе выполнения этой практической работы выявлено большое влияние методологии на последствия принятия решений.
Отметим, что в рамках научно-учебного комплекса "Инженерный бизнес и менеджмент" МГТУ им. Н.Э. Баумана создана новая парадигма разработки, практического применения и преподавания организационно-экономического моделирования, эконометрики и статистики в техническом университете [19 - 29]. Ее методологическая составляющая отражена, в частности, в учебниках и учебных пособиях по теории принятия решений [5, 12 - 14, 30]. Роль методологии в новой парадигме математического моделирования весьма велика, что немедленно выявляется при сравнении старой и новой парадигм.
Влиянию методологии на последствия принятия решений посвящен наш доклад [31] на Первом Международном Конгрессе по контроллингу. Он вызвал интерес у слушателей, и по предложениям издателей основные идеи этого доклада были раскрыты в серии статей в журнале "Управляем предприятием" [32 - 35] и в газете "Экономика и жизнь" [36, 37].
Решение методологических проблем необходимо для успешного развития научных и прикладных исследований. В качестве подтверждения и обоснования этого утверждения рассмотрим ряд выполненных нами работ.
Например, велика роль методологических исследований в разработке методоориентированных экспертных систем. Мы продемонстрировали эту роль на примере оптимизационных и статистических методов [38]. Значительное место занимают методологические проблемы математического моделирования в стандартизации и управлении качеством продукции [39].
Научно-методологическому обеспечению безопасности больших химических систем посвящен доклад [40]. Ее составная часть - методологические основы ранжирования и классификации промышленных объектов, подлежащих экологическому страхованию, - рассмотрена в [41]. Для решения указанных задач необходима разработка методологии выявления приоритетов опасности при размещении и функционировании технически опасных объектов на базе экспертной оценки рисков [42].
Методологии экономико-математического моделирования в маркетинге малого бизнеса посвящена статья [43] (см. дальнейшее развитие в работах [44, 45]). Доклад по методологии оценки рисков реализации инновационных проектов [46] положил начало серии работ по развитию и применению аддитивно-мультипликативной модели оценки рисков [47 - 50].
Разработке системы прогнозирования показателей безопасности полетов самолетов и поддержки принятия решения на основе методологии факторного анализа посвящены исследования [51, 52]. Создание методологических основ разработки организационно-экономического обеспечения решения задач управления космической деятельностью [53] позволило реализовать развернутую программу научных исследований в рассматриваемой области [54].
Организация образовательной деятельности исходит из той или иной методологии. Например, отечественная научная школа в области эконометрики [55] сформировала методологию преподавания эконометрики на экономических факультетах технических вузов [56]. Управление качеством обучения в инновационном вузе должно строиться на основе методологии контроллинга [57].
Методологически ошибочные методы анализа и оценки результатов научной деятельности приводят к отрицательным последствиям при принятии управленческих решений в области научной деятельностью [58 -60]. Наука как объект управления рассмотрена в [61], ключевые показатели эффективности научной деятельности обсуждаются в [62]. Дана количественная оценка степени манипулирования индексом Хирша и предложена его модификация, устойчивая к манипулированию [63]. Наукометрическая интеллектуальная измерительная система по данным Российского индекса научного цитирования, разработанная на основе автоматизированного системно-когнитивного анализа и системы "Эйдос", рассмотрена в [64].
Роль методологии при принятии решений [65] раскрывается по-разному в каждой конкретной области научных исследований и отраслей народного хозяйства. Проблемам методологии государственной политики и управления в неформальной информационной экономике будущего (солидарной информационной экономике) посвящена работа [66]. Методология моделирования процессов управления в социально-экономических системах развивается в [67]. Методологии проведения экспертных исследований, реализованной в Автоматизированном рабочем месте «МАТЭК» (МАТематика в ЭКспертизе) посвящен доклад [68].
Научные конференции достаточно часто имеют в своем названии термин "методология". Так, доклад "Статистика объектов нечисловой природы - новый метод анализа систем" [69] был прочитан на конференции "Теория, методология и практика системных исследований" (на секции "Математические методы анализа систем"), а доклад "Экономическое положение населения России на пороге XXI века" - на конференции "Россия на пороге XXI века (методологический аспект изучения современных процессов" [70].
Большое значение имеют методологические проблемы для исследований, отраженных в монографиях "Системная нечеткая интервальная математика" (2014, [71]), "Перспективные математические и инструментальные методы контроллинга" (2015, [72]), "Организационно-экономическое, математическое и программное обеспечение контроллинга, инноваций и менеджмента" (2016, [73]).
Итак, решение методологических проблем занимает важное место в научно-исследовательской работе и во многом определяет ее успех или неудачу.

4. Некоторые вопросы методологии математики

Обсудим некоторые методологические вопросы, относящиеся к математике, математическому моделированию, математическим методам исследования. Ранее мы рассматривали методологию статистических метолов [74, 75], но полученные выводы имеют более широкое значение, в частности, лежат в основе новой парадигмы математических методов исследования [76], т.е. новой парадигмы разработки, практического применения и преподавания организационно-экономического моделирования, эконометрики и статистики в техническом университете [19 - 29].
Очевидно, математика создана конкретными людьми. Следовательно, математика - это наука о мысленных конструкциях, не имеющих непосредственного отношения к реальному миру. Первоначально эти конструкции создаются для решения тех или иных прикладных задач, но затем зачастую происходит отрыв от реальности, математики изучают мысленные конструкции, доказывают красивые теоремы, не думая об их связи с практикой.
Хорошим примером с рассматриваемой точки зрения является понятия числа [71]. Обсудим различные виды чисел: математические, прагматические, компьютерные, практически бесконечные. Математики установили бесконечность натурального ряда чисел, построили теорию действительных (вещественных) чисел. Мощность множества действительных чисел - континуум, а мощность его подмножества, состоящего из чисел, которые могут записаны с помощью конечного числа цифр - счетна. Следовательно, почти все математические числа должны изображаться бесконечным числом цифр. Вот он - отрыв от реальности! Все прагматические числа, которыми люди пользуются при записи результатов наблюдений, измерений, испытаний, опытов, анализов, обследований, а также при проведении расчетов, состоят из конечного количества цифр, причем обычно весьма небольшого - достаточно 2 - 5, в крайнем случае 7 - 10 ... Очевидно, количество прагматических чисел конечно, а дальше идут "практически бесконечные". Используемых при расчетах компьютерных чисел, вообще говоря, больше, чем прагматических, но наличие машинного нуля приводит к тому, что математические выводы могут не выполняться при проведении вычислений. Например, сумма чисел, равных обратным величинам к натуральным числам, с точки зрения математики равняется бесконечности. Однако при вычислениях на компьютере все слагаемые, начиная с некоторого, будут приниматься равными машинному нулю, а потому указанная сумма будет конечной. Автору настоящей статьи приходилось видеть, в какой ступор впадали прикладники, получив отрицательную выборочную дисперсию (такое иногда бывает из-за ошибок округления, когда итоговую величину получают как разность двух весьма больших чисел).
Один из методологических выводов состоит в том, что используемые в математических моделях множества целесообразно выбирать состоящими из конечного числа элементов. Для вероятностно-статистических моделей это позволяет избежать обсуждения вопросов измеримости, поскольку можно принять, что все подмножества (конечного множества) измеримы. Тем самым пресекаются бесплодные рассуждения об измеримых или неизмеримых множествах и функциях.
Около полувека назад автору настоящей статьи повезло присутствовать на выступлении А.Н. Колмогорова, который обсуждал соотношение непрерывных и дискретных математических моделей. По мнению А.Н. Колмогорова, непрерывные модели предпочтительнее тогда, когда они облегчают расчеты. Например, вычисление интегралов легче, чем вычисление сумм. Во всех остальных случаях следует предпочитать дискретные модели.
Рассмотрим роль предельных теорем. Достижения математики часто имеют форму предельных теорем. В области теории вероятностей общеизвестными примерами являются законы больших чисел (в том числе в пространствах нечисловой природы), теоремы Муавра-Лапласа (интегральная и локальная), различные варианты центральной предельной теоремы. Теоретические инструменты статистических методов имеют форму предельных теорем [77].
Непосредственное использование предельных теорем при анализе реальных данных невозможно. Их можно применять, если установлено, что допредельное выражение равно предельному с достаточной для практики точностью. Как это установить? Только с помощью соответствующего исследования, основанного на применении подходов прикладной (вычислительной) математики. Необходимо оценивать остаточные члены, в том числе с помощью метода Монте-Карло. При этом могут быть использованы несколько уровней "достаточной для практики точности". Примером тщательной проработки соотношения предельных и допредельных выражений является методика проверки однородности двух выборок параметров продукции при оценке ее технического уровня и качества [78].
Однако и до проведения такой тщательной проработки нельзя утверждать, что практическое значение предельных теорем равно 0. Во-первых, предельные теоремы дают те ориентиры, отклонения от которых надо изучать. А в первом приближении пренебрегать этими отклонениями. Во-вторых, предельные теоремы дают возможность получить правила принятия решений (качество этих правил необходимо в дальнейшем исследовать). Многие подобные правила, полученные в наших работах, в том числе в учебнике [79], требуют такого исследования. Предельные теоремы показывают, что при росте объемов выборок качество этих правил улучшается, то степень отклонения при конкретных объемах выборок остается неизвестной.
Говорят о "больших выборках", если можно применять предельные соотношения, и о "малых выборках", если нельзя. Проблема в том, при каких объемах "малые" выборки переходят в "большие".
Обсуждать условия применимости тех или иных математических теорий к реальному миру, несомненно, полезно, но нет надежды получить законченные результаты. Великий французский математики Анри Лебег пришел к выводу: "Арифметика применима там, где она применима" [80]. Итог сколь справедливый, столь и бесполезный для практического применения.
Вопреки распространенному заблуждению, отнюдь не все статистические методы предполагают использования достаточно больших выборок. Так, выводы при статистической проверке гипотез делаются по одному наблюдению (хотя и многомерному): решение принимается на основе того, что статистика критерия (одно косвенное наблюдение) попадает или не попадает в критическую область [81].
Основополагающей является роль вероятностно-статистической модели. Конкретный метод расчета приобретает смысл лишь в рамках той или иной вероятностно-статистической модели. Поэтому перед рассмотрением того или иного статистического метода оценивания или проверки гипотез должна быть тщательно описана (и обоснована!) используемая вероятностно-статистическая модель.
Вероятности в вероятностно-статистической модели, как правило, принципиально неизвестны, по статистическим данным могут быть найдены лишь их оценки - частоты.
Обычно исследователю не нужны вероятности всех возможных событий. Необходимы рекомендации по принятию решений. Для их получения, кроме законов больших чисел, применяют (для оценки отклонений) центральные предельные теоремы.
Бесспорно совершенно, что вопросы методологии математики заслуживают подробного и тщательного обсуждения. Очевидно, надо давать строгие формулировки. Например, при анализе основ теории вероятностей - формулировку теоремы Бернулли. К сожалению, философы зачастую пренебрегают строгостью изложения, надеясь за потоком слов скрыть методологическую пустоту [82]. Возможно, это связано с отсутствием базового математического образования.
К реальным сложностям методологии математики, кроме проблем использования предельных теорем, относится тот факт, что алгоритмическому определению случайности не соответствуют датчики псевдослучайных чисел. Согласно алгоритмическому определению случайности А.Н. Колмогорова [83], адекватное описание случайной последовательности не может быть существенно короче длины этой последовательности. Однако датчики псевдослучайных чисел обычно имеют достаточно короткое описание, следовательно, не могут порождать случайную последовательность. Это методологическое утверждение необходимо учитывать при обсуждении свойств и возможностей датчиков псевдослучайных чисел, используемых в методах статистических испытаний (Монте-Карло) [84].
Изложенные в настоящем разделе соображения заслуживает более тщательного критического развертывания.

Литература

1. Новиков А.М., Новиков Д.А. Методология. – М.: СИНТЕГ, 2007. – 668 с.
2. Советский энциклопедический словарь. - М.: Советская энциклопедия, 1988. - 1600 с.
3. Философский энциклопедический словарь. - М.: Советская энциклопедия, 1983. - 840 с.
4. Орлов А.И. Последствия принятия решений для научно-технического и экономического развития // Политематический сетевой электронный научный журнал Кубанского государственного аграрного университета. 2015. № 113. С. 355 – 387.
5. Орлов А.И. Менеджмент: организационно-экономическое моделирование. – Ростов-на-Дону: Феникс, 2009. - 475 с.
6. Фалько С.Г. Контроллинг для руководителей и специалистов. – М.: Финансы и статистика, 2008. – 272 с.
7. Климентов Г.А. Экономия у потребителя - стратегическая цель управления производством // В сборнике «Управление организацией: диагностика, стратегия, эффективность». — 2004 — с. 113-115.
8. Алексеев А. Н. Драматическая социология и социологическая ауторефлексия. Том 2. — СПб.: Норма, 2003. — 480 с.
9. Чарновский Н.Ф. Организацiя промышленныхъ предпрiятий по обработке металловъ. - М.: Московское Научное Издательство, 1914. - 308 с.
10. Виленский П.Л., Лившиц В.Н., Смоляк С.А. Оценка эффективности инвестиционных проектов: Теория и практика. Учебное пособие. 5-е изд., перераб. и доп. М.: Поли Принт Сервис, 2015. 1300 с.
11. Orlov A. Sur la stabilite' dans les modeles economiques discrets et les modeles de gestion des stocks // Publications Econometriques. 1977. Vol.X. F. 2. Pp.63-81.
12. Орлов А.И. Принятие решений. Теория и методы разработки управленческих решений. - М.: ИКЦ «МарТ»; Ростов н/Д: Издательский центр «МарТ», 2005. - 496 с.
13. Орлов А.И. Теория принятия решений. – М.: Экзамен, 2006. – 576 с.
14. Орлов А.И. Организационно-экономическое моделирование: теория принятия решений. — М. : КноРус, 2011. — 568 с.
15. Орлов А.И. Существование асимптотически оптимальных планов в дискретных задачах динамического программирования. – В сб.: Многомерный статистический анализ (математическое обеспечение). - М.: Изд-во ЦЭМИ АН СССР, 1979. С.201-213.
16. Смоляк С.А. Дисконтирование денежных потоков в задачах оценки эффективности инвестиционных проектов и стоимости имущества. М.: Наука, 2006. 324 с.
17. Орлов А.И. Методологические ошибки ведут к неправильным управленческим решениям // Управление большими системами. Выпуск 27. М.: ИПУ РАН, 2009. С.59-65.
18. Орлов А.И. Распределения реальных статистических данных не являются нормальными // Политематический сетевой электронный научный журнал Кубанского государственного аграрного университета. 2016. № 117. С. 71–90.
19. Орлов А.И. Новая парадигма математических методов исследования // Заводская лаборатория. Диагностика материалов. 2015. Т.81. №.7 С. 5-5.
20. Орлов А.И. Новая парадигма разработки и преподавания организационно-экономического моделирования, эконометрики и статистики в техническом университете // Статистика и прикладные исследования: сборник трудов Всерос. научн. конф. – Краснодар: Издательство КубГАУ, 2011. – С.131-144.
21. Орлов А.И. Организационно-экономическое моделирование, эконометрика и статистика в техническом университете // Вестник МГТУ им. Н.Э. Баумана. Сер. «Естественные науки». 2012. №1. С. 106-118.
22. Орлов А.И. Новая парадигма организационно-экономического моделирования, эконометрики и статистики // Вторые Чарновские Чтения. Сборник тезисов. Материалы II международной научной конференции по организации производства. Москва, 7 – 8 декабря 2012 г. – М.: НП «Объединение контроллеров», 2012. – С. 116-120.
23. Орлов А.И. Организационно-экономическое моделирование, эконометрика и статистика при решении задач экономики и организации производства // Инженерный журнал: наука и инновации, 2014, вып. 1. URL: http://engjournal.ru/catalog/indust/hidden/1198.html (дата обращения 10.03.2016).
24. Орлов А.И. Новая парадигма прикладной статистики // Статистика и прикладные исследования: сборник трудов Всерос. научн. конф. – Краснодар: Издательство КубГАУ, 2011. – С.206-217.
25. Орлов А.И. Новая парадигма прикладной статистики // Заводская лаборатория. Диагностика материалов. 2012. Т. 78. №1, часть I. С.87-93.
26. Орлов А.И. Новая парадигма математической статистики // Материалы республиканской научно-практической конференции «Статистика и её применения – 2012». Под редакцией профессора А.А. Абдушукурова. – Ташкент: НУУз, 2012. – С.21-36.
27. Орлов А.И. Основные черты новой парадигмы математической статистики // Политематический сетевой электронный научный журнал Кубанского государственного аграрного университета. 2013. № 90. С. 45-71.
28. Орлов А.И. Новая парадигма математических методов экономики // Экономический анализ: теория и практика. – 2013. – № 36 (339). – С.25–30.
29. Орлов А.И. Новая парадигма анализа статистических и экспертных данных в задачах экономики и управления // Политематический сетевой электронный научный журнал Кубанского государственного аграрного университета. 2014. № 98. С. 1254-1260.
30. Орлов А.И. Организационно-экономическое моделирование : учебник : в 3 ч. Ч.2. Экспертные оценки. - М.: Изд-во МГТУ им. Н.Э. Баумана, 2011. - 486 с.
31. Орлов А.И. Влияние методологии на последствия принятия решений. – Материалы I Международного Конгресса по контроллингу: выпуск №1 /Под науч. ред. С.Г. Фалько. – М.: НП «ОК», 2011. – С.86-90.
32. Орлов А.И. Сравнение подходов к принятию решений // Управляем предприятием. Электронный журнал. 2011. № 2. http://consulting.1c.ru/journal-article.jsp?id=161
33. Орлов А.И. Подводные камни голосования. // Управляем предприятием. Электронный журнал. 2011. № 3. http://consulting.1c.ru/journal-article.jsp?id=171
34. Орлов А.И. Методология принятия решений // Управляем предприятием. Электронный журнал 2011. № 4. http://consulting.1c.ru/journal-article.jsp?id=178
35. Орлов А.И. Ответственность несет менеджер // Управляем предприятием. Электронный журнал 2011. № 5. http://consulting.1c.ru/journal-article.jsp?id=188
36. Орлов А.И. Методология принятия управленческих решений // Газета «Экономика и жизнь», № 22 (9388), 10 июня 2011. С.16-17.
37. Орлов А.И. Переводим управленческие решения на конвейер // Газета «Экономика и жизнь». № 34 (9400). 2 сентября 2011. С.16-17.
38. Комаров Д.М., Орлов А.И. Роль методологических исследований в разработке методоориентированных экспертных систем (на примере оптимизационных и статистических методов) // Вопросы применения экспертных систем. - Минск: Центросистем, 1988. С.151-160.
39. Орлов А.И. Методологические проблемы математического моделирования в стандартизации и управлении качеством продукции // Математическое моделирование социальных процессов. - М.: Академия общественных наук при ЦК КПСС, 1989. С.112-114.
40. О научно-методологическом обеспечении безопасности больших химических систем / Горский В.Г., Орлов А.И., Курочкин В.К., Швецова-Шиловская Т.Н. // Управление большими системами. Материалы Международной научно-практической конференция (22-26 сентября 1997 г., Москва, Россия). – М.: СИНТЕГ, 1997. С.164-164.
41. Методологические основы ранжирования и классификации промышленных объектов, подлежащих экологическому страхованию / Горский В.Г., Орлов А.И., Курочкин В.К., Моткин Г.А., Арбузов Г.М., Швыряев Б.В., Швецова-Шил